Темный бог вечности. Червивое яблоко 2
- -
- 100%
- +
– Блефует, крыска, – сказала Эни и презрительно повела носом.
– А ты проверь, фря. Вперед! Кстати, интересуюсь спросить, как тебя обслуживают твои подпорки, попеременно или оба-вдвоем? Если вместе, то тебе еще одного не хватает для полноты ощущений. Рекомендую с полным знанием дела.
– Стойте, стойте, – торопливо вмешался Фетмен. – Только не надо горячиться, обзываться и все такое. Не надо это… неконструктивно оскорблять. Про какой-такой вариант вы там сейчас говорили?
– Совсем другой разговор. – Ана удовлетворенно покивала головой. – Скажите, господин экс-санатор, у вас, конечно же, есть контакты с кем-нибудь из свиты Координатора по делам колоний?
– Естественно. Я хорошо знаю кое-кого из окружения его Советников от информации и теологии. И я не экс…
– Вот и чудненько, – бесцеремонно перебила оконтакторенная преступница. – Я внимательно выслушала запись переговоров азерского Совета со Старой Дамой, и последний этого Совета меморандум тоже, благо таксеры тут у вас орали, как припадочные. И крысе ясно, что поражение потерпели не Компании и даже не Координатор, потерпела поражение Империя. Пусть реально комты полуколониальной Азеры раздолбали гвардию Компаний, но как они ее раздолбали! В присутствии господина Верховного Координатора Империи именно по делам колоний… в истинном теле, заметьте, да еще во главе огромного космофлота. С таким поражением господин Координатор смирится вряд ли. Все враги Азерски сейчас автоматически становятся его естественными союзниками. И особенно ценны для него будут коренные азерцы, прежде всего Вы, господин Фетмен, да-да, именно Вы как глава законного правительства планеты в изгнании.
Фетмен охнул. Впрочем, речь оконтакторенной воровки произвела огромное впечатление на всех присутствующих, исключая, разве что, господ гвардейских офицеров. Воровка, конечно же, заметила это и с довольным видом помахала рукой.
– Обойдемся без аплодисментов. Лучше я продолжу. Пригожусь ему и я. Да, я тоже. Преступления, за которые меня посадили, были направлены против Старой Дамы и только. Глупая я тогда была. Думала, если обчищу Гнездо, то мне не только не попадет, а властями нашими азерскими еще и зачтется во благо, спасибо скажут… экая наивность. Наши правители – простите, господин Координатор, но это правда – не способны видеть дальше собственного носа. Да и вообще, воровать собственность хоть у государства, хоть друг у друга, у нас дозволено только собственникам, а когда на нее покушается кто-нибудь посторонний – все распри побоку, тушите свет и ату его! Что касается Рекса Азерски, я ненавижу его всеми фибрами души. С какой стати одним все от пуза, и талантов, и денег, и титулов, а уж морда лица… тонут, можно сказать, в благах жизни и захлебываются, а другим если и хрен, то собачий? Красавчик, с-сволочь, и сноб и весь из себя мачо, простая девушка хоть из платья выпрыгни – взглядом не одарит… Не-ет, господа, я еще контакторы золотые буду из него, связанного, вилкой по живому выковыривать!
– А почему вилкой? – оживился вдруг Фетмен. Все прочие тоже оживились, и уставились на нее с явным и неподдельным интересом.
– Ну, как… – растерялась преступница. – Что значит, почему?.. Потому!
Окружающее общество взирало на нее по-прежнему с почтительным уважением, правда, теперь уже не без доли некоторой разочарованности. Саму же Ану вопрос Фетмена выбил из колеи настолько, что ей потребовалось сделать над собой заметное усилие, чтобы вернуться к прерванной мысли.
– Да. Непременно вилкой, потому что, так сказать, вот именно… о чем это я… а-а, ага. Короче, я сейчас через старнет пролезу на инфор кого-нибудь из ваших друзей, что служат у советника от теологии. Насколько я понимаю, именно Теолог занимается у господина Координатора внутренней безопасностью? Эй, командор-санатор, я права?.. вот видите. – Небрежным мановением руки она отмела возможные возражения. – С вашего корабельного компьютера сумею влезть в любой инфор, не сомневайтесь, компьютер – прелесть что такое, да и хакер я от бога, вы такого еще и не видывали, ручаюсь. Я предложу сэру Советнику услуги человека, знающего азерские условия изнутри, человека, имеющего на планете агентурную сеть, да еще и обладающего легитимными правами на власть, ваши услуги, господин Верховный Санатор. Я все представлю так, что Вас немедленно свяжут с Советником, и Вы договоритесь об аудиенции. На аудиенцию возьмете с собой меня. Да-да-да, возьмете, и не машите на меня своими лапками, не перебивайте меня. Вы человек из совсем другой властной вертикали, вы санатор, а не колониалист. Я гораздо лучше Вас ориентируюсь в ваших достоинствах, которые могут заинтересовать сэра Советника, так что взять меня с собой в Ваших же интересах. Я гораздо лучше сумею ему разъяснить все твои несравненные достоинства, жирный, так что не возникай. У меня ты пойдешь не как личность, а как структура, это много клевее, если Вы, сэр, не верите мне, спросите у своей лакейши – подстилки – жабы – гоблинши, она подтвердит. Ведь подтвердишь, рыло?.. Вот видите, подтверждает… что совсем не отменяет моего требования о твоем добровольном заточении, харя биопья, не надейся. Береженого, знаешь ли, и звезды берегут. Что касается интересов господина командор-санатора, то он у нас пойдет по ведомству мужественных спасателей. Сэр командор-санатор вырвал из лап озверелых мятежников и разъяренной толпы одного из Координаторов Азеры, и так далее. С риском для жизни, заметьте, вот оно как. А это тянет на внеочередное повышение в чине, медальку какую-нибудь дадут, и все такое. О том, что тут происходило в действительности, все участники, включая меня, будут помалкивать в тряпочку, исходя из собственных шкурных интересов. Мои интересы вам понятны, господа?.. Ну, я прямо тащусь с вашей вменяемости. В таком случае Вы, господин… Фетмен со своей помесью гоблина с гориллой будете у нас уже не трусами, бросившими планету в решительный момент. Вы, господа, будете героический арьергард героически отступающей героически разбитой героической армии… ладно-ладно, гоблинша, труса в твой адрес я беру назад. Ультиматум принимается?.. тогда за дело, друзья и сподвижники, за дело, то есть, по камерам! Впрочем, у нас осталось одно мутное место непроясненное. Кто-нибудь понимает, в чем интерес этой крыски? – Ана ткнула пальцем в Эни Боди. – Эй, грымза, убеди меня по-быстрому, что наши интересы совпадают, а то ведь и жеребцы твои тебе не помогут.
– Камеры отменяются, – отрывисто сказала Эни Боди. – Пальцем тебя с этого момента никто не тронет… корова… пока я буду тобой довольна. Так что браваду свою, хоть она в твоем положении и понятна, кончай сиюжеминутно, чтоб я больше ничего такого… заткнись, одним словом.
Выдержав для внушительности паузу, Эни обвела всех присутствующих строгим взглядом, зафиксировала оный на лице Фетмена и продолжала тоном максимальной официальности:
– Поскольку преступление данной подсанационной было экономическим и, следовательно, подпадающим под мою, как эмиссара Компаний, юрисдикцию, объявляю ей это… как его… полную амнистию и беру к себе на службу. Борцов с тиранией клана Азерских надо награждать, а не наказывать. Это просто позор, что эмиссару Компаний только то и приходилось делать на планете, что исправлять преступные недальновидности оной планеты, управленцев. А то и вообще прямые судебные ошибки. Как в этом случае, например.
Все вокруг ошарашено молчали.
– Ты, как там тебя… слушай мой первый приказ. Сейчас ты немедленно выйдешь на связь с эскадрой, и не с какими-то там паршивыми лакеями Советника от теологии, а с самим сэром Координатором…
Взорвись в рубке бомба, эффект не был бы более ошеломляющим.
– Сумеешь войти в инфор его Ответственного секретаря?.. Вот и прекрасно. Вызов сделаешь от моего имени личный и конфиденциальный. Кстати сказать, – Эни Боди сладко улыбнулась окружающим, наслаждаясь всеобщей оторопью и ужасом, – приказывать я вам всем не могу… пока… но совет все-таки дам. На время моего с Его имперским сиятельством сэром Координатором контакта выметайтесь-ка отсюда все к чертовой матери. Чтобы духу ничьего в рубке не было для вашей же пользы. Подождите снаружи за портальной мембраной. Закрытой, естественно. И подслушивать настоятельно не рекомендую… нет, если, конечно, кому-то жить надоело, тогда – вперед.
Сердце Аны дало длинный-предлинный сладкий сбой. Наконец-то… Наконец! Наконец ей удалось ухватить фортуну за хвост. Очищение от всех грехов, полная легальность, да еще и выход на самый верх… конечно, ты будешь мною довольна, очень довольна, с-сучка, а там посмотрим. Как говорится, протеин не боги жарят. Как интуитивистка-то я буду посильнее тебя. Это верняк, какие могут быть сомнения? И то сказать – тебе бы мои испытания, санаторий бы тебе, камеру смертников, Рибартон, корабль, набитый скрыплами под завязку. Чтобы несло корабль черт знает куда, ты сидела бы в обесточенной рубке одна-одинешенька, а скрыплы за решетками воздуховодов скреблись бы. Вот тогда бы ты и узнала, как он обретается, интуитивизм этот самый, и что такое боль в спине.
– Приступать? – со всей возможной почтительностью спросила она. Эни с подчеркнутым недоумением вздернула бровь: как, мол, ты еще не?.. и выжидающе повернулась к окружающим.
Какое-то время в рубке стояла мертвая тишина. Потом с размеренностью кузнечного молота в металлический пол рубки ударили тяжелые биопьи ботфорты. Лейтенант-биопша, как бы подавая пример окружению, покидала рум церемониальным шагом, вскинув руку к голове в издевательском приветствии. Ана осторожно покосилась на свою новую шефиню. Эни Боди смотрела в спины выходящим и брезгливо кривила губы. "Ничегошеньки ты обо мне не знаешь… и это так здорово!" – думала Ана. И это, в самом деле, было "здорово" для нее, хотя другие люди вряд ли согласились бы разделить с нею этот восторг. Дело в том, что операция по вживлению контакторов отнюдь не окончилась для нее "вполне благополучно". Она превратила девушку в маниакальную убийцу на сексуальной почве, безжалостную, беспощадную и, благодаря контакторам, настолько хитрую, что Ана за все это время ни разу даже не попала под подозрение.
5
– Ну, опять пошла нудятина: – раздраженно взвыл Генеральный акционер. – "Сэры, историю надо знать! Сэры, историю надо изучать!"
Координатор тонко улыбнулся.
– Правильно. Надо. Потому что все уже на свете было, и не по одному разу. А победить Азерского можно только одним способом, если заранее знать, что он только еще собирается предвидеть. Когда я говорю" время это деньги", что я имею в виду? Если время может быть обращено в деньги, то и обратный процесс тоже очень даже осуществим. У нас весьма мало времени, но зато весьма много денег. И это радует. Фишка вся в том, что наши цели уже определились. Ломать головы над ними не надо. Так что особая быстрота соображения на нынешнем этапе нам вовсе даже и ни к чему. Можем обойтись и без контакторов. Пока. А целей у нас три. Основная совершенно понятна. Нашим историческим долгом перед Империей и галактическим как бы это сказать… э-э … одним словом, необходимо немедля перестроить властные вертикали и встать во главе. Две другие цели, хотя они, вроде бы, и вспомогательные по отношению к этой главной, сейчас выходят на первый план. Во всяком случае, без их решения переворот в Империи неосуществим. Прежде всего, Азерски. Если мы решим этот вопрос сейчас, то и Свободные миры, и инты как сообщество потенциальных противников, лишатся лидера еще до того, как они этим лидером обзаведутся. Определив для себя эту задачу в качестве приоритетной, мы можем обрушить на мерзавца весь интеллектуальный потенциал Империи. С суммарным интеллектуальным потенциалом и десятку Азерских не справиться, а он пока что у нас один, сэры. Вторая задача, это наш собственный интеллектуальный потенциал. Личный, так сказать. Мы должны стать интами как можно скорее и, заметьте себе, безболезненно и без особых усилий. Я имею в виду – личных усилий.
– Ну и ну! Это Вы – да! Это Вы – конечно! "со всей возможной язвительностью воскликнул Генеральный акционер, – как это оушены рапанусы фьютят, дайте вспомнить… ага!.. "Трахнуть нам бы хорошо бы элефанта пребольшого, и неважно, кто он, мальчик или девочка!" Даете, коллега. Уж настолько-то мы и сами в проблеме разбираемся.
Генеральный акционер повернулся за поддержкой к санатору, но тот лишь отрицательно покачал головой.
– Нет-нет. Дайте ему договорить. Я полагаю… словом, ему есть что сказать и предложить по этой части. Господин Координатор никогда не кладет все яйца в одну корзину. Что бы он ни делал, у него всегда есть запасной вариант, и не один. – Санатор повернулся к Координатору. – Эти выводы, сэр, о которых Вы говорили… Вы решили форсировать свои запасные варианты?.. Который?.. Продолжайте, сэр, продолжайте.
Координатор несколько мгновений пристально смотрел ему в лицо. Санатор невозмутимо и благожелательно улыбался. Насторожившийся и внутренне подобравшийся Генеральный акционер внимательно и не менее пристально рассматривал обоих своих собеседников, медленно переводя взгляд с одного на другого.
– Хотел бы я знать, кто из моих людей на вас работает, – прервал Координатор затянувшееся молчание. Санатор мягко и медленно развел в стороны руки, пошевелил сарделькообразными волосатыми пальцами и, скромничая, поднял к потолку рума взгляд своих маленьких заплывших жиром поросячьих глаз.
– Ладно-ладно, – продолжал Координатор. – Считайте, что я не задавал никаких вопросов. Только проследите, чтобы доклады обо всех этих делах ложились на стол Вашего шефа разумно препарированными. Учтите, что это… э-э… в ваших собственных интересах.
– Уважаемые, – желчно заявил Генеральный акционер, – может быть, вы и меня тоже, так сказать, введете в курс дела? А то мне как-то надоело, знаете ли, единственному в руме тупо хлопать глазами. Маленькие частные тайны, как известно, рождают ба-альшое общее недоверие.
– Сэры, – тихо, но как-то по-особенному внушительно заговорил Координатор, – смотрите, что происходит. Мы уже говорим о недоверии друг другу. А ведь совместная работа только начинается, и цена ее невероятно высока. Один из нас дает понять остальным, что весьма пристально следит за ними… хотя и без того ясно, что это входит в его профессиональные обязанности. Правда, в этом случае результаты своих наблюдений он должен был бы выкладывать на общий стол. Второй показывает остальным, что ни на грош им не доверяет. И оба они при этом только и делают, что мешают третьему сообщить им, что именно он уже предпринял для общей пользы тройственного союза.
– Вы ждете, что я сейчас тут начну от раскаянья корчиться и плакать и волосики драть со стыда? – фыркнул Генеральный акционер. – Не дождетесь. Деловая элита, может, тоже глупеет из поколения в поколение, но наивных людей в ней нет. Они у нас не выживают.
Координатор впервые за время разговора проявил признаки раздражения.
– Не переборщите со своим недоверием, уважаемый сэр. Это все может кончиться очень плохо, и если бы только для Вас лично… Ваше положение в триумвирате центральное, ключевое. От Вас зависит многое, если не все. В самом ближайшем будущем мы должны будем действовать быстро, не раздумывая, а делать это, не доверяя союзникам… ну, я даже и не знаю…
– Он прав, – вмешался Санатор и дружески пихнул Генерального акционера локтем в бок. – Не мешайте ему рассказывать.
– Во время прошлой нашей встречи мы наметили программу неотложных действий для подготовки к акции захвата власти, – ядовито продолжал Координатор. – Сэр Генеральный акционер должен был заняться организацией соответствующего фонда… э-э… денег потребуется немерено, сэры, уверяю вас. Вы, сэр Санатор, должны были заняться консолидацией под нашими знаменами имперской санации и вооруженных сил Империи, а я должен был заняться разработкой концепции проекта в целом, его детализацией и, естественно, информационно – идеологическим обеспечением… Заметьте, я не подвергаю сомнениям ваши действия, сэры. Я вам вполне доверяю и уверен, что вы делаете для общего дела все, что возможно, и даже больше. Было бы смешно, если бы я, человек ни бельмеса не понимающий в военном деле, начал указывать Вам, сэр Санатор, как надлежит обеспечивать переворот в военном и санационном плане… или Вам, сэр Генеральный акционер, предписывать действия в финансовой сфере. Но, сэры, – Координатор значительно поднял вверх указательный палец и внимательно оглядел собеседников, – я действительно никогда не кладу все яйца в одну корзину, тут сэр Санатор полностью прав. Я стараюсь предвидеть возможные осложнения в будущем и предупредить нежелательное развитие событий.
– Фонд создан, и он непрерывно пополняется, – заволновался Генеральный акционер. – Вы себе не представляете, насколько популярны идеи перестройки Империи в деловых кругах, но люди бизнеса – народ осторожный. Они хотят иметь гарантии… они хотят приглядеться… они хотят…
– Да и в армии дела идут неплохо, – возмутился Заместитель Верховного санатора. – Вы не можете этого не признавать. Почти три четверти космофлотов империи уже на нашей стороне – по крайней мере, потенциально. В санации дела идут несколько… м-да, но, сами понимаете, сэры, тут мы должны быть предельно… так сказать…
– Сэры, сэры, я-то никого ни в чем не обвиняю, я всего лишь… э-э… отвечаю на обвинения. Сэр Санатор, как ему и полагается по статусу, разумеется, прав. Будь иначе, он как профессионал никуда бы не годился… Вы просто поразили меня сегодня, сэр Санатор. Вот так, походя, выдавать тексты… э-э… чуть ли не рекламной поэтической силы… "корзины с яйцами", с ума сойти… ну да ладно об этом. Ближе к делу, сэры, и побольше конструктива. Итак, мы с вами уже уяснили для себя, что, не решив проблемы нейтрализации интов и Азерски, мы не справимся с поставленной задачей. Но весь наш разговор буквально тычет нас носом еще в одну проблему. Нашу с вами проблему, решить которую мы обязаны прежде всего, иначе незачем с переворотом и затеваться. Мы должны обеспечить себе интуитивизм, молодость, здоровье. Это фундамент. – Координатор замолчал, значительно глядя на собеседников. Собеседники тоже молчали.
– Насущная необходимость в интуитивизме и прочих, как бы сказать… э-э… телесных благах была мною осознана давно. Именно эти работы оказались продвинутыми наиболее далеко. В итоге, как выяснилось, готового решения у меня пока "увы". Но кое-какие наработки имеются, я непременно их вам изложу. Идея была в том, чтобы создать некую комбинацию из сознания одного человека и тела с подсознанием другого. Понимаете? Что-то наподобие фантома, но на реальном живом биологическом носителе вместо псевдотела. То есть берется фант человека, как для фантома, потом под этот фант подгоняется молодое, здоровое, крепкое тело. Тело это, разумеется, предварительно препарируется. Появляется возможность замены старого, больного, изношенного или просто плохо функционирующего тела. Причины могут быть разными. Вы понимаете?
– Что значит, препарируется? – удивился Генеральный акционер.
– Сознание из него выскребается, – нетерпеливо перебил санатор, – неужто невдомек?
– Начисто? – изумился Генеральный акционер. – Но это же убийст… ага… ясно, ясненько, очень многое становится понятным… Можно, значит, подобрать тело с контакторами, тело вполне себе даже готового инта…
– Какое такое убийство! – шумно веселился Санатор, глядя на финансиста со снисходительным превосходством. – Юриспруденция тысячелетия стоит на принципе, что убийство – это когда вы видите перед собой труп. А где туточки труп? Нету! Значит, и убийства нету. Это, если хотите, всего-навсего что-то вроде аборта.
Генеральный акционер дернул в его сторону носом и сказал, обращаясь подчеркнуто лишь к Координатору:
– Но почему Вы так уверены, что интуитивизм – функция телесная, а не функция сознания, не душевная функция?
– Приятно иметь дело с умными людьми, – улыбнулся Координатор. – Они зрят в корень, и если спрашивают, то… э-э… Это радует. Все дело в том, что вначале было именно тело, факт этот непреложный. Сознание, "слово" – логос, если хотите – появилось позже, много позже. А вот насчет того, что сознание первично, материя вторична, так это для быдла. Чтобы возлюбили Господа больше собственных сопливых чадушек со слюнявыми матушками, козлы, не-то по морде, по морде… Владыки мира категорически не должны принимать всерьез собственную конъюнктурную риторику, а то бывали в истории примеры, и все они плохо кончались. Но у первичности материи есть и другая, оборотная сторона, из-за которой, к сожалению, использование чужих, донорских тел есть путь, имеющий побочные всяческие… э-э… побочности. Чужое тело влияет на фант даже еще больше, чем всякие биомеханические замещения, и это может не понравиться Вам как заказчику. Заказчики желают оставаться сами собой. В смысле – личностями, полностью адекватными прежним. Даже транслюдия или постлюдия – это не для нас, в смысле, не для них.
–Что-что? – Генеральный акционер с недоумением воззрился на собеседников. – Что это еще за …людии или как там их?
– Это яйцеголовые называют видоизмененных людей транс- или постлюдьми, – с наслаждением пояснил Санатор. – У которых часть систем жизнеобеспечения разрушилась при стирании фанта и теперь замещена биомеханической или биоэлектронной.
– Киборги, что ли?
– Да нет! – киборги вообще не люди, от человека там уже ничего, кроме мозга, не осталось. А эти еще люди, хотя и полу… зато у них всякие там возможности. Стрелять могут из себя или газами травить, и все такое. В общем, сверхчеловеки, так сказать, но при этом, увы, только в ограниченном смысле, так как неполноценные. К сожалению.
Координатор некоторое время предельно тяжелым взглядом в упор глядел на Санатора, с наслаждением рассматривавшего потолок. Молчание затянулось. Наконец, Координатор вздохнул и продолжил.
– Так что основной упор мы сейчас делаем на работу по использованию клонированных тел. Я намерен использовать именно клонов для превращения нас с вами, сэры, в людей оконтакторенных, и не просто оконтакторенных, но уже готовых, зрелых интов, в гомо супер, сэры!
– Но, позвольте, – удивился Генеральный акционер, – постлюдия, хренлюдия… насколько мне известно, клоны – существа крайне нежизнеспособные. Помнится, яйцеголовые объясняли мне причины. Дело в том, что клон создается сразу взрослым. Он не жил. У него ни одна мышца не двигалась. Все рыхлое, сырое, как у цыпленка бройлера. Сплошная вода. И с иммунитетом дело швах, потому как ни один микроб или вирус какой завалящий к нему отродясь доступа не имел. Это даже хуже, чем бройлер.
– Вот над этим сейчас и работают в одной из его лабораторий, – сэр Заместитель Верховного санатора с тонкой улыбкой ткнул пальцем в Координатора. – Обо всем таком он и рвется нам рассказать, а Вы вмешиваетесь и не даете.
– Ничего-то от нашей санации не скроешь, – рассмеялся Координатор, и в смехе его ощутилось некое странное облегчение.
– А не в том ли тут дело… поправьте меня, если ошибаюсь, – сказал Генеральный акционер, сочась и даже истекая сарказмом, – что Рекс Азерски умудрился внести коррективы и в эту сторону Вашей деятельности? Я имею в виду, что он отбил у Вас всякую охоту завладеть его телом. Тогда. На конвертоплане по пути с Райны на Азеру. Кто там у Вас обеспечивал операцию, молодой Гольденцвикс, кажется? Кстати, юный барон куда-то пропал… неужто Вы на него настолько обиделись?
Генеральный акционер несколько долгих секунд наслаждался видом своих компаньонов. Да и было чем, вид у обоих был основательно растерянным: "и ты тоже? " – явственно читалось в глазах санатора; выражение физиономии Координатора было, пожалуй, аналогичным, разве что слово "тоже" следовало бы заменить на "туда же".
– Нет, – тихо сказал Координатор. – Все далеко не так просто и примитивно. Я, знаете ли, дорожу своей личностью, единственной и неповторимой. Исследования показывают, что… словом, ни в одном из экспериментов с реальными, так сказать, объектами не удалось сохранить личность реципиента в неизменности. В итоге всегда получался совершенно другой, новый человек. Абсолютно новый. Причем, из одной и той же исходной личности получались новые, абсолютно непохожие ни на прототипа, ни друг на друга. Они оказывались различны по всем параметрам – моторике тела, темпераменту и даже жизненным установкам, некоторые из них не только полностью отвергали инсталлированную в тело личность, но и отторгали ее как инородное тело. А мои яйцеголовые старались, уверяю вас. Очень старались. Повторяю, я дорожу своей личностью. Думаю, что и вы оба тоже. Единственный приемлемый для нас с вами путь – отсутствие в донорском теле вообще какой-либо личности, то есть клонбоди. Именно благодаря исходной своей рыхлой слабости клонтело влиять на инсталлируемый в него фант не должно. Клон принимает инсталлируемую в него личность как единый управляющий пакет программ, который надо только настроить и согласовать. Это вроде как наподобие компьютера и периферийных устройств. В работе с клонами у меня, правда, после первых впечатляющих успехов возникли некоторые… э-э… замедления. Похоже, яйцеголовая верхушка этой зоны Проекта полностью выработала свой потенциал, а отработанный материал во главе такого дела … ну, в общем, изменения некоторые там у меня назрели. Так что надеюсь на серьезные подвижки в самое ближайшее время. Что касается юного барона Гольденцвикса, то он сейчас как раз в этом направлении и трудится.