Абсолютно неправильные люди. Самый лучший не рыцарь

Глава 5. Электровеник на атомном приводе

Вадим знал, что жена вечером встречается с Мариной.

– Наверное, в ресторан зайдём, – предупредила мужа Ульяна.

Он только усмехнулся, вспомнив, сколько же нервов ему стоило прошлогоднее посещение ресторана будущей женой в компании Марины и Веры… Теперь-то всяких сюрпризов можно не опасаться!

Наивность некоторых химиков не знает пределов! Ха три раза! Если за дело бралась Марина, то никакие правила, ожидания и прочие устойчивые и прочно стоящие на земле вещи не действовали!

Именно так думал Вадим, обнаруживший, что жена задерживается, но только она вовсе не в ресторане, а почему-то в своей «девичьей квартире» и тон у неё очень странный… Впрочем, просьба, с которой она позвонила, была тоже из разряда неординарных.

– Вадик, ты не мог бы заехать в зоомагазин и купить лоток? Только лоток не кошачий, а собачий? – мило попросила Ульяна в сообщении, – Сейчас фото пришлю. Вот такой и надо.

– Эээээ? – подзавис Вадим. – Не понял! – пожаловался он коту Спонжу. – Ты что? Стал расти над собой и потребовал аж собачий лоток?

Спонж состроил специально-выразительную морду, изобретённую великими котопредками в период окошачивания ими первых ещё диких тогда людей.

От тех далёких времён и доныне, морда вызывала у питомцев-людей стойкое ощущение себя несколько неполноценными…

– Что ты на меня так смотришь, словно я слопал твой корм, использовал по назначению твой личный сортир и уснул после всего содеянного на твоей лучшей подушке? – фыркнул в ответ Вадим, закалённый многолетним общением с дедом-академиком:

– Я ни при чём! Это мне любимая жена пишет. Во, и фото прислала… Ну, надо же, и правда, лоток! Лиза! Лииииз! Отрада моего сердца, где ты… Уууууй! Можно было просто мяукнуть, а не падать со шкафа на шею! – Вадим ловко подхватил тонкую, невесомую и длинноногую кошечку-подростка с собственного загривка.

– Вот скажи мне, это тебе надо такое сооружение? – Вадим покосился на свой КотоЛизатор, а в сокращенно-ласкательной форме – Лизу.

Кошечка была явно изумлена таким предположением.

– Понятно мне всё, что ничего непонятно! Ладно, позвоню… это же женщины и аж две штуки! Может, они так наотмечались по поводу встречи, и что-то этакое придумали? Хотя, неее, обе не по этой части. И как, а главное, зачем, они оказались в той квартире? А! Для нервов дешевле позвонить и спросить – так всё равно не догадаюсь.

Он набрал номер Ульяны и осторожно произнёс:

– Уль, я тут проконсультировался с нашими котами – собачий сортир никто не заказывал… По крайней мере, не признаются!

– Вадик, это не им, а собаке!

– Аааа, и как я сразу не догадался! – хмыкнул Вадим. – Только опять я не понял… ты ж с Маринкой в ресторан собиралась? Как и откуда там у вас нарисовалась собака, да ещё с необходимостью покупки ей лотка?

Голос Марины громко и чётко обрисовал ситуацию.

– Скажи своему мужу, что у меня это бывает… ко мне под ноги не только собака – слон может попасться! И объясни ему уже, что мы не в ресторане и вообще там не были, а то он тебя в следующий раз со мной не отпустит!

Ульяна, явно сдерживая смех, рассказала мужу:

– Вадим, мы до ресторана не доехали!

– Аааа, это хорошо, а то я хотел уточнить, что вы такое там заказывали… Ладно, не доехали вы до ресторана, а собака-то откуда?

Выслушав краткую версию происходящего, Вадим покосился на Лизу, которая во время разговора припала к его предплечью и негромко мурлыкала.

– Экие гадости бывают… – брезгливо прокомментировал он действия Алисы и уточнил:

– Надеюсь, Марина не собирается ей возвращать собаку? Хотя, понятно, что это вопрос глупый – раз понадобился лоток, значит, точно не собирается.

– Уважаю людей науки! – фыркнула Марина, – Сам вопрос задал, сам подумал и ответил на него, и, что показательно, правильно ответил!

Конечно же, он поехал за лотком и привёз его, а увидев крошечный комок в руках Марины, вопросительно поднял брови:

– И вот это могло кому-то помешать? Да она размером примерно с Лизу!

– Где-то так и есть, – согласилась Ульяна, принимая от мужа покупку. – О! И лоток ей знаком, вон, сразу как оживилась.

Правда, оживления маленькой собаки хватило ненадолго – до лотка и обратно – на руки к Марине.

– Мы попытались её на улицу вынести, но у неё в лифте случилась истерика. Она так пищала… Видимо, решила, что или обратно её возвращают, или вовсе выкидывают. Короче, пусть в лоток пока ходит, главное, чтобы не паниковала! – вполголоса объясняла мужу Ульяна, которая убаюкивала на руках собаку, отпустив Марину в гостиницу за вещами. – Вот бедняга…

– И куда её теперь? – с некоторой опаской уточнил Вадим, который на секунду представил, как выгуливает вот такое крошечное создание и поёжился. – К нам?

– Нет, наверное… Она Марину выбрала, – Ульяна догадалась посмотреть на мужа и рассмеялась – на его лице отразилось такое облегчение! – Да ладно тебе, ты бы отлично смотрелся с такой собакой…

– Не-не, мне бы что покрупнее! – высокий Вадим пожал плечами. – Я как-то не представляю себя с псиной мне по щиколотку!

– Зато, у неё огромное чувство достоинства и концентрированная любовь… – Ульяна успокаивала щенка, пока Марина не прибыла обратно. – Оооо, ну, даже если бы до сих пор мне было бы непонятно, кого она выбрала – сейчас это стало совершенно очевидно!

Невеличка забавно насторожила уши, обросшие стального цвета шёрсткой, вытянулась стрункой, отчаянно завиляла хвостом и начала старательно вырываться из ласковых Улиных рук, стремясь к Марине.

– А они ведь одной крови! – тихо хмыкнул Вадим, комментируя встречу Марины и её свежеобретенной животинки. – Обе как миниэлектровеники на атомном приводе!

И, хотя его слова Марина расслышать не должна была, но всё-таки уловила и неожиданно довольно хмыкнула.

– Да, мы такие! И это хорошо, а то я последнее время как-то слегонца подзабыла об этом! Непорядочек, однако!

Когда Вадим вёз Ульяну домой, ему внезапно вспомнилась эта фраза Марины.

– Чего-то мне кажется, что кое-кому было бы спокойнее находиться у жерла вулкана, а не в той фирме, которую Маринка проверяет… – пробормотал он.

– Не то слово! – кивнула Ульяна. – И я надеюсь, что эти «кое-кто» уже скоро это осознают.

***

– Если у вас случился приступ хандры с самозакапыванием себя любимой и раскапыванием собственных слабостей, недостатков и проблем, накопившихся за все последние годы, то знайте, лучшее средство от догоняющей вас по пятам депрессии – это вот такое нечто, которое крутится у вас под ногами, заглядывает вам в глаза, причём, даже когда вы их держите закрытыми, до скрипа вылизывает ваши нос-левое ухо-большие пальцы ног, найденные под одеялом. Работает хвостовентилятором и одновременно сносит вас с ног всем своим приличным килограммовым весом и десятитонной харизмой! – сонно пробормотала Марина, выпутывая из собственной шевелюры щенка и добавила:

– Доброе утро, Карри!

Имя пришло ей на ум во время вчерашнего мытья собаки – подсыхающая шёрстка была золотисто-стального цвета, причём, золотистый отлив отчётливо напоминал о яркой специи, которую Марина очень любила.

– Ну и что, что третья собака? У нас же имеется кошачий триКотаж, вот и у собак триПсаж будет… Нда, я с тобой согласна, звучит так себе, но главное-то что? Главное, что ты точно придёшься ко двору! Понимаешь, у меня двое солидных псов! Один – чуть больше тебя с характером, который едва-едва помещается в нашу квартиру и с личным слоником… Второй – это как раз тот самый личный слоник. Причём, оба отлично ладят и замечательно дружат с соседской йорочкой, почти такой же, как ты, только с одним глобальным недостатком – она погуляет с ними, а потом уходит домой и к себе её забрать никак не выходит! А ведь Фуфик уже даже попытки делал, – Марина тихонько рассмеялась, припоминая появление её старшего и миниатюрного пса в сопровождении симпатичной йоркширочки, и с тем самым выражением на морде лица, с которым подросшие сыновья приводят к матери потенциальную невестку и сообщают: «Мама, это Лена (Света, Настя, Лиза) и она будет жить с нами!»

– И, ты представляешь, ничего не вышло – почему-то резко против оказалась хозяйка. Нет, сначала-то она ничего не говорила, только хохотала, но потом всё равно была против! И даже когда в следующий раз Фуфик приволок её сокровище к нам на поводке, то есть ЗА поводок, тоже не согласилась. Фуфик её не понял и обиделся. Зато я сейчас отлично понимаю. Я бы тебя тоже не отдала!

Марина чувствовала себя так, словно не было изнуряюще-тяжёлого последнего времени, словно не выматывали ей нервы родственники Виктора, её внезапная память, родные сестра, бабушка и дед, словно не было работы на износ.

– Антистресс! Отпускается без рецепта, противопоказаний не имеет. Зато имеет ярко выраженный эффект привыкания и острой зависимости от любви, жизнерадостности и верчения под ногами! – рассмеялась она.

– Причём, сила воздействия этого антистресса от породы, внешнего вида, или просто вида принципиальной разницы не имеет! Кот или собака – не так важно! Главное, что ты вдруг так нужна, так нужна, что аж крылья за спиной появляются! – пробормотала она, устраивая Карри на диване, и велела ей:

– Не скучай! Я растерзаю врагов, всех побежу, победю, побдю, тьфу! Короче, пущу клочки по закоулочкам и вернусь с победой!

– Кррррылья у меня точно вырррросли! – она яростно засверкала глазами, заруливая на стоянку и узрев солидную машину Севы, – А также когти, зубы и чешшшшшуяяя! И кто я? Отгадай-ка, а Севочка? Нееее, не понял, вот чудик! Лапками машет, строит из себя душа-парня – так старательно здоровается. Ну, здрасьте! Нет-нет, мой дорогой, кокетничать со мной не стоит, я не наивная Иришка, я – гарпия! И прибыла-то я по твою жадненькую загребущую натурку! Хотя… догадался бы ты, или нет, это уже безразлично – всё равно поздняк метаться!

Марина знала, о чём говорит – предварительные результаты расследования она отослала в головной офис ещё вчера. Да, это очень и очень грубые прикидки, но её попросили показать даже их.

– Спрашивали – отвечаем! Да, вам не показалось – он – вор! – вот что любой финансово подкованный человек мог бы прочесть в её оперативной служебной записке. – Да, аппетит к нему пришёл во время еды, и был он довольно-таки глобальный. Да, есть пути вывода денег. Они вполне отслеживаются и топорно прикрыты. И да, это можно доказать!

В аудиторской компании такие Маринины записки любили – она не ошибалась никогда, чётко, буквально за день-два могла взорвать укрепления из кип документов и хитрых финансовых схем, отлично разглядев самое главное, выцепив его из водоворота отвлекающих деталей, и сдав в надёжные руки «основного отряда», который отправляли ей в помощь по результатам первичных выводов.

***

Всеволод не любил своё имя – нет, он его обожал!

– Владеть ВСЕМ! – он повторял вычитанную в интернете расшифровку имени, поднимал волевой подбородок дома у зеркала, расправлял широкие плечи, ииии… словно стелился под ноги мир, словно сами по себе в руки падали блага, которые он жаждал.

Трудно мелкому клерку быстро вскарабкаться на вершину? Трудно! Но это только если лезть самому, а не ехать на плечах какой-нибудь очередной дyрёхи, готовой ради него на всё! Он ещё в институте понял, как просто и легко можно использовать свою внешность, и никогда не гнушался этим… Какое ему дело до того, что потом чувствуют брошенные им? Бaбaм только дай о чём-то попереживать, о нём или о ком-то другом, велика ли разница? Попалась – сама виновата, надо было лучше думать головой!

Мелкий клерк быстро стал крупным, а потом уже выбился в руководители, ощутив вкус денег. Да не просто жалкой зарплатки-заплатки, не премии, а ДЕНЕГ! Больших, вкусных, бесконтрольных денег, которые только помани и сами потекут в карман!

Неее, Сева не дурак! Подставляться он не собирался категорически – видел глупцов, которые хапали много, но не позаботились о безопасности. Он уж точно не таков! Все бухгалтерские документы в полном порядке – недаром он когда-то был просто мелким клерком, которому поневоле приходилось иметь дело со всей этой бумажной трухой, без которой сейчас не выжить ни одной организации.

Понимал он и то, что хозяева, которые так опрометчиво поставили его у кормушки, поймут, что деньги-то их тю-тю… А это значит, что нужен виновник этого. А ещё лучше – виновница! И кто подойдёт лучше, чем Алисочка, у которой в придачу к идеальному телу в голове всего-то полторы извилины? Одна – плавно переходящая в пищеварительный тракт, и ещё половинка извилины – ответственная за макияж и выговаривание слова «ХАЧУ».

– Хати-хАти, а потом плати! – белозубо улыбался он ей на очередную просьбу что-то купить. Нет-нет, конечно же, вслух он ничего подобного никогда не произносил – Алиса была свято уверена, что это она его поймала на крючок, и что ей-то платить точно не придётся.

Вчера вечером она устроила истерику про ту дурацкую собачонку, которую сама же выпросила у него пару недель назад.

– Сбежала, зараза такая! Выскочила из машины на стоянке и смылась! – злилась она.

– Да и ладно тебе расстраиваться! Хочешь, я тебе ещё одну куплю? Вот, завтра поработаем – у тебя там бумаг неподписанных воз и пара тележек, а потом смотаемся и купим.

– Не хочу я собаку! Хочу шубку! – Алиса моментально утешилась, напрочь позабыв о своей пропавшей «игрушке», – Норковую, ладно, Севчик?

– Нууу, прямо и не знаю. Ты ж работаешь последнее время плохо – вон аж кипы бумаг без твоей визы валяются, а у нас эта аудиторша проверяет чего-то там.

– Севочка, да я всё-всё подпишу, ладно? А потом, вечером, поедем за шубкой? – обрадовалась Алиса, напрочь позабывшая о своих огорчениях и выстукивая что-то радостное своими каблучками. Ведь у всех свои поводы для радости…

Глава 6. Наикрутейший финик

Алиса крутилась около зеркала в новой шубке, глаза сияли, счастье её обволакивало, как мягкий мех… Для достижения вершины блаженства ей не хватало лишь зависти!

Да-да… какой же это успех, если ему никто не завидует? Нет, она бы сразу в шубке на работу пришла, но сейчас же лето!

– И ладно! Я сейчас в инсте фотки размещу! Вот все закачаются! – Алиса обожала это! Её успех заставлял корчиться знакомых девчонок от того, что Алисой почиталось символом своей высшей удачи. Тебе завидуют – значит, ты крута, успешна и опупительно хороша!

По крайней мере, именно так и в таких выражениях Алиса и думала.

Всякие глупые фразочки бывших однокурсниц-зазнаек, которые говорили, что не верят, что Алиса может даже обычной бухгалтершей или экономистом работать, разбивались о жестокую реальность! Алиса именно что была наикрутейшим фиником!

– А вот моё рабочее место! Личный кабинет! – подписывала она селфи себя любимой на фоне спинки кожаного кресла, от которого прямо-таки веяло стилем дороХо-боХато!

– Да что ты там делать-то можешь? Ты же даже институт не закончила! И опыта работы нет! Просто поставили как ширму и всё? – именно так написала ей как-то одна из самых больших её завистниц.

Алиса только посмеялась – эта фраза была вершиной её профессионального признания!

И вовсе она не ширма! Она на самом деле важная птица! Без её подписи Сева бухгалтерам ни одного платежа делать не позволяет – во как!

Правда, Алиса не поняла, отчего с таким облегчением выдохнула главбухша, получив столь унизительный для себя приказ, чин по чину оформленный в письменно-официальном виде…

Но наверняка, это она просто так от злости пыхтела!

Мелкая аудиторша Алису больше почти не беспокоила. Разве может беспокоить обладательницу роскошной шубки какая-то неинтересная и скучная бумажная крыска?

Правда, Сева… Сева почему-то встревожился. Загнал её в кабинет и заставил подписать кипу каких-то глупых бумажек, даже не слушая, что она устала, и рука у неё больше не пишет!

– Алиса, подписывай, а то ни о какой поездке на Гоа и речи не будет! – покрикивал Сева.

Гоа Алиса обожала! Была там уже два раза и мечтала поехать ещё как можно скорее.

По её мнению, у этого места был только один недостаток – туда нельзя было поехать с шубкой…

Сева с облегчением собрал последнюю пачку бумаг, полностью подписанную Алисой.

– Изумительная дyрa! И фигура, и дyрa – шикарное сочетание! – подумал он. – Ну, всё! Дело сделано. Даже если начнутся какие-то вопросы – вот вам Алисочка-подписанточка, которая все операции сама одобряла, сама проводила, сама деньги куда-то девала…

Правда, вот тут версия проседала… Любой вменяемый человек, пообщавшись с Алисой буквально несколько минут и придя в себя от шока, что такое пустоголовое существо действительно существует, сразу бы осознал, что она сама проводить может только старый год под бой курантов, и то, с ёлкой в обнимку – для устойчивости.

– Хорошо бы её куда-нибудь сплавить, типа, украла деньги и уехала! Регулярно же происходят такие вещи. Вон, недавно опять какая-то кассирша деньги в банке тиснула и в бега отправилась. Правда, эта дyрищa добежит до ближайшего столба и в него головой впишется. Вот бы её вывезти на Гоа и там оставить на пожить… Правда, было бы здорово! Только вот паспорт! Сразу же поймут, где её искать. Да она и сама начнёт фоточки постить – чтоб «дефффочки завидАвали». С кем общаться приходится! – Сева посмотрел вслед Алисе, виляющей пятой точкой, и тяжело вздохнул.

– Вот бы она куда-нибудь делась! – помечтал Сева.

Мечты – вещь эфемерная, вильнула она хвостом, блеснула крыльями и фрррр, улетела. Улететь-то улетела, а вот мысль в голове невольно задержалась, да и застряла!

– Ну, ладно, может, ещё обойдётся! – решил Сева.

Пигалицу- аудиторшу он было попытался охмурить – просто так, чтобы обезопасить себя как можно больше, но она оказалась скучной, без огонька, отказывалась от всех его приглашений, даже кофе не приняла, который он ей лично принёс – отговорилась аллергией на кофеин.

Через несколько дней её пребывания, Сева как-то подуспокоился, задвинул залётную мыслишку про Алисин отъезд подальше, но подстраховаться не забыл.

– Алиса, ты, бедняжка, устала, выглядишь измученной. Каюсь – это я виноват, загнал тебя работой! А знаешь, давай-ка ты езжай отдохнуть. Вот, хоть под Питером в спа-отеле! – он решил, что разумно её будет убрать подальше от аудиторши, чтобы та не поняла, насколько его финансовый директор непроходимая дyрищa! А с другой стороны, за рубеж отправлять её было неразумно – мало ли, надо будет по-быстрому до неё добраться?

– Нууу, заяяя, это ж отстоооой… – заныла Алиса.

– Не-не, ты не поняла. Ты там просто в водичке поплещись, воздухом подыши, в спа расслабься, а потом мы с тобой по-настоящему отдохнём. Лады? Ты только смартфон отключи и нашим не звони – завалят работой мою девочку! – у самого от приторного тона аж скулы сводило, а эта – ничего, слопала такую дичь и засияла от восторга – как же, так о ней заботятся!

– Вот, возьми симку, поставь в свой смартфон. Погоди, давай я поставлю, а то ноготки повредишь! – он ловко изъял её симку и поставил левую, купленную в переходе.

– Но, зая, а карта, а денежки? – Алиса в денежных вопросах была весьма сообразительна.

– Вот тебе моя карточка, главное, отдохни, моё золотко! – Сева отдал ей одну из своих карт, заблаговременно привязанную к этому левому номеру, и сияющая Алиса упорхнула собираться на отдых.

– Ну, вот. Эту отправил, но могу найти, если что. Если эта пигалица вопросы лишние задавать не станет, то и ничего делать не надо, а если нет… ну, вот тогда и подумаем,

Пигалица вопросы не задавала – не было нужды, просто через несколько дней заявилась в кабинет директора в сопровождении каких-то незнакомых людей, возглавляемых очень неприятным типом – он Севе сразу сильно не понравился.

Бесстрастный на вид тип чем-то напоминал Севе о зубных врачах, полицейских, налоговиках и его собственном дяде, который нипочём не попадался под его обаяние, зато утверждал, что «этот прощелыга плохо закончит» всякий раз, как только племянника видел.