- -
- 100%
- +
Придя как-то с работы пораньше и не застав никого дома, прилёг на часок отдохнуть. Проспал мёртвым сном до утра. Не слышал, как вернулась тёща, как плакал сын, как несколько раз в комнату заглядывал тесть – узнать, что с ним. Во сколько пришла жена из клуба, не знал. Но это показалось мелочью с тем, что он выспался. Вечером всё повторилось вновь.
– Я так и буду сидеть возле спящего мужа? Хочу в клуб. – Ольга недовольно растолкала супруга: – Вставай!
– Олечка! Останемся дома, – взмолился Леонид, – мне трудно выдержать такой ритм жизни.
– А что делать мне?
– Я не могу раздваиваться. Должно быть что-то одно. Или работа, или отдых.
– Это твои проблемы. Можешь оставаться дома.
– А ты?
– Я пойду. Мы с подружками договорились встретиться в клубе.
– Без меня никуда не пойдёшь!
– Пойду!
На шум супругов прибежала тёща.
– Леонид! Ничего страшного нет. Лёлечка скучает, пусть с подружками поболтает.
– Дома скучно. Ребёнком заниматься не хочет. Пусть выходит на работу. Займётся полезным трудом на благо своей скуки.
Слова мужчины привели женщин в ярость. Две пары глаз гневно уставились, а два рта зашипели, обвиняя мужчину во всех грехах мира. Леонид выбежал из дома, ругая себя за неосмотрительность сказанных слов. Целую неделю жена никуда не ходила и, наказывая его, с ним не разговаривала. Помирило супругов кольцо, которое сейчас красовалось на руке Ольги.
Золотую середину проблемы они всё же нашли. Вмешался тесть, встав на защиту зятя. Жена и тёща отступили. Чтобы не ругаться, составили график. Ольга назвала его «Наша мирная жизнь».
Иногда она этот график срывала.
– Пойду к подружке на часок!
Приходила домой глубоко за полночь. Замечая обман, Леонид сдерживал себя, стараясь сохранить мир, убеждая себя, что не может красота находиться дома. Она должна блистать в обществе!
Сегодня был день внепланового похода в клуб, поэтому напоминание в рабочем календаре Леонид не проставил. Закрутившись на работе, забыл, что вечером супруги приглашены на день рождения. Недовольный голос жены в телефонной трубке напомнил о предстоящем событии и о том, что он найдёт её в клубе.
– Приличные люди на мероприятия не опаздывают, – упрекнула его Нина Николаевна, когда он забежал домой переодеться. – Вам, Леонид, ещё многому надо учиться.
Чему учиться, сказать не успела, так как он быстро прошмыгнул мимо.
Большой букет роз, подаренный имениннице, был извинением за своё опоздание. Женщины оживились, а мужчины встретили его приход с безразличием. Выдержав такт, перешагнув через уязвлённое самолюбие, Леонид поздоровался с каждым из них за руку.
– Молодец! Так держать. До бабских разборок не опускаемся, – похвалил его Пашка, когда Леонид подошёл к нему.
Пашка приехал раньше и видел, как встретили друга. Наблюдая за ним, не упустил случая понаблюдать за Ольгой. Он не раз ловил себя на мысли, что ей нравилось, когда мужа унижали. Слушая насмешки друзей, не вставала на защиту супруга и не одёргивала шутников. А её мнение в компании было не последним, если не первым. Иногда Павлу казалось, что она сама была провокатором подобного, отпуская непристойные реплики в сторону мужа, стараясь его сконфузить. Леонид сникал, а она закатывалась смехом. Павел хорошо знал женщин. Знал, когда любят. В глазах Ольги была пустота. Ему стало жаль друга.
Праздник был в самом разгаре, когда он решил по-тихому слинять. Но тихо уйти не получилось. Его остановил резкий голос.
– Ты не на заводе, чтобы мне указывать. На заводе командуй, а здесь мы хозяева.
Павел обернулся. Леонид, с красным от возмущения лицом, уходил от курящих на балконе мужчин, а Юрик, нагло улыбаясь, смотрел ему вслед.
– Чего не поделили? – поинтересовался Павел, когда друг подошёл к нему.
– Сделал замечание. – Леонида прорвало. – Сколько можно терпеть его хамство! Не сдержался сегодня.
– Давно надо было поставить на место этого сыночка.
– Смотреть противно. Придирается ко всем. Унижает. Сейчас официантку обозвал дешёвкой. Духи не понравились. Помоями воняют. Разве это поведение мужика?!
– Зачем тебе это надо, старик?
– Что надо? – не понял Леонид.
– Доказывать, что ты свой. – Павел стал серьёзным. – Ты уважаемый на заводе человек. И не только на заводе. Тебя уважают не как зятя директора. Тебя уважают за работу, за отношение к людям. На тебе весь завод держится. Другие заводы уже задохнулись от рыночных отношений, а наш завод как работал, так и работает. В этом твоя заслуга. Ты делаешь себя сам. Я горжусь, что у меня такой друг. – Пашка кивнул в сторону балкона. – А кто они? Детишки папенек и маменек. Ты чего перед ними шуршишь и шаркаешь? – Павел брезгливо сморщился. – Не стоит! Ты ушёл далеко вперёд, и им тебя не догнать. Они доедают последние куски славы своих родителей. Говорят, что отца Юрика снимают. Да пошли их ко всем бабушкам. У них за спиной ничего, а у тебя завод и коллектив.
– Может, ты и прав.
Пашка был прав, и Леонид это хорошо понимал. Ничего, по своей сути, эти мажорики не стоили. Натянутая маска важности, напыщенности и превосходства скрывала внутреннюю пустоту. Чем хвалились и что имели, заработали не сами, а получили от родителей. Если бы не жена, Леонид давно бы прекратил это общение, не тратя свою энергию на пустые разговоры. У него есть завод.
Последнее время всё чаще вспоминались слова отца, сказанные ему на вокзале, когда родители провожали его в Москву. Мудрые слова взрослого человека:
– Леонид! Чтобы остаться на плаву, можно меняться под окружение, но при этом не терять себя.
Мать тогда стояла прижавшись к сыну и плакала, а отец украдкой вытирал слёзы рукавом затёртого пиджака. Тогда Леонид был слишком молод, чтобы понять, какие чувства испытывали родители, провожая его во взрослую жизнь.
– Старик, пойдём погоняем шары, – оторвал его от воспоминаний Павел. – Рехнуться можно, слушая про тачки и модные шмотки. На мой характер, я бы этих бездельников на завод загнал, в качестве дармового труда.
– Идея хорошая. Польза для завода была бы огромная. – Леонид за весь вечер первый раз улыбнулся.
Они играли в бильярд вторую партию.
Увидев, как Пашка одним ударом закатил в лузу два шара, Леонид восхитился:
– Старик! У тебя прогресс в игре!
Павел хитро прищурился:
– Я записался в клуб любителей бильярда. Нанял себе личного инструктора.
– Зачем?
– Скоро узнаешь!
И это «скоро» не заставило себя ждать.
Рабочий день давно закончился, а Леонид сидел в кабинете и просматривал бумаги, кипой скопившиеся на рабочем столе. Он не спешил домой. Причиной задержаться на работе была утренняя беседа с тёщей, не упустившей случая напомнить ему о правилах поведения в приличных домах. Нагрубив и хлопнув дверью, он ушёл на работу, а теперь выжидал, когда Нина Николаевна отойдёт ко сну.
Позвонила жена.
– Котик! – проворковала Ольга. – Я в клубе! Здесь Павел такое творит! Приезжай! – И в трубке раздались гудки отбоя.
Войдя в клуб, Леонид увидел толпу народа в глубине зала. Окружив бильярдный стол, все наблюдали за поединком. Друг против друга, с киями в руках, почти голыми, стояли Пашка и Юрик. Шла игра на раздевание. Пашка был в спортивных трусах и с галстуком на шее, Юрка же – в супермодных стрингах. Один насмешливо строил рожи, другой нервно кусал губы и со злостью смотрел на соперника.
– Юрочка! Сейчас мой удар. Готовься снять свои гламурные панталончики. – Пашка хохотнул и подмигнул толпе.
Счёт был равный, и от его удара зависело, разденет он Юрку или нет.
– Ты же помнишь наше пари? Проигравшему кричать на столе: «Ку-ка-ре-ку». Голым!
В зале стояла тишина, и голос друга звучал издевательски:
– Вот так мы бьём мажорных отпрысков! – Выбрав удобную позицию, Пашка стукнул.
Шар, получив инерцию, медленно покатился вперёд. То ли Павел не рассчитал силу удара, то ли растратил её на слова, как бить «мажорных отпрысков», удар получился смазанным, и всем показалось, что до лузы шар не докатится.
Юрик победоносно окинул присутствующих взглядом. Не обращая внимания на завершение игровой комбинации, с пафосом произнёс:
– Ну что, лохи! Поимели меня! Я своего сейчас не упущу!
Но порадоваться за свой предстоящий успех ему помешал дружный вскрик толпы:
– Партия!
Пашка залыбился, а лицо Юрика перекосилось злобой. Хохот толпы сотряс помещение, а голос Ольги прозвучал как сигнал к действию:
– Снимай трусы, красавчик. И на стол – кукарекать!
– Ты за что его так? – Леонид с удовольствием похлопал по плечу друга. – Мастерски сыграл и мастерски раздел! – Захохотал, вспомнив, как Юрик, прикрывая нижнюю часть тела, полез на стол кукарекать. Как изгалялись женщины, отпуская ему непристойные шутки.
Павел, застёгивая пуговицы на рубашке, ухмыльнулся:
– Пусть знает наших! А то «деревня», «деревня»!
Леонида озарила догадка, что друг отыгрался за него. И последний забитый шар был рассчитан специально, с прицелом покуражиться над сынком секретаря горкома и пощекотать нервы публике.
Его память перенеслась на полгода назад, когда он выиграл у Пашки партию. Юрик, наблюдавший за игрой, предложил сыграть с ним. Леонид согласился, самонадеянно решив, что он для него, как и Пашка, не соперник. Юрик разбил его в пух и прах, можно сказать, всухую.
– Вот так мы бьём выскочек! Вот так мы бьём директорских зятьков, – приговаривал он, со злостью забивая шары в лузу. Забив последний шар, с ехидством произнёс: – Ну что, деревня! Партия!
Уязвлённый оскорблениями и проигрышем, Леонид пошёл на соперника с кулаками.
– Старик! Не стоит! – Павел перехватил его. – Мы его разделаем по-другому. Красиво и интеллигентно.
Ольга, увидев начинающую ссору, подбежала к мужу и, вцепившись в руку, потащила на улицу.
– Котик! Это ты у нас рабочий класс, а Юрик целыми днями шары гоняет да по барам зависает. Остынь! Сам знаешь, кто у него папаша! И мой не поможет!
– Хорошо ты за меня отыгрался, – похвалил Леонид друга, вспомнив тот случай, и, понизив голос, поинтересовался: – Ты чего такой парадный? Я тебя в галстуке видел два раза в жизни: когда диплом получали и когда дружком на свадьбе моей был.
– Разделать мажорного сынка красиво и интеллигентно решил при полном параде! – Польщённый похвалой, Павел заулыбался.
После той игры Юрик стал редким гостем в их компании. Редко стал появляться и Павел, проводя свободное время в бильярдном клубе.
Как-то Леонид зашёл к нему в гости после работы. Павел встретил товарища с книгой в руке.
– «Основы игры в бильярд», – прочитал Леонид, взяв книгу в руки. – Что это?
Павел показал на пол, где были разложены листы ватмана, разлинованные на квадраты и расписанный цифрами. Рядом лежали листки тетради, исчерченные углами, радиусами и дугообразными линиями.
– Мой ликбез, старик! Рассчитываю точность удара. Отрабатываю разные комбинации, куда бить и с какой силой. Все расчёты закрепляю за бильярдным столом.
– И ты сам рассчитываешь? – У Леонида проскользнула ревность. – Обычно расчётами всегда занимался я.
– Сам. Я же технарь! Это наш вид игры. Линии, углы, радиусы, дуги. – В голосе друга слышалось возбуждение. – Обалденный вид спорта. Красивая игра. Ещё психологический тренинг. Беру кий, и напряжение за день как рукой снимает.
– Я тоже технарь. – В глубине души Леонида задело, что друг отказался от помощи. – Но мне по душе больше карты. Покер. Преферанс. Ощущение таинственности, стратегии, тактики.
– Я не спорю, старик! Но бильярд – классика. Игра аристократов. У тебя по жизни может не быть образования и воспитания. Но когда ты встаёшь за стол, становишься частью этой жизни. Образование – это профессионализм. Воспитание – дисциплина и такт. – Павел присвистнул. – Тебя окружают мэтры аристократизма и интеллигентности. Ты смотришь на них, ты учишься у них, и ты становишься частью их. Интеллигент и аристократ.
– Может быть, может быть. – Леонид не спешил сдаваться. – Но карты мне ближе. Там всё зависит от твоей дисциплины, твоего ума и удачи. Я люблю риск.
Своё желание научиться играть в карты Леонид начал с преферанса. Жена, неплохо игравшая в преферанс, стала для него хорошим учителем. Это был один из лучших периодов в семейной жизни супругов. Вечерами, когда никуда не надо было идти или на улице была непогода, супруги садились за стол и раскладывали карты. Леонид был старательным учеником и быстро определил, на чём строится стратегия и тактика в игре. Первое – математический расчёт, второе – умение просчитывать ситуацию. На удивление жены, у Леонида быстро пошла игра, и он стал выигрывать. Как дети, они вместе радовались его успехам. Это было счастливое время, когда прекратились ссоры и в семье наступил лад. Супруги понимали друг друга с полуслова. Леонид бежал домой, еле дожидаясь окончания работы. Но гармония скоро закончилась. То ли Ольге надоело проигрывать, то ли наскучило сидеть дома, – королеву потянуло на публику.
– Хочу в свет!
Леонид с грустью вздохнул.
Утаскиваемый женой в свет, он стал постоянным посетителем конспиративной квартиры, куда они когда-то приезжали. Желание играть и побеждать сажало Леонида за игровой стол, где на кону стояла ставка. Молодой человек был далёк от мысли, что азарт сломает его, когда он не сможет управлять собой. Сам того не замечая, становился азартным игроком. Путь к азарту у всех одинаков, и Леонид не стал исключением. Начальной точкой стал интерес научиться играть. К интересу присоединилось удовольствие от умения управлять игрой и просчитывать ходы. Как всем начинающим игрокам, мужчине везло. Он выигрывал, а если проигрывал, то быстро отыгрывался. Интерес и удовольствие жаждали риска. Предвкушение успеха. Азарт, туманя сознание, подчинял себе волю, которая начинала жить отдельно от разума. Разум говорил: «Остановись», а воля отвечала: «Не могу!» Разум приказывал образумиться, а воля убеждала, что в последний раз. И сколько бы это ни продолжалось, час «последнего раза» наступал. У Леонида он наступил тоже.
– Зарплата за целый год. – Он растерянно смотрел на жену, до конца не понимая, как такое могло случиться.
– Нашёл о чём переживать. Не позорь меня перед людьми. Тебе денег жалко?
– А на что мы будем жить? У меня не скоро зарплата. – Леонид был подавлен.
– Папашек потрясём. – Ольга озорно прищурилась. – Мой выложит, а твой вышлет. Можно подумать, что мы живём на твою зарплату.
Последние слова повергли мужчину в ступор. Он, второй человек на заводе, получал хорошую зарплату и большие премии. Последнее время появились дополнительные заработки, которые они с Пашкой называли леваками. И слова жены, что денег не хватает, вызвали недоумение. Все заработанные деньги шли в семью, если не считать тех крох, которые оставались от командировок и небольших леваков, которые шли на сигареты, подарки жене и развлечения. Сегодня на кон он поставил левак, который вчера заработал. Левак был проигран, и в ход пошла зарплата.
Мужчина вспотел от проигрыша и слов жены.
– А при чём тут отцы? – Он до шёпота снизил голос, стараясь не привлекать внимания к разговору. – Я не знал, что моей зарплаты не хватает. Куда ты её тратишь?
Ольга капризно передёрнула плечами и, загибая ухоженные пальчики, стала громко перечислять последние траты. Леониду показалось, что она специально громко говорила, чтобы привлечь внимание.
– Котик! Объясняю для бестолковых. Салон красоты. Маникюр. Педикюр. Фитнес. Шмотки, в конце-то концов. – Ольгу взбесило обвинение в трате денег. – Одно нижнее бельё, которое ты так страстно любишь стаскивать, стоит треть твоей зарплаты. Это чтобы ты знал, котик, куда уходят деньги.
Пикантная подробность про нижнее бельё, которое он так страстно любил снимать, рассмешила всех. Юрик, как всегда, не упустил случая задеть колкой шуткой.
– Ольга! Да откуда ему знать, сколько стоит твоё нижнее бельё. Наш деревенский паренёк считает, что это стоит как кальсоны его отца.
Леонид, расстроенный большим проигрышем, был так взволнован, что не отреагировал на едкую пошлость бывшего дружка жены.
То, что Юрик был дружком жены, Леонид узнал не сразу. Подружка жены, из жалости к Леониду, слыша едкие шутки в его адрес, поделилась откровениями.
– Юрка – бывший воздыхатель. Такая любовь была у них, а Ольга, без объяснения причин, за тебя замуж вышла. Скорее не вышла, а женила на себе. Она у нас девочка опытная.
Проигрыш годовой зарплаты был сравним с кипятком, окатившим мужчину. Градусу придала пикантная подробность про нижнее бельё и смех присутствующих. Небрежные слова жены в адрес «папашек» добавили высоту кипения. Это был уже не кипяток – это был вар, в котором он сварился.
Леонид негодовал, возвращаясь в то утро домой. Проигрыш, смех, очередная шутка Юрика, уязвлённое самолюбие, поведение жены вызвали в нём бурю протеста. Особенно раздражала Леонида загадочная улыбка супруги. Он остановился, а Ольга, погружённая в свои мысли, продолжила идти.
– Ольга! – стараясь подавить закипающий гнев, окрикнул Леонид.
Невольно вспомнились слова друга о бездушных красивых игрушках. Пашка прав! Выхоленные вседозволенностью, не знающие отказа, с искажёнными нравственными принципами, презирающие всех бездушные себялюбы и себялюбки – Леонид вспоминал эпитеты, стараясь успокоиться. Перед глазами стоял смеющийся Юрик, и это ещё больше злило. Они из разных жизней! И будет ли он в одной, стало для мужчины неприятным открытием.
– Оля! Я не понял про «папашек». Особенно про моего. Он высылает нам деньги?
– Котик! – Ольга рассмеялась, и рассмеялась небрежно. – Разве это деньги?! Горе, а не переводы.
– Почему я об этом не знаю?
Леониду захотелось впервые взять жену за шиворот и встряхнуть.
– Почему, почему… – Ольге не понравилось, что муж так близко подошёл к ней. – Ты на работе постоянно, а в переводе надо расписываться. И потом! Я думала, что такие гроши, не так важны для тебя. – Женщина нервозно задёргалась под пристальным взглядом мужа.
– Сколько отец перечисляет?
– Нищета, а не перевод. Мог бы и больше, знает, что внук растёт. – Супруга назвала сумму перевода.
– Его месячная зарплата! – опешил Леонид. – Мать вполовину меньше получает. А как они там выживают? Я тебе мало приношу денег, что ты… – Леонид не договорил, задохнувшись от несправедливости.
– Подумаешь! Ничего же с ними не случилось. У них там огородик есть. Сам же рассказывал. Картошечка. Моркошечка. С голоду не умрут.
Они поссорились. Леонид впервые говорил с женой жёстко, глядя пристально в глаза цвета спелой оливы, в которых когда-то утонул. Но тех олив уже не увидел. На него смотрели изумлённые глаза жены. Ольга не могла понять, почему поднял голос всегда податливый муж. Да как он смеет повышать свой голос? Правильно мать говорит, что невоспитанный мужлан. Топнув ногой, она ушла, высоко подняв голову. Ольга ушла, а Леонид остался. Немного успокоившись, пожалел о своём поведении, что вёл с женой не как мужчина.
Дома вместо супружеского ложа его ждал диванчик.
– Подумай над своим поведением. – Ольга королевским жестом указала на диван.
Как провинившийся слуга, чтобы не гневить хозяйку, Леонид послушно лёг на отведённое королевой место.
Впервые в жизни супруги спали раздельно.
Они не разговаривали почти месяц. Это стало нормой, как и нормой – спать ему на диванчике. В этот раз не разговаривали из-за шубы, которую жена пожелала купить, а Леонид посмел возразить.
– Ты не мужик, раз не можешь обеспечить жену шубой, – сузив глаза, упрекнула мужа Ольга.
– При чём здесь мужик – не мужик? – возмутился Леонид. – Ты потряси свой шкаф.
Он подошёл к шкафу и открыл его. Вещи, наваленные кучей, почуяв свободу, стали вываливаться на пол.
– Все полки забиты твоим шмотьём. Хоть бы порядок навела в шкафу.
– Жена заместителя директора завода не должна ходить в одном и том же постоянно.
– Жена заместителя директора завода должна иметь немного скромности, – возразил Леонид. – Страна в нищету скатилась с этой перестройкой, зарплаты задерживаются, а тебе шубу очередную подавай. Да ещё коллекционную. Если мне не изменяет память, я тебе в позапрошлом году привозил шубку из Венгрии. И она тоже была коллекционная. У тебя есть две шубы.
– Та, что ты привёз в прошлый раз, вышла из моды. В этом году моден горностай.
– Твой горностай стоит как два моих завода, – взбеленился Леонид. – Ты, наверное, думаешь, что я печатаю деньги. А я, дорогая моя, их зарабатываю.
– Вот и зарабатывай. Я для чего тебя сделала папиным заместителем? – ёрничала Ольга.
– Хватит меня постоянно этим попрекать.
– Короче, – перебила она возмущённого мужа, указав на диванчик. – Там подумаешь, как обеспечить свою жену шубой.
Леонид усмехнулся.
– Мне, иногда, кажется, что ты специально эту бодягу заводишь.
– Какую бодягу?
– Скандалы! Мне кажется, что ты нашла новый способ себя развлечь. Хочу спросить, куда ты в своей шубке собираешься ходить?
– Это моё дело!
– Что значит «моё дело»? А меня, как мужа, это не касается?
– Не касается, – зло бросила Ольга. – Я не собираюсь с тобой больше разговаривать. – И она замолчала, всем видом показывая: будет шуба – будет муж.
Последнее время семейная жизнь Леонида катилась вниз, быстро набирая обороты. Небольшие трещинки в отношениях с женой, которые быстро стирались в начале семейной жизни, стоило Ольге обнять или поцеловать его, с годами превращались в раны, которые терзали его сердце, оставляя боль в душе. Семью раздирали перебранки и ссоры. Если раньше разногласия между супругами быстро утрясались под покровом ночи, которая их мирила, то сейчас Леонид всё чаще просыпался в гордом одиночестве на своём диванчике, на который, когда-то, королевским жестом указала жена. Обняв подушку, он долго не мог заснуть, думая, что в его жизни не так? Вместе с мрачными мыслями тело, которое не спасало тёплое верблюжье одеяло, замерзало от холода. Он заворачивался в одеяло, но теплота ускользала, как его надежды на домашний уют и мир в семье.
Леонид уже не знал, как с этим бороться. Всё, что делалось им на благо семьи, женой воспринималось с категоричностью наоборот. Ольга раздражалась от его разговоров и всем была недовольна. Постоянные упрёки в его адрес, что он плохой муж, неблагодарный, не ценит того, что она для него сделала, зацикленный на своей работе, не уделяющей ей внимания, разрушали психику мужчины. Постепенно из жизнерадостного человека он превращался в печального Пьеро с маской постоянной виноватости и ущербности. От постоянных упрёков Леонид убегал на любимый завод, который ждал его и который был единственной отдушиной. Там его ценили и уважали, там он чувствовал себя востребованным человеком, а не выскочкой и приложением своей жены.
Иногда Леониду казалось, что жена специально злила и обижала его, чтобы под шумок смотаться из дома.
На вопросы мужа, где была, отвечала коротко:
– У меня были дела.
Что за дела, не говорила, но он догадывался. Были моменты, когда появлялась под утро, на взводе, обдавая квартиру запахом перегара. И вот, в какой-то момент, не в силах справиться с эмоциями, Леонид купил сигареты и закурил. Закурил впервые в жизни. Думал успокоить нервы, а оказалось – закурил навсегда. Нервы не успокоились, а курильщиком стал заядлым.
Общение с тёщей последнее время практически прекратилось. Не выдержав её поучений во время ссоры с супругой, указал ей место, где она должна быть. Ссора произошла из-за сына, у которого была высокая температура, а жена ушла к подружке.
– У сына высокая температура! – Леонид был взбешён, когда Ольга появилась дома. – Где ты шляешься?
Не обращая внимания на разъярённого мужа, она включила телевизор и уселась в мягкое кресло.
– Почему я должен бегать по аптекам после работы? Я устал. Я голодный.
– Ну сбегал же. Ничего не случилось.
– Не случилось. А могло случиться. У Славы высокая температура. Что ты за мать!
Ольга промолчала, не желая вести разговор дальше. Не смолчала тёща. Услышав ссору, она сразу встала на защиту дочери.
– Если бы я знала, Леонид, что вы будете скандалить, я сама сходила бы в аптеку.
– Убедительно прошу вас, Нина Николаевна, – глаза зятя горели гневом, – больше не вмешиваться в разговор супругов. Прошу выйти из нашей комнаты, иначе я за себя не ручаюсь.
Возмущённая поведением зятя, женщина вылетела из комнаты. Вечером он слышал, как она жаловалась мужу, стараясь найти поддержку. Но муж не поддержал, приказав не вмешиваться в жизнь молодых. После этого случая Нина Николаевна немного поутихла. В открытую с зятем не ссорилась, работала исподтишка, накручивая дочь против, когда его не было дома. Хорошего было мало, но лучше, чем отбиваться от двух женщин сразу. Поэтому и не спешил Леонид домой, находя причины задержаться на работе.