Дэн Шир 2. Реабилитант

Однако модификация моего организма процесс небыстрый ибо требует кардинального вмешательства в работу буквально всех клеток на уровне ДНК. Сам я пока что особых изменений не чувствую. Но по заверениям Татьяны необходимые фабрики для производства нанитов уже созданы, производственные процессы постоянно отлаживаются, корректируются, и в скором времени начнется массовое производство самих наноботов-модификаторов. Блин, чувствую себя не человеком, а неким элементом сложного производственного процесса, и в мою задачу входит обеспечение гигантского промышленного комплекса всеми необходимыми ресурсами. Короче говоря, с некоторых пор пищу принимаю раза в два чаще и харчей съедаю раза в три больше, то же самое насчет воды, пью её как не в себя. И это только подготовка. Что будет, когда начнется основной процесс модификации даже представить боюсь. Вообще-то, выход есть, чтобы не жевать постоянно, сидя на горшке, залягу в регенерационный кокон и баиньки.

Итак, я богат, социально значим, одарен псионически, расту интеллектуально и физически, так почему до сих пор торчу в дыре под названием Раджхар? А потому, что для резкого броска в космические дали нужны обширные знания и навыки. После захвата ковчега Предтеч и грандиозного плюшкопада, девяносто девять из ста счастливчиков наверняка досрочно расторгли бы контракт с администрацией и отправились на «Биорей» или вовсе в центральные миры, чтобы, забравшись в медицинскую капсулу, начать изучать под разгоном необходимые базы знаний.

Поначалу я именно так и собирался поступить. Однако, пораскинув мозгами, решил все-таки остаться на планетарной базе. Дело в том, что более шести часов в сутки изучать базы под воздействием специальной химии, иными словами нейроактиваторов, человеку не позволят его нейросеть, а также штатный искин медкапсулы, ибо при передозе велик риск, начала неконтролируемого движения кукухи пациента в нежелательном направлении. Можно, конечно, до конца получения всех необходимых знаний торчать в капсуле безо всякого разгона – это вполне безопасно для здоровья разумного. Но такой подход для меня неприемлем. Дело в том, что химические, точнее биохимические нейроактиваторы дают прирост эффективности усвоения данных примерно на два порядка. Арифметика проста, шесть часов в капсуле под разгоном, эквивалентны шестистам-тысяче часов в обычном режиме. Удовольствие, скажу вам, не из дешёвых, однако на нехватку денежных средств пока не жалуюсь. Так вот, представил, что всякий раз по истечении шестичасовой суточной нормы изучения баз под разгонными препаратами придется бездарно убивать время на «Биорей», и мне как-то резко захотелось остаться на Раджхаре.

За почти два года я привык к жизни Робинзона и монотонному труду добытчика. Впрочем, теперь охота и собирательство для меня не являются чем-то обременительным, достаточно сходить в полноценный рейд раз в декаду, и обязательная норма выработки будет выполнена. Остальное время можно проводить как душе угодно. Хочешь, валяйся на лежаке под лучами местного солнца, хочешь, путешествуй по планете, можно рыбку половить в Полноводной, или еще какой речке, в море Орш, да хотя бы в океане. Еще грибы здесь растут не только ядовитые или галлюциногены, но вполне съедобные и очень вкусные типа земных боровиков, подберезовиков, подосиновиков и груздей. Короче, заняться чем есть. Вот я и постигаю базы под разгонными препаратами, а между учебными сеансами хожу по грибы и ягоды, ловлю рыбку, изучаю местные красоты, не забывая при этом выполнять обязательную норму добычи планетарных ресурсов.

Что касаемо наших отношений с Тиин Котри, мы с ней тихо-мирно расстались. В какой-то момент девушка стала чересчур навязчиво проявлять ко мне матримониальные устремления.

Как это ни странно, институт семьи в Содружестве не только не исчерпал себя, но до сих пор весьма востребован. Вступившие в брак молодые (также, как и пожилые) люди автоматически получают приличную прибавку к уровню социальной значимости, в довесок к нему прилагаются неплохие бонусы от государства: существенное снижение налоговых обременений, льготы при получении кредитов в государственных и некоторых частных банках, приличную доплату к окладу, если ты госслужащий и так далее в том же духе. А если ребенок рождается в браке, тут и вовсе плюшкопад обрушивается на счастливых родителей. Так или иначе, практически повсеместно в мирах Содружества создаются условия для того, чтобы как можно больше граждан были связаны семейными узами, поскольку, по мнению психологов, брак в значительной степени снимает социальное напряжение внутри общества. Вполне с ними согласен, когда у мужика имеется персональный «дятел», ежедневно долбящий маковку и норовящий высосать головной мозг через уши, вдобавок пара-тройка спиногрызов, требующих постоянного внимания и заботы, тут уж не до антисоциальных или криминальных поползновений.

Лично я к семейной жизни еще не готов, ибо молод и не нагулялся. Короче, да ну нах. Так и объяснил подруге, мол, либо секс без обязательств, либо гудбай, май лав, гудбай. Как результат, меня выперли из маленькой уютной квартирки и сказали: «Гуляй, Вася!». Ну не дословно, прям так уж и Вася, но что-то в этом духе. Думаете я расстроился? Да нисколечко. Более того, на душе полегчало. Тут же отправился в одно приятное заведение, где тот самый секс предоставляется в неограниченных количествах, по приемлемым ценам, главное, без каких-либо дополнительных обязательств со стороны клиента.

В одном из своих путешествий по Раджхару мне повезло наткнуться на одно интересное образование непонятной природы. В северо-восточной части подведомственного мне промыслового участка непосредственно к морю Орш примыкает горная гряда, часть которой уходит под воду и образует цепочку небольших островов, шельфовая зона которых весьма богата разного рода объектами промысла. Впрочем, речь пойдет не об этих островах. В этих местах примерно в пятнадцати верстах от моря-озера мне удалось обнаружить довольно узкий каньон, уходящий вглубь горного массива. Любопытства ради прошелся по нему. По мере продвижения вглубь, ущелье трансформировалось в извилистый подземный ход шириной около тридцати метров, высотой до пятидесяти. Протопав по нему с километр, оказался в огромной куполообразной пещере, где вполне свободно могла бы разместиться целая деревушка. Могучих водных потоков, способных промыть в горе подобное чудо природы, не наблюдается, так что о происхождении столь грандиозной подземной полости оставалось лишь гадать. На всякий случай взял это место на заметку. И вот теперь это знание, определенно, мне пригодится.

Остаток дня и часть ночи после получения предупреждения о вторжении Пятого флота Республики Кайрас в систему желтого карлика Иосей 49 был посвящен сборам. Все что можно отвинтить, было отвинчено и помещено в трюм «Альбатроса». Также на борт атмосферного транспортника были загружены запасы пищи и воды, достаточные для того, чтобы пережить в комфорте многолетнюю ядерную зиму. Впрочем, надолго задерживаться на Раджхаре я не планировал. Как только подвернется удобный случай, непременно слиняю отсюда со всей доступной скоростью.

Поначалу в моей голове возникла шальная идея укрыться где-нибудь в космосе на трофейном кораблике «Лайсар», например, на спутниках одного из газовых гигантов, в поясах астероидов, или еще в каком потаенном месте. Но тут же пропала, ибо современные средства слежения быстро засекут в космическом пространстве работающий на полную катушку термоядерный реактор челнока. А вот значительно менее производительный реактор атмосферника «Альбатроса», выдающий всего лишь пять процентов от собственной номинальной мощности, да под полукилометровым слоем практически монолитного гранита засечь будет невозможно.

Откуда мне это известно? Дык, учусь. Недавно освоил базу по существующим методикам и оборудованию проведения поисковых и спасательных работ в условиях как открытого космоса, так на разного рода небесных объектах от астероидов до планет обитаемых и необитаемых. Даже если меня по какому-то недоразумению начнут искать целенаправленно, и на борту поискового корабля чудом окажется продвинутый псионик, он не почувствует мою ауру даже в том случае, если бы я находился не в глубоком подземелье, а прятался всего лишь под пологом тропического леса, сплошь покрывающего сползающую к морю часть горного хребта. Поэтому вопрос: «Где укрыться от захватчиков?», передо мной не стоял.

По окончании работ в доме кроме термоядерного реактора не осталось ни единой железяки, ни одного предмета мебели или посуды, ни крошки еды в стазис-камерах, впрочем, как и самих камер. Было бы часиков пять форы, мои механические архаровцы и реактор демонтировали – нехилых денег железяка стоит. Ладно, не буду жадничать, пусть враг подавится имуществом империи Аштри. Все что можно, уже прилипло к моим шаловливым ручонкам. Грузовые контейнеры, также не брошу, прихвачу на внешние зацепы «Альбатроса». Разумеется, роботов также не оставлю. Татьяна, было, заикнулась о неправомерности моих действий в присвоении не принадлежащего мне имущества империи. На что я ей тут же выдал всё, что в душе накипело в отношении и руководства «Биорей», и вообще всей придворной камарильи во главе с Её Величеством Кефани Седьмой, пальцем о палец не ударивших ради спасения застрявших на Раджхаре граждан империи. Суки трусливые и безмозглые, как только опасность на горизонте замаячила, тут же дристняк пробрал и пятки зачесались.

После жесткой обструкции Танька примолкла, и у меня на душе стало значительно легче. Такое бывает, после доброй семейной ссоры с взаимными упреками, истошными криками и битьем посуды.

Наконец сборы были закончены, у меня оставалось еще одно очень важное дело. Выйдя за ворота, я быстрым шагом направился к «баобабу» лагаров.

– Эй, лохматый, вылезай из дупла, разговор имеется!

На мои истошные крики тут же материализовался сам Писец и выдал возмущенный посыл, общий смысл которого заключался примерно в следующем:

«Какого хрена орешь, ночь народ спать изволит, а мне вдвойне тяжко, ибо последнюю самку окучил всего лишь полчаса назад!».

Пришлось доходчиво объяснять лагару вероятное положение вещей на ближайшее будущее:

– Ты это, не шуми, сосед, и не возмущайся! Короче, тебе и всем твоим женам, чадам и домочадцам необходимо в срочном порядке валить куда подальше от этого древа. – Свою речь я сопроводил мысленной анимацией подлетающего к моей базе боевого корабля из которого выпрыгивает куча вооруженных до зубов космодесантников. После того, как моя фазенда будет тщательно обследована, а её хозяин не найден, рейдер поднимется в воздух и обработает окрестности из всех находящихся на его борту стволов. Как результат, от базы и всех находящихся поблизости деревьев останется лишь выжженное пятно. – Если хочешь, могу взять тебя со всей твоей командой на борт «Альбатроса». Там, куда я отправляюсь неплохие места для охоты и достойных деревьев для вашего гнездовища видимо-невидимо. – Опять же мысленно нарисовал живую картину, как семейство лагаров во главе с Писцом дружно бежит по пандусу атмосферного корабля. Затем показал лес с обширными охотничьими угодьями, особо акцентировал внимание друга на полное отсутствие в тех местах болот, которые эти зверьки на дух не переносят, и наличие множества горных речек и ручьев с чистейшей питьевой водой.

Лагары животные хоть и территориальные и будут драться за свое жизненное пространство с любым врагом, но Писец оказался парнем понятливым, мгновенно сообразил, что супротив грозящего прилететь «лома» у его семейства нет достойного приема. Уяснив суть моего предложения, он издал громкое:

– Фью-ить! – После чего на «баобабе» началось бурное копошение несметного количества зверьков. На самом деле их было не более сотни, однако постоянные перемещения лагаров субъективно увеличивали их количество во многие разы.

В очередной раз подивившись коммуникативным возможностям данного вида, я пошагал к сторону фазенды. У ворот меня обогнал звериный авангард во главе с патриархом. Удивительно, но на спине каждого лагара была пристроена завернутая в кусок шкуры и заметно пованивающая ноша, чаще всего превосходящая размерами носильщиков раза в три, а то и все пять. Хотел было возмутиться и воспрепятствовать попаданию этого сомнительного лагарского цимеса на борт, но, подумав, запрещать ничего не стал, лишь приказал дроидам выгородить для мохнатых пассажиров отдельное пространство в трюме, ну не в обитаемый же отсек их пускать с таким запасом тухлятины. Ничего, потерпят, тут лёту всего-то около часа.

К моменту, когда вся толпа лагаров от мала до велика сгрудилась в непосредственной близости от крылатой машины, пространство внутри трюма для них было выгорожено металлической сеткой, чтобы любопытные зверьки не шастали где ни попадя и не портили принадлежащее мне имущество. Наконец грузовой люк распахнулся и широкий пандус приглашающе коснулся поверхности пластобетона. Ожидаемой погрузочной суеты не случилось. Звери не кинулись внутрь, топча друг друга и свою ношу. По команде повелителя, будто солдаты на плацу выстроились стройными рядами и колоннами и оперативно, но без толкучки рванули внутрь «Альбатроса».

Ну все, можно уносить отсюда ноги. Через пару часов агрессоры подвесят над планетой спутниковую группировку, и тогда уже все несанкционированные новыми властями полеты над Раджхаром будут пресекаться самым кардинальным образом. Не отозвался правильно на запрос «свой-чужой» и ничтоже сумняшеся тебя сожгут высокоэнергетическим пучком или достанут еще какой убойной хренью, чего-чего, а всего этого у кайрасских вояк более чем предостаточно. Недаром, «Биорей», до этого успешно отбивавший любые попытки пиратских кланов захватить систему Иосей 49, даже не попытался оказать какое-либо сопротивление Пятому флоту республики, а поспешил по-бырому смотаться от греха подальше. А может быть, и смогли бы отбить нападение, а то что случилось – следствие банального предательства руководства базы или кого повыше. Ладно, не стану накручивать себя разного рода измышлениями конспирологического толка, не мое это дело.

Полет прошел нормально. Прибыв на место, первым делом выгрузил звериное семейство у подножия огромного дерева, превосходящего размерами их оставленное жилище. Минут за десять вооруженная острыми зубами и не менее острыми клыками армия лагаров очистила место своего будущего обитания от горластых «макак», многочисленных змей, стай каких-то птиц, гигантских жуков, слизней и прочего зверья и насекомых. Затем освободили трюм от мешков с запасами пищи и приступили к заселению своего нового дома. По прилету на место, нужно будет организовать дезинфекцию и дезинсекцию трюма, также все там хорошенько проветрить.

Избавившись от пассажиров, поднял кораблик в воздух и направил его прямиком к знакомому ущелью. По мере сужения прохода пришлось наклонять «Альбатрос» градусов на шестьдесят. Принайтованные тросами и сетями к палубе грузы, вопреки моим опасениям, не сместились и не нарушили центровку. Не скоро, но вполне уверенно и без эксцессов атмосферный корабль протиснулся в огромную подземную полость. Выбрав удобную площадку, я посадил «Альбатрос и первым делом перевел реактор в режим экономии. Пяти упомянутых процентов от его номинальной мощности для обеспечения всех потребностей, как бортовых систем, так и прочего необходимого оборудования предостаточно, а летать я пока что никуда не собираюсь.

Закончив с переездом, подключился в пассивном режиме к транслируемому остаткам имперской военной инфраструктуры каналу.

А в космосе-то движуха, да еще какая. Оставшиеся от полутора тысяч пара сотен дальних боевых фортов империи до сих пор оказывали сопротивление превосходящим силам противника. По бесчисленному количеству болтающихся в системе «свежих» обломков малых штурмовиков, десантных ботов, боевых дронов, транспортных бортов, тяжелых рейдеров и прочих кораблей ежику было понятно, что враг все же основательно умылся кровью. Боюсь, что после подобной встречи пощады имперцам на Раджхаре ждать не приходится. Озлобленные кайрасцы, потерявшие при штурме множество друзей, товарищей или просто хороших знакомых, вопреки всем правилам и законам, действующим в Содружестве в отношении нонкомбатантов, непременно оторвутся на мирных гражданах. Печально, что руководство «Биорей» не приняло бой. Станция прекрасно защищена и оснащена самыми современными видами вооружений, хотя бы со значительными потерями вполне могла бы нанести неприемлемый для противника урон и заставить его покинуть систему. Коль уж собрались драпать, хотя бы сбросили весь москитный флот. Управляемые достаточно мощными искинами снабженные микропрыжковыми двигателями брандерные дроны изрядно попортили бы кровушки республиканцам.

Ну все, успокойся, тащ генерал! К сожалению, мой полководческий талант вряд ли здесь востребован. Тут своих лампасников дохренища. К тому же, с моим знанием боевых и прочих уставов ВС РФ меня тут на смех подняли бы, дескать, откуда такое «окаменевшее говно мамонта» нарисовалось?

Отлипнув от сети, решил выйти из кораблика и осмотреться в пещере повнимательнее. Надел броню, проверил оружие и дал команду искину «Альбатроса» врубить на всю катушку внешнюю иллюминацию.

Ёхана бабай! Что тут началось! Как оказалось, моя пещера населена не менее плотно, нежели нынешнее обиталище лагаров до их прибытия на новое место. В прошлый и единственный мой визит такого ажиотажа не наблюдалось. И откуда только повылезло столько ползающих, бегающих и летающих тварей? Впору к Писцу за помощью обращаться. Хотя нет, пушистики в данный момент заняты обустройством жилища, точнее жилищ, ибо каждая самка со своими детьми имеет на дереве собственное гнездо.

Коль лагары мне не помощники, придется поступить кардинальным образом. По моей команде бортовой пищевой синтезатор тут же был настроен на производство хлорпикрина. Была в Армии Советской, а потом по наследству перешла в Российскую такая забава – загоняли бойцов в специальную палатку, бросали туда хлорпикриновую шашку и заставляли проходить тест на совместимость человека с резинотехническим изделием номер раз, то бишь противогазом. Нас курсантов подобная участь не миновала. К несчастью, мой противогаз оказался со скрытым дефектом выпускного клапана (а я-то удивлялся, что это мне в отличие от остальных товарищей так хорошо в нем дышится). Так вот, хлебнул я тогда той гадости полные легкие, ну не полные – успел-таки выскочить из палатки. Клапан мне поменяли быстро и в платку загнали со следующей партией испытуемых. Ротный старшина, впрочем, не забыл потом «наградить» меня двумя внеочередными нарядами с формулировкой «за хитрожопость». А я ведь тогда честно не ведал ни сном ни духом насчет неисправности противогаза.

Для производства отравляющего вещества использовал синтезатор, прихваченный с базы. Он был вынесен дроидами за пределы воздушного судна, кабелем подключен к общей бортовой сети через внешний разъем и после моей команды начал выдавать маслянистую жидкость, которая, оказавшись на каменном полу пещеры, довольно быстро превращалась в стелющийся по земле газ желтовато-зеленого цвета. Двух часов работы синтезатора вполне хватило, чтобы довести концентрацию паров в пещере до уровня, при котором все живое было вынуждено освободить занимаемую территорию. Самые упертые тупые или слишком медленные твари попросту сдохли.

После завершения работы синтезатора по производству ОВ мне пришлось провести на борту «Алтбатроса» еще сутки. За это время пары хлорпикрина были вытеснены притоком свежего воздуха. Для дальнейшего воспрепятствования попадания животных внутрь пещеры главный вход и все вентиляционные отверстия были взяты под прицел прихваченных с базы и установленных на турелях орудий иже с ними отпугивающих генераторов ультра и инфразвука. Чтобы не завоняло, приказал дроидам хорошенько прибраться в пещере, в том числе избавиться от толстого слоя слежавшегося гуано, перемешанного с костями, и всех крупных камней. К окончанию третьих суток пещера представляла приятное глазу зрелище. Пол ровный гладкий, на стенах яркие световые гирлянды. Прям ощущение Нового Года. В качестве ёлки «Альбатрос», переставленный в центр подземелья. Ау! Дедушка Мороз, тащи свои подарки!

Все это время мое внимание было также приковано к ситуации во внешнем мире. Избежавшие уничтожения спутники имперской орбитальной группировки и разбросанные по системе станции наблюдения продолжали исправно транслировать данные с установленных на их борту приборов слежения. Подавив сопротивление на подступах к Раджхару, завоеватели приступили к наведению порядка на планете. В результате все малочисленное население было изловлено и сосредоточено на одном из островов, остальные поселения и базы охотников были уничтожены тяжелыми планетарными штурмовиками. Мне было вдвойне неприятно наблюдать за тем, как под ударом гравитационных эмиттеров превращается в пыль моя база, а вместе с ней приличный кусок леса вместе с «баобабом» лагаров.

Возникает вопрос, чем вызвано столь вопиющее варварство в отношении имущества поверженного противника? Дело в том, что всякая война рано или поздно заканчивается мирными переговорами. Так вот, если на завоеванной территории не осталось инфраструктуры побежденного, так с захватчика и спросу нет, принцип «вашего тут не стояло, зато теперь есть наше, так что валите-ка лесом» вполне работает. Думаю, к окончанию боевых действий республиканцы подвесят над Раджхаром орбитальную станцию-базу, а также начнут активно осваивать планетарные ресурсы. За что, собственно, и боролись.

Вопреки моим опасениям, с пленными поступили вполне гуманно. Живут в палатках, людей не ограничивают в питании и в свободе передвижения по острову. Сам я выходить с поднятыми рукам не собираюсь, поскольку оказаться в армии даже самого справедливого и гуманного государства желания не испытываю. Хватит, в прошлой жизни нахлебался, теперь не хочется, ибо успел вдохнуть глоток свежего воздуха свободы и понять, что не уставом единым жив человек. К тому же мое затворничество не мешает мне изучать все ранее скаченные из Сети учебные базы и разгонной химией я запасся с избытком. Так что сижу тише воды, ниже травы, из укрытия носа особо не высовываю, если только на прогулку под сенью леса, или с дружественным визитом к лагарам. В одном из таких посещений продемонстрировал Писцу картину уничтожения прежнего обиталища его рода. Проняло, он весь как-то обмяк, даже скупую слезу уронил. Таким расстроенным я никогда не видел своего друга. Впрочем, грусть Писца продолжалась недолго, минут через десять он был снова бодр и вполне жизнерадостен. Предложил сходить на совместную охоту на пасущихся неподалеку хурошей, зиргов и балзанов. Я был вынужден отказаться, поскольку оказаться на открытом пространстве под объективами спутниковых камер высокого разрешения желания не было.

Около месяца так и жил отшельником. Шесть часов в сутки постигал разного рода премудрости, как то: устройство малых, средних и больших космических кораблей, бортовое вооружение, навигацию, взлом и перепрограммирование простых и сложных вычислительных устройств, психологию искусственного интеллекта, управление подразделениями боевых дронов и еще хренову тучу всяких необходимых будущему командиру космического корабля знаний. После учебы гулял по лесу или лежа в пилотском ложементе, пялился на Раджхар и окрестности планеты. А когда Татьяна запустила по полной программе модификацию моего организма, залег в регенерационный кокон и продрых там больше месяца.

После того, как я весь такой модифицированный выбрался из капсулы и обозрел Раджхар, ситуация на планете в отношении захваченных в плен граждан империи Аштри мне сильно не понравилась.