- -
- 100%
- +
Фридрих Ницше. Весёлая наука, 1882 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 3. М., 2014. С. 318.
«За твоими мыслями и чувствами стоит твоё тело и твоя самость в теле: terra incognita. Для чего у тебя эти мысли и чувства? Твоя самость в теле что-то этим выражает» (Ницше Ф. ЧиН 1882—1883, 5, 31 // Там же. С. 191).
«Тело философствует» (Ницше Ф. ЧиН 1882—1883, 5, 32 // Там же. С. 192).
«Платон более ценен, чем его философия! Наше тело мудрее, чем наш дух!» (Ницше Ф. ЧиН 1884, 26, 355 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 11. М., 2012. С. 227. Ср.: ЧиН 1884, 26, 353 // Там же. С. 226: «…сначала образовать высшее тело: образ мыслей потом найдётся. Платон». Ср.: Так говорил Заратустра II (1883) // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 133: «С тех пор как лучше знаю я тело, – сказал Заратустра одному из своих учеников, – дух для меня только подобие духа; а всё „непреходящее“ – только уподобление»).
«…то есть изменять тело внешне, без химических средств, в действительности же речь идёт о том, чтобы посредством морали изменить химический состав тела» (Ницше Ф. ЧиН 1882—1883, 4, 217 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 10. С. 147).
«Посредством питания можно образовывать и преобразовывать душу.. Чтобы изменить душу, нужно изменить тело» (Ницше Ф. ЧиН 1883, 17, 6 // Там же. С. 452).
«Пусть они выздоравливают, и преодолевают, и создадут себе высшее тело!» (Ницше Ф. Так говорил Заратустра I (1881). С. 320); «Сперва ты должен построить себя соразмерно в отношении тела и души… Высшее тело должен создать ты, первое движение, вечно вращающееся колесо, – созидающего должен ты создать» (Там же. С. 73).
«Лицемерие и недостаток доверия к самому себе, страх перед собой, презрение к себе – все эти чувства бессильных природ непрерывно изменяют и тело» (Ницше Ф. ЧиН 1883, 7, 120 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 10. С. 239).
«Человеческое тело представляет собой более удивительную мысль, нежели старая „душа“» (Ницше Ф. ЧиН 1885, 36, 35 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 508: «Путеводная нить тела… Человеческое тело, в котором снова оживает и обретает плоть отдалённое и ближайшее прошлое всего живого становления, сквозь которое и через которое, по всей видимости, течёт огромный неслышный поток, – это человеческое тело представляет собой более удивительную мысль, нежели старая „душа“»).
«Значимо исходить из тела и использовать его как путеводную нить. Оно значительно более богатое явление, допускающее более строгое наблюдение. Вера в тело устанавливается легче, чем вера в дух» (Ницше Ф. ЧиН 1885, 40, 15. С. 571).
«Тело образуется задолго до выражения души» (Ницше Ф. ЧиН 1878, 30, 88 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 8. М., 2008. С. 578).
«…сами органы чувств известны нам только в качестве ощущений. Не глаз видит, а мы видим, не мозг думает, а мы думаем. Глаз, как и мозг, дан нам только как ощущение, ни в коей мере не больше, чем все вещи extra nos. Наше тело есть также нечто вне нас, как и всё другое, т. е. оно известно нам в качестве ощущения, как и другие вещи» (Ницше Ф. ЧиН 1873, 27, 77 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 7. М., 2007. С. 551).
«…соединяя их в единое целое и прикладывая к себе, мы, таким образом, выстраиваем из разрозненных ощущений некое существующее, прочное тело» (Ницше Ф. ЧиН 1880, 6, 412 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 9. М., 2013. С. 285).
«Человеческое тело – намного более совершенное образование, нежели какая-либо система идей или чувств, более того, оно намного выше произведения искусства» (Ницше Ф. ЧиН 1884, 25, 408 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 116).
«Наше тело есть нечто гораздо более высокое, тонкое, сложное, совершенное, нравственное, чем все нам известные человеческие связи и общности» (Ницше Ф. ЧиН 1883, 7, 133 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 10. С. 242).
«…тело помогает нам познать человека как множество живых существ, которые частью борются меж собой, частью распределяют обязанности и повинуются друг другу; утверждая своё отдельное существование, они невольно утверждают и целое» (Ницше Ф. ЧиН 1884, 27, 2 7 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 263—264).
«Во всём развитии духа речь идёт, может быть, о теле: это чувственная история того, как образуется более высокое тело… Живое поднимается на более высокую ступень. Наша жажда познания природы – средство, с помощью которого тело хочет себя усовершенствовать. В конце концов речь идёт вовсе не о человеке: он должен быть преодолён» (Ницше Ф. ЧиН 1883—1884, 24, 16 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 10. С. 556).
«Если разложить наше тело в пространстве, мы получим о нем точно такое же представление, как о звездной системе, и разница между органическим и неорганическим перестанет бросаться в глаза» (Там же. С. 554).
«Мы считаем опрометчивым то, что именно человеческое сознание столь долго рассматривали как высшую ступень жизненного развития… Ещё более удивительная вещь – тело: можно до бесконечности восхищаться тем, как человеческое тело стало возможным, как может жить, расти и некоторое время сохраняться как одно целое такое поразительное сочетание живых существ, зависимых, подчинённых и в то же время в известном смысле повелевающих и действующих по собственной воле, – и всё это совершенно очевидно происходит не благодаря сознанию!» (Ср.: Кгатег P., Bressan P. Humans as Superorganisms: How Microbes, Viruses, Imprinted Genes, and Other Selfish Entities Shape Our Behavior // Perspectives on Psychological Science. 2015. 10. P. 464—481 (Ницше Ф. ЧиН 1885, 37, 4 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 518).
«Великолепное соединение многообразнейшей жизни, расположение и упорядоченность высших и низших видов деятельности, тысячекратное повиновение – не слепое и тем более не механическое, а избирательное, умное, внимательное, даже сопротивляющееся повиновение, – вот что такое „тело“, явление которого в сравнении с нашим сознанием, нашим „духом“, нашим сознательным мышлением, чувствованием, волей так же превосходит их умственно, как алгебра таблицу умножения» (Ницше Ф. ЧиН 1885, 37, 4 // Ницше Ф. Полн. собр. соч. T 11. С. 518—519).
ГЛАВА 4. ТЕРТУЛЛИАН И СТОИКИ О ТЕЛЕСНОСТИ ДУШИ
Душа – это тело
Я говорю не только о тех, которые представляют душу состоящей из явных телесных субстанций: например, Гиппарх (Известен математик и астроном Гиппарх из Никеи II в. до P. X. Жил на Родосе и в Александрии) и Гераклит – из огня, Гиппон и Фалес – из воды, Эмпедокл и Критий – из крови, Эпикур – из атомов (если и атомы при своем соединении образуют нечто телесное), Критолай и его перипатетики – из какой-то пятой субстанции [Пятая стихия (или квинтэссенция) – эфир (то есть верхние слои воздуха). Гераклид Понтийский и Критолай с квинтэссенцией отождествляли душу] (если и она – тело, потому что вмещает тела), но причисляю сюда также стоиков, которые, заявляя, что душа – это дух, почти как мы, ибо дуновение и дух близки между собой, будут, однако, без труда доказывать, что душа – это тело.
В самом деле, Зенон, определяя душу как посеянный дух, рассуждает таким образом: то, говорит он, с чьим уходом живое существо умирает, является телом; когда уходит посеянный дух, живое существо умирает, следовательно, посеянный дух есть тело. Следовательно, душа – это тело.
И Клеанф утверждает, что сходство с родителями наблюдается у сыновей не только в очертаниях тела, но и в свойствах души, то есть в похожести характеров, способностей и склонностей; что сходство и различие тел распространяется и на души и что, таким образом, душа есть тело, поскольку похожими и непохожими бывают тела.
Он также утверждает, что между страданиями телесного и бестелесного нет ничего общего, между тем, и душа сочувствует телу, которому, пораженному ударами, ранами, язвами, она сострадает, и тело – душе, которой, удрученной заботой, тоской, любовью, оно соболезнует, лишаясь общей с ней жизненной силы, при этом о стыде и страхе души свидетельствует краска стыда или бледность. Следовательно, душа есть тело, поскольку подвержена телесным страданиям.
Но и Хрисипп протягивает ему [Клеанфу] руку помощи, утверждая, что телесное никоим образом не может быть покинуто бестелесным, ибо даже не затрагивается им (отсюда и слова Лукреция: Ведь осязать, как и быть осязаемым, тело лишь может (Лукреций. О природе вещей, I 304. Пер. Ф. А. Петровского), однако люди умирают, когда душа оставляет тело. Следовательно, душа есть тело, так как она не могла бы покинуть тело, если бы не была телесной (Т. Д. Барнес в последнем предложении этой главы усматривает propositio речи).
Душа является телом, несмотря на свое отличие от других тел.
Душа наделена определённым обликом, видом и размерами.
Так как мы признали за душой тело особого свойства и рода, это её своеобразие уже заранее даёт нам можность судить о прочих привходящих признаках телесности: или они присутствуют у той, которую мы показываем как тело, но относятся к особому роду в соответствии с телесной особенностью; или не присутствуют, что и является своеобразием тела души: отсутствие у него признаков, которые есть у прочих тел. Но мы, тем не менее будем утверждать, не считая это непоследовательным, что всё, более относящееся к субстанциальному и бесспорно причитающееся телесности, присутствует также и у души, как, например, облик, пределы и протяженность в трех измерениях (Платон. Законы. X 896d) я говорю о длине, ширине и высоте, при помощи которых философы измеряют тела.
Ведь если душа является телом, то, без сомнения, среди прочего, о чем мы сказали выше, будет у всякого тела [а, следовательно, и у души] характерный цвет. В таком случае, какой другой цвет ты определишь для души, как не воздушный и светлый? Не так, чтобы сама ее сущность была воздухом, даже если так считали Энесидем (Энесидем – философ-скептик I в. до Р. X. из Кноса на Крите) и Анаксимен [Анаксимен – греческий натурфилософ VI в. до Р. X., представляющий наряду с Фалесом и Анаксимандром Милетскую школу] (думаю, что и Гераклит, как полагают некоторые), или светом, хотя так полагал Гераклид Понтийский (Гераклид Понтийский – автор сочинений по этике, физике, грамматике, истории, географии (сер. IV в. до Р. X.),
Ведь и у красных самоцветов сущность не огненная, хотя они и переливаются золотисто-красным цветом, и бериллы не состоят из воды, хотя им и присущ блеск светлой волны (сколь много существует и других вещей, которые соединяет цвет, но разделяет природа!), – но потому, что все тонкое и прозрачное как бы соперничает с воздухом, и душа будет таковой, поскольку она происходит от дуновения и духа, ведь именно из-за этой самой ее тонкости и ставится под сомнение ее телесность.
А теперь в соответствии со своим ощущением попытайся представить себе образ человеческой души, который окажется не чем иным, как человеческим, и притом того тела, которое носит каждая душа.
Один человек будет внутренним, другой – наружным; дважды один, причем и внутренний человек также имеет свои глаза и уши…
Душа является простой и однородной.
Душа является несоставной и неделимой.
Её, однако, пытаются разделять на части: Платон, например, – на две (Платон. Государство, X 604b–е) Зенон – на три, Аристотель – на пять, Панэций (Панэций – философ II в. до Р. X., основатель Средней Стои) – на шесть, Соран – на семь, Хрисипп – на восемь, Аполлофан (Аполлофан – греческий философ из Антиохии, стоик) – на девять, некоторые стоики – на двенадцать, а Посидоний (Посидоний – греческий философ 2–й пол. II в. – 1–й пол. I в. до Р. X., историк, географ, астроном, ученик Панэция) – и на большее число частей. Последний, начав с двух компонентов: ведущего, который называют ἡγεμονικόν, и умозрительного, который называют λογικόν, затем разделил их на семнадцать (Согласно изданию Иакова Памелия, «на двенадцать») компонентов. Так, один за другим философы делят душу на разное число частей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.