«Как в поисках стиля найти себя»

ПРОЛОГ

Секретный код

Когда-то мне казалось, что у стиля есть какой-то секрет. Нужно просто его узнать: определить правильные цвета, понять, какие фасоны идут именно тебе, научиться сочетать вещи, возможно, наконец купить платья. Потому что платья — это женственно. Добавить немного летящих тканей, цветочного рисунка, рюшей. Освоить макияж. И тогда однажды посмотреть на себя в зеркало и подумать: ну вот, теперь я стильная. Звучит немного наивно, но, подозреваю, я была не одинока.

Мой собственный путь в стилистику начался вовсе не с желания стать стилистом. Я была клиентом стилиста. Это случилось во время моего первого декрета. В отношениях тогда тоже был непростой период, и мне хотелось что-то изменить. Иногда, когда непонятно, что именно менять в жизни, очень заманчиво начать с волос или гардероба. По крайней мере, шкаф сопротивляется гораздо меньше.

Мне хотелось найти свой стиль. Не просто купить несколько новых вещей, а найти тот самый, который каким-то волшебным образом сделает меня стильной, красивой и, кажется, немного более женственной. Стилист прикладывала к моему лицу платки, определяла цветотип. Потом мы пошли по магазинам. Она выбирала мне одежду. Из того шопинга я почему-то особенно хорошо помню белую шифоновую блузу с зелёными акварельными цветами и небольшими рюшами. И пальто — довольно необычное. Пальто мне, кстати, нравилось. Однажды кто-то написал мне под фотографией в социальных сетях что-то вроде: «Долго пальто выбирала?)))» Удивительное свойство чужого мнения: человек потратил на комментарий секунд десять, а ты можешь потом носить его в голове гораздо дольше, чем само пальто.

Вещи были подобраны. Работа стилиста состоялась. Но какого-то открытия со мной не произошло. Я не поняла, какой у меня стиль, почему мне выбрали именно эти вещи и, главное, что делать дальше. Что покупать самой? На что смотреть? Как из всего огромного количества одежды определить своё? Гардероб немного изменился, а внутри ничего особенно не изменилось. И тогда я решила разобраться сама.

Сначала появились видео, статьи, потом курсы. Я изучала цветотипы, типы фигур, способы визуальной коррекции. Освоила макияж. Покупала вещи, которые, как мне казалось, должны были сделать меня ярче, интереснее, женственнее. Особенно женственнее. Я много носила брюки, а в моей тогдашней картине мира настоящая женственность выглядела совсем иначе: платья, летящие силуэты, цветы, рюши, всё то, что будто бы заранее сообщает окружающим: здесь находится Женщина.

Я стала пробовать. Вещей становилось больше, знаний тоже, а удовлетворения почему-то не появлялось. Сейчас я понимаю, что гардероб получался разрозненным. Одна вещь должна была добавить мне яркости, другая — женственности, третья — сделать интереснее. Я словно покупала по одной недостающей черте характера и надеялась однажды собрать из них себя. Не собрала. Наверное, потому что себя нельзя собрать из вещей.

Я продолжала учиться. Всё время казалось: вот ещё один курс — и там точно будет секрет. Наконец появится та самая формула, после которой я пойму всё. Но чем больше становилось знаний, тем отчётливее я замечала странную вещь: есть женщины, которые ходят в джинсах и футболке, без сложного образа, иногда даже без макияжа — и выглядят великолепно. Женственно. Интересно. Убедительно. А бывает наоборот: женщина красиво накрашена, хорошо одета, всё вроде бы на месте, а в образе чувствуется какое-то напряжение. Как будто она всё время должна соответствовать собственной одежде. И у меня впервые возникло подозрение: может быть, дело вообще не в количестве правильных вещей?

Потом мне попался курс по аутентичной стилистике. Там я впервые услышала о внешности не только с точки зрения цвета кожи, волос или пропорций фигуры. Речь шла о впечатлении. О том, что человека мы тоже считываем. Мы можем ничего о женщине не знать, но уже увидеть в ней спокойствие или энергию, строгость или мягкость, лёгкость или основательность. Примерно так же, как чувствуем интерьер, музыку, архитектуру. Нам не обязательно знать историю искусств, чтобы в одном пространстве почувствовать торжественность, а в другом — уют. Мы вообще гораздо больше умеем чувствовать, чем привыкли думать.

Там же я заказала разбор собственного стиля. И, пожалуй, впервые получила не просто рекомендации о том, что мне надеть. Мне рассказали обо мне. Серьёзность, сдержанность, немного вальяжности. Мне показывали образы, и я смотрела на них с неожиданным ощущением узнавания. В них не было той яркости, за которой я так долго гонялась. Не было обязательного набора «женственных» атрибутов. Но они были женственными. И, самое главное, они были про меня. Кажется, тогда я впервые подумала: вот, верю.

Много позже я стала объяснять это через любимую метафору кастинга. Одной актрисе мы верим в роли королевы, другой — амазонки, третьей — романтичной героини. Не потому, что одна лучше другой. Просто у каждой есть своё природное звучание. С одеждой происходит примерно то же самое. Можно надеть невероятно красивое платье, идеально посадить его по фигуре — и всё равно почувствовать: что-то не то. Платье прекрасно. Женщина прекрасна. А вместе, как сказал бы Станиславский: «Не верю».

Наверное, именно тогда я начала понимать вещь, которая потом стала основой всей моей работы со стилем: стиль не нужно искать. Он уже есть. Нам остаётся только научиться его слышать и однажды перенести на внешний план так, чтобы одежда стала не маской, не попыткой себя улучшить и не костюмом женщины, которой мы мечтаем стать, а продолжением той, которой уже являемся. И, возможно, это гораздо интереснее любых рюшей.

Глава 1

Стиль, который мы почему-то ищем

Есть выражение, которое я слышала бесчисленное количество раз: «Я хочу найти свой стиль». Когда-то я говорила примерно то же самое. В этой фразе есть что-то очень заманчивое. Будто где-то существует именно твой стиль — готовый, цельный, идеально тебе подходящий, — а ты пока просто не знаешь, где он лежит. Возможно, в каком-то магазине. Возможно, в сохранённой папке с красивыми образами. Возможно, его знает стилист. Или однажды откроется после очередного курса, если внимательно досмотреть все уроки и выполнить домашние задания.

Мы вообще привыкли думать о стиле как о чём-то, чем нужно однажды овладеть. Есть люди стильные, а есть те, кому пока просто не повезло разобраться. Значит, нужно узнать правила, научиться сочетать цвета, определить тип фигуры, собрать правильный гардероб — и в какой-то момент получить заветное право сказать: «Теперь у меня есть стиль».

В этой идее есть что-то успокаивающее. Если существуют правила, значит, можно их выучить и больше не сомневаться. Вот мои цвета. Вот подходящие фасоны. Вот правильная длина. Вот список вещей, которые положено иметь. Остаётся только следовать инструкции. Но человек оказался немного сложнее инструкции.

Сами по себе знания, конечно, полезны. Я точно не стану спорить с тем, что понимание цвета, пропорций или особенностей фигуры помогает выбирать одежду. Проблема начинается тогда, когда рекомендации незаметно превращаются в ответы на все вопросы сразу. Когда «это может вам подойти» становится «вам можно только это», а «попробуйте такой фасон» — почти пожизненным приговором.

Особенно легко потеряться, когда вокруг слишком много уверенных голосов. «Это вам не идёт». «Этот цвет вас простит». «Это уже немодно». «В вашем возрасте такое не носят». «У каждой женщины обязательно должно быть…» И, конечно, моё любимое: «Снимите это немедленно». В последней фразе меня всегда восхищала категоричность. Будто где-то существует высшая комиссия по стилю, которая только что рассмотрела дело ваших брюк и вынесла окончательный вердикт.

Самое удивительное, что постепенно мы и сами начинаем смотреть на себя глазами этой воображаемой комиссии. Стоим перед зеркалом и вместо простого «Мне нравится?» перебираем в голове совсем другие вопросы. А это сейчас актуально? А мне можно? А это стройнит? А не слишком ярко? А не слишком просто? А так вообще носят? Собственный голос среди этого хора становится всё тише.

Мы можем искренне любить какую-то вещь, а потом прочитать, что она вышла из моды, — и вдруг начать смотреть на неё с подозрением. Можем чувствовать себя прекрасно в определённом цвете, пока не узнаем, что он якобы не относится к нашей палитре. Можем годами носить брюки и чувствовать себя в них собой, а потом решить, что настоящей женственности всё-таки полагается платье.

И вот здесь начинается самое интересное. Мы уже не просто выбираем одежду. Мы пытаемся с её помощью соответствовать какой-то версии правильной женщины: современной, женственной, статусной, молодой, элегантной, интересной. Иногда сразу всем одновременно, что заметно усложняет утренние сборы.

Наверное, поэтому шкаф постепенно наполняется вещами, которые вроде бы должны были сделать нас лучше. Более стильными. Более эффектными. Более собранными. Более женственными. Каждая покупка будто немного приближает к той версии себя, которую мы однажды придумали. Только можно иметь полный шкаф и всё равно продолжать думать, что стиль ещё не найден. Возможно, потому что мы всё время ищем его не там.

«Иногда мы ищем свой стиль так, будто он потерялся где-то между примерочной и Pinterest.»

Мне нравится эта мысль ещё и потому, что в ней есть некоторое облегчение. Если стиль не является призом за безупречно собранный гардероб, значит, нам не нужно сначала стать кем-то другим, чтобы его заслужить. Не обязательно выучить все правила. Не обязательно выглядеть сложнее, ярче или дороже. И уж точно не обязательно каждый сезон заново пересобирать себя.

Мода будет меняться. Будут появляться новые силуэты, цвета, ткани, идеи. Одни нам понравятся, другие оставят равнодушными. Будут разные обстоятельства жизни, разные роли, разные задачи. Стиль вовсе не означает носить одно и то же или однажды навсегда выбрать единственную эстетическую формулу. Скорее наоборот: среди огромного количества возможного каждый раз узнавать своё. Не игнорировать обстоятельства. Не отрицать моду. Не отказываться от экспериментов. Но и не исчезать за всем этим.

Поэтому мне всё меньше интересен вопрос: «Где найти свой стиль?» Гораздо интереснее другой: почему среди сотен красивых вещей одна вызывает мгновенное «да», а другая оставляет совершенно равнодушной? Почему иногда мы смотрим на женщину — и всё кажется удивительно гармоничным, хотя в её образе нет ничего особенно сложного?

Чтобы начать отвечать на эти вопросы, нам не понадобится становиться профессиональными стилистами и запоминать десятки терминов. У нас уже есть один очень точный инструмент. Мы умеем чувствовать.

Глава 2

Мы умеем чувствовать

Мы удивительно быстро понимаем впечатление от вещей, пространств и людей — даже если совершенно не умеем объяснить, почему решили именно так. Иногда достаточно нескольких секунд.

Представьте две пары обуви: мягкие балетки с округлым носом и тонкие остроносые туфли на высоком каблуке. Нам даже не нужно видеть женщин, которым они принадлежат, чтобы воображение начало дорисовывать характер. В одном случае появится ощущение мягкости, лёгкости, естественности. В другом — собранности, выразительности, чувственности или дистанции. Мы ещё ничего не знаем о хозяйках этих туфель, но впечатление уже возникло.

То же самое происходит с одеждой. Лёгкое платье из пластичной ткани с цветочным рисунком и длинное облегающее платье из глубокого красного бархата рассказывают совершенно разные истории. Даже если убрать женщину из кадра и оставить только вещи, мы всё равно почувствуем разницу.

Когда-то на своих мастер-классах я объясняла это через очень простую схему: визуальный объект → впечатление → эмоция. Я называла её законом визуального восприятия. Сначала мы что-то видим. Затем почти мгновенно возникает впечатление: мягко, строго, спокойно, ярко, тяжело, легко, роскошно, естественно. А уже за впечатлением приходит эмоциональная реакция. Нам хочется приблизиться или, наоборот, сохранить дистанцию. Возникает ощущение уюта, торжественности, свободы, напряжения, нежности. Всё происходит гораздо быстрее, чем мы успеваем подобрать этому название.

«Мы читаем визуальный язык задолго до того, как узнаём его правила.»

То же самое происходит с пространством. В одном месте хочется говорить чуть тише, в другом — устроиться поудобнее и заказать ещё одну чашку чая. Строгая современная архитектура создаёт одно ощущение, старый дом с мягким светом, книгами и деревом — другое. Мы можем ничего не знать о стилях интерьера, но впечатление всё равно получаем.

С человеком происходит примерно то же самое. Мы ещё ничего о нём не знаем, а первое ощущение уже складывается. Женщина может показаться спокойной, лёгкой, строгой, яркой, мягкой, серьёзной, энергичной, немного отстранённой. Потом знакомство добавит множество новых оттенков и, возможно, даже изменит первое впечатление. Но сам факт остаётся: визуальную информацию мы считываем постоянно.

И одежда тоже что-то сообщает. Когда я стала внимательнее наблюдать за этим, меня заинтересовало: почему одна вещь воспринимается мягкой, другая — строгой, третья — расслабленной, четвёртая — почти театральной? Что именно создаёт это ощущение? У визуального языка есть свои инструменты: цвет, форма, фактура и рисунок. Цвет даёт эмоцию. Форма — характер. Фактура — ощущение. Рисунок — ритм. Пока нам достаточно этого. Позже мы рассмотрим каждый инструмент отдельно и увидим, насколько по-разному он может звучать. Сейчас важнее другое: они никогда не работают в полной изоляции.

Представьте простое платье. Сделаем его из плотной матовой ткани — и оно станет более собранным. Из тонкой струящейся — мягче и пластичнее. Добавим глубокий цвет — появится одно настроение, светлый — другое. Изменим рисунок — и характер снова сдвинется. Вещь вроде бы остаётся платьем, а впечатление от неё меняется. Именно поэтому само название вещи говорит нам удивительно мало. «Платье», «жакет», «рубашка» — это ещё не характер. Всё зависит от того, как именно эта вещь выглядит.

Но особенно интересным для меня когда-то оказалось другое: мы способны почувствовать несоответствие раньше, чем понять его причину. Вещь красивая. Цвет хороший. Посадка прекрасная. И всё же что-то не складывается. Иногда даже невозможно сразу объяснить, что именно. Просто внутри возникает: не то. И это ощущение не обязательно является истиной в последней инстанции. Наш взгляд тоже меняется, развивается, привыкает к новому. Но относиться к нему как к чему-то незначительному я бы не стала. Потому что именно с этого внутреннего отклика часто и начинается настоящий интерес к собственному стилю. Мы ведь уже умеем очень многое замечать. Нам не обязательно знать термин, чтобы увидеть мягкость. Не нужно изучать теорию, чтобы почувствовать контраст. Можно не знать, к какому стилю относится вещь, и всё равно понимать, что она звучит громко, тихо, строго или легко.

Знания потом помогают разложить это ощущение на составляющие и понять, почему оно возникло. Но сначала было чувство. И, пожалуй, это хорошая новость. Потому что путь к своему стилю начинается не с того, что нам нужно срочно выучить ещё одну систему. Сначала достаточно заметить, что собственный визуальный слух у нас уже есть. А дальше возникает следующий вопрос: если мы так легко считываем характер вещи, что именно мы считываем в самой женщине?

Глава 3

Кастинг на собственную роль

Если мы так легко чувствуем характер вещи, следующий вопрос возникает почти сам собой: а что мы считываем, когда смотрим на человека?

Мне всегда нравилось объяснять это через кастинг. Представьте, что режиссёр выбирает актрису на роль. Ему важно не только, подходит ли возраст, цвет волос или рост. Он смотрит на женщину целиком и замечает то, что трудно свести к одной характеристике: силу или мягкость, лёгкость или основательность, открытость или дистанцию, собранность или свободу. Одной актрисе мы сразу верим в роли королевы, другой — амазонки, третьей — романтичной героини. Не потому, что одна красивее, талантливее или женственнее другой. Просто у каждой есть своё природное звучание.

С одеждой происходит примерно то же самое. Можно надеть невероятно красивое платье, идеально посадить его по фигуре, подобрать прекрасный цвет — и всё равно почувствовать: что-то не складывается. Платье прекрасно. Женщина прекрасна. А вместе, как сказал бы Станиславский: «Не верю». А дело просто в том, что мы воспринимаем образ целиком. Не видим отдельно цвет глаз, линию носа, форму губ, рост, плечи, волосы. Всё соединяется и создаёт общее впечатление. И оно бывает гораздо интереснее, чем сумма отдельных параметров.

Именно поэтому мне со временем стало мало характеристик вроде цветотипа или типа фигуры. Они могут быть полезны, но не отвечают на главный вопрос: какая эта женщина визуально? Две женщины могут относиться, например, к летнему цветотипу и при этом производить совершенно разное впечатление. Одной действительно будут близки мягкие, приглушённые решения, а другой захочется большей выразительности, потому что общее впечатление от их внешности различается. Цветотип может совпасть. Женщины — нет.

Так же и с фигурой. Похожие параметры ещё не означают похожего визуального характера. Одна женщина может восприниматься более хрупкой, лёгкой, подвижной, другая — более собранной, сильной, масштабной. Сантиметровая лента об этом, к сожалению, ничего не сообщает.

Когда я начала смотреть на внешность именно так, понятие типажа стало для меня гораздо интереснее. Не как таблица, в которую нужно себя аккуратно поместить, а как способ заметить уже существующее природное впечатление. У одной женщины больше ясности и собранности. У другой — масштаба и выразительности. В чьей-то внешности особенно чувствуется естественность, в чьей-то — лёгкость и живость, в чьей-то — тонкость, сложность, загадочность. И мне здесь гораздо важнее не название, которое мы этому дадим, а само наблюдение. Потому что типаж нужен не для того, чтобы однажды узнать: «Так, теперь мне можно только это». Если после определения типажа свободы стало меньше, мы, кажется, снова открыли не ту дверь. Мне интереснее смотреть на него как на исходную интонацию. Ту, с которой женщина уже приходит в мир до всяких жакетов, принтов и модных рекомендаций.

На мастер-классах я любила показывать один и тот же предмет одежды рядом с разными женскими лицами и спрашивать: на ком он выглядит наиболее органично? И происходила любопытная вещь. Люди, которые за минуту до этого уверяли, что совершенно не разбираются в стиле, очень часто выбирали одну и ту же женщину. Они не знали терминов, не вычисляли пропорции и не сверялись с таблицами. Просто смотрели — и чувствовали: здесь совпало.

Именно это ощущение мне и интересно. Вещь тоже обладает характером. У неё есть масштаб, степень мягкости или чёткости, пластика, выразительность, настроение. И когда она встречается с женщиной, происходит маленький кастинг: верим или не верим? Иногда совпадение настолько точное, что одежду почти перестаёшь замечать отдельно. Она не выходит вперёд и не требует аплодисментов. Просто помогает увидеть женщину. А иногда вещь входит в комнату первой. И только потом появляется её хозяйка. Само по себе это вовсе не преступление против стиля. Иногда нам как раз хочется выразительности, театральности, эффекта. Вопрос только в том, становится ли это игрой на один вечер или женщине приходится постоянно догонять собственную одежду.

«Красиво — ещё не значит моё.»

Наверное, поэтому выражение «мне это идёт» со временем стало для меня гораздо шире, чем подходящий оттенок или удачная посадка. Вещь может быть модной, качественной, прекрасно сидеть и сама по себе вызывать восхищение. Но настоящее «моё» для меня начинается там, где она не спорит с природой женщины, а делает её заметнее.

Это вовсе не означает, что теперь нужно выбрать один характер вещей и носить его до конца жизни. Мы можем быть строже и расслабленнее, наряднее и проще, экспериментировать, менять степень выразительности, играть с образом. У одной актрисы тоже не бывает единственной роли. Но хороший кастинг всё-таки учитывает, кто играет. И вот здесь появляется ещё более интересная история. Потому что иногда мы выбираем костюм вовсе не для своей роли. Мы надеемся, что вместе с ним получим ещё и качества героини: уверенность, женственность, статус, смелость, сексуальность. И это уже совсем другой кастинг.

Глава 4

Костюм для чужой героини

Есть ещё одна причина, по которой прекрасная вещь иногда оказывается на нас немного чужой. Мы можем выбирать её не потому, что она созвучна нам, а потому, что надеемся с её помощью стать кем-то другим. Более женственной. Более уверенной. Более статусной. Более сексуальной. Более творческой. Более заметной. Моложе, смелее, свободнее.

Когда-то я называла это желанием «переодеться в счастье». Женщина меняет причёску, покупает новое платье, начинает иначе краситься — и, конечно, в этом нет ничего плохого. Внешние изменения действительно способны влиять на состояние. Новая одежда может дать ощущение свежести, поддержать перед важной встречей, помочь расправить плечи или попробовать себя немного по-другому. Проблема начинается только тогда, когда на одежду возлагают работу, которую она выполнить не может.

«Жакет может добавить собранности образу. Внутренний стержень всё-таки продаётся не в отделе жакетов.»

Именно это я позже стала называть компенсаторным выбором. Мы замечаем в себе какую-то нехватку и пытаемся восполнить её внешними средствами. Кажется, что стоит одеться ярче — и появится смелость, купить более дорогие вещи — и придёт ощущение статуса, добавить каблуки, кружево или рюши — и наконец станет достаточно женственности. Иногда одежда действительно помогает попробовать новое состояние. Но ей трудно создать его с нуля.

У меня самой было немало вещей, купленных не столько для жизни, сколько для версии себя, которой я хотела казаться. Они должны были сделать меня заметнее, убедительнее, профессиональнее. Вещи честно создавали нужное впечатление. Только сама я не всегда чувствовала себя внутри него собой.

Есть вещи, которые вообще будто плохо приспособлены для носки. Их главная функция — не жить вместе с женщиной, а сообщать окружающим нечто жизненно важное о её статусе, характере или успешности. И здесь мне со временем стал интереснее не вопрос, почему я не ношу вещь, а другой: почему мне было так необходимо произвести именно это впечатление?

Именно здесь в моей работе особенно пригодился коучинг. Он помогал различать, что женщина действительно хочет выразить через образ, а что пытается с его помощью в себе исправить. Позже к этому добавились и архетипы — уже как способ лучше услышать ценности и потребности человека. Но эту внутреннюю историю мы ещё разберём отдельно. Сейчас важнее сам вопрос: я хочу это выразить — или хочу этим себя исправить?