Из найденных хроник одного заседания

Что же касается маски сэра Игрека (о нём вскоре будет рассказано), соперника сэра Икса, то он выбрал для себя наиболее нейтральную из всех маску «Вольто», также известную под названием «Гражданин». В чём сэр Икс сразу узрел хитрость сэра Игрека, решившего таким образом показать свою близость к рядовому избирателю. – Ты мурло, а не гражданин. – Кусал от злости губы сэр Икс, злясь на сэра Игрека за то, что ему первому в голову пришла эта идея надеть эту маску. – Но ничего. Я тебе в страшных снах буду приходить в таком виде. – Успокоил себя сэр Икс, поправляя на голове свою страшную маску.

И ещё сделаем одно весьма необходимое уточнение для должного понимания некоторых, возможно показавшихся нестыковок, позволяющее всем членам клуба спокойно прохаживаться по внутренним пределам замка, но не более того. Так с одной стороны заявляется о строгих правилах анонимности нахождения на заседании клуба его членов и в тоже время рассказывается как они вовсю, не боясь быть узнанным или познакомленными, бродят по залам замка и заводят между собой предполагающие знакомства разговоры. А всё на самом деле просто и имеет такие же объяснения. Так общий состав членов клуба делился на две основные группы. На тех членов клуба, чью узнаваемость ничем не скроешь, её не скрывали, и на тех, кто был бы счастлив достичь для себя такого положения, но пока не достиг и находился на пути к известности и славе, и поэтому из суеверных соображений не торопился открываться и носил на лице маску, а на спрятанных за своей спиной руках, кожаные перчатки. Для чего? Наверное, это не нужно объяснять.

Но давайте вернёмся к сэру Иксу и мистеру Сенатору, чьи слова возымели своё должное действие на сэра Икса, который был известен всем, как натура более чем впечатлительная и грешащая повышенным к себе субъективизмом. Ну, а похвальба или точнее сказать, признание заслуг и отдание должного, никогда лишним не бывает. И сэр Икс, как и всякий здравомыслящий, да и к тому же не обладающий ложной скромностью человек, который запросто может отличить простую лесть от не замалчивания справедливых слов в свой адрес, конечно же признателен мистеру Сенатору, за его умение подмечать за человеком его истинные характеристики и достоинства. Ну, а мистер Сенатор приободрённый сэром Иксом, идёт дальше и издалека говорит ему, что при его таких достоинствах, грех засиживаться на одном месте.

И с этим сэр Икс полностью согласен с мистером Сенатором, которого сэр Икс тут же успокаивает, заявив, что он регулярно посещает фитнесс зал.

– Понимаю. – Посмотрев по сторонам, сделав таинственное лицо, ответил мистер Сенатор. – Ну и как ваши успехи? – перейдя на конспирологический язык, спросил сэра Икс мистер Сенатор.

– Ну, в моём возрасте, уже не так всё легко даётся. – Сказал в ответ сэр Икс. Что мистером Сенатором было понято, как его отсылка к своему не молодому возрасту, который может стать помехой в конкуренции с молодыми. С чем мистер Сенатор не может согласиться и кивает, на вон там, с другой стороны коридора замка прохаживающего сэра Игрека, который не на много сэра Икса моложе, а туда же, со своей не представительной рожей лезет.

– И он тоже? – прямо ахнул, в один момент отшатнувшийся от мистера Сенатора к стенке, побледневший сэр Икс.

– И я вот также как и вы, среагировал, услышав эту новость. – Мистер Сенатор тут как тут и уже обдаёт ухо сэр Икса своим дыханием. Но видимо эта новость так потрясла сэра Икса, что он не может поверить своим глазам, которые он начал протирать, сняв очки. После чего сэр Икс надевает свои очки на нос, и хочет было посмотреть на этого, совершенно непонятно, у кого смог заручиться поддержкой и доверием, сэра Игрека, как вдруг понимает, что ничего не видит и при этом не понимает, по какой причине это с ним происходит. Что приводит сэра Икса в умственный ступор и оцепенение, из которого он, если бы не снявший с его носа очки мистер Сенатор, то, наверное бы, без психологической помощи вызванных санитаров, так бы и не вышел.

А кто бы на месте сэра Икса умственно не взволновался, когда он увидел то, что он зарекался никогда не видеть – люди окончательно сошли с ума, раз возлагают свои надежды на такого безнадёжного и только врать умеет человека, каким был сэр Игрек. Отчего видимо у него и произошёл этот психологический срыв, вызвавший временную слепоту из-за нежелания видеть всё это безобразие своими глазами. Ну а то, что мистер Сенатор не бросился с паникёрским настроением и криками вызывать санитаров сэру Игреку, который явно сошёл с ума, если рассчитывает, что его кандидатура на выборы будет предпочтительней его, то за это ему отдельное «спасибо», а за протёртые очки, ещё одно.

«Может сделать мистера Сенатора начальником своего предвыборного штаба?», – задумался сэр Икс, внимательно посмотрев на мистера Сенатора, который за сегодня уже два раза выказал ему свою преданность. После чего, с некоторой опаской за себя бросил взгляд в сторону ненавистного сэра Игрека, который теперь уже не прохаживался, а нервировал сэра Икса своим весёлым, с подтекстом разговором со своими потенциальными избирателями.

– Да какой дурак может ему довериться? – задался про себя вопросом сэр Икс, пытаясь рассмотреть того, кто стоит рядом с сэром Игреком и кому он так льстиво улыбается. И сам себе ответил. – Наверняка тот, у кого он денег занял. – Немедленно сделал всё объясняющий вывод, было успокоившийся сэр Икс, пока ему на ум не приходит другая, сбивающая его с толка мысль. – А ведь дураков среди избирателей всегда было больше. И значит, сэру Игреку можно не переживать за исход выборов. – Сэр Икс аж потемнел лицом, от таких маячивших перспектив перед своевременно сориентировавшимся в избирательных раскладах сэром Игреком, а не перед ним, не готовым преклонить свою гордыню перед избирателями и подать свою руку всякому дураку, за коих он всех кроме себя считает. И кто спрашивается после этого дурак. Ответ очевиден.

И на этом, пожалуй, сэру Иксу можно было отчаяться, чего он и хотел сделать, направившись прямиком к Президенту, чтобы шепнуть ему на ухо, что тут за его спиной делается, но тогда какая может быть интрига в предстоящих перевыборах Президента, и сэру Иксу по наущению случая, немедленно приходит в голову новая мысль, которая всё и расставляет по своим местам и даёт ему свой шанс на победу в президентской гонке. – Да кто ж ему даст в долг? – удивляется самому себе и своей наивности сэр Икс, с этим выборами совершенно забыв о наличии всем известного на сэра Игрека компромата – он всем свои долги прощает.

– Ну, а раз таких людей среди членов клуба по определению быть не может, то у меня появляется большой шанс на победу. – Подведя итог своим рассуждениям, сэр Икс улыбнулся и, повернувшись к ожидающему его ответа мистеру Сенатору, многозначительно ему кивнул. И с этого момента можно сказать предвыборная гонка началась, где каждый из кандидатов, что удивительно и неудивительно одновременно, шёл на свой выбор под одним и тем же лозунгом: «На его месте должен быть я!».

Так вокруг сэра Икса сплотились все те члены клуба, кто придерживался левых убеждений, – те, кто вместе с ним сидел по левую руку от нынешнего президента, – ну а за сэра Игрек соответственно встали горой все те, кто оказался уже с ним по правую сторону от президента. Но это всё касается только лишь наиболее радикально ищущих для себя поддержки со стороны сильных мира сего. Что же касается тех, кто не видел причин занимать ту или иную позицию, и даже редкую оппозицию в единственном числе, которую занимал товарищ Гвоздь, у которого на всё про всё, была своя непоколебимая никакими искушениями точка зрения, то они, как и при всяких политических раскладах бывает, до последнего сомневались и выжидали, что же кандидаты такого экстраординарного предложат, что перетянет их здравомыслие в сторону другого, его не столь многообещающего противника.

Что же насчёт товарища Гвоздя, то попытки его перетянуть на свою сторону неоднократно тоже пробовались (и наверное, если кому-то из кандидатов, удалось бы заручиться его поддержкой, то исход выборов был бы предсказуем), и всегда почему-то в баре, куда его под надуманным предлогом заманивали доверенные лица того или иного кандидата. Где они, через обильное принятие на грудь провоцирующих на изменчивость взглядов напитки, и приступали к перековке товарища Гвоздя. При этом доверенные лица кандидата, зная вспыльчивую натуру товарища Гвоздя, не спешили ему в лоб задавать прямой вопрос: «А ты нашего кандидата уважаешь?», – а после череды последовательных смен пустой посуды на полную и обратно, ударив кулаком по столу, с глазами на выкате, в чём, несомненно, преуспел сеньор Феррари, обрушивали на Гвоздя смесь вопросительного сомнения и своих слюней.

– Вот ты мне скажи! – Орёт на весь погребок сеньор Феррари. – Ты меня уважаешь или нет? – И судя по взгляду сеньора Феррари, где его глаза, под воздействием выпитого, подчинившись физическим законам глядели, не просто раскосо, а в так называемом раздвоении, то тут сразу и не сообразишь, на кого он сейчас смотрел. Так что товарищ Гвоздь имел полнейшее право отклониться от первоочередного ответа, сославшись на то, что пока тот тип, на которого сеньор Феррари сейчас смотрит, не ответит, то и он не проронит слова, пока не разберётся с тем наглецом, который посмел проигнорировать своего лучшего друга, сеньора Феррари. Что прибивает сеньора Феррари на чувствительность, и он немедленно хватает мимо проходящую официантку за её юбку и усаживает себе на колени, чтобы сказать ей то, как он уважает товарища Гвоздя, за которого он любого здесь в этом погребке умоет.

Ну а официанты, а в особенности официантки, народ такой, что они вечно не того от посетителей ожидают, что и на этот раз в полной мере проявилось на лице удивлённой официантки, которая совершенно не рассчитывала на такие откровения со стороны сеньора Феррари, который сперва ей показался куда более деятельным мужчиной. И с этой оценкой, правда в отрицательном контексте, также был полностью согласен и бармен погребка Костя, в чьи планы давно уже входила близость с пойманной сеньором Феррари официанткой, а тут такое дело, что без вызова подмоги, своих друзей из охраны, не разберёшься.

Ну, а как только старший смены группы быстрого реагирования Витёк, прибыл в погребок на помощь своему другу бармену Косте, то он и выступил в качестве парламентёра, поинтересовавшись у сеньора Феррари, а не собирается ли он сегодня здесь подзадержаться, а то заведение испытывает нехватку трудоспособных рук, в деле мойки полов. На что погружённый в пределы лицевого внимания официантки, сеньор Феррари, будучи слишком занят, ничего не ответил, а вот товарищ Гвоздь, со своей стороны не испытывая особой занятости, в один удар кружкой по голове Витьку, свалив его с ног за всех ответил, в тот же миг став для сеньора Феррари единым кандидатом в президенты. О чём он правда по утру совершенно уже не помнил, как и то, как его звали, чему отлично поспособствовали кованные ботинки доверенных лиц другого, только уже местного кандидата в главы погребка, бармена Кости.

Но всё это серые выборные технологии, о которых все знают, и даже знают то, кто использует в тёмную сеньора Феррари, пока они дают сбой, то никого не интересуют. И поэтому кандидаты в президенты, пока не найдут других действенных способов перетянуть чашу весов в свою сторону, вовсю сыплют бисером обещаний, на которые каждый кандидат не должен скупиться. Умение аргументировано, убеждающее и с цифрами в руке делать многообещания, есть тест на профпригодность кандидата даже не в президенты, а хотя бы в отсталые региональные политики.

– А всё очень просто! – сделав умный вид и что-то прикинув на калькуляторе, даёт свой предвыборный ответ на вопрос: «И как же вы справитесь с нашими двумя вечными проблемами?», – один из кандидатов в советчики. – Отвечать за плохие дороги дураков нет. Ну а как только мы добьёмся одного из двух результата, неважно в какой очередности, то и проблема сама собой решится.

– С дураков начнёт. Даже не сомневайся. – Почесав затылок, промолчал избиратель, будучи про себя не дурак, так раскрывать себя и планы кандидата. А ведь это был первый шаг по выполнению предвыборных обещаний кандидата. Во дурак, что промолчал. Но тогда мы вернулись к исходному положению, с равным соотношением дураков и дорог. Какой-то прямо замкнутый круг получается. Что и говорить, а политика дело чрезвычайно не простое. И если уж взялся врать, то ври с умом. И тут можно констатировать факт того, что без этого фигурального оксюморона, без своего впадения когнитивный диссонанс, не перейти из кандидатов в выбранные лица.

Но всё это только слышимая часть предвыборных технологий, которая вряд ли может устроить всех этих зубров от литературы, которых на красноречивое слово не проведёшь, а вмешательства иностранной лексики, со своими не переводимыми речевыми оборотами, только смущает выборщиков, которые могут ещё подумать, что у кандидата не достаточный словарный запас, так что, чтобы добиться хотя бы небольшого отрыва в этой гонке за президентское место, то нужно предложить что-нибудь более существенное.

Что вполне и при этом почему-то одинаково, обоими кандидатами, сэром Иксом и сэром Игреком понимаемо, которые с тех самых пор, как окружным путём узнали о намерении своего противника баллотироваться в президенты, перестали себя по отношению друг к другу обычно вести, и при встрече переходили на только им понятный кандидатский язык недомолвок, намёков и прикрытых эвфемизмами оскорблений.

– Сэр! – встретившись на внутренней террасе оранжереи замка с сэром Игреком лицом к лицу, во время перерыва заседания клуба на ставшую уже церемониальной прогулку вдоль импровизированной аллеи среди цветников, подчёркнуто глубокомысленно поздоровался с ним сэр Икс. На что сэр Игрек, быстро проанализировав ситуацию и, не заметив в этом приветствии сэра Икса никакого подвоха, а в его, по-прежнему высокомерном взгляде (во время этого, на ходу придуманного ими церемониала, своего рода дебатов или дуэли, они на время отказывались от ношения масок в таком виде) намёка на иронию, отвечает ему в той же манере. – Сэр!

– Как ваше здоровье, сэр Игрек? – ну а вот этот вопрос с подтекстом сэра Икса, заставляет напрячься сэра Игрека, которому становится очень интересно, откуда это сэр Икс черпает свою информацию о нём, и какая падлюка, ему рассказала, что он сегодня себя после вчерашнего и вправду чувствует себя не совсем здорово. «А может сэр Икс имеет в виду совсем другое? – Вдруг к сэру Игреку пришло озарение. – Мол, куда тебе со своим хилым, настоянном на крепких напитках здоровьем, против моего, сдобренного булочками миссис Икс. Сволочь, другого слова и не заслуживает». – Сэр Игрек аж взмок при воспоминании булочек миссис Икс, заодно почувствовав, что к нему прямо сейчас вернулся аппетит, а это значит, что он пошёл на поправку. Что наводит его ещё на одну мысль. – А вот если сэра Икса лишить такого преимущества, – булочек миссис Икс, – перенаправив их ко мне, то это будет ощутимый удар по его организму и имиджу. – Что приводит сэра Игрека в отличное настроение, и он в ответ сэру Иксу даже шутит. – Не дождётесь, сэр Икс.

Но сэр Икс в свою очередь рассчитывает, если не на вечную жизнь, то, как минимум, пережить сэра Игрека, так что такое бахвальство сэра Игрека вызывает у него на лице неприкрытую улыбку. А такой отход сэра Икса от правил невозмутимости своего имиджа и лица, заставляет нервно задуматься сэра Игрека. – Если сэр Икс позволил себе отойти от правил вежливости, то это не просто так. И что же к этому его подвигло? – сэр Игрек решил повнимательней приглядеться к сэру Иксу, чтобы попытаться разобраться в том, что же это так неумеренно развеселило этого, всегда чопорного, а сейчас прямо-таки прыскающего от смеха господина.

– И вроде всё по-прежнему, и ничего не изменилось. Но подспудно чувствуется, что тут что-то не так. – Разбирая сэра Икса по пуговицам его клубного костюма, затем по другим малозначительным деталям его гардероба и в итоге, по его ещё менее примечательным внешним характеристикам, за исключением выпирающего вперёд живота, судорожно соображал сэр Игрек, не понимая, что же случилось с сэром Иксом, который вроде был прежним и в тоже время, не таким; как будто стал выше.

– И точно! – вдруг ахнул про себя сэр Игрек, вспомнив общеизвестный факт – нос сэра Икса никогда так высоко не задирался, как его нос, а сейчас он прямо-таки сравнялся с его носом в пренебрежении к этому миру и главное, по высоте. И хотя сэр Игрек знал о многочисленных фантастических возможностях носов, – они умеючи могут влезть в такие узкие пространства, что только диву даёшься, своим вздёрнутым вверх видом, без лишних слов, могут выразительно указать нахалу на его здесь не место, своим плевком понизить статус грубияна, поддеть весёлую даму за её кружевные юбки, своим намёкливым указанием приветливой барышне на дальние пределы комнат, привести её и носителя носа к счастью, – всё же на этот раз он был озадачен и потрясён такими возможностями носа сэра Икса, который ещё буквально недавно, упирался им ему в подбородок.

– Но как такое может быть? – нервно наморщил свой нос сэр Игрек, пытаясь разгадать загадку сэра Икса, который несомненно вырос в его глазах и что хуже, в глазах потенциальных избирателей. – Да он таким образом, и меня вскоре переплюнет, и уже мне своим недалёким носом придётся упираться в свой новый потолок – подбородок сэра Икса.

– Так вот, что имел в виду сэр Икс, интересуясь моим здоровьем. Он волновался моим психическим здоровьем, которое никогда не волнует и не замечается лишь самим больным. – Сэр Игрек от таких своих размышлений дрогнул в коленях и стал ещё ниже напротив стоящего сэра Икса, который молча наслаждался всем тем, что с сэром Игреком происходит – сэр Икс несомненно был догадливым сэром, и он по бледности лица сэра Игрека, и всё под сопровождение движений его носа, сразу же угадал ход его мысли.

И, наверное, вскоре это противостояние между сэром Иксом и сэром Игреком, закончилось бы убедительным унижением павшего в колени к сэру Иксу сэра Игрека. К чему сэр Игрек уже приготовился, бросив свой взгляд на туфли сэра Икса, которые ему, как побеждённому теперь постоянно придётся лелеять в чистоте, в основном, конечно, с помощью щётки, но в особенных случаях, как сейчас, и поцеловать не будет лишним, как вдруг сэр Игрек примечает за туфлями сэра Икса удивительную особенность – их каблуки чрезвычайно выросли в своих размерах. А вот уже этого факта злоупотребления сэром Иксом своим положением, сэр Игрек не замечать не намерен.

– Да это мне впору поинтересоваться у сэра Икса его нравственным здоровьем. – Стиснув зубы от злости, сэр Игрек буквально сразу же продиагностировал сэра Икса, и вновь выпрямившись во весь рост и чуть-чуть на носочки, с высоты посмотрел на этого, до чего же коварного сэра Икса.

– Сэр Икс, позвольте спросить вас. – Обратился к сэру Иксу сэр Игрек.

– Сэр Игрек, прошу вас без этих формальностей. Вы же знаете, что я всегда готов прийти к вам на помощь и вывести вас из очередного затруднения. – И хотя с этим заявлением сэра Икса, сэр Игрек имел все на то основания не соглашаться, – сэр Икс, сколько себя помнит сэр Игрек и знает этого сэра Икса, никогда не выказывал щедрости по отношению к нему, ссылаясь на то, что он решил наследовать всё потомкам, а это уже другая неправда со стороны не имеющего наследников сэра Икса, – он не стал припоминать сэру Иксу, какая он жадная скотина, у которой снега зимой не выпросишь, а своим вопросом несказанно удивил сэра Икса.

– Я хотел узнать. – Сказал сэр Игрек. – А ваша голова на таких высотах не закружится?

– Что-что? – переспрашивает не просто удивлённый, а несказанно удивлённый сэр Икс.

– Что-то мне подсказывает, что вы можете впасть в трагическую ошибку насчёт себя, в результате потери своих прежних ориентиров. – Сделав небольшой шаг в сторону сэра Икса, довлея над ним сверху своих носочек, утвердительно воззрился на этого, уже не такого, не возмутительного сэра, сэр Игрек. Но всё же сэр Икс крепкий противник, и он не собирается понимать все эти намёки и смыслы, какие вкладывает в свои странные заявления, этот, явно находящийся не в себе, сэр Игрек. Так что сэр Икс, с презрением, с помощью своего носа опровергает все домыслы этого сэра Игрека, непонятно на каких таких основаниях решившего, что он сэр Икс слаб головой. – А если мне голову до сих пор не вскружили все мои успехи, то с какой это стати я забравшийся на самые вершины Парнаса, должен волноваться за такую мелочь. – Подумал сэр Икс, и в знак того, что ему всё то, что сказал сэр Игрек до одного места, демонстративно поставил одну из ног на носок ботинка позади своей напарницы.

Что при значительном весе сэра Икса, приходящимся на каждую из платформ туфлей, было рискованным для него предприятием. И захоти сэр Игрек прямо сейчас форсировать свои отношения с невыносимым для себя сэром Иксом, то ему ничего не стоило бы, – неожиданно резко приблизиться к нему и дунуть в лицо, не такие уж и затраты, – уронить всю эту величавость сэра Икса к своим ногам. Но сэр Игрек не играет по таким подлым правилам, на которые несомненно пошёл бы сэр Икс, окажись он на его месте.

Чего не скажешь о сэре Иксе, который вместо того чтобы как-то отметить стремления сэра Игрека к конструктивному диалогу, а не к непредсказуемым для своих ног действиями в виде подножек, решает накалить ещё больше обстановку, обратившись к сэру Игреку.

– А вы не того? А то я слышал, что вы, сэр, того самого. – С секретным выражением лица, в простонародье называемым рожей кирпичом, обращается с вопросом к сэру Игреку сэр Икс, неопределенно кивая в дальнюю неопределённость. Но сэр Игрек понимает, что сэр Икс таким неприкрытым, до чего же хамским образом, хочет вывести его из равновесия, с которым он набросится на сэра Икса, чтобы ему набить морду, и тем самым покажет своим потенциальным избирателям свою неуравновешенность.

– Нет уж. Не на того напал. – Разгадав замысел своего противника, сэр Игрек ухмыльнулся себе в жилетку и с самым ответственным за себя видом даёт ответ.

– А я в свою очередь, слышал сэр, что вы не того самого. – Сказал сэр Игрек и пока сэр Икс не пришёл в себя от расстройства чувств из-за возмущения на сэра Игрека, который таким демонстративным способом передёргивает, меняет местами слова входящие в состав сказанного им предложения и даже смеет добавлять отсебятину, что не только меняет все смыслы сказанного, но и является неудачной шуткой, от которой ему не смешно, вслед добавляет. – Не дотягиваете.

– Как всё это понимать? – вопросил небеса и самого себя, заранее покрасневший от стыда за сэра Игрека сэр Икс, вздрогнув, после того как услышал эту словесную приправу, которую сэр Игрек в глубинах своего развращённого безнаказанностью мозга специально для него и взрастил. Но всё это длиться лишь мгновение, и сэр Икс поняв, что сэр Игрек специально его нервирует, придумывая на ходу более предпочтительные для себя шансы на успех, который ему не видать, как своих длинных ушей. А вот это наводит сэра Икса на неожиданную мысль.

– Сэр, не спешите радоваться и прыгать от счастья. Мне хорошо известно, откуда растут уши по поводу ваших только видимых успехов. – Не сводя своего взгляда с ушей сэра Игрека, прямо-таки пригвоздил его к месту сэр Икс. И хотя у сэра Игрека в мгновение воспылали его уши, он сдержался от порыва их остудить руками, к тому же все его мысли теперь заняты расшифровкой этого заявления сэра Икса, который определённо намекал на то, что в курсе того, как неважно обстоят его дела с колеблющимся выборщиком, а вернее, с единственной (Дебютанша не в счёт) членом и одновременно не членом клуба, Соней.

Что (такая информативность сэра Икса), говорит о том, что кто-то (гад ползущий и падла) в его команде, определённо сливает всю информацию штабу конкурентов, а это уж подло со стороны сэра Икса, готового на всё, – на самые не честные способы, на подкуп и в том числе на чёрные технологии, – лишь бы добиться своего, президентства. Правда и в штабе сэра Икса нашлись свои кроты, но в этом сэр Игрек ничего предосудительного не видит – они просто выказали себя понимающими людьми, когда как сидящие кроты в его штабе, повели себя самым предательским и значит непростительным для него способом.

Но и это ещё не всё, так каждый из кандидатов подозревал, что не только со стороны противника ведутся такого рода диверсии, но как вскоре ими выяснилось, то во всей этой предвыборной гонке участвует и третья сторона, которая считает нужным обо всём происходящем докладывать не им, а Президенту – а как ещё объяснить тот факт, что Президент никогда ничему не удивляется и всегда в курсе того, как движется предвыборная гонка. Конечно, можно заподозрить в этом и самого Президента, он ведь тоже не собирается без борьбы отказываться от своего места, но у Президента имеются в наличие куда более существенные рычаги для продвижения своих интересов и поэтому кандидаты пока не спешат насчёт него грешить обвинениями.