Я возьму тебя
- -
- 100%
- +
Ведь пару часов назад я была неприметной пустышкой… Сейчас, проходящие мимо парни, сворачивают себе шеи, заметив меня. Кто-то даже присвистнул, крикнув:
– Ух какая!
– Ксюш, почему они все так смотрят на меня? – шикаю на ушко подруге, продолжа протискиваться сквозь толпу.
Ксюша лишь в ответ улыбается, когда я впиваюсь ей в руку, чуть не царапая кожу до ранок, сама этого не замечая.
– Потому что ты красавица… У всех просто шок! Никто не думал, что ты на самом деле такая – сладкая конфетка. Мы тебя преобразили и теперь у даже самых заядлых гламурных львиц универа приступ ступора.
Её слова прибавили мне уверенности, как-то зажгли, что ли, да и кровожадные взгляды парней тоже… Поэтому я выпрямила спину и продолжила грациозно двигаться, копируя походку Анжелы, соблазнительно повиливающей бёдрами, что шла на высоких шпильках впереди нас.
Но юноши не смотрели на яркую красавицу в красном! Они, оборачивались на меня. Похоже, Анжела это заметила, тут же надула и без того пухлые губы.
– Кто это?
– Миронова что ли, первый курс?
– Иди ты! Миронова замухрышка, а эта… идеальна.
Обернулась, мельком услышав сплетни двух местных фиф.
– О май гад! Где она взяла это платье?! Кри-и-ис, ты видишь это, видишь? – одна из девушек вцепилась в плечо подружки, затрясла ее с невероятной силой. А у подружки челюсть до самого пола…
– Приветики, – хихикнув, Лика сама пошла в наступление, помахав пальчиками парням, но ни один из них не отозвался.
– Глухие что ли… И слепые, – фыркнула, махнув перед ними хвостом, ускорила шаг, оставляя нас позади. – Я в уборную, макияж нужно подправить!
– Лика странная в последнее время, – задумчиво шепнула мне Ксюша. – Может потому что её родители собираются развестись?
Наш диалог прерывается, потому что начинается мероприятие – на сцене появляется ведущий с микрофоном и широкой улыбкой одаривает всех присутствующих. Гостей действительно собралось много. Я заметалась, оглядываясь по сторонам, пытаясь отыскать Абрамова. Но ни Марка, ни его дружков я сейчас не видела.
– Добрый вечер, дорогие друзья! Как вас много!
Зал загудел. Со всех сторон посыпались овации, аплодисменты, поздравления, а ведущий продолжил свою торжественную речь:
– Любимый “Премиум”, с юбилеем! Ты наш дом, наша гордость, наше великое достояние! Третий год лидер, номер один среди всех остальных вузов страны, представляете? Это заслуги, в первую очередь, вас, дорогие студенты, и человека, без которого не было бы ничего… Встречаем! Гурьев Леонид Валентинович – ректор университета Премиум. Где же ваши бурные овации?
Зал ещё пуще засвистел, поднялась волна гама, даже уши заложило, словно мы переместились на взлётную полосу или на трассу Формулы один.
Внезапно ноги набились ватой – на сцену поднялся ректор, с ним ещё двое людей. В центре них Марк Абрамов… В элегантном чёрном костюме из дорогой ткани, накрахмаленной, без единой складочки рубашке.
Я впервые вижу его в парадном дресс-коде…
Мурашки по спине. Низ живота обожгло тугими волнами жара. Стало невыносимо душно, неожиданно захотелось на свежий воздух, и я бы не отказалась пригубить напиток, я бы с удовольствием выпила три стакана холодной воды со льдом.
Король окинул величественным взглядом всю толпу, ухмыльнувшись. Как вдруг его дьявольски-красивые глаза нашли меня.
В тот же миг я перестала дышать.
Взгляд Абрамова впился в меня намертво, отчего сердце ёкнуло в груди, сделав сальто. Потому что в этих глазах можно сгореть заживо…
В огненных безднах что-то вспыхнуло. Что-то, похожее на удивление. Было видно, как Марк весь напрягся, и провёл языком по нижней губе, продолжая жечь меня пристальным, диким взглядом на расстоянии.
– Хочу уйти отсюда, – одними губами пробормотала, ибо голос будто пропал.
– Ничего себе, Абрамов сегодня как из мэрии вышел, – Ксюша тоже судорожно сглотнула. – Что это? Волосы, что ли, гелем уложил? Впервые вижу, что его непослушные лохмы лежат волосок к волоску.
Да, я тоже впервые это вижу.
Я отчего-то начинаю чаще дышать, будто нахожусь посреди пустыни. Дурацкая дрожь внизу живота сводит меня с ума, бросая то в жар, то в ледяной озноб.
– И хочу выразить отдельную благодарность нашему почетному спонсору – Роману Юрьевичу Абрамову!
Даже не слышу слов Гурьева, они как эхо где-то далеко-далеко звучат, будто в параллельной вселенной. Смотрю только на Марка, как и он на меня. Мы играем в странные, напряжённые, удивительно острые гляделки. Что это за химия между нами сейчас происходит?
– Марк! Ну же, тебе слово… – во второй раз повторяет ректор, хрипло кашлянув.
– А, да… слово! Точняк, – хмыкает и деловой походкой шагает к микрофону. – Значит так…
– Тебе вручается почетная грамота главного активиста университета Премиум! Молодец, сынок, на таких, как ты, держится вся страна. Браво! – обрывками долетают до меня лестные слова ректора, адресованные главному засранцу университета.
Что? Почетная грамота?
Кому? Марку что ли?
Я чуть не поперхнулась собственным возмущением, услышав это.
– Да ничего особеенного, пустяк, – с важным видом принимает грамоту в золотой рамочке. – Мне в кайф.
– Что ты посоветуешь другим студентам?
– Делайте добрые дела и относитесь к окружающим так, как относитесь к самому себе.
Чуть не стошнило!
С ума что ли сошёл?
И это говорит он?
Как только совести хватает…
– Прекрасные слова, Марк! Давайте похлопаем!
– Леонид Валентинович, – вмешался преподаватель истории, – можно украду минутку вашего времени? Хотелось бы добавить, что у Марка вышла отличная работа по истории. Я уже отправил реферат своим коллегам в академию наук, дабы разделить с ними своё восхищение. Я настаиваю на том, чтобы его работу публично издали и номинировали на премию молодых умов страны!
– Я польщён, – прокомментировал Роман Юрьевич. – Молодец, Марк! Семья тобой гордится, теперь мне не стоит переживать за будущее семейного бизнеса. Оно в надёжных руках. Истинного Абрамова.
Только не это…
Как несправедливо!
Я хмыкнула и отвернулась, скрестив руки на груди. Надо же… Все грамоты и ворох внимания сегодня достались этому неотёсанному чурбану, который творит всё, что вздумается! Самые гнусные, чудовищные вещи, со смаком издеваясь над слабыми, захватывая власть даже над сильными.
Так это что же получается, он ещё и мой труд себе присвоил?
Это уе точно перебор!
Его обязательно и в срочном порядке нужно спустить с небес на землю.
Желательно наглой мордой в грязь.
Заиграла музыка, гости направились к столам, чтобы отведать устриц и тарталетки с икрой, запив всё это дело бокальчиком премиального, игристого. Я словно переместилась в один из самых дорогих ресторанчиков Парижа, какие с упоением рассматривала с экранов документальных кино.
Вот это у них конечно замашки. Устрицы, икра, даже жирные лангустины с аппетитным видом лежавшие на серебряных подносах. Надо же. И будто опять переместилась в сон. А может в сказку? Увы, без хэппи энда для меня.
Здесь я чувствовала себя чужой, несмотря на то, что сама выглядела как светская леди… одна из них.
Но на душе было неуютно и паршиво. К глазам подступали слёзы из-за чёртовой несправедливости.
Это ведь неправильно… Это была моя работа, из-за которой я не спала несколько суток.
– Маш, забей! – Ксюша приобняла меня за плечи. – Этот вечер… так, для своих. Узкий круг. Попонтоваться лишний раз, ничего серьёзного. Я бы тоже не пошла, если бы не ты, тебя хотелось поддержать.
– Спасибо, Ксюша. Пошли в общежитие… – я готова была расплакаться от несправедливости и мечтала поскорей отсюда убраться, спрятавшись с головой под одеяло в своей уютной кровати. – Не хочу больше здесь находиться.
Да, я мечтала, чтобы меня тоже похвалили, ведь именно к этому я всю жизнь стремилась, не вылезая из библиотек. Почётно поздравляли только блатных! Родственников, друзей, знакомых начальства.
Что не так с этим миром? С этим обществом, считавшим себя элитой столицы?
Развернулась, ускорила шаг, пробиваясь сквозь толпу к выходу. Я уже почти оказалась на свободе, но резкий рывок едва ли не вышиб из меня дух!
Кто-то невероятно сильный вцепился в мой локоть, резко дёрнув меня назад. Припечатал спиной к стене у выхода, навис мощной горой, властно вжав хрупкое тело в стену. А потом на левое ухо раздался громогласный голос, заставляя кровь в жилах стать льдом.
– Далеко собралась, рабыня?
Усмехается. Дрожь меня решетит насквозь от его порочных, наглых глаз хуже пуль! Только не это! Я думала, Его Величество сейчас сильно занят хвастаньем, чтобы помнить о своей прислуге.
Я ошиблась.
Не повезло.
Марк не стал долго нежиться в обилии комплиментов или богатым разнообразием блюд – самое вкусное для него блюда, это… я.
– Разве я отпускал?
Нахально шлёпает массивную ладонь на мою талию. Рывок! Я прижала к твёрдому телу намертво… Весь кислород вышибает из лёгких, в голове какой-то пьяный дурман, хоть я не пила сегодня ни капли.
Его похотливые, мягкие губы находятся так близко ко мне. Касаются едва ощутимо виска, гадко шепчут, пока его пальцы властно сминают тонкий шёлк моего платья.
– Ты же моя. А ночь сегодня будет долгой…
Глава 19
Маша
Ночь будет долгой…
Что он имел в виду?
Ноги подкосились, сердце забилось в кошмарной агонии и пятна перед глазами замелькали.
Неужели он сегодня потребует от меня большего?
Больше, чем сбегать в магазин за пивом, постирать его футболки, сделать диплом? Даже больше этого?!
Неужели он захочет меня?
В прямом смысле этого слова.
Моё тело. Мою девственность…
Потребует от меня секс!
Недаром такое дорогое платье, банкет, эти порочные, намекающие на грязные умыслы улыбочки. Бесконечно долгие, голодные взгляды в мою сторону. Попытка облапать в тёмном закоулке! Я уже молчу про эпизод в душевой…
Абрамов смотрел на меня бесстыже долго, когда стоял на сцене. Будто я была без одежды перед ним, абсолютно голая, в отличие от других присутствующих гостей.
О, мамочки…
Я не готова. Я не могу с ним спать!
Не только потому, что он бабник и высокомерный мажор!
Я просто… очень этого боюсь.
У меня ещё никогда не было парня в интимном плане…
Я никогда не испытывала оргазм.
Это мой ужасный, стыдливый секрет.
– Д-долгой? – дерзкие губы приближаются.
Марк наклоняется, обдавая меня ароматом терпкого парфюма. Его губы теперь находятся в паре сантиметрах от моих. Время будто кто-то ставит на паузу, мы оказываемся одни во вселенной, когда он смотрит на меня настолько алчно.
Я задерживаю дыхание, не в силах даже моргнуть.
– Именно. – Ловит прядь светлых волос, что выбились из прически, и заправляет за ухо. – Будем тусить! Самое интересное впереди…
Губы тянутся к моим, сильная ладонь сжала талию, заставляя охнуть, крепко зажмурить веки, расслабить губы и подставить их под град его властных поцелуев, ожидая, пока голодный, дерзкий рот в миг обрушится на мой…
Как вдруг в последний момент Марк оттолкнул меня от себя надменно отчеканив:
– Возвращаемся в общагу! Будем праздновать там.
Затем повернулся к своим дружкам, громко присвистнув:
– Тусовка только для избранных! Все за мной.
* * *Марк тащил меня за локоть, пока я спотыкалась и чертыхалась на каждом шагу, едва поспевая за ним на каблуках.
– Под ноги смотри, мелкая, платье не замарай! Оно стоит как все твои почки.
Урод!
– Кстати, неплохо сидит… – горячие пальцы пробежались выше по руке, тронув чашечку лифчика. Я быстро отстранилась. – Угадал с моделью и цветом. Ксюша тоже постаралась, сделала из кикиморы человека. Это моя заслуга, будешь должна.
Как только мы вошли на территорию общежития, Марк быстро отдал приказ:
– Хочу пить.
– Что?
– Сока мне принести.
– Марк, ты…
– Штраф что ли хочешь?
Он скрестил мощные бицепсы на груди. Даже в утонченном пиджаке невозможно было скрыть его огромные формы. Классика ему так идёт… И эта аккуратная причёска тоже.
Передо мной будто совсем другой человек!
Только наглые глаза всё те же и пухлые, сводящие с ума губы. Вырядился чтобы перед отцом и дядей выслужиться?
Почему в этом мире всё с точностью наоборот? Почему мир такой жестокий и неправильный? Впахиваешь, как конь – тебе жирная дуля, ведёшь себя как урод – и ты звезда.
А истина такова: нужно удачно родиться. То бишь – в правильной семье.
Холл общежития сейчас было не узнать. Прямо в центре него была сооружена небольшая сцена, на которой уже выступала известная рок-группа, а в десяти шагах от сцены раскинулись не менее роскошные столы, нежели в главном корпусе. Здесь всё было почти тоже самое – дорогое, лакшери.
Единственное, здесь не было ни ректора, ни хотя бы декана. Тусовка золотой молодёжи без правил, только для своих.
Развернулась, стиснув зубы, подошла к ближайшему столу, схватила стакан, плеснула туда сока, чувствуя спиной прожигающий взгляд хама.
Пока не видит, плюну туда!
Не смогла сдержаться и выполнила свой акт мести.
Честно? Мне даже как-то после этого значительно полегчало…
Пусть это всё, что я могу сейчас, но это пока. Однажды придумаю более серьёзный способ, как отомстить придурку и поставить его на место.
– Ма-а-арк!
Раздался цокот каблучков, к нам подбежала миниатюрная брюнетка в ультракоротком платье цвета марсала с губами как у Джоли.
Набросилась и нагло повисла на его руке.
– Зачем она тебе? Зачем деревню пригласил? О-о-о! Чтоб подносы носила? – вякнула именно в этот момент, когда я подошла к Марку со стаканчиком.
– Верно.
Грубо выхватил стакан, поднёс ко рту. Втянул ноздрями воздух.
Та-дам!!!
Я чуть на захлопала от радости, но…
– Маракуя? Не люблю, – брезгливо хмыкнул. – Принеси апельсиновый.
Этот стакан он всучил своей недальновидной подружке, та, хихикнув, выпила его залпом и заискивающе улыбнулась Абрамову, похлопав ресничками.
– Какие планы на ве… ночь, – наклонилась, шепнув последнее слово слишком тихо. – Заглянешь ко мне в комнату? Или может лучше в отель?
Девица была нагло откинута в сторону, а Абрамов деловито поправил пиджак, стряхнув с него невидимые пылинки.
– Неинтересно. Если понадобишься – позвоню. Миронова, ты ещё здесь? – гаркает. – Я всё ещё хочу пить! И принеси рулет с лососем под соусом бешамель. Живо!
– Конечно! – стиснула зубы, сжав кулак. – Сейчас принесу рулет! О да, всенепременно! Рулет лучше сока… это точно.
Он будет шикарно смотреться на вашей голове, Ваше Величество!
Выхватываю у официанта целый поднос этих проклятых рулетов, тот аж вздрагивает, быстрым, яростным шагом семеню обратно к Абрамову, зло стискивая ручки подноса.
Я больше терпеть не стану! Пусть хоть миллиард штрафов мне выпишет! Но этот поднос сегодня сто процентов окажется у него на голове. Да пошёл он к чёрту! Как же бесит!
Теперь Марк стоит ко мне спиной, деловито распыляясь перед двумя длинноногими красотками. Он что-то самодовольно им рассказывает, важно выпятив грудь, а я приближаюсь, считая секунды до начала апокалипсиса.
3…
2…
1…
Бах!
Застываю на месте, задержав дыхание. Позади меня слышатся какие-то крики, череда ударов, звон стекла, свидетельствующие о серьёзной заварушке.
Поднос у меня в руке, рулеты на месте, а Абрамов отвлекается, повернув голову в сторону шума, как раз в тот момент, когда к нему подбежал представитель его свиты.
– Марк, у нас проблема!
Меня охватывает лавиной страха, когда я вижу, как он за секунду меняется в лице. Оно у него становится холодное, как сталь, до жути опасное… Мощные кулаки сжимаются, пиджак натягивается до треска в широких, размашистых плечах. Глаза мрачеют, заставлял всех отступить на шаг назад.
– Он здесь!
– Сука…
Все забегали, кто-то задел меня плечом, выбив поднос – всё его содержимое разлетелось по полу.
Это провал…
Я расстроенно вздохнула, глядя на объедки, которые должны были красиво свисать с ушей гада, почти расплакалась. Ну что ж так не везёт!
– Кто здесь? – остановила одну из девушек, что бежала с потоком толпы в сторону банкетных столов, расположенных у выхода в сад.
– Он! – тычет пальцем куда-то в сторону, едва шевеля языком. – Сводный брат Марка! Со своими дружками…
Что-то с грохотом опять упало, разбившись в щепки, заставляя меня вздрогнуть, рефлекторно пригнуться.
Когда толпа немного рассосалась, я увидела всё воочию. Пока еще не понимала о чём толком идет речь! Но увидела кучу мусора, битой посуды и пьяных парней, что махали друг с другом кулаками.
Главный зачинщик погрома с кривой усмешкой наблюдал за шоу. Это был незнакомый мне парень со светлыми волосами, и он, широко раскрыв ноги, сидел на корточках прямо на одном банкетном столе, затягиваясь сигареткой.
Сводный брат?
У Марка есть сводный брат?
Глава 20
Маша
Я узнала об этом только сейчас.
Судя по всему, он ещё большее чудовище…
Ворвался на торжественный вечер, устроил здесь драку, теперь с превеликим удовольствием за этим наблюдает.
Высокий. Крепкий. В меру подкачанный. Более худощавый, нежели Марк, но не менее наглый.
У него светлые непослушные волосы, небрежно торчащие в разные стороны, выразительные синие глаза, правильные черты лица, с острыми скулами…
В общем он – полная противоположность Марку. На нём косуха с заклёпками, рваные джинсы, что заправленные в высокие кожаные ботинки на шнуровке.
– Ты… – Марк буквально рычит, оказываясь напротив блондина. Массивная грудь ходит ходуном, тело напоминает бычье, треща от напряжения в титановых мышцах.
– Я же сказал, что мы скоро встретимся, – демонстрирует пренебрежительное ухмылку.
– Убирайся!
– Ух как грубо, – цокает языком, качая головой, – я тоже хочу развлечься! – щелчком пальцев выбрасывает бычок и медленно поднимается на ноги, исподлобья глядя на Абрамова. Теперь он возвышается над всеми присутствующими, продолжая стоять на столе в массивных ботинках, глядя на всех свысока.
Битая посуда хрустит под подошвой, дорогие блюда теперь отправятся на помойку, мерзавец продолжает по ним топтаться.
Ну что за свинья?
Они совсем уже без совести, мажорики?
– Я бросаю тебе вызов, братик!
– Пошёл нахер!
Смеётся.
И вот тут-то арктические льды находят меня. Вонзаются под кожу хуже лезвий, заставляя обхватить плечи руками. Вздрогнуть. Побледнеть. Сделать один шаг назад…
– Кто такая? Красотка…
Сводный брат Марка спрыгивает со стола с грацией хищника, подходит ко мне, и… касается костяшками пальцев щеки. Медленно проводит.
Я закрываю глаза, просто молюсь, чтобы этот день немедленно закончился.
– Я возьму её? Одолжу на время, м? И обещаю, что мы с парнями прямо сейчас уберёмся, больше не будем портить столь замечательный вечер.
– Руки от нее убрал или в жопу тебе их засуну!
Марк грубо отпихнул брата, встав между нами стеной, излучающей ярость и жар. Схватил меня за запястье, с такой силой сжал, что кисть онемела, а он даже не заметил.
– Ты испугался? – как будто произошло озарение в глубине синих льдов. – Давай спор на неё? Гонка! Только ты и я… Главное кольцо города. Прямо сейчас! Выиграю я – забираю твою тёлку! Выиграешь ты… Я отдам тебе свою.
Щелкает пальцами. К нему подводят незнакомую девушку с пышными рыжими волосами в обтягивающей красной мини и коротеньком топе.
– Огненная бестия. Любишь рыженьких? В постели ураган!
– Марк, Марк, Марк! – хором гудит толпа, подначивая Абрамова согласится на опасный заезд.
– Для тебя это плохо закончится… Не боишься проиграть?
Издаёт высокомерный смешок.
– Сегодня мой день, я уверен, что победа за мной!
– Выигрываю я – ты идёшь нахуй со своими дебилоидами и навсегда оставляешь Премиум в покое!
– Ключи от байка с собой? – кривая усмешка с его лица ни на миг не сходит.
Марк молча поворачивается спиной к сводному, наконец отпуская мою пульсирующую руку. Неожиданно блондин добавляет:
– Девки едут с нами!
– Нет! Ты слишком многое о себе возомнил! Ты на моей территории, как смеешь командовать?!
– Смотрите все, Абрамов ссыкун! Видели, а?
По толпе пронесся гул…
– Заткнись! – схватил его за шкирку, тряхнув. – Так жаждешь позора?! Ты его получишь.
Не успела опомниться, как оказалась на парковке, притянутая туда Марком, а передо мной его мощный железный монстр.
– М-м-Марк, я это…
Боюсь!
Хотела выкрикнуть, но челюсти свело от страха, да и тело стало будто не моим, скованное страхом и острым притоком адреналина.
Что происходит?
Г-г-гонка?
Нелегальная гонка, так ещё и я – её участник?
– Поехали! – запрыгивает на байк, вставляя ключ в зажигание.
Всё ещё могу пошевелиться. Голова кругом, а на языке разлился вкус опасности…
– Что застыла, новенькая? – я заметила, что голос Марка дрогнул, а он был явно озабочен всем происходящим. Возможно даже взволнован?
Он насильно суёт мне в руки свой шлем и велит садиться с ним рядом. Кое-как выполняю это действие, ибо толпа, стоявшая позади, буквально сходит с ума в преддверии зрелища. Они точно не позволят мне сбежать… Могут поколотить толпой за неповиновение! Единственный выход уйти отсюда – только байк.
– Держись за меня! Чтобы не случилось не размыкай руки, поняла?
Хватает мои дрожащие запястья, заставляет обернуть руки вокруг его талии. С силой их сжимает на своём животе, накрывая ладонью. Какая она горячая… Обжигает за миг.
– Поехали…
* * *– Гонка! Гонка! Гонка! – скандирует толпа, когда два агрессивных чёрных байка подкатывают к линии так называемого старта.
Сильней впиваюсь в рубашку Марка, будто до дыр сейчас порву, мои пальцы одеревенели, я их вообще не чувствую. Кровь шумит в ушах и сердце грохочет как у загнанного зайца. Я не хочу умира-а-ать!
– Волнуешься, новенькая? – с лёгкой, непринуждённой улыбкой бросает Абрамов через плечо.
В отличие от меня, Марк ведёт себя как ни в чём не бывало, словно мы в магазин за хлебом едем, а не собираемся нарушить закон, ввязавшись в опасную игру не на жизнь, а на смерть.
– А т-ты как д-думаешь, – зуб на зуб не попадает. – Я никогда не каталась на мотоциклах, всегда обходила стороной этих рычащих чудовищ из металла!
Хмыкает.
– Всё когда-то случается впервые.
Глупости такие говорит… Как он может быть сейчас таким спокойным? Не привыкать, видимо. Нелегальные гонки у элиты в порядке вещей.
– Кстати, раз мы заговорили про первый раз, ты девственница?
Я чуть не прокусила собственный язык.
– Бензина, что ли, надышался? Нашёл время спрашивать.
Мужики как всегда в своём репертуаре, мы можем запросто попасть в аварию, возможно это наши последние минуты жизни, а он только о сексе и думает. Козёл!
Невольно поворачиваю голову сторону и вижу нашего соперника – он высокий, коренастый, уверенный в себе и тоже жутко плохой. На голове абсолютный беспорядок, белые пряди, выбившиеся из непослушной причёски, упали на глаза.
Незнакомец постоянно держит руку на педали и газует, будто пытаясь запугать соперника. Его байк чёрный, но с красными полосками, на самом видном месте почётно выбита надпись дорого спортивного бренда. У Марка похожая модель, только дизайн в чёрно-белых тонах.
Байк выглядит новеньким.
За ним, обвивая его талию, сидит рыженькая девушка – та самая, которую обещали Марку в случае победы. Интересно, если он выиграет, он правда возьмёт её себе?
А я… Получу свободу?
Бред. Зачем я об этом думаю? Даже если это будет так, мне же лучше.
– Как его имя?
– Денис, – недовольно рыкает Абрамов.
– И он твой сводный брат? Ваши родители вместе живут?
– Что, он тебе понравился? Трусы уже мокрые?
Убью его.
Если мы выживем, я сама его прикончу! Клянусь!
Марк Абрамов опять втянул меня в неприятности.
Там, где он, всегда творится полное безумие.
– Не бойся, новенькая, – зачем-то произносит Марк за считанные секунды до старта.
– А что будет если, ли ты не выиграешь?
– Придётся нам вместе отправиться на тот свет, – агрессивно поддаёт газу.
– Что?!!!
– Да, только так! Потому что я тебя ему ни за что не отдам. Или мы выигрываем, или…
– Аааа! Ты просто… Псих, псих, псих!
Дьявольский, смех смешивается с рокотом мотора. На дорогу выходит изящная красотка на высоких шпильках в ультракороткой юбке и блестящем лифчике.
– Готовы?
Парни синхронно кивают, я успеваю хапнуть губами глоток жаркого воздуха, прежде, чем два мощных зверя сорвутся с места подняв за собой столб пыли и свист толпы.
Красотка, усмехнувшись, дёргает за верёвочки лифчика и срывает его с себя, бросив на асфальт.