Роза Ветров. Четыре луча Звезды

ГЛАВА ВТОРАЯ

Кажется… одиннадцатый Маюс,

год Ворона.

Не знаю, день или ночь…

… Дорогой дневник, мне так больно и страшно! Не могу… Как же это?… Отец… Ареон… Нет, не могу! ОТЕЦ!! АРЕОН!!

– Роддос! Роддос!

Послышался скрип двери и быстрые шаги.

– Что такое? – голос низкий, холодный, вызывал мурашки, но глаза мои буквально впились в человека, который оказался рядом. Я заплакала в голос, прижимаясь к его груди.

– Не надо плакать. Все уже прошло. Сейчас ты и я… Мы в безопасности, – теплая, пахнущая морем и уксусом рука прошлась по моей голове. Я легла, чувствуя, как становится спокойнее. – Давай, засыпай.

Он не уходил до тех пор, пока я не уснула. Мой герой! Теперь кошмары и прочие ужасы трижды подумают, прежде чем тревожить меня! Так я думала, но…

«Папа… папочка… Нет, он просто устал и сейчас встанет… Ареон просто плохо пошутил… Нет, он не мог… Нет-нет…» – слезы больно обожгли щеки.

– Принцесса, скорее, нам надо уходить!

– Уходить? – я не поняла. – Зачем? Я же дома, тут мои мамочка и папочка. И братец наконец вернулся. Теперь все будет хорошо, он обещал, – последние слова заглушил громкий всхлип.

– Тише, моя принцесса! Он может услышать. Прошу вас, идемте. Скорее!

Я не двинулась с места, продолжая смотреть на происходящее в тронном зале. Воины Ареона скинули, наконец, свои капюшоны. Под ними оказались совсем молодые парни, но выглядели они страшно. Ожившие каменные статуи с красными глазами.

Серого цвета кожа, когти, как у хищной птицы. И кровь всюду! Воины ходили по ней, как деревенские ребятишки по теплым летним лужам, оставляя за собой следы. А как страшно и противно скрипели их доспехи! Я зажмурилась и задрожала еще сильнее. Хотелось пищать от страха, но кто-то быстро зажал мне рот.

– Они уже близко! – шипел этот кто-то, пытаясь разжать мои пальчики. – Да отпустите же вы штору, принцесса! Нам нужно спешить!

Но я лишь сильнее вцепилась в шторку и продолжила беззвучно рыдать.

– Роза, милая моя, – ласково прошептала няня, взяв за руку, – пойдем.

– Пора собираться к празднику, правда? – из-за слез я не видела ее лица, но любимый теплый и чуть-чуть сладковатый аромат клубники и молока помог немного успокоиться. – Как хорошо, что братик, наконец, вернулся, правда?

– Конечно, все, хорошо. Идем, моя милая.

Ой, сколько всего нужно успеть сделать! Наверняка в комнате меня уже ждет красивое платье, туфельки. Няня сделает мне красивую прическу, я надену любимую подвеску. Но сначала надо будет умыться. Интересно, почему слезы никак не могут перестать литься? Это же праздник, которого мы все так долго ждали! В честь долгожданного возвращения моего брата! Нельзя чтобы Ареон обиделся на меня в такой день, мы же договорились, что жить будем по-другому.

Хотя, пусть текут слезы. Это отлично помогает моим любимым разноцветным глазам лучше представить грандиозный бал с красивой музыкой, танцами, и сладостями, которые ждали меня и моих подруг. Еще будет много непонятных взрослых шуток. Командиры отца примут Ареона в свой круг, это его главная мечта, будут смеяться, да так громко, что напитки в их кубках выплеснутся на пол. Красные капли от вина. А потом, когда гости разойдутся, я, наконец, увижу, как отец улыбается, слушая рассказы Ареона, как матушка незаметно будет гладить его вьющиеся, непослушные волосы, отросшие до плеч. И мама может даже попытается состричь лишнее. Но брат всегда хотел иметь такую шевелюру, и я уверена, что на этот раз он не подпустит к себе никого с ножницами. Вот бы посмотреть на это.

Неожиданно меня кто-то довольно грубо схватил поперек живота, словно я какая-то кукла! Это унизительно! Никто не смеет так обращаться с принцессой! Не успела я возмутиться, как вокруг стало холодно и темно! А еще страшно!

– Отпустите! Верните меня домой! Няня!! НЯНЯ! – крики, плач не помогали. Тогда я начала царапаться, пыталась отодвинуть от себя ту руку, что держала меня, но ничего не получалось! Холод металла. Как же больно!

Рядом раздался звук вспышки, зашипел огонь. В его свете возник целый отряд воинов с блестящими прыгающими тиграми на нагрудниках. Воины отца… Мои герои… Настоящие рыцари! Но не было больше на их лицах улыбок, напротив, каждый был так напряжен и встревожен, что я вся сжалась. Они между собой о чем-то шептались, потом я снова увидела няню. Она обняла одного воина, а он вытер слезы с ее морщинистых щек. Напуганная и заплаканная я протянула к ней ручки.

– Тише, Роза, тише, – прошептала няня с мольбой. – Прошу, не кричи, иначе они нас найдут.

Я ничего не понимала. Найдут нас? Кто? Мы что, играем в прятки? Если так, то мне не нравится играть в темноте, в холоде.

– Скоро ты будешь в безопасности, обещаю. И вот, – она подала мне тебя, мой дорогой друг. – Не теряй его больше. Храни свои секреты тщательно, – маленькая слезинка скатилась по ее щеке в морщинках вниз. – Мой сын и его товарищи позаботятся о тебе.

С этими словами она убрала руки и пошла от меня прочь. Я слышала не только удаляющиеся шаги, но и утихающий сладковатый аромат. Между нами выросла стена, оставив меня совсем одну в темноте в руках неизвестности. И няня меня обманула! Она меня бросила! Как она могла? Нет, этого просто не может быть!

Отряд двигался в темноте молча, только звуки металла и шум огня под потоком ветра нарушали эту тишину. Иногда раздавался всплеск воды, а за ним ругательства. Меня несли при свете факела, хотя лучше б я оставалась в темноте. На каменных стенах, которые блестели от сырости, танцевали такие жуткие тени. Скрючившиеся, со щупальцами и клыкастыми мордами. Я зажмурилась так сильно, как могла и дрожала всем телом. Мой дорогой дневник… Каждую секунду проверяла, действительно ли ты в моих руках. Обещаю, больше никогда тебя не потеряю! Знаешь, у тебя такая мягкая обложка. Так и хотелось погладить, но я боялась даже пальцем шелохнуть. В тот момент только ты мог меня защитить, только с тобой я чувствовал себя в безопасности. Мой прекрасный и единственный друг. Пока мы вместе, чудища на стенах не могут захватить меня! Так просто я им не дамся!

Но холод и сырость, как страшные драконы и липкие чудища из сказок не хотели так просто отступать. Как же хотелось, чтобы хоть кто-нибудь прижал меня к себе, пожалел. В последнем порыве надежды я подняла глаза на воина, что несет меня, ой, то есть нас, но из-за опущенного шлема так и не увидела его лица. Зато во всей красе предстали его доспехи: помятые, украшенные царапинами. От меча пахло… Как это? Каменная крошка? Что-то близкое к мелу. Запах описать сложно, но от него сразу хочется чихать. Рыцарские доспехи, которыми я всегда так любовалась. Те самые, которые мальчишки оруженосцы с таким упоением полировали, думая про себя, как однажды сами наденут такие же и даже лучше… Я видела, как глаза служанок сияли и весело блестели, стоило рыцарю пройти по коридору замка. Броня казалась мне невероятно красивой. Носить такую почетно. Но на самом деле она оказалась лишь защитой от чего-то невообразимо страшного и жестокого. Воины-тигры выглядели не лучше тех убийц, которых привел с собой Ареон. Все происходящее оказалось совсем не таким, как в маминых книжках. Почему в жизни так много крови, страха, смерти, несправедливости и холода?! Ничего чудесного, ничего красивого, ничего героического. А вместо песен и смеха – вопли, доносящиеся из темноты горла. Отец… Неужели он все это видел и знал? Но зачем тогда было обманывать? Брата, меня?

«Папа, мамочка, – эти мысли до сих пор крутятся в голове, назойливо повторяются, как страшная мелодия, и не дают спокойно спать. – Как же она волнуется. Ищет меня, а я вот тут в темноте и холоде. Мамочка, где же ты? Мне так страшно! Я ничего не понимаю!»

Тут сзади раздались хлюпающие звуки. Рука, что держит меня, сжалась сильнее, в груди даже стало больно.

– Они идут следом! Мы не успеем!

Мимо нас прошли несколько воинов с факелом в руках. Словно по команде, они одновременно достали мечи. Звук оружия пронзил мне уши своей страшной симфонией.

– Идите вперед. Мы их задержим насколько сможем. Скорее!

И снова возник вбитый в голову сказками образ храбрых воинов! Героев, готовых на любые жертвы, чтобы защитить слабых. Я насчитала четверых воинов, облаченных в доспехи с прыгающим тигром, чьи глаза горели рубиновым огнем.

«Сейчас они спасут меня от этих похитителей, – слезы счастья и облегчения вновь увлажнили глаза, – вернут домой. Мама будет прижимать меня к груди, а отец поблагодарит храбрых воинов за службу и смелость. Может, даже решит повысить их всех в звании и пообещает, что сын одного из них однажды женится на мне…»

– Берегите принцессу,

Это были их последние слова. Я распробовала каждую букву на вкус, даже запах какой-то уловила. Запах решимости, а еще аромат молодого эвкалипта, дробящего каменную глыбу, который прогрызал себе путь на свет. Такой он вырос в королевском саду и скоро стал символом рыцарей. А сейчас прогнал прочь вонь туннеля.

Тонкая, но не менее острая игла впилась в меня и сейчас все время подталкивает, покалывает в пальцах, заставляя писать дальше. Через силу, со слезами, кляксами на страницах. Пусть кляксы, пусть неразборчиво, пусть больно! Я одна сейчас, Роддос у штурвала…

Воины, как и няня, прошли мимо, даже не взглянув на меня, и через минуту их поглотила темнота. Они будто собрались дать бой ей. А меня понесли дальше. Едва мы скрылись за поворотом, оружие разнеслось в хоровом пении. Человеческие крики не отставали. И вот тут-то я снова начала визжать, что есть сил била ногами того, кто нес меня. Даже пробовала укусить, но едва не сломала зубы о стальную перчатку. Никакие уговоры, крики не могли больше успокоить. Страх укусил всюду и от каждой попытки только сильнее впивался, не желая отпускать. Душил! Топил! Куда бы я не бросила взор, всюду смотрели монстры с когтистыми лапами, которые тянули ко мне лапы. Но все они померкли перед огромным серебряным черепом с красными глазами и клацающими зубами. Все ближе и ближе. Приближался. Стал таких огромных размеров, что запросто смог бы проглотить коня целиком. А уж меня, маленькую напуганную девочку и подавно. Но я не успела провалиться в его черную бездонную глотку, потому что от глухого удара из глаз искры посыпались, и я обмякла.

Как же противно и больно пела голова!

«Мама… Мамочка, где же ты?»

Я чувствовала, что губы шевелятся, но голос куда-то пропал, потерялся. Лицо было все мокрое от слез, глаза тоже.

– Роза! Девочка моя!

Сквозь густую-густую зеленоватую пелену и гул ко мне снова приблизился приятный аромат молока с клубникой и облизнул лицо, как игривый щенок. Следом подоспели и теплые морщинистые руки. Я вздрогнула сначала, как после кошмара, не веря уже, что все это была правда. Но больше не реагировала на голос няни и ее ласковые руки – страх съел, обглодал меня до костей, не оставив ничего живого. Совсем как бездомный пес, который повадился воровать объедки с королевской кухни. Его всегда прогоняли с криками, били палками, ошпаривали кипятком один раз. А за что? За то, что он хотел есть? Разве он виноват, что он такой тощий и страшный? Удивительно, что про него вспомнила, ведь это я его гоняла. Кричала, потому что боялась. А вот Ареон, наоборот, подкармливать любил: то хлебом, то курицей, то горячим бульоном. Никогда не видела, чтобы кто-то так сильно радовался простому куску хлеба, как этот пес. Хвост так яростно метался из стороны в сторону, а глаза… Ареон вытирал псу слезы после этого скудного угощения и трепал между ушей.

Тут же по моей коже прошелся шершавый язык холодного соленого бриза. Я принюхалась.

«Здесь сильно пахнет морем. Значит, мы вышли по поземным туннелям к скалам».

Как я уже говорила, дорогой дневник, дворец и был построен на скале, в самом центре материка и окружен высокими соснами, голубыми елями и стройными кленами и осинами. Но отец хотел использовать эту скалу-монумент и в других целях. Внутри скала была целая прорублена сеть ходов, туннелей с тупиками и даже ловушками. Наследие от первых жителей Запада до Великого пожара. Отец велел их отыскать, укрепить, прорубить новые туннели и начертить карту, по которой, в случае опасности, можно было бы выйти либо к Туманному лесу на границе с Севером, либо к дикому каменному пляжу Сапфирового моря. Об этом учитель Сайрус рассказал на уроках, но как бы я не просила, так и не разрешил туда спуститься. Ареон тоже знал про туннели и часто хвастался перед друзьями, что каждый день там гуляет. Врал, конечно. После того, как сыновья кухарки забрели в эти туннели и потерялись навсегда, папа распорядился замаскировать входы и выходы. Выходит, один из них был прямо в замке.

Наконец, мы вышли наружу и оказались у моря. Солнце уже скрылось, оставив последние темно-фиолетовые блики на линии горизонта. Нёсший меня воин остановился и аккуратно опустил меня на камни. Едва ноги коснулись земли, я зашаталась, как будто едва научилась ходить. Воин помог мне не упасть.

– Всегда рад услужить, маленькая принцесса.

Фу! Какой у него оказался противный голос! Да даже карканье вороны слушать приятнее!

– Почему же ее высочество молчит? Я думал, она знает, как нужно благодарить благородного рыцаря.

Да он смеется надо мной!

– Вы, сир, – я убрала руку и подняла голову на рыцаря. Из-за темноты и капюшона мне открылась лишь половина его лица. Щетина и оскал.

– Что, девочка? Не по вкусу тебе такой рыцарь? Красивые и вылизанные дочиста они только в сказках живут. В жизни все гораздо страшнее. Помни это, девочка. Всегда. Если выживешь.

– Вы грубиян!

– Зачем ты пугаешь ее? – вмешался другой рыцарь. Тот самый, которого на прощание поцеловала няня. – Простите, принцесса. Но нам нужно торопиться. Здесь нас могут заметить.

– Я никуда не пойду!

– Принцесса,

– Я приказываю: отведите меня к маме! Сейчас же!

– Принцесса, сейчас это невозможно, – молодой рыцарь говорил ласково, но меня это рассердило еще больше, чем скрипучий ор его товарища. – В замке опасно. Нам нужно увезти вас в безопасное место.

– Мой сын прав, принцесса.

– Как ты выбралась? Зачем? – строго прошептал воин, обращаясь к неизвестно откуда взявшейся няне. – Тебе нельзя здесь быть! Они могут найти нас! Эти твари беспощадны… Матушка, прошу, возвращайся в замок…

– Не указывайте мне, что делать, юноша! – отрезала старушка, потирая руки.

Я хорошо знала этот жест: няня так делала всегда перед тем, как схватить за ухо непутевого кухонного мальчишку, если поймает на воровстве. И нас с Ареоном ловила. Точнее только его, а я успевала спрятаться с помощью магии.

– Сейчас нигде небезопасно, – няня перешла на шепот, – а я должна позаботиться о тебе и о дочери короля.

– А что с королевой?

Услышав о матушке, я тихонько захныкала, как младенец и потянула руки к старушке. Но она даже не посмотрела в мою сторону. Старый рыцарь снова взял меня под мышку, и мы быстро зашагали по пляжу. Лишь один факел освещает нам путь. От мокрого воздуха я вся продрогла, ветер обжигал, забравшись под платье. Нет, надо больше тепла и света! Взгляд на факеле, немного сосредоточенности, и частичка огня отделилась от факела, превратилась в шар, а потом рассыпался на множество частичек, светлячков, и они окружили нас стеной.

– Принцесса, – няня обернулась на меня. Никогда не видела, чтобы она так испугалась моей магии.

Я вопросительно посмотрела на нее.

– Не нужно магии сейчас. Они могут нас заметить. Погасите это.

– Нет! – упрямо заявила я. – Пожалуйста, мне холодно! – нога встретилась с доспехом старого рыцаря. – А еще больно! Няня!

– Потерпи немного, милая. Мы…

Но тут мерзкий запах протухшей рыбы так сильно ударил в нос, что я растеряла все бусины из ожерелья защиты, которое так кропотливо собирала и несла. Я зажмурилась, но через минуту, чуть расхрабрившись, принялась шарить руками перед собой. Дерево. Склизкое, пахнет рыбой. Каким-то образом я оказалась на дне бочки. Сверху на меня смотрела няня с факелом в руке. Сзади раздавался шум моря, накаты волн на скалы. Тревожно и неугомонно кричали чайки. Я зажала себе нос и хотела поскорее вылезти из бочки, но старушка не позволила.

– Нет, дитя, нельзя. Здесь ты будешь в безопасности, обещаю.

Воины отца накрыли бочку крышкой, а няня продолжала говорить:

– Не бойся, все будет хорошо. Не говори ничего, сиди смирно. Помни, что в замке еще остались люди верные твоему отцу, – она замолчала на несколько мгновений. – Скорее! Нужно доставить ее…

Тут ветер донес новый запах. Куда хуже, чем протухшая рыба. Пахло солью, от которой во рту появился привкус металла, еще тухлым мясом и мокрыми перьями! Ох, это было самое ужасное, что мне доводилось нюхать! Но объединяло все эти запахи что-то еще. Нечто холодное, страшное, болезненное всего на несколько мгновений, а потом пустота. Исчезновение. Вот ты был, а вот тебя уже нет. И не будет больше никогда.

«Так может пахнуть только смерть, – услышала я от Роддоса. – Снаружи может быть холодно и сыро, а внутри жарко. Страшный аромат».

Страшный. Смертельно. Тело сковало, словно цепями, обдало каждую клеточку холодом, сжало в тески. Я, кажется, лишилась слуха и зрения из-за этого неописуемого запаха. Агония была такая, что глаза вот-вот могли расплавиться, а волосы вспыхнуть ярким костром, как высушенное сено.

«Все, не могу! СПАСИТЕ!!! Заберите меня отсюда!!»

Все внутри меня в один миг вспыхнуло, словно пожар в степи от одной искры.

Волна ударила совсем рядом. Пришлось отложить перо. С трудом дотянулась до графина с водой: тошнота опять подступила. Роддос говорит, что это пройдет, надо только представить себя частью корабля.

– РОДДОС!!

Знаю, что упоминаю это имя снова и снова, но кто такой Роддос, расскажу чуть позже, а то мне не хватит сил рассказать, что случилось, пока я была в бочке.

Как только крышка захлопнулась, я поджала ноги, спрятав лицо в колени, и плакала. От страха, от этого ужасного запаха! Тошнило, штормило внутри и колотило снаружи! Даже магия разделяла со мной страх – забилась в самый дальний угол, как перепуганный зверек и тряслась. Мы вместе вжались в бочку. Одни, одни против этого ужаса! Опущенная крышка обрезала мне последнюю струйку воздуха, спрятала от людей, что были мне дороги, оставив наедине с вонью и в игольчатых объятиях холода. В дырочку в бочке я заметила, что к няне подошли те самые воины, с которыми прибыл Ареон. Только теперь их было не трое и даже не десять. Невозможно сосчитать! Они были облачены в черные доспехи, с острыми блестящими наплечниками, напоминающими крылья воронов.

«Да как они смеют осквернять и пачкать честь таких умных и благородных птиц?! Моих друзей! Эти бездушные, угрюмые и жестокие статуи! Убийцы!»

Я так разозлилась, что захотела накинуться на этих и отлупить магией хорошенько! Привстала, но кто-то одним настойчивым движением заставил меня сесть обратно. Повторила еще и еще – бесполезно. Попробовала тогда раскачать бочку, применить магию – ничего не помогало.

Ох! Совсем забыла кое-что сказать об этих воинах в черном. Именно от них и исходил этот запах, что сжимал меня в тески. Как я уже сказала, они были одеты в доспехи из черного металла. И тут я вспомнила, что читала в книге «Магические армии – оружие величайших», что есть в мире армия, сотворенная страшной древней магией: они выглядят как обычные люди, но чары меняют их навсегда, превращая в беспощадных убийц с повадками кровожадных хищников или птиц-падальщиков. Таких чудовищных воинов можно было узнать как раз по черным одеждам и гниющему запаху смерти! Владеющий темной магией может из одного такого воина сотворить бесконечное количество других, еще более кровожадных и совершенно лишенных чувств.

Я вся похолодела. Мало того, что эти воины были опасны и беспощадны, так их еще и больше, чем солдат моего отца. Рыцари-тигры шли на верную смерть! В дырочку в бочке было видно, как воины встали за моим вонючим убежищем плотным рядом и обнажили мечи. Ни капли страха, только решимость. Они готовы принять бой, чтобы защитить меня.

Вдруг один воинов брата оказался у няни перед самым носом и с такой силой ударил в живот, что старушка, кашляя кровью, упала на мокрый песок. Несмотря на стоны и боль, няня все же попыталась встать на ноги снова. Тогда черный воин схватил ее за волосы и ПОДНЯЛ НАД ЗЕМЛЕЙ!! Лязг оружия и тяжелое пыхтение заглушил один крик! Боги, лучше б у меня не было ушей. Кажется, что падаешь в глубокий колодец, а стены орут миллионами голосов. Да так громко и страшно, что хорошо видно воздушную рябь.

Молодой западный рыцарь бросился было няне на помощь, но получил точный удар мечом в спину. Эти убийцы стояли неподвижно, как истуканы. И один из них все еще держал несчастную старушку за волосы! А она, увидев своего сына мертвым, взвыла еще громче! Даже моя бочка закачалась. От этого звука черный воин-ворон бросил няню на мокрый песок, словно тряпичную куклу. Другие рыцари пытались прийти ей на помощь, но убийцы в черном, словно по команде, ожили и моментально задавили их. Налетели на рыцарей, как чума, как один голодный зверь. Когда эта куча рассыпалась, я увидела, что все мертвы: доспехи смяты, даже порваны, как бумага, конечности оторваны, головы разбиты. Всюду лужи крови, внутренности наружу. Море принялось за уборку.

Осталась только няня. Ее мучитель вытащил меч и со всей яростью нанес один удар, потом другой и третий. Убийца упивался каждым ударом настолько, что даже засмеялся. Кровь брызгала из колотых ран, попала и на бочку. Другие черные воины окружили окровавленное тело и кружили, кружили вокруг него, двигаясь скачками, как птицы. Они даже звуки издавали отдаленно напоминающие «кар!» Пинали тело несчастной старушки, смеялись, над ней. А я на все это смотрела, смотрела сквозь дырочку в бочке и не могла отвести взгляд.

«Зачем? Боги, зачем они это делают?»

Тело няни, все в крови так и осталось лежать прямо передо мной. Я слишком близко видела, как кровь вместе с жизнью вытекали из нее, как она перестала дышать. В голове билась, как птичка о прутья клетки, только одна мысль: спрятаться, убежать от этого ужаса. Убийцы уже заметили бочку, в которой меня хотели куда-то увести в безопасное место, но не успели. Я чувствовала их приближение, слышала одно единое хриплое дыхание и страшный запах, что невидимой стеной давил на меня. Они уже подошли настолько близко, что я видела только их ноги! А потом…

Не знаю, что случилось, но неожиданно у меня над головой со всей силы ударили в колокол. Я зажала уши, завизжала, что было сил, но не смогла заглушить этот страшный звон. Кажется, даже кровь пошла из носа и ушей. Потом звон сменился хлопками, как от фейерверка. Когда и эти хлопающие звуки прекратились, я почувствовала, что двигалась из стороны в сторону. Было слышно скрипучие звуки корабля, который качается на волнах!

«Что такое? – набравшись смелости, я прислонилась к дырочке в бочке. – Корабль? Как? Откуда? Я же просила о помощи! Нет-нет, это просто затянувшийся сон! Страшный сон! Надо проснуться! Сейчас же!»

Но что бы я ни делала: била себя по щекам, даже больно ущипнула, чтобы уж совсем проснуться, но сон упрямо не желал отпускать. И рука, которую я ущипнула, болела по-настоящему.

Неожиданно корабль сильно накренило, и бочка с грохотом упала на бок и куда-то покатилась, попутно ударяясь обо все подряд. От последнего удара крышка отлетела, и я, как куча рыбы, вывалилась наружу. И тут же получила порцию холодного душа морской воды! Она заливала глаза, уши, рот! Это было очень больно! Боги, когда же это кончится?! Не было сил бороться со стихией, да и возможно ли? Я почти захлебнулась. Но тут же океан выплюнул меня! Не понравился видимо мой горький вкус горя и отчаяния, пересоленный к тому же.

– Что за…? Откуда на борту ребенок? – раздался незнакомый голос.

Тут кто-то есть! Значит, меня все-таки спасли! Сверкнула молния, и я успела заметить силуэт человека, изо всех сил вцепившегося в штурвал. Я действительно попала на корабль? Но как? Почему? С трудом поднявшись на ноги и, борясь с сильной качкой, попыталась найти, за что можно ухватиться. Море за кармой не просто вздымалось волами и накатывало на корабль, оно пенилось, шипело, кипело, как похлебка. В его почти черной глубине мне чудились монстры: гигантские кальмары, акулы. Зубы у них были красными от крови.

Тут судно в очередной раз подпрыгнуло на волне, я поскользнулась на мокром дереве палубы и покатилась прямо к краю правого борта. Но к счастью не упала за него, крепко схватившись за доску. Все еще поскальзываясь и путаясь в мокрой ткани платья, кое-как удалось встать на ноги. Зуб на зуб не попадало от холода. Берег был еще виден, а на нем мой дом. Было темно, но все равно видно, что не только море содрогалось, но и весь материк. Вся наша земля словно ожила. Я увидела, как прямо над замком собирались страшные черные тучи, перемешанные с пеплом. Напоминало вулкан с Южных островов, которые я видела картинки в книгах. Сверкали молнии, и от этого тучи становились все больше и больше. Потом медленно стали накрывать замок, словно огромный прожорливый зверь. Мой дом, мои родители, друзья – все были поглощены, съедены. Стёрты! Но замка этому голодному дымовому зверю оказалось мало, и он, уже быстрее, начал заглатывать все государство, не пропуская ни одного дома, человека или дерева.