- -
- 100%
- +
– Поня-я-я-ятно, – протянула Ира с усмешкой. – Демоны, они до девственниц вообще маньяки, – она сделала большие глаза. – Особенно если из нечисти.
– Ой, – пискнула я, испуганная донельзя. – А… а я первый раз вообще по любви хочу!.. – ляпнула первое, что пришло в голову.
Ну не говорить же, что мне вообще нельзя до двадцати одного года, и уж тем более с демоном! Ни по любви, ни по какому другому поводу…
– В Макса влюбиться как нефиг делать, – авторитетно заявила Варька. – Он знаешь, скольким девчонкам уже сердце разбил?
Охотно верю, признаться честно, не могу утверждать, что начни Макс проявлять ко мне интерес, удержусь от такой глупости. Сердцу не прикажешь, увы, и если демонам такое чувство, как любовь, едва ли знакомо – не берём истинные пары – то я-то как раз и могу… поддаться… Папа не зря предупреждал, и не зря объяснял, что будет, если не сдержусь. А тем более, если при виде Макса по телу разливается жаркое томление, от которого все здравые мысли разлетаются лёгкими пушинками! По прочитанным любовным романам знала, что вот так и возникает привязанность: очень уж точно описывалось то, что происходило с девушками при встрече с тем самым мужчиной в их жизни.
– Мне брюнеты не нравятся, – я отмахнулась с как можно более независимым видом. – И вообще, он слишком взрослый, и вряд ли обратит на меня внимание дважды, он же даже не на нашем факультете учится. А демоны вообще эгоисты и самовлюблённые, не думаю, что у Макса возникнет интерес к обычной простой фее.
Девчонки захихикали.
– Ой, Танюх, вот насчёт внимания я бы поспорила, он твою крапиву надолго запомнит, уверяю! – со смехом ответила Ирка. – К Максу ни одна девчонка равнодушной не осталась, по крайней мере, я таких не знаю!
Я пожала плечами и цапнула с тарелки клубничину – у Варьки на грядках они уже росли. Значит, я буду первой, по крайней мере, попытаюсь. В случае, конечно, если Макс нарисуется на моём горизонте снова и будет приставать со всякими предложениями, в чём пока сомневаюсь. Не единственная же я девственница на весь Питер среди нечисти!
– А его приятель, Жарков, он что за демон? – как можно непринуждённее поинтересовалась, решив воспользоваться говорливостью подруг.
– Страха, – невозмутимо отозвалась Варя. – Димка человеческие страхи чувствует и играет на них.
– Да уж, парочка, – пробормотала я, поёжившись. – Ладно, давайте не будем о грустном! – решительно отодвинула обсуждения демонов в сторону. – Очень сомневаюсь, что наши дорожки когда-либо снова пересекутся.
– Угу, конеш-ш-ш-шно, – ехидно сказала Ирка, весело глянув на меня. – Макс будет мстить за крапиву, Тань.
– Он не знает, кто я, – загнула один палец. – Было темно, и лицо моё он тоже вряд ли видел, тем более, не смотрел в него, – я слегка покраснела, вспомнив, чем же в тот момент был занят Макс, и загнула второй палец. – Так что не думаю, что он будет вот прям так упорно искать, кто его крапивой отделал. Да и зачем, меня что ли, в отместку отхлестать? – хихикнула, представив Макса, гоняющегося за мной с пучком крапивы.
– Ай, ладно, что мы всё о демонах, – Варя потянулась и беспечно улыбнулась. – У нас завтра ещё целый день на природе!
…Всё-таки, до самого отъезда я от греха подальше за территорию Варькиной дачи не выходила. Ну, мало ли. Откуда я знаю, вдруг у Макса такой хороший нюх, что он меня по запаху найти сможет. Но девчонки вроде не говорили, что вокруг дачи кто-то шляется, так что к моменту отъезда я окончательно успокоилась. Подходя к общаге, признаться, очень радовалась, что Светка, по ходу, отставку получила у Жаркова – теперь он вряд ли тут появится ещё раз. У Жемчужных, как сказала та же Варя, своя хата была, где-то около Невы, напротив Крестовского вроде – Петроградка, что ли. Правда, истфак, где учились русалки, находился не так далеко от моего родного факультета, но надеюсь, Максу и в голову не придёт, что его неведомая обидчица учится в том же Универе, что и его нынешняя девушка. И надеюсь, Жарков больше не будет пугать меня своим видом, ошиваясь поблизости… Уф. Я слишком много думаю про тех, про кого не стоит, и вообще, у меня зачёты через неделю!
Макс поморщился, осторожно присев на мягкий диван, и Дима понимающе усмехнулся.
– Смотрю, неплохо тебя отделала твоя незнакомка, – не удержался он от ехидного замечания.
– Не смешно, – буркнул мрачно его друг. – Не иначе, фея или дриада попалась, только они с растениями на «ты».
Жарков хмыкнул и отхлебнул тёмного, густого пива – они сидели в одном из уютных заведений на Миллионной, где оба жили, не так далеко друг от друга.
– Так фея или дриада? Ты не посмотрел, что ли?
– А мне было до этого дело?! – огрызнулся Макс. – Я выпивший был, и как запах учуял, с катушек слетел, – демон помолчал, разглядывая шапку пены в своём бокале.
– Подумать только, у тебя, оказывается, тоже есть непреодолимый соблазн, – поддел Димка, ухмыльнувшись. – Кто бы знал, а!
– В глаз получишь, – предупредил Макс, бросив на собеседника хмурый взгляд. – Ни разу не смешно!
– А знаешь, – Жарков вдруг стал серьёзным. – Попадалась мне тут на днях одна фея, и тоже девственница, представляешь? – глаза цвета старого золота прищурились.
– Да ладно?! – Макс недоверчиво глянул на друга.
– Сам офигел, – подтвердил Дима. – Чтобы фея, в её возрасте, и девственница? – он покачал головой. Помолчал, потом негромко и задумчиво добавил. – Может, одна и та же?
– Я не верю в совпадения, – отмахнулся Макс. – Не может такого быть. Наверняка нет. Скорее всего, девчонка местная, лосевская.
– А я всё-таки проверю, – Жарков откинулся на мягкую спинку дивана, и медленно улыбнулся, в его взгляде зажёгся азарт. – Мне уже интересно. Может, поспорим, что я найду твою фею? – предложил вдруг демон, хитро глянув на друга.
– Когда ты так говоришь, у меня пропадает всякое желание спорить с тобой, – проворчал Макс, но уже заметно повеселев. – Ладно, пробуй, – махнул он рукой и отхлебнул пива из запотевшего стакана. – Но если найдёшь…
– Первая попытка твоя, – быстро закончил Дмитрий. – Как пострадавшего, – он снова ухмыльнулся. – Сможешь обаять девчонку, она твоя, нет – моя очередь.
Макс побарабанил пальцами по столу, внимательно посмотрел на друга, и на его лице тоже появилась улыбка, порочная и предвкушающая. В тёмных глазах загорелся красноватый огонёк.
– Идёт, – лениво отозвался Макс.
– Я найду её, – уверенно заявил Жарков. – Собственно, я почти это сделал, – со смешком добавил он. – Имя знаю, осталось факультет проверить.
– И? – Казанцев подался вперёд, с нетерпеливым интересом ожидая ответа.
– Теренская Татьяна, живёт в общаге на Ваське, – с явным удовольствием сообщил Дима. – Учится вроде как на филфаке, но надо проверить точно. Завтра хочу в деканат пойти.
– У-у-у-у, да ты, смотрю, тоже заинтересовался? – насмешливо протянул Макс и не удержался от шпильки. – Тебя же опытные бабы всегда привлекали, с девственницами, по твоим словам, мороки много. Что случилось в этот раз?
– Она вкусно пахнет, – Жарков пожал плечами, его голос звучал равнодушно. – И потом, среди нечисти девственницы встречаются крайне редко. Уж среди фей тем более. А вообще, разнообразия захотелось, – демон с хрустом потянулся. – Будет любопытно поиграть с ней.
– Только я всё равно первый, – напомнил Макс.
– Да, да, я помню, – с небрежной улыбкой отозвался Дима. – Завтра позвоню, как узнаю.
– Договорились, – кивнул Казанцев.
Ему оч-ч-чень хотелось проучить вредную феечку, вздумавшую крапивой стегаться, вместо того, чтобы получить удовольствие. И проучить так, чтобы она надолго запомнила… Жарков прав, игра предстоит захватывающая.
Понедельник выдался скучным. Первая пара – лекция, по философии, которую я благополучно продремала, сунув украдкой наушник и слушая музыку. Потом спишу у кого-нибудь, потому что Варька тоже кемарила над тетрадкой, забив на конспект. Женя с Владой вообще проигнорировали, не явившись. Второй парой шёл семинар по истории английского, мы сидели в аудитории, дожидаясь профессорши, и тихо угорали над Женьком, который подкидывал кусочки банана вверх и пытался поймать их ртом. Половину банана он уже испоганил… Идиллию перемены нарушила распахнувшаяся дверь и влетевшая в неё Влада с глазами, как у варёной креветки – она в столовку бегала.
– Там… Не поверите, кто!!! – выпалила она задыхающимся голосом. – У деканата!!
Девчонки встрепенулись, Женька в очередной раз получил кусочком банана по лицу, а меня кольнуло нехорошее предчувствие. Поймала косой взгляд Варьки, в котором промелькнуло беспокойство.
– Кто? – осторожно спросила наша староста.
– Жарков!!! – с придыханием выдала Влада, чем заработала не слишком довольный взгляд Женьки.
Ну да, сатир соперников не любил.
– Да ладно?! – недоверчиво отозвалась Ирка и аж привстала.
Меня как под контрастный душ засунули: сначала окатило волной холодной дрожи, потом по телу промчался табун горячих мурашек. Сразу вспомнилось, как демон глазел прямо на меня в окна аудитории на прошлой неделе. Ну нафиг, неужели тогда, у общаги, действительно заметил?! Тогда точно пора просить политического убежища на Северном Полюсе у пингвинов. Наверняка Макс нажаловался за крапиву по заднице вместо трепещущей от его страстных поцелуев жертвы, и… и Жарков вспомнил меня… А-а-а-а! Выдайте каску, бронежилет и противогаз, чтоб совсем неузнанной быть! Приструнила неуместную радость от того, что демоны меня всё-таки запомнили, причём оба сразу, и подавила желание рвануть, посмотреть на необычного посетителя.
Девчонки всей толпой ломанулись к выходу, я же осталась сидеть. Не пойду смотреть, пусть и хочется ужасно! Мало я на того демона насмотрелась! А лишний раз светиться перед ним – оно мне сто лет надо?! Однако в дверях очень не вовремя – для жаждущих хоть одним глазком увидеть красавца-демона, редкой птички в наших краях, – появилась преподша с пачкой отксереных листов. Она строгим взглядом обвела сбившихся в кучку девчонок и сухо произнесла:
– По местам, барышни. Сегодня разбираем глагол в среднеанглийском, на примере текстов Чосера. На зачёте вам будет предоставлен отрывок из «Кентерберийских рассказов» для перевода на современный английский, – «обрадовала» Лилия Павловна, и мне резко стало не до всяких тёмных личностей, проявляющих подозрительный интерес к моей скромной персоне.
Что делал Жарков на нашем факультете, я так и не узнала, ибо на следующей перемене, как доложила Варька, пока я отсиживалась в туалете, его уже и след простыл. До дома всё равно шла, постоянно оглядываясь – меня обуяла паранойя и всё казалось, кто-то наблюдает… Бр-р, как улитки по коже ползают, жутко неприятное ощущение. Но вроде никто не шёл, и не ехал. Аллилуйя. Около общаги тоже всё спокойно и тихо, никаких нервирующих машин, к моему облегчению. Когда поднималась уже к себе, вдруг услышала на лестнице, пролётом выше, знакомый голос. Наигранно весёлый, но я отчётливо слышала в нём дрожащие нотки.
– Дим? Привет, а чего не звонишь? Дела, да? И в выходные тоже? – Света помолчала, видимо, выслушивая ответ. – Но… – она не договорила, скорее всего, демон просто отключился. И следующие слова подтвердили мои догадки. – Ну и коз-з-зёл! – зло огрызнулась Светка, и я услышала тихий всхлип. – Скотина бесчувственная!.. – уже тише добавила она. – Чтоб тебя точно так же обломали как-нибудь!..
Я предпочла побыстрее убраться в свой коридор – не думаю, что вампирша обрадуется случайному свидетелю её слабости. Жалко её не было: стопудово она в курсе репутации Жаркова, и если имела глупость влюбиться или подумать, что он к ней воспылал прямо-таки неземной любовью, то сама дура. Хотя вроде и старше меня… Тряхнув головой, выкинула мысли о демоне и его бывшей пассии и зашла в комнату. Катька ещё не вернулась, и я воспользовалась моментом, занявшись подготовкой к завтрашнему семинару по теории перевода. И снова несколько дней всё было тихо и спокойно, никто не маячил под окнами аудиторий, не нервировал своим присутствием у выхода из корпуса, и я почти поверила, что демоны забыли о моём существовании, что Макс, что Димка. Я плохо знала, на что способны эти существа, поставившие себе определённую цель… Да и сама грешна, воспоминания о встречах с обоими нет-нет, да и тревожили мой покой, рождая волнение, лёгкую тревогу и непонятное смутное ожидание чего-то, чему не знала названия. И это тоже пугало.
Катька уломала меня пойти с их психфаковской компанией на вечерне-ночную прогулку по центру Питера, по Петроградке и потом на Марсово. Там вечный огонь, такая же вечная разношёрстная тусовка, гитары, иногда халявное пиво – кто-нибудь от широты души на всю компанию ящик-два купит, как рассказывала Катюха, и всем весело. Учитывая, что в пятницу мне ко второй паре, значит, можно выспаться, я не особо сопротивлялась уговорам. Опять же, новые знакомые, новые впечатления. Так что, в десять вечера мы с соседкой вывалились на улицу и поспешили к Спортивной, на место встречи. Погодка стояла чудеснейшая, что не характерно для конца мая: тепло, небо чистое, ни ветерка – что тоже удивительно, в Питере обычно ветер дует в любое время года и сразу со всех сторон.
– …Ты, короче, смотри, Веталь у нас бабник, он к тебе точно подкатывать начнёт, – проводила Катька краткий инструктаж по своим сокурсникам. – Но не ведись, он ни на что серьёзное не способен, отвечаю. Да и на него ща Маринка охоту устроила, а она та ещё стерва, – соседка поморщилась. – Не хотели её брать, да кого она спрашивать будет, как услышала, так сразу лыжи навострила, – Катя картинно закатила глаза. – Колян шут вообще, по жизни балагур и приколист, так что всерьёз не воспринимай всю ту чушь, что он нести будет. Достанет – просто построже рявкни, утихнет. С ним весело, – Катька хихикнула, – но иногда утомляет. – Ну, с остальными по ходу познакомишься, там все хорошие ребята, – она несильно пихнула меня локтем и подмигнула. – Клёво будет, я тебе говорю, тут на Петроградке столько прикольных местечек есть, просто вах! – глаза девушки восторженно заблестели. – Я вообще собираю фотки дворов Питера, а до Петроградки давно хочу добраться, – добавила она, с предвкушением улыбнувшись.
Так, болтая, мы дошли до Спортивной, где нас уже ждала большая и шумная компания. Конечно, сначала в магаз зашли, а потом бродить по узким улочкам Петроградки. Да, Катька права, есть своё очарование в узких дворах-колодцах, в которых всегда сумерки, в арках и переходах с облупленной штукатуркой и замшелыми кирпичами, в неожиданных ярких цветах на окнах внутри таких дворов, странных дверях, ведущих непонятно, куда. Казалось, время тут остановилось, сюда не долетал шум машин с соседних улиц, и я то и дело ловила себя на мысли, что выпадаю из реальности и перестаю слышать даже голоса ребят из компании. Мы с Катькой постоянно ныряли в эти дворы, зависая там с фотиком, и мне уже захотелось глянуть, а что ещё есть в коллекции соседки и где можно найти такие чудесные места в Питере кроме Петроградки.
А ещё скверики со скамейками, прямо между домами, неожиданные украшения домов на безликих монолитных стенах без окон – большие мозаики или рисунки. Потрясающе… Прогулка чем дальше, тем больше мне нравилась! И вовсе Колян оказался не утомительным, забавным – да, у меня щёки уже болели от смеха над его шутками и подколками. Веталь, как и предупреждала Катька, ободрал ближайший куст сирени и вручил мне пушистую ароматную кисть насыщенного лилового цвета, наградив витиеватым изящным комплиментом. Я одарила его снисходительной улыбкой – просто человек, как и все в компании Катерины, – вежливо сказала «спасибо», и заверила, что его методы на меня не действуют. Виталик заявил, что он упорный, и я от греха подальше держалась ближе к Катьке. Кто его знает, что способен отчудить этот товарищ в пылу азарта. Хорошо, та самая Маринка, про которую предупредила соседка, бросив на меня прищуренный, предупреждающий взгляд, тут же цапнула ловеласа за руку и не отпускала от себя дальше, чем на пару шагов. Веталю только и оставалось бросать на меня страстные взгляды издалека. Как сообщила хихикающая Катька, когда мы завернули в один из дворов, эта Марина вполне способна устроить знатный скандал, не стесняясь ни прохожих, ни своих, так что Виталик предпочитал терпеть её присутствие, чем резко отшить надоедливую дамочку. Сумерки густели, небо приобретало бархатисто-синий, густой цвет, с запада плавно переходящий в лилово-серый с редкими пёрышками ярко-малиновых облачков. Машин и людей на улицах становилось всё меньше, и мы, вырулив на Каменноостровский, направились к конечному пункту нашей гулянки, Марсовому полю.
Макс, прищурившись, наблюдал за шумной компанией студентов, в которой то и дело мелькала заметная золотисто-рыжая головка той самой феи, из Лосево. Жарков не соврал, она действительно училась на филфаке, звали Таней, и жила на Ваське, в общежитии. При ближайшем рассмотрении и днём вредная девчонка оказалась очень даже ничего, свеженькая, миленькая, аппетитная, и этот её запах… Макс его чувствовал, даже находясь достаточно далеко от Тани, вот как сейчас. Она вряд ли заметит его машину, а вот Казанцев видел девушку очень хорошо. Тёмные глаза хищно прищурились, ноздри шевельнулись, улавливая тонкий аромат. Димон тихо ржал, наблюдая, как друг терпеливо всю неделю незаметно наблюдает за жертвой – благо ему работа позволяла не торчать с утра до вечера в офисе, чему Жарков иногда завидовал, – и подначивал на решительные действия, но Макс не торопился. Ему нравилось растягивать удовольствие, и потом, чтобы наверняка всё получилось, к Танечке просто подвалить на улице со словами «Хэй, детка, ты клёвая, пойдём, посидим где-нибудь?» не пройдёт. Раз она невинная, скорее всего, большого опыта в отношениях у неё нет, а значит…
Демон усмехнулся, проводив глазами компанию – они отправились в магазин. Такие романтичные барышни грезят о красивых ухаживаниях и прогулках под луной, а не о брутальных самцах вроде Жаркова, наглых и самоуверенных. О да, Макс знал о мечтах юных девушек побольше, чем друг – время от времени и девственниц соблазнял, устав от лёгких побед среди своего круга. А тут, задетая мужская гордость требовала отмщения, крапивой за поцелуи его ещё никто не стегал! Ну и сама по себе, Таня оказалась очень ничего, весьма симпатичной, и выглядела чуть взрослее своих восемнадцати с половиной. Казанцев тихонько хмыкнул и завёл машину – компания покинула магазин и отправилась вглубь Петроградки. Макс неторопливо поехал следом, держась поблизости от гуляющих, запах Тани не давал ему потерять фею в хитром лабиринте улиц, и в то же время позволял ехать так, чтобы его не заметили. Кто знает, может, именно сегодня, на этой прогулке, подвернётся возможность наконец познакомиться с Танечкой. А то всю неделю она кроме общежития и Универа никуда и не выходила, к досаде Макса.
На Марсовом тоже было классно. Главное – тепло, потому что ночи ещё всё-таки прохладные, а на мне только тонкий свитер и джинсы. Куртку не сообразила взять, о чём сейчас пожалела. Время перевалило за полночь, а у вечного огня собрались такие же любители ночных прогулок, как мы. Маринка откровенно висла на Ветале, который с мученическим видом слушал её щебет о какой-то там грандиозной попойке с девчонками, Костик вовсю измывался над приятелем, Виталик огрызался, Маринка никого кроме себя не слышала. Мы с Катькой хихикали, наблюдая весь этот цирк.
– Она вообще не умеет пить, – шепнула соседка, улучив момент. – Ей крышку дай понюхать, уже уносит, а пьяная так чудить начинает! – Катька сдавленно хрюкнула. – И потом ничего не помнит! А когда ей начинают рассказывать, громко возмущается и отнекивается! При этом строит из себя, что ей море по колено и вообще она бывалый алкоголик!
Я уткнулась Катьке в плечо, тихонько всхлипывая от смеха – могу представить, что творила Маринка в подпитии… Читала в инете всякие истории, угорала так, что живот от смеха болел. Как же хорошо, что меня алкоголь почти не берёт, да и не люблю его. Так, бокал вина, или мартини чуть-чуть, или коктейль.
А Колька, когда не кривляется, оказался нормальным парнем: даже поделился курткой, заметив, что я зябко ёжусь, несмотря на огонь поблизости. Как и полагается, были песни под гитару, нестройный орущий хор разномастного народа, тот самый халявный ящик пива, про который Катька рассказывала… Часам к двум ночи я начала откровенно зевать и сонно хлопать глазами, но увы, до сведения Дворцового ещё часа два, не меньше, чтобы на родную Ваську перебраться. Всё же за неделю недосып набирался, непривычно утром на пары вставать. Ладно, пару часов продержусь, на край, забреду в какую-нибудь кофейню, кофе тресну для поддержания тонуса. Бодрости добавил возникший за спиной Стёпка, ещё один Катюхин одногруппник.
– Так, девушки, совершаем диверсию, – с заговорщическим видом прошептал он, приобняв нас за плечи. – Хотим свалить ко мне домой, я тут недалеко живу, но Маринка нам нафиг не нужна, – Степан подмигнул. – Так что наблюдайте за бесплатным концертом!
– Вы что сделали? – поинтересовалась Катька, покосившись на задумчиво притихшую Марину.
Она держала в руках бутылку с колой, видимо, не желая приобщаться к алкоголю и лелея в голове далеко идущие планы в отношении Виталика. Которые совершенно не совпадали с его собственными.
– Да тут у Стаса было, – Стёпка тихо хохотнул. – Пока в магаз ходили, добавили ей в колу коньяка немного. А Маринке же мало надо!
Меня кольнула мысль, не слишком ли жестокая шутка, но я промолчала. Излишним человеколюбием не страдаю, и Марина мне тоже не слишком нравилась. И тут началось. Звезда вечера встрепенулась, обвела почтенное собрание орлиным взором и задала вопрос:
– А у нас же в мае Вальпургиева ночь, да?
Словив пару удивлённых взглядов, но не дождавшись ответа – народ как раз пел под гитару, и не все расслышали её сакраментальную фразу, – Маринка вдруг рванула к Вечному огню, взгляд девушки загорелся нехорошим азартом. Веталь не ожидал такой резвости и не успел поймать разошедшуюся жертву зелёного змия.
– Давайте через костёр прыгать!! – завопила вдруг Марина и…
Я ахнула, во все глаза глядя, как она со счастливым лицом и громким визгом, разом перекрывшим всех поющих – они, кстати, заткнулись, едва Мари вскочила на бортик, – реально сигает сквозь огонь… Повезло, что порыв ветра пригнул пламя, и Маринкин вояж обошёлся без серьёзных повреждений. Кто-то ухватил барышню за руку и грубо сказал:
– Дура, что ли?! Куда лезешь?!
– Пусти, я ведьма! – гордо заявила Марина и выдернула локоть, а потом её взгляд упал на гитару в руках одного из музыкантов. – О, а вот моя метла!!
Всё, занавес. Бедный парень бегал от разошедшейся Маринки, твёрдо нацелившейся на его гитару, пока остальные с хохотом ловили буйную, больше мешая друг другу, чем действительно пытаясь остановить Мари. В конце концов, Веталь схватил упиравшуюся и громко кричавшую о нарушении прав и свобод честных ведьм Маринку в охапку и понёс куда-то к дороге. Надо понимать, посадить на таксо и отправить домой, к нашему общему облегчению. Кто-то заснял художества Марины на телефон, и подозреваю, завтра она проснётся звездой ютьюба. Ничего, в следующий раз не будет без присмотра оставлять свои напитки.
Из философских размышлений меня выдернул вернувшийся Виталик с широкой радостной улыбкой.
– Всё! – громко объявил он и демонстративно отряхнул руки. – Стёпка, пошли! А то холодно и хавать хочется!
– У меня только пельмени «Колпинские», – весело отозвался Степан. – Чисто холостяцкая еда!
Катька скривилась и закатила глаза.
– Фу-у-у-у-у! Опилки в картонном тесте!! Как ты их ешь?
– Когда голодный, и хлорка за творог сойдёт, – наставительно ответил Стёпа, подняв палец, а потом не выдержал и расхохотался. – Да ладно, я просто в магаз не заходил ещё. И да, кстати, у меня только одна кровать, ибо ремонт, – далее последовала драматическая пауза, во время которой я успела подумать, может, два часа пошляться где-нибудь, а потом в общагу?.. – Но широкая, – добавил Степан, с удовольствием наблюдая, как настороженность и растерянность на физиях однокурсников сменяется радостью. – Ладно, пошли, тут недалеко, до Шпалерной.
Не успели мы отойти от Вечного огня, как рядом нарисовался Виталик, и я поняла, что он не оставил идеи свести со мной знакомство поближе.
– Ну вот, я наконец-то в полном твоём распоряжении, о звезда моих очей! – с преувеличенным энтузиазмом произнёс Веталь, и воодушевлённо улыбнулся.
Хорошо хоть, обниматься не полез. Нахальные молодые люди со слишком развязными манерами мне категорически не нравились, поняла я, глядя на неудобного поклонника. Как бы так повежливее ответить, и довести до сведения Веталя, что он не герой моего романа? Чтобы уже понял и отстал? Катька, заметив мои нахмуренные брови, уже открыла было рот, чтобы отбрить настойчивого одногруппника, но положение спас Колька. Он втиснулся между мной и недовольно скривившимся Виталиком, по-свойски обнял меня за плечи и прижал к себе.