Неправильный герой для сломанного мира. Книга первая: Свет и Тень

Ракун чуть не поперхнулся собственной слюной. «Орки? Убеждением? Прости, Боргар, но я слышал про орков. Их обычно убеждает острая сталь и крепкий кулак. А не проповеди.»

«Вера Динэи сильна, – покачал головой старый торговец. – Но да, задача почти невыполнимая. Говорят, предводителя этих орков зовут Громор. Жестокий тип, неумолимый.»

Услышав это имя, Ракун почувствовал, как по спине пробежали мурашки. «Громор… Тот самый орк, которого мне нужно убить. Какое… совпадение.» Он едва удержался от саркастического комментария вслух. Режиссёр явно не был оригинален в своих сюжетных поворотах.

_____________________________________________________________________________

Тарнхольм встретил их не радостным гомоном, а напряжённой тишиной. Город был обнесён стеной, на которой виднелись следы недавних ремонтов. Стражники у ворот бдительно осматривали всех входящих. Воздух был густ от страха. Храм Святого Света, белое здание с золотым куполом, виднелся на центральной площади, но к нему, как и предсказывал Боргар, почти никто не подходил. У его ворот слонялось несколько грубого вида наёмников, явно не прихожан.

Торговцы остановились у постоялого двора «Отдыхающий путник». Пока они разгружали повозки, Ракун подошёл к Динэе.

«Динэя, – начал он, стараясь звучать максимально убедительно. – Я кое-что узнал. Про орков. Про Громра.»

Она насторожилась, её взгляд стал внимательным.

«Видишь ли, – Ракун выбирал слова с осторожностью, скрывая свою истинную мотивацию, – у меня… свои счёты с этим Громором. Он и его банда творят зло, и я не могу этого допустить. Ты хочешь спасти храм убеждением. Я уважаю твою веру. Но… – он сделал паузу, глядя на её обожжённые ладони, – но если твоё убеждение не сработает, тебе понадобится меч. Позволь мне стать этим мечом. Давай объединимся. Твоя вера и моя… решительность. Вместе у нас больше шансов.»

Динэя смотрела на него, и в её глазах шла борьба. Она верила в силу слова, но реальность, суровая и кровавая, диктовала свои условия. Наконец, она медленно кивнула, словно принимая тяжёлое, но необходимое решение.

В тот же миг в голове Ракуна прозвучал голос Режиссёра, полный сладостного любопытства. «О… Союз веры и прагматизма. Свет, принимающий помощь из Тени. Какой восхитительный диссонанс. Это заслуживает поощрения… и нового испытания.»

[Секретный квест обновлён: «Союз Света и Тени»]

[Описание: Объединитесь с Динэей, чтобы победить Громра и спасти храм Святого Света.]

[Награда: Понимание союзников; Открытие навыка «Свет во Тьме». Улучшение отношений с Динэей.]

[Навык «Свет во Тьме»: ??? Активация: ???]

«Опять эти загадки? – мысленно вздохнул Ракун. – Не мог бы ты просто выдать мне понятный список умений, как в нормальной игре?»

«Где же тогда будет веселье, мой мальчик?» – послышался довольный ответ, после которого Режиссёр умолк.

Ракун и Динэя получили ключи от соседних комнат на втором этаже таверны. Прежде чем разойтись, Ракун предложил поужинать вместе, чтобы обсудить план. Динэя после короткого колебания согласилась.

Они устроились в углу общей залы «Отдыхающего путника». Запах жареной баранины, чеснока и тмина смешивался с ароматом пива и дыма от камина. Низкие потолки, тёмное дерево, грубые, но добротные столы – таверна дышала уютом и покоем, который был так необходим после дней в дороге.

Ракун заказал два самых сытных блюда и кувшин фруктового вина. Когда еду принесли, он поднял свою кружку.

«За наш союз. И за то, чтобы мы оба остались живы после встречи с этим Громором.»

Динэя в ответ лишь слегка приподняла свою кружку с водой и кивнула. Она ела медленно, с какой-то почти ритуальной аккуратностью.

«Знаешь, – сказал Ракун, отламывая кусок хлеба, – я до сих пор не совсем понимаю. Ты дала обет молчания, чтобы лучше слышать Бога. Но… разве Бог не может говорить с нами через наши собственные голоса? Через наши поступки?»

Динэя положила ложку и посмотрела на него. В её глазах не было обиды, лишь глубокая, всепонимающая печаль. Она подняла руку и сделала несколько жестов. Сначала указала на ухо, потом на небо, затем прижала палец к губам и покачала головой. Потом она указала на сердце и развела руки, словно заключая в объятия весь мир.

Ракун смотрел, пытаясь расшифровать. «Ты… слушаешь Бога всем своим существом, а не только ушами? И… твоё молчание – это способ почувствовать Его во всём?»

Она кивнула, и на её лице впервые появилось нечто, похожее на лёгкую, почти невесомую улыбку. Её глаза сказали: «Ты понял.»

«А орков… ты действительно надеешься убедить?» – спросил он, не в силах скрыть скепсис.

Она снова кивнула, и в её взгляде загорелся огонь непоколебимой веры. Она прижала руку к груди, где, видимо, был её священный символ, а затем указала на Ракуна, жестом показывая, что теперь у неё есть и его помощь.

Этот жест тронул его больше, чем он ожидал. Впервые за долгое время кто-то смотрел на него не как на проблему или инструмент, а как на опору.

После ужина они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж.

«Спокойной ночи, Динэя, – сказал Ракун у двери в её комнату. – Завтра начнём нашу маленькую историю.»

Она кивнула на прощание и скрылась за дверью.

В своей комнате Ракун, наконец, смог расслабиться. Комната была скромной, но чистой: кровать с толстым одеялом, стол, стул, таз с водой. Он сел на кровать, с наслаждением вытянув больную ногу, и закрыл глаза, вызывая интерфейс.

Уровень: 5

Опыт: 320/800

Здоровье: 68/110 (Легко ранен)

Золото: 85 крон

СВОБОДНЫЕ ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК: 15

«Пятнадцать очков… Надо думать, как убить орка на который гораздо сильнее меня.» Он изучил свои квесты. Прямой бой был самоубийством. Значит, нужны хитрость, скорость и возможность нанести один сокрушительный удар.

– Увеличим Ловкость до 10, – решил он. – Чтобы уворачиваться и находить слабые места. И добавим Силу до 8, чтобы эти удары были чувствительнее. Остальное в Выносливость, чтобы повысить здоровье и выживаемость.

[Ловкость: 5 -> 10 (потрачено 5 очков)]

[Сила: 5 -> 8 (потрачено 3 очка)]

[Выносливость: 5 -> 7 (потрачено 2 очка)]

[Осталось очков: 5]

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Сила: 8

Ловкость: 10

Выносливость: 7

Интеллект: 7

Мудрость: 6

Удача: 3

Затем он изучил навыки.

[Владение клинком, Ур. 1]

[Мастер клинка, Ур. 1]

[Выживальщик, Ур. 1]

[Скрытность, Ур. 1]

[Теневой клинок, Ур. 1] (Перезарядка: 1/1)

[Свет во Тьме, Ур. 1] (Не активирован. Условия активации: ???)

«Свет во Тьме… – подумал Ракун. – Звучит как что-то, что совершенно не вяжется с моим покровителем. Как его активировать? Проявить героизм? Сделать что-то доброе?» Он едко усмехнулся. «Режиссёр явно обладает извращённым чувством юмора, если даёт мне такой навык.»

Затем он заметил новую опцию – «Оценка». Она была доступна за 50 ОО. У него было 320 ОО. Он приобрёл её.

[Навык «Оценка, Ур. 1» получен! Позволяет видеть базовые характеристики и статусы разумных существ. Уровень навыка влияет на количество информации.]

Любопытство пересилило. Он сосредоточился и направил навык на стену, за которой была комната Динэи.

[Динэя. Уровень: ???]

[Раса: Человек (???)]

[Состояние: «Божественное Бремя»]

[Характеристики: Сила – 4, Ловкость – 6, Выносливость – 5, Интеллект – 8, Мудрость – 15, Вера – 20]

[Навыки: Светоносное Исцеление Ур. 4, Убеждение Верой Ур. 3, Сопротивление Тьме Ур. 7, Безмолвие Ур. Макс.]

[Статус: Добровольный Обет Молчания. Использование сил Света требует огромных духовных затрат.]

Ракун откинулся на подушки, поражённый. Вера – 20. Это было за гранью человеческого. А статус… «Добровольный Обет Молчания». Она сама выбрала этот путь. И её сила стоила ей не физической боли, как он думал раньше, а невероятного духовного напряжения. Теперь он понял её глубокую усталость.

Перед ним была не просто девушка. Это было воплощение веры, сознательно отказавшееся от своего голоса, чтобы стать чистым проводником божественной воли. И он, слуга Зла, должен был идти с ней плечом к плечу.

«Режиссёр, – мысленно прошептал он, глядя в потолок, – эта шутка перестаёт быть смешной. Что ты задумал, сталкивая нас?»

Из темноты ему ответил лишь тихий, довольный смех, после которого воцарилась тишина.

Ракун погасил свечу и лёг, укрывшись одеялом. Завтра их ждала разведка у храма и первая попытка Динэи договориться с орками. Он сомневался в успехе её методов, но впервые за долгое время чувствовал не просто цель выжить, а нечто большее. Он чувствовал ответственность за хрупкий свет, который, против всякой логики, согласился идти рядом с его тьмой. И, возможно, именно в этом странном союзе и скрывался ключ к активации таинственного навыка.

Глава 3: Идиотский План

Утро в «Отдыхающем путнике» началось с густого запаха жареного бекона, свежего хлеба и пива. Ракун, уже сидевший за угловым столом, с наслаждением потягивал кружку тёмного эля. Боль в рёбрах притупилась до терпимого нытья. Всю ночь он обдумывал тактику, и в голове у него созрел черновой план. Всё это мгновенно испарилось, когда он увидел спускающуюся по лестнице Динэю.

Она была всё в том же сером балахоне, но капюшон был снят, и медно-рыжие волосы, освещённые утренним солнцем, пробивавшимся через запылённое окно, горели, как живой костёр. Она подошла к столу и тихо села напротив.

«Доброе утро, спасительница, – начал Ракун, подвигая к ней тарелку со свежим хлебом и кувшин с водой. – Надеюсь, выспалась? Потому что наш сегодняшний день обещает быть… насыщенным.»

Динэя кивнула, её изумрудные глаза внимательно изучали его лицо. Она взяла кусок хлеба, но не стала есть, а жестом спросила: «Каков план?»

Ракун облокотился на стол, понизив голос.

«План, дорогая моя святая, состоит в том, чтобы не лезть на рожон. Сейчас мы спокойно закроем все вопросы. Нужно выяснить: сколько их, как расставлены посты, есть ли слабые места в их дислокации, скрытые ходы в храм или из него. И главное…» Он сделал драматическую паузу. «Главное – выяснить, как убить этого урода Громора. Броня, слабые места, привычки. Война – это не про силу, а про информацию. Мы найдём его ахиллесову пяту, и тогда…»

Он не договорил, но жест, которым он провёл ребром ладони по горлу, был красноречивее любых слов.

Лицо Динэи омрачилось. Она энергично покачала головой. Затем подняла руки и начала жестикулировать, её пальцы двигались с грацией и упрямством.

«НЕТ. Нельзя убивать. В каждом, даже в самом тёмном сердце, есть искра. Я должна донести до неё Слово. Я должна УБЕДИТЬ их. Заставить уйти. Показать, что есть путь без насилия.»

Ракун смотрел на неё, и его саркастичная маска начала давать трещины.

«Их разум затуманен гневом, – жестикулировала она, и в её глазах горел огонь непоколебимой веры. – Но гнев – это тоже крик души. Я смогу до него достучаться. Моя вера… она сильнее его ярости.»

«Твоя вера может стоить тебе жизни! – голос Ракуна стал резче. —Эти орки не слепые силы природы! Они разумные и сознательно жестокие твари!»

«Именно поэтому с ними можно говорить!» – её пальцы вырезали в воздухе последнее слово с такой силой, что казалось, оно должно загореться.

Меж ними повисло тяжёлое, гнетущее молчание. Ракун смотрел на это хрупкое создание, в чьих глазах плескался океан наивной, святой и, чёрт побери, абсолютно идиотской веры в добро. Он видел не просто упрямство. Он видел суть её существа – отказ от насилия был для неё не стратегией, а дыханием.

«Ладно, – сдался он, разводя руками. – Ладно. Ты права. Я отдаю должное твоему… упорству. Но давай хотя бы подготовимся. Сделаем разведку, я подстрахую…»

Но Динэя уже встала. Она посмотрела на него со странной смесью жалости и решимости, словно прощалась с заблудшей овцой. И затем, развернувшись, она быстрым, твёрдым шагом направилась к выходу из таверны.

Ракун пару секунд сидел в ступоре.

«Э… Динэя? Куда ты? Динэя!»

Она даже не обернулась. Она шла с прямой спиной, её рыжие волосы развевались за ней, словно боевое знамя. Она шла прямиком к центральной площади. Прямиком к логову орков.

«Чёрт, чёрт, ЧЁРТ!» – выругался Ракун, вскакивая со скамьи так, что она заскрипела. Он швырнул на стол несколько монет и пулей вылетел вслед за ней. «Идиотка! Святая идиотка! Она сейчас устроит себе мученичество, а мне потом с этим возиться!»

Он выбежал на улицу и увидел, что она уже на полпути к площади. Бежать и силой тащить её назад? На глазах у всей улицы? Идея так себе.

«Прекрасно, – мысленно бубнил он, пробираясь за ней по противоположной стороне улицы, используя толпу и прилавки как укрытие. – Просто великолепно. Мой гениальный план «тихой разведки и точечного удара» превратился в публичное шоу «Святая против Орков». Режиссёр, надеюсь, ты это ценишь!»

Он прильнул к углу здания, выходящего на площадь. Сердце бешено колотилось. Он видел, как Динэя, не снижая темпа, прошла мимо ухмыляющихся наёмников и остановилась в центре площади, прямо перед запертыми воротами храма.

Орки, здоровенные зелёнокожие воины в рваных доспехах, перестали заниматься своими делами и с любопытством уставились на неё. Из храма вышел тот, кто, без сомнения, был их вождём. Он был на голову выше остальных, его плечи были шире дверного косяка, а тело покрывали шрамы и грубые ритуальные татуировки. В его маленьких глазах горел огонь безрассудной жестокости. [Громор, Ур. 15. Опасность: ВЫСОКАЯ. Статус: «Проводник Воли Крушащей Горы»].

И тогда Динэя начала свой ритуал.

Она не кричала, не угрожала. Она просто опустилась на колени, подняла руки к небу и закрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Орки переглядывались, кто-то грубо смеялся. Но потом воздух вокруг Динэи начал светлеть. Тот самый золотисто-белый свет, мягкий и тёплый, начал исходить от неё, окутывая её фигуру сияющим ореолом. Он не был ослепительным, но он был… неопровержимым. Он был чистым воплощением надежды и милосердия.

Она начала молиться. Беззвучно. Её губы беззвучно шевелились, а её мысли, её вера, её отчаянная просьба к небесам о пощаде для этого города, передавались через свет. Он пульсировал в такт её безмолвным словам.

«Уйдите, – говорил свет. – Оставьте этот город в покое. В ваших сердцах есть место для мира. Не губите души свои.»

Громор смотрел на неё сначала с глумливым любопытством, потом с нарастающим раздражением. Свет, казалось, не причинял ему физической боли, но он явно действовал ему на нервы, как неприятный звон.

«Ещё одна мушка, что жужжит о мире и добре? – прогремел он, и его голос был как обвал. – Твои боги бессильны здесь, девчонка! Эта земля, этот город, эти люди – всё это теперь собственность Крушащей Горы! Моего бога! Он дал мне силу взять это, и я взял! Мы строим здесь новую колонию, и твои молитвы – лишь дым от нашего первого костра!»

Свет вокруг Динэи вспыхнул ярче. Она вкладывала в него всю себя. Она указывала на храм, жестами умоляя прекратить осквернение, говорила о прощении, о другом пути.

Громор зашёл сбоку и плюнул на опрятные каменные плиты площади.

«Хватит этой светлятьбы! Надоело! Ты думаешь, твой бог сильнее? Он дал тебе эту милую свечку? А моя Крушащая Гора дала мне вот это!» Он с силой ударил себя в грудь, и его доспехи громыхнули. «Она дала мне право сильного! И я им пользуюсь!»

И тут Ракун увидел, как взгляд Громора меняется. Глумление сменилось холодным, прагматичным расчётом.

«Ладно, – рыкнул орк. – Хочешь быть голосом этого города? Будешь им. Но только для моих ушей. Возьмите её! – он бросил приказ своим ветеранам. – Она станет нашей заложницей. Посмотрим, посмеют ли эти крысы бунтовать, когда их святая будет в нашей власти!»

И всё. Вера столкнулась с прагматикой зла. И проиграла.

Ракун почувствовал, как по его спине пробежали ледяные мурашки. Он видел, как двое орков схватили Динэю за руки. Она не сопротивлялась, её свет медленно угасал, а в её широко раскрытых глазах была не боль, а глубокая, вселенская скорбь. Скорбь от того, что её не услышали.

«Нет… – прошептал Ракун, сжимая кулаки. Его ногти впились в ладони. – Нет, нет, нет!»

Он чувствовал себя абсолютно бессильным. Пятьдесят орков, пятнадцатый уровень босса… Броситься сейчас – значит умереть героической и абсолютно бесполезной смертью. Он видел, как её грубо тащат в сторону храма, и волна отчаяния накрыла его с головой.

«Ну вот, – заговорил его внутренний голос, пропитанный привычным сарказмом. – Прекрасное начало дня. Проснуться, позавтракать, посмотреть, как твою единственную союзницу, которая, вопреки всякому смыслу, согласилась на твоё общество, похищают прямо у тебя на глазах. А ты стоишь тут, как идиот, прижавшись к стене, и боишься чихнуть. Поздравляю, Ракун. Ты не изменился. В прошлой жизни ты умер, не успев ничего исправить. В этой – живешь, но всё равно ничего не можешь. Может, это твоя карма? Вечно быть беспомощным свидетелем?»

«Заткнись, – мысленно рявкнул он сам себе. – Нужен план. Любой план.»

«План? – усмехнулся внутренний критик. – Какой план? Твой «план» только что уволокли в храм. Её план был «убедить». Твой план был «вычислять». А их план – «бить и брать». И пока что побеждает их план, он проще и от того надежнее.»

Отчаяние сжимало его горло. Он не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось. Не из-за квеста. Не из-за выгоды. А потому что… потому что в этом жестоком, абсурдном мире её свет был единственной реальной, не фальшивой ценностью, которую он встретил.

И в этот момент, когда тьма внутри него почти поглотила последние проблески надежды, в его сознании вспыхнули знакомые кроваво-красные буквы. Но на этот раз они горели ярче и настойчивее.

[ТРЕВОГА! СЦЕНАРИЙ ПОД УГРОЗОЙ!]

[Ключевой персонаж «Динэя» захвачен. Её уничтожение или осквернение нарушит замысел спектакля.]

[АКТИВИРОВАН ЭКСТРЕННЫЙ ПОДКВЕСТ: «СПАСТИ СВЕТ ДО РАССВЕТА»]

[ЦЕЛЬ: Проникнуть в логово орков (Храм Святого Света) и освободить Динэю до наступления утра следующего дня.]

[НАГРАДА ЗА УСПЕХ: 500 ОО, уникальная информация о «Божественном Бремени», мгновенное повышение навыка «Скрытность» до 2-го уровня.]

[РЕЖИССЁР: Его голос прозвучал в голове Ракуна, не насмешливый, а холодный и деловой. «Мой дорогой актёр, сюжетные линии обрывать нельзя. Особенно такие… многообещающие. Ваша партнёрша совершила глупый, но эффектный поступок. Теперь ваша очередь. Проявите изобретательность. Покажите мне, на что действительно способен человек, загнанный в угол. И помните… не разочаровывайте меня.»]

Красные буквы погасли. Ракун стоял, опираясь лбом о прохладный камень стены. Отчаяние ушло. Его сменила холодная, острая как бритва ярость. Ярость на орков, на Динэю за её глупость, на Режиссёра за его игры, и на самого себя за свою минуту слабости.

Он медленно выпрямился. Его глаза, полные минуту назад паники, теперь были спокойны и пусты. Он посмотрел на запертые ворота храма, где зажигались первые факелы, предвещая долгую и опасную ночь.

«Не парься, святой светлячок, – прошептал он в пустоту. – Сиди смирно и не делай резких движений. Я иду за тобой.»

Он глубоко вздохнул, ощущая, как адреналин наполняет его тело, делая каждый нерв натянутым струной.

«Ну что ж, Режиссер… – его губы растянулись в безрадостной улыбке. – Ты хотел спектакль? Ты его получишь. Жанр сменился. Теперь это хоррор.»

Он отошёл от стены и растворился в сгущающихся сумерках, как тень, направляясь к задним улочкам, чтобы начать свою собственную молитву – молитву стали, хитрости и безжалостности.

«И как говорится в старых добрых сказках… не жили счастливо, и нечего было начинать.»

Глава 4: Выбор

Тьма в переулке за храмом была густой и жирной, пахнущей сырым камнем и отбросами. Ракун прижался спиной к холодной стене, затаив дыхание. Двое орков-часовых лениво переговаривались у заложенной камнями калитки – того самого служебного входа, который он высмотрел днём. Его план был простым, как кирпич, и так же рискованным.

«Так, мой друг, – мысленно обратился он к своему новому, неожиданному союзнику – паре вонючих мусорных баков. – Сыграем в арийскую оперу.»

Он поднял с земли булыжник и швырнул его в противоположный конец переулка. Камень с грохотом ударился о стену, отскочил и покатился по мостовой.

«Что это?» – рыкнул один из часовых.

«Крысы. Или эти жалкие горожане шляются,» – буркнул второй.

«Проверим.»

Идеально. Оба орка, лениво переваливаясь, направились на звук. Ракун, используя свою возросшую Ловкость и навык «Скрытность», метнулся к калитке. Завал из камней был не таким уж прочным, как казалось. Один камень служил распоркой. Он убрал его, протиснулся в образовавшуюся щель и замер в темноте узкого служебного коридора.

[Навык «Скрытность» повысился до уровня 2!]

«Спасибо – мысленно проворчал он. – Хоть какая-то помощь.»

Внутри пахло ладаном, перебитым запахом пота, дешёвого пива и чего-то звериного. Храм был осквернён. Иконы использовались как мишени для метательных топоров, алтарь был завален объедками и бочками, на фресках были нацарапаны похабные надписи.

Сердце Ракуна бешено колотилось, но разум был холоден. Он двигался от колонны к колонне, сливаясь с тенями. Его «Интуиция» работала на пределе, показывая ему путь и предупреждая о патрулях. Он видел, как орки пьянствуют, играют в кости, спят прямо на полу. И он видел, куда поволокли Динэю – в боковой придел, где когда-то хранились священные реликвии, а теперь была устроена «приёмная» Громора.

Дверь в придел охраняли трое. Не простые орки, а трое ветеранов в потрёпанных, но качественных доспехах, с зазубренными топорами на плечах. [Орк-Ветеран, Ур. 8. Опасность: Высокая]. Прямой бой против троих – самоубийство.

«Ладно, господа, – мысленно ухмыльнулся Ракун. – Пора устроить небольшое светопредставление.»

Он отошёл вглубь зала, к одной из опрокинутых бочек с горючей жидкостью, которую орки использовали для факелов. Достал из инвентаря свою «Простую еду» – сухарь. Обмакнул его в вытекающую жидкость. Затем, используя кремень и свой лёгкий меч, высек искру.

Сухарь вспыхнул. Не сильно, но достаточно. Ракун швырнул его в другую бочку, стоявшую в отдалении, ближе к главному залу.

Вспышка пламени и грохот были оглушительными. Бочка взорвалась, разбрызгивая горящую жидкость. Среди орков поднялся рёв и паника. «Пожар!», «Эти человеческие крысы подожгли!»

Трое ветеранов у двери переглянулись. Двое немедленно рванули на шум, чтобы навести порядок и поймать виновного. Один остался. План сработал.

«Один на один… с восьмым уровнем. У меня пятый. Ну, ничего, жизнь – большая MMO, пора гриндить.»

Ракун вышел из тени. Орк, услышав шаги, обернулся.

«Ты?! Человеческая мразь!» – он рыкнул и ринулся в атаку.

Бой был яростным и молниеносным. Ракун не мог позволить ему затянуться. Он использовал свою ловкость, уворачиваясь от тяжёлых ударов топора, который врезался в каменные плиты, высекая снопы искр. Он активировал «Мастер клинка», его удары стали точнее, но доспехи ветерана были крепки.

«Стоять, червяк!» – ревел орк, замахиваясь на горизонтальном развороте.

Ракун присел, почувствовав, как лезвие просвистело над головой, и в этот момент сделал отчаянный выпад, целясь в подмышечную впадину, где доспех сходился. Клинок вошёл на несколько сантиметров. Орк взревел от боли и ярости.

[Критический удар!]

Но этого было недостаточно. Раненый орк стал ещё опаснее. Он бросился на Ракуна, повалив его на пол. Топор занёсся для последнего удара. Смерть была так близка, что Ракун видел своё отражение в полированной стали.

И тут в его сознании вспыхнуло сообщение:

[Опыт за победу над орками-стражниками получен!]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 6!]

[+5 к очкам характеристик!]

[+10 к здоровью!]

[Все способности восстановлены!]

Новый прилив сил, словно удар электрошока, прошёл по его телу. Он не думал, он действовал на инстинктах. Вложил все 5 очков в Силу. Его мышцы взорвались новой энергией.

«Теневой клинок!» – мысленно выкрикнул он.

Он не растворился в тени, он использовал импульс. Раненый орк, уверенный в своей победе, на мгновение ослабил хватку. И этого мгновения хватило. Ракун, с нечеловеческой силой, вырвался, его клинок, окутанный тенью, пронзил горло орка, найдя щель между шлемом и наплечником.