Его перепонки

Лесной источник

Внимание!!!

Некоторые сцены могут вызвать физическое отвращение, состояние тревоги, ужаса или моральное неприятие. Мои герои – чудовища и не образец морали! В реальности подобное поведение без взаимного согласия не является нормой и уголовно наказуемо!

Предупреждения:

• много откровенных описаний,

• принуждение,

• натуралистичные переживания боли,

• физиологические подробности,

• описание биологических жидкостей,

• некрасивый животный секс

• нецензурная брань

Не рекомендуется страдающим от фобий, связанных с подводной тематикой, а также клаустрофобией.

# Изнасилование

# Настойчивый пугающий мужик

# Хэппи-энд

1. Лесной источник

Как я оказалась одна поздней осенью в лесу? Хороший вопрос! Я бы задала его, пожалуй, тому мудаку, который пообещал моей лучшей подруге, что довезёт меня до станции, а через тридцать километров пристроился у обочины и предложил немного расслабиться.

Не то чтобы мне настолько было жалко своей невинности – в моём возрасте это скорее недостаток, чем предмет гордости, но подруга планировала выйти за этого мудака замуж. Впрочем, она, как и я в свои двадцать пять, не умела выбирать мужчин.

А этот попался ещё и с самомнением. Высадил меня и сделал красивый вираж с юзом, показывая насколько обиделся. Уверена, он бы вернулся за мной через полчаса-час, когда я совсем замёрзну в своей короткой курточке и Уггах на легинсы. Но чего он точно не мог предположить, так это появление медведя, который подошёл к противоположной стороне обочины и очень заинтересованно выдохнул в мою сторону облачко пара.

Следующее, что я помню – это корень, о который я споткнулась и повалилась в припорошенные тонким слоем снега палые листья. Повезло хоть, что пока не навалило сугробов, и под деревьями земля оказалась чистая – можно бежать, не увязая. Был ли тот медведь шатуном или просто поздней пташкой, которая ещё не устроилась на зиму в берлогу, я не знала. Да и не была уверена теперь даже в том, что он мне не привиделся, пусть солнце и просвечивало бор насквозь. В любом случае, сейчас это уже не имело значения. Потому что я была в лесу. И я была одна.

И даже отдалённо не представляла, куда идти.

Солнце клонилось к вечеру, а в ноябре в этих скалистых краях темнеет очень быстро. Из-за леса и рельефа местности я, хоть убей, не могла увидеть, с какой стороны горная гряда! И блуждала в поисках туристической тропы или хотя бы чего-нибудь, чтобы выбраться назад. Когда сообразила, что надо поискать собственные следы, уже ублудила так, что не найти. Да и не следопыт я! Это по снегу можно определить, а как по палой хвое и стылым листьям прикажете? Шла же аккуратно, ещё и прислушивалась поминутно, не появится ли зверь.

Когда единственное растерянное облачко на голубом небе превратилось из белоснежного в золотистое, я наконец догадалась сделать так, как учили ещё в детстве – разыскать тёплое место и ждать, когда найдут. Ну, собственно, учили немного по-другому. Место должно было быть то, где потерялась, но поскольку его я тоже не могла найти, решила, что от холода умирать точно не хочу. Двинулась между очередных скал, чтобы подыскать уголок поуютнее, где можно спрятаться не только от холода, но и от зверья, если оно, не дай боженьки, решит на меня позариться. А через несколько минут блужданий впервые за вечер поняла, что мне сказочно повезло! Я наткнулась на горячий источник!

Вообще, туристы предпочитали отдыхать чуть дальше, где была обустроена специальная база, на которую мы приезжали каждую осень. Огороженная по периметру забором, с электроэнергией и чистыми выездами в любой снегопад. Там были не только домики под сдачу, но и более удобные окультуренные купальни, в которых полоскались гости. Такие вот – уединённые – предпочитали парочки, но и они обретались ближе к базе. А мне, выходит, повезло наткнуться на дикую.

– Ну, когда меня в ней найдут, дикой она будет недолго, – проговорила я, уже стуча зубами, и стала раздеваться на бережку. – Главное, что волки за мной туда не полезут. Надеюсь, медведь тоже.

Я разделась догола, аккуратно сложила одежду, завернула её в куртку и, подпрыгивая, спрятала в сухое место под нависший камень, а сама полезла в воду, мечтая скорее согреться.

Сладострастно застонала, ощущая, как нога погружается в идеально-горячую воду. Будто в ванную! Волоски на теле поднялись мурашками, и я поспешила погрузиться полностью, чувствуя боль в слишком сильно сжавшихся от перепада температур сосках. Если бы не вся эта отвратительная ситуация, я бы даже решила, что мне повезло – найти свободное место в общей купальне удавалось нечасто, а на те, что арендовали богатенькие, у нас, конечно, денег не хватало. И так хорошо, что удавалось выбивать путёвки через знакомых. А тут вся – и мне! А обо всей дурацкой ситуации, что со мной приключилась, подумаю завтра, когда будут силы. Во всяком случае, надеюсь, этот гордый представитель семейства обиженных пиписек уже опомнился и сообщил в службу спасения. Если смелости признаться хватит.

Я с наслаждением устроилась на каменистом дне, погрузившись по подбородок и, всё ещё стуча зубами, выдохнула большой клуб пара, который присоединился к поднимающемуся с поверхности туману.

Вообще, место оказалось на редкость живописным. Озерцо было не шире метров пяти, но, судя по почти чёрной воде, глубоким. С той стороны его обступали отвесные скалы, а между ними даже виднелся небольшой грот. С этой же дно полого спускалось, образуя почти пляж, на котором я полулёжа грелась. Под задницей торчал удобный валун, на котором я сидела, рядом ещё один, а левой рукой я нащупала мягкий ил и сразу её убрала, чтобы не баламутить грязь. Чуть дальше начинался обрывистый берег, в края которого корнями вцепились уставшие сосны, покрытые инеем. Такой себе райский уголочек в холодных горах. И никого.

Я, чувствуя, что тело наконец согрелось, а мыслям вернулась ясность, огляделась и прислушалась. Сумерки придавливали мир тёплым брюхом, где-то в глубине меж ветвей кто-то щёлкал и цокал, иногда ветерок шуршал тонкими голыми сучками, а со стороны грота раздавались редкие звонкие удары капель.

Забурчал живот. А ещё захотелось пить и в туалет. Насчёт голода тут всё ясно – либо камни, либо кора дерева, либо мягкий глиняный бережок под соснами. Так себе меню, в общем. А вот можно ли эту воду пить? Не факт.

Быстро выбежала на берег, решила вопрос с туалетом и, подпрыгивая на озябших пятках, нырнула назад.

– Снег! Точно! – охнула я и, спрыгнув с камня, погребла к бережку с соснами, где между стволами на рыжей хвое лежал чистый пушистый валик. Не ахти, конечно, но на пару глотков хватит, а дальше уже проще будет.

Собрала чистое, чуть подержала в руке, второй ухватившись за удобный корень, и всё же не выдержала и взяла в рот, стараясь рассасывать и не глотать слишком холодное. Дна я не чувствовала, но тёплая спокойная вода казалась самым безопасным в мире местом, и я позабыла почти обо всех своих проблемах.

А потом внезапно со дна постучали.

Вернее не так. Я сама наткнулась ногой на что-то твёрдое и хорошо так стукнулась, больно ударив пальцы. И всё бы ничего, но я была на все сто тыщь мильёнов процентов уверена, что там этого раньше не было!

– Так. Я спокойна. Я предельно спокойна, – проговорила я ровным голосом и усилием воли заставила себя не паниковать.

Ноги продолжали плавно ходить туда-сюда, помогая держаться на плаву, и никаких камней, сучков или ещё чего-то странного я не чувствовала. Выходило, что я или случайно взбаламутила тину со дна, где могла застрять какая-то ветка, которая всплыла и попалась под ноги. Либо это шишка свалилась, а я просто не заметила.

– Ну рыб-то тут точно нет! – Я перехватила корень обеими руками, прислушиваясь. – В такой воде из живности только я такая водиться могу, и всё.

Упавшая темнота, в которой виднелись лишь мигающие на светлом фоне неба появляющиеся звёзды, спокойствия не добавляла, но я зажмурилась и выдохнула, стараясь расслабиться. А в следующий момент по внутренней стороне бедра, прямо по самой нежной коже, в сторону промежности явно и отчётливо прошлась чья-то рука, и любопытный палец вляпал плашмя фалангу между моих половых губ.

Я заверещала. Со всей силы, даже забыв перед этим толком вдохнуть, поэтому замолчала через секунду. И воздух кончился, и воды наглоталась из-за резкого движения. Сжала ноги, и ощущение чужой руки исчезло. Всюду также стояла мирная тишина леса, и лишь моё тяжёлое дыхание разрывало её беспокойными всхлипами.

«Да ну нет, не могло так явно показаться!» – решила я и судорожно обернулась к центру озерка, не выпуская из рук корень.

– Эй! Хэй! Кто здесь?! Эй!

Но ответа не было, и я решила, что лучше всего перебраться на тот бережок, где мелко, а там уже решать, показалось или нет. Но едва опять повернулась лицом к берегу, чтобы нащупать соседний корень, как сзади раздалось самое жуткое, что я могла представить – звук стремительно летящей на поверхность озера капели, как если доставать из ванной не выжатую мочалку. Прямо за спиной. А следом – долгий и очень глубокий вдох существа, объём лёгких которого, судя по звуку, как минимум вдвое превышал мой.

Прикосновение бездны

Оборачивалась я медленно. Боясь дышать и ещё больше боясь того, что могу увидеть. Кого. Но когда обернулась, поняла, что практически ничего не вижу. Чёрная вода, чёрная скала, чёрные сосны рядом, и белёсые клубы пара от горячей воды, которые скрывали всё.

А затем чернота передо мной шевельнулась, и я различила в полуметре от себя человеческий силуэт. Вернее – широкие плечи и голову, на которой угадывались длинные лохматые волосы.

Я аж всхлипнула от облегчения сначала, но затем насторожилась, потому что незнакомец молчал и не шевелился, а с волос продолжала стекать каплями вода, добавляя его молчанию зловещего оттенка.

– Здравствуйте. Это ваша ванна? – начала я, стуча зубами, но стараясь придать голосу бодрый и вежливый тон. – Простите, я потерялась, очень замёрзла… Я уйду, если подскажете, где тут тропа, я с базы, просто…

Договорить мне не дали. Мужчина, а по очертаниям это точно был мужик, причём здоровый, а не хлюпенькая пися-обиженка, стал приближаться, будто шёл по дну, до которого я не могла дотянуться. Я судорожно напрягла руки, прижавшись к корню сосны за который держалась, но незнакомец приблизился ещё, почти вплотную, и я носом и губами ощутила его прохладный выдох. А следом этот незнакомый мужик сделал то, чего в приличном обществе делать точно нельзя – высунул язык и плашмя вязко провёл им прямо по моим приоткрытым губам, забравшись кончиком в рот.

Я опомнилась и дёрнулась, отворачиваясь, с отвращением чувствуя влагу его слюны на коже и на языке, но ударить побоялась – одна в лесу, голая, в темноте. И здоровый мужик. Что он со мной сделает, если я буду сопротивляться? Я боялась даже представить! Поэтому замерла, зажмурившись, и просто стала ждать, что будет. Может, он поймёт, что сделал что-то не так, и отстанет? Перегаром-то от него не пахнет, значит, трезвый, может, просто пошутить решил так? Как мужики любят – не очень умно, но им очень смешно. А если он из VIPов, может, решит, что я скучная добыча, и лучше идти в купальни на верхнем уровне, где бултыхаются девицы посговорчивей? Их же всегда с собой брали толстосумы, ну или местных находили на разок. Наверное, он меня принял за такую – голозадую.

– Слушайте, я тут случайно оказалась, мне нужна помощь, – попробовала я ещё, стараясь, чтобы голос не дрожал, и открыла глаза.

И ахнула – поверхность озера была совершенно пуста.

Шевельнулась, вглядываясь в темноту, но мужского силуэта нигде не было видно, а глаза уже привыкли, и теперь противоположный отвесный берег со скалой просматривался отчётливо. Ни капель, ни плеска, ни дыхания из могучей груди.

– Да ну нет! – потрясла головой я. – Не может быть, чтобы померещилось!

Я с беспокойством стала осматриваться, но понимала, что если это на самом деле галлюцинации, то вряд ли я пойму, где источник? Может, в воде какие-то токсины? И надо выбираться, пока концентрация не такая высокая, и я более-мене в себе?

Но дальше додумать я не успела, потому что ноги что-то стало мягко обволакивать. Ласково так, вязко, будто они погружались в густой сироп или жидкую тёплую глину. Я дёрнулась и поняла, что держит меня что-то крепко, и высвободиться не хватит сил! Ещё и чуть тянет вниз, вынуждая судорожно цепляться за корень!

– Твою мать! – охнула я, чувствуя, что оно мне уже по пояс.

По ощущениям реально казалось, будто это просто вода сгустилась в жиле, и вроде как даже шевелиться можно, но особо бойко ногами не подрыгаешь. Хорошо хоть тянет, но не с силой, и голова на поверхности. Но и не вынырнуть никак! И не освободиться.

«Кажется, тут на самом деле что-то очень токсичное», – решила я, понимая, что на реальность эти ощущения не походят совсем – больше на какой-то кошмарный сон!

Перехватилась за корни крепче и попыталась приподняться. Грудь вынырнула, дрогнув над поверхностью, но это было всё, что я смогла сделать, а следом вдруг ощутила, что желе не просто замедляет мне движения. Оно вынуждало меня раздвигать ноги! Вроде мягко, вроде и само как-то так, что только сделай усилие – и всё пропадёт. А не пропадало. Впрочем, на шпагат я бы не села, а вот на бревно – запросто.

– Да чё, блять, происходит?! – не выдержала я, а следом взвизгнула, потому что внутренней стороны бедра коснулось что-то похожее на водоросли.

«Нет, не водоросли, – вдруг поняла я, когда прикосновение повторилось. – Волосы. Длинные волосы человека»

Под водой за моей спиной кто-то находился. И он, в отличие от меня, вязнущей в непонятном иле, чувствовал себя там куда комфортнее. Я ощутила, как по бёдрам изнутри прошлись пальцы, а следом попыталась подтянуться, потому что кончики коснулись моих половых губ. Но ничего не вышло, а ноги всё так же обманчиво мягко были разведены неведомой силой.

Волосы незнакомца касались кожи под ягодицей, вульву погладили две фаланги, а следом наглые руки схватили мои половые губки, как котят берут за шкварник, и развели в стороны, раскрывая вход в моё влагалище.

«Так, ещё чуть-чуть, и он вынырнет, – успокаивала себя я. – Уже больше минуты, ни один человек без акваланга столько не сможет продержаться под водой!»

Но секунды тикали, а этот чудовищный бред не кончался, и крепкие пальцы растягивали мои складочки, будто помогали незнакомцу разглядывать меня.

Грудь стала замерзать, сосочки встали мурашками, я с мольбой посмотрела на далёкое и безразличное синее небо, глядящее на мою беду своими колкими ноябрьскими звёздами. А в следующее мгновенье я почувствовала бёдрами нагло втискивающуюся голову, и мне прямо туда – в растянутую дырочку, всунулся толстый скользкий и горячий язык.

Вскрикнула, постаралась уйти от прикосновения, но ноги увязли напрочь, а нахал разжал пальцы, обхватил руками мою талию через живот и втиснул голову максимально сильно, что я аж ощутила упруго ткнувшийся в анус кончик носа.

Язык незнакомца извивался, совался глубже, изворачивался, а рядом чувствовалось, что изо рта, будто дыхание, вырываются потоки более тёплой воды. «Ихтиандр!» – истерически подумала я, охнула, засмеялась и тут же заскулила. Попыталась в очередной раз сжать ноги и лишь почувствовала бёдрами гладкие щёки гада и играющие под ними желваки.

– Мне это всё снится, мне это всё снится, – взмолилась я, понимая, что живой человек реально давно бы задохнулся под водой без оборудования. А там оборудования не было точно – уж я чувствовала всё! И гладкие щёки, и наглый нос, и широкую челюсть, которая шевелилась, когда этот мудак высовывал свой язык и возил им по моему клитору прежде, чем сунуть назад ещё глубже.

Мужчина точно был брит. Причём очень чисто, потому что даже если бы щетина была короткая, под водой бы уже всё пекло! У меня как-то раз был опыт с парнем в лагере. Он решил показать фокус, а я, влюблённая дурочка, не прогнала сразу. А потом ка-а-а-ак почувствовала. На этом и расстались, с тех пор у меня и не заладилось с парнями. О девственности я не жалела. Ну и что, что до сих пор нетронутая? Зато не кое-как с кем попало. А сейчас что?

– Да что вообще происходит?! – опять завопила я, в очередной раз ощущая чужой толстый язык, раздвигающий стенки моего влагалища.

Язык тут же высунулся, руки с живота исчезли, а следом мои ягодицы ухватили так же, как и половые губки до этого, и в мой анус полез тот же язык. Упрямо раздвинул кончиком сжавшийся сфинктер и пролез дальше, растягивая.

Я взвыла! Мне в жопу лез какой-то подводный хрен, а я ничего не могла сделать! И тёпленько так водой булькал, будто дышал ею.

Напрягла ноги, что есть сил, но ягодицы от этого ни на миллиметр не сошлись, а настырное лицо втиснулось сильнее, засунуло язык на всю возможную длину, растягивая беззащитную задницу, а следом внезапно всё закончилось. Ну, почти. Язык исчез вместе с прикосновением, волосы незнакомца скользнули по коже и тоже пропали, осталось лишь вязкое ощущение сиропа, не дающего сжать ноги.

– Так, похоже, меня отпустило, – констатировала я, чуть опустившись в воду, потому что грудь с руками уже сильно замёрзли.

Перехватила корни ниже, чтобы локти оказались под поверхностью и хотела было оглядеться, как ощущения вернулись. Но теперь между моих ног протискивалось что-то намного шире, чем голова, и сильнее всего это напоминало мужские бёдра.

Мой первый мужчина

– Ох, нет-нет-нет! – заскулила я, а половых губ уже коснулось что-то гладкое, покатое и очень напоминающее головку фаллоса, как я видела в порно. Скользкую, как тело угря!

Мужик надавил. И надавил сильно, настойчиво. Хрящики сразу стали расходиться, пропуская его вовнутрь, а я лишь радовалась тому, что каким-то образом склизкий, как рыба, член насильника скользнул как по маслу, почти не причиняя боли. Лишь в тот самый момент, когда…

– А-ай!!! – вскрикнула я, а из глаз потекли слёзы.

Не так. Не так я представляла себе свой первый раз! А уровень боли и реальность ощущений давала понять, что всё это происходит на самом деле. И даже если я сейчас каким-то чудом сплю, то, судя по всему, в реальности кто-то воспользовался ситуацией и пихает в меня свой огромный агрегат, всовывая всё глубже и дальше. Может, я в отключке в машине? И этот гад решил, что если я молчу, то можно? Но почему ж такой огромный-то?!

Я даже не представляла, как сильно половой член может распирать женщину изнутри. Толстая головка нахально пролазила уже где-то в животе, а основание члена всё шире растягивало вульву, заставляя скулить и плакать. Щипало и пекло, но насильник не останавливался. Влез по самый лобок, прижался плотнее, а затем на мои ягодицы опять легли мужские ладони. Он взялся за них, как за кусок мяса, и вдавил пах сильнее, будто хотел натянуть.

Я опять болезненно вскрикнула, а следом член наконец-то поехал назад. Но, не выскользнув своей скользкой рыбьей фигурой и до половины, стремительно двинулся обратно, заполнив меня опять. А потом ещё раз, и ещё, и всё чаще, пока движения не набрали бодрый ритм, заставляя меня сбивчиво всхлипывать, а грудь подпрыгивать.

Прямо внутри меня, прямо у меня в животе чужая мразь толкалась и дёргала головкой своего члена и просто дрочила в меня, похотливо перехватывая руками мою задницу и изгибаясь, чтобы не сбиться с ритма и сунуть поглубже. Хлопала косточками бёдер по моим распяленным силой ногам, разгоняя потоки воды и подбрасывала яички, которые ударялись о мой клитор.

Сдвинуть ноги так и не получалось, как и сместить таз в сторону. Я ничего не могла сделать, а под водой что-то трахало меня, будто я – просто агрегат для приёмки семени.

– О, нет-нет! Только не это! – охнула я, осознав, что потеря девственности – не самое страшное.

Безуспешно дёрнулась, уже чувствуя, как орган внутри меня раздувается, а движения становятся рваными и требовательными, но ожидаемо не смогла хоть как-то это прекратить. Лишь сжалась, отчего насильник дёрнулся особо яростно, всунув свой мерзкий скользкий хер так, что яички прижались к моему клитеральному капюшону, а следом я почувствовала слабую тупую боль, как при месячных, и пульсацию, которая раздувала писюн подводного мужика.

Всхлипнула, понимая, что эта боль значит только одно – незнакомец спустил меня. Всю свою мерзкую сперму в матку, всё внутрь! До капли. Слабая пульсация ещё подёргивала его гениталии, но руки расслаблялись, а ствол становился мягче.

– Мразь! – расплакалась я, уже не чувствуя, как разжимаются мои руки на корне сосны.

Рыдания сотрясали моё тело, челюсть свело так, что я не могла закрыть рот и просто рыдала в голос, не чувствуя, как по подбородку текут слюни. Я в детстве так плакала. Когда думала, что никто не видит. А сейчас? Сейчас было всё равно. И честно говоря, теперь казалось, что уступить этому гаду в машине было бы неплохой идеей. По сравнению с тем, что произошло сейчас.

Член внутри аккуратно потянулся наружу. Уже мягкий, неопасный. Всё самое страшное, что мог, он уже сделал. Тянущее чувство в матке осталось. Это так просто не вытащишь. Да и не вымоешь. Всё, он испачкал меня навсегда, от этого никак не отмыться.

– Гад! – простонала я, а за спиной опять раздалось журчание, будто этот подводный мерзавец всё-таки вынырнул.

Послышался глубокий вдох, а следом по спине вверх по позвоночнику мягко прошлась широкая мужская ладонь. По-дружески так, ласково. Погладила, убрала с шеи волосы, а следом потянула меня к себе, и я, выпустив сосновые корни, оказалась в его тёплых объятьях.

Он развернул меня к себе, обнял поверх дёргающихся плеч и погладил по голове, а я, потеряв всю связь с реальностью, расплакалась ещё горше и, обняв его за талию, прижалась к нему, будто к близкому другу. Где ещё мне искать утешения после всего, что случилось со мной? После всех этих по-настоящему страшных событий. Только у него. Таинственного незнакомца, который против моей воли стал моим первым мужчиной. Через боль, страх и нежелание. Изнасиловал меня, сунул в меня свой мерзкий член и кончил в самую глубь, не заботясь о том, что сперму ни в коем случае нельзя выплёскивать внутрь!

Но какое ему дело? Ему было приятно, ему было хорошо, и он сделал, как хотел он. А я? Я – просто тело для дрочки. Тело, которое насильник сейчас ласково держал в руках и гладил по голове и плечам.

– Отпустите меня, пожалуйста, – попросила я, чуть отодвинувшись, и руки, что лежали вокруг мягкими объятьями внезапно обрели стальную крепость.

Вот теперь я перетрухала знатно! До этого всё, что происходило, больше напоминало сон, а теперь я реально ощутила себя во власти насильника. Незнакомого мужика, который поймал меня в лесу и трахнул, как ему захотелось! А я даже лицо его не разглядела!

Подняла взгляд на белый овал под тёмными потоками мокрых волос. Небосвод как раз осветила Луна, посеребрив вершину скалы напротив. И хоть чётко увидеть всё же не получалось, но теперь я смогла рассмотреть, что передо мной молодой, безбородый и весьма красивый мужчина. С волевым подбородком, тяжёлыми надбровными дугами, пухлыми капризными губами и чётко очерченными скулами. За густыми ресницами угадывались тёмные глаза, а под налипшими волосами упрямый лоб. Над водой виднелись лишь широкие плечи и ключицы, но я по ширине туловища понимала, что парень очень хорошо развит. Не совсем качок, но жилистый и очень крепкий. В целом, чисто внешне – отличный вариант! Особенно в темноте. А вот в остальном плане…

– Отпустите меня… – взмолилась я снова, стараясь поймать его взгляд, а следом чуть не взвизгнула. Взгляд я поймала – и он засветился голубым светом в темноте, словно неон.

«Это не человек, – запоздало дошло до меня. – И это всё – реальность. Я попалась в плен какому-то чудовищу, неизвестному науке. И всё. Мне конец…»

Игра в поддавки

Осознав всё это я, похоже, начала проваливаться в обморок, но мне не дали. Парень перехватил меня крепче, заставляя ляпнуть грудь на его широкую и мокрую. А следом склонился и захватил мой рот и часть лица в самый отвратительный гортанный поцелуй, когда зубы стукаются друг о друга, языки путаются, а слюни стекают по подбородку, уже неизвестно чьи где.

Я попыталась вырваться, но ласковая до этого рука тут же схватила волосы на моём затылке и заставила запрокинуть голову. Я раскрыла рот, чтобы вдохнуть, а он опять полез шарить языком по моему нёбу, дёснам и зубам. Похоже, его совершенно не волновало, укушу ли я? Или он был настолько уверен в себе, что не ждал этого.