Этюд в рыцарском стиле

Непредвиденные обстоятельства

Карета катилась по неровной дороги, раскачиваясь из стороны в сторону. Клубы пыли, поднимавшиеся из-под её колёс, растворялись в прохладном вечернем воздухе. Жак всматривался в мелькавшие в маленьком окошке, последние лучики солнца, поблёскивавшие на тёмной листве деревьев.

Эта был юноша лет тринадцати, с аккуратными чертами лица, и ещё совсем детским румянцем на щеках. Волнистые волосы, спадавшие на лоб, придавали его облику, ещё большую миловидность. Но глубокий и сдержанный взгляд тёмных глаз, как-то совсем не соответствовал его нежному возрасту.

Возвращаясь из дворца, после торжества по случаю дня рождения молодого герцога, Жака тяготило множество вопросов. Которые, сказать по правде, совсем не походили на те, что занимали юные умы его сверстников. К счастью с ним был его верный спутник, с которым можно было их обсудить. Его опекун Рене – уже весьма пожилой человек, его мудрый советчик и наставник.

Женитьба как способ примирения двух враждующих герцогств. По-моему, это весьма мудрый выход из сложившийся ситуации, не правда ли? – первым заговорил Жак.

Конечно, – согласился старый Рене. – Если вашему брату удастся воплотить эту замечательную идею, он принесёт нашему герцогству столь долгожданный мир. Люди устали от вражды и поборов.

Рене, ты ведь знаешь, что моё право называть герцога братом, довольно спорный вопрос.

У вас разные матери, но в праве наследования, решающим является линия отца, а также его собственное решение. А на сколько я помню, ваш достопочтенный батюшка, полностью признал вас и наградил достойным титулом. Так что вы вполне можете принять участие в борьбе за власть на ровне со своими сводными братьями, – закончил своё умозаключения старик, как-то лукаво улыбнувшись мальчику.

Перестань Рене! Ты ведь знаешь, что в этом отношении я совершенно равнодушен. По-моему, нет ничего глупее, чем грызня за власть.

Увы мой друг, к сожалению в этом Мире не мало глупцов, готовых ради власти загубить бессчетное количество невинных душ. И ваша не будет исключением, если вы не будите предусмотрительны, мой дорогой мальчик.

Что ты хочешь этим сказать?

Просто хочу вас предостеречь. Я не сомневаюсь в вашей мудрости и преданности, милорд, но вот другие вероятно приложат не мало усилий, чтобы убедить герцога в обратном.

Ты говоришь о Маркизе?

Ну разумеется, мой мальчик.

И что по-твоему он задумал на этот раз? – поинтересовался Жак.

О, вы требуете от меня слишком многого, милорд. Разве можно знать, что придёт на ум этому жестокому и коварному человеку? Одну попытку свергнуть нашего герцога, он уже предпринял, и умудрился выйти из воды совершенно сухим, без единого пятнышка на своей репутации. Теперь же, я могу только гадать, что он задумает на этот раз. Но могу сказать точно только одно: он не смерится с решением герцога о помолвке, и поскольку герцог выбрал для своего поручения вас, вы просто обязаны быть осторожным. Когда Маркиз попытался поднять бунт против герцога, его не остановил тот факт, что герцог – его родной брат. Что же до вас, думаю не нужно напоминать вам, что Маркиз испытывает презрение к вашей персоне и едва ли признаёт существующее между вами родство.

Не нужно, – глухо ответил Жак. – Едва ли у меня была возможность усомниться в этом хоть раз…

Щелкнул замок шкатулки, и Жак извлёк на свет кольцо с нежно-розовым рубином, обрамлённым в капельное золото.

Кольцо достойное королевы! – оценивающе взглянул он на украшение.

Как ты думаешь Рене, почему герцог выбрал меня для того, чтобы передать это кольцо своей будущей невесте?

А вот это хороший вопрос! – заметил мальчику его наставник. – Я полагаю, что молодой герцог, не смотря на свою неопытность и неразборчивость в политике, всё-таки кое-что сумел заподозрить на счёт Маркиза. По крайней мере его поступок говорит, что он усомнился в его преданности. Другой причины доверить эту миссию Вам, а не ему, я не нахожу. К тому же герцог пожелал сохранить эту миссию в тайне от своих подданных, и это ещё раз подтверждает мою догадку. Поэтому, я повторяю – вы должны быть теперь особенно осторожны и внимательны! Маркиз заинтересован в том, чтобы вражда между герцогом Тюрле и вашем братом герцогом де Рандан продолжалась. Это даёт ему надежду однажды обезглавить оба, ослабевшие от раздоров герцогства. Или, во всяком случае, ослабив своего противника, воспользоваться случаем и занять место своего старшего брата. Я убеждён, что противится миру он будет всеми своими силами. А вы, милорд, сейчас не вольно оказались на его пути к власти. Остерегайтесь Маркиза и его людей, милорд! – закончил своё наставления старый Рене.

Не волнуйся Рене. В конце концов у меня есть ты и ещё пара бравых оруженосцев. С такой охраной мне нечего опасаться! – улыбнулся Жак, попытавшись развеселить своего преданного слугу. Но к своему разочарованию обнаружил, что старик ещё больше посуровел.

Тем временем, дорога по которой ехала карета, свернула, и солнечный свет окончательно скрылся за густым лесистым массивом. Так, в мрачном молчании, путники продолжали свой путь. От однообразного раскачивания кареты, Жака стало клонить в сон. И ему стало чудится что он слышит приближающийся топот копыт и дикий свист разбойников. Однако, открыв глаза, мальчик обнаружил не на шутку взволнованного Рене.

Быстрее, они настигают нас! – кричал он кучеру, гнавшему лошадей во весь опор.

С обоих сторон кареты галопом пронеслись двое всадников. Они были закутаны в длинные балахоны, а лица их были скрыты чёрными масками. Опередив карету, они отрезали ей дорогу. Раздалось оглушающее ржание лошадей и карета, со страшным треском, скосившись на бок резко остановилась. Жак и Рене столкнувшись друг о друга повалились на пол. В это мгновение раздалось несколько выстрелов и чей-то вопль.

Уходите, я задержу их! – крикнул один из людей юного Жака.

Скорее, скорее, милорд! – поднимаясь на ноги бормотал Рене.

Оба они с трудом выбрались из сломанной кареты, у которой отлетело колесо. Жак взглянул по верх кареты и увидел, как его люди бесстрашно сражаются с тремя бандитами. Один из которых уже был повержен, распластавшись на земле. По дороги, вздымая копытами пыль, на них мчались ещё двое всадников в чёрном. Старый слуга Жака, не колеблясь ни секунды, прицелившись в одного из них, метким выстрелом выбил его из седла. Необыкновенно ловко, словно старый рыцарь, внезапно вновь ставший молодым, он поймал за уздечку воронова коня. Подсадив Жака, он помог взобраться ему в седло.

Скорее милорд, скачите в замок, он уже близко! Срежьте путь через лесную тропу. Вы помните про неё? Она там, на развилке. – старик махнул рукой в сторону леса.

Я никуда не поеду без тебя! – замотал головой Жак.

Сейчас не время для споров, мой мальчик. Делайте так как я сказал!

Нет! Рене! – отчаянно вскрикнул Жак.

Раздался выстрел и старик, схватившись за грудь, склонился до земли. Второй всадник поравнялся с ними и выхватив шпагу, уже занёс её для удара. Но Жак успел спрыгнуть со своего коня, и выхватив второй мушкет Рене, взвёл курок. Жак выстрелил не целясь, и пуля попала разбойнику в ногу. Тот взревел от боли и схватившись за рану, сам свалился с коня. Жак подхватил уздечку и пинком отшвырнул шпагу бандита.

Рене, ты ранен? – Жак склонился над стариком, помогая ему приподняться.

Оставьте меня, милорд. Спасайтесь скорее! – прохрипел старый слуга.

Ты с ума сошёл! – воскликнул Жак. Он из всех сил потянул старика, и тот сумел вновь подняться на ноги.

В это мгновение раздался крик, и обернувшись Жак увидел, как пронзённый ударом шпаги, на землю рухнул один из его защитников. Другой же отступая, держал оборону в нервном поединке.

Не теряя драгоценных минут, Жак, как мог усадил Рене верхом и стегнув коня, отправил его вскачь.

Уходите милорд! – закричал последний из защитников юного графа. Он успел нанести одному своему противнику смертельный удар, перед тем как получить свой. Жак, вспрыгнув в седло, и галопом помчался вслед за Рене. Вдогонку он услышал несколько мушкетных выстрелов у себя за спиной. Но к счастью Жак уже успел скрыться за густой листвой.

В камине потрескивали поленья, заполняя полутёмную комнату теплом и светом. Жак, склонившись у постели раненного слуги, не смыкал глаз. Он смотрел как тяжело вздымается грудь старика, и слушал его тяжёлое дыхание, отзывавшиеся каждый раз хрипом. Это было тяжёлое испытание не только для старого слуги, но и для самого Жака. Боясь потерять его навсегда, он не решался отойти от кровати больного.

Лекарь осмотрел Рене, и объявил свой не утешительный прогноз.

Рана очень серьёзная, милорд. Учитывая возраст сложно что-либо сказать точно. Но всё же, надежда есть. Сейчас главное для него покой и должный уход.

Благодарю вас! – ели слышно отозвался Жак.

Он с тяжёлым сердцем проводил лекаря и поспешил вернуться к Рене. Наконец придя в себя, старик подозвал к себе мальчика.

Жак, – прохрипел он. – Ты обязан доставить кольцо. Этот мир необходим нам. И ты должен…

Молчи Рене, молчи! Тебе нельзя разговаривать! – прервал его Жак.

Я выполню поручение, чего бы мне это не стоило. Я обещаю тебе!

Жак укрыл старого друга пуховым одеялом и вновь устроился у его изголовья. Рене для Жака был не просто слугой и наставником. Он был для него вместо отца. Жак рано потерял мать. Его отец – старый герцог навещал его очень редко, а два года назад, покинув этот Мир навсегда, оставил мальчика полной сиротой. Единственным для него близким человеком был Рене, на чьё попечение он был оставлен своим отцом. Не сложно представить, что испытывал в эти минуты юноша, шептавший про себя молитву. Но неожиданно, его прервал голос лакея. Он сунул голову в дверной проём и сообщил:

Милорд, вас ожидаю Маркиз де Триё и его спутник барон Анн де Вир.

Что?! – от удивления чуть ли ни выкрикнул Жак.

Маркиз и барон, милорд. Они ожидают вас в большой гостиной – повторил не менее удивлённый, такой реакцией, слуга.

Я понял, буду через минуту, – отрезал Жак.

«Что тут забыл Маркиз? Что ему понадобилось от меня?» – гадал Жак, идя по полутёмному коридору.

Его гложило какое-то не приятное чувство. Что-то необъяснимое и подозрительное было в столь внезапном появлении Маркиза здесь, у него в доме. Особенно после того, что произошло этой ночью.

Войдя в гостиную, которую освещало несколько канделябров в дюжину свечей и камин, в греческом стиле, Жак, с непроницаемым выражением лица, отвесил поклон своим уважаемым гостям.

– Рад вас приветствовать в своём скромном жилище, – обратился он первый к Маркизу.

Один из двух молодых людей, приблизившись к юноше, молча поприветствовал его кивком. Он был высок ростом. С худым, немного смуглым лицом и неприглядной козлиной бородкой.

Не скромничайте, друг мой. Замок весьма неплох собой, – кисло заметил Маркиз.

Благодарю вас!

Не стоит, – махнул рукой Маркиз, как-то неопрятно, будто обращаясь к своему слуге.

Но Жак не подал даже вида, и будто не заметив этого жеста, продолжил:

Могу ли я узнать, причину, по которой удостоен чести видеть вас здесь, в столь ранний час, брат мой? – произнёс Жак, с некоторым нажимом на последние слова.

При этом не без удовольствия отметив, как передёрнуло лицо Маркиза, будто нервный тик пробежавший по его впалым щекам. Впрочем, он, мгновенно овладев собой, скрыл своё недовольство, за неприятной ухмылкой.

Причину? – как бы удивляясь вскинул брови Маркиз.

До меня дошли слухи о коварном нападении на вас. И я счёл своим долгом проведать вас и убедиться, что вы здоровы и невредимы.

О, вы очень добры, благодарю вас! Слухи действительно распространяются невероятно быстро. Я абсолютно не вредим, но вот мой друг получил серьёзное ранение.

Друг?

Мой верный слуга и наставник Рене. Вы вероятно знакомы с ним? Он сопровождал меня на приёме вчера.

Стоят ли слуги такого внимания, чтобы их называть друзьями?! – усмехнулся Маркиз.

Ох, но не сочтите это за дерзость, – поспешил добавить он, заметив выражение лица Жака.

Я только лишь хочу сказать, что сочувствую вашему положению. Это ужасно, когда у молодого человека вашего положения, нет рядом достойных людей, которых вы могли бы назвать друзьями.

Характер Жака никогда не был склонен к гневным порывам, но даже он, после сказанного Маркизом, ощутил невероятно сильное желание запустить чем-нибудь тяжёлым в своего гостя. Однако…

«Ваша доброта не знает границ, мой дорогой брат», – произнёс Жак невероятно вежливым тоном. Он вдруг почувствовал в себе решимость не доставлять удовольствие Маркизу и не показывать своё раздражение, которое тот всеми силами пытался в нём вызвать.

Ну что вы, не стоит! Я действительно считаю своим долгом позаботиться о вашем благополучии и поэтому хочу представить вам моего друга, которого, я надеюсь, в скором времени и вы, сможете считать своим. Барон Анн де Вир! – наигранно-торжественным тоном произнёс Маркиз, сделав жест в сторону дальнего угла гостиной.

Из тени дальнего угла комнаты, показался молодой человек, лет двадцати-восьми, довольно крепкого телосложения и весьма решительный на вид. Его не длинные, тёмно-каштановые волосы, гармонично сочетались с его тёмными глазами. Он быстрым шагом пересёк комнату и чуть склонившись поприветствовал юного графа.

– К вашем услугам, милорд! – звучным голосом произнёс барон. По его лицу скользнул отсвет от горящего камина и глазам Жака открылся глубокий рубец, выступающий на лице барона. Ему приходилось встречать этого человека пару раз, на приёмах герцога де Рондан, и почти всегда барон находился в обществе Маркиза. И хоть Жак не был с ним знаком раньше, ему уже приходилось слышать о репутации этого человека, как о заядлом дуэлянте, коварном соблазнителе, и невероятно храбром, но ужасно вспыльчивом дворянине.

Прослышав о поручении, которое соблаговолил вам дать наш возлюбленный герцог, – продолжил Маркиз. – Я поспешил уверить его в том, что прослежу чтобы вы были снабжены достойной охраной. В наши не спокойные времена, тем более после этой неприятной истории, я не могу допустить, чтобы вы путешествовали в одиночку. И поэтому я поручил барону сопровождать вас до самого дворца в Тюрле.

Повисло напряжённое молчание. Жака охватило удушающее чувство, что его, невероятно вежливым способом, загоняют в ловушку. И он ничего не может с этим поделать.

Я благодарен вам Маркиз за заботу, – наконец заговорил Жак.

Но вынужден отказаться. Я считаю, что есть поручения особенного содержания, выполнения которых не нуждаются в помощниках. Моя миссия исключительно мирного характера. И я также убеждён, в том, что помощь одолженных друзей мне только помешает в её выполнении.

Жак ожидал что так легко не отделается от Маркиза, но реакция того, совершенно сбила его с толку. Маркиз неожиданно расхохотался, самым неприятным смехом, который можно было только представить. А вот лицо стоящего рядом барона, напротив – мгновенно помрачнело. Гаркающий хохот Маркиза ещё звенел в ушах Жака, когда тот, заговорил вновь:

– Здесь не может быть никаких возражений, мой юный друг. Я уже уладил все формальности с герцогом и получил от него письменное поручение для барона, который согласно этому документу, должен выступить в роли вашей личной охраны, – всё ещё скалясь произнёс Маркиз протянув мальчику свёрток с фамильным гербом герцога.

Жак с ненавистью оглядел обоих своих гостей и не взглянув на свёрток обратился к барону:

В таком случае, вынужден предупредить вас барон, что мы выезжаем немедленно! – отрезал он, и больше не удостоив ни одного из них взглядом, быстрым шагом покинул гостиную.

Жак покидал свой дом с тяжёлым сердцем. Рене всё ещё был очень болен и оставался прикованным к пастели. Все эти внезапные волнения совершенно запутали его. Он полагал, что возложенная на него миссия, была сугубо личным делом герцога. По крайней мере, когда он давал ему поручения доставить письмо и кольцо, герцог явно дал понять, что не собирается афишировать своё решение до получения положительного ответа от герцога де Тюрле. Ведь будущая невеста герцога де Рондан, являлась его старшей дочерью. И каким образом Маркиз узнал о намерениях герцога де Рондан оставалось для Жака не ясным. Хоть хитрости и прозорливости Маркиза, Жаку, уже давно не приходилось удивляться, тем ни менее, он совершенно не мог понять, каким образом Маркизу удалось убедить герцога в необходимости присутствии в этом деле барона. Очевидно, что вчерашнее нападение послужило весьма удобным предлогом. И эта было ещё одна причина, по которой Жак мог подозревать в этом нападении Маркиза.

Больше всего ему хотелось сейчас поделиться своими мыслями и переживаниями со своим верным Рене, но Жак не посмел беспокоить раненного. Обняв старика на прощание, Жака, захлестнуло невыносимое чувствовал одиночества. Теперь он совершенно один, был вынужден разгадывать козни Маркиза, и противостоять опасностям, которые подстерегли его впереди.

Ссора

Ещё до полудня путники оставили окрестности замка де Сен-Сирк далеко позади. Преодолев границы близлежащих графств, путешественники остановились лишь раз, и только для того чтобы напоить лошадей и пополнить небольшой запас провианта.

День близился к вечеру. Оба путника были порядком измотаны и потому плохо скрывали своё раздражение. Жак, как обычно, был не многословен, также, как и его спутник. За весь день они обменялись лишь парой коротких фраз. И так, в скудном молчании, они следовали на встречу заходящему солнцу.

Час уже поздний, – объявил Барон. – Скоро совсем стемнеет. Нам стоит подумать о ночлеге, милорд.

Жак ничего не ответил. Ему меньше всего хотелось оставаться наедине с приспешником маркиза, здесь, в глухой тишине ночного леса. Но усталость постепенно брала своё; руки гудели, колени затекли от долгой скачки, глаза слипались. Жак уже не мог игнорировать усталость и был вынужден согласится.

Чуть погодя, заприметив подходящую место, путники наконец спешились.

Солнце уже коснулось горизонта и красное зарево разлилось по лесной опушке.

Множество мыслей сейчас беспокоило Жака. Чем дальше, тем сильнее он чувствовал, что ловушка, в которой он оказался, стремительно сдавливает его, словно тески. Барон, несмотря на то, что в данный момент играл роль его охранника, разумеется оставался верен своему хозяину. «В этом не могло быть ни каких сомнений» – рассуждал Жак. – «Он был соглядатай маркиза или и того хуже – наёмным убийцей.»

Барон даже не пытался изобразить дружелюбие или почтение, как этого можно было ожидать. Он был настроен весьма враждебно и, надо сказать, Жак ему в этом не уступал.

– «Ну что ж, так даже проще», – подумал мальчик. – «По крайней мере не втирается в доверие», – искоса глянул на барона Жак.

Тот был неподалёку. Разведя костёр, барон устроился рядом с огнём. Он молча смотрел на пляшущие языки пламени и казалось совершенно не замечал присутствие юного графа.

Жак притворился что всё ещё возится с седлом, но сам и не думал распрягать своего коня.

– «Конечно», – продолжал рассуждать он, – «О том, чтобы довериться случаю, и остаться на ночлег рядом с человеком, который в любой момент может вонзить кинжал в спину, не могло быть и речи».

Нужно было что-то делать. Но что именно, Жак не имел ни малейшего понятия. Всё вдруг навалилось на него разом; усталость, возрастающая тревога, волнение за Рене. Он совершенно запутался и растерялся. Всё это мешала ему ясно мыслить.

Я хочу, чтобы утром вы отправились к маркизу, – неожиданно для самого себя скомандовал Жак.

У меня есть для него новость, которая не терпит отлагательств, – голос его прозвучал гораздо резче, чем он хотел.

Ночь уже совсем опустилась на лес. Небо почернело. И теперь полянку освещал лишь небольшой костерок у которого грелся его ненавистный спутник. Воздух стал холодным, и озноб постепенно подступал к горлу мальчика.

Барон медленно повернул голову в его сторону. Прищурившись, словно отгадав замысел своего юного господина, он ответил: – «Хочу Вам напомнить, что мой долг, на время этой поездки, оберегать вашу жизнь. А для этого, видите ли, мне необходимо находиться рядом с вами.» – холодно отозвался мужчина и вновь повернулся к огню.

Но Жак не намерен был сдаваться. Теперь, когда он начал, эту словесную схватку, он должен был дойти до конца. Его начала пробирать лёгкая дрожь. И в голове билась только одна мысль – он должен был любым способом избавиться от слуги Маркиза.

В таком случае, я вынужден напомнить вам, барон, что вашим долгом, также, является служба мне, и соответственно подчинения моим приказам, – продолжил Жак.

Барон неожиданно резко поднялся на ноги. По всей видимости, он тоже стал терять терпение:

Я хорошо знаю, свои обязанности. И для того, чтобы исполнять их должным образом, не могу позволить себе выполнять глупые приказы мальчишки – отрезал барон, вложив в последние слова, столько презрение, сколько смог.

В таком случае, я намерен сделать вам одолжение барон, – продолжил Жак, ничуть не смутившись – он ожидал, что спровадить его будет не легко:

Я освобождаю вас от столь ненавистного вам долга. Дальше свой путь, я продолжу один. А вы можете возвращаться к своему хозяину.

К хозяину?! – процедил барон, сквозь зубы. – Мы едва знакомы, милорд. И вы, возможно, не знаете о моей репутации и не вполне понимаете с кем имеете дело. Поэтому я прощу вам ваше невежество и разъясню вам несколько вещей. Во-первых, моё положение, к счастью, даёт мне право не считать ни одного человека своим хозяином, кроме себя самого. А во-вторых, не вы возложили на меня обязанности, которые я взялся выполнять, сопровождая вас, и не вам меня от них освобождать. Так что хотите вы этого или нет, но завтра мы продолжим путь вместе.

Теперь настала очередь Жака, выказать своё презрение к собеседнику. В один момент, в нём вдруг вспыхнула вся ярость, которая копилась в его сердце, с момента нападения на него банды Маркиза. Жак ощутил жгучую ненависть к барону, будто всё, что было связанно с Маркизом, то вероломство, подлость и жестокость, сейчас отражались в этом человеке.

О, на против, о вашей репутации я наслышан, барон. – И совершенно не нуждаюсь в обществе человека, который похищает чужих жён, и протыкает своей шпагой всех, кто ему не нравится. Да ещё в придачу, являющегося соглядатаем Маркиза.

Повисло глухое молчание. Барон похоже от изумления, даже потерял дар речи. Он смотрел на мальчика сверху вниз, словно на безумного. Высокий, статный рыцарь, выглядел сейчас так, если бы его друг прямо внос цапнул щенок пекинеса. Однако, молодой человек быстро овладел собой:

Довольно, – резко гаркнул он, обнажая своё оружие.

Вы уже достаточно наговорили, чтобы умереть не один раз. Но я, так и быть, сделаю для вас одолжение, и перед тем как отправить в мир иной, преподам вам урок хороших манер, – и при этих словах он двинулся на своего обидчика.

Но Жак не терял времени даром. В следующую секунду раздался щелчок, и барон, увидев, как в руках юноши блеснул мушкет, тут же замер как вкопанный.

– Не в этот раз, барон, – тихо произнёс Жак. Держа на прицеле своего противника, он медленно отступил к своему коню. Одной рукой отвязав поводья, он легко вскочил в седло.

Передавайте Маркизу мои наилучшие пожелания! – отсалютовал он барону и пустил коня вскачь.

На секунду Жака охватило упоительное чувство победы, но ликование длилось не долго. Барон, будто ожидал, чего-то подобного. Он с удивительной ловкостью увернулся от пронёсшегося мимо него коня, и на ходу выдернул юношу из седла. Рывок оказался на столько сильным, что Жак, слетев с коня, пролетел ещё пару метров и с глухим стуком рухнул на землю. В голове всё перемешалось. Мальчику понадобилось около минуты, чтобы осознать, что произошло.

Не так быстро, молодой человек! – злорадно усмехнулся барон. – Неужели вы думали, что я позволю вам сбежать, после всего, что вы мне тут наговорили?

Жак, медленно приподнявшись, взглянул на возвышающуюся фигуру борона. На лице того ясно читалось превосходство. А в глазах отражались огоньки пляшущих языков пламени, горящего рядом огня.

В горле Жака вдруг пересохло. По телу прокатился холод панического страха.

Вот вам первый урок, – вновь раздался голос барона. – За свои слова нужно отвечать.

И не дожидаясь, пока юноша поднимется на ноги, барон ринулся прямо на него.

Жак вскочил молниеносно. Вынув свою шпагу из ножен, он увернулся от несущегося на него клинка барона. И как раз вовремя успел пригнуться, чтобы не решится головы. Лезвие проскользнуло в считаных сантиметрах, и он навсегда расстался с прядью волос у себя на макушке. Жак с трудом отбил несколько следующих тяжёлых ударов противника. Барон выполнил превосходный финт, и резко сократив расстояние, вплотную приблизился к юноше. На сей раз лезвие его клинка оказалось в миллиметре от шеи Жака. И тот, ощутил лёгкий порез у себя на коже. Но к счастью, он успел защититься. В следующий миг их клинки скрестились. Физически барон был гораздо сильнее. Жак сразу же ощутил это превосходство. Эфес его шпаги начал клонится вниз. Жак вцепился в него обеими руками, чтобы удержать вес противника. Но тут барон свободной рукой, внезапно схватил Жака за воротник. Резкий толчок, и мальчик отлетел на несколько метров, сильно стукнувшись спиной о дерево.