Люди $лова

– Планы меняются. Необходимо срочное внедрение. – Сказала мисс Ми и после небольшой паузы спросила. – Ты готов, убрав причины, создать следствия и проделать путь?

– Когда? – спросил Алекс.

– Всегда. – Пространно ответила мисс Ми.

– Готов. – Ответил Алекс.

– Тогда поехали. – Повернувшись к мистеру Ворону, сказала мисс Ми. После чего мистер Ворон нажимает на педаль акселератора, и автомобиль несколько сдержанно дёргается в свой путь. Что, видимо, не нравится мисс Ми и она, сурово посмотрев на этого неспешного водителя, говорит ему:

– Мистер Ворон. Время не ждёт. – Ну а раз это чистая правда и даже частично истина, то кто такой мистер Ворон, чтобы игнорировать её. И мистер Ворон пока его время не истекло, сильнее придавливает педаль акселератора и, автомобиль зарычав, начинает не просто набирать скорость, а даже начинает казаться, что он рванул наперегонки со временем. Ну а если вдруг у кого-то получится со стороны посмотреть на этот несущийся автомобиль, то создаётся такое впечатление, что он избрал для себя дорогу в одну сторону – он несётся на безумной скорости, сметая на своём пути всех бабочек, букашек и главное ветер – ну а его взлёты и падения на неровности поверхности автострады, в особо завораживающие полётные моменты, в той же полётной степени вызывают завышенные мысли о себе и окружающем мире. А уж с такими неразборчивыми на высказывания мыслями трудно кому-либо из подлетающих к самому потолку пассажиров справиться, разве что только тем, у кого их нет и никогда не было в голове (такая вот головная защита).

И первая, что даже более чем неожиданно выглядит, с собой не справилась мисс Ми – возможно, это объясняется тем, что она в своей внутренней лёгкой сущности была ближе к ветру – и при проезде мимо огромного особняка (странно то, что она заметила именно этот самый обычный, ничем не отличающихся от других находящихся в этой части города особняков) сделала насчёт него мимолётное замечание, чем приблизила внимание и мысль Алекса к этому зданию.

– А мистер Сальери пусть пока подождёт. – Мысля вслух, явно забыв о том, что она не одна, произнесла мисс Ми и была запомнена, как Алексом, так и его соседом, мутным типом (мистер Ворон был слишком занят дорогой и скорее всего, не принял большого значение сказанному). Ну а всякая не воздержанность со стороны мисс Ми всегда волнующе действует и заставляет о многом задуматься тех, кто хоть немного знает её и по роду своих обязательств вынужден иметь с ней дело. Так что когда мисс Ми так непозволительно для себя сболтнула лишнее, то сидящим на заднем сиденье машины людям, было о чём задуматься. Правда ненадолго, а всё потому, что автомобиль начал сбавлять скорость (любое изменение движения – направления или его скорости, изменяет ход мысли) и все сидящие в автомобиле люди перевели свой взгляд в окна машины и принялись делать оценочные выводы тому, что они увидели в этом конечном пункте их путешествия.

Ну а конечный пункт определённо заслуживает особого внимания, хотя бы только из-за того, что мистер Ворон остановил свой или служебный автомобиль чуть поодаль от одного из шикарных поместьев, и не просто в тени деревьев, а так в них заехал, что автомобиль оказался совсем не виден со стороны проезжающих мимо автомобилей и самого особняка.

– Ну что, – повернувшись к Алексу, пространно заговорила мисс Ми, – вам предоставляется отличная возможность на практике проверить себя и то на что вы способны. – Мисс Ми своим немигающим взглядом продолжая смотреть на Алекса, видимо пыталась прочитать по нему степень его готовности к заданию. Ну а так как Алекс никак не проявлял себя и продолжал также безмолвно и непроницаемо смотреть на неё в ответ, то она решила разбавить молчание вопросом:

– Сумеете убрать причины и барьеры и дойти до цели?

– Наличие сомнения уже есть одна из тех причин, которые становятся помехой на любом пути. А его у меня нет, а это значит, что я готов. – Сказал Алекс.

– Вот и отлично. – Ответила мисс Ми. – А теперь слушайте то, что я вам скажу. Вы проникаете в дом, находите наш объект и забираете у него папку с документами.

– Какую папку? – спросил Алекс.

– Ту, какую он отдаст. – Достаточно для понимания того, что этого достаточно знать, сказала мисс Ми. Алекс же пошёл дальше в понимании сказанного мисс Ми, и ничего больше не говоря, открывает дверь автомобиля и выходит из него. Оказавшись же на улице и на ногах, Алекс для начала размял затёкшие от сидения в машине ноги, посмотрел по сторонам, после чего перевёл свой взгляд на цель своего прибытия сюда – огромный особняк, состоящий из комплекса зданий, который лишь только с первого взгляда своими размерами внушал беспорядок в голове. Впрочем, когда ты, а именно Алекс, досконально изучил подробный план внутреннего расположения всех ходов и выходов, а также переходов, спален и комнат, то ты не только не заблудишься в этих лабиринтах комнат, но и всегда сумеешь найти для себя самый оптимальный путь прохода внутрь, а если экстренно надо будет, то и выхода.

«А охрана? – размеренным шагом направляясь по направлению главного хода (запасные и все другие, лучше применимы для выхода), как и прежде при подготовке к этому заданию, задался вопросом Алекс. На что, как и прежде, дал свой ответ. – Они всего лишь люди, чья причина нахождения здесь, это прежде всего обязанность перед собой, а не перед нанявшим их хозяином, которого они бывает, что и ненавидят (а их, судя по собранной на них информации и составленным психологическим портретам, не мало). Ну а частности, то это всегда частности, для которых всегда найдётся свой такой же индивидуальный подход. А вот найти его, и есть главная задача стоящая передо мной. – Подходя к ключевому пункту, парадному входу, подвёл итог своему размышлению Алекс».

«Нужен зрительный контакт», – наскоро, чтобы не вызвать подозрения, осмотрев массивную дверь на воротах открывающих вход во внутренние пределы особняка, Алекс сосредоточившись на том, что требует от него эта мысль, а также на камере наблюдения, нажал на кнопку вызова. И ожидаемо Алексом, ответ не заставил себя ждать, и из встроенного динамика до него донёсся вопрос:

– Представьтесь, сэр.

«До чего же глупое требование. – Не удержавшись от улыбки подумал Алекс. – Да и разве воспитанный человек в здравом уме позволит себе такие откровения на людях. Ведь я себя может быть, каким-нибудь супергероем представляю». – Усмехнулся Алекс, представив то, как после его такого представления, вытянется лицо у сидящего в пункте наблюдения за мониторами, совершенно непонимающего шуток мистера Сандоро – Алекс знакомый с внутренним сменным распорядком, имел много оснований делать такие выводы. Правда пока мистер Сандоро слишком не заволновался и не перенервничал, а это при его недавнем нахождении на этой должности вполне может случиться, нельзя ему давать время для возможности, не просто так подумать, но и рефлексировать.

– Посмотрите сюда, мистер Сандоро. – Вытащив из кармана пиджака портмоне, при раскрытии которого на свет появился прикрепленный к одной из его стенок, похожий на полицейский, жетон, где сбоку от него помещалась идентификационная карта с фотографией Алекса на ней, Алекс ткнул его по направлению камеры. – Да. Вы не ошиблись, Это тот самый жетон, который открывает все двери. И он пришёл по вашу душу, мистер Сандоро.

Ну а сидящий за центральным охранным пультом, как и угадал Алекс мистер Сандоро, как ещё раз угадал или предугадал Алекс, как раз испытывал своего рода волнение, которое всегда присутствует у новичков, которым совсем недавно доверен столь ответственный пост. И этот мистер Сандоро, как и всякий новичок, именно в свою смену определённо ожидая какого-нибудь подвоха со стороны обстоятельств своей жизни, частенько не испытывающих к нему расположения или по простому, происшествия, тем не менее, совершенно не был готов к тому, чтобы вот так прямо сейчас, что-то подобное, раз и опять случилось.

А тут ещё очередные (когда ваши домашние склонны к безделью и готовы на всё, ради того чтобы продлевать как можно дольше это своё любимое развлечение, то от них чего угодно ожидать можно – например, как у них в семье, постоянно рожать) выходки миссис Сандоро, которая, так прямо-таки выходит из себя, когда что-то случается не по неё – а это случается с регулярным постоянством и не только в день его, по её мнению, мизерной зарплаты (что поделать, раз миссис Сандоро по натуре нервная, склочная и с огромными запросами особа – такую даже зарплата с шестью нулями не устроит и ей будет всё мало). И спрашивается, как мистер Сандоро, находясь всё это время дома под физическим, а здесь на работе, под жёстким мысленным прессом миссис Сандоро, мог сосредоточиться хоть на чём-то.

Так что придавленный со всех сторон – с одной стороны огромной ответственностью, которую определяла его место работы, а с другой, ещё большей ответственностью перед миссис Сандоро, которая грозилась ему отрезать кое-что, если он попытается проявить безответственность по отношению к ней – мистер Сандоро определённо был застан врасплох вновь прозвучавшим сигналом звонка в двери (Всё верно, за сегодняшнюю его смену это был не первый визит к мистеру Моргану со стороны уличных проходимцев – а второй. Так к первому неожиданному визиту, мистер Сандоро всё же внутренне был готов – он предполагал, что его каким-нибудь – таким способом, захотят проверить, как он справляется с возложенными на него обязанностями, и на появление подозрительного типа у дверей ожидающе, с улыбкой отреагировал. Где после проверки его документов, он не забыв подмигнуть проверяющему, сопроводил этого, догадливо понятно, что за типа – проверяющего, в кабинет мистера Моргана. А вот этот второй визит действительно был из рядя вон выходящим для мистера Сандоро, не предполагавшего, что его будут так часто проверять). Отчего мистер Сандоро нервно дёрнулся и, задев рукой, стоявший на столе стаканчик с горячим кофе, разлил его, и не просто на стол, а что главное – на лежащую в буквальной близости от стаканчика клавиатуру.

– Вот чёрт! Я так и знал! – нервно и испуганно задёргался обладающий столь провидческим даром мистер Сандоро (а все пророки, как в своё время Кассандра, страдают от непонимания себя своими соотечественниками, миссис Сандоро и тем, что они всегда бессильны и не могут предотвратить это своё пророчество), потрясывая своей обожжённой рукой. Но не рука, хоть и своя, сейчас волновало мистера Сандоро, а вот то, что случилось с видео картинками на экране монитора, где часть из них принялась моргать, а другая и вовсе залипла на одном остановившемся кадре, и всё как следствие пролития кофе на клавиатуру, то это, до мокроты в подмышках и на лбу, чрезвычайно взволновало его. При этом у мистера Сандоро, совершенно не было времени для того чтобы как-то технически разобраться во всём этом, когда на него через моргающий экран монитора, прямо-таки взирал взгляд незнакомца. И находящемуся в растерянности мистеру Сандоро, ничего не остаётся делать, как на автомате задаться вопросом:

– Представьтесь, сэр.

На что тут же, не давая ему передыха, следует ввергнувший его в прострацию, ответ откуда непонятно, но знающего его имя незнакомца:

– Посмотрите сюда, мистер Сандоро.

И заворожённому этими знаниями его незнакомцем и его приказным властным тоном, мистеру Сандоро опять ничего другого не остаётся делать, кроме того, как слушаться и, прильнув к экрану монитора, сквозь все эти блики и моргания, пытаться разобрать, что ему показывает этот властный незнакомец. И хотя мистер Сандоро ничего толком разглядеть не может, тем не менее, он из всего увиденного, – жетона и его носителя, – обладателя властного голоса, сумел для себя сделать не очень-то желательные выводы – либо в лучшем случае, что-то случилось с миссис Сандоро (опять её братец негодяй и бездельник, во что-то её втянул), либо в худшем, на него из его прошлой жизни, что-нибудь накопали (раз в этой жизни мистер Сандоро не чувствовал за собой грехов, то такой вывод сам собой напрашивается).

– Я жду, мистер Сандоро. – Незнакомец убрав жетон себе в карман, не сводя с него своего пронзительного взгляда, не даёт мистеру Сандоро собраться с мыслями и, мистер Сандоро действуя на автомате, нажимает кнопку открытия дверей. Но только стоило ему это сделать, как вдруг на улице раздался не просто шум от топота бегущих людей, но что страшнее, взволнованные крики охраны: «Вон он! А ну, стой!».

И взятый в оборот всем этим шумом и кавардаком мистер Сандоро, даже забыв, как он всегда это делал, мысленно подумать: «Всё к одному», – выскочил на улицу, для того чтобы хотя бы оглядеться по сторонам и понять, что здесь происходит. Но не успевает он оглядеться вокруг и опомниться, как вдруг набежавшие и чуть не сбившие его с ног несущиеся непонятно куда и зачем сотрудники службы безопасности, своей энергичной устремлённостью, неожиданно для него, взяли и захватили его вместе с собой. И мистер Сандоро сам того не заметил, как уже оказался среди участников погони, за только что выявленным, не санкционированно проникшим на территорию поместья злоумышленником.

– Вон он! – истерично орёт мистер Сандоро, наводя свой пистолет в сторону движущейся вдоль находящегося в глубине окружающих деревьев забора тени. Но принадлежащая этому злоумышленнику тень, несмотря на то, что её обнаружили, даже и не собирается останавливаться, а как видится преследующими его охранниками, начинает сбираться на забор, с явным намерением таким образом умыкнуть от них. И, конечно, преследующих этого незнакомца людей, такой вариант дальнейшего развития ситуации не устраивает и они, достав оружие, начинают вести беспорядочную стрельбу в сторону этого, чего ещё надумал злоумышленника. Но они ничего поделать не могут, ведь на стороне этого злоумышленника находится природа в виде зарослей деревьев, вечернее время суток – его трудно различить в темноте, и сбивчивые от бега прицелы пистолетов охраны, которая так и не попав по этому, однозначно одному из людей-X, а иначе как объяснить, что они в него не попали. И как результат всему этому – к огромному огорчению преследователей, он умело уходит от них.

– Ушёл, гад! – согнувшись в спине, пытаясь отдышаться, подытожил результат стрельбы и погони мистер Сандоро, как тут же вдруг потрясённо вспоминает о том, что он оставил пульт без своего личного надзора. Но даже не это озарение заставило мистера Сандоро нервно обмереть – а вот то, что он впустил на внутреннюю территорию поместья незнакомца, то вот это было не просто недопустимо, а …Но несущийся как угорелый обратно к себе на пульт охраны мистер Сандоро, постукивая зубами от нервной тряски, даже не смел сформулировать то, чем ему может грозить такое его отступление от правил службы.

– Ушёл, гад! – всё также согнувшись в три погибели, пытаясь отдышаться, подытожил результат осмотра своего рабочего места и такого же пустынного места, там, с другой стороны забора, разделяющего внутренний мир поместья с тем внешним миром. – А может быть, я просто задремал и мне всё это приснилось. – Попытался успокоить себя мистер Сандоро. Но залитая клавиатура и мерцающий экран монитора, имея свою мстительную точку зрения на случившееся, явно были не согласны с мистером Сандоро и требовали от него каких-нибудь действий. И мистер Сандоро, безнадёжно посмотрев на всё произошедшее, решив, что, пожалуй, ему грозят большие неприятности, уже было хотел сдаться, но вспомнив какой на улице произошёл переполох, – а это, несомненно ЧП, – решил немедленно действовать и, забыв о рации, бросился искать начальника смены, мистера Фрейда.

Что же касается вошедшего в открытую мистером Сандоро дверь Алекса, то он определённо имел свой регулировочный движение, план продвижения внутрь здания особняка. Но так как резко поднявшийся шум и беготня, своей неожиданностью появления, изменили эти его планы, то Алекс был вынужден по ходу движения вносить в него правки. Так в самом начале своего пути, Алекс, не обнаружив на нём, покинувшего свой пост вместе с другими охранниками мистера Сандоро – Алекс в принципе был не против такого подарка судьбы – решил не дожидаться этого растеряно себя ведущего мистера Сандоро, и без всякого сожаления, целеустремлённо направил свой шаг к входным дверям.

«Охрана внутреннего периметра больше прилизана и размягчена своим тёплым положением внутри здания, ну а их близость к хозяйскому взгляду, прибавляет им самоуверенности и гордыни, делая их слепыми к человеческим отношениям. Наверное, эти, так стремящиеся попасть во внутренний периметр охраны охранники из внешнего периметра, как раз за это их пренебрежение к ним и ненавидят их», – за своими размышлениями Алекс проявил оплошность и не заметил, как наткнулся на неожиданно выскочившего из-за угла запыхавшегося и не только физически, потерявшего по неизвестной причине лицо, начальника смены, мистера Фрейда.

И хотя Алекс оплошал, вовремя не заметив этого наскочившего на него неизвестного лица, он, тем не менее, первым нашёлся и, сурово отодвинув от себя мистера Фрейда высокомерным взглядом, презрительно посмотрел на него с тех самых недоступных для такого ничтожества как мистер Фрейд небес, где он частенько пускает дым из сигары вместе с президентами и даже иногда, и с самим богом. Ну а после этого своего приветственного напутствия, раздражается возмущением:

– Да ты кто такой?! Да как это всё понимать?!

Ну а мистер Фрейд, что и говорить, а итак находился в состоянии крайнего перевозбуждения, после своего срыва и неудачного падения с выступа, на который он забрался для того чтобы заглянуть в окно мистера Моргана. Ведь когда он так неудачно для себя туда заглянул, то к своему потрясению и частичному изумлению, как раз и был застан на этом месте своего преступления против личной жизни мистера Моргана самим мистером Морганом. И оказавшись лицом к лицу с мистером Морганом, мистер Фрейд даже не успел сообразить, как тут же был пригвождён к своей мелкой сущности, своевременным и принципиальным вопросом мистера Моргана, который не стал ходить вокруг да около и напрямую спросил с него: Кто ты есть такой?

Ну а потрясённый прямотой мистера Моргана мистер Фрейд, не выдержал потрясения, сорвался с окна и покатился вниз по склону, где и наткнулся на остановившее его дерево. После чего он, ничего не соображая, находясь не в себе и, мучаясь над заданным мистером Морганом вопросом, бросился бежать, и так до тех пор, пока и не наткнулся на этого неизвестного типа, от которого вновь услышал тот самый вопрос, который у него пока он бежал подальше от окна мистера Моргана, так и не выходил из головы. И, конечно, мистер Фрейд не выдержал своей душевной муки и, остолбенев на месте, впал в умственный ступор.

Алекс же, этот, по мнению мистера Фрейда, поднебесный житель, лучший друг мистера Моргана и заодно всех рукопожатных президентов, без чьего совета они не смеют выдвигать друг другу требования, тем временем не унимается и всё больше волнуется и нервничает, изумлённо глядя на свои испачканные мистером Фрейдом туфли. И хотя туфли этого всемогущего друга мистера Моргана, были так себе и у мистера Фрейда даже промелькнула кощунственная мысль – мои то, будут получше – всё же кто такой этот мистер Фрейд, чтобы судить о предпочтениях столь высоких господ – он, может быть, был йог или быть может, находился в предвыборной гонке на пост президента всех президентов и поэтому вынужден проявлять свою близость к народу.

Но вот лицо всемогущего друга мистера Моргана смиряет снисходительность к этому ничтожному червю мистеру Фрейду и он так уж и быть, готов его простить, если он во избежание подобных эксцессов – кто знает насколько нерасторопна охрана внутреннего периметра дома, и не отдавят они ему ноги, как он – проведёт его до страдающего от нетерпения, уже заждавшегося его мистера Моргана. Ну а мистер Фрейд, конечно же готов искупить свою вину перед этим всемогущим мистером (и мистером Морганом), который быть может, замолвит за него словечко мистеру Моргану. И мистер Фрейд наполнившись важностью и ненавистью к мягкотелой и теплолюбивой охране внутреннего периметра здания, выдвинувшись вперёд, игнорируя вытянувшиеся в недоумении лица сотрудников внутренней охраны, ведёт всемогущего мистера прямо до дверей кабинета мистера Моргана (мистер Фрейд почему-то уверен, что мистер Морган сейчас находится именно там).

– Дальше я сам. – Остановившись у дверей кабинета мистера Моргана, всемогущий мистер, благожелательно, как бальзамом на душу, посмотрел на мистера Фрейда и отпустил его этим своим заявлением. Когда же мистер Фрейд, окрылённый проявленным к нему доверием всемогущего мистера, скрылся из виду Алекса, то Алекс поворачивается к двери мистера Моргана и без лишнего для всемогущего друга мистера Моргана стука, широко открывает дверь. После чего делает шаг и к полной своей неожиданности, натыкается на удивительно вопросительное заявление мистера Моргана:

– Так скоро!

«Я бы мог к этому добавить – удивительно легко и быстро», – только подумал, но не добавил Алекс, изучающее глядя на мистера Моргана, в чьих руках как раз, что опять удивительно, находилась папка. Мистер Морган в свою очередь, замечает этот обращённый на папку взгляд незнакомца и ни слова не говоря, протягивает её ему. Незнакомец же не решается взять папку и скорее всего, ожидая какого-то подвоха, поочередно смотрит, то на папку, то на мистера Моргана.

– Берите. – Решает нарушить молчание мистер Морган, ещё ближе к Алексу протягивая папку. – Вы же за ней пришли. Не так ли? – Ну а такая осведомлённость и заодно такое благорасположение мистера Моргана, не может не насторожить Алекса – ведь он, как ни крути, а явился сюда без приглашения и без предварительного предупреждения. Да и вообще, всё это как-то странно выглядит – с какой это стати этому мистеру Моргану, который не только на порог не пускал Сальваторе, но и от всего мира отгородился охраной и своим самомнением, вести себя так открыто и отлично от того, как он вёл себя прежде?

И не успевает Алекс как следует поразмыслить над этой загадкой, как он затылком чувствует – в него ударил ворвавшийся через открывшуюся дверь ветер, а вслед за этим, до него доносится шум приближающихся шагов. И хотя всё это требует от Алекса каких-то действий – ну того же поворота головы, чтобы посмотреть назад – Алекс продолжает стоять на своём и тупо смотреть на мистера Моргана.

Между тем, судя по взглянувшему за спину Алекса мистеру Моргану, то тот, кто так спешно шёл сюда, показался в зоне видимости мистера Моргана. Правда, стоило только шедшим увидеть самого мистера Моргана и стоящего к ним спиной неизвестного гостя мистера Моргана, то они тут же остановились на месте. И скорей всего, на этот раз увереннее и лучше всех из всех здесь находящихся, себя чувствует мистер Морган, раз он улыбнувшись, вкладывает папку в руки Алекса и, подойдя к нему говорит.

– Знаете, что я сейчас сделаю? – взяв Алекса за локоть и повернув его в сторону выхода, где замерев в удивлении, стояли сотрудники службы безопасности, скорее риторически спросил его мистер Морган. И промолчавший в ответ Алекс, чьё внимание было поделено между охраной и мистером Морганом, выказал полное понимание риторики своего собеседника. – Чтобы не возникло ненужных недоразумений, я провожу вас на выход. – И опять на всё сказанное мистером Морганом, ведомый им на выход Алекс, ничего не говорит, а лишь внимательно смотрит на разгорячённые лица охраны, которые не так уж незнакомы для него – он их в отличие от них, всех знает на пересчёт.

«А вам бы мистер Сандоро, всё же не следовало оставлять пульт охраны и бежать сюда вслед за всеми в поисках оправданий», – незаметно для узнавшего его и ещё больше удивлённого от своего узнавания мистера Сандоро, наставительно ему качнул головой Алекс. И вдруг, правда не зная почему, Алекс взял и вслед за этим своим покачиванием головой, подмигнул ничего непонимающему и перетрухнувшему мистеру Сандоро.

И вот кажется, что все препятствия, в том числе входные двери на пути на выход преодолены, и Алексу, пока мистер Морган не передумал или не обратил всё это в злую для Алекса шутку, остаётся только, как побыстрее расстаться с ним, как вдруг, к их обоюдной неожиданности, главные въездные ворота открываются и во двор въезжает представительского класса автомобиль – другие в этих краях не водятся. И, пожалуй, для Алекса любая задержка здесь ни к чему, да и кто знает, что или кого внутри себя такой автомобиль везёт. И Алекс не желая этого знать, начинает потихоньку двигаться в сторону выхода. Что же касается мистера Моргана, то его вниманием полностью завладел подъезжающий автомобиль и он, забыв о своём госте, замерев на месте, не сводит своего взгляда с автомобиля.

Но вот автомобиль останавливается и как слышит уже находящийся спиной к автомобилю и мистеру Моргану Алекс, из открывшейся двери раздаётся, что за волнительный, удивительного тембра женский голос. И хотя у прежде не страдающего от любопытства Алекса, совершенно не было времени, если не на любопытство, то на туже любознательность, он вместо того чтобы ускорить свой шаг к выходу, не понятно по каким своим мотивирующим его на это действие причинам, взял и оглянулся назад, для того… Ну ладно, так и быть признается – чтобы соизмерить с реальностью, уже (теперь понятно почему, возникло это мотивирующее почему) им представленный образ обладательницы этого голоса.