- -
- 100%
- +
– Я не могу сейчас к ним пойти, – ответил Тимот. – Я прошу именно тебя, потому что только ты сможешь ее защитить, если она все-таки попадет в школу. Так ведь?
Алоф как никто другой знал всю подноготную Школы Темных Искусств. И даже по окончании ее, у него будет туда доступ. Неудивительно, что Тимот обратился именно к нему.
Тогда Алоф согласился из уважения к Тимоту. Теперь этот разговор преследовал его из-за проклятия темницы, и на него давило ощущение, что зря он это сделал.
«Ничего, кроме проблем, это мне не принесет», – навязчиво крутилось в голове, отдаваясь внутри бессильным раздражением. Больше всего бесило, что в реальности он так не думал. Точнее, не думал об этом вообще. Да, он не хотел связываться с Алькирией, но раз уж пообещал, собирался довести дело до конца и забыть об этом.
Образы побитых митадов в школьной форме закрутились в сознании Алофа, смешиваясь в серый хоровод. Они пели надоедливую песню про сны о собеседовании с мадам Розг и жаловались, что их вынудили согласиться на обучение.
Затем вдруг вспомнилась новая инициатива школьного руководства заманивать митадов при помощи видеоигр. О ней мадам Розг говорила с особым энтузиазмом. Абитуриент думает, что играет в игру, а сам в процессе подписывает со школой договор на обучение.
Алоф слабо себе представлял, что такое видеоигра. Люди напридумывали кучу каких-то глупостей, чтобы компенсировать слабость и отсутствие магии. Эта мысли смешалась в его сознании с образом мадам Розг, рассуждающей о бюджете, выделяемом школой на каждого митада, о частных наставниках, забирающих ее хлеб, и об огненной магии, которая, вообще-то, не имела к митадам никакого отношения.
Алоф вцепился в волосы, а затем звонко похлопал себя по щекам.
– А, как же бесит! – воскликнул он.
На него вдруг навалилась такая усталость, что и за неделю не отоспаться. Только и уснуть здесь невозможно, не говоря уже об отсутствии постели и вообще какой-либо мебели. Он уперся локтями в колени и положил подбородок на сцепленные пальцы рук.
Снова подумал о Тимоте и данном ему обещании. Жаль, что после того разговора демон пропал – они больше не виделись. Лишь много позже Алоф узнал, что с ним случилось, и понял, что ему придется взяться за выполнение обещания.
И вот теперь, сидя на полу темницы и подтянув колени к груди, Алоф испытывал такое страшное напряжение, что даже закрыл лицо руками. Заклятия темницы мешали размышлениям. Но ему именно сейчас хотелось все продумать и решить, что делать. Ведь чем дольше он здесь находился, тем заметнее становилось отупляющее воздействие этих темных стен.
Итак, если девчонка сумеет отказать Розг, то у Алофа есть пара недель, чтобы найти ей подходящего наставника. Если у него это получится, все сложится наилучшим образом: обещание выполнено, он может вообще больше не интересоваться ее делами и впредь никогда с ней не встречаться.
А что, если она не сможет отказать настырной приемной комиссии? Уж они-то умеют промывать абитуриентам мозги! Вот это будет просто полная задница!
Как ему защищать Алькирию? Да, у него будет доступ в школу даже после окончания обучения, но, если в открытую восстать против системы, он этот доступ быстро потеряет. И потом, у него есть планы на ближайшие пять лет, и защита какой-то митады в них не входит.
Впрочем, сейчас, не зная результата собеседования, он все равно не сможет ничего предпринять или даже просто прийти к какому-либо решению. Он попытался отогнать от себя мысли о наихудшем исходе этого безнадежного дела. Но они, словно пчелы в улье, так и роились у него в голове, одна мрачнее другой, что с каждым часом только усиливало раздражение и отупляющую головную боль. Так действовал карцер для провинившихся Школе Темных Искусств.
ГЛАВА 5. Знакомство с желтоглазым демоном
Прошло десять дней с тех пор, как Аля получила злосчастное письмо. Она перегуглила весь интернет, но так и не нашла ничего похожего на ее ситуацию. Там оказалось такое обилие мусора про демонов, ангелов, вампиров и других сверхъестественных существ, что найти что-либо толковое не представлялась возможным.
Тысячи сомнений посещали ее за это время. Может, все, что с ней происходит, это игра воображения? А вдруг у нее шизофрения или что-то в этом роде? Она ведь уже на протяжении десяти лет разговаривает с котом. И он ей отвечает. Может быть, она только считает, что слышит мысли других людей, а на самом деле это галлюцинации и сейчас у нее какое-то обострение? Осеннее обострение. Аля даже раздумывала, не сходить ли к психиатру.
Но вроде бы психически больные люди едва ли способны рассуждать о своих состояниях так же логично, как это делает она. Ей вспомнились все те случаи, когда она использовала телепатию с выгодой для себя: когда она не подозревала о существовании какой-то информации и узнавала ее исключительно путем сканирования чужих мыслей. Нет, она все же верила, что все это происходит с ней по-настоящему.
Уже который день в легкой серой ветровке и с рюкзаком за спиной Аля в панике металась по городу в надежде встретить желтоглазого незнакомца, понимая при этом, что напрасно тратит время. Но сидеть без дела было выше ее сил.
В этот вечер от нахлынувшего в очередной раз отчаяния она даже чуть не зашла в маленькую деревянную церквушку, какие строят на месте будущего каменного храма. «Может, поставить свечку?», – размышляла она, в нерешительности остановившись у входа.
Стоя на пороге храма, она прислушивалась к мелодичному церковному пению, но шум мыслей прихожан несколько портил впечатление. Ей не хотелось входить.
Внезапно чужие мысли затихли.
– Нравятся церкви?
Аля резко обернулась. Парень с янтарными глазами был, как и в прошлый раз, одет в черный балахон до колен, джинсы и кеды, на голове – повязанный красной лентой пучок черных волос. Аля торопливо схватила его за запястье, будто опасаясь, что он убежит. Ее порывистое движение немало удивило юношу, и, посмотрев на неловкий захват, он поднял на Алю насмешливый взгляд.
– Нет, ну ты точно глупая! Как ты собираешься меня удержать, если я захочу уйти?
Девушка пропустила колкость мимо ушей. Он может называть ее как угодно, только пусть сначала объяснит, что ей делать. У нее накопилось столько вопросов! И как назло она никак не могла выбрать, с какого начать. Поняв, что молчание затягивается, она выпалила:
– Что ты тут делаешь? Тебе же нельзя в церковь!
Алоф презрительно рассмеялся.
– С чего это мне нельзя? Для меня в этом мире нет преград. Просто я не могу вмешиваться в ритуалы, а зайти имею полное право. Может, я верующий! – Он саркастически усмехнулся.
Теперь Але не нужны были никакие свечки. Все еще сжимая руку незнакомца, она спустилась за ним по ступеньками храма. Недавно прошел дождь. В неглубоких лужицах и на мокрых трамвайных путях отражался свет оранжевых фонарей. По газонам стелился легкий туман. Проезжавшие мимо машины добавляли запах выхлопных газов к пряному аромату осенней листвы.
Без какого-либо предисловия демон спросил:
– Когда ты получила письмо?
Але хотелось бы самой задавать вопросы, и все же она ответила:
– Десять дней назад.
– Уйлевы проклятия и тысяча хворей!
Аля почувствовала, как нагревается его запястье. Ладони обожгло, и она резко отняла руку. Алоф глубоко вздохнул.
– Да не бойся ты, ничего я тебе не сделаю.
Он задумчиво сдвинул широкие брови. Наказание затянулось, и до сегодняшнего дня у него никак не получалось пробраться в Средмир незамеченным. На самом деле он приврал – ему далеко не везде можно появляться. А точнее, ему вообще не стоило сюда приходить. Но на этот раз он вовсе не планировал попадаться бравым стражам Врат Миров.
Осталось всего четыре дня, чтобы найти девчонке наставника. Великие Бессмертные! Почему его по жизни преследует вечный дедлайн?
Аля не слишком боялась нового знакомого. Хотя мотивы демона оставались для нее загадкой, в сложившейся ситуации она приняла бы любую помощь. А этот парень – единственный, кто ее предлагал. Внезапно юноша молча развернулся и уверенно зашагал по освещенной фонарями улице.
– Эй, ты куда?
Заглядывая в его сероватое лицо, Аля засеменила рядом.
– Искать тебе наставника, – ответил демон.
– Я пойду с тобой!
– Что? Нет, ты будешь мне мешать. У нас мало времени.
– Послушай, у меня куча вопросов, а ты единственный, кто может на них ответить. И вообще, это мой будущий наставник, логичней будет, если я тоже пойду его искать. Ну пожалуйста, можно мне пойти с тобой?
Аля постаралась придать голосу как можно больше убедительности, но на последнем вопросе сорвалась и чуть не расплакалась.
Алоф смерил ее полным сомнения взглядом, но, поразмыслив, кивнул. Чем быстрее она все узнает, тем лучше. К тому же ближайший кандидат жил недалеко, к нему они могли пойти вместе.
Для начала Аля узнала имя своего помощника.
Они шли по окутанной туманом улице. Встречные прохожие, казалось, не замечали странную парочку, а Аля, вопреки обыкновению, не слышала их мыслей. Она хотела спросить, как Алоф это делает, как блокирует их мысли для нее? Но это все же не являлось вопросом первостепенной важности.
– Почему ты мне помогаешь? – вместо этого спросила она.
– Я обещал отцу, что позабочусь о тебе.
– А какое дело твоему отцу до меня?
– Потому что тебе он тоже отец, – безучастно пояснил Алоф.
Аля остановилась как вкопанная.
– Ты… Ты мой брат?
Он не ответил, продолжая путь, и Але пришлось пробежать несколько десятков метров, чтобы догнать спутника. Похоже, парня не особо волновали родственные связи.
– Тебе что, все равно что мы брат и сестра? – в недоумении поинтересовалась Аля.
Ее поразило подобное безразличие. Она очень любила своего младшего братика Мику и не представляла себе иных отношений между близкими родственниками.
– Да какая разница! – ответил Алоф, равнодушно пожимая плечами. – У отца полно детей, прикажешь мне волноваться из-за каждого из них? Просто ты получеловек, ты слабая и ничего не понимаешь, поэтому нуждаешься в защите. Вот Тимот и попросил тебя пристроить.
– Потрясающая забота! – съязвила Аля, толком не зная, плакать ей или смеяться от таких новостей.
То есть, в аду у нее еще куча таких вот братиков и сестричек? Большая счастливая семья желтоглазых злобных тварей.
– Почему же он сам не явился меня пристраивать?
– Он занят, – отрезал Алоф, и в глазах его заплясали красные огоньки.
– Ладно-ладно, не злись!
Подумав немного, она спросила:
– А чем наставник лучше школы? Преимущества индивидуального обучения?
Презрительно усмехнувшись, Алоф рассказал о жестоких порядках школы и о перспективе стать прислугой для демонов и никогда не вернуться домой.
– Отец не хотел для тебя такого, уж не знаю почему. Не уверен, что он вообще когда-либо тебя видел.
Что ж, подумала Аля, хоть этот самый отец и не удосужился ни разу ее увидеть, его можно поблагодарить хотя бы за такую заочную заботу о благополучии дочери.
– Но если подобрать адекватного наставника, он тебя всему обучит, – продолжал юноша. – Ты сдашь экзамены и сможешь выбирать, где тебе жить и чем заниматься. По закону не важно, кто тебя обучает, главное – сдать вовремя экзамены и получить аттестат. Проблема в том, что мастеров, готовых обучать полудемонов, очень мало. Я уже побывал у нескольких в Темномире, они даже слушать меня не захотели. Сейчас пойдем к еще одному, здесь недалеко.
При этих словах у Али ком подступил к горлу. От расстройства она даже позабыла спросить, что такое Темномир. Почему-то ей стало обидно, что какие-то демоны отказываются ее обучать. Казалось бы, какое ей до них дело? Видимо, решила она, постоянный стресс последних двух недель вконец расшатал ее нервную систему.
– Ладно, не переживай, кто-нибудь да найдется, – проворчал Алоф. – Еще не хватало, чтобы ты тут разрыдалась… Это наш, – сказал демон, указывая на приближающийся к остановке трамвай.
– Я не собиралась рыдать! – возмущенно воскликнула девушка, но затем озадаченно спросила: – Мы поедем на трамвае? Я думала, ты умеешь летать или телепортироваться.
– Я-то умею. А ты?
Не найдя что ответить, Аля решила наконец приступить к выяснению волновавших ее вопросов.
– Кто такие морэмитады? – спросила она.
– Митады – это полудемоны. Морэмитад – это помесь человека и темного демона. Как ты.
– А Темномир – это типа Темный Мир? Вроде ада? И есть еще Тремир, Средмир, это что? Сколько у вас этих миров? – Аля так и сыпала вопросами, вспоминая все названия, которые слышала на собеседовании или читала в посланиях Школы Темных Искусств.
– Темномир – это мир темных демонов морэ, – ответил Алоф, стараясь проявлять терпение. – Я бы не назвал это адом. Нет никакого ада. А Тремиром мы называем весь мир в целом, потому что он состоит из Трех Миров: нашего, вашего и еще Светмира.
То есть, весь мир делится на три части, поняла Аля. Что это, вроде измерений каких-то? Почему еще два мира невидимы? Где они вообще находятся?
Больше она ничего не успела спросить. Трамвай остановился, открыл двери, и все пассажиры спешно покинули салон, что изрядно удивило Алю – эта остановка никогда не отличалась многолюдностью. В пустом трамвае девушка привычно поднесла проездной к валидатору. Алоф платить не собирался. Дойдя до середины салона, он вдруг резко остановился, и следовавшая за ним Аля врезалась ему в спину.
Она проследила за его взглядом. На самом последнем ряду, бесцеремонно поставив одну ногу на соседнее сиденье, восседал высокий статный молодой мужчина. В его изумрудных глазах сверкали игривые огоньки, синеватые губы растянулись в радужной, но недоброй улыбке. Сероватое, как и у Алофа, лицо обрамляли прямые длинные, ниже груди, волосы. Одет он был в черные шелковистые брюки, заправленные в высокие ботинки на шнуровке, и прямой балахон до колена с разрезами на бедрах, рукава и ворот которого украшала зеленая вышивка. Фривольно развалившись на сиденье, незнакомец сверлил Алофа призывным взглядом. Всем своим видом он напоминал сексуальную рок-звезду, увлекшуюся какими-то восточными практиками.
Аля невольно засмотрелась на зеленоглазого демона, и тот игриво подмигнул ей. В этот момент она почувствовала на плече тяжесть обжигающей руки брата. Алоф надавил на ее плечо, заставив сесть и отвернуться от нового демона.
– Сиди здесь, – услышала она низкий холодный голос. Даже не взглянув на нее, Алоф направился в конец салона.
Аля не решалась посмотреть, что происходит сзади. Создавалось такое впечатление, что пожелай она обернуться, ничего бы не вышло. Через пару минут Алоф вернулся.
– Выходим, этот трамвай нам не подходит, – сообщил он все тем же неприязненным тоном.
С этими словами он направился к переднему выходу. Аля робко обернулась: задние сиденья опустели. Трамвай остановился, и вслед за Алофом она вышла на улицу.
– Кто это был? – полюбопытствовала она.
– Неважно, – отстраненно пробормотал брат и дотронулся до алого кулона у себя на груди.
Раньше у него точно не было никакого кулона. Аля с интересом рассматривала новое украшение, алый кристалл в форме сталактита сантиметров пять в длину, висевший на такого же цвета цепочке. Юноша подержал его в руке и спрятал под балахон.
– Дай руку.
Аля вложила руку в его ладонь. И в тот же миг все вокруг исчезло, а тело неприятно сдавило, будто она оказалась глубоко под водой.
ГЛАВА 6. Шедвы
Тьму, тишину и давящее ощущение во всем теле сменили легкая тошнота и усиливающийся шум в голове. Вместо привычной вони выхлопных газов в воздухе чувствовался приятный запах осеннего леса. Освещенная оранжевыми фонарями городская улица исчезла. В полной темноте две горячие руки держали Алю на весу, как котенка.
– Да стой уже сама, – недовольно проворчал Алоф.
Аля нащупала ногами землю. Когда глаза немного привыкли к темноте, девушка смогла разглядеть лишь размытую дорогу да чернеющие кроны деревьев вдоль нее. Глаза Алофа светились желтым светом, словно кошачьи.
– Идем, – сказал он, направляясь в сторону устрашающе черного леса.
– Где это мы? – спросила Аля, поспешив за ним и стараясь не упустить из вида.
– Мастер Олег, что живет в твоем городе, сейчас здесь. Попробуем его найти.
«Этот тот демон из трамвая предупредил его о местонахождении потенциального наставника?» – промелькнуло у Али в голове.
– Ты же сказал, что не можешь телепортироваться со мной.
– Теперь могу, – холодно ответил Алоф, смотря вперед.
– Это благодаря тому кристаллу?
Алоф кинул на нее полный сомнения взгляд, но все же решил, что нет смысла скрывать, и ответил:
– У меня пока нет разрешения на перемещение живых существ, хоть я и умею это делать. Кристалл позволяет скрыть твой след.
Аля не могла не признать, что, несмотря на весь абсурд происходящего, мир, приоткрывшийся ей так недавно, таит много любопытного. Если бы не садистка Розг и не перспектива стать прислугой для какого-нибудь лютого демона, она с радостью получила бы все знания об этом мире и его устройстве, какие только будут ей доступны. Жаль только, что выбора у нее, видимо, нет. Если среди демонов и найдется благодетель, готовый обучать ее, ей придется с благодарностью заключить с ним договор, кем бы он ни был.
Алоф спокойно шел вперед, будто по асфальту. Але же пришлось включить фонарик в телефоне, и все равно она то и дело спотыкалась о кочки и торчавшие из земли корни деревьев. К счастью, путь оказался недолгим – впереди замаячил тусклый свет, и вскоре до слуха донесся монотонный гул голосов, музыка и крики.
– Что это за место? – прошептала Аля.
– Ярмарка митадов. Что-то вроде рынка.
– А почему он в лесу, в какой-то глуши?
Алоф пожал плечами. Его, похоже, такие мелочи не волновали.
Выйдя из леса, они натолкнулись на очень бледного человека, похожего на оживший труп. На руках у него висело множество цепей. Он угрожающе потрясал ими, уставившись на Алю полным безумия взглядом.
Девушка в страхе отшатнулась и спряталась за Алофа, но все же успела расслышать кое-что из бормотания странного человека:
– Покупайте цепи! Заговоренные цепи для магических быков и клятых сторожевых собак!
Алоф не обратил на него внимания. Аля не удержалась и едва слышно спросила:
– Он что, мертвый?
– Сама ты мертвая! – возмущенно заскрипел продавец цепей. – Что за молодежь пошла! Никакого уважения к старшим! – С этими словами он разочарованно побрел прочь, гремя цепями.
– Он просто старый, – ответил Алоф, провожая его полным презрения взглядом. – Старый митад. Наверное, скисшей крови перепил. Идем!
Впереди стелилась широкая, освещенная тусклыми желтоватыми фонариками торговая улица, по обеим сторонам которой теснились разнообразные киоски и лавочки. Каждый продавец громко кричал в попытках обратить внимание покупателей на вывешенные, разложенные и расставленные самым привлекательным образом товары.
– Метлы, ступы, веники! Магические метлы! Отменное качество! Верность традициям!
– Призрачные фонари! Оптом и в розницу! Государственная лицензия Темномира!
– Лекарства, зелья, яды! Пригласи к обеду, отрави соседа!
– Квас, мед, вино, чай! Упивайся, не скучай!
Аля с любопытством осматривалась. Чего здесь только не продавали: книги, одежду, магические артефакты, талисманы, травы и компоненты для зелий, еду и даже самые обычные вещи в качестве сувениров из Средмира. Вывески, вроде «Благословения и проклятия» или «Оракул: будущее на ваших ладонях», почему-то оказались на русском. Специальные чары – объяснил Алоф.
По рыночной улице сновали туда-сюда демоны, митады и похожие на мадам Ланду красивые создания в светлых одеждах и с чуть менее злобными лицами, чем у демонов. Их Аля приняла за ангелов. Встречались на рынке и еще какие-то странные существа, названий которых она не знала. Некоторые из них смахивали на традиционных леших и домовых, другие прозрачностью напоминали призраков и привидений. Иные же походили на животных, или на помесь животных с людьми, или вообще ни на кого не были похожи. Одни существа казались страшными, другие – вполне симпатичными.
Ни на кого не обращая внимания, Алоф целенаправленно шел к рыночной площади. Именно там Мастер Олег торговал мечами.
– Как много народу! – удивлялась Аля.
– Этот рынок работает раз в два месяца в разных частях света, – пояснил Алоф. – Тут всегда так.
На площади толпилось еще больше народу. Але показалось, что она попала на рок-концерт. Вдалеке и правда виднелась сцена, где выступали уличные артисты. Увы, Але ничего не удалось разглядеть.
Алоф раcспросил одного из лавочников, говоря на незнакомом грубоватом языке, видимо, демоническом. «А мне ведь придется изучать этот язык», – подумала Аля.
Алоф повел сестру дальше, в обход толпы, когда с другой стороны площади послышались отдельные крики, полные испуга. Поначалу слабые, постепенно они становились все громче, пока наконец не слились в общий вопль отчаяния и страха.
Демон остановился, вглядываясь в толпу.
– Что такое? – спросила Аля, на всякий случай пододвигаясь к нему поближе.
Брат произнес нечто нечленораздельное на демоническом языке, больно схватил Алю за руку и взлетел. От неожиданности она вскрикнула. Болтаться высоко над землей на одной руке – не самое приятное по ощущениям занятие. Взглянув вниз, Аля ужаснулась.
Над площадью кружили черные тени, похожие на дымные хвостатые кометы. Спереди у каждой светился белый глаз, хотя поди пойми, глаз это или рот. Тени хаотично летали над рынком, атакуя уличных артистов, зрителей, продавцов и покупателей. Наметив жертву, они пролетали сквозь нее, после чего та, смертельно побледнев, с окаменевшим лицом падала без сознания на землю, а твари пускались на поиски следующей цели.
С каждой минутой их становилось все больше: некоторые из них прямо на глазах разрастались и, достигнув определенного размера, делились на две-три особи поменьше, продолжая охоту. Толпа в панике металась по площади, митады разбегались в попытках спрятаться от напасти, но от этого стало только хуже – началась давка.
Происходящее на площади так поразило Алю, что она на некоторое время забыла о том, как ей неудобно висеть в воздухе. Все, кто мог, как и Алоф, взмыли высоко в небо. Однако на ярмарке большей частью собрались полудемоны, а они летать не умели и потому становились основными жертвами черных дымных комет.
– Что это такое? – в страхе спросила Аля.
– Это шедвы, – ответил кто-то спокойным, даже ласковым голосом слева от нее.
Аля обернулась. Невероятно красивый, молодой на вид демон, с изящным бледным лицом, длинными, развевающимися на ветру волосами цвета воронова крыла и блестящими обсидиановыми глазами парил недалеко от них.
Алоф недоверчиво покосился на демона и собрался лететь прочь, но тут и к ним направились черные шедвы. Сейчас эти твари проткнут их насквозь, подумала Аля, и они грохнутся с такой высоты и разобьются насмерть.
– Они такие милые, – нежно произнес незнакомец, растягивая губы в безумноватой улыбке.
Все происходило так быстро, что Аля не успевала следить за развитием событий. Демон выглядел невозмутимым, даже довольным, в то время как внизу нарастала паника и те, кто еще находился в сознании, пытаясь бежать, нещадно топтали лежавших на земле. В то же время некоторые демоны бросились помогать митадам, отгоняя от них шедв. Демонов твари почему-то не трогали.
Прямо на Алю летела огромная шедва, и девушка в страхе прикрыла лицо свободной рукой. Внезапно на монстра обрушился удар горящего красным пламенем кнута, и тварь, издав отвратительный вопль, распалась на две половинки. Удар нанес Алоф, державший в свободной руке не понятно откуда взявшийся кнут и стегая им окруживших их тварей.
Тем временем невозмутимый демон, похоже, решил продолжить светскую беседу. Его шедвы вообще не трогали, даже близко не подлетали.
– Шедвы, шедвы, прилетайте, всех митадов убивайте! – пропел он. – Что ты так испугалась, милая? – обратился незнакомец к Але. Алоф, кажется, не слушал его, слишком занятый борьбой с тварями. Демон продолжал беззаботно: – Это же просто детский стишок, никого они не убивают. Выпьют чуть энергии да и летят себе дальше. А нам забава. Такие уж они существа. Кушать всем хочется. Ой, мне, кажется, пора!
Демон сверкнул шальной белозубой улыбкой и понесся к другому концу площади.
– Вот же псих! – Алоф подбросил сестру вверх, чтобы перехватить поудобнее.
Але показалось, что сейчас она упадет. Она вновь вскрикнула, но быстро оказалась в объятиях своего защитника и изо всех сил вцепилась в него. Алоф, продолжая отгонять и разбивать монстров красным кнутом, медленно продвигался прочь от рыночной площади. К сожалению, перемещаться в пределах рынка мешали специальные магические барьеры.