Без нотаций. О'кей?

6

На следующий день Мирослава приехала в офис в начале десятого. Даниил сидел за рабочим столом и внимательно что-то читал.

– Доброе утро! – поздоровалась Мирослава и приветливо улыбнулась молодому человеку.

– Здравствуйте, Мирослава Александровна!

– Руководство в переговорной?

Мирослава прекрасно знала, что в это время Дмитрий Петрович на каком-нибудь судебном заседании или важной встрече. А Виктор Игоревич приезжает в офис обычно не раньше десяти часов – далеко живет; всегда попадает в пробки, если только не выедет из дому часиков в шесть утра.

– Я не видел, – ответил Даниил. – Когда пришел в офис, в половину девятого, здесь были стажеры и Оксана Валерьевна. Максим и Руслан ушли сразу же, а Оксана Валерьевна чуть-чуть побыла и тоже ушла.

– Понятно.

Мирослава прошла к переговорной и заглянула туда. Так и есть – комната пустая. «Значит, – подумала она, – мы с ученым мужем вдвоем. Что ж, у меня есть минут сорок, чтобы наладить связь».

На рабочем столе Мирославы лежала копия материалов гражданского дела.

– Хотите почитать, – она взяла в руки листы дела. – Вчера подшила копию решения суда. Кстати, в нашу пользу. Ждем, когда вступит в силу.

– С удовольствием, – отозвался Даниил, глянул на Мирославу, искренне улыбнулся и заинтересованно спросил: – А предмет иска?

– Определяли место жительство ребенка, – обрадовалась Мирослава успешному началу. – Если коротко, мать с отцом развелись. Сын остался с матерью. Жил с ней пятнадцать лет. Потом мать вышла замуж за итальянца и решила переехать в Италию вместе с сыном. А отец, – Мирослава развела руками, – разрешение на это не дал. Вот и судились.

– Интересное дело. Можно прямо сейчас почитать?

– Конечно, – сказала Мира и додумала: «Похоже, мы сработаемся».

Даниил подошел к столу Мирославы, взял материалы дела и вернулся на место, жадно перелистывая страницу за страницей.

Пока молодой практик изучал иск, возражения, протоколы и прочие процессуальные документы, Мирослава поговорила по телефону с друзьями из Росреестра – вопрос, не продал ли Леонид имущество за бесценок, чтобы не делится с Кристиной, не давал ей покоя с самого утра.

Пару звонков и все операции с недвижимостью, которые Леонид провел за последние полгода, в кармане Мирославы – ей по большому-большому секрету прислали информацию на почту.

– Ах ты, сукин сын! – пробормотала Мирослава, прочитав письмо. Этот лис покупал и за копейки продавал недвижимость некому господину Некрасову. «Выходит, – подумала Мира, – квартира, дача и машина, которые он щедро отдает Кристине, всего лишь косточка».

– Нет уж, Лёня, не бывать этому! – прибавила Мирослава вслух.

– Что вы говорите? – спросил Даниил, оторвавшись от изучения материалов дела.

– Я сама с собой. У меня такое бывает, – ответила Мирослава. Она еще не придумала коварный план, но то, что план будет – точно. – У вас как дела, Даниил Андреевич? Все понятно? – тут же поинтересовалась успехами ученика.

– Спасибо, хорошо. Читаю, мне нравится. Столько вопросов, правда.

– Так задавайте! – подбодрила Мирослава и спросила: – Как вы смотрите, если мы перейдем на ты?

Даниил поднял глаза, серьезно посмотрел на девушку:

– Как-то неловко. Я привык даже к студентам обращаться на вы. А вы – наставник.

– Глупости, – по-свойски сказала Мирослава. – Сколько вам лет?

– Двадцать восемь.

– А мне двадцать девять. У нас год разница.

– Ну, хорошо, – пожал плечами Даниил, насторожился и прибавил: – Вы можете ко мне на ты, а я все же буду обращаться к вам на вы. Так будет правильно.

– Нет, – возразила Мирослава. «И все же зануда ты, ученый муж», – подумала она и прибавила вслух: – Даниил, обращайся ко мне на ты, прошу. В конце концов, я не такая важная, чтобы выкать мне.

Даниил пожал плечами и натянуто улыбнулся:

– Попробую.

– Вот и чудесно, – Мирослава присела в рабочее кресло. – Планы такие. Сейчас ты задаешь мне вопросы по делу, я на них отвечаю. Потом мне надо поработать, а после предлагаю вместе пообедать и, так сказать, продолжить знакомство. Как тебе идея?

– Я согласен, – негромко сказал тот, но без особого энтузиазма, что не ускользнуло от внимания Мирославы.

Мирослава деловито закинула ногу на ногу в ожидании вопросов новичка.

– Задавай!

Следующие полчаса Мирослава отвечала на все вопросы любознательного, где-то дотошного Даниила. Она ничего не скрывала и не стеснялась в выражениях, когда требовал того контекст объяснений. Даниил же ничего не говорил в ответ, просто слушал и наблюдал, порой делал слишком серьезное выражение лица, когда, казалось, Мирослава говорила о смешном.

– Проблема с юридическими шутками состоит в том, что сами юристы не считают их смешными, а все прочие – не считают их шутками. Законы Мерфи для юристов, – в какой-то момент вставила Мирослава, когда Даниил погрузился в глубокие раздумья после очередной реплики юристки. Она хотела разрядить обстановку, но не вышло. Даниил не понял и этой шутки.

К слову сказать, Мирослава не только отвечала на вопросы, но и внимательно изучала Даниила. Обычно, она быстро разгадывала людей; бывало, с первых минут общения ей становилось ясно, что за фрукт перед ней. Но тут – совсем другое. Даниил вызвал в ней противоречивые чувства. С одной стороны, за эти полчаса он произвел хорошее впечатление – воспитанный, в меру скромный, интеллигентный и образованный. В то же время, он не раскрывался до конца, не показывал свое истинное лицо, так упорно пряча его за прошлым педагогическим опытом. Надо сказать, преподавание наложило отпечаток на его личность. По манере задавать вопросы и гримасничать, услышав ответ, можно было догадаться, что в прошлом он принимал зачеты или экзамены у студентов. Мирослава даже пару раз улыбнулась, не сдержалась – кто кому наставник и учитель, не разберешь. Но при всем при этом Даниил оставался для нее неразгаданной загадкой, по всей видимости, как и она для него.

Мирослав и Даниил, наверно, еще долго бы играли в игру вопросов и ответов. Но пришел Дмитрий Петрович, положил документы на рабочий стол и, воспользовавшись образовавшейся тишиной, попросил Даниила пройти с ним в переговорную на пару слов.

– Как дела, Даня? – спросил Дмитрий Петрович, присаживаясь за стол.

– Все хорошо.

– Тебе нравится у нас? – не отступал Дмитрий Петрович – он с первой секунды разговора уловил некоторое недовольство Даниила.

– Да, очень, – покивал тот.

– А Мирослава Александровна нравится? Я имею в виду, как наставник, – уточнил Дмитрий Петрович и заулыбался.

– Да, нравится, – быстро ответил тот и опустил глаза.

– А если честно?

– Если честно, – помолчав, прибавил Даниил, – не очень.

– Та-а-ак, – протянул Дмитрий Петрович. – Что смущает?

Даниил посмотрел на Дмитрия Петровича, будто сомневался в том, стоит ли начинать этот разговор, но потом сделал глубокий вдох и решился:

– Дмитрий Петрович, я могу говорить искренне?

– Естественно. Только так и нужно. Иначе, как я пойму, что тебя смущает.

– Хорошо, – Даниил вздохнул.

Дмитрий Петрович молчал и ждал, видел, что тот колеблется и не хочет говорить на эту тему.

– Говори, что случилось? Разговор между нами, – подбадривал Дмитрий Петрович. – Я же вижу – что-то не так.

Даниил вновь вздохнул, посмотрел на Дмитрия Петровича и все же решил проговорить то, что его беспокоило.

– Не хочу сказать, что Мирослава Александровна как-то не так относится ко мне, – начал Даниил. – Напротив. Утром, когда пришла, уделила мне внимание, дала материалы гражданского дела, я с интересом читал, потом задавал вопросы, и она на них отвечала, вполне профессионально, как мне показалось. – Даниил замолчал, поморгал, раздумывая, потом нерешительно продолжил: – Правда, я не всегда понимал ее шутки. Она смеялась над тем, над чем любой уважающий себя юрист не может смеяться. Это не по-человечески. А вместо возмущения или осуждения реальных проблем правосудия, она с непростительным спокойствием говорила о том, что это – цветочки, и что, когда я начну вести дела, то мне придется мириться с несправедливостью.

Даниил замолчал. Дмитрий Петрович покивал головой:

– Говори дальше.

– Я ей задал вопрос, – все еще смущаясь, говорил Даниил, – почему в том гражданском деле, которое мы обсуждали, она не сразу предъявила суду все доказательства, а ждала последнего заседания. Мирослава Александровна почесала нос, посмотрела на меня, как на идиота, простите за мой французский, и вместо ответа задала вопрос, как бы поступил я. Конечно же, я сказал, что представил бы доказательства сразу же, что бы у другой стороны было время проанализировать должным образом новые доказательства и надлежащим образом возразить. Иначе суд вынесет несправедливое решение. Мирослава Александровна ничего не ответила, только усмехнулась и сказала: «Понятно».

Даниил опять замолчал.

– Но и это не все. Я стал невольным свидетелем ее разговора по телефону с кем-то из Росреестра. Мирослава интересовалась операциями с недвижимостью своего клиента и ей прислали эти данные. Признаться, я в растерянности. Так же нельзя поступать. Это противоправно! – возмутился Даниил, вздохнул, перевел дыхание и продолжил: – Дмитрий Петрович, у меня сложилось впечатление, что Мирослава Александровна – неправильный юрист. Вполне возможно, – помолчав, прибавил он, – мне было бы все равно, какие методы она использует, если бы вы не назначили ее наставницей.

– Т-а-а-ак! – протянул Дмитрий Петрович, встал и начал расхаживать по переговорной. – Я внимательно слушаю.

– Боюсь, если мои выводы верны, – уже спокойно прибавил молодой человек, помолчав, – я попаду с такой наставницей в неприятную ситуацию, и заработаю дурную репутацию, едва приступив к адвокатской практике. Буду очень рад, если ошибся, – помолчав, сказал он. – Но если прав, Дмитрий Петрович, прошу вас назначить мне другого наставника.

Когда Даниил замолчал, Дмитрий Петрович нахмурился, подошел к окну и какое-то время смотрел вдаль, едва сдерживая улыбку на лице.

– Хорошо, что ты сказал, – заговорил Дмитрий Петрович, обернувшись к Даниилу. – Я побеседую с ней. Но другого наставника назначить тебе не могу. Во всяком случае, в ближайшее время. Потерпи немного. А если в будущем у тебя будут какие-нибудь вопросы и претензии к профессионализму Мирославы, ты не стесняйся, говори ей. Прямо в лоб. Понимаешь?

Даниил заерзал:

– Думаете?

– Уверен. Так будет честнее, не правда ли?

– В принципе, да. Но, боюсь, у нас с ней испортятся отношения, если я буду откровенен. А я просто хочу другого наставника. Такого, как вы, Дмитрий Петрович! Вы – авторитетный адвокат, опытный, мудрый. В конце концов, вы – мужчина, а, значит, здраво мыслите, логичный и последовательный в словах и поступках.

– Спасибо, Даня, за доверие! – Дмитрий Петрович похлопал Даниила по плечу. – Хочешь меня в наставники, значит, так и будет, – Но позже.

– Когда?

– Я тебе скажу. Хорошо? – Дмитрий Петрович присел за рабочий стол. – А сейчас можешь идти. И позови Мирославу Александровну. На минутку.

Даниил поблагодарил Дмитрия Петровича и вышел из кабинета.

Через пару секунд в переговорную комнату, обворожительно улыбаясь, вошла Мирослава.

– Вот и я!

– Вижу, – улыбнулся Дмитрий Петрович. – Я на пару слов, буквально.

– Слушаю, – Мирослава присела напротив.

Дмитрий Петрович откинулся на спинку рабочего кресла, хитро улыбнулся:

– Дорогая, – сказал он, – Даниил в восторге от тебя! Ему все нравится. Так что, продолжай в том же духе. Единственное, старайся вводить его в курс дела постепенно. Он, конечно, радуется, но все же я боюсь за его неокрепшую психику. В нашем деле он как ребенок. Понимаешь?

– О да! Я заметила, – согласилась Мирослава и заулыбалась. – Мечтатель он, идеалист.

– Ну, или так, – проговорил Дмитрий Петрович и сгримасничал. – Не стращай, ладно? А то сбежит. Помни, он очень нужен нам.

– Как скажете, босс! – Мирослава кокетливо отбросила волосы с плеч.

Дмитрий Петрович улыбнулся и отпустил Мирославу заниматься делами.

7

К одиннадцати в офис пришли Виктор Игоревич и Оксана. Дмитрий Петрович уже убежал на очередные встречи, попрощавшись с Мирославой и Даниилом до следующего дня.

В офисе царила рабочая атмосфера. Каждый занят делом.

Мирослава сидела за рабочим столом и набрасывала план встречи с Леонидом и Кристиной. Ей предстоит непростая актерская игра. Не лишними будут проворность и сообразительность. Нельзя просчитать заранее, что скажет клиент на ее предложение, как ответит на назревший вопрос, а действовать надо быстро. К тому же на эту встречу Мирослава пойдет с Даниилом. Надо же ученому мужу показать, что юриспруденция как наука и юридическая практика – небо и земля.

Виктор Игоревич, чем-то озадаченный, печатал то ли иск, то ли возражения на него, и практически не обращал ни на кого внимания. Оксана, когда пришла, как обычно, деловито со всеми поздоровалась, и присела в зону отдыха читать свежую прессу – клиент на консультацию, как сказала она, придет только через час. Так что можно отдохнуть с пользой для дела.

Даниил читал материалы дела, которые дала ему Мирослава. Надо сказать, в отличие от Мирославы, которая воодушевилась беседой с Дмитрием Петровичем, Даниил сник. Он надеялся, что после откровенностей, Дмитрий Петрович возьмет его под свое профессиональное крыло и проведет в прекрасный мир юриспруденции. Но теперь, огорченный, он не мог сосредоточиться и по сто двадцать раз перечитывал один и тот же абзац.

– Даниил Андреевич, – негромко обратилась к нему Мирослава и глянула на часы, – уже без десяти двенадцать. Предлагаю сделать перерыв и пойти на легкий перекус в кафешку, внизу. Ты там уже был?

– Нет, не был, – отрицательно повертел головой Даниил и слегка улыбнулся. – Но мне, признаться, не хочется кушать. Что-то неважно себя чувствую.

«Так, так, так, – подумала Мирослава. – Опять в этой ученой голове что-то стукнуло».

– Ладно. Кто-нибудь желает сделать перерыв, коллеги?

– Я, – отозвался Виктор и ожил. – Я с тобой. Проголодался – жуть. Не успел позавтракать.

– Отлично! Даня, надумаешь, спускайся к нам.

– Хорошо, – буркнул тот, не подняв головы.

Мирослава не подала виду, что заметила перемены в настроении Даниила. И ей эти перемены не нравились. На первый взгляд, она должна понять новичка – сама когда-то, отучившись, мыслила другими категориями. Только спустя время, проработав с живыми людьми со сложившейся системой правосудия и судебной практикой, столкнувшись со слепотой закона и его безразличием к человеческим судьбам, поняла, что справедливость и закон не всегда заодно. Но благо закон не идеален и его можно повернуть лицом к справедливости. Правда, не всегда это легко и просто, но возможно. Надо только приземлиться, стать человечней, отбросить формальности и пресловутое желание заработать на клиенте.

– Даниил, чем ты занят? – спросила Оксана молодого человека, едва Мирослава и Виктор перешагнули порог офиса.

– Читаю материалы дела, – безрадостно сообщил Даниил. – Мирослава дала почитать. Потом мы обсудим, если возникнут вопросы.

– И что за дело?

– Раздел имущества супругов. А утром читал дело об определении места жительства ребенка.

– Не надоело? – сгримасничала Оксана и тут же прибавила: – Ко мне сейчас придет клиент на консультацию. Хочешь поучаствовать?

– А можно?

– Конечно!

– Что нужно делать?

– Когда клиент придет, – довольно улыбнулась Оксана, – я представлю тебя, как своего помощника, молодого адвоката. Потом мы пройдем в переговорную, я начну интервьюирование. Ты, если хочешь, можешь записывать все, что скажет клиент. Так тебе будет проще ориентироваться в правовой проблеме, сможешь задать ему вопросы. После мы начнем консультацию.

Оксана замолчала.

Глаза Даниила горели от восторга. «Она совсем другая!» – подумал Даниил и поймал себя на мысли, что ему чертовски нравится, как Оксана говорит – важно, уверенно, с чувством собственного достоинства, со знанием дела. И одета представительно, и жесты спокойные; на лице – ни одной лишней эмоции, в глазах больше холодности, которая свойственна юристам. Чувствуется, она в ладу с устоями правозащитников, не нарушает закон и не заигрывает с правосудием, как Мирослава Александровна. И для нее, Оксаны Валерьевны, нет другой справедливости, кроме справедливости юридической. Настоящий адвокат!

– Как тебе такой вариант обучения? – спросила Оксана расплывшегося в улыбке Даниила.

– Супер! Отлично. Очень рад.

– Прекрасно, – сказала Оксана и незаметно усмехнулась. – Тогда будь готов.

– Я всегда готов, – улыбнулся Даниил, отложив наскучившее чтиво на потом.

Через пять минут пришел клиент. Оксана его поприветствовала, познакомила с Даниилом, представила, как молодого перспективного адвоката и ее верного помощника, и предложила всем вместе пройти в переговорную.

Даниил шел позади Оксаны и клиента, с трудом сдерживая радостную улыбку на лице. Какая выпала возможность! И хорошо, что он остался в офисе и не пошел с Мирославой, как сказала она, продолжать знакомство. Зачем ему бестолковые беседы? Он пришел сюда за профессиональными навыками, а не болтать.

Тем временем Мирослава и Виктор, перекусив, попивали чаек в кафешке и мило беседовали.

– А чего ты такая игривая, не пойму? – спросил Виктор, раздираемый любопытством.

– Сама не знаю. Просто хорошее настроение. С утра все как по маслу. Встала без проблем, хотя вчера с Ленкой, подружкой, сидели до трех ночи, чаевали. Сегодня быстро приехала в офис – попала на зеленую волну. С Даниилом, тьфу-тьфу, складывается общение. Дмитрий Петрович сказал, что Даня от меня в восторге. Думаю, преувеличил, но все же приятно. А самое классное – я выяснила кое-что о-о-очень интересное по тому делу, помнишь, вчера говорила…

Виктор призадумался и отрицательно повертел головой.

– Ну, то, с конфликтом интересом, – добавила Мирослава.

– А! Вспомнил. И?

– Так вот. Я придумала, как проучить паршивца, – Мирослава, прищурившись, потерла руки. – Жду не дождусь завтрашнего дня.