Без нотаций. О'кей?

10

Даниил вернулся в офис почти в пять часов. Он открыл дверь, пропустил вперед Оксану Валерьевну:

– Прошу, проходите.

– Благодарю! – любезничала та.

После того, как Даниил ушел, оставив Мирославу одну со своими мыслями, он немного погулял по близлежащим улицам, размышляя о случившемся и обдумывая дальнейшие шаги, а потом забежал в кафешку на первом этаже бизнес-центра, где располагался офис. Хотел выпить чаю и немного успокоиться перед разговором с Дмитрием Петровичем. Нет, он не сомневался в том, что попросит Дмитрия Петровича сменить наставника. В этом он был решителен – между ним и Мирославой теперь вряд ли возможны добрые отношения, которые так нужны в наставничестве. Но Даниил никак не мог решить, стоит ли говорить Дмитрию Петровичу то, что он озвучил Мирославе. Конечно, она сильно задела его чувство собственного достоинства, да, ему не нравятся методы ее работы, и он уж точно не хотел бы пачкаться о ее сомнительные делишки – ни сейчас, ни в будущем. Однако при всем этом, наверное, неправильно говорить, что он совсем разуверился в профессионализме Мирославы, наблюдая воочию ее нечестную работу с клиентами. Почему он сомневался – говорить или нет – сам не мог понять. Внутреннее чувство подсказывало, что лучше на сей раз промолчать. Все же Мирослава работает с Дмитрием Петровичем ни один год, пользуется уважением среди коллег. Наверняка, уже проказничала и об этом все знают, но почему-то молчат.

«Интересно, почему?» Даниил задумался, почему Дмитрий Петрович, уважаемый человек в профессиональных кругах, прощает Мирославе ее проделки. Может, у Мирославы роман с Виктором Игоревичем? Видно, что Виктор Игоревич к ней как-то по-особенному относится, с теплотой, заботой. Даниил даже пару раз отмечал, как тот задерживал на Мирославе взгляд, полный каких-то особенных чувств. «Да, – подумал Даниил, – скорее всего, они любовники. Поэтому Дмитрий Петрович терпит ее выходки». «И все же, не в этом дело», – чуть погодя додумал он. Даниил вспомнил, с каким уважением относятся к Мирославе и стажеры, и Влад. И Оксана, и Руслан ничего плохого не говорили в ее адрес. А главное – сам Дмитрий Петрович по-доброму отзывается о ней. «Странно», – заключил Даниил, хлебнув чайку.

– Даниил, привет!

Даниил понял глаза и увидел перед собой Оксану.

– Ой, – привстал он, – Оксана Валерьевна, здравствуйте!

– Как дела? – спросила та, усевшись на мягкое кресло напротив молодого человека. – Ты, кстати, не возражаешь, если я присяду – разыгрался аппетит. Целый день сегодня на работе, и еще нужно два иска составить.

– Нет, конечно, не возражаю, – отозвался Даниил. – Очень рад вашей компании.

– Спасибо! – улыбнулась Оксана. – Как дела твои?

– Все хорошо.

– Почему унылый сидел, пока я не пришла? Выглядел так, будто войну проиграл.

– Можно и так сказать, – подумав, сказал Даниил.

– Держись, то ли еще будет, – Оксана подмигнула Даниилу и заговорила с официантом по заказу.

«Надо поговорить с ней о наставничестве», – вдруг осенило Даниила. В самом деле, поинтересоваться, как она смотрит на то, чтобы взять его в ученики. Вдруг, не захочет, тогда и Дмитрию Петровичу незачем озвучивать ее кандидатуру.

– А где же твоя наставница? – поинтересовалась Оксана, проводив официанта взглядом.

– Вопрос как нельзя кстати.

– Интригуешь, – многозначительно улыбнулась Оксана и прищурила карие глазки.

– Я скажу без вступлений. Позволите?

– Прекрасное решение.

– Я сегодня поговорю с Дмитрием Петровичем по поводу смены наставника, – Даниил замолчал и, дождавшись вопрошающего взгляда Оксаны, продолжил: – Хочу его попросить назначить наставником вас вместо Мирославы.

– Интересно, – Оксана приподняла бровь.

Только дурак не заметил бы язвительную улыбку на ее лице, но Даниил так волновался, что не увидел желчи.

– Как вы на это смотрите, Оксана Валерьевна?

– Я – за, – сказала Оксана. «Мне нужны мальчики на побегушках, – подумала она, улыбаясь. – К тому же такие симпатичные, так ты, Данилка». – Я сегодня в офисе до позднего вечера. Так что, если Дмитрий Петрович захочет узнать мое мнение, готова высказаться.

Даниил довольно улыбнулся. И все-таки Оксана лучше Мирославы. С ней он точно раскроется на все сто.

– Не представляете, как я рад, – поделился Даниил своими чувствами. – Мне не терпится начать работать. Знаете, Оксана Валерьевна, с вами намного интереснее.

– О, спасибо! – самодовольно улыбнулась та.

– К примеру, сегодня я присутствовал на консультации Мирославы. И невольно сравнивал с тем, как консультируете вы. Это – небо и земля.

– Ты льстишь?

– Нет, говорю правду. Во всяком случае, мне больше понравилось работать с вами.

– Приятно слышать! – вновь улыбнулась Оксана.

Еще бы! Если бы Даниил знал, как маслит завистливую душу Оксаны. Хотя бы кто-то оценил ее по достоинству и отдал предпочтение ей, а не этой сумасбродной юристке. И сейчас не имеет значения, что не так пошло у них с Мирославой. Главное – Даниилу она не понравилась. А почему – Оксана обязательно выяснит потом.

– Как ты объяснишь Дмитрию Петровичу свой выбор? – полюбопытствовала Оксана и, поймав растерянный взгляд Даниила, тут же прибавила. – Я спрашиваю только для того, чтобы поддержать тебя, если он спросит.

– Еще не знаю, – ответил Даниил и задумался. – Наверно, скажу, что не сошлись характерами… Я думаю еще. Потому-то и зашел сюда. И как удачно! – вставил он и во весь рот улыбнулся Оксане.

«Какой же ты симпатяшка!» – подумала Оксана и с вожделением глянула на будущего ученика. Но Даниил, как и в прошлый раз, не заметил особенный взгляд. Сейчас его мысли занимала предстоящая беседа с Дмитрием Петровичем.

– Пожалуй, ты прав, Даниил. Сказать, что вы не сошлись характерами – достойно. Я бы даже не стала уточнять, в чем это проявилось. В конце концов, все мы коллеги. Зачем друг на друга ябедничать.

– Я то же так думаю. Хотя, признаюсь, хочется, – не выдержал Даниил.

– Понимаю, – покивала Оксана, сдвинув бровки домиком. – Я сама, порой, хочу наябедничать на кого-нибудь. Но борюсь с этим желанием всеми силами. Однозначно, если работаешь в коллективе, нужно быть терпимее друг к другу, признавать за каждым право быть самим собой. И Мирослава, несмотря ни на что, заслуживает уважения. Да, она – сумасбродка, но ей к лицу. К тому же она не связана адвокатской клятвой. Почему бы не пошалить?

Даниил вздохнул.

– Не соглашусь, – возразил он. – Меня, к примеру, задевают подобные принципы работы. Бьют по самому больному месту. Я много лет преподавал. Читал спецкурс о профессии юриста, призывал студентов, будущих профессионалов, не терять лицо, оставаться нравственной личностью, чтить закон и порядок. А мне в наставницы назначают девушку, которая, как вы выразились, иногда шалит. Не могу спокойно реагировать, – Даниил вздохнул и прибавил: – Вы уж простите, что разоткровенничался.

– Ничего страшного, – с пониманием ответила Оксана. «Да с тобой будет весело», – подумала она, и, незаметно улыбнувшись, прибавила: – Каждый выбирает свой путь. Мирослава выбрала скользкий. Не суди ее строго. Со временем, она поймет, в чем ошибалась.

– Со временем, – ухмыльнулся Даниил, – возможно, поймет. Но люди же страдают сейчас. Это – чудовищно! Обмануть клиента, – все тише и тише говорил Даниил, и скорее – самому себе, а не Оксане, но все же вслух, – втайне сговориться с его женой, ввести в заблуждение… Да, он тоже поступил некрасиво, но борьба должна быть честной. Мне жаль того мужчину, правда. Думаю, если бы клиент узнал, за что платит деньги, он бы озверел.

– Кто бы озверел? Клиент? – спокойно переспросила Оксана, пытаясь разобрать, о чем говорит собеседник. – Мирослава в сговоре с его женой?

– Да, – подтвердил Даниил в задумчивости, но громче. – Представляете? И я теперь с этим буду жить. Студентов учил одному, а сам и пальцем не шевельнул, чтобы воспрепятствовать надругательству над сущностью юридической профессии.

Даниил говорил, не переставая, а Оксана думала о чем-то своем, уплетая за обе щеки теплый салат с телятиной. Только для видимости кивала и разводила руками, будто внимательно слушала.

– Слушай, – сказала Оксана, когда ей наскучили бредни молодого ученого, – не бери в голову. Выше нос. Все разрешится. Поверь.

Даниил ничего не ответил.

– Поговорим лучше о том, над чем мы поработаем, если Дмитрий Петрович даст добро. Хочешь составить проект иска?

– Ух ты! Конечно, хочу.

– Тогда допивай чай и пошли. А я кофе в офисе выпью.

Даниил, поздоровавшись с коллегами, прошел к рабочему столу, положил папку на стол.

– Дмитрий Петрович, можно переговорить с вами?

– Конечно, – Дмитрий Петрович пригласил молодого человека присесть.

– А можно наедине?

– Без проблем, – согласился тот.

Дверь в переговорную наглухо закрыли.

Даниил больше получаса был с Дмитрием Петровичем в переговорной комнате. По офису разнесся запах сигаретного дыма. Дмитрий Петрович всегда курил в кабинете, когда нервничал.

Оксана сидела за рабочим столом, старательно делая вид, что ничего не замечает и понятия не имеет, о чем Даниил говорит с Дмитрием Петровичем.

Влад и Руслан были заняты собственными делами, а стажеры еще не вернулись. Виктор Игоревич обратил внимание на происходящее – на то, что Даниил вернулся с консультации без Мирославы, и на то, что Мирослава, вдруг, приболела, и на то, как Оксана все-таки прислушивалась, в надежде услышать разговор Даниила и Дмитрия Петровича.

Через полчаса дверь открылась, из переговорной вышел Даниил, довольно улыбаясь.

– Оксана Валерьевна, – обратился он к новой наставнице, – Дмитрий Петрович просит вас зайти.

Оксана заулыбалась, встала, поправила прическу и прошла в переговорную. Но пробыла там не больше пяти минут.

– Ты не против? – спросил Дмитрий Петрович, после того как озвучил желание Даниила.

– Нет, – с улыбкой сказала Оксана, мысленно строя планы выше крыше. – Я сделаю из Даниила превосходного адвоката. Уж поверьте, введу его в курс дела, как надо.

– Только смотри, аккуратнее. Даня – сын моего близкого… очень близкого друга. Без глупостей, – сказал Дмитрий Петрович, не уточняя, что имел в виду.

Но Оксана и так поняла, о чем говорит Дмитрий Петрович. С лица сошла торжествующая улыбка. «Вот, черт!» – выругалась про себя. Она, вообще-то, рассчитывала на полную свободу в отношении Даниила Андреевича. И на кой ляд этот адвокатишка теперь нужен!

Несмотря на то, что Оксана расстроилась, выйдя из кабинета, она улыбнулась Даниилу. Да, ее планы рухнули, но она все равно придумает, как использовать случившееся в своих интересах, и уж тем более, как насолить Мирославе.

– Ну что, уважаемый ученик, приступим, – громко сказала Оксана, чтобы все услышали, какая она теперь важная, наставница.

– Приступим, – гордо заявил Даниил.

11

– Ленчик, привет, – переступив порог дома, Мирослава позвонила подруге.

– Приветик, – ответила Лена. – Быстро ты соскучилась.

– Ну да. Ни дня без тебя.

– Я тебя тоже люблю.

– Слушай, по делу звоню, – помолчав, сказала Мирослава в трубку. – Приехать ко мне сможешь?

– Сегодня?

– Ну да. Выпьем по бокалу шампанского, поболтаем.

– Если бы не шампанское, отказалась бы. О чем болтать? Позавчера, кажется, выболтали все, что можно, – проговорила Ленка и рассмеялась. – Да, шучу я, шучу. Во сколько?

– Я уже дома. Жду в любое время.

– Договорились.

Елена Премудрая, как иногда называла ее Мирослава, и от природы, и в силу богатого жизненного опыта могла по полочкам разложить поведение любого мужчины. Она с ними на «ты» лет с пятнадцати и знала тонкости ранимых натур. Ребята относились к Ленчику с уважением, как к своей в доску, как к дружбану. В принципе, ничего удивительного. Она росла пацанкой. Во всем повадки мальчишки – в манерах говорить, ходить, вести себя. С юности не красила губы и волосы, как ее ровесницы, коротко стриглась, носила спортивную одежду и кроссовки, широкие джинсы и рубаху на размер больше, да еще материлась, как сапожник. Она лазала по деревьям с пацанами, ноги были в синяках и царапинах; могла надеть грязные штаны и пойти по лужам, не замечая. Из-за худобы и едва заметных вторичных половых признаков на улице или в магазине ее принимали за парнишку. А с сигаретой в зубах Ленчик и вовсе походила на дворового хулигана. «Видимо, – смеялась она, вспоминая детство и юность, – сказалось желание мамы и папы родить сына, и до самых родов они были убеждены, что во чреве мальчик». Ленке нравилось дружить с ребятами, но к восемнадцати годам, будучи студенткой юрфака, она поняла, что эта дружба убила в ней девушку.

Первый мужчина, с которым она переспала, был старше на двадцать лет. Иван Владимирович лишил Ленку девственности, раскрыл в ней чувственность и превратил в роковую женщину. Он же и научил «свою девочку», второкурсницу, как надо с мужчинами. Не обманул, уроки оказались жизненными. Лена расцвела ближе к третьему курсу. Она отрастила волосы, окрасила их в рыжий цвет. Научилась стрелять голубыми, как небо, глазками, красиво ходить, сидеть, говорить и одеваться. И с этих пор мужчины бегали за ней как кобели за сучкой. Каждый любовник раскрывал Елену Прекрасную.

После окончания института Лена ни дня не работала. И дело не в том, что не хотела. Не было нужды. Мужчины, с которыми она крутила шуры-муры, по уши влюблялись в нее и готовы были отдать последнее. Иван Владимирович, первый ее любовник, купил ей шикарную квартиру в центре города, второй – крутую машину, третий поддерживает материально по сей день, четвертый… В общем каждый оставлял что-то после себя. Самое забавное, что ей помогали и дарили подарки, порой, ни за что, просто потому, что Лена ходит по земле. Вот такой странной любовью могут любить мужчины. Наверно, если бы Ленка была наглой и жадной, она давно переехала бы жить, как минимум, в Москву и накупила бы себе мешок недвижимости. Ее же вполне устраивала жизнь в Южной столице и частые перелеты в Москву на свидания. Лена любила отдых с широким размахом. Уж если курорт, то первоклассный, уж если отель – то фешенебельный. Ну, и цацки она часто покупала. «Пока я при памяти, – призналась Ленка как-то Мирославе за бутылочкой сухого винца, – любого мужика околдую. А это значит, что в моих руках его кошелек». Мирослава посмеялась, не поверила, убежденная, что та во хмелю преувеличивает. Но когда сдружилась с ней и стала вольным и невольным свидетелем ее жизни, поняла – подруга говорила всерьез. У Ленки оказалось много любовников, причем водить за нос трех-четырех одновременно для нее в порядке вещей. Все ее мужчины, как правило, были женатиками. Вероятно, поэтому ей так легко доставалось сердце избранников. Но Ленку это устраивало. Замуж она не собиралась в принципе. С ее непомерной тягой к авантюрам, замужество лишило бы ее смысла жизни.

Хотя Лена не работала, иногда, ради интереса участвовала в сомнительных мероприятиях. Как-то одна женщина обратилась к ней со страной просьбой – стать любовницей мужа и увести того из семьи. Вот таким незаурядным способом женщина решила избавиться от надоевшего мужа. Когда у Ленки все получилось, благодарная клиентка привела к ней пару подруг. С тех пор время от времени Ленка играет роль разлучницы. Да, она всегда хотела быть актрисой. Кстати, Мирослава и Лена, хотя и учились в одной школе, сдружились в институте, благодаря театральному кружку, в который обе ходили. Лена училась на третьем курсе, Мирослава – на курс младше. Когда Мирослава поняла, что Лена – нужный человек по жизни и для жизни, всякий раз искала повод с ней поговорить. Будучи юристом Мирослава часто советовалась с Леной – как оппонента сбить с толку женскими повадками; как смутить судью, а то и вовсе лишить рассудка… В общем, Лена стала советником Мирославы. Ленка девчонок с детства недолюбливала, считая их капризными, скучными и податливыми, но Мирослава пришлась по душе. И, пожалуй, она единственная, с кем Лена сдружилась по-настоящему, по-мальчишечьи.

В этот вечер Мирослава хотела поговорить с Леной о случившемся – надо понять, почему Даниил так себя повел. Ведь еще вчера, по словам Дмитрия Петровича, он ею восхищался. Должно же быть объяснение безумству. Да и потом, если этот недоумок все же задержится в бюро, Мирослава вынуждена будет с ним общаться, а, значит, общий язык все же придется искать. Вот Ленка и расскажет, как это сделать. Во всяком случае, Мирослава в это верила.

Лена приехала к Мирославе спустя пару часов.

– Какая прелесть! – ахнула та, когда увидела накрытый на кухне стол. – Сама готовила что ли?

– Ага, сама – сама позвонила в ресторан, сама заказала, сама накрыла. Все остальное – специалисты. Ну, ты присаживайся. Выпить охота, а точнее – напиться.

– Да ладно! Не узнаю тебя. Что стряслось? – спросила Лена, вытерла руки полотенцем, присела за стол и принялась накладывать в тарелку ресторанные харчи.

– Ты обалдеешь! Этот идиот, – сразу начала Мирослава, – я имею в виду Даниила… Помнишь, рассказывала о нем позавчера?

– Угу, – пережевывая отбивную, буркнула Лена.

– Так вот, этот идиот, как бы это, мягко сказать, – Мирослава замялась, подумала несколько секунд и прибавила, – поставил мне кол на экзамене… и отправил в академический отпуск, подучиться…

– Не поняла? – повертела головой Лена. – Что за аллегория?

Мирослава перевела дыхание, явно волнуясь.

– Я взяла его сегодня на консультацию. Признаюсь, дельце там не показательное. Но почему-то решила, что ученый муж нормально воспримет тонкости работы. И поторопилась с выводами. Когда ушла клиентка, знаешь, что он мне сказал?

– Боюсь предположить, судя по твоему выражению лица…

– Он сказал, что я – позор юридического сообщества, – Мирослава нервно хохотнула и шмыгнула носом.

– Хм, – Лена рассмеялась, прикрыв рот рукой, чтобы не вылетели макарошки.

– Тебе смешно, а мне обидно, – тут же вставила Мирослава. – Он говорил это вполне серьезно. И еще отказался от меня, как наставницы.

Лена закатилась смехом еще громче.

– Перестань, – Мирослава, сама уже улыбаясь, никак не могла успокоить подругу. – Что ты хохочешь?

– Так это ж анекдот, Мирка! Вы знакомы всего несколько дней, а он тебя уже на место ставит. Пришел, что называется, увидел, победил. Ох! – вздохнула Лена. – Ты бы видела выражение своего лица! Что, вправду расстроилась?

– Ну, не так, чтобы очень, – слукавила Мирослава. – Однако. Задела его непосредственность. Вообще-то, еще никто так со мной не разговаривал. А этот болван отчитал меня как двоечницу.

– Ладно, – успокоилась Лена. – Давай, выпьем.

– Давай, – согласилась Мирослава и подняла бокал с шампанским.

– Итак, – заговорила Лена, сделав пару глотков, – рассказывай еще раз с самого начала, как вы с ним познакомились.

Мирослава минут двадцать ведала подруге о слишком правильном ученике, который всем своим видом со дня знакомства демонстрировал пренебрежение. И если бы не Дмитрий Петрович, уверивший ее в том, что Даниилу все нравится, она бы никогда не подумала, что это так.

С каждой минутой, за которой следовал глоток игристого, отношение к произошедшему менялось. А к концу двадцатой минуты, Мирослава засомневалась, что эта тема стоит серьезного обсуждения. Но все же договорила, правда, и она, и Ленка уже хохотали даже там, где было не смешно.

– Представь, – веселилась Мирослава, – слушаю я наставления, как, блин, на уроке. Сказать ничего вразумительного не могу, чушь несу, оправдываюсь. Глазами хлопаю как корова перед дойкой. Уже каяться начала. А он увидал, что вот-вот на колени упаду просить милости, да еще хлеще меня ругать… А-ха-ха!

– Он кайфанул, конечно, – вставила Ленка.

– Ага, стопроцентно!

– Трахнул тебя, и кайфанул, – уточнила подруга. – Только не своей балдой. Он трахнул тебя своим мозгом.

– Трахнул? – переспросила Мира и скривилась. – Как же я не люблю это слово. Оно совсем не звучит.

– А как сказать?

– Хотя бы так – переспал с моим мозгом.

– А так звучит? – рассмеялась Ленка и, стараясь успокоиться, прибавила: – Хорошо, пусть будет так – он переспал с твоим мозгом. – И теперь они уже вдвоем расхохотались.

Такое случается, когда допиваешь вторую бутылку шампанского.

– А если серьезно, – Лена перевела дух, – я уверена, он отомстил тебе. Если все, что ты рассказала, правда, ты задела его мужское достоинство. Нет, не то, что в штанах, – серьезно уточнила Лена, чем вызвала очередной приступ смеха.

– Думаешь? – хохотала Мирослава.

– Уверена. Все, хватит смеяться. Мы же о серьезном, – приказала Лена и заразительно засмеялась.

Около получаса они не могли всерьез сказать ни слова. Когда же им все же удалось успокоиться, Мирослава спросила:

– И чем я задела его?

– Своим равнодушием к ученой персоне. Он почестей ждал, а ты его жизни учила. Зато он любовник классный, – между прочим добавила Лена, пригубив шампанское, и хитренько глянула на подругу.

– С чего ты решила? – опешила Мирослава. – И к чему это ты? Мне неинтересно, какой он любовник.

– Неинтересно, значит, забудь, – сказала та и вновь пригубила вино.

– Нет уж, раз начала, говори.

– Забудь…

– Лена! Что за детский сад?

– Ты первая начала. «Мне неинтересно, какой он любовник», – передразнила Лена. – Нашла, кому сказки рассказывать.

– Ладно, интересно, – согласилась Мирослава, слегка раскрасневшись. – Он мне понравился. Внешне – ничего примечательного, но что-то притягательное в нем есть. Энергетика у него мужская, сильная, – уточнила Мирослава, помолчав. – Чувствуется. Но это не значит, что я думала с ним переспать…

– Все понятно, – покивала Лена головой.

– Так чего ты молчишь? Говори, – не выдержала Мирослава, любопытствуя. – С чего взяла, что он любовник хороший?

– Много морализирует. А все моралисты зажигают в постели.

– Да? – удивилась Мирослава.

– Говорю. А еще… – Лена не успела договорить, зазвонил телефон.

Лена извинилась, взяла трубку, тоненьким голоском сказала: «Привет, милый» и вышла из кухни. До чего же она славно перевоплощалась. Мирослава восхищалась. Впечатление, будто в этой хрупкой женщине тысяча душ, одна из которых вырывалась наружу к месту и ко времени. Да, из нее получилась бы первоклассная актриса. Однозначно.

Через минут пять Лена вернулась, но вместо того, чтобы продолжить затронутую тему, предложила Мирославе оттянуться в клубе, куда ее пригласил один хороший знакомый.

– Мой милый, – сказала она, – уехал с семьей за город и пробудет там целую неделю. Так что, можем покуролесить. Ты завтра на работу с утра?

– Как получится, – задумчиво сообщила Мирослава, – смотря по самочувствию. А в клуб – пошли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.