КиберМиха 3. Аз есмь царь

– Прав ты, Акшин, я и сам это понимаю. Но сможет ли хатун Наида противостоять всем ханам каганата? А Ратибор-хан просто младенец.

– А мы на что? Наш Повелитель полностью изменил тактику сражений. Раньше мы не применяли пехоту, не использовали тяжёлую конницу. А ведь именно это принесло нам победы, что показали все сражения, которыми руководил Михар-хан. Ну да, придётся тебе, старому вояке, учить новые тактические приёмы, как это делал я. Наш государь, своей волей, вышел из каганата, о чём объявил послу Рустам-хана. Теперь мы либо враги, либо соседи.

– Государь? Ты называешь своего повелителя государем? Но государь – это царь. Разве Михар-хан решил создать своё государство? – удивился Юлдуз.

– Узнаешь обо всём, когда дашь клятву именем всех Предков, как Духами Предков рода, так и Духом Синего Неба и Духом Матери-Земли, – важно ответил Акшин, вновь подставляя пиалу рабам, чтобы добавили кумыса.

Следующие пару часов Юлдуз и Акшин обсуждали то, что войско орды Бёри следует загонять в учебные лагеря, чтобы учить воинов новой тактике. Их разговоры прервал воин, заглянувший в юрту Юлдуз-бека, который сообщил, что прибыл гонец из орды Пшызе. Через минуту в юрту ввалился воин, упав на колени, он коснулся лбом ковра. Акшин видел этого воина, но сейчас, во хмелю, никак не мог вспомнить его имя.

– Меня отправила хатун Наида. Акшин-бек, я должен сообщить, что наш Повелитель очнулся, его дух вернулся в тело. Слава Духу Синего неба, Духу Матери-Земли и Духам наших предков, да продлится здоровье нашего Повелителя на долгие годы, – на одном дыхании выпалил воин.

– Что?! – в один голос воскликнули оба темника.

Пришлось гонцу ещё раз повторить то, что он уже сказал. Только тогда Юлдуз и Акшин осознали важность донесения, что сразу выветрило у них хмель, хоть и частично. Акшин-бек отстегнул от пояса мешочек с золотыми монетами и наградил гонца, отдав ему весь мешочек, в котором столько золотых монет, что гонец сможет купить не один десяток породистых скакунов. В обратную дорогу Акшин-бек поехал на следующий день, вместе с ним отправился Юлдуз-бек.

Февраль 673 год. Орда Пшызе. Михар-хан.

Изображал я из себя бревно всего лишь два дня. Буквально на третий день запросил варёного мяса. Мой организм восстанавливался достаточно быстро. Ещё раз убеждаюсь в том, что мне вместе с какой-то дрянью в голову, ввели в мой организм что-то ещё. Что именно я пока так и не узнал. До ранения пробовал говорить с Эразмом на эту тему, но он грамотно уклонился от ответов. Одно я усвоил для себя чётко, применены какие-то серьёзные технологии, о которых простые люди даже не догадываются, относят такие вещи на божественное влияние. Но я-то не абориген из Средних веков. Кое-что понимаю, а что не понимаю, о том догадываюсь. Кто эти неизвестные, мне непонятно. Да и не стремлюсь я особо получить такие знания. Главное научиться тому, чтобы использовать себе во благо то, что мне дали. С какой целью святоши всё это сделали? Здесь для меня нет секрета, им нужна кукла, которая будет решать их задачи. Вот же кукловоды доморощенные. Но я их со временем разочарую, дайте только срок. Вернусь к своему организму. До отравления у меня были неплохие способности, в физическом плане. То есть я чуть быстрее и сильнее, чем обычный человек, пусть даже развитый физически. То, что во мне есть, не позволило умереть от яда. А ещё позволяет восстанавливаться с приличной скоростью. Так что на третий день я не только начал нормально питаться, но и приступил к тренировкам. Физические нагрузки моментально повлияли на мой аппетит. В хозяйственные дела орды я пока не вникал, тудуны и темники нормально справляются со своими задачами. Поход в земли славян, я решил отложить до весны. Существует вероятность, что Рустам-хан объединит ханов каганата и развяжет войну со мной. Так что, пока выжидаем.

В эту неделю я поговорил с Вереск, расспросил её о своём отравлении, а также о том, как она мне помогла. Вереск честно рассказала обо всём, в том числе о том, что её готовили в орде Рустам-хана, обучали знаниям ядов и трав. Но не готовили специально для меня. Каган велел учить девочку так, на всякий случай, вдруг пригодится. А когда представился случай, каган, конь педальный, подсунул её мне. Рустам надеялся, что Вереск отравит меня, а когда она отказалась, наняли какого-то воина или охотника. По сути, мои воины клялись духами предков в верности, потому не должны пойти на предательство. Никто не захочет накликать беду на свой род. А вот земледельцы или пастухи, которые тоже могут быть охотниками, такой клятвы не давали. Значит именно отсюда пришло предательство. Эх, сиротинушка я, нет у меня своей службы безопасности. Только-только зарождается, планирую создать такую под руководством следопыта Дугуна, из рода Балмир-бека. Дугуна я отправил на Север, чтобы он там связался с варягами или с викингами, таковые должны быть в этом времени. Если справится с наймом, то под него и буду организовывать СБ. А из северян хочу сделать тяжёлую пехоту. Но это пока только планы. Хотя пехота у меня уже есть, из греков и спартанцев, неплохо себя показали в крайнем походе. Тем не менее я отдал приказ искать охотника или пастуха, который мог быть на том, злосчастном празднике. Люди часто подмечают мелочи, стоит только об этом их расспросить и будет возможность найти предателя. От зимнего набега на славянские земли я отказался, подожду до весны. Когда проснётся природа, будет проще с фуражом для лошадей.

Наида отправила гонцов к родичам, в орду Бёри и в орду Волоку, туда поехали мои темники Акшин и Балмир, чтобы склонить ордынцев на вливание в мою орду. Ничуть не сомневаюсь, что каган Рустам-хан попытается их подмять под себя, чтобы усилить своё войско. Я-то официально вышел из каганата, о чём сообщил послу Рустама. Мне такого не простят. Но каган не решится на войну со мной в одиночку. Мои воины более подготовлены. А вот если он объединит вокруг себя всех ханов, то вопрос останется открытым. Возможно, что я смогу одолеть войско всего каганата, вот только такая победа реально может стать пирровой победой. Потери воинов будут катастрофическими, а такого допускать нельзя. Это, кстати, одна из причин, почему я отказался от зимнего похода к славянам. Да и с святошами пока непонятно. Нет, то, что они в меня вложили сумасшедшие средства будет держать их в тонусе. Церкви требуется распространение христианства, а я тот правитель, который не возражает против строительства храмов и прочих богоугодных зданий. Сейчас на моей южной границе спокойно. Рим с нами не воюет, мы туда в набеги не ходим, за что нам и платят. Но с Ближнего Востока имеется угроза – Арабский Халифат. Они уже поджимают римлян. Мне тут на днях после того, как я очнулся, Наида рассказала некоторые новости. В Риме не всё так хорошо, как им бы этого хотелось. Похоже всё идёт к развалу Римской Империи. Византийская империя набрала силу, желает сама править, что меня, собственно, не удивляет. Так было и в моей истории, в той, моей прошлой жизни. Интересно, как себя поведёт церковь в этом случае, будет или нет, вмешиваться в политические движения? Хотя не сомневаюсь, что за нужные ниточки дёргать не перестанут.

Гонцы сообщили Балмиру и Акшину о моём возвращении в мир живых. К тому времени, как вернулись Балмир-бек и Акшин-бек, я уже не только сам вставал и прогуливался по стойбищу, но и приступил к лёгким тренировкам, чтобы вернуть былую ловкость и силу тела. Вместе с Акшин-беком прибыл полководец орды Юлдуз-бек. При отсутствии прямых наследников ханов, он, в принципе, мог бы побороться за власть, чтобы стать самому ханом орды Бёри. Правда для этого потребуется одобрение кагана или решение Курултая, иначе его могли назвать самозванцем. Но даже в таком случае можно было попробовать взять власть в свои руки, а одобрение получить позже, ну или наплевать на все одобрения. Таковы местные законы кочевников. Однако Юлдуз-бек здесь, так что послушаем, что он скажет. А вот Балмир-бек прибыл один, он ездил в орду Волоку, ханы которой являются нам ближними родичами. В данный момент хан орды Волоку Алжан, а он родной брат моей жены Наиды. Гостей встречали в моей юрте, которую я давно обозвал офисом. Раньше, до смерти моего отчима Чорпан-хана, была моей жилой юртой. Кочевники орды не понимают, что за «офис» такой, но к слову привыкли. Даже сами стали называть юрту офисом. Кроме гостей в юрте присутствовали мои барсы Наф и Ниф, а также мой ординарец Донат. Для начала Акшин, потом Балмир долго восхваляли всех богов и духов за моё чудесное возвращение в мир живых. Потом за эти же действия принялся Юлдуз. Я терпеливо ждал, навалившись на подушки, которыми меня заботливо обложили мои женщины. Благосклонно принимал все восхваления. Раз Акшин приехал не один, решил выслушать первым Юлдуз-бека.

– Вижу у тебя есть что сказать, уважаемый Юлдуз-бек, – обратился я к гостю.

Юлдуз-бек из сидячего положения поклонился до земли, уткнувшись лбом в ковры.

– Перед своей поездкой я говорил со старейшинами родов нашей орды, сейчас говорю за многих. Просим твоей милости, Повелитель, прими нас под свою руку, – Юлдуз вновь склонился головой к ковру, оставшись в таком положении, ожидая моего ответа.

– Все ваши старейшины родов должны будут дать клятву, перед Духами Предков, Духом Синего Неба и Духом Матери-Земли. Для этого вы приедете ко мне в стойбище, привезите с собой шаманов. Мой шаман Тимур проведёт ритуал. Я согласен взять вас под свою руку, буду защитником вашего народа, – ответил я.

– Всё сделаю, по твоему слову, Повелитель, – произнёс Юлдуз, поднимая голову от ковров.

– После клятвы, ты, Юлдуз-бек, станешь тудуном земель, будешь править от моего имени. Позже узнаешь, с каких данников станешь собирать дань, – добавил я к своему решению.

– Да продлит Дух Синего Неба твои годы, Повелитель, – ещё раз поклонился Юлдуз-бек.

– Наши темники отправят к тебе ата-туменов, которые станут учить воинов новой тактике сражений. А теперь расскажи, как живёт народ орды, а ещё расскажи, как умирали твои ханы, я послушаю, – предложил я.

Юлдуз-бек начал свой подробный рассказ о том, что я уже знал, но в общих чертах. Сейчас же мне хотелось услышать подробности.

Из рассказа Юлдуз-бека, я понял, что поиском убийцы Мурат-хана занимался следопыт Айдар, из рода Рахман-бека, тысячника Мурат-хана. Я сразу ухватился за эту информацию.

– Юлдуз-бек, расскажи мне подробней об этом Айдаре. А также то, что он нашёл или не нашёл по следам убийцы, – велел я.

– Айдар лучший следопыт в нашей орде. Его обучал старый Сувар, который погиб, лет пять назад, а равных Сувару я не знал, – начал рассказывать Юлдуз.

Старый полководец сделал паузу, ожидая от меня какого-либо слова. Но я ничего не сказал, так как понятия не имел, кто такой Сувар. Возможно, какая-то знаменитость среди следопытов. Я махнул рукой, чтобы Юлдуз продолжил говорить.

– Когда нашего Хана ранили, его люди прошли по следу, но потеряли того, кто стрелял отравленной стрелой. Нукеры не охотники и не следопыты, а воины. Так что они потерпели неудачу. Айдар потом сам ходил по этому следу. Позже он меня уверял, что вятичи не имеют к этому никакого отношения, хотя используемая стрела была точно такая, какую пользуют вятичи. А ещё Айдар нашёл лёжку, где убийца прятался, чтобы выждать, когда нукеры остановят поиски, тем более была ночь, – продолжил рассказ Юлдуз.

– Как только вернёшься в орду, пришли ко мне этого Айдара, хочу посмотреть на него. И не тяни с клятвой старейшин родов. Через две недели жду вас, этого времени достаточно. Айдара отправь незамедлительно, пусть поторопится, – высказал я своё повеление.

Юлдуз-бек более задерживаться не стал, он склонился до земли, после этого покинул мой «офис». Я проводил взглядом Юлдуз-бека, потом повернулся к Балмир-беку.

– Какие новости у тебя, Балмир? – задал я ему свой вопрос.

– Прежде чем говорить с Алжан-ханом, я поговорил с его братьями. Гитин и Жахбар не против войти в нашу орду. Особенно Гитин-хан, он был с тобой в набеге, считает, что удачливый хан приносит удачу всему войску. Хотя терять своё положение им не понравилось. Алжан-хан понимает, что ему не выстоять против кагана Рустам-хана, но идти под твою руку отказывается. Хочет заключить с тобой союз, чтобы ты встал в нужный момент на его защиту, – пояснил Балмир-бек.

– Союз говоришь? Они мне родичи по жене. Как за родичей я заступлюсь, но союза не будет. Союз заключают с равным, пусть Алжан покажет, что он равен мне. Желает Алжан править ордой, пусть правит. Станет плохо, пусть зовёт на помощь, – заявил я.

Из прошлой жизни, я кое-что помню из истории, когда существовали удельные княжества. Мне такое не нравится, если каждый князь себе на уме. А ещё мне не нравятся законы Аварского каганата, когда на Курултае легко могут снять кагана, на его место поставить другого. Нет, такой путь, пусть проходит мимо меня. Не буду торопить события, начну с славянских племён, а там видно будет. Есть у меня предчувствие, что Рустам пожелает подмять орду Волоку под себя. Я, конечно, подойду на помощь, но не сразу, посмотрим, как Алжан станет отбиваться в одиночку.

– Балмир, возвращайся в орду Волоку. Передай Алжан-хану, что я окажу помощь ему, как родичу, но союз заключать не стану, – высказал я свою волю.

Я устал, пока мы вели беседы, потому отпустил своих темников, а сам прилёг отдохнуть. Донат сбегал и пригласил Вереск, чтобы она прислуживала в случае нужды.

Интерлюдия 2. Кардинал Маркиан.

В своём рабочем кабинете, кардинал Маркиан сидел в кресле, за своим рабочим столом. Напротив него расположился на стуле его помощник архиепископ Зенон. Кардинал увлечён просмотром отчётов, в которых отражена работа агентурных служителей церкви. Зенон же присутствовал для того, что дать пояснения, если Маркиан того пожелает. В представленных отчётах отражались не только факты, но и слухи.

– Зенон, ты уверен в сведениях, что предоставляют наши агенты? – задал вопрос Маркиан, не отрывая взгляда от отчёта.

– Да, Ваше Высокопреосвященство. Факты проверены неоднократно. Что касается слухов, то к этому стоит внимательно присмотреться, – ответил Зенон.

– Агентура уверенно утверждает о том, что готовится фактический переворот, угрожающий Римской империи. Наместник Византийской провинции планирует отделиться, объявив себя властителем? – спросил Маркиан.

– Ни для кого не секрет, что Ираклий Первый мало уделяет внимания управлению империей. Что побуждает высокопоставленных чиновников желать власти. Но меня успокаивает то, что церкви ничто не угрожает. Напротив, наместник Валент Гал будет искать нашей поддержки. А иначе он не достигнет своих целей, – уверенно ответил Зенон.

– Я давно говорил кардиналу Квинту, что империя уверенно двигается к развалу, под управлением Ираклия Первого, – с горечью произнёс Маркиан.

– Квинт в прошлом Верховный жрец Рима, он слабо реагирует на изменившуюся обстановку. Верующих в старых богов становится всё меньше. Валент Гал прошёл обряд крещения два года назад, сейчас за него огромная толпа христиан, которые, не без наших усилий, набирают свою мощь. Провинциям не нравится то, что вновь подняли налоги. А Ираклий по-прежнему держится за старых богов, что не добавляет ему популярности. К тому же, смею заметить, император погряз в дворцовых интригах, – высказался Зенон.

В этот момент оба служителя церкви получили входящий сигнал на свои биосетки. На связь выходил митрополит Эразм. Маркиан сначала хотел поговорить с Эразмом наедине, но передумал. Кардинал приставил палец к своим губам, призывая Зенона к тишине, но давая возможность слышать переговоры.

– «У тебя новости, Эразм, раз ты решил меня побеспокоить невовремя», – предположил Маркиан.

– «Довожу до вашего внимания, Ваше Высокопреосвященство, что Михар-хан очнулся. Точно не могу сказать, как его вылечили. Но среди кочевников ходят слухи, что противоядие сварила наложница хана, тем самым поставив его на ноги. Наш проект в действии, а значит и средства, вложенные ранее не пропали зря», – сообщил митрополит Эразм.

– «Хорошо, продолжай придерживаться плана», – ответил Маркиан, отключив связь.

После разговора кардинал Маркиан размышлял, Зенон не прерывал кардинала, хотя вполне мог предположить, о чём думает кардинал.

– Зенон, что с ответами из Австралии? – наконец-то нарушил своё молчание Маркиан.

– По поводу развала Римской империи, ну или сохранения её целостности, титаны ответили отказом, они более не будут вмешиваться в политические течения каких-либо народов. Но сохраняют все наши договорённости, что заключили с церковью. Нам продолжат оказывать медицинские услуги и услуги патрулирования. Теперь об антиподе против неизвестного яда. Титаны запрашивают яд в чистом виде, чтобы создать противоядие. Пока у них решения, на проведённое исследование, нет. Так что сообщение от митрополита Эразма, пришло как нельзя кстати, – ответил Зенон.

– Хорошо, продолжим проверку отчётов агентуры, – принял решение Маркиан.

Оба священнослужителя вернулись к анализу полученных данных от агентурной сети.

Конец зимы 673 год. Орда Пшызе. Михар-хан.

Приближался праздник проводов зимы. У русских – это масленица. А вот авары называют такой праздник «Май чабу атнасы», в общем масляная неделя. Я кажется уже рассказывал об этом, но повторюсь. Народ орды готовится к празднику с чувством, с толком, с расстановкой. Предстоит серьёзная такая обжираловка. Своё здоровье я ещё не восстановил до того уровня, какой был до того, когда меня отравили, но уже близко к этой черте. Юлдуз-бек отправил ко мне следопыта Айдара. Встретил я его в своей рабочей юрте. Этот булгарин из знатного рода, но всё же, войдя в мою юрту, упал на колени, приветствуя меня по всем традициям местных кочевников. Я внимательно разглядел следопыта. Длинные волосы, в которые заплетены ленты. Одет скорее, как охотник, нежели воин, даже лёгкой кольчуги не наблюдается. Усы, борода, и волосы на голове тёмные. По возрасту за двадцать лет, а значит уже опытный, если учесть, что воином здесь становятся в четырнадцать. Я велел ему присесть на места, где обычно встречаю гостей. Кивнул Донату, чтобы он подал следопыту стрелу, которой меня ранили.

– Посмотри и скажи что-то об этой стреле, – велел я.

Айдар взял стрелу, из рук Доната. Повертел её в руках, рассмотрел наконечник и оперение. После осмотра Айдар достал из своего колчана стрелу, которая по оперению походила на ту, которой стреляли в меня. Некоторое время он сравнивал стрелы.

– Повелитель, кто-то хотел, чтобы убийцей считали вятича. Но это не так. Оперение, как у вятичей, но чуть подрезано. Вятичи так не делают. Убийца подрезал оперение, так как стрелял с большого расстояния. Наконечники гранёные, такие делают аварские кузнецы. У вятичей, лучи боевых наконечников шире. Убийца знал, что аварский наконечник, может пробить кольчугу наверняка. Стрелял очень опытный охотник. Повелитель, твои нукеры устраивали погоню, когда тебя ранили? – спросил следопыт.

Я велел Донату позвать моего нукера и сотника. Наида мне говорила, что Булач пробовал догнать убийцу, но потерял след. Через несколько минут появился Булач. Айдар начал задавать ему вопросы. Где произошло покушение, с какой стороны стреляли, кто был в это время рядом или поблизости. Куда вели следы убийцы, где потеряли след и так далее.

– Убийца уходил в сторону реки Уды. Мы его почти догнали, даже видели на расстоянии трёх перелётов стрелы, он входил в лес. У него были снегоступы, а там буреломы. Пока вернулись за снегоступами, пока возобновили погоню, ушло время. А потом пошёл снег, мы след потеряли, хоть и не сразу, – ответил мой сотник Булач.

– Ты смог бы описать то, во что одет был убийца? – этот вопрос задал я, своему нукеру.

– Одежда подбита волчьим мехом, а ещё на голове малахай из чернобурки, хотя могу ошибаться, далеко было, – немного подумав, ответил Булач.

– Мне надо осмотреть все места, где стреляли, куда бежал убийца. Времени много прошло, но может найдём что-то, например лёжку, где убийца надеялся отсидеться, – предложил Айдар.

– Булач, всё покажешь Айдару. И ещё, расспросите всех людей, кто был в тот день на празднике, примерное описание у тебя есть. Возможно, кто-то запомнил этого охотника. А сейчас ступайте, жду результатов, – отдал я приказ.

В этот день я решил отправить своих нукеров с проверками, как строятся города. Ата-джагун Барти отправился, со своей полусотней, к городам Саркел и Новгород. Уже сколько лет здесь, всё не привыкну к воинским званиям авар. Начал вводить чины, по примеру казачьего войска. Тем более я сам родом из казаков, так что мне такие слова более привычные. К Астрахани поехал ата-джагун Самилав, по-новому его чин хорунжий. Надо будет сесть расписать все чины, а потом объявить на всю орду, как моё повеление. Если поторопятся, то должны успеть к празднику проводов зимы.

Прошло три дня, как мои нукеры уехал, появились старейшины орды Бёри. С ними приехали шаманы родов и главный шаман орды Азан. Но руководить ритуалом всё равно будет мой шаман Тимур, тем более он уже знает, что и как делать. Всего приехало тридцать старейшин. Я решил не тянуть с клятвой, практически сразу отправились к истоку реки Папасанка, левый приток реки Бейсуг6. Там на большом холме, место силы. В этом месте шаман Тимур устроил большое капище, поставили идолов Духа Синего Неба, Духа Матери-Земли и несколько идолов, которые считаются проводниками к Духам Предков. Прибыв на место, шаман Тимур занялся приготовлениями к ритуалу. Отсыпая линии золой, Тимур прорисовал на утоптанном снегу пентаграмму. Меня посадил в центр, где прорисованы знаки Духа Синего Неба и Духа Матери-Земли. По краям пентаграммы прорисованы знаки Духов Предков, старейшины родов и их шаманы уселись в таких местах. Тимур дал мне выпить пойла, надо сказать дрянь питье, жутко горькое. Похоже этот старый чёрт, варит пойло из мухоморов. Честно скажу, не хочу даже знать, какие он там ингредиенты применяет. Передо мной поставил чашу, с тлеющей травой. Пока я не вырубился, видел, как Тимур поил глав родов, ему помогал шаман Азан. Я почувствовал, как вхожу в транс. А шаманы затянули песню. Окончательно я ушёл в нирвану примерно через минуту. Ну здравствуйте, глюки. Первым появился старый путник, которого я видел у одинокого дуба, когда был в коме от отравления. Я уже понял, что это Тенгри7.

– «Ты вновь берешь ответственность за судьбы людей. Я одобряю твои действия. Будь справедливым правителем, а народ отплатит тебе верностью», – произнёс Дух Синего Неба.

– «Мне так привычней тебя видеть. А то, когда разговариваю с барсом, мне кажется, что я сошёл с ума», – произнёс я, своими словами вызвал смех у Тенгри.

– «Тебе ли говорить. Народы гор прозвали тебя «Пардусом», хотя такое прозвище подходит для тебя, как нельзя кстати», – засмеялся Тенгри.

– «Я хочу покорить славянские народы, пойду в поход весной. Жду от тебя удачи», – сообщил я верховному божеству.

– «В твоей книге судьбы уже всё прописано, так что говорить об этом лишнее», – произнёс Тенгри, развернувшись пошёл туда, откуда пришел.

Буквально сразу после него появилась дриада, она была одета так же, как в прошлый раз. Или правильней сказать почти нагишом? Её платье из растений и цветов, едва прикрывало стройное тело. Эх, хороша.

– «Дашь мне обещание, как и в прошлый раз, что садить людей на землю станешь. Хватит им кочевать. Нужен будет мой совет, приходи на капище. Твои шаманы знают, что делать, и жертву людской кровью не приносите, не люблю я этого», – предупредила Дух Матери-Земли.

– «Йер-Су8, что ты скажешь о людях, которые несут веру Христа?» – решил спросить я.

– «Недолжно людям забывать старых богов, но забота о народе, теперь лежит на тебе. Не допускай вражды на своих землях, пусть народы живут в мире», – так высказала своё мнение Дух Матери-Земли.

Йер-Су развернулась и пошла в ту же сторону, куда ушёл Тенгри. Я с удовольствием наблюдал за походкой лесной нимфы. М-да, такой походке позавидовали бы модели из 21-го века, прямо глаз не оторвать. Йер-Су вдруг остановилась, оглянулась и погрозила мне пальчиком, после этого продолжила свой путь. Я же погрузился в забытьё, которое можно было бы назвать сном.

Очнулся я внезапно, прислушался к своему организму. Голова не болит, даже нет во рту послевкусия отвратного зелья шамана. Я встал. Посмотрел на глав родов, они тоже начали приходить в себя. В очередной раз подумал о том, какие видения были у них.

– Мы закончили, мой Повелитель, клятва взята с родов, – произнёс шаман Тимур, вставая на колени передо мной и склоняясь лбом к земле.

Шаман Азан повторил поклон за Тимуром. Я всё же решился спросить про видения у старейшин.

– Кам, какие видения приходят к старейшинам родов? – спросил я.

– Я не могу этого знать, мой Повелитель. Но Древние знания говорят, что приходят все боги и Духи предков, они и берут клятву у старейшин, – ответил Тимур.

По традиции я толкнул речь, что-то вроде того, живите дружно, а я буду править вами справедливо, служите мне верно, и воздастся вам благодать. В общем все будут счастливы, ибо правит ими божественный ставленник. Сам от себя не ожидал, что такое говорить буду. Но слово не воробей, сказанного обратно не вернёшь. После этого объявил Юлдуз-бека своим тудуном.