- -
- 100%
- +
Часть I. Академия Райкавион
Свет трех лун уж давно отсиял в Аркен-Харе,
Мир покинули светлые боги в погоне за злом,
И годами защитников сильных мы в нем не видали:
Баракор по владеньям прошелся огнем и мечом.
Много минуло лет. Дети выросли, помня о прошлом —
Единицы спасенных из проклятых лап палачей.
И судьбой им начертано было собрать по осколкам
Всю ту магию, что не погибла в войне…
Баллада о Рубиновом ордене, А. В.
Глава 1. Мира. Сумеречные встречи
– Эй, крыса, стой где стоишь и держи руки на виду!
Мира чуть не ткнулась носом в плечо говорившего и подняла взгляд.
Двейн, демон его подери! Она все-таки попалась! Но на этот раз он был не один. За ним маячили Гор с Аджесом. А слева у стены, сложив на груди руки, стоял Рейн Фаркрат собственной персоной. От вида его стальной зачарованной маски, в двух миндалевидных прорезях которой были заметны лишь синие глаза, у Миры что-то сжалось в груди.
Двейн воспользовался замешательством, вытянул руку вниз и проговорил заклинание. Его ладонь покрылась сверкающим инеем, и ноги Миры обдало холодом. В воздухе завихрились мелкие колючие снежинки, запахло стужей.
«Беги!» – мелькнула судорожная мысль, Мира было дернулась, но чуть не упала. Ноги как парализовало. В попытке удержаться она схватилась за каменную кладку стены и зашипела, оцарапав пальцы. Двое за спиной Двейна засмеялись.
Мира ошарашенно посмотрела на непослушные ноги и снова на Двейна. Какого хрена? Применять магию друг против друга студентам строго запрещено вне занятий!
Как ни странно, эта мысль немного привела ее в чувство. То есть вот так, да?! Сколько раз ее караулили в коридорах то Аджес, то Гор, но они были недостаточно расторопны, чтобы увидеть и тем более поймать пронырливого мага Сумрака. Решили, значит, всей толпой? Да еще и практически на ее территории, в женском крыле.
– Какого демона вам от меня нужно? – сквозь зубы процедила Мира.
Выиграть бы время и сообразить, как сбежать. Потом можно будет решить, что с этой историей делать дальше… Все-таки, похоже, Фаркрат решил ей отомстить.
Холод сковывал ноги, но судя по тому, что уже спустя пару мгновений Мира почувствовала покалывание, Двейн не применил заклинание в полную силу. Значит, магия постепенно рассеивалась. Это придало ей немного смелости. Руки слушались, так что, несмотря на команду держать их на виду, она отпустила стену и медленно завела руку за спину, чтобы заготовить жест для заклинания Теневого облика. Или лучше Сумеречный прыжок, чтобы сразу уйти через стену? Вот только справа за стену она выйдет с третьего этажа…
– Для начала, крыса, отдавай свое оружие! – прорычал Двейн и схватил ее левую руку. – Где оно у тебя спрятано?
Мира рефлекторно рванула руку, но тот сжал еще крепче. Больно! Мысли судорожно метались от поисков выхода до новых вопросов. Откуда этот придурок узнал о спрятанном в наруче клинке? Только этого не хватало! Как объяснить директору, что она ни за что бы первой не применила его в академии? И он ей нужен был как раз-таки на экстренный случай… За оружие ее могут исключить и не допустить до выпускного турнира. Это конец.
– Ты у нас при всех признаешься, что клеветала на Рейна! – навис слева Гор, подняв огромный кулак на уровень ее головы.
– Сидеть бы тебе тише воды, ниже травы накануне выпуска, но, видимо, ты не можешь, – почти сочувственно добавил из-за них Аджес.
Тут по ногам Миры резко забегали мурашки. Заклятие спадает! Все-таки бежать!
Мира применила Теневой облик. Заклинание сделало ее образ чуть заметным в полутемном коридоре. Магия Сумрака привычной легкой судорогой пронеслась по мышцам, придала скорость движениям и обострила восприятие. Двейн от неожиданности буквально на миг ослабил хватку, Мира сумела вырвать руку и шагнула назад. Плохо, ноги все еще одеревеневшие! Сразу бежать не получится…
Мира загодя увидела удар Двейна и уклонилась от покрытого Ледяной магией кулака. Одновременно мимо просвистел Воздушный клинок Аджеса и бахнул в стену где-то позади. Мира метнулась в сторону, но неудачно: Фаркрат поставил подножку, и она чуть не упала. Извернувшись, она перекатилась, поймала равновесие и припала на колено – лодыжка отозвалась резкой болью. Но этот высокородный мудак не бросился добивать ее или кидаться магией. Он лишь хмыкнул и продолжил наблюдать с той же позиции. Видимо, сам марать руки не хотел.
Мира поняла, что все-таки влипла. Если враг ее увидел и она не может двигаться, тени уже не спасут. Мгновение она колебалась. Парни схватили ее и применили, по сути, боевую магию. Перешли черту. И Мира понятия не имела, что еще они могут выкинуть. Так что… Щелкнул чуть слышно рычажок наруча, спрятанного под рукавом, и выпустил небольшой клинок длиной с ладонь. Конец так конец. Если в ход против нее пошла магия, ей придется пустить нож. Разумеется, только для защиты, но… Они первыми нарушили правила.
Изо всех сил пытаясь подавить и перенаправить нарастающую панику, она снизу вверх смотрела, как на нее надвигаются три фигуры. Аджес замешкался, заметив клинок, но Двейн лишь нахмурился и продолжил наступать.
Не так она представляла свой последний бой в стенах академии… Открытая арена, красивая показательная дуэль с кем-то вроде Сатурна, нелепого и неуклюжего мага Земли. Почетное посвящение, где герольд торжественно зачитывает имена нанятых на службу к лорду магов. Ночные дозоры в большом городе или, может быть, шпионские задания в другой стране… Мечтам не суждено сбыться. И все потому, что она застукала гребаного Фаркрата за запретной магией!
Двейн навис над ней, на его лице застыла угрожающая ухмылка:
– Попалась, крыса? Сейчас ты пойдешь с нами. Только вздумай махнуть своим ножичком, заморожу на хрен!
Сзади послышались торопливые шаги.
– Что здесь происходит? – раздался голос Арабеллы Вистар.
Мира чуть заметно перевела дух. Тут Фаркрат отлип от стены и сделал шаг навстречу профессору.
– Ничего. Мы сами разберемся.
Вистар встала рядом с Мирой, которая все еще наблюдала за событиями с высоты своих колен.
– Мне кажется, вам лучше пойти на ужин, который вот-вот закончится.
– Мне кажется, – передразнил ее Фаркрат, – что вам лучше пойти своей дорогой, профессор, и не наживать себе проблем.
– Это вы, мальчики, наживаете себе проблему! Особенно ты, Рейн. У тебя она будет уже второй. – Арабелла Вистар многозначительно уперла руки в бока. – А ты еще с первой не разобрался. Или готов сейчас обсудить свои магические эксперименты?
Фаркрат басовито рассмеялся:
– С директором мы уже все выяснили. И он знает, что я ничего не нарушал. А вот вы лезете куда не следует, госпожа Вистар.
Мира, конечно, знала, что эти ребята не признают авторитет не умеющих колдовать профессоров, но чтобы вот так нагло?
– Я здесь профессор, а ты все еще ученик, хоть тебе и поручили помогать другим в обучении. – Вистар как будто тоже стало немного не по себе, она повысила тон, но голос звучал твердо. – Это не дает тебе оснований нарушать правила Райкавиона. А мой долг – следить за порядком в стенах академии. Вы, мальчики, находитесь вчетвером в женском крыле и пугаете бедную Миру. Либо мы считаем это недоразумением и расходимся, либо идем к директору все вместе и объясняемся.
Мира затаила дыхание: второе появление перед директором вряд ли сулило ей что-то хорошее. Но и шайке Фаркрата тоже, с учетом того, за чем их застукала профессор. Как бы то ни было, от их ответа зависело сейчас и ее будущее…
Двейн шагнул вперед и открыл было рот, но Рейн поднял руку, жестом останавливая приятеля. В чем бы ни была причина, но, кажется, он решил не развивать конфликт прямо сейчас. Арабелла Вистар удовлетворенно кивнула и подала руку Мире:
– Вставай, зайка, пройдемся вместе.
Мира поднялась, с трудом сдержав всхлип при опоре на пострадавшую ногу. Нож с тихим щелчком спрятался обратно в наруч. Раз оглянувшись на застывших, исходящих бессильной злостью парней, она захромала вместе с Вистар по коридору. Она бы даже отдала свой скрытый клинок, чтобы посмотреть на выражение лица Фаркрата под маской в этот момент. Обычно ее очень радовали такие маленькие победы, однако сегодняшняя стычка оставила в душе тревогу.
***
Как только Вистар заметила хромоту Миры, она повела ее в лечебницу, не слушая возражений. Темнело, по коридорам засновали младшие маги Огня, выполняя свою ежедневную повинность – зажигая подвесные светильники на стенах. В академии по вечерам пахло маслом и травами, которые жгли от болезней.
Они шли не спеша, Мира опиралась на предложенную руку и пыталась понять, ей нужно благодарить профессора или объясняться.
Эмоции немного улеглись, но мысли продолжали метаться. Как ни странно, сама Вистар ни о чем не спрашивала. По дороге вниз та буднично болтала о теме своего последнего занятия по истории магии и подготовке к экзаменам. Но Мира не могла сосредоточиться на ее речи… Видела ли Арабелла клинок? А примененную против нее магию? Что еще теперь предпримет Фаркрат? Откуда все-таки парни узнали про ее оружие? Что теперь будет с Мирой и позволят ли ей поступить на службу лорду после выпускного турнира? Чем завершился бы сегодняшний вечер, если бы не профессор? Голова раскалывалась.
За десять лет обучения в академии Райкавион они почти не пересекались с Рейном Фаркратом, оттого что изучали разные направления волшебства. Миру никогда особо не интересовали другие студенты, книги заменяли любые отношения. Ее не любили за отчужденность и острый язык, она отвечала большинству взаимностью и даже не помнила по именам половину из доброй сотни магов Драконьего острова. Но порой обращала внимание на имя Рейна: его хвалили за успехи, часто просили публично представлять академию, тем более что его отец был приближенным лорда-наместника.
А когда полгода назад умер Менфис, единственный практикующий волшебник из всех профессоров, Фаркрата поставили вести занятия вместо него. Так-то ничего удивительного, он был самым старшим из всех студентов и явно одаренным. Мира пришла на занятие и, как обычно, встала в сторонке от всех. Так что до проверки ее практических навыков Фаркрат добрался в последнюю очередь. Тогда он встал перед ней и почему-то замер, вцепившись синющими глазами из-под жуткой маски в ее лицо. Она занервничала и сказала что-то резкое, в своей обычной манере… Тот вздрогнул и отошел. А на следующем занятии загонял ее так, что она выжала все свои магические силы и чуть не падала в обморок от усталости. Так повторялось еще раз и еще, Фаркрат придирался и грубо высмеивал при всех ее ошибки, заставляя снова и снова повторять одни и те же заклинания. С другими ребятами он так не обращался. В итоге Мира послала его при всех к рогатым демонам и ушла, хлопнув дверью. Больше она практику не посещала, предпочитая заниматься сама.
Мира понятия не имела, почему Фаркрат так ее невзлюбил. Но однажды ей представился случай отомстить. С месяц назад, проходя поздно вечером по коридору, она застукала Фаркрата заходящим в пустой учебный класс. Искушение проследить за ним оказалось велико. Сумеречным прыжком Мира вошла прямо в стену, выглянула с другой стороны. И увидела, как он колдует что-то странное, похожее на большой черный шар. Это было невероятно, ведь он маг Огня! Неужели он умеет использовать еще какую-то другую стихию? Но из всего «темного» изучать в академии разрешали только Сумрак. И уж магию теней бы Мира распознала. Нет, это было что-то иное… Тьма? Или даже Смерть?
«Наверняка запретное!» – решила тогда она.
Наутро Мира рассказала обо всем Арабелле Вистар, единственному преподавателю, кому она хоть немного доверяла. Чуть позже в тот же день Фаркрата прямо из трапезной вызвали к директору, и Мира на радостях забыла доесть обед. Теперь-то высокомерного ублюдка точно исключат!
Ох, какой ошибкой было так думать… Спустя четверть часа ее вызвали следом. Такого она не ожидала и даже не успела придумать, что говорить.
– Ты уверена, что видела запретную магию? Что это было за направление? Что за заклинание? Почему ты разгуливала поздно вечером по академии? – начал закидывать ее вопросами директор.
– А… Откуда мне знать? – только и могла выдавить Мира.
Фаркрат стоял тут же, сбоку от господина Тиллинса, в его синих глазах Мире чудилось веселье, хоть тот и оставался серьезен. В кои-то веки в этом кабинете она видела Фаркрата без вездесущей магической маски. Надменный взгляд, острые скулы и небольшой шрам на верхней губе.
Мира переводила взгляд с него на Тиллинса и обратно, и совершенно не могла придумать слов, чтобы доказать свою правоту. И Арабелла Вистар, сидевшая у стола директора, только сочувственно смотрела на нее.
– Господин директор, – говорил Фаркрат раздражающе спокойным тоном, – вы же видите, Мира Грей ничего не может доказать. Либо ей почудилось, либо это клевета.
Мире остро захотелось прямо здесь врезать по его породистому лицу! Но она могла лишь испуганно смотреть на директора и думать о том, что вот прямо сейчас исключат не Фаркрата, а ее. И исключат за правду! Какого хрена этому аристократу все сходит с рук?!
– Давайте не будем судить строго, – вмешалась Вистар. – Вероятно, девушка переутомилась при подготовке к экзаменам. Возможно, она видела кого-то другого? Я предлагаю устроить дополнительный обход залов и комнат после отбоя, чтобы найти нарушителя.
– Хорошо, – поджав губы, согласился директор. – Мы все проверим и разберемся с этим позже. Свободны!
Он махнул рукой на выход. Мира медлила, а Фаркрат показательно галантно открыл перед ней дверь и сделал пригласительный жест. Она выскочила из кабинета и, не оглядываясь, быстрым шагом пошла на занятие по монстроведению. На ее счастье, в коридоре было полно народу, чтобы не опасаться, что он решит устроить разборки…
Но Фаркрат не стал действовать прямо, а превратил ее жизнь в кошмар окольными путями. Раньше ее проблемой было придумывать правдоподобные причины, почему она пропускает практику, и пытаться не пересекаться с самим Фаркратом, а теперь проблемой стали и его дружки тоже. Следующий месяц превратился в настоящее гонение. Трое дружков Фаркрата начали задирать ее при любом случае. Если Двейн, Аджес или Гор встречали Миру, то непременно старались толкнуть, обозвать или подсунуть какую-нибудь гадость в сумку. Стараясь не пересекаться с ними, она приходила на занятия раньше всех, а уходила спать позже, засиживаясь в читальном зале. Ей пришлось выучить все их маршруты и пару новых трюков с Сумраком, чтобы удачно бегать от таких встреч. Она понятия не имела, чего от них ждать, и оттого нервничала еще сильнее. И вот они ее поймали вчетвером… Если бы не Арабелла Вистар, возможно, ее бы даже не было в живых, кто знает?
Очнувшись от мыслей, Мира поняла, что скоро они уже доковыляют до лечебницы.
– Профессор, я не виновата… – наконец решилась заговорить она.
– Зайка, ну конечно, ты не виновата, – сразу подхватила Вистар и участливо посмотрела на Миру. – Тебе угрожали! Их было больше! Это ужасно и неприемлемо. Даже если ты перепутала Рейна с кем-то другим той ночью, это не дает им права нападать.
– А мой кинжал… Они хотели забрать, потому что запрещено… И донести, наверное.
– Ах, это! – профессор бросила быстрый взгляд на левый рукав, где прятался наруч. – Слава Амбериону, что ты не успела пустить его в ход. Так что я ничего не видела, – она подмигнула Мире, – но и оружие у тебя одобрить не могу. Спрячь-ка ты его пока подальше. И не доставай больше. По крайней мере, до выпуска из академии.
У Миры немного отлегло, и она смогла наконец сформулировать самый волнующий вопрос:
– У меня не будет проблем с допуском до турнира? Из-за кинжала, всей этой истории…
– Ну что ты, нет, конечно. Ведь по остальным предметам у тебя все хорошо, не правда ли? А насчет практики… Думаю, я все улажу. Я видела твои тренировки и уверена, что ты способна достойно показать себя на турнире. Лорду нужны такие способные рыцари-маги!
– Спасибо… – пробормотала Мира, когда Вистар довела ее до скамьи в лечебнице.
– Не за что, зайка. Но лучше держись пока подальше от этих парней, хорошо? Пока мы с секретарем Хейгором разбираемся с этими самыми магическими экспериментами.
– Госпожа Вистар! – прозвучал радостный мальчишеский голос откуда-то сзади и легким эхом разнесся по помещению.
Мира оглянулась. Комната лечебницы была вытянутой, с высоким потолком и хорошо освещенной. У входа стояли несколько скамеек для приема больных, а дальше начинались койки для лежачих, шесть из восьми пустовали. Приятно и чуть горьковато пахло знакомыми травами, кажется зверобоем и остролистом. Вдоль стен стояли шкафы с цветными склянками.
Одну койку занимал лежащий парень с неестественно белыми волосами и повязкой на глазах – казалось, он спал. На второй сидел и с любопытством смотрел в их сторону щупленький пацан с лохматой русой шевелюрой.
– Здравствуй, Сеттра, – улыбнулась ему Вистар. – Как себя чувствуешь?
– Немного… немного лучше, – отчего-то засмущался тот и опустил взгляд.
Когда подошел лекарь, профессор попросила его осмотреть стопу Миры и, кивком попрощавшись, вышла.
Старенький лекарь Оллиф ощупывал ногу: это было не очень приятно, лодыжка ныла. Видимо, потянула связку. Лекарь аккуратно надавил, повернул стопу так и эдак, спрашивая про ощущения, на что Мира отвечала только «Угу» или «Нет».
– Что с тобой случилось?
Мира вздрогнула. Оказалось, что пацан стоит рядом с ними, опираясь на длинную палку, и внимательно смотрит большими зелеными глазами.
– Ногу подвернула, не видишь? – произнесла Мира холодным тоном, после которого у людей обычно пропадало желание с ней общаться. Но пацана, похоже, ответ ничуть не смутил.
– Как же ты та-а-а-ак? – сочувственно протянул он.
– Сеттра, будь так любезен, – проскрипел Оллиф, – налей девушке того же успокаивающего чаю, что сам пьешь. Он еще должен быть горячим.
Затем лекарь вполголоса пробормотал что-то про перевязку и медленно отошел, шаркая ногами.
Сеттра пошел в другой конец комнаты, где на столе стояли чашки и закутанный в полотенце чайник. Несмотря на то, что он выглядел ослабленным и очень худым, движения его были суетными, какими-то немного дергаными. Однако с чаем он двинулся обратно весьма осторожно и ничего не разлил, хотя пару раз было близко.
– Держи!
Мира приняла кружку и отхлебнула травяного настоя (и точно – зверобой). После нескольких глотков стало немного легче.
– А почему тебя привела госпожа Арабелла? – снова пристал Сеттра. – Что-то она давно нас с Каем не навещала…
Услышав второе имя, Мира смутно припомнила этих ребят: она не видела их на занятиях довольно давно. Значит, спящего звали Каем. Наверняка именно он участвовал в последней битве мастера Менфиса… Астер, кажется. Парень был в какой-то степени легендой, но, видимо, профессора предпочитали не распространяться, что с ним случилось после. А про второго она как-то подумала, что он слишком маленький. Сколько ему? Лет двенадцать? Не могло же ему быть два года, когда он попал в Райкавион после спасения от баракорцев… А позже, вроде, поиском одаренных никто не занимался, разве что аристократы вроде Фаркратов отдавали учиться своих детей.
– Как тебя зовут, кстати?
– Мира Грей, – помедлив, представилась она. Общаться все еще не очень хотелось, но пацан выглядел безобидным.
– А я Сеттра Валтейн, маг Смерти.
– Чего?! – Мира чуть не пролила на себя чай от удивления. Так вот он кто! И понятно тогда, почему он давно пропал с занятий. Но, демоны их подери, почему вокруг нее стали появляться волшебники с запрещенной магией?!
– Сеттра, – донесся с соседней койки приглушенный голос второго парня, – я же тебя просил не рассказывать всем подряд про свою магию… Прекрасно знаешь, что официально она под запретом.
– Да, но я же не виноват, что Смерть выбрала меня! – Валтейн надулся совершенно по-детски. – В смысле, что во мне проснулась эта магия с детства…
– Не обязательно трындеть про это направо и налево, – устало сказал второй. – Лучше помоги мне снять повязки. Все равно они так же бесполезны, как мертвецу Исцеляющее прикосновение.
Старик Оллиф куда-то запропастился, и Мира наблюдала, как Валтейн помогал другу освободить глаза. Они оказались подернуты белесой дымкой.
– Здравствуй, – Белесые глаза уставились на Миру, и она кивнула вместо ответа. – Я тебя помню. Ты маг Сумрака?
Снова кивок:
– А ты тот самый, кто дрался вместе с Менфисом, когда он погиб?
– Он маг Времени, – воткнул свое слово мастер перебивать.
– Да, Кай Астер, приятно познакомиться. – Парень грустно усмехнулся. – Печально известный совместной битвой с Менфисом… и тем, что поселился потом в лечебнице.
– Странно, об этом я не слышала. Что тогда случилось?
– Так он же самолично победил Мастера Проклятий! – воскликнул Сеттра.
– Как это? – Мира недоверчиво посмотрела на Астера.
– Дело случая. Все сделал профессор Менфис, да будет легким его путь через Серую долину… Я всего лишь воткнул меч в уже раненого мага. Вот непонятно только, оказался я в нужное время в нужном месте или не в то время и не в том… Потому что после этого удара я ослеп. Почти. И теперь то хуже вижу, то лучше… Лекарь бессилен, магия Жизни и Света тоже.
– Но мне удалось выяснить, что это было настоящее Проклятие! Ведь я маг Смерти, а проклятья – одна из ее разновидностей. В отличие от заклинаний, они имеют отложенный эффект: например, прогрессирующая слепота, чумная болезнь, постепенная потеря магических или жизненных сил… – принялся перечислять пацан, загибая пальцы.
– И что же, проклятья необратимы?
– Никто не знает…
– Обратимы! – снова уверенно заявил Валтейн. – Ну, волосы его снова русыми не станут, скорее всего… А вот зрение можно вернуть. Я начал разбираться и смог даже немного остановить проклятье Кая. Но мне не верят! Мне надо заниматься дальше магией Смерти, чтобы совладать с этим. А профессора запрещают! Они считают, что я болею и не расту именно из-за такой магии, и до них никак не дойдет, что все ровно наоборот! – С этими словами он ударил кулаком по тумбочке, громко ойкнул и затряс рукой.
– Но, скорее всего, нам удастся изменить положение дел после выпускного турнира. – Астер приобнял пацана за плечо, будто утешая.
«Понятно, почему такой щуплый, – подумала Мира. – Но они планируют экзамены и турнир? Значит, Валтейну все-таки не меньше пятнадцати. Иначе и речи не шло бы о допуске…»
Вернулся лекарь и начал наконец накладывать на ногу жесткую повязку. Он действовал профессионально и аккуратно, но Мира все равно стиснула зубы от боли. Она постаралась отвлечься и задумалась о Валтейне с Астером. Парни подкинули ей еще больше вопросов о Райкавионе, а голова и так болела.
Время и Смерть… интересно, как эти ребята могут показать себя на выпускном турнире? Студентов, конечно, обучали не только магии, но и воинским дисциплинам, готовили к тому, что волшебники на службе у лорда будут выполнять разнообразные задачи и должны уметь постоять за себя. Но как вообще мага с запретным даром допустили до учебы? Или допустили, а потом сообразили, что лучше бы его в лечебнице запереть под предлогом собственной безопасности? Значит ли это, что все запреты академии существуют только на словах?
Мира слабо себе представляла, какими заклинаниями может владеть маг Смерти, кроме перечисленных проклятий. К тому же Тьму, Смерть и Кровь запретили не просто так: после баракорского вторжения их считали самыми опасными, даже связанными с демонами из другого мира. Могут ли подобного мага допустить до высших кругов власти, ведь волшебники должны охранять правителей и выполнять особые поручения наместников всего Аркен-Хара? И могут ли отказать в таком случае Фаркрату в службе?
– Что ж, милочка, – подал голос Оллиф, – шина наложена, попробуйте-ка аккуратно встать, сможете самостоятельно передвигаться?
Мира встала, лодыжка неприятно ныла, но при неполной опоре ходить можно было сносно.
– Да, все в порядке.
– Тогда идите в комнату, в лечебнице вам нечего делать. Но два дня строго покой для ноги, не вздумайте скакать по академии!
– Спасибо, мастер.
– Эх, жаль, а я думал, мы еще поболта-аем, – протянул Валтейн. – Но может, ты заглянешь нас навестить? У нас так-то есть комнаты на втором этаже в левом крыле, но сейчас мы считай что живем тут. Так что если вдруг еще что-то вывихнешь…
– Молодой человек! Что вы такое говорите, как можно такого желать? – строго посмотрел на него лекарь.