Книга Тремира. Алькирия

ГЛАВА 7. В поисках наставника

Аля с облегчением ощутила под ногами твердую поверхность и открыла глаза. Теперь они с братом стояли у двенадцатиэтажного, недавно отремонтированного дома. Алоф повязывал красной лентой пучок у себя на макушке.

– Это… Это и есть твой кнут? – неуверенно спросила девушка.

Впрочем, не так уж ей это было интересно. Ноги все еще дрожали, в животе неприятно ныло от тревоги и только что пережитого страха, а сердце лишь слегка умерило бешеный темп.

Аля огляделась. Они вернулись в ее родной город и оказались у тяжелой металлической двери в подъезд.

Запищали светящиеся голубыми диодами кнопки домофона – Алоф набрал номер квартиры.

– Такое вообще часто происходит? Ну… чтобы какие-то монстры нападали на людей? – поинтересовалась Аля, когда немного пришла в себя и к ней вернулась способность размышлять. Она никак не могла выкинуть из головы атаку черных тварей.

– На митадов, – поправил сестру Алоф. – Вообще-то, нет. Шедвы живут в Темномире и сами по себе сюда попасть никак не могут. Это явно чья-то злая шутка.

– Ну и шуточки у вас, – пробурчала Аля, пряча все еще дрожащие руки в карманы.

– За такой прикол можно в темницу залететь на несколько лет. – Алоф снова набрал номер квартиры. – Мало кто посмеет так шутить.

Але вспомнился безумного вида красавец, который рассказывал им стишки и выглядел так, будто вполне мог быть организатором подобного представления. Она хотела спросить о незнакомце, но тут Алоф заявил, что у них нет времени на разговоры.

Мастер Олег еще не вернулся домой. На звонок домофона никто не ответил, и где искать демона, Алоф не имел ни малейшего понятия. Он решил, что если за оставшиеся дни они так и не найдут наставника, то вернутся сюда.

За этим последовала череда странных и утомительных визитов. Они побывали в Лондоне, где им одновременно отказали две потенциальные наставницы. В Лиме, где очень маленького роста белобрысый демон заявил, что не желает иметь ничего общего с Тимотом и его семьей. В африканских джунглях, где работала частная школа для митадов, в которой уже не нашлось места, особенно для дочери Тимота. И еще в нескольких местах.

У Али голова шла кругом от всего этого калейдоскопа красок, климатов и часовых поясов. Единственная мысль, не вполне уместная в нынешней ситуации, но упорно не покидавшая ее все это время, сводилась к тому, что теперь она сможет стереть серебристый покров со всех континентов на карте мира у себя над кроватью. Только это радовало гораздо меньше, чем она ожидала, когда пару лет назад вешала ее на стену. В конце концов она даже перестала интересоваться, где они с Алофом находятся.

В основном все демоны, которых они посетили, только и делали, что смеялись над их попытками найти Але наставника, кто-то громко и вызывающе, кто-то исподтишка.

Наконец, Алоф перенес сестру к одинокому домику в бамбуковом лесу. Дверь им открыл симпатичный, на вид довольно юный демон с таким же, как у Алофа, пучком на голове. Перепачканный кожаный фартук прикрывал его рваный свитер. Алоф звал его мастер Суару – первый демон, который не смеялся над ними, не проявлял враждебности и вообще выглядел бы как нормальный человек, если бы не землистый цвет лица и остроконечные уши.

На их просьбу принять Алю в ученицы он лишь покачал головой, кривя губы в подобии блаженной улыбки. Он долго изучал Алю и затем, будто в заключение осмотра, медленно произнес:

– Девочка очень похожа на Тимота. А ты, получается, сын Розг?

Аля огромными от удивления глазами уставилась на брата. Как это сын Розг? Той самой адской демоницы, которая чуть не придушила ее во время так называемого собеседования? А ведь и правда, Алоф очень похож на эту фурию. Поначалу Аля думала, что все демоны выглядят более или менее одинаково, но теперь, повстречав почти с десяток, все больше убеждалась, что это не так. Янтарные глаза пока что она видела лишь у Алофа и его матери.

– Я не преподаю митадам, – сказал мастер Суару мягким, вызывающим доверие голосом. – У Тимота достаточно более близких друзей. Почему не поискать среди них?

– Как выяснилось, друзей у него совсем нет, – недовольно ответил Алоф.

– А твоя мать не хочет ее обучить?

Алоф состроил гримасу, а Аля похолодела при одной мысли о такой наставнице.

Мастер Суару понял, что сказал глупость, ведь мадам Розг и так преподавала в Школе Темных Искусств. Иногда он забывал самые простые вещи. Он немного подумал.

– Тимот вроде неплохо ладил с Князем Полуночи, Хранителем Северных Врат, с Мироэ Акхором. У него вы были?

Алоф одарил мастера изумленным взглядом, в то время как Аля подумала: «Ну и имечко! Звучит слишком пафосно».

– Он никогда не согласится обучать ее! – воскликнул Алоф. Этот демон был слишком древним и могущественным, чтобы снизойти до его жалкой сестры.

– Кто знает? – отстраненно произнес Суару. – Кажется, Тимот спас ему жизнь когда-то. Может быть, Мироэ захочет отблагодарить его таким образом?

Алоф не разделял подобного оптимизма. Раз уж блаженный мастер Суару им отказывает, то как добиться согласия хотя бы от одного из этих «друзей» Тимота? С другой стороны, выхода у них не было. Все демоны, на которых Алоф возлагал хотя бы малую надежду, отказались учить Алю либо отсутствовали на месте. Придется тащиться к Князю Полуночи на Северный Полюс.

«Как-то очередь не выстраивается меня обучать. Интересно, чем это им всем так не нравится этот демон Тимот?» – печально размышляла Аля.

– У тебя дома есть теплая одежда? – спросил Алоф, когда мастер закрыл перед ними дверь.

– Что? – удивилась Аля. – Конечно, есть.

Уже через мгновение они перенеслись в Алину комнату. Алоф объяснил сестре, что ей надо одеться как можно теплее. И как можно быстрее.

Из гостиной слышались приглушенные звуки телевизора. Только сейчас Аля осознала, что уже поздно и родители, должно быть, волнуются. В телефоне обнаружилось несколько сообщений и два пропущенных вызова.

– Черт! – Аля написала маме, что переночует у однокурсницы. Завтра ее ждала головомойка. Родители ее не ограничивали, но желали знать, где и с кем она находится, ругались, когда она заставляла их тревожиться. Иногда это раздражало.

Алоф нетерпеливо наблюдал за ней, стоя у окна.

– Быстрее!

Аля без энтузиазма достала из шкафа желтый пуховик и высокие, песочного цвета ботинки на меху. Ей уже порядком надоело мотаться по всему миру в роли просительницы и везде получать от ворот поворот. Кроме того, в голове крутились мрачные мысли о будущем, одна страшнее другой.

– Что такого натворил твой отец, что никто не хочет меня учить? – спросила она.

Алофу не хотелось вдаваться в подробности. Да он и сам мало что знал. Вроде бы Тимот что-то украл. Что-то очень важное. У тех, у кого красть не следовало. Но теперь мало кто помнил, что именно Тимот сидел в тюрьме, а делу придали статус секретного, и узнать что-либо об этом не представлялось возможным. Особенно для Алофа, школьника и, как бы он ни противился признать этот факт, еще ребенка.

– Они не то чтобы не хотят. Скорее, боятся, – туманно ответил он. – У Тимота много врагов.

– И твоя мать среди них?

– Ну да, она его терпеть не может. – Его губы растянулись в ядовитой усмешке.

Аля бросила на него сочувствующий взгляд. Ее родители всегда любили и уважали друг друга.

– Не надо на меня так смотреть, – запротестовал Алоф. – Я знаю, что у вас принято по-другому, но среди морэ это обычное дело. Каждый сам за себя.

– Но… Как же вы делите детей, кто их воспитывает?

Алоф издал ехидный смешок.

– Кому меньше повезло, тот и воспитывает.

***

Они шли по тонкому слою снега. Аля видела только два цвета: белый снизу и светло-серый сверху, плавно сходившиеся на горизонте со всех сторон от них. Все вокруг казалось одинаковым.

– Как здесь можно жить, в такой холодрыге? – прошептала Аля, стараясь натянуть капюшон на лицо. Перчатки она взять забыла и прятала окоченевшие руки в рукавах.

– Князь Полуночи демон, ему все равно. Зато здесь почти никого нет, – ответил Алоф.

Он как ни в чем не бывало шел вперед. Удлиненный балахон вовсе не выглядел теплым, кеды на тонкой подошве тем более. Ледяной ветер играл красной лентой в волосах, но демон никак не реагировал на пронизывающий холод. Аля с завистью пожалела, что ей не досталась подобная морозоустойчивость от их общего отца. Поняв, что, если она не отвлечет себя разговором, она совсем замерзнет, девушка спросила:

– Та женщина, что была с твоей матерью на собеседовании, мадам Ланда, она тоже демон?

– Демон, – коротко и будто бы недовольно ответил Алоф.

Аля удивленно охнула.

– А ты что думала?

– Ну, они так не похожи друг на друга по манере поведения и внешне… Я подумала, что, может быть, она вроде ангела.

– Разве ангелы в ваших сказках не должны быть бесплотны? И с крыльями?

Аля пожала плечами.

– В любом случае, – продолжал брат, – ангелов не существует. Ланда – светлый демон, их еще называют ларэ. Существует три мира: в Темномире живем мы, морэ, в Светмире – они, а ваш мир, Средмир, находится между нашими двумя.

Только сейчас Аля поняла, почему все называют этих морэ именно темными демонами: оказывается, существуют еще и светлые.

– А что, эти ларэ такие же демоны, как вы, только носят белое?

– Мы отличаемся примерно как европеец от азиата, то есть почти ничем, кроме внешности и культуры. Хотя некоторые особо агрессивно настроенные морэ и ларэ с этим не согласятся.

– И мадам Ланда преподает в Школе Темных Искусств?

– Нет, конечно. Она преподает в их Школе Светлых Искусств. Но по закону на собеседовании с полудемоном должны присутствовать представители обоих Миров, вот она и была там.

– А чем Светлые Искусства отличаются от Темных? – Аля безумно устала, продрогла до костей и потеряла всякую надежду на удачное завершение их бесплодных перемещений с одного континента на другой. Напускной цинизм иногда помогал перенести подобные настроения. – И эти ваши миры? Темномир это вроде Мордора с армией орков и злобных демонов, а в Светмире маленькие розовые единороги скачут по радуге и какают бабочками на головы добрых светлых демонов?

Алоф понятия не имел, что такое Мордор и орки, хотя про единорогов краем уха что-то слышал. Но в словах сестры он уловил иронию, и это показалось ему забавным. Тем не менее, следуя привычке изображать из себя мрачного сноба, Алоф, как обычно, сначала одарил спутницу презрительным взглядом, и лишь потом ответил на вопрос:

– Ларэ от нас особо не отличаются. Просто Светмире гораздо больше светлой энергии, чем у нас, поэтому они в основном используют ее в своих практиках, а мы темную. Но принципы работы одинаковые. И вовсе они не добрые, скорее наоборот. Такие же, как все. Еще и жутко скучные. Кстати, Князь Полуночи – ламор. То есть метис: наполовину темный, наполовину светлый демон. Он знает техники обеих Школ. Тебе, небось, тоже покажется похожим на ангела. – Алоф цинично усмехнулся.

Аля поежилась: в его устах слово «ангел» звучало, как оскорбление. Да и слова «ларэ» и «светлый» тоже. Видимо, хоть все они были демонами, представители разных Миров не ладили между собой.

Получалось, этот Светмир – вовсе не рай, а просто еще один Мир. А ларэ – не ангелы, а такие же демоны, как морэ, только с более бледной кожей и, возможно, традицией вести себя сдержаннее и вежливее. Непривычная концепция.

– А что за Пять Искусств я должна изучить?

– Магия, прикладная и теоретическая, перемещение, превращение, боевые искусства, языки. Но митады, конечно, в основном все это в теории изучают, а на практике – только то, к чему есть дарование и склонность. А теперь хватит болтать, мы почти пришли. – Он остановился. – Так. Князь Полуночи – очень древний и могущественный демон, так что помалкивай, если тебя не спрашивают, и все делай как я.

Аля кивнула, хотя и не поняла, куда именно они пришли. Вокруг все оставалось по-прежнему.

ГЛАВА 8. Князь Полуночи

Алоф посмотрел наверх, огляделся по сторонам и, вытянув руку, будто потрогал невидимую преграду перед собой. Он напоминал мима, исследующего несуществующую стену. Нащупав что-то, он сделал движение, будто поднимает и опускает дверное кольцо, при этом действительно раздался оглушительный стук. Аля вздрогнула от неожиданности.

– Кто? – Хриплый голос из ниоткуда, напоминая басовитое гудение ветра.

– Алоф и Алькирия Тимот покорно просят Князя Полуночи принять их, – вежливо изрек юный демон.

– Ждите, – провыл похожий на голос ветер.

Пока они шли, Аля, увлеченная разговором, перестала замечать холод и даже немного согрелась. Но сейчас, стоя у невидимых ворот, она вновь почувствовала, как мороз забирается под одежду и как горят от ветра щеки. Она поежилась и плотнее закуталась в пуховик. При мысли о встрече с потенциальным наставником по телу пробежали мурашки.

Что ей делать, если и он откажет? Остаться здесь и замерзнуть насмерть? Ее передернуло от этой мысли. Ну уж нет! Она не пойдет на поводу у этой несправедливой системы!

Тягостные размышления прервал громкий скрип открывающихся ворот. Алоф двинулся вперед, Аля последовала за ним. Скрип повторился вновь, но уже позади них.

Пейзаж оставался все таким же однообразным, что и снаружи, но ветер совсем стих. Вдалеке виднелся белый купол из снега. Честно говоря, от демона с претенциозным именем Князь Полуночи такой скромности Аля не ожидала. Воображение рисовало ей скорее грандиозный ледяной дворец в шипастом готическом стиле, как у Снежной Королевы, а никак не маленькое иглу с низеньким входом.

К ее удивлению, иглу оказалось не самим жилищем, а лишь сферическим покровом для ледяной винтовой лестницы. Они с Алофом долго спускались по ней, пока наконец не оказались в просторном округлом зале с высоким потолком.

Вот это намного больше походило на грандиозный дворец. Все в зале – пол, стены и потолок – было сделано из прозрачного льда, внутри которого виднелись замерзшие растения, животные, птицы и рыбы. Мебель заменяли ледяные кубы разного размера с вмерзшими внутрь ветвями. Это зрелище настолько заворожило Алю, что она не сразу заметила высокую фигуру в центре зала.

Демон в многослойных, напоминавших белые и светло-голубые халаты одеждах, перевязанных на талии широким поясом, стоял к ним спиной. Тех же цветов ленты удерживали его длинные белые волосы в высоком хвосте на затылке. В правой руке он держал длинную белую палку: не то посох, не то боевой шест.

– Приветствуем Князя Полуночи, – с поклоном произнес Алоф.

Аля тоже поклонилась, исполняя приказ брата повторять все за ним.

Демон не двинулся с места. Некоторое время посетители так и стояли в ожидании его реакции. Але показалось, что неловкая пауза длится уже не меньше часа. Алоф, поняв, что ответа на приветствие не последует, сразу перешел к делу и с поклоном произнес:

– Ваше Сиятельство, позвольте представить вам мою сестру Алькирию. От имени нашего общего отца, демона Тимота, я ищу для нее мастера для обучения Пяти Искусствам. Мы пришли просить вас оказать ей честь и стать ее наставником.

Если бы не легкий поворот головы Князя, Аля решила бы, что это вовсе не демон, а статуя. Впрочем, после этого он снова застыл, демонстрируя точеный профиль, прямой нос и кончик бледных губ. Похоже, отвечать он не собирался.

На этот раз Але показалось, что прошла вечность, будто время замедлило течение. Она поглядывала на Алофа, но тот, очевидно, тоже решил поиграть в игру «раз, два, три, замри» и без единого движения сверлил спину хозяина дворца янтарным взглядом.

– Почему же великолепный демон Тимот сам не явился просить за свою дочь? – с усмешкой в голосе холодно спросил демон.

– Ваше Сиятельство, вы давно уединились в ваших владениях и, должно быть, не знаете, что мой отец уже несколько лет заточен в темнице крепости Темного Правителя.

Аля в очередной раз потрясенно посмотрела на брата. А раньше он не мог ей об этом сообщить? Ей он сказал, что их отец занят. Ничего себе занят! Прекрасное занятие, сидеть в тюрьме! Почему Алоф никогда ей ничего не рассказывает?

Ну, вообще-то, Алоф много чего ей рассказал, отвечая на ее вопросы. Кроме того, что их общий отец сидит в тюрьме, а мать Алофа – фурия Розг. Может, он боялся, что Аля перестанет ему доверять, узнав о последнем?

Аля попыталась умерить поднимающееся в груди раздражение, тем более что Князь наконец соизволил повернуться к ним, давая гостям возможность рассмотреть себя. От всего его вида веяло ледяной меланхолией и спокойствием. Аля дала бы ему не больше тридцати лет, но, если приглядеться, его возраст скорее стоило бы охарактеризовать как неопределенный, несмотря на видимость молодости.

Кожа Мироэ отличалась мраморной бледностью, а тонкие черты треугольного лица – изяществом. Но выражение надменного высокомерия вызвало у Али инстинктивное чувство отторжения, она никак не назвала бы демона привлекательным. Белые брови и волосы делали его похожим на альбиноса. А разноцветные глаза, голубой и желтый, не просто придавали Князю Полуночи жутковатый вид, так еще и вызвали у Али поток неожиданных ассоциаций.

Забыв о приличиях, девушка беспардонно уставилась на это идеальное, пугающе симметричное лицо, которое больше всего в мире напоминало ей морду Антифона.

Аля подобрала кота на улице около десяти лет назад. В тот день ее как раз преследовало ощущение, что произойдет нечто судьбоносное, а по дороге домой из школы она заметила на снегу дорожку ярко-красных пятен. След привел ее к прятавшемуся под кустом клубку белой шерсти.

Она принесла избитого кота домой. После долгих уговоров родители позволили оставить питомца и даже дали денег на ветеринара. Алин отчим со свойственной ему иронией окрестил нового члена семьи Антифоном за ангельски белую шерсть и разноцветные глаза.

Аля почти сразу обнаружила, что кот отличается от других животных способностью понимать речь и сообщать ей свои мысли. Очень скоро Антифон сделался ее лучшим другом. Она поверяла ему все свои секреты. И хотя иногда ей казалось, что ему не особо интересны девчачьи глупости, он всегда терпеливо выслушивал ее и по возможности давал совет.

Задумавшись, Аля не заметила, что между демонами продолжается напряженный диалог. Алоф уже успел напомнить Князю Полуночи о долге перед их отцом, и в данный момент тот равнодушно разъяснял ее брату, что, если и должен что-то Тимоту, он отдаст долг ему лично, а не через детей. Алоф, хватаясь за последнюю соломинку, попытался надавить на жалость. Без особой надежды на успех он напомнил собеседнику, что его отказ поведет за собой почти верную смерть для Али. На это демон ответил только:

– Какое мне до этого дело? И с чего ты взял, что смерть в ее случае такой уж плохой вариант?

Эти слова, похоже, окончательно вывели Алофа из себя, он с трудом сдерживал свой горячий нрав. Князь Полуночи же оставался спокоен, невозмутим и холоден, как айсберг, и теперь молча разглядывал его. На Алю он, кажется, вообще ни разу не посмотрел за все это время.

Алоф молча развернулся к выходу и знаком велел Але следовать за ним. Она повернулась к лестнице, но интуиция не просто подсказывала, а прямо-таки кричала, что, уйди она сейчас, Аля навсегда упустит что-то важное. Все равно же терять нечего.

Несмотря на обещание помалкивать и не делать лишних движений, Аля легким поклоном привлекла к себе внимание хозяина ледяного дворца и почтительно произнесла:

– Прошу прощения, Ваше Сиятельство, можно задать вам один вопрос?

От неожиданности Алоф замер на месте и вперился в нее возмущенным и несколько испуганным взглядом. Князь обратил на Алю изумленный взор разноцветных глаз. После небольшой паузы он едва заметно кивнул.

– У вас, случайно, нет родственников среди котов? – выпалила Аля и сразу об этом пожалела, поняв, до чего глупо звучит ее вопрос.

Краем глаза она увидела, как брат попытался встать между нею и Князем Полуночи, будто желая оградить ее от опасности, но неведомая сила подхватила его и словно пушинку отбросила к самой дальней стене. В мгновение ока белая фигура нависла над Алей, она ощутила, будто руки и ноги сковали невидимые цепи. Сначала ее прошиб холодный пот, затем стало жарко, а сердце будто остановилось от страха. Демон ледяными пальцами дотронулся до Алиного подбородка и заглянул ей в глаза.

– Что ты имеешь в виду? – Его голос звучал угрожающе, а взгляд требовал немедленного ответа.

– Я не хотела… – испуганно пролепетала Аля. – Я не хотела вас обидеть.

Князь нетерпеливо вскинул белые брови, и Аля сбивчиво продолжила:

– Простите… дело в том, что я знаю одного белого кота… и он очень похож на вас, и он очень умный, не как другие коты, и просто я подумала, вдруг вы с ним как-то связаны… или даже родственники…

Услышав ее сбивчивую речь, Алоф спрятал лицо в ладони. Ему стало стыдно за неразумную сестру. Сначала совы, теперь коты. Это у нее что, реакция на стресс? Он вскочил с пола, подбежал к ним и торопливо заговорил:

– Ваше Сиятельство, простите ее, она не знает, что говорит и…

– Замолчи! – сурово бросил ему Князь Полуночи и угрожающе мягко обратился к Але: – Так я, по-твоему, похож на кота?

Аля вся сжалась от ужаса. Зачем она это ляпнула? Возможно, на сей раз интуиция ее подвела? А теперь опасность угрожает не только ей, но и брату! Она содрогнулась, почувствовав, как демон ледяными пальцами распустил завязки ее капюшона и снял его вместе с шапкой. От его прикосновения по телу неприятно побежали мурашки. Некоторое время Князь молча рассматривал ее лицо, затем, склонив голову набок, ну точно как Антифон, спросил:

– Вы позволите прочитать ваши мысли?

Аля неуверенно кивнула. Пусть читает, если после этого он их отпустит. Демон вгляделся в ее глаза, и почти сразу невидимые оковы исчезли, и больше ее ничто не связывало. В тот же миг Князь Полуночи оказался на прежнем месте в центре зала. Алоф подошел к сестре, на лице его читалось искреннее недоумение. Видимо, несмотря на всегдашнюю самоуверенность, он растерялся и не знал, что делать.

– Уходите! – тихо произнес Князь Полуночи.

Им оставалось только подчиниться.

Но когда они подошли к выходу, Аля вдруг снова услышала голос Князя у себя в голове:

«Я приду к тебе завтра в полночь. Твоему брату не обязательно присутствовать».

Когда Аля обернулась, зал был пуст. Она посмотрела на Алофа. Кажется, он не слышал слов Князя.