- -
- 100%
- +
А когда Рейнхарт, наконец, доверится мне... когда полностью вручит себя... тогда я и открою свою главную тайну. И разрушу её мир.
Едва успев сделать первый глоток кофе, на мой зашифрованный коммуникатор пришёл вызов. Элрик. Лицо на экране серьёзное, без обычной доли деловой лёгкости.
— Ждать больше нельзя, Коул. Нужно доставать Марго. Сегодня. Ставки повышаются. Владыка теряет терпение.
— Значит, пора начинать, — говорю я, чувствуя, как знакомый холодок азарта пробегает по спине. — У меня за годы работы здесь скопилось достаточно компромата, чтобы потрясти основы этого карточного домика. Пора обнародовать его. Слей всё в потоковую сеть. Пусть увидят, что скрывается за их «светом» и «порядком».
— Этим я займусь, — кивает Элрик. — Но приказ Владыки категоричен: Марго должна быть свободна сегодня же.
— Понял.
Разговор окончен. Я откладываю коммуникатор. План прост и дерзок. Слишком дерзок, чтобы его ожидали.
Беру свой официальный пропуск и покидаю кабинет. Изображая инквизитора полного служебного рвения. Иду по коридорам тюремного крыла, охранники почтительно кивают, я отвечаю тем же. Один из младших инквизиторов, Карсон, останавливается, чтобы поздороваться.
— Как дела, Эрскен? Новости по делу Эллендар есть?
— Работаем, Карсон, работаем, — отвечаю я с деланной усталостью. — Как семья? Жена поправилась?
Он начинает рассказывать о здоровье супруги, я делаю вид, что слушаю. Мозг в это время просчитывает каждый шаг. Камеры. График патрулей. Нужно выглядеть абсолютно нормально.
Наконец, подхожу к нужной камере. Мой пропуск отпирает дверь.
Марго Эллендар сидит на койке. Она выглядит измождённой, но в её глазах всё ещё тлеет огонёк. Она смотрит на меня с немым вопросом.
— Вставайте. Нужно идти, — говорю я, стараясь не испугать женщину.
— Что? Что происходит? — Её голос хриплый от долгого безмолвия.
— Объяснять некогда. — Мой тон не оставляет пространства для споров. — Вас ждёт дочь.
После этих слов что-то меняется в её лице. Страх поглощается решимостью. Она молча встаёт.
Я вывожу её в коридор и направляюсь к старому служебному ходу, ведущему в систему вентиляции и технических тоннелей. Я давно изучил все слепые зоны.
Мы уже у потайной двери, выводящей в глухой переулок за зданием штаба. Почти свободны.
И тут из тени выступает она.
Лина.
В её руке зарядный пистолет, и он направлен прямо на меня. Рука дрожит. По её лицу текут слёзы.
— Стой, — голос срывается. — Никуда ты её не увезёшь. Что происходит, Коул? Ты... ты предатель?
Я медленно поворачиваюсь заслоняя собой Марго.
— Опусти оружие, Лина. И доверься мне.
— Довериться? — Она издаёт сдавленный, похожий на рыдание звук. — Ты выводишь заключённую через чёрный ход! Я ничего не понимаю!
— Если ты сейчас развернёшься, — говорю я, глядя ей прямо в глаза, вкладывая в свой взгляд всю силу убеждения, — пойдёшь в свой кабинет и сотрёшь записи с камер наблюдения за последние десять минут... то вечером я всё тебе объясню. Я тебя не предавал. Ты должна мне довериться. Сейчас.
Лина смотрит на меня, и я понимаю, что она испытывает. Боль, предательство, надежда, страх. Проходит вечность. Её палец на спуске белеет.
И затем... она закрывает глаза, рука держащая пистолет медленно опускается.
Я не жду. Резко разворачиваюсь, толкаю Марго вперёд, к ждущему магокару. Вскакиваю сам, захлопываю дверь. Палец ударяет по руне «Сокрытия» на панели управления. Магокар издаёт лёгкий гул, и его очертания начинают мерцать, сливаясь с окружающим пространством.
Вывожу машину в поток, и мы растворяемся в городском движении. Отследить нас теперь невозможно.
Выдыхаю. Сердце колотится от адреналина. Крутое чувство. Это было опасно. Слишком опасно. Но она сделала это. Лина доверилась. Моя принцесса сделала всё в точности так как я и предполагал. Умница.
Марго сидит, прижавшись к сиденью, и смотрит на меня.
— Почему? — Шёпотом спрашивает женщина.
— Я исполняю приказ, — отвечаю, не отрывая взгляда от дороги. — Благодарить будете другого человека.
Первая часть плана выполнена. Моя маска почти спала. Игра набирает обороты. И Лина... Лина теперь стала в ней самой интересной фигурой. Она сделала свой выбор. Теперь ей придётся жить с его последствиями.
Магокар с выключенной системой слежения бесшумно скользит по заданным координатам, к секретному убежищу на другом конце города. Адреналин ещё пульсирует в висках, смешиваясь с холодным удовлетворением.
Останавливаюсь у ничем не примечательного подъезда. И как только я заглушаю двигатель, дверь распахивается.
На пороге стоит Мири. Её лицо пронизано страхом и надеждой. И тогда она видит её.
— Мама!
Это не крик, а сдавленный, разрывающий душу вопль. Девушка бросается вперёд, и вот они, обе, уже плачут в объятиях друг друга, прижимаясь так сильно, будто пытаются срастись. Марго, вся дрожа, гладит волосы дочери, бормоча что-то несвязное, а по её грязным от тюремной пыли щекам текут чистые, настоящие слёзы. Я отвожу взгляд, давая им эту минуту. Даже у меня, циника, что-то сжимается внутри.
Из глубины коридора появляется Нортан. Его тёмный взгляд скользит по плачущим женщинам, а затем останавливается на мне. Он подходит ближе.
— Ты проделал отличную работу, Эрскен, — его голос низок. — Ты получишь сполна.
Я киваю, ощущая на себе тяжесть этих слов.
— Мы с Элриком сегодня начинаем кампанию. Компромат уходит в сеть.
— Отлично, — на его губах появляется что-то вроде улыбки, холодной и безрадостной. — Как и было запланировано.
В этот момент Мири отрывается от матери и смотрит на меня. Её глаза, ещё полные слёз, вдруг сужаются. Она узнаёт.
— Ты... — её голос дрогнул. — Ты был там. На той битве. Ты сражался против нас.
Нортан не двигается, позволяя ей говорить.
— Точно ли ему можно доверять? — Обращается она к Нортану, но не сводит с меня глаз, полных недоверия и старой боли.
Отвечаю, не дожидаясь, пока это сделает Владыка.
— Я очень убедительно играл свою роль, леди Эллендар, — говорю я, пожимая плечами. — Чтобы добиться чего-то глобального, иногда приходится жертвовать малым. Или казаться тем, кем ты не являешься. Ваша мать здесь. Это единственное, что имеет значение сейчас, не так ли?
Она смотрит на меня ещё мгновение, затем смягчается. Она обнимает мать крепче и, кивнув, отводит её внутрь.
Моя работа здесь окончена. Я ухожу не прощаясь. Возвращаюсь в магокар. Отыне в Инквизицию мне дороги нет. Я сжёг все мосты одним махом. Возвращаюсь в свой дом. К подвалу, где до сих пор пахнет кровью. К постели, где всё ещё хранится запах её волос.
И вся моя судьба, вся эта хрупкая, опасная конструкция, что я выстроил, теперь зависит от одного-единственного фактора. От преданности Лины. От её слепого, отчаянного доверия ко мне.
Принимаю душ, смывая с себя запах лжи и адреналина. Затем наливаю виски и сажусь в гостиной. Включаю классическую музыку.
И жду.
Она придёт, требуя ответов, с болью и гневом.
Я буду здесь. Готовый открыть свою главную тайну, что разрушит её мир. А на его обломках останемся только мы.
Я делаю глоток. Жду.
Дорогие читатели. Подарю промокоды на книгу тем из вас, кто в коментариях опишет любимый момент из книги))
Небольшой спойлер: в книге много эротичских сцен, в том числе мжм.
Глава 10
Мири
Честно говоря, мне плевать, кто был этот парень в дверях и на чьей он стороне. Пусть он хоть сам Повелитель Хаоса в отставке. Куда важнее, что моя мама сейчас здесь, в этой комнате. Живая. Свободная. Её рука в моей, холодная, исхудавшая, но настоящая. Я чувствую каждый её сустав, каждую прожилку. И клянусь себе: никто и никогда не посмеет её обидеть. Пока я жива, не позволю.
Моя жизнь теперь словно другая планета. Не та, на которой я росла, с наивными мечтами о светлой карьере, верной подруге и парне, с которым мы купим домик с садом. Та девушка умерла. Её убили по частям: сначала предательство Лины и Анта, потом похищение, после страх, а за ними вспышка ярости, что унесла жизнь… Потом он. И я не жалею. Я стала другой. Сильнее. Жёстче. В моих жилах течёт нечто третье, не свет и не тьма, а моя собственная, уникальная сила. Я сама выбрала этот путь.
Но принесёт ли он мне счастье?
Смотрю на Нортана, который стоит у окна, отстранённый и молчаливый, как грозовая туча. И думаю - да. Когда мы победим, а мы победим обязательно, мы станем семьёй. Настоящей. Не такой, как в розовых сказках, а прочной, как сталь, выкованной в огне и выдержавшей все шторма. Он, вечный изгой, Владыка Тьмы, обрёл того, кто принял его целиком. А я… я обрела того, кто видит меня настоящую и не боится моей силы.
Осталось самое страшное. Пережить этот разговор.
— Мама, — начинаю я, всё ещё держа её ладонь. — Мне есть что тебе рассказать.
И я говорю. О предательстве Лины, о том, как оказалась в плену. Я опускаю ужасы первых дней, унижение и страх. Рассказываю о том, как узнала правду о Мортвене, о том, что Инквизиция не доблестные защитники, а палачи. Делюсь тем, как наша вражда с Нортаном медленно переросла в нечто большее. В понимание. В союз. В любовь.
— И это он, — я киваю в сторону Нортана, который медленно поворачивается к нам. Его лицо непроницаемо. — Это он сделал всё, чтобы ты сейчас была здесь. Свободная.
Я представляю их официально.
— Мама, это Нортан. Нортан, это моя мама, Марго.
Мама смотрит на него. Её лицо бледнеет. В её глазах шок, недоверие, страх и тревога. Она знает, кто он. Знает, что он значит.
— Мне… мне нужно всё это обдумать, — выдыхает она, и её голос дрожит. — Это слишком много. Слишком быстро. Но… — мама переводит взгляд на меня, и её глаза наполняются слезами, — я бесконечно рада, что с тобой всё в порядке, моя девочка. Ты стала… такой сильной. С этим молодым человеком я бы хотела поговорить позже, — добавляет она, и в её тоне слышится не просьба, а условие. — Откровенно. Сейчас я… я очень устала.
— Конечно, мама, — я немедленно встаю, чувствуя волну облегчения. Первый барьер взят. — Здесь большая квартира. У нас есть для тебя комната.
Я провожаю её по коридору, показываю уютную комнату с собственной ванной. Она заходит, оглядывается и снова обнимает меня, крепко-крепко.
— Спи, — шепчу я. — Ты в безопасности.
Закрываю за ней дверь и возвращаюсь в гостиную. Нортан снова в своём кресле, в руке у него бокал с виски. Он смотрит на огонь в камине, но я чувствую, что всё его внимание приковано ко мне.
— Как нам быть с Астрой? — Cпрашиваю я, садясь рядом. — Она слаба, и лишь временами приходит в себя. Бедняжка совсем истощена.
— Как только ей станет лучше, я отвезу её к Элрику, как и планировал, — его голос ровный, но в нём слышна твёрдая решимость. — Он обеспечит ей покой и уход.
— Мне её искренне жаль, — тихо говорю я.
И вдруг волна тошноты накатывает на меня с такой силой, что мир плывёт перед глазами. Я не успеваю даже предупредить? просто вскакиваю и бегу в туалет, едва успевая захлопнуть за собой дверь. Тело содрогается в судорогах, желудок выворачивает наружу.
Через секунду дверь открывается. Он не стучит. Он просто входит, становится на колени рядом со мной, одной рукой поддерживая меня, а другой убирая волосы с моего лица. Его прикосновение нежное, но уверенное. Нортан молча держит, пока приступ не проходит.
Когда я, обессиленная, откидываюсь назад, его лицо выдаёт напряжение, брови сведены.
— Что с тобой? — Голос низок и полон тревоги. — Ты отравилась? Все продукты были свежими, высшего качества.
— Не нужно… — пытаюсь успокоить его, вытирая губы. — Всё в порядке. Такое иногда бывает. Просто так.
Но звучит неубедительно, в нём загорается тот же аналитический огонь, что и при планировании атак.
— Это ненормально, Мири. Я вызову врача. Лучшего. Сейчас же.
— Нортан, нет, не надо…
Он встаёт, его тень накрывает меня.
— Мне нужно отлучиться по делам. Но как только вернусь, мы продолжим этот разговор. Обещай мне.
В его тоне не осталось места для споров. Это приказ. Я слабо киваю.
Он выходит, и я остаюсь одна на кафельном полу, прижимаясь лбом к прохладной поверхности унитаза. И сквозь остатки тошноты во мне прорастает крошечное, дрожащее подозрение. Такое жестокое и такое прекрасное, что я боюсь о нём даже думать.
Подозрение. Крошечное, едва заметное пустило корни где-то глубоко внутри ещё вчера вечером. Оно шевелится вместе с лёгкой тошнотой, которая не проходит даже после сна. Утро застаёт меня в одиночестве. Нортана всё нет. Беспокойство скребётся в душе, но я гоню его прочь, выбравшись на кухню.
Запах свежесваренного кофе смешивается с ароматом жареного хлеба. Мама уже здесь, у плиты. Её движения медленные, осторожные, будто она заново учится жить.
— Спасибо, мам, — говорю я, принимая из её рук чашку.
— Здесь так тихо, — замечает она, глядя в окно на просыпающийся город. — И так странно... быть свободной.
Мы завтракаем в комфортном молчании. Но мысль не даёт мне покоя.
— Мама, я должна тебе кое-что сказать. В квартире есть ещё одна... гостья. Астра.
Мама поднимает на меня вопросительный взгляд.
— Подруга Нортана? — Предполагает она.
Я качаю головой, подбирая слова.
— Соратница. Человек, который долго был рядом с ним. Она... попала в беду. Очень серьёзную. Сейчас Астра не в себе, ей нужен покой.
Мама откладывает вилку. В её глазах я вижу не осуждение, а ту же материнскую заботу, что она всегда дарила мне.
— Покажи мне её.
Мы идём в комнату Астры. Она лежит, уставившись в потолок, но сегодня в её взгляде чуть больше осознанности. Мама садится на край кровати с тарелкой каши.
— Вам нужно поесть, милая, — её голос тихий, тёплый, как одеяло. — Вам нужны силы.
Она осторожно начинает кормить Астру с ложки. Та медленно открывает рот и глотает. Мама берет влажное полотенце и нежно протирает ей лицо, смывая следы вчерашних слез и пота.
— Какая вы красавица, ваши глаза такие прекрасные, — бормочет мама, убирая прядь черных волос с её лба. — Всё будет хорошо. Вы в безопасности здесь. Вам не нужно никуда уходить.
Стою в дверях, и комок подступает к горлу. Я не говорю маме о ревности Астры, о её ярости, о том, что она была любовницей Нортана. Сейчас это не имеет значения. Перед нами просто сломленный человек.
Возвращаемся на кухню, и новая волна тошноты накатывает на меня. Я резко отворачиваюсь к раковине, хватаясь за столешницу. Тело содрогается в сухом, мучительном позыве.
Мама тут же рядом. Её рука ложится мне на спину.
— Мири... — её голос звучит странно — и мягко, и встревоженно одновременно. — Это уже не первый раз?
Я могу только кивать, пытаясь отдышаться.
— Последние дни... — выдыхаю я.
Она поворачивает меня к себе, её взгляд становится пристальным, изучающим. Мама смотрит на меня не как на дочь-воительницу, а как на маленькую девочку.
— Доченька, мне кажется, я понимаю, в чем дело...
В этот момент раздаётся щелчок открывающейся двери. В квартиру входит Нортан. Он выглядит... измотанным. В руках сжимает огромный пакет из аптеки.
— Я привёз всё, что смог найти, — хриплый голос доносится постепенно. — От жаропонижающих до антидотов. Я не позволю...
Он замолкает, заметив напряжение в воздухе. Мама молча смотрит на него, потом на меня, и без слов выходит из кухни, оставляя нас наедине.
— Нортан, — перебиваю, глядя прямо на него. Моё сердце колотится где-то в горле. — Я не больна.
Он замирает, его пронзительный взгляд впивается в меня.
— Я думаю... нет, я почти уверена... — делаю глубокий вдох, и слова вырываются наружу. — Я беременна.
Он застывает как глыба льда. Пальцы разжимаются, и пакет с лекарствами с глухим стуком падает на пол. Ампулы и флаконы раскатываются по кафелю. Он не обращает на них внимания. Смотрит на меня. Сквозь меня. Его лицо, всегда такое контролируемое, выражает шок, полное, абсолютное недоумение.
— Беременна? — Повторяет он это слово тихо, как незнакомое заклинание. — Это... я не... я не думал...
Нортан отступает на шаг, проводя рукой по лицу. В его глазах мелькает отрицание, растерянность. Он не рад.
И в этот самый момент я замечаю движение в дверном проёме.
Астра.
Она стоит там, бледная как полотно, в слишком большом халате. Она слышала всё. Её широко раскрытые глаза, не отрываясь, глядят на меня, потом на Нортана. И тогда по впалым щекам, по только что вымытым мамой щекам, ручьём потекли слёзы. Полные такой всесокрушающей боли, что воздух в комнате становится густым и тяжёлым.
Астра не издаёт ни звука. Просто стоит и плачет, глядя на нас, на него, своего бывшего Владыку и любовь всей жизни, и на меня, ту, что заняла её место и теперь несёт его ребёнка.
Астра тихо произносит:
— Это девочка. Поздравляю.
Потом она медленно, словно её покинули всё крохи сил, разворачивается и уходит.
Нортан, находясь в ступоре, даже не замечает её присутствия. Его мир сузился до одного этого шокирующего известия.
А мой... мой мир вдруг раскалился до предела, наполнившись огнём надежды, ужасом неизвестности и ледяным холодом слёз женщины, чью жизнь я непоправимо изменила.
Глава 11
Нортан
Я никогда не думал о детях. Никогда. Моя судьба была высечена из тьмы и одиночества. Владыка, несущий возмездие, тень, не оставляющая наследников. Мысли о семье, о продолжении рода были для слабых, для тех, кто строил своё будущее на песках надежды, а не на скале неизбежной войны.
А теперь… теперь всё иначе.
Я смотрю на Мири. Моя маленькая Светлая боится и ждёт моей реакции. И я понимаю ясно и чётко: я не могу позволить ей усомниться. Ни на секунду. Не сейчас.
Мои мысли мгновенно выстраиваются в холодный, практичный план. Первое, что нужно устранить - источник нестабильности. Астра.
Я достаю коммуникатор. Эрскен отвечает почти мгновенно.
— Да, Владыка.
— Я везу к тебе Астру. Сейчас. Будь готов.
Вешаю трубку. Оглядывая Мири.
— Астре не место здесь сейчас. Ей будет только хуже. Элрик обеспечит ей лучший уход.
Она молча кивает. В её взгляде читается понимание и облегчение. Мири чувствует то же самое.
Я иду в комнату Астры. Она сидит на кровати, сгорбившись, и смотрит в пустоту. При моём появлении, медленно поднимает голову. Её глаза — два фиолетовых озера незаживающей боли.
— Тебе нужно уехать, — мой голос звучит тише, чем обычно. — Ненадолго. Всё будет хорошо. Элрик позаботится о тебе лучше, чем я могу здесь.
Астра смотрит на меня, и кажется, совсем не удивлена.
— Я знала, — её голос — хриплый шёпот. — Я почувствовала это, как только вошла сюда. Энергия… другая. Но я не хотела верить.
Подхожу ближе — мне нужно сказать это. Для неё. Для нас обоих.
— Астра, я люблю Мири.
Она вздрагивает, как от удара, но не отводит взгляд.
— А ты… ты всегда будешь дорога мне. Как верный соратник. Как часть моей прошлой жизни. Я не забуду этого.
Она отводит глаза. Слёз больше нет. Только пустота. Она молча встаёт, натягивает кофту и идёт к двери, не оглядываясь.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.