Сфера 4: Битва за Латор

Часть 5 Четыре Гвардейца. Первый достойный противник.

Группа Королевских Гвардейцев, получившая от Его Величества особую миссию по поиску принцессы Виталии, находилась в пути уже третий день. Задание было секретным, поэтому членам группы запретили использовать гвардейское обмундирование. Даже серебряные гвардейские жетоны, дающие пропуск во дворец и особые привилегии при пересечении фортов и застав, было приказано сдать капитану дворцовой стражи. Столицу они покинули под видом команды авантюристов, не на быстрых, породистых скакунах, а в самой обычной повозке. Также было запрещено каким-либо образом афишировать свою принадлежность к Королевской Гвардии в случае столкновения со стражей провинциальных лордов или авантюристами местных отделений.

У тайной канцелярии короля не было информации, кто из титулованных дворян Южного Гринвальда и их семей может быть в сговоре с Альянсом. Это накладывало некоторые ограничения на действия группы. Они не могли рассчитывать на помощь Его Сиятельства, Графа Орвула в поиске принцессы, одновременно, членам группы не запрещалось жестоко пытать, калечить и убивать любых его безродных слуг, если это пойдет на пользу дела.

Для обеспечения секретности, Тайная канцелярия раскрыла цель и детали миссии только лидеру команды, магессе Брунгхильде. Она же получила все нужные для поиска наводки, ориентиры и имена тех агентов и информаторов канцелярии, которых можно будет задействовать для поисков на месте. Для содействия отряду также были привлечены некоторые агенты Центрального Гринвальда. Им были отправлены послания с помощью вороней почты. Разумеется, задействованы были далеко не все. Выбирали лишь самых умелых и надежных, а также обязательным критерием была половая принадлежность. Для спасения принцессы были привлечены агенты только женского пола. Леди Тамика из Руиза, собиравшая информацию об чужаках и возможных агентах Альянса в отделениях гильдии авантюристов Центрального Гринвальда также вошла в их число.

Брунгхильда была ответственна за координацию действий агентов и получила средства не только на дорожные расходы своего отряда, но и на ведение обширных поисков, разведки и подкупа новых информаторов.

***

В первый день команда двигалась по западной дороге и к позднему вечеру достигла Рагсбурга. На второй день направление движения изменилось. Брунгхильда приказала Лауре направить повозку по юго-западной дороге, проходящей через шахтерский городок, Мансур. За третий день, чтобы не останавливаться на ночлег в поле или на заставе, полной истосковавшихся по женской ласке мужчин, им предстояло преодолеть почти вдвое большее расстояние. Гвардейцы выдвинулись в путь пораньше, покинув шахтерский городок еще засветло.

Лаура нещадно хлестала лошадей, заставляя их ехать быстрее, пока на горизонте не появилась высокая стена леса, небольшая каменная застава и гербовые столбы, указывающая на то, что они достигли границ родовых земель Его Величества, Фердинанда Третьего и скоро окажутся на территории одной из провинций Южного Гринвальда.

– Что это?! – восторженно воскликнула Кларисса, никогда не видевшая таких бескрайних массивов леса.

– Это место, где тебе придется научиться держать язык за зубами, – съязвила Кира.

– За теми столбами начинается Южный Гринвальд, самое дикое и опасное место во всём Королевстве, – сказала Брунгхильда, и в более мягкой форме, чем её заместитель, объяснила самому неопытному и шумному члену команды, что громко выражать свои эмоции в лесу, кишащем опасными монстрами и беглыми преступниками, и вправду не стоит.

Лаура, как всегда, промолчала. Брунгхильда смотрела на своих спутников и удивлялась. И как случай умудрился собрать в одной команде столь непохожих по характеру и жизненному опыту людей? Кларисса вся светилась от счастья, едва они покинули дворец. Она искренне наслаждалась каждому мгновению вне стен столицы, и казалось, ничто не могло омрачить её хорошее настроение. Беззаботную девушку не беспокоила – ни жара, ни утомительная тряска и скрип плохо смазанной оси повозки, ни поднимаемая копытами лошадей пыль. Мечтательная улыбка не сходила с её лица всю дорогу.

Восторги Клариссы насчет путешествия разделяли далеко не все члены её небольшого отряда. Мастер меча, Кира, была крайне недовольна тем фактом, что ей не позволили использовать на задании боевое гвардейское обмундирование. Этого требовала секретность миссии, но женщина чувствовала себя гораздо уверенней в крепких и качественных доспехах, чем под прикрытием товарищей-магов. Она вообще не любила действовать в команде, тем более, состоящей из тех людей, которым она полностью не доверяла. Мечница в любой ситуации рассчитывала только на себя и даже не скрывала этого.

Кира прошла нелегкий путь. Никто не знал, что на самом деле она дочь грозного пирата восточных морей, бывшего рыцаря Королевства Пон, сэра Калмидара. От отца она переняла любовь к свободе, выпивке и хорошей драке. Ни одна девушка в Латоре и соседних Королевствах не могла похвастаться, что на свое шестнадцатилетние получила от отца собственный остров и два быстрых пиратских корабля с целой командой головорезов в придачу.

Разумеется, дочь грозного пирата окружали его вернейшие и сильнейшие люди. Отец позволял дочери всё, и она выросла жестокой и отчаянной пираткой. Всё было зашибись, пока сэр Калмидар не перешел дорогу Альянсу Магов. Он захватил пару их судов, а уже через месяц очутился на проклятом острове, в виде нежити, охранявшей подступы к Проклятой Цитадели.

Альянс объявил пиратам восточного моря войну на истребление. Огромное морское чудовище топило один корабль пиратов за другим. От монстра нигде не было спасения и Кире с командой, после долгого заточения на её личном острове, пришлось срочно удирать на материк. В Восточном Герцогстве королевства Латор Кира продолжила свою бандитскую деятельность. Она занималась разбоем и отжимом имущества у крестьян и бродячих торговцев. Ей везло, она почти год держала под контролем горный перевал, сшибая дань с каждого, кто желал его пересечь. Ей даже показалось, что грабеж на твердой земле гораздо прибыльней и легче, чем блуждание по морям в поиске очередной жертвы. Там всё зависит от удачи, направления ветров и погоды. Грабить на суше можно в любую погоду, а скрыться в лесу гораздо легче, чем на просматриваемой до горизонта водной глади. Но самое страшное – это шторма. Всем известно, что гораздо больше пиратов гибнет не в бою, а утонув в море, оказавшись за бортом во время шторма.

Несмотря на красивые легенды о разгульной жизни и несметных богатствах пиратов, жили морские грабители очень по-разному. Могли неделями голодать, если не удавалось встретить жертву по зубам, а потом спустить мешок серебра на выпивку и портовых шлюх за одну ночь. Философия: «Живи ярко, умри молодым», показывала себя во всей красе. Однако, если пирату удавалось добыть состояние и донести его живым до берега, то на этом его похождения обычно и заканчивались.

Каждого не вовремя ушедшего на покой пирата, неизбежно ждет петля. Все морские волки это прекрасно знают. Удача, как и ветер, переменчива. Медленно, но непрерывно, старая корабельная команда Киры стала уменьшаться. Кто-то погиб в бою, во время очередного налета, кто-то умер от хвори и постоянного пьянства, кто-то понял, что уже выдохся и решил оставить опасный грабительский промысел. Тем более, что всех денег мира всё равно не получить, а скопившихся сбережений хватало на несколько лет тихой жизни где-нибудь в провинции.

В какой-то момент двадцатилетняя дочь пиратского генерала осталась совершенно одна, а одному в бандитском промысле делать нечего. Торговцев охраняют команды авантюристов минимум из четырех человек. Среди них нередко имеется пару метких стрелков и воин с крепким щитом, не подпускающий к ним близко.

Кира не привыкла экономить и быстро спустила все свои средства на шикарную жизнь и вкусную пищу. Когда деньги неожиданно закончились, она попыталась снова заработать грабежом и в одиночку напала на повозку торговца. Дерзкое нападение завершилось крайне неудачно. Оказалось, без умелых телохранителей, приставленных к ней отцом, Кира оказалась довольно посредственным и не особо умным воином. Уже через десять секунд она поймала арбалетный болт, пробивший правую ногу выше колена.

Охранявшие торговца авантюристы взяли её в плен, но вместо того, чтобы доставить преступницу в город и сдать за вознаграждение страже, они воспользовались ею, как шлюхой и бросили связанной умирать в лесу. Оскорбленная женщина желала лишь одного – отыскать обидчиков и отомстить. Выследив одного из них месяц спустя, она лишь усугубила своё положение, вчистую проиграв ему в хватке на мечах. Её противником оказался лидер группы авантюристов серебряного ранга «Клык мантикоры», мечник по прозвищу Быстрый клинок.

Легко победив женщину в бою, он затащил её за шиворот в подворотню и унизил еще раз, при этом с насмешкой приговаривая, что если она хочет получить его меч, совсем не обязательно лезть в драку. Достаточно просто ласково попросить. Кира была не из тех, кого можно сломать, дважды втоптав в грязь. Она могла бы отравить обидчика или подстрелить его из арбалета на выходе из таверны, притаившись в засаде, но она желала победить его на его же поле. Победить в бою один на один, а потом уже лишить носа, ушей, кистей рук и болтающегося между ног меча. Женщина грезила, как победит врага и воткнет его меч туда, откуда он его уже никогда не вынет без рук.

Однако, сладким мечтам не суждено было сбыться. Кира отправилась учиться бою на мечах к одному из известных в Восточном Герцогстве мастеров. Ей пришлось систематически воровать и даже иногда подрабатывать на черной работе, чтобы оплатить недешевое обучение. Тренировки заняли целых два года, а тогда, когда она уже решила, что достаточно сильна, чтобы сразить врага, Быстрый клинок втоптал её в грязь в третий раз. Это было особенно унизительно. Нет, он не стал насиловать её и даже не насмехался, оскорбляя словами и унизительными намеками. Он сделал это по другому – демонстративно взял своё оружие в левую руку и даже завязал себе платком глаза, но даже так, он с легкостью победил её, словно и не было за её спиной двух лет тяжелых, изнурительных тренировок.

– Ты не понимаешь одну простую истину, – кинул он напоследок, забирая с собой её дорогой меч, – как бы ты не продвинулась во владении оружием, я всегда буду впереди, ведь я росту одновременно с тобой.

Эти слова врезались в память Киры, сильнее, чем физическая боль и моральное унижение. Неужели, она никогда не сможет отомстить так, как ей этого хочется? Неужели, всегда будет слабее своего обидчика и единственным её союзником в борьбе с ним станет его старость? Кира не собиралась ждать до старости, тем более, что авантюристы редко до неё доживают. Пока Быстрого клинка не убил какой-нибудь монстр, яд, болезнь или более искусный воин, женщина посвятила всё свободное время тренировкам с мечом. Чтобы проверить себя после трех лет упорного труда, она приняла участие сначала в местном турнире, потом в турнире Восточного Герцогства, а финальной проверкой стал столичный турнир, где она в тяжелом бою одолела несколько сильных противников.

Кира никогда не собиралась служить в Королевской Гвардии. Турнир был нужен ей, как проверка своих сил, но когда она вернулась в Восточное Герцогство, чтобы, наконец, отомстить, узнала, что команда «Клык мантикоры» погибла всем составом от рук её старого врага, Альянса Магов. Горечь лишения долгожданной мести, старые обиды за убийство отца и многих боевых товарищей изменили объект мести Киры. Теперь она хотела отомстить Альянсу. Но сделать это в одиночку, как и грабить торговцев, было совершенно невозможно. Тем более, что ряды Альянса состояли сплошь из магов. Вступление в Королевскую Гвардию, как могучую силу, выступающую против Альянса, казалось отличным решением. После турнира ей поступало предложение о найме на службу.

Кира вернулась в столицу и приняла предложение, а потом терпеливо ждала, когда Королевская Гвардия наконец-то вступит в бой с заклятым врагом. Она упорно тренировалась всё это время, но ни с кем не сближалась. Пусть и в рядах Королевской Гвардии, но это её личная война, личная месть и личное дело. Первое же задание против Альянса, оказалось полным разочарованием. Во-первых, её враги находились не в Восточном, а в Западном Герцогстве, во-вторых, задание было секретным, а значит никаких крупных стычек. Никакой резни. Их целью был поиск и вызволение какого-то титулованного заложника. Возможно, вообще не дадут никого убить, чтобы не поднимать лишний шум и уйти незамеченными. В третьих, не дали использовать боевое гвардейское обмундирование, а значит, она будет сильно зависеть от помощи группы. В четвертых, она на дух не переносила Клариссу, эту богатенькую девочку из страны молочных рек и розовых единорогов. Что она вообще делает в Гвардии? У неё на лбу написано, что она никогда никого не убивала.

После бесконечного подпирания стены в крыле наложниц короля, Кира уже думала оставить службу. Её нервы едва выдерживали бездействие. Всю рвущуюся наружу энергию, она выплескивала в тренировочных поединках с другими мечниками. Среди гвардейцев оказалось достаточно много достойных противников, у которых было чему поучиться. Именно это удерживало Киру от того, чтобы плюнуть на Гвардию и пойти своей дорогой.

Однако, если ей и дальше будут давать странные задания и изнеженных магов в спутники, она так и сделает. Если мудрая Брунгхильда ещё внушала некоторое уважение своей рассудительностью и осторожностью, то безмозглая, витающая в облаках Кларисса вызывала желание отделиться от отряда и путешествовать отдельно.

Кого Кира по-настоящему уважала, а скорее просто боялась, так это Лауру. Она видела всего пару её поединков, и этого было вполне достаточно. Женщина отчетливо понимала разницу между ними. Лаура находилась на совсем другом уровне. Было очевидно, что такие боевые навыки не получить в обычной школе копейщиков, даже если тренироваться там всю жизнь. По мнению мечницы, Лаура была в разы опасней всех, с кем ей когда-либо приходилось сражаться.

Тяжело было это признавать, но Лаура убила бы её даже с закрытыми глазами. Этим она напоминала её прежнего заклятого врага, Быстрого клинка. К сожалению, выяснить, где рыжеволосая тихоня получила такие выдающиеся навыки и откуда берется эта стремительность и мощь в её атаках, было невозможно. Она сама никому ничего не рассказывала, а спросить напрямую, Кира почему-то боялась.

Не хотела привлекать к себе внимание такого опасного противника. Да, нужно было признать, что Кира боялась Лауру, как боятся скрытых в темноте ночи монстров. Каким-то странным, инстинктивным, животным страхом. Она не отделялась от отряда только потому, что не хотела выпускать Лауру из виду и надеялась выведать её секрет. Ради этого можно было потерпеть даже глупую трескотню Клариссы.

***

Когда я вышел из подземелья, во внутреннем дворе замка царил хаос. Плотники побросали свой инструмент и попрятались в подсобных помещениях. Конюхи пытались успокоить лошадей. Те фыркали, испуганно ржали и вставали в стойлах на дыбы. Женщины почему-то визжали. Стражники на стенах пытали поразить врага из луков и арбалетов, но и дураку было понятно, что стрелами и болтами магической нежити не навредить. Лучше бы скинули на него огромный булыжник, но вместо того, чтобы тихонько подкараулить врага и обрушить на него тяжелый груз, эти идиоты сражались с нежитью, как с обычным, живым противником. Мужчины целой группой носились по стене, зачем-то убегая от кружащего вокруг замка противника.

«Что за нелепое поведение?» – подумал я. Сядьте себе спокойно и ждите меня, раз уж вы сами ничего не можете сделать. Зачем устраивать весь этот балаган? Единственное, что приходило на ум, что это демонстрация бурной деятельности перед бароном. Кстати, а где сам Арчибальд? Я покрутил головой по сторонам и увидел барона на западной стене, прямо над воротами. Оттуда он тревожно осматривал округу, пытаясь обнаружить у города и кромки леса очередную армию Альянса.

Использовать горячее и ярко светящееся и ожерелье, удерживая его на ручке от факела было неудобно. Я покрутился на месте и заметил разбросанный инструмент, чей-то рабочий, кожаный фартук и замасленный лоскут ткани, в который был завернут замок, дверные петли и другая фурнитура. Уложив сначала «Ожерелье бездны» в центр фартука, я попытался завернуть его таким образом, чтобы можно было держать свиток в одной руке. Через несколько слоев кожи жар почти не чувствовался, зато хорошо чувствовался запах паленой кожи, да и касаться кристаллов в таком виде было неудобно. Я развернул фартук и стряхнул предмет на расправленный лоскут ткани.

Ткань легче гнулась и мне удалось замотать артефакт в два десятка слоев и при этом оставить небольшое окошко, через которое можно было бы коснуться пальцем до одного из пышущих жаром камней. С этим свертком в левой руке, я вышел из открытых для меня ворот и осмотрелся по сторонам. Ворота за мной сразу же захлопнули, и возникло неприятное чувство, что даже если монстр начнет рвать меня в клочья, ни одна сволочь не придет мне на помощь.

Судя по очередному забегу стражников по северной стене, скоро Лич должен был появиться из-за северо-западной башни. Приближение нечисти подтвердили и пристально наблюдавшие за ней с пятнадцатиметровой высоты караульные. Эти парни располагались на открытой площадке и чувствовали себя вполне уверенно. Но их недосягаемость для врага оказалась лишь иллюзией. Прямо над головами людей возникла черно-зеленая дымка, быстро сгущающаяся и увеличивающаяся в размерах. Скоро она окутала смотровую площадку плотным облаком, и один из караульных с воплем кинулся вниз.

Облако стало медленно сползать вдоль башни, как живое существо, проникая в узкие смотровые окна и бойницы, своими дымными щупальцами. Когда оно спустилось ниже и открыло вид на смотровую площадку, второй караульный также выглядел мертвым. Он лежал наполовину высунувшимся из бойницы и не двигался. Кто-то из стражников, среагировавший на крик упавшего с высоты караульного, задрал голову вверх и, заметив сползающую по стене черно-зеленую дымку, выкрикнул: