- -
- 100%
- +
- Нет…
Этого слова достаточно, чтобы Миша стал действовать смелее. Он обхватывает ладонями моё лицо, чуть тянет на себя и целует уже более смело. Его губы мягко сминают мои, язык проходится по моей верхней губе и мягко толкается внутрь. Впускаю, приоткрывая рот, отвечаю на его неспешный, глубокий поцелуй, и в какой-то момент не сдерживаю стон.
У меня голова чуть кружится от волнения, а сердце сейчас выпрыгнет из груди.
И этот потрясающий поцелуй приходится разорвать, когда в двери стучат.
Миша отступает назад, подмигивая мне.
Ох, как стыдно, мамочки. Это же больница, а я, а мы…
Вспоминаю, что совсем недавно мы уже целовались в больнице. В палате Миши, и мне тогда было совсем плевать на правила приличия.
Чего сейчас разволновалась, спрашивается. Чувствую, как пылают щёки и понимаю, что тот, кто войдёт в палату, сразу догадается, чем мы тут занимались.
А с другой стороны. Мы – взрослые люди. Мы просто целовались.
Не просто, конечно. Головокружительно это было.
Я провожу кончиком языка по губам, собирая остатки влаги и с удовлетворением замечаю, как темнеет при этом взгляд Миши.
Я его настолько волную? Взгляд сам по себе скользит вниз. О да, ещё как волную, кажется. Краснею ещё больше, когда поднимаю глаза и встречаюсь с насмешливым взглядом Миши.
- А ты чего ожидала? – спрашивает тихо.
- Чшшш, - шиплю на него, потому что в палату заходит медсестра с системой.
Миша отходит к диванчику, чтобы не мешать девушке и достаёт из сумки ноутбук. Он что, собирается тут у меня поселиться, раз ноутбук с собой взял?
- Миш, если тебе нужно работать, то я и сама могу остаться, - говорю осторожно.
- Нет, - тут же отзывается он. – Я буду рядом. Мне так будет спокойнее.
Понимаю, что спорить бесполезно. Медсестра устанавливает мне капельницу и просит нажать на кнопку вызова персонала, когда лекарство во флаконе будет заканчиваться.
Да только я этот момент упускаю, потому засыпаю. Сама не понимаю, как. Но раз Миша меня не разбудил, значит, так надо.
Я просыпаюсь от его тихого голоса и осматриваюсь по сторонам. За окном глубокая ночь. В руке игла уже не торчит. Миша сидит на диване, потирая шею, и с кем-то разговаривает по телефону.
Боже, он и ночью работает. А отдыхает хоть нормально?
Когда мужчина откладывает телефон в сторону, я тихо зову его по имени. Миша тут же оказывается рядом.
- Воды? – спрашивает он, и я киваю.
Миша подаёт мне воду, и я осушаю половину бутылки.
- Ты спать собираешься?
- Да. Как раз собирался раскладывать диван.
- Не надо диван. Ложись рядом со мной. Мы поместимся.
- Уверена?
Уверена. Если честно, я просто хочу узнать, каково это – спать в надёжных объятиях Миши.
- Уверена, - говорю с улыбкой.
Да только вся моя уверенность тает, когда он ложится за моей спиной, обнимает и притягивает к своей груди.
- Я тебя прошу только об одном, Лисёнок, - шепчет мне на ухо Миша, будто специально касаясь мочки губами, - не шевелись.
Глава 16. Михаил
И что делает эта лиса? Естественно, шевелится!
- Мне нужно удобно лечь, - шепчет она, а сама будто специально попкой к моему паху прижимается.
Ёб… Фух. Соберись, Дубровский. Подумай, о бомжах под мостами, о гнилых зубах…
- Ауч, - шипит Леся.
Ауч? Это у меня «ауч». Все мерзкие картинки из головы вылетают, когда её попка снова проезжается по паху.
- Оу.
Ну, не почувствовать мой стояк было невозможно. Леся, наконец, замирает.
- Я предупреждал, Лисёнок, - говорю чуть охрипшим голосом.
- Я бы пошутила, что у тебя пистолет или фонарик там, - шепчет она, начиная трястись от смеха, - но не стану. Прости.
Я только тяжело вздыхаю. Ну что с ней сделать? Прижимаю к себе крепче и кладу ладонь под грудь, чтобы почувствовать сердцебиение. А сердечко её колотится как сумасшедшее.
- Миша! – вскрикивает она.
- М?
- Я же уснула в бюстгальтере. Надо снять.
- Ты издеваешься?
- Расстегни, пожалуйста.
Точно издевается. Я тут уже выть готов, а она бюстгальтер просит помочь снять. Я бы с большим удовольствием вообще всё с неё снял.
Но вместо этого я снова беру эмоции и желания под контроль и ловко расстегиваю застёжку на спине Леси.
- Фух, - выдыхает она, - даже легче дышать стало.
Она стягивает лямки с плеч, естественно, снова потираясь об меня (будто специально, а, может, и специально), а спустя мгновение я вижу в её руке белый кружевной бюстгальтер.
- Свобода, - шепчет расслабленно и прячет кружево под подушкой.
Твою мать. И вот как мне после такого спать? В паху ноет от желания.
- Прости, - снова говорит Леся, но я уверен, что она улыбается.
Прости, значит? Ок.
Я ныряю рукой под её футболку и накрываю левую грудь ладонью. Каайф.
- Эээй, - тянет Леся, но не шевелится.
- Будем считать это моей моральной компенсацией.
- За что?
- За это.
Вжимаюсь в неё пахом, чтобы она прочувствовала, как у меня там всё твёрдо и пульсирует от желания.
- Я себя пока контролирую, Лисёнок. Пока. Поэтому молю всеми Богами. Замри. Иначе тебе потом будет стыдно?
- Мне? За что?
- За громкие стоны и крики… - шепчу ей на ухо и мягко сжимаю упругую грудь.
- Ах, - стон срывает с её губ, чуть не срывая чеку.
Держись, Дубровский. Держись…
- Сладких снов, Миша… - шепчет эта лисичка.
- Сладких…
Сам не понимаю, как проваливаюсь в сон. И снится мне, конечно, Леся.
На самом интересном месте я резко просыпаюсь, потому что слышу вибрацию мобильного. Открываю глаза. Палата освещается первыми лучами рассветного солнца. Значит, я поспал часа три. И на удивление, чувствую себя прекрасно.
Олеся крепко спит, обхватив мои руки своими. Мне приходится осторожно выбраться из её захвата, потому что телефон продолжает настойчиво звонить. А мне в такое время не звонят просто так.
И я оказываюсь прав. Это по рапорту Громову. Генерал Болдырев пытается ставить палки в колёса, гнида. Вцепился же в Саню. Но ничего. На каждого генерала управа найдётся. Быстро решаю вопрос с другом, и расслабленно откидываю голову на спинку дивана, когда мне докладывают, что рапорт Грома на отпуск с выездом за границу подписан.
Всё, одна проблема решена. Саня улетает в Израиль к Кате. Я надеюсь, её операция пройдёт успешно, и эта парочка, наконец, воссоединится.
Но полностью доволен я буду, когда и Егор с Алёной сойдутся. Кстати, они… Набираю эксперта, чтобы узнать, как там продвигается работа по их делу. А после получаю отчёт по расследованию, которое провожу для этой семейки. Информации много, от информации я малость в шоке, так как не ожидал, что родители друга настолько повёрнуты на деньгах, что готовы плевать на его интересы и чувства.
После нескольких звонков, отправляюсь в душ. Освежившись, выхожу в палату, обернув бёдра полотенцем. Свежее бельё осталось в сумке. Не успеваю его достать, как двери тихо открываются. Я оборачиваюсь и вижу молодую медсестру, которая, не стесняясь, рассматривает меня, приоткрыв рот от восхищения.
- Может, хватит так нагло глазеть на чужого мужа? – разрезает тишину голос Леси.
Медсестра моментально краснеет, отводит от меня взгляд и подходит к Лесе, вручая ей термометр.
- Померяйте температуру, п-пожалуйста. Я приду позже, возьму у вас кровь на анализ, - смущённо бормочет девушка.
- Хорошо, - холодно отвечает ей Леся.
Медсестра выбегает из палаты, а я продолжаю смотреть на Лесю с довольной улыбкой. Ревнивая моя лисичка. Она смешно фыркает, присаживаясь на кровати. Что-то бормочет недовольно себе под нос о бессовестных девушках.
И я решаю ещё немного её взбодрить. Сбрасываю полотенце под её немигающим взглядом и продолжаю искать боксёры.
- Ты, ты, - задыхается от возмущения Леся, - совсем офанарел? А если кто-то зайдёт?
- Увидит голого мужика. Для них тут это – норма.
- Вообще-то, это всё – для меня только! – выдаёт на эмоциях. – Нечего другим глазеть.
Я улыбаюсь шире. Ещё и собственница. Надеваю, наконец, боксёры, свежую футболку и спортивные штаны и подхожу к ней.
- Для тебя, конечно, - говорю ей с улыбкой, и пока снова не начала возмущаться, обхватываю её лицо в ладони и нежно целую. – Доброе утро, Лисёнок.
- Доброе, - мигом расслабляясь, отвечает она. – Запрещаю тебе ходить голым перед другими девушками, понял?
- Понял.
Через час в палату заглядывает Даня. Он осматривает Лесю и сообщает, что ей нужно будет задержаться в отделении на несколько дней. Анализы крови не очень хорошие. Леся не возражает.
После её забирают на какие-то обследования, а я решаю воспользоваться моментом, чтобы съездить в офис и закрыть несколько рабочих вопросов.
По итогу в больницу возвращаюсь ближе к вечеру. С Лесей постоянно нахожусь на связи. Беспокоюсь о ней, хоть и знаю, что она в надёжных руках.
Первым делом, захожу к Дане. Он успокаивает меня, что с моей девочкой всё хорошо. УЗИ показало, что у Леси небольшой воспалительный процесс по женской части, поэтому после выписки из травматологии, она отправится в гинекологию. Выписывают её уже завтра.
И я не успеваю успокоиться, когда звонит Алёна и сообщает, что Егора подстрелили. Она едет с ним на скорой в больницу, где я сейчас нахожусь. И снова я кручусь. Узнаю с удивлением, что Леся – лучшая подруга Алёны. Мы вместе встречаем машину скорой помощи внизу. Пока Леся крутится вокруг подруги, я решаю вопрос, чтобы Егору операцию провела лучшая команда медиков, договариваюсь за палату.
И вот утром, когда Егор приходит в себя после операции, Леся засыпает после бессонной ночи, которую провела рядом с Алёной, поддерживая подругу, я снова уезжаю в офис.
Чуть не забыл о важной встрече, которую пропустить или отменить никак нельзя.
Уезжаю, а у самого чуйка нехорошая… что нельзя уезжать, что нужно остаться. Интуицию я свою привык слушать, поэтому дёргаю одного из своих парней в больницу, чтобы за Лесей присмотрел. И уже спокойно провожу встречу.
Выхожу из ресторана и звоню Лесе. Молчит. Не отвечает. Только собираюсь звонить Диме, которого приставил к ней, как меня набирает Тим.
- Игорь сбежал, - без каких-либо приветствий сообщает он.
- Повтори!
- Игорь сбежал.
- Найди.
- Уже занимаюсь.
Набираю Лесе. Молчит.
Тааак…
Набираю Диме.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.