Практика для некроманта

Парень не ошибся, мир пошёл трещинами и начал стремительно осыпаться, пока всех троих не выбросило обратно на дорогу. Хассел отчаянно пытался привести в чувство некромантов, а силуэты вокруг двигались неестественно медленно. Черные, похожие на чернильные подтёки они никак не могли обрести форму. С трудом верилось, что это совсем недавно гналось за ними так быстро, что двое скакунов не могли оторваться.Силуэты двигались неестественно медленно. Черные, похожие на чернильные подтёки они никак не могли обрести форму. С трудом верилось, что именно совсем недавно гналось за ними так быстро, что двое скакунов не могли оторваться. – Хассел справа! – крикнул Синд, замершему с огненным шаром южанину, но тот не двигался, стоял словно оцепеневший и смотрел на выросшую прямо у его ног тень. – Это же… Эй, всё в порядке, не бойтесь! Поразительно… Но как? – восхищался тёмными порождениями маг, а затем добровольно протянул к нему руку и через мгновение исчез, полностью поглощённый неведомой субстанцией. – Не-е-ет! – прокричала Натт и рванула на выручку южанину, но Синд вовремя поймал её руку и дёрнул на себя. – Это был его выбор, он сам так захотел. Девушка вырывалась, не в силах побороть отчаяние и истерику. Все её кошмары воплощались разом. Она так боялась, что Хассел погибнет из-за неё, и вот он шагнул прямо навстречу смерти. Или он не умер? Где он? – Фирс! – звала его Натт, пока Форсворд безуспешно отгонял другие тени, которые уже взяли их в плотное кольцо. Они подступали все ближе и ближе и, кажется, пожрали целый мир, от которого остался лишь клочок земли под ногами двух некромантов. Это конец? Чувство печали по почти прошедшему лету заволокло сердце Синда Форсворда. Он впервые тосковал из-за того, что каникулы подходили к концу несмотря на то, что в Форкёлелсе лето совсем не похоже на лето, а скорее на тёплую осень с редкими ясными днями и жухлой травой под ногами. Но это было куда лучше, чем дома, где в родных стенах семейного особняка холод гулял в любое время года и суток. Впервые ли? Ощущение вторичности происходящего не давало юному магу покоя. Это уже было, он уже стоял рядом с каменными дверьми фамильного склепа семьи Мёрке. Изо рта вырывались клубы белесого пара, который словно светился в утренних сумерках. Спустя десять минут ожидания, когда он окончательно продрог и уже собирался поискать подругу в другом месте, каменная дверь отъехала в сторону, выпуская Натт. Девушка даже вздрогнула от неожиданности, завидев заклинателя, и вцепилась в ремень наплечной сумки. – Ты что там делала в такую рань? – Синд вздрогнул, услышав собственный голос, и резко обернулся. Прямо позади него стояла его точная копия. Чуть менее потрёпанная и измученная, но всё же… – Прощалась. Нам скоро выезжать в Тэнгляйх. Теперь уж не знаю, когда снова повидаюсь с братом… Что происходит. Как он попал сюда? – Вещи собрала? – спросила копия Синда из прошлого и Натт закивала. – Отлично, давай пока перетаскаю. Всё равно не спится. – Хорошо, – продолжала как ни в чём не бывало подруга, совершенно не замечая второго Синда у себя под носом. – Представляешь, вчера у меня умерла канарейка… – Повезёшь её на церемонию прощания в академию? – Угу, – девушка нежно пригладила бок сумки. – Вот только прощаться с любимыми всегда трудно. – Первый раз слышу про твою любимую канарейку. Та, что в гостиной жила? – Она самая. – Ах вот оно что? – раздался ещё один голос во внезапно ожившем воспоминании, в котором его точно не было. Хассел ударил себя кулаком по ладони, и его совсем не удивляло происходящее. – Что здесь творится, южанин? – прошептал Синд, разглядывая их с Натт версии из прошлого. – Можешь не шептать. Нас они не увидят. Для них мы ещё не существуем. То есть мы будем существовать, но в будущем. Уф, голова кругом от этого всего, – посмеивался стихийник, но некроманту было не до шуток. – Это дом Мёрке? Я почему-то так себе его и представлял. – Не уходи от ответа, Хассел! Южанин недовольно вздохнул: – Опять веселье мне обламываешь, Форсворд. Всё же ясно. Это воспоминание! Очень объемное и живое, и мы в нём застряли. Круто, да? – Ничего крутого, – бурчал Синд, глядя, как его копия вместе с Натт идёт прощаться с четой Мёрке. – Хочу посмотреть на её родителей! – не унимался Хассел, и некроманту пришлось схватить парня за шкирку и дёрнуть на себя. – Как нам выбраться, и где Натт? Фирс сдался и указал на склеп: – Ясно же, там где её застало начало воспоминания. Она внутри. Парни шагнули было к небольшому строению, как что-то на горизонте заставило их замереть. Тысячи не то птиц, не то других неведомых летающих существ пожирали небо и направлялись прямо к ним. – Ох, нужно торопиться, – уже серьезнее сказал Хассел. – Как только твой двойник и Натт покинут поместье, Эриндринги сотрут эту часть мира. Без носителей воспоминания оно не может существовать. – Что ещё за эриндринги? Я носитель воспоминания, и я ещё здесь, – поспорил Синд. – Это так не работает. Мы просто зрители. Я сам никогда не был в подобном месте, но судя по описаниям, ничем хорошим это все не кончится. Нужно следовать за Мёрке и Форсвордом из прошлого. Он принялся колотить в дверь склепа, но никто не открывал. – Натт, выходи, – звал подругу Синд. – Здесь опасно оставаться. – Уходите без меня, – раздался слабый голос из-за двери. – Форсворд, отойди я приведу я, обещаю! – мягко попросил Фирс. – Ты? И как же ты это сделаешь, – парень не хотел уступать, а Эриндринги были уже совсем рядом. Отвратительные существа без глаз, без рук и ног. Лишь бездонные пасти с тысячами зубов. – Не спорь, Форсворд. Если Мёрке дорога тебе, отступи, никто не знает, чем чревата встреча с Эриндрингами, они либо сожрут нас, либо мы сойдём с ума, а может лишимся разом всех воспоминаний. Прошу! Синд нехотя сдался, отошёл от двери и позволил Фирсу выманить девушку. – Пс-с-с-с, Мёрке, – шептал стихийник в зазор между дверью и стеной: – Я знаю, почему ты не выходишь. Я прочитал ту жуткую книгу и имею кое-какое представление о том, что ты, то есть твоя копия, только что сделала. Ты вновь прошла через это, но уже видела все со стороны… – Я… Я… ломала его кости… А сердце… мне чудилось, что оно билось в моих руках, о, Фирс… Он резко толкнул плечом дверь, схватил Натт за руку и вытащил её наружу. – Всё будет хорошо, Мёрке, – он гладил рыдающую девушку по волосам. – Мы обсудим это, если захочешь, но прямо сейчас нам нужно бежать. Договорились? Некромантка кивнула и позволила Фирсу увлечь себя. Второём они неслись по двору, пытаясь нагнать повозку, и лишь в последний момент запрыгнули внутрь и поехали вместе с фантомами по знакомой дороге. – Часа через два начнётся дождь, – со знанием дела пробормотала Натт и накинула на голову капюшон. – Рассказывай, Хассел. Что ты знаешь о подобных местах, – попросил Синд и недоверчиво скрестил руки на груди. – Не очень много на самом деле… Стихийник поведал, что к подобным методам извлечения воспоминаний прибегали лишь в городе инквизиторов Скъерзилдене. Он менее щадящий, чем заставлять жертву пить кровь василиска, но все равно опасный. Заклинатель погружается в иллюзорный мир, сотканный из объёмных воспоминаний одного или более людей. – А если носитель уснёт? – спросила Натт, боясь, что её ночные кошмары станут достоянием двух парней. – По идее мы должны будем увидеть сон, но это не точно. Вопрос в другом, кому понадобилось нырять именно в этот момент, – Синд с подозрением смотрел на Хассела. – Ты, кажется, говорил, что хотел увидеть дом и семью Мёрке. А ещё ты умеешь создавать сферы памяти. Колись Хассел, это опять твои фокусы? – А? Ты серьёзно? Я польщён, что ты считаешь меня настолько сильным магом, но такое не в моей власти, разве что… – он вдруг переменился в лице и знаками подманил к себе Натт и Синда. – Вам не интересно, куда уехал ваш некромантский декан? И почему он вдруг решил вас встретить в Форкёлелсе? – Он сказал, что его попросил об этом ректор, – нахмурилась Натт. – Брехня, за все лето ректор о вас и словом не обмолвился, и Деарда Рё’Тэна не вызывал накануне, я бы знал. Ваш некромант сам эту экспедицию затеял, а вас использовал как отговорку. Вот только зачем? Фирс постукивал себя указательным пальцем по губам, но Натт уже знала ответ. Единственное, что могло бы заставить некроманта покинуть свою тяжелобольную невесту: это шанс найти исцеление. И если ни один лекарь не справился, то Деард мог отправиться на поиски той же самой книги. Йоханне стало лучше, и он пустился в путь под предлогом перехватить двух проблемных студентов. Вот только книгу он не нашёл в заброшенной библиотеке, а значит надеется своими глазами увидеть, не выкрали ли её два некроманта. – Нужно выбираться, – в панике пробормотала Натт. – Фирс вытащи нас отсюда, я не хочу ещё раз пережить этот день! Хассел задумчиво облокотился о стену повозки и начал тереть переносицу. Длилось это целую вечность, пока маг вдруг не просветлел и не уставился на Синда и Натт. – Вон оно! Без вас этого мира не было, вы прямо сейчас напитываете воспоминаниями окружающее пространство. – К чему ты клонишь, – с опаской спросил некромант. – К тому, что вас нужно как-то… вырубить. Усыпить, лишить чувств, тогда иллюзия дрогнет, и теоретически нас выбросит наружу. – Теоретически, – обреченно повторила Натт. – Дерзай, Хассел, я первая, если другого шанса у нас нет. – Если ты её покалечишь, я убью тебя, южанин. Хассел горько усмехнулся. Можно подумать, себя он простит, если причинит боль своей Мёрке. – Дышите глубже некроманты, сейчас будет… Он недоговорил. Резко и без предупреждения вытянул воздух из легких своих спутников. Адепты смерти повалились на пол повозки и стали судорожно хватать ртами. Но стихийник не давал им дышать, и с ужасом смотрел на агонию своих сокурсников и ждал, пока хрипы не стихнут. Парень не ошибся, мир пошёл трещинами и начал стремительно осыпаться, пока всех троих не выбросило обратно на дорогу. Хассел отчаянно пытался привести в чувство некромантов, а силуэты вокруг двигались неестественно медленно. Черные, похожие на чернильные подтёки они никак не могли обрести форму. С трудом верилось, что это совсем недавно гналось за ними так быстро, что двое скакунов не могли оторваться.