Сидус. Вида своего защитник

Глава 1. Узы крепче семейных

– Ну скажи, Картер, зачем делать такой длинный перерыв перед финалом? – недоумевала Беверли Синклер. – Шесть тиков! Никто не устал, дали бы нам подраться и отпустили! – Повернувшись к Крисси, сидевшей передо мной, она кивнула: – Скажи, подруга, разве я неправа?

– Я тебе не подруга, – ответила Крисси, пожав плечами.

Было очень похоже на то, что и для нее полтора часа ожидания превратились в нервотрепку: Беверли хмурилась, ныла, ходила туда-сюда, мельтешила передо мной и требовала поддержки от Крисси. Уж лучше бы бросили нас сразу на поле боя, чем слушать нытье Беверли Синклер.

Короче говоря, перерыв перед финальным боем турнира пришелся некстати. Беверли, закончив с этой темой, переключилась на наших соперников по финалу.

– По статистике боев Арены, комплектация у них топовая, – замогильным голосом объявила она. – Огья, рапторианец и вольтрон. Убойная связка.

– По той же статистике, команда из трех хомо почти всегда проигрывает, – устало ответил я. – А мы за пятнадцать боев ни разу не проиграли и дошли до финала.

– Но все трое – пятого уровня! В топовом эквипе! С убойными пушками! – чуть не плача, воскликнула Беверли. – А вы с Крисси оба нулевки! У нас никаких шансов против «Высших»!

Я повернулся к Крисси. Она подмигнула мне, улыбнулась. Вчера, когда ставки в обычных поединках были близки к нулевым, Беверли вела себя спокойнее. Ну да, поначалу срывалась на нас, но так не паниковала. Сейчас же, когда большие даже для нее награды были так близки – на расстоянии одной победы, – ей снесло крышу.

Мы же с Крисси были спокойны. Неизвестно, какие награды за второе место, но примерный порядок призовых мы уже знали. Этих денег точно хватит на то, чтобы выяснить у Разума координаты, куда прыгнул звездолет юяй с нашими друзьями на борту. Возможно, если продать что-то из наград, хватит и на фрахт судна.

К тому же, даже если не хватит, турниры-то проводятся каждый день! Победитель не имеет права участвовать в таком же турнире в этом сезоне, а проигравший финалист – легко.

– Если я сегодня не верну долг рапторианцу Тукангу Джуалану, мне крышка, – после долгого молчания призналась Беверли. – Знаю, знаю, вы считаете, что это мои проблемы… Но на самом деле это теперь и ваши проблемы тоже.

Несколько секунд я изумленно молчал, пытаясь усвоить информацию. Наконец не выдержал и рявкнул:

– Что?! Что ты сказала?

– Вчера я была у него. Ну, сразу после того, как мы с вами разошлись. Пообещала, что сегодня верну основной долг и, если получится, проценты по нему. Если не смогу, мне придется отдать ему все, чем владею, а потом он отправит меня добывать нултиллиум, отрабатывая долг до самой смерти. Ждать ее недолго, потому что люди на этих рудниках мрут быстро даже с универсальным модом метаболизма и высокой «Адаптируемостью». Уж очень злобное вещество.

– А мы-то здесь при чем? – фыркнула Крисси.

– Формально – ни при чем. Но вы не знаете Туканга. Он много лет подряд состоит в Верховном совете Сидуса! У него все везде подвязано, понимаете? Это вам не какие-то примитивные юяй, за Тукангом Джуаланом стоит один из сильнейших Великих домов Сарисуру, который не гнушается ничем. Он в курсе, что я в одной с вами команде, а рапторианцы считают, что совместные бои на Арене создают узы крепче семейных. Для него вы теперь – мои близкие. Естественно, если я не смогу вернуть долг, он начнет выбивать его из вас.

– Да пусть катится к черту, – выдохнул я, успокоившись. – Что он нам сделает?

Беверли закатила глаза и протянула:

– О, Картер, поверь мне, ты не хочешь ссориться с Тукангом Джуаланом. Плевать ему на Разум, его люди просто затащат тебя в карманное измерение и выбьют все, что им нужно. Почему, думаешь, у меня все еще положительный рейтинг? Да потому что этот ростовщик ссужает деньги на доверии, ведь никому и в голову не придет кинуть его.

– Тебе же пришло, – фыркнула Крисси. – Плюнь, ничего он тебе не сделает, если договора нет. А нам уж тем более, потому что мы не брали у него никаких денег. Думаю, ты нас просто разводишь, королева драмы, чтобы накачать перед финальным боем.

Я прямо ощутил ярость и гнев, захлестнувшие Беверли, но она сдержалась. Сделала глубокий вдох, выдохнула и спокойно сказала:

– Я вас предупредила. Пойду пройдусь, а то сейчас кровь закипит…

Поднявшись с кресла, она вышла из зоны отдыха и исчезла в толпе. Даже если не вернется вовремя, нестрашно, Распорядитель вытянет ее на поле боя из любой точки Арены.

Впрочем, до финала была еще уйма времени, и Крисси откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. Я сделал то же самое, чтобы привести мысли в порядок и проанализировать прошедшие бои турнира.

Ключевым стал, конечно, первый раунд, в котором я получил охранного стража серии «Гардисто», созданного древними рехегуа. Из его описания следовало, что этих стражей осталось очень мало, а единичные уцелевшие экземпляры переданы в дар Сидусу.

Все стражи «Гардисто» созданы из «умного сплава». Не знаю, как именно обеспечивается разумность материала, но он легко принимает любые формы, а в качестве источника энергии использует реликтовое излучение. Вне Арены я держал стража в его собственном карманном измерении, отправляя его туда командой с управляющего браслета, – древние рехегуа, создавшие стража, знали толк в физике пространства уже тогда, когда мы, люди, охотились на мамонтов.

Однако все меняется. И рехегуа, и люди, которых инопланетяне зовут просто хомо, потому что именно так представили нашу расу Лингвист, Пилот и Навигатор, занимают одинаковое положение на Сидусе и вроде бы даже равны в правах и привилегиях… но только на бумаге.

При внешней благосклонности и отзывчивости чужих я каким-то шестым чувством ощущал их недоброжелательность, недоверие в лучшем случае, а чаще – презрение и брезгливость по отношению к нам. Возможно, дело в том, что у нас на лбу написано, что мы новички, а наши карманы пусты?

Что ж, тем приятнее оказалось сбивать спесь с высокомерных соперников. С Гардисто на нашей стороне это было несложно, и каждый раз, покидая поле боя, я мысленно благодарил Фортуну за такой подарок. Впрочем, благодарить нужно хомяка Тигра, ведь именно он разрядил пушки стража, дав мне шанс до него добраться. Кроме того, если бы не хомяк, я бы стрелял в Гардисто издали и вряд ли заметил бы с такого расстояния миниатюрный кубик, с помощью которого можно управлять стражем.

К сожалению, никакого опыта и очков рейтинга за этот и все последующие бои никто из нас не получил, поэтому осталось неизвестным, как Распорядитель оценил подвиг Тигра. Как объяснила Беверли, все награды будут рассчитаны исходя из итоговой позиции команды в турнире.

Следующие восемь боев прошли очень гладко. Новый питомец, Гардисто, вызвавший бешеный восторг девчонок, с первой же секунды битвы устремлялся к врагам, заливая их темной энергией в три ствола, и даже если им удавалось разбежаться в разные стороны, мы просто отлавливали их по одному. Неважно было, кто нам попадался: под потоками синего пламени одинаково быстро умирали враги любой расы.

В десятом бою на Гардисто впервые нашлась управа. Лидер противника, рехегуа пятого уровня, выдал залп из незнакомой мне пушки. Страж заискрил розово-фиолетовой паутиной разрядов, замедлился и стал не только передвигаться как черепаха, но и перезаряжаться намного медленнее. Рапторианец и кур’лык, напарники рехегуа, превосходили уровнями Беверли, а без прикрытия Гардисто пришлось несладко. Но нам все же удалось перевернуть ход боя.

Во-первых, помогли мои боевые модификации «Блеф» и «Притяжение урона» – я прикрыл девушек без последствий для себя. Благодаря первому моду я мог на шесть секунд заменить себя своей копией, а с помощью второго – перетягивать вражеские атаки на себя.

Во-вторых, спас «Щит Предтеч», живая броня, которую мне все же пришлось отключить, когда она исчерпала положенный лимит прочности.

В-третьих, дебаф медлительности стража продлился меньше минуты. За это время нам удалось обнулить защитный мод рехегуа и уполовинить его жизнь. Оживший Гардисто добил его, не дав себя снова затормозить, после чего бой был сделан.

Одиннадцатый бой запомнился тем, что противникам, трем рапторианцам, помогали сразу шесть питомцев. Когда в начале боя Гардисто залил врагов темной энергией, те стали отступать, атакуя в ответ. Первую атаку стража пережить им помогли защитные моды, вторую – очень сильно прокачанные жабокрылы. Маленькие дракончики изливали на раненых владельцев зеленоватое пламя, которое в считаные секунды исцеляло их полностью.

Из-за перекрывавшего обзор стража мы слишком поздно сообразили, что происходит, – к этому моменту остальные питомцы врагов окружили нас, и быть бы беде, если бы не «Блеф». За время его действия я принял на себя основной урон, одновременно помогая девушкам прикончить разнородных монстров: трехметровую змею на шести лапах, странного вида дроида, атаковавшего меня энергетическим копьем, и отвратительного плоского слизняка, которого я не видел ровно до той секунды, пока он не обрел объем и не обволок мою ногу. Ноги я сразу лишился, но успел прикончить тварь, а потом вернул конечность с завершением «Блефа».

Когда мы отстреляли жабокрылов, наши проблемы закончились: Гардисто, сильно поврежденный, но функционирующий, помог нам добить противников.

После этого боя я поинтересовался у Беверли, сколько питомцев можно брать с собой на Арену. Она ответила, что пределов нет, но и смысла тащить туда зверинец – тоже, ведь опыт среди питомцев делится на всех, и лучше быстро прокачивать одного-двух, чем возиться с множеством.

Последние три боя перед финалом дались легче, чем предыдущие два. Нет, команды противников были серьезные: из смешанных рас, четвертого-пятого уровней, в отличной экипировке, с хорошими модами и оружием. Но все это меркло в сравнении с мощью Гардисто. Атаки стража обнуляли их защитные моды, подвижностью он им не уступал и всегда располагался на поле боя так, чтобы перекрыть линию обстрела. Лишь раз, в полуфинальном бою, врагам удалось убить стража, но к этому моменту их осталось только двое, и были они такие потрепанные, что не доставили нам никаких проблем.

Поэтому паника Беверли из-за «Высших», наших противников в финале, «убойной связки» огья, рапторианца и вольтрона, пусть даже в дорогой экипировке, отклика у меня не вызвала. Ну и что, что они пятого уровня? Гардисто-то девятого!

Стоило так подумать, как я почувствовал, что рядом кто-то появился. Открыв глаза, я увидел перед собой наших противников – команду «Высших» в полном составе.

Кто-то из них оградил нас силовым полем, и все звуки за его пределами как отрезало.

– Четыре по четыре кебаха твоему дню, хомо Картер Райли! – поприветствовал меня капитан «Высших», рапторианец Пегул’Янкват. – Множество зависти омрачило сердца истовых поклонников Арены, когда вам удалось заполучить стража древних рехегуа!

– Нужно запретить выставлять в бой питомцев, превышающих уровни бойцов! – возмущенно выдохнув пламя, воскликнул огья Асарикавиа. – Если бы не страж, вы бы вылетели в первом же бою!

– Кто я, чтобы спорить с Распорядителем? – пожал я плечами. – Или с Разумом? Всего лишь пылинка на подошве вечности.

Некоторое время вся тройка наших противников по финалу стояла в ступоре, пытаясь осмыслить мои слова. Наконец заговорил до того молчавший вольтрон Стеркстойер:

– И древний рехегуанский страж вам не помог бы, хомо, если бы мы задались целью победить. Еще три боя назад мы, предполагая, что «Тигры» выйдут в финал, начали продумывать стратегию против стража.

– Как успехи? – ехидно поинтересовалась Крисси.

– Страж не подчиняется хомо Картеру Райли в полной мере, – ответил вольтрон. – Получив команду, он выполняет ее и в это время игнорирует все остальные. Один из нас отвлек бы его и выстоял под защитой легендарного мода, пока двое других уничтожали бы вашу слабую команду.

Мысленно я усмехнулся. Гардисто был вполне контролируемым, но действовал автономно. Я не мог приказать ему атаковать того или иного, он понимал мои мысли только в общем и именно что исполнял функции стража: охранял хозяина и атаковал того, кто нападал на меня. Учитывая, что с «Притяжением урона» получалось так, что все били по мне, Гардисто ранжировал врагов по степени опасности и устранял их по порядку. Таким образом тот, кого они планировали выставить против стража, стал бы для меня наименее опасным, и страж его бы проигнорировал.

Объяснять все это противникам было глупо, я просто развел руками:

– Наверное, это хорошая стратегия.

– Это действительно хорошая стратегия, – рыкнул рапторианец Пегул’Янкват. – К тому же у каждого из нас есть ионно-импульсные ружья.

Его слова прозвучали с таким торжеством, словно это супероружие решало исход любой битвы. Я сделал вид, что понял, решив сразу после разговора внимательно изучить вопрос.

– Несокрушимые доводы, уважаемый рапторианец Пегул’Янкват. Теперь, когда я знаю вашу стратегию, объясните, зачем вы мне о ней рассказали до боя?

– Мы не будем драться в полную силу, – ответил он. – Хотели уведомить вас, хомо, сразу, чтобы после боя вы не думали, что победили честно. Высокое самомнение может погубить любого, нашим долгом было предупредить вас.

– Ну дела! – воскликнула Беверли, которая, как оказалось, стояла за моей спиной. – А что так? А, поняла! Вы фармеры, так? Фармите турниры, но никогда не побеждаете в них до конца сезона, чтобы не потерять право на участие? Послушайте, раз вы такие крутые, охота вам барахтаться на дне лиги? Вы же «Высшие»! Поднимайтесь в следующий дивизион, там найдутся равные соперники! Минутку, не отвечайте! Ага! Поняла! Вы боитесь драться с равными, так? Ведь там вас быстренько превратят в «Низших», ха-ха!

– Хомо Беверли Синклер вызывает во мне повышенную степень раздражения, – треща разрядами, выдал вольтрон Стеркстойер. – Соратники, предлагаю изменить план: закончить фарм этого дивизиона и перейти в следующий.

– Принимается, – выдохнул облачко покрасневшего пара рапторианец Пегул’Янкват.

– Согласен, – выдав язык пламени изо рта, сказал огья Асарикавиа.

– Я поступил неразумно, раскрыв нашу стратегию, хомо Картер Райли, – сказал вольтрон. – Но вам это не поможет. Наилучшим выходом для вас станет неявка на бой. Избежите позора.

«Высшие» отошли в толпу поклонников и с ходу включились в обсуждение грядущего поединка. Беверли, осознав, что натворила, побледнела, сделала движение, чтобы догнать, но передумала, обреченно махнула рукой:

– Да что со мной не так? Чемпионство же было в кармане!

Тем временем Крисси распаковала сэндвичи, раздала нам. Я откусил сразу половину, но насладиться едой не получилось – Беверли просияла, осторожно тронула меня и заговорщицки прошептала:

– Картер, в них много гонору, потому что в тринадцатом дивизионе им нет соперников. Сечешь?

– Что?

– Нужно ставить на нашу победу! Если сам боишься, дай мне взаймы монету! На нашу победу ставки один к шести!

– И не подумаю. К тому же победа в турнире была у нас в кармане, если бы ты не раздраконила вольтрона!

– Значит, ты и сам не уверен? Давай тогда поставим на наше поражение!

Поперхнувшись сэндвичем, я закашлялся. Беверли все время выдавала новые фортели, и с каждой минутой мне все больше хотелось избавиться от нее и никогда с ней не встречаться. Даже ее природные красота и обаяние померкли и потеряли волшебство. Более взбалмошной и проблемной женщины я не встречал.

– Нет! – Мне пришлось прикрикнуть, потому что Синклер использовала запрещенный прием, упершись грудью мне в плечо, а сидевшая напротив Крисси уже готовилась сжечь меня взглядом.

– Как хочешь. – Беверли отпрянула и передвинулась к Кристине. – Крисси, золотко, помнишь, ты говорила, у тебя есть триста фениксов?

– Не помню, отстань! – Крисси демонстративно отвернулась.

Беверли тяжело вздохнула, уселась в кресло и надулась. Обе замолчали, и я наконец смог поразмышлять о тактике, но далеко в своих идеях не ушел, потому что в поле зрения появилась чья-то массивная фигура. Она остановилась между мной и Беверли, а над нею я прочел, что это человек, воин пятнадцатого уровня Ханг, который буквально пару дней назад подсказал нам с Крисси, как использовать помощь Разума в поиске наших пропавших друзей.

– Лекса, ты все-таки нашла кому заморочить голову? – весело поинтересовался Ханг.

Я покрутил головой, пытаясь найти ту, к кому он обращался, но, к моему удивлению, ответила ему Беверли. Сделав страшные глаза, она прошипела:

– Не здесь!

Воин обернулся, смерил взглядом меня и Крисси, кивнул:

– Вот так встреча, капитан Райли. Жаль, я не предупредил вас, что ни при каких обстоятельствах не нужно иметь дел с нею. – Он качнул головой в сторону Беверли. – Насколько мне известно, все, кто был достаточно глуп и имел дела с Лексой, пожалели об этом.

Что еще за Лекса? Профиль над головой девушки называл ее именно Беверли Синклер, а не какой-то там Лексой.

– Надеюсь, с вами она обойдется лучше, – добавил Ханг.

Злости или сарказма в его интонациях не было, скорее отеческая досада. Но не может же быть Беверли его дочерью?

– То, что она аферистка и кидала, нам известно, – ответил я. – Но в боях на Арене Беверли проявила себя очень хорошо. Если бы не ее помощь, нам пришлось бы туго.

– Мы дошли до финала, – подтвердила Крисси.

– О, она хороший боец, – улыбнулся Ханг. – Как бы то ни было, желаю вам удачи в финале, ребята. Не посрамите честь Земли!

Он похлопал меня по плечу, кивнул Кристине, после чего ушел, бросив перед уходом:

– Жаль, я не могу рассказать о тебе Алексу. Похоже, только ему было под силу приструнить тебя.

– Не смей говорить о нем! – вскрикнула Беверли, но Ханг уже исчез в толпе.

Мы с любопытством уставились на нее.

– Ле-е-екса? – протянула Крисси. – А кто такой Алекс? Ты у него тоже сперла что-то?

– Отвалите! – прошипела Беверли и отгородилась от нас клеткой с хомяком.

Тигр не возражал, слез с колеса и встал на задние лапки – рассмотреть, что происходит с девушкой. Сама Беверли прожгла нас взглядом разъяренной кошки, и мы поняли, что этой темы пока лучше не касаться. Не хватало нам еще перед финалом лишиться бойца. Эмоции – враг в битве, они отключают мозг.

Выбросив этот инцидент из головы, я вернулся к прерванным размышлениям над тактикой боя с «Высшими».

Итак… Три сильных противника в эпической экипировке и такими же защитными модами. Это значит, что даже Гардисто не пробьет их щиты с первой атаки.

Кроме того, у них есть ионно-импульсные ружья. Посмотрев на аукционе, что это такое, я опознал то же самое эпическое оружие, которым рехегуа замедлял моего стража в десятом раунде. Настроение тут же ухудшилось, а торжество рапторианца Пегул’Янквата стало понятным. Заторможенный Гардисто ничем не поможет, а в прямом столкновении с мощными противниками у нас нет шансов.

Что же делать?

Подтянув за собой кресло, я сел между девушками.

– Так, давайте думать. Все обиды и призывы поставить на кон последние штаны предлагаю отложить. Сейчас важно победить.

– Да ладно, Картер! – воскликнула Крисси. – Да, я тоже хочу победить, но ты же сам говорил, никакой трагедии в проигрыше не будет. Ты что, правда веришь, что ее кредитор возьмется за нас?

– Даже если не возьмется, почему бы не замахнуться на победу? Поможем не только Беверли, но и нашим друзьям. Еще неизвестно, сколько денег понадобится на фрахт судна, на котором мы полетим их искать.

Беверли посмотрела на меня с благодарностью, кивнула. Крисси посерьезнела.

Я же напомнил им слова противников:

– Без стража нам придется несладко. Как его защитить от ионно-импульсных выстрелов – непонятно. Может, для питомцев тоже есть какие-то защитные моды?

Каждый из нас открыл игровой магазин и аукцион, лихорадочно пытаясь найти средство противодействия ионному урону, но от этой отчаянной попытки надышаться перед смертью не было проку, потому что времени почти не осталось. Я с бешеной скоростью проматывал список боевых модификаций в тщетной надежде найти что-то, что одним своим названием подскажет мне способ противодействия, но, конечно, не успевал даже вчитываться в мелькающие строчки.

В последний момент в череде серых, белых и зеленых названий я зацепился взглядом за синее: «Отмщение», боевая модификация. В голове щелкнуло: мод редкого качества!

Голос Распорядителя Арены в моей голове предупредил, что до переноса в бой остается пять секунд, потом четыре…

…и действовал я уже скорее на автомате. Все предметы, цена выкупа которых превышала размер моего кошелька, высвечивались блеклым. Синяя строчка была яркой, сочной, а значит, предмет мне по карману.

За несколько мгновений до того, как мир померк и снова проявился, я приобрел и активировал редкий боевой мод.

Глава 2. Андердог

Как и раньше, бой начался не сразу после переноса команд на арену. Тринадцать секунд до поединка – словно застывший кадр. Ни мы, ни «Высшие» не владели телами, нам было позволено лишь двигать глазами.