Родственная душа

Глава 1. Малышкины мечты

Летнее июльское солнце жгло плечи. Музыка громким эхом отдавалась в ближайших дворах. Улыбки, смех, в воздухе чувствовалась детская наивность и родительская радость. Кэллен вытерла свои маленькие, еще не окрепшие ручки об подол желтого платья и сделала неуверенный шаг вперед. Мимо девочки пробегали люди. Они выглядели высокими и недосягаемыми. Кэллен не могла даже подумать, что когда-то станет такой же, как они. Девочка была маленькой и хрупкой и неуклюже перебирала своими короткими ножками по земле.

– Кэллен! – девочка повернулась на родной голос. – Улыбнись папе, милая! – в метре от нее стоял молодой мужчина с непослушными светлыми завитушками на голове.

Он широко улыбался и держал в руках камеру. Кэллен бросила короткий взгляд на красный огонек и, нахмурив брови, отвернулась.

– Ну же, доченька. Улыбнись, как ты умеешь, – продолжил звонкий мелодичный голос стройной девушки с короткими прямыми волосами цвета угля. Ее глаза сияли. Бледные открытые ключицы ласкало солнце. – Видимо, не сейчас, – разочарованно произнесла девушка, поднимаясь с колен.

Длинный подол сарафана пошатнулся от ветра. Кэллен смотрела на их лица и улыбалась, даже если они не видели. Уже тогда, будучи маленькой и беззащитной, она любила их всем своим крохотным чистым сердечком. Когда они смотрели на нее, девочка чувствовала себя в безопасности, чувствовала твердый фундамент под ногами и сильную руку, за которую всегда могла ухватиться.

Кэллен крепче сжала выигранную папой куклу в лотерейной лавке и медленными движениями направилась в сторону, ускоряя шаг. Она не заметила, как перешла на бег, и в один момент упала, оказавшись на шершавой земле. Коленки защипало от удара. Но в глазах Кэллен не было слез. Девочка вновь нахмурилась и целенаправленно отказалась подниматься.

– Вставай, Кэллен, – услышала она ласковый голос мамы, растворившийся в шуме толпы.

Девочка помотала головой и огляделась вокруг. Карусели казались ей огромными. Она искала глазами место, где еще никогда не была, место, куда бы ей ужасно хотелось пойти. Казалось, снизу вид открывался куда значительнее. Когда ты на дне, единственное, что остается, – это смотреть вверх. Кэллен принялась ковырять землю новенькой куклой и закончила, прорыв неглубокую для взрослых ямку. Но ей виделось, что она создала бездну.

– Кэлленочка, – протянул папа, махая девочке рукой.  – Может, ты все-таки покажешь свою милую улыбку для меня?

Кэллен отвернулась, вновь разглядывая карусели над головой. Ее внимание привлекли кабинки, с невероятной скоростью мчавшиеся по кругу на высоте. Девочка поднялась с земли и все также неуверенно побежала в сторону аттракциона. Взрослые мальчишки и девчонки подавали работнику билеты. Кэллен смотрела на них, и ее сердце было готово разорваться от обиды. Зачем она так сильно стремилась в будущее, когда ее жизнь была так беззаботна и прекрасна?

– Эта карусель не для тебя, милая, – мама крепко взяла Кэллен за руку.

Та с печалью на душе опустила голову, ощущая собственную беспомощность. Кэллен повернулась в сторону папы. Теплый летний ветер сбивал с ног ее маленькое тельце. Папа слегка наклонил голову на бок и потянулся.

Кэллен всегда улыбалась им в ответ, даже если не показывала этого, даже если они думали, что она грустила, она улыбалась им в ответ всей свой душой. Они были единственными людьми, которым Кэллен всегда хотела дарить свою улыбку. Она улыбалась для них так сильно, что забывала показывать свою радость, храня ее где-то глубоко в сердце.

Девочка вновь перевела взгляд на карусель. Ей был год с небольшим, когда они с родителями поехали на ярмарку. Уже тогда Кэллен выбирала мечты, до которых не могла дотянуться.

Глава 2. Мальчик, которому холодно

Белый снег, словно ватная шапка, ложился на треугольные крыши домов, расположенных близко друг к другу на склоне холма. Ярослав шел вдоль озера, стараясь не замечать противный скрип деревянных половиц под ногами. Мальчик остановился около места, где ограда была слегка скошена набок, и наклонился к воде.

– Какая холодная! – произнес мальчик вслух, одернув руку.

С неба крупными хлопьями падал снег. Ярослав поднялся с колен, сверху послышался шорох, и через секунду на его открытую голову свалился мокрый кусок.

– Черт, – раздраженно пробормотал мальчик, стряхивая остатки снега с плеч.

Ярослав бросил взгляд в сторону домов. В одном из них еще горел свет, а из трубы шел серый густой пар. Казалось, вся природа ушла на покой, замерла и потеряла свои краски, как его собственное сердце. Ярослав не помнил, когда последний раз видел солнце. Вечный холод и серые оттенки отобрали у него остатки радости. Мальчик направился к дому, где горел свет, половицы вновь противно заскрипели.

Это место хранило покой в каждом движении. Иногда мальчику виделось, что вода не двигается вовсе. Ярослав постучал ногами, избавляясь от снега, и открыл дверь.

В коридоре было темно и тихо. Ярослав повесил дубленку на крючок и, сняв ботинки, прошел в столовую. У камина сидела Агата. При виде брата девочка поднялась с пола и нахмурила брови.

– Бабушка оставила ужин на столе, – Агата сняла полотенце с тарелки. – Она долго ждала тебя, – добавила сестра.

Ярослав кивнул, пытаясь отыскать в себе чувство вины.

– Совесть мучает?

– Должна бы, но нет, – признался мальчик, глядя на тарелку холодного супа и зачерствелый хлеб.

– Я подогрею, – поймала взгляд брата четырнадцатилетняя девочка и отнесла тарелку в старенькую микроволновку на кухонной тумбе.

Столовая представляла собой квадратное помещение с длинным деревянным столом, камином и несколькими тумбами рядом с плитой.

Около камина на полу лежал плетенный ковер. Бабушка берегла его уже несколько лет, хотя Ярослав совершенно не понимал, зачем она это делает. Микроволновка несколько раз громко пропищала. Сестра достала тарелку и поставила ее на стол.

– Спасибо, – ответил мальчик, опускаясь на стул.

– Где был? – Агата села напротив.

– Гулял на другой стороне холма, – пожал мальчик плечами.

– С друзьями?

– Они ушли раньше, – Ярослав откусил твердый кусок хлеба. – Да он как камень!

– Из-за снегопада бабушка не решилась выйти в магазин, – лицо Агаты вновь стало серьезным. – Тебя ведь за продуктами сходить не заставишь.

– Я схожу завтра, – ответил мальчик, засунув в рот еще одну ложку.

– Я помогала бабушке готовить, – Агата кивнула в сторону похлебки.

– Вкусно.

– Сыграем в шашки? – глаза Агаты заблестели.

Мальчик улыбнулся в ответ.

С тех пор, как работа вынудила родителей уехать в Африку, Ярослав с сестрой жили у бабушки в маленькой деревушке на севере. Ярослав мечтал о тепле и о большом светлом доме, Агата никогда не говорила о своих желаниях, но мальчик знал, что ей бы хотелось того же. Их отец много раз предлагал бабушке переехать, как только с работой все станет стабильно, но она этого и слышать не хотела. К тому же у нее был еще один сын, старший. Он жил вместе с семьей в теплом местечке на берегу моря. Бабушку звали переехать и туда тоже, но она, упирая руки в бок, заявляла, что Север – ее единственный дом. Ярослав сначала злился на родителей за то, что они отправили их сюда, ведь будь у него возможность выбирать, где жить, мальчик бы никогда не выбрал холодный и заснеженный край, но мамина улыбка и коробка с шахматами для них с Агатой в один миг уняли всю его злость.

– Мы вернемся однажды и уедем туда, где вы будете счастливы, – заверила мальчика мама перед тем, как покинуть дом.

Бабушка обнимала Ярослава за плечи, а Агата заливалась крокодильими слезами, глядя, как отец убирает чемодан в багажник.

– Время идет так медленно, – всхлипнула сестра, проходя на кухню.

– А ты попробуй найти себе дело, и часы сменят свой ход, – заверила внучку бабушка, доставая с верхней полки корзинку с пирогами.

Сестра тут же успокоилась и протянула Ярославу коробку с шашками.

– Сыграем? – улыбнулась она.

– Сыграем, – кивнул мальчик, доставая белые фишки.

С тех пор прошло уже около пяти лет. Родители приезжали каждые полгода, загорелые и довольные своей работой.

– Еще немного, и мы сможем забрать вас, – повторяла мама каждый раз в день отъезда.

Они должны были вернуться на следующей неделе, и, чем ближе был желанный момент, тем томительнее тянулись дни.

Ярослав бросил взгляд в сторону деревянных часов. Стрелки почти не двигались.

– Мне кажется, они никогда не заберут нас, – признался мальчик.

– Глупости, – тоскливо улыбнулась Агата, сделав очередной победный ход. – Я каждый день представляю, как мы садимся в машину все вместе и уезжаем туда, где всегда сияет солнце и дует теплый ветер.

– И бабушка с нами?

– Не знаю, – Агата пожала плечами. – Для каждого человека – дом это что-то очень важное.

– Разве дом не должен быть там, где твоя семья? – возмутился Ярослав.

– Иногда дом – это место, – сестра забрала у Ярослава последнюю фишку и захлопнула коробку. – Я снова выиграла.

– Ты старше, – Ярослав поднялся со стула.

– А ты не сосредоточен! – Агата положила коробку на полку. – Когда научишься трепетнее относиться к мелочам, тогда и жизнь покажется тебе иной.

– Кто тебе это сказал? – Ярослав приподнял бровь.

– Бабушка, – призналась девочка после недолгой паузы. – Она сказала, что жизнь полна знаков и голосов, – Агата направилась к выходу. – Спокойной ночи, Ярослав, – сестра задержалась в проходе. – А еще она сказала, чтобы ты спустился к завтраку завтра, она хотела о чем-то поговорить.

– О чем? – удивился мальчик.

– Не знаю, сюрприз, наверное.

– Не люблю сюрпризы, – скорчил Ярослав лицо.

– Я тоже, – Агата закатила глаза. – Но жизнь, она их любит.

***

Ярослав открыл глаза и попытался прислушаться к голосам внизу. Мир вокруг казался искаженным после глубокого сна. Мальчик вскочил с кровати и помчался на кухню, не обращая внимания на легкое головокружение и помутнение в глазах.

– Ярослав! – позвал с заботой сладкий голос.

Ярослав поднял голову. Силуэт стройной женщины в белом расплывался перед глазами. Мальчик сосредоточился. Образ приобрел очертания. Мама понимающе улыбалась в ответ. Ее черты лица несколько изменились, под глазами появились темные круги, а лоб поразили тонкие морщины. И все же она продолжала улыбаться, излучая тепло и радость.

– Вы приехали, – мальчик растворился в маминых объятиях.

От ее волос пахло лимоном и специями.

– Отец вышел во двор с Агатой, – мама приложила ладони к щекам сына. – Я так скучала по тебе, дорогой!

Ярослав кивнул в ответ.

В камине потрескивали дрова, из деревянной рамы сквозил холодный ветер.

– Ты ведь еще не завтракал.

Ярослав послушно сел за стол. Мама поставила перед ним кружку с горячим чаем и поднос овсяного печенья. Из кружки шел пар. В помещении было холодно и мрачно.

– Печенье очень вкусное, – нарушила тишину женщина. – Я добавила в него орехи и шоколадные крошки.

– Мама, – неожиданно произнес Ярослав. – Вы приехали, чтобы забрать нас домой? Теперь у нас будет дом?

Улыбка исчезла с ее лица, а глаза в одну секунду сменили свой цвет от светло-голубого до мутно-зеленого.

– Нам с папой предложили одно дело в Америке… –  Начала она издалека.

Мальчик бросил на стол недоеденный кусок печенья и слез со стула.

– Ярослав, пожалуйста, выслушай меня, – голос женщины был полон отчаяния.

– Я так и знал, что никогда не избавлюсь от этого холода и серого неба, – Ярослав направился к выходу.

Дрова в камине продолжали трещать.

– Ну-ну, не стоит так оскорблять мой дом, – в дверном проеме показалась бабушка.

Она шла медленно, но в каждом ее шаге скрывалась уверенность.

– Духи севера могут сыграть с тобой злую шутку.

– И пускай! – с обидой на сердце прокричал Ярослав. – Пусть они заберут мою душу и оставят меня умирать под снежной лавиной. Пусть я утону в ледяной воде, буду задыхаться, пока мое сердце не перестанет биться.

– Ярослав, – тихо произнесла мама, поднимаясь из-за стола.

– Не стоит, Милена, – бабушка с полным умиротворения лицом опустилась в кресло. – Вряд ли он сможет попасть под снежную лавину на песчаном пляже. Разве что его только схватит солнечный удар, если будет пренебрегать панамой.

– На пляже? – Ярослав умерил свой пыл.

– Твоя мама хотела сказать тебе, что вы с сестрой переезжаете к своему дяде, – бабушка сделала паузу. – Он живет рядом с морем на юге страны. Мы с тобой гостили у него пару месяцев, когда ты был маленьким, помнишь? Тебе было три… – Предположила старушка.

– Пять, – уточнила мама.

– Память совсем подводит, – бабушка фыркнула. – Я стала слишком слабой, чтобы растить вас двоих, да и мне надоело смотреть, как ты маешься изо дня в день. Не злись на родителей, милый. Работа – есть работа. А дядя вас ждет. Будешь купаться в море, есть фрукты и загорать на пляже. Все, как ты мечтал когда-то.

– Это правда? – обратился Ярослав к маме.

Она едва заметно кивнула.

– Ты прости нас, что приходится отдавать вас из рук в руки, но у нас просто не остается выбора. Нужно потерпеть всего год, и мы заживем все вместе, как и полагается семье. Я обещаю тебе, – мама поцеловала сына в лоб.

В коридоре послышался шорох. Мама скрылась за дверью, и Ярослав поспешил последовать ее примеру.

– Ярослав, – окликнула мальчика бабушка, – ребенку жить без матери сложно, но, будь уверен, оставлять свое чадо так надолго для родителей – большое горе.

Мальчик понимающе кивнул в ответ.

– А что будет с тобой, бабуль? Ты поедешь с нами? – оживился он, надеясь услышать положительный ответ.

– Нет, дорогой, мое время закончилось. Я больше ничего не могу вложить в тебя, такой уж смышленный ты стал, – старушка грустно улыбнулась в ответ.

Ярослав подбежал к ней и сел у бабушки в ногах, пытаясь скрыть подступившие к глазам слезы.

– Я не оставлю тебя. Не оставлю, – мальчик обхватил ее ноги руками. По лицу предательски текли слезы.

– И я тебя никогда не оставлю, – бабушка провела своей шершавой ладонью по волосам внука. – Пообещай мне три вещи, мой милый.

Ярослав поднял на нее глаза.

– Все, что угодно.

– Береги сестру. Хоть она тебя и старше, ты намного крупнее и сильнее ее.

Ярослав кивнул. Это было легко.

– Приезжай ко мне в гости. Я знаю, ты не любишь север, но он у тебя в крови, да и мне без твоего ребячества наскоро тут все наскучит.

Ярослав кивнул во-второй раз.

– Приезжай, даже если заведешь себе подружку, – добавила старушка. – Обязательно привози и ее.

Ярослав скорчил лицо. Бабушка в ответ тихо засмеялась.

– Ну, третье и самое важное, – ее голос стал тихим и серьезным. – Никогда больше не кидайся печеньем, мой мальчик. Твоя мама так старалась, стоя у плиты сегодня утром.

Ярослав засмеялся в ответ и поднялся с колен.

– Я привезу тебе сладости с юга и много фруктов, – гордо произнес он.

– Буду ждать, мой милый, – кивнула бабушка в ответ.

Белый снег трещал под ногами. Узкая тропинка вела далеко в горы. Вокруг возвышались величественные ели, готовые в любой момент сбросить свое одеяло за шиворот путнику. Сегодня впервые за долгое время сияло солнце, преображая места вокруг. Природа как бы говорила: «Не уезжай, здесь тоже бывает прекрасно». Однако Ярослав на все эти уловки не велся. Конечно, в свете солнечных лучей чистый снег блестел и переливался, а ели протягивали свои ветви и кланялись, завидя человека издалека. Но все это казалось обманом. Ярослав вспоминал серое небо и ледяной дождь, пронзающий насквозь ветер и шуршание на чердаке по ночам. Ему захотелось сбежать из этого места, и теперь ничто в этом мире не могло бы заставить его передумать.

– Признайся, скучал без нас? – обратился отец к сыну, замедлив шаг.

– А как же! – взбодрился Ярослав, стряхнув снег с варежек.

– Ты так вырос, пройдет время, и станешь настоящим мужчиной, – подмигнул мужчина, продолжая идти вдоль тропы.

Ярослав нагнулся, чтобы не задеть колючую ветку.

– Узко, – пробормотал он себе под нос.

– Ты сказал что-то, Ярик? – отец снова остановился.

– Я хочу, чтобы мы стали жить вместе, как нормальная семья, – набрался мальчик храбрости.

Отец понимающе кивнул в ответ.

– Остался год. Звучит не так страшно, верно?

– За год многое может произойти, – Ярослав развел руками.

– Может быть, – согласился мужчина, потонув в своих мыслях. – Но ровно через год мы будем сидеть на мягком диване и смотреть какую-нибудь забавную программу про животных, – казалось, вернулся к реальности.

– Не воодушевляет, – Ярослав приподнял брови.

– Тогда, дай подумать, передачу о рыбалке?

Ярослав сузил глаза. Отец рассмеялся в ответ и дернул за ближайшую ветку. Кучка снега бесшумно свалилась на шапку мальчика, попав за шиворот кофты.

***

Машина свернула на извилистую дорогу, идущую вдоль зеленых деревьев и кирпичных домов с просторными окнами, отражающими солнечный свет. Ярослав смотрел по сторонам, пытаясь найти сугроб белого чистого снега, но вместо этого перед глазами мальчика раскидывались заливные луга с подстриженной травой насыщенного зеленого цвета. За морским заливом следовало поле с распаханными бороздами и роем голодных птиц, стаями летающими над беспомощной добычей. За полем виднелись величественные горы. Ярослав закрыл глаза и вспомнил север. Здесь все было по-другому. Дорога вела вниз, и, чем ближе они были к заливу, тем чаще на пути вырисовывались самые разнообразные домики: от скудных одноэтажных до роскошных особняков.

– Дом А'ллена… – Начал отец, не отрывая рук от руля. – Надо сказать, удобно расположен: на том месте, где залив встречается с морем. Я полагаю, из окон видно нескончаемую голубую гладь.

На дороге показалась девочка лет восьми. Она поправила свою желтую кепку и отошла в сторону. Ярослав продолжал наблюдать за ней из окна, пока незнакомка окончательно не скрылась из виду.

– Нравится, дорогой? – ободрилась мама, подставляя лицо под лучи солнца.

– Непривычно, – буркнул мальчик в ответ.

Агата открыла окно, и в нос Ярославу ударил запах свежескошенной травы.

– Блаженство, – протянула сестра.

Теплый ветер перебирал ее короткие волосы, торчавшие у висков. Ее длинная, толстая коса щекотала мальчику руку. Ярослав глубоко вздохнул и закрыл глаза. Менять привычное устройство мира оказалось куда сложнее, чем он думал.

На пороге дома их уже ждал улыбающийся дядя А'ллен. Рядом стояла его жена, Виктория. Ее каштановые волосы едва достигали плеч. Дядя А'ллен протянул отцу руку и приветливо кивнул в сторону племянника.

– Как вы выросли, – раздался звонкий голос Виктории.

Дверь дома вновь распахнулась, и на пороге появилась запыхавшаяся Даяна, кузина. При виде сестры Агата разлилась в улыбке и заключила девочку в объятия. Казалось, они обе были готовы разрыдаться от счастья.

– Поверить не могу, что мы будем жить вместе так долго! – пищала от радости темноволосая девочка.

От серьезности Агаты не осталось и следа, она вся сияла и без умолку болтала о том, какой чудесный выйдет год. Ярослав нахмурился и вытащил из багажника машины свой чемодан.

– Как твои дела, Ярик? – обратился к племяннику А'ллен.

– Все хорошо, спасибо, – ответил мальчик, глядя в пол.

– Что-то ты не особо разговорчив, – мужчина взял пару сумок и прошел в дом.

– Не дави на него, он привыкнет, – услышал мальчик голос мамы.

– Ярик, возьмешь и мою сумку тоже? – с воодушевлением спросила Агата, закидывая рюкзак на плечо.

– Угу, – промямлил мальчик вместо ответа и взял вещи сестры.

– Он стал таким хмурым, – шепнула Даяна Агате, закрывая за гостями дверь.

– Переходный возраст, – прыснула в ответ сестра.

– Я вас слышу, – бросил Ярослав через плечо, и девочки тут же умолкли.

Кухня представляла собой небольшое светлое помещение с тремя маленькими окнами рядом с дверью. Коричневый ламинат, белые стены, нежно-бирюзовый гарнитур с белоснежной плитой в центре. У входа висел черный чугунный крючок для ключей. На одной из тумб стояли кофемашина, сахарница и три одинаковые кружки с милыми надписями. Над мойкой висело маленькое полотенце, рядом расположился непонятный цветок в горшке и множество банок со специями. Около плиты помещалась корзинка с ковшиками, кухонными лопатками, теркой и доской для резки. На конфорке стоял странной формы чайник цвета бронзы. На верхних полках покоилась посуда и фарфоровый кувшин. В центре кухни находился квадратный стол с трехъярусной подставкой, наполненной фруктами, пирогами и ягодными пирожными на самом верхнем блюдце. С потолка свисал черный светильник треугольной формы.

– Как вы не ударяетесь? – покачал мальчик головой, обходя светильник.

Ярослав остановился у стола и отодвинул белый деревянный стул. Из окна просачивался теплый солнечный свет.

– Здесь так уютно, – протянула Агата, заходя на кухню.

Ярослав бросил взгляд на пирожные.

– Откуда столько сладостей? Где-то рядом есть магазин?

– Кондитерская, – кивнула Даяна. – Ей владеют родители моей близкой подруги.

– Познакомишь? – оживился мальчик.

– С подругой?

– С кондитерской, – нахмурил брови.

На кухне повисла неловкая тишина. Агата улыбнулась.

– Ярик очень любит сладости. У бабушки редко можно было купить что-то подобное. Ты знаешь, мы жили в глухой деревне на севере.

– Я всегда мечтала побывать в холодном крае, у нас ведь снег редко бывает, – огорченно ответила Даяна, глядя в пол. – Но вот к бабушке никогда не ездила, больно далеко, но помню, как радовалась, когда она приезжала к нам.

– Кто в трезвом уме захочет побывать в краю лютого мороза? – вскинул мальчик брови.

– Тот, кто всю жизнь провел под палящим солнцем, – предположила кузина, перебирая подол своего платья.

На кухню вошла Виктория. Ее короткие волосы были забраны в аккуратный хвост.

– Даяна, тебе следует познакомить кузенов с друзьями, – произнесла она ласково, но властно.

Девочка кивнула в ответ.

В дверях появилась мама Ярослава и Агаты, она восхищенно огляделась вокруг и слегка наклонила голову набок.

– Здесь так хорошо. Хотела бы я когда-нибудь жить в подобном месте.

– Вы могли бы остаться здесь навсегда, когда закончите с работой, – Виктория достала с полки кружку и наполнила ее водой из графина.

– Это вряд ли. Олегу предложили взять одно дело в северной столице, – развела женщина руками.

– Мы не будем жить на море? – Ярослав округлил глаза.

– Может быть, немного позже, родной, – мама мальчика прикусила губу. – Ты же знаешь, наши исследования… – Не успела закончить.

– Важнее семьи, знаю, – отрезал Ярослав.

Виктория сделала глоток воды. Даяна смутилась.

– Я не это имела в виду, – нахмурилась женщина. – Когда-нибудь все встанет на свои места, и ты будешь рад тому, как все сложилось.

– Я буду рад, если найду свой дом, – Ярослав поспешил к выходу.

– Но ведь дом – это не место, – крикнула женщина сыну в ответ.

– Бабушка считает иначе, – проворчал мальчик себе под нос и хлопнул дверью.

Глава 3. Хмурость в смущении

– Это чудесно, – воскликнул он и принялся за остальную часть.

– Я говорила, мама Кэллен обладает настоящим талантом.

– Я думаю, что ты все-таки должен заплатить, – неожиданно сказала девочка.

Даяна бросила на подругу удивленный взгляд, а Ярик вытер крошки с лица.

– Да, конечно, – произнес мальчик, доставая из кармана купюры.

– Нет же, я не имела в виду деньги, – застонала Кэллен.

– Тогда что? – нахмурился Ярослав.

– Ты расскажешь мне о севере, – гордо заявила Кэллен.

Его смущение сменилось удивлением.

– Хорошо, – улыбнулся мальчик в ответ, протягивая Кэллен руку.

– Рада знакомству, Ярослав, – девочка сделала реверанс и вернулась за стойку.

– Ты свободна сегодня вечером? – кинула подруге Даяна через плечо.

– Я думаю, что забегу к вам около шести, – кивнула Кэллен в ответ.

– Обязательно заходи, – произнес Ярик, и девочка заметила, как его щеки залились румянцем. – Я имел в виду, что Даяна будет тебе рада, а еще ты можешь познакомиться с моей сестрой.

– Так и поступим, – согласилась Кэллен, не придавая значения его смущению.

Даяна перевела взгляд с Ярослава на подругу и только пожала плечами.

– Увидимся, Кэллен, – помахала рукой девочка с волосами цвета вороньего крыла и закрыла дверь.

***

Кем была эта странная девчушка с торчащими в разные стороны завитушками? Ее образ все никак не исчезал из головы Ярослава. То она хмурилась, и из ее глаз летали искры, то улыбалась так широко и приятно, что невольно хотелось улыбаться в ответ. Ярослав ждал ее весь вечер, пока солнце не принялось со скоростью света опускаться за горизонт. Она не придет. Отчего-то мальчику стало грустно и тоскливо. Ярослав слез с подоконника и вышел во двор. Теплый ветер задувал под низ футболки.