Сказки Бабушки Ёжки. 10 с половиной Сказок

От автора

«Сказки бабушки Ёжки» могут читать и дети, и взрослые. Есть дети, которые не читают сказки, а есть взрослые, которые читают сказки всю жизнь. По правде сказать, книг на свете написано великое множество, и сейчас нередко можно услышать: «Всё уже написано до нас!» А если так, зачем сочинять сказки, писать книги? Надо ли? Конечно надо! Когда автор рассказывает в книге что-то новое, необычное или интересное об окружающем мире, то и читатель может взглянуть на мир по-новому и совершить пусть не великие, но открытия.

Вот и мне захотелось подтолкнуть детское сознание к пониманию, что мир вокруг нас не только X, Y, Z и часовая стрелка. В материальном мире, где мы живём, три измерения – длина, ширина, высота. И у времени тоже три основных воплощения – прошлое, настоящее, будущее. Говорят, надо дорожить временем… Правильно – временем надо дорожить особенно! Потому что его… не существует. Правда? Все три привычные нам фазы времени не более чем шутка Вселенной, в которой кружится наша планета: прошлого уже нет, будущего ещё нет, а настоящее никак не может втиснуться между прошлым и будущим. Там для него нет места! Загадочным образом прошлое сразу превращается в будущее. Три воплощения времени похожи на трёх братьев из народных сказок. Два старших, разумные да надёжные, получают от отца в наследство всё имущество: старший, что за умного, – воспоминания прошлого; средний, что умом попроще, – надежды на будущее; ну а младшенький, лентяй, лежебока и дурак, наследует настоящее и не получает ничего. Вся хитрость в том, чтобы это «ничего» превратить в интересную, полную впечатлений жизнь.

Объяснение незнакомых и непонятных детям слов, встречающихся в сказках, смотрите в конце книги.

Пролог

Пожалуйста, не путайте нашу бабушку Ёжку с известной бабкой Ёжкой, знакомой всем и каждому Бабой-ягой. Наша бабушка Ёжка – это старая-старая ежиха, от которой когда-то произошли все ёжики в лесу, и потому она – бабушка каждому ёжику. Она такая старая, что живёт уже в двух мирах – в нашем, где в небе плывут облака, растут цветы и поспевают вкусные ягоды… А ещё она живёт в другом мире – в том, откуда льётся свет, приходят сновидения и сказочные герои… Давным-давно она бродит между двух миров и глядит в них разными глазами. Один глаз у неё светлый, а другой – тёмный, и ведомы ей все сказки Двух Миров.

Чаще всего бабушка Ёжка приходит к ёжикам осенью, осторожно ступая на разноцветные листья… ко всем сразу и к каждому в отдельности. Вот так она пришла и к ёжику Рюше, чтобы убаюкать его и рассказать сказку перед долгим зимним сном. Все ёжики укладываются спать осенью и просыпаются лишь весной, когда солнышко превратит снег в весёлые ручьи.

Заглядывала она к Рюше и после – летними тёплыми ночами и звёздными ночами ранней осени… Рассказывала сказки да истории.

1. Кедровая шишка

Благородно-серая шёрстка и пёстрые иголки ёжика выглядели свежими, нарядными и совершенно новыми. В карих глазах разного оттенка играли задорные искорки. Несмотря на юный возраст, ёжик Рюша был крупным, сильным и, как принято сейчас говорить, успешным ёжиком. И помогла ему стать таким бабушка Ёжка, которая всегда появлялась в нужный момент. Она показывала ему в сновидениях, как вести себя в лесу и уберечься от опасности. Помогла найти тёплую сухую норку, где можно сладко почивать летом и спокойно пережить зиму. Ёжик не смог бы объяснить, откуда он знает, как надо устраиваться на долгую зимнюю спячку, ведь он прожил на свете только одно лето. Наверное, бабушка Ёжка рассказала, а он об этом нечаянно забыл…

Устраиваясь спать, ёжик сворачивался в колючий клубок и укладывал иголки так, чтобы они его не кололи. Рюша закрывал глазки и ждал, когда появится добрая бабушка Ёжка и тихо, слегка раскачиваясь, начнёт говорить и показывать сказку…

…Однажды погожим летним днём очень молодой ёжик по имени Рюша гулял по лесу и размышлял о том, как устроен орех, и почему он, ёжик, хочет его съесть, и отчего ему нравится вкус лесного ореха. Гулял он гулял, как вдруг что-то сердито стукнуло его по спине. Рюша даже припал к земле и совсем было решил свернуться в колючий клубок, однако… вокруг было тихо. Ёжик передумал сворачиваться, но замер в растерянности: что-то тяжёлое давило на него сверху, и это было неприятно. И непонятно…

Не мешкая ёжик побежал к лесному роднику, где всегда пил воду. В чаше родника, наполненной хрустальной водой, как в зеркале, отражался его колючий облик. Он забрался на тот бережок, что был повыше, и посмотрел на своё отражение. У себя на спине Рюша увидел огромную шишку. Шишка сидела на его иголках лепестками книзу и потому держалась цепко. Рюша никогда не видел таких огромных шишек!.. Он видел еловые шишки, сосновые шишки и даже можжевеловые, но такой странной и большой не видел никогда.

– Что ж теперь делать, что делать?.. – бормотал ёжик, растерянно глядя в воду. В чаше родника, почти правильной круглой формы, вода появлялась из-под земли незаметно и неслышно, стояла прозрачная и гладкая. Лесные жители называли родник Ледяне́ц.

Рюше надоело любоваться на своё отражение, и он решил сбросить шишку, а потом хорошенько её рассмотреть. Он начал пыхтеть и подпрыгивать, но шишка упрямо держалась на колючках и никак не хотела отцепляться.

«Неужели я так и буду ходить с этой шишкой на спине?! – с отчаянием подумал ёжик. – Надо кого-нибудь попросить о помощи…»

И Рюша побежал на полянку, где обычно любил подремать заяц. С худым, голенастым зайцем они были приятели и ровесники. Заяц тоже родился ранней весной и недавно, как и ёжик, распрощался с родителями. Они познакомились у родника Ледянца погожим летним днём и частенько дремали вместе на укромной полянке. Молодого зайца звали Труш. Он как будто ждал ёжика, потому что сразу выпрыгнул из-за кустика навстречу и спросил:

– Ого, Рюша, ты где нашёл такую большую шишку?

– Я не находил. Она сама на меня свалилась. Не знаю теперь, как от неё отделаться.

– Свалилась?

– Да! Ты поможешь мне её снять?

– Как же я тебе помогу! Если я начну к ней тянуться, твои иголки воткнутся мне в живот. А я этого не хочу.

– Что же мне делать?! – воскликнул ёжик.

– А ты найди кого-нибудь покрупнее, например, барсука, он снимет с тебя шишку.

– Ладно, – буркнул ёжик и побежал искать зверя покрупнее.

Очень скоро на лесной тропинке он заметил барсука по имени Брош, его полосатая голова была обращена вверх, словно он хотел на ясном небе разглядеть звёзды. Ёжик немного подождал в надежде, что барсук его заметит. Но тщетно… Тогда ёжик вежливо попросил:

– Уважаемый барсук, снимите, пожалуйста, шишку с моих иголок.

– Не будет, – сказал барсук и, часто моргая, уставился на ежа.

– Чего не будет? – не понял ёжик.

– Никакого дождя не будет! – пояснил барсук. И тут же удивился: – Ух ты, это у тебя что?

– Шишка! Свалилась на меня невесть откуда… Я уже устал носить её на спине!

Подслеповатые глаза барсука внимательно рассматривали шишку.

– Замечательная спелая кедровая шишка… Наверное, прошлогодняя, – барсук покачал головой, как бы соглашаясь сам с собой, и проворчал: – Это кедровка…

– Её зовут Кедровка? Не думал, что у шишки есть имя.

– Ишь, шутник, шишка она и есть шишка. А кедровка – птица. Скандальная такая, крикливая. Лучше с ней не связываться. Вот тут она уже начала орешки выклёвывать, да шишка, видать, оторвалась и аккурат на тебя упала.

– Ага, видел я такую птицу, на ворону недоделанную похожа.

– Ну, вроде и похожа, – подтвердил барсук и как бы невзначай спросил: – Что ты с этой шишкой делать-то собираешься?

– Я хочу от неё избавиться! – воскликнул ёжик.

– Хорошо, – сказал Брош, – я сниму с твоей спины эту шишку, но при одном условии…

– Да?..

– …Что ты отдашь её мне.

– Хоро…

– Но не успел ёжик произнести слово «хорошо», как откуда-то сверху раздался глухой насмешливый голос пожилой вороны по имени Сквара:

– Не будь дурачком, ёжик! Это какое же богатство ты собираешься отдать. Ты разве не знаешь, какие вкусные и сытные кедровые орешки? Тебе такой большой шишки хватит надолго. Ха-ха! А ты хочешь её отдать барсуку… – вот так высказалась уважаемая ворона по имени Сквара.

– Вечно ты лезешь не в своё дело, ворона! – недовольно проворчал барсук. – Так что, ёжик, отдашь мне шишку или нет?

– Но ведь… она моя… – неуверенно протянул ёжик.

– Значит, не отдашь?

Рюша молчал.

– Ну, как знаешь, – буркнул барсук, недовольно фыркнул и проворно нырнул в чащу.

Ёжик с минуту растерянно смотрел ему в след, а потом пробормотал:

– Никогда не слышал про кедровые шишки… И что такое кедр?

– Неужели ты ещё не знаешь все деревья в лесу? – удивилась Сквара.

– Я думал, что знаю все… – неуверенно ответил Рюша. – Есть хвойные деревья, у них иголки вместо листьев: ель-ёлочка, сосна и пихта – у неё иголки мягкие. Ещё лиственница, у неё тоже мягкие иголки. Осенью её иголки желтеют, и она сбрасывает их так же, как лиственные деревья сбрасывают листья. Потому её и зовут лиственница. А остальные хвойные деревья стоят всю зиму зелёные и держат свои иголки при себе. Вот! Мне мама рассказывала.

– А ещё есть кедр, он самый важный и благородный из всех хвойных деревьев. Перелётные птицы сказывали, что кедры в разных краях – разные. Наш кедр – сибирский. Он особенный – под корой у него древесина красноватого оттенка, как будто корни его не только воду в земле пьют, но и сок из ягод вытягивают. – Так говорила Сквара.

– Надо же… – удивлялся ёжик. – Пойду рассмотрю этот кедр хорошенько… когда шишку сниму. – И тут его осенило. – Уважаемая Сквара, а если я принесу кедру его шишку, может, она сама с меня спрыгнет?

– Ага, и на дерево залезет, да на ветку усядется. Ха-ха! – порадовалась своей шутке ворона.

Ёжик вежливо улыбнулся и спросил:

– Древесина у кедра красноватая, но ведь у зверушек кровь тоже красная?

– Так то у зверушек, а у деревьев крови нет, у одних – сок, у других – смола. И у всех прозрачная. Кроме кедра.

– Интересно, почему так?

– Расскажу, что сама слыхала. В незапамятные времена жили в этом лесу первобытные люди. Был у них вождь, и был шаман. Шамана в племени почитали даже более вождя, потому что он мог говорить со зверями и духами леса и даже посещать иной мир.

– Тот мир, откуда льётся свет и приходят сновидения?

– Ну, в общем, да… – в некотором удивлении подтвердила Сквара. – Надо же, какой эрудированный ёжик. – Она замялась. – Так к чему это я вела… Ах, да! Так вот, этот шаман рассердил Отца Небесного…

– Ого! А что он сделал?

– Ну-у… – призадумалась ворона. – Толком-то я не ведаю… Вроде бы стал он людям рассказывать много лишнего, чего им знать не полагается.

– А что им знать не полагается?

– Ну, например, будущее. Или прошлое показывал, тайны нехорошие открывал. Вот Отец Небесный и превратил его в кедр.

– Значит, у кедра древесина красноватая, потому что шаман в нём сокрыт?

– По легенде выходит так… – Сквара взглянула вниз на ёжика. – Знаешь ли, кто такие шаманы?

– Ну, в общих чертах… Они как продвинутые мудрые совы в лесу. Много знают и колдовать умеют. Так мне говорил Зарашустра.

– Кто говорил?

– Прадедушка мой, вот кто.

Увлечённый беседой, ёжик отвлёкся, забыл про большую шишку на спине. Но только он захотел поднять голову кверху, как тяжесть на спине о себе напомнила.

– Только вот шишки у кедра уж очень тяжёлые… – пожаловался он.

– Да уж, шишки у него самые большие. Это оттого, что в них орешков много. Да и орешки тоже большие. И вкусные! Правда, у них твёрдая скорлупка, но нет в лесу зверька, который бы не смог их разгрызть. – Разговорилась старая Сквара: – А где твои родители?

– Папа сказал, что я уже вырос и мне пора жить самостоятельно, – ёжик грустно вздохнул, – а мама добавила, что мне лучше уйти на север, в другой лес, потому что в нашем лесу и так слишком много ёжиков.

– Теперь понятно, почему ты не знаком с кедром… Лес, где ты родился, южнее нашего, и кедры там не растут. А в нашем лесу это самое почитаемое дерево.

– Теперь буду знать! – сказал Рюша. – Не знаю только, что делать с этой огромной шишкой…

Тут вверху среди веток что-то прошуршало, и незнакомый голос сказал:

– А ты найди лису и попроси её помочь. – Это была молодая сорока Глаша, она засмеялась скрипучим недобрым смехом.

– Какая же ты вредная, Глафира. – Старая ворона укоризненно покачала головой. Её большой чёрный клюв за долгие годы слегка покоробился и стал изогнут, словно в постоянной ехидной усмешке.

– А как ещё молодых учить… – заспорила было Глафира, но старая Сквара перебила её:

– Ты, чай, и сама пока не старая! Гляди-ка, молоко на клюве ещё не обсохло, а туда же, молодых учить! – птицы умолкли, и на мгновение стало тихо. Ёжик с интересом разглядывал клюв сороки, пытаясь отыскать следы молока, а Глафира растерянно спросила:

– Какое такое молоко?

– Известно какое – самое обыкновенное птичье молоко, – насмешливо ответила Сквара.

– Стоп, стоп, стоп! – вскричала сорока. – Никогда про такое не слыхала, чтобы у птиц молоко было… как у каких-нибудь млекопитающих. У нас крылья, мы летаем…

– Кто из гнезда не выпал, тот летает… – мудро согласилась Сквара. – А вот ты простых вещей не знаешь! У неё весь клюв в птичьем молоке, а она даже не знает, что это такое. – Глафира стушевалась и примирительно сказала:

– Так расскажите, уважаемая Сквара. – Но ворона была непреклонна:

– А ты сначала научись сама знания добывать, тогда и будешь лесную молодёжь поучать! Хм… – ворона важно воздела крыло. – Вот тебе и домашнее задание готово – разузнай-ка всё про птичье молоко.

Спор двух умных птиц порядком утомил Рюшу, шишка давила немилосердно, и он в нетерпении прервал пернатых:

– Так правда ли, что лиса поможет?! Мне мама говорила обходить её стороной: «Ты хоть и с колючками, да лиса хитра, обманет, ухватит за животик и всё – поминай как звали». Одно я тогда не понял, зачем вспоминать, как звали…

– Это, знаешь ли, когда тебя уже не стало, а имя твоё ещё помнят… – Сквара покачала головой. – Ладно, не будем о грустном. Мама правильно тебе говорила, обходи лису стороной. – И ворона неодобрительно покосилась на сороку. – А Глафиру ты не слушай, молодая она, бестолковая.

– Так что же мне делать?! – воскликнул ёжик.

– Каждый зверёк должен научиться помогать себе сам, быть находчивым и смелым. – Отвечала Сквара. – А знаком ли тебе кустарник, который называют шиповником?

– Конечно. Мама говорила, что это лесная роза, а папа как-то раз принёс ей маленький букет…

– Во-от… – протянула старая ворона. – Не догадался ещё?

Ёжик задумался и вдруг подскочил, закричал:

– Спасибо, тетушка Сквара, я понял, понял!..

И он стремглав помчался к Весёлому ручью. Пока добежал, запыхался и выбился из сил. Ручей, едва приметный среди трав и кустов, журчал, словно переговариваясь с камешками на дне. Все звери в лесу знали, что Весёлый ручей никогда не пересыхает и в самые жаркие дни лета поделится водой.

Здесь по берегам ручья начинались густые заросли шиповника. Шиповник уже сбросил свои красивые ярко-розовые лепестки, и вместо них стали наливаться оранжевым цветом ягоды. Ёжик наклонил носик низко к земле и забрался в самую гущу кустов. Сначала он завалился на один бок, потом на другой, и… о, чудо! Цепкие колючие стебли шиповника сняли тяжёлую шишку с его спины. Ёжик облегчённо вздохнул и вдруг увидел неподалёку замечательный пень – он стоял в самой гуще зарослей шиповника. На пне, как нахлобученный колпак, возвышался небольшой муравейник. Ёжик обошёл пень и обнаружил меж старых горбатых корней тёмное углубление. Рюша заглянул внутрь. Углубление уходило в сумрачную тишину… Приятно пахло сухим мхом, и он понял, что нашёл новое надёжное жилище, куда не доберётся хитрая лиса и где ему страшна не будет холодная зима. Он закатил в свой новый дом кедровый орех и подумал, как будет удобно запасать на зиму ягоды шиповника…

А доброжелательные муравьи, собравшиеся возле его пяток, одобрительно прошелестели:

– Надо же, какой находчивый.

Ёжик только улыбнулся в ответ…

… – Вот такая история произошла с одним молодым ёжиком… – закончила рассказ бабушка Ёжка.

– Бабушка, а почему мне кажется, что эта история про меня? – спросил Рюша.

– Потому что тебе правильно кажется… – улыбнулась бабушка.

– Но ведь со мной ничего такого не случалось…

– Не случалось, – подтвердила бабушка, – но это не значит, что не случится…

Ёжка наблюдала, как безмятежно плывет Рюша по границе сна и яви, а ёжик смотрел, как бабушка бесшумно покачивается в чистой, чуть фиолетовой пелене его сознания. Но ёжик так и не заметил, когда бабушка ушла – он погрузился в глубокий сон без сновидений.

2. Тень

Ёжик Рюша закатился в свою глубокую уютную нору под недавно обретённым пеньком, накрыл ухо жёлтым листом старой липы и сразу поплыл в сонной бледно-фиолетовой пелене. Скоро сквозь эту пелену проступила, покачиваясь, округлая фигура бабушки Ёжки; почему-то она всегда появлялась, стоя на задних лапках. Бабушка взглянула, крепок ли Рюшин сон, сложила передние лапки на пушистом животе и негромко завела свой рассказ…

…Заяц и ёжик топали по лесной тропинке и спорили, что вкуснее – грибы или молодые листочки осины. Ёжик утверждал, что свежие грибы, конечно же, без червячков, вкуснее, а заяц настаивал, что свежие молодые листочки несравненно вкуснее. Потом они вышли на опушку и остановились, раздумывая, как ещё можно убедить друг друга в своей правоте. И тут ёжик заметил, что стоит на ушах. Не на своих, конечно, а на тени, которую отбрасывает заяц, и ровно на заячьих ушах.

– Ты ничего не чувствуешь? – спросил ёжик.

– А что я должен чувствовать? – в ответ спросил заяц.

– Ну… я стою на твоих ушах, – ёжик чуть замялся и добавил: – То есть на тени от твоих ушей.

– Ну и что, тень ведь не я.

– Почему не ты? Без тебя её бы не было.

– Ну, когда я сплю под еловой лапой, её ведь нет! А я – есть…

Вместо ответа ёжик свернулся в колючий клубок и стал перекатываться по заячьей тени, потом расправился и спросил:

– А так не больно?

– Совсем не больно.

– Да-а, странная штука эта тень… – задумчиво рассуждал ёжик. – Вроде бы она есть, а вроде бы её нет…

– А ты расспроси про тень старых мудрых зверей. Потом расскажешь, мне тоже интересно.

– А ты куда?

– Очень хочется морковки! С самого утра хочется, сил нет! Побегу в деревню, там на околице есть огород. Авось раздобуду. Знаешь, какая вкусная!

– Не-е, не знаю, – сказал ёжик, – не пробовал. А ещё мне мама говорила, чтоб не ходил в деревню и людей избегал.

– Почему?

– Поймают и в клетку посадят!

– Зачем?

– Вот бы знать зачем… «Да только не увидишь ты нашего леса», – так мне мама говорила. И наказывала строго: «Не ходи в деревню к людям, нельзя!»

– А мне мама говорила: если очень хочется, то можно!

– Да ладно… Неужели так и говорила?

– Так и говорила! А ещё говорила, что каждый сам делает свой выбор – что можно, а что нельзя.

– Продвинутая у тебя мама…

– И всегда прибавляла, что это не просто так – за свой выбор надо платить.

– Как это «платить»?

– А так! Если ты решил рискнуть, то будь готов к тому, что это может плохо для тебя закончиться. «Прежде чем рискнуть, подумай, стоит ли оно того!» – так мне мама объясняла, а папа головой кивал, соглашался…

– И ты сейчас решил рискнуть?

Заяц в ответ только подпрыгнул и поскакал прочь, крикнув на ходу:

– Пока, увидимся!

Ёжик в задумчивости побрёл по лесной тропке.

Когда Рюша выходил на полянку, тень его появлялась, а когда тропинка ныряла в чащу, исчезала. Тогда он стал с ней играть – то выбегал на солнышко, то прятался в тени деревьев, а потом смотрел на тени самих деревьев. Когда ветер раскачивал деревья, их тени тоже качались, правда невпопад с деревьями. Потом он заметил, что по цветам и травам широкой поляны лениво ползут тёмные пятна. Раньше он не обращал на них внимания, а теперь почему-то испугался. Что это такое? Наверное, тоже тени… Куда они так бесшумно скользят? И увидел, что у края поляны тени начинают подниматься вверх, прямо по деревьям, а потом… исчезают. Рюша высоко поднял голову, к самому небу, и обнаружил, что по голубой бездонной глади плывут толстобокие облака… Когда они перекрывают путь солнечному свету, по поляне скользят тени.

Ёжику быстро наскучили ленивые прохладные тени облаков, зато понравилась игра других теней – ветер ворошил листву на деревьях, а их бесчисленные мелкие тени причудливо плескались на траве. Они словно щекотали поляне бока, а та никак не могла увернуться…

Но вот ветер разогнал облака, солнце поднялось высоко, стало жарко… Рюша решил, что даже слишком жарко, и он отправился искать прохладное местечко в надежде подремать. Вскоре он увидел большую старую липу, под которой было тенисто и свежо. Ёжик обрадовался и совсем было устроился вздремнуть, как вдруг ощутил вздох… Вздох плавно опустился на Рюшу; он был большой и мягкий, как пушистый живот его мамы, когда та накрывала его собой, ещё совсем маленького, в их прежней домашней норе. И ёжик, погружаясь в сон, почти растворился в тёплом невесомом вздохе, когда неведомый голос негромко и сумрачно произнёс:

– Ну вот, улёгся – и раздавил свою тень…

– Ой, кто это?..

– Ты разве не знаешь, кто я? Все знают, что я живу в дупле этой старой липы.

– Да, да, я вспомнил, вы – Великая сова Бася. Мне ворона Сквара про вас рассказывала.

– Точно, это я.

Тут как-то очень неожиданно возник ещё один голос, жёсткий и трескучий:

– Забавно было смотреть, как ты играешь с тенью. Когда-то давно, примерно сто лет назад, я тоже был маленьким и забавлялся со своей тенью.

То был старый ворон Крок, и у него был сложный характер. Оттого он раздружился с приятелями-воронами и частенько прилетал в гости к Великой Басе, садился на толстую ветку возле её дупла, и они подолгу задушевно молчали.

– Уважаемый Крок, давно живёте – много знаете, скажите, пожалуйста, зачем мне тень? – вежливо спросил Рюша.

– Нет уж, спроси лучше Великую Басю, она самая мудрая в нашем лесу.

– Спасибо, дорогой Крок, – отозвалась сова и продолжила: – А тебе, ёжик, я скажу: если ты видишь свою тень, значит, ты стоишь на пути света. А свет, знаешь ли, летит, всегда летит…

– И куда же свет летит?

– А летит он не «куда», а как… – сова призадумалась и разъяснила: – Не куда-то конкретно, а конкретно никуда!

– Феерично, но… непонятно, – вымолвил ёжик.

Сова согласно кивнула и попыталась внести ясность:

– Он летит сквозь все миры… И никогда не возвращается. Вот как он летит.

Старый Крок не удержался и вклинился, а точнее, вклювился в разговор:

– А ты мешаешь ему продолжать путь… Стало быть, ты – препятствие. Хе-хе, маленькое колючее препятствие…

«Да что они понимают, старые вредные птицы! Никакое я не препятствие, а вполне симпатичный ёжик, – думал Рюша, стараясь не обидеться. – Свет хотел встретить именно меня! А тень означает, что свет теперь внутри меня».

На удивление себе, Рюша слегка разозлился и спросил с ехидцей:

– А вы, уважаемый Крок, тоже препятствие?

– Не обижайся, ёжик, все мы препятствия для света. Хе-хе… – проскрипел ворон. – Правда, я стараюсь избегать солнца, у меня от него голова кружится, и потому я давненько не видел свою тень…

– А что будет, если однажды я не увижу свою тень? – поинтересовался ёжик.

– Это значит, что твоя тень вернулась в свой дом.

– А где у неё дом?

– Известно где – там, где непроглядная тьма.

– Та, что ночью между звёзд?

– Та тьма, что между звёзд, – это космос. И он не тьма и не свет, а как бы пустота. А вот где-то дальше за космосом обитает непроглядная тьма.

– Как всё непросто… – бормотал ёжик. – А всё-таки что будет, когда моя тень покинет меня и вернётся в свой дом?