Квантовиты. Книга 3. Рубец

– На планету спустилась делегация во главе с Ааджу, – спокойно произнес регулятор. – Они прочесывают город, и мне нельзя с ними встречаться.

– Уходи! – Агнета, наконец, добралась до него, и задрала голову, заглядывая квантовиту в глаза. – А то я тебя…

– Как интересно, что же ты тогда сделаешь? – спросил Андмор. – Ты всегда была слишком маленькой и слабой по меркам нашего народа. Тебе меня не одолеть.

Агнета была вынуждена согласиться. Именно из-за маленького роста ее выбрали как носителя камеры, наблюдавшей за людьми на Форисе. Метр восемьдесят пять – высоко для человека, но слишком низко для квантовита. Если она ввяжется в драку, то, скорее всего, проиграет.

– Как ты выбрался из тюрьмы? – выдохнула она.

– Этот так называемый нанотубулен не так уж и крепок, как полагают люди, особенно сейчас, – скучающе заметил Андмор. – Я мог бы уже давно сломать прутья, но меня стерегли ависоны. Однако сегодня мне повезло – они улетели, бросив землян подыхать. Так что я поспешил уйти прежде, чем меня успела найти Ааджу.

– Ааджу? – нахмурилась Агнета.

– Ах да, я забыл, ты же ни черта не помнишь, – усмехнулся квантовит. – Она член Совета. А Совет хочет меня арестовать.

Сказав это, Андмор лениво прошелся по покрытому высохшей травой участку, подобрался к скамейке и опустился на нее. Его колени доставали до макушки головы.

– Неудобно, – спокойно констатировал он. – Но придется потерпеть.

Агнета вновь бросила взгляд на Элин, которая висела на одной из ветвей, зажмурившись и что-то бормоча под нос. Ее положение было неустойчивым, и она в любой момент могла сорваться вниз, но там ей было безопаснее, чем на земле.

– Почему они хотят тебя арестовать? – спросила Агнета. Ей вовсе не хотелось беседовать с регулятором, но раз уж прогнать его она не могла, то лучше хотя бы отвлечь, чтобы он не причинил вреда Элин.

– Потому что они тупые и не видят дальше собственного носа.

Агнета удивилась.

– И что это значит?

– То и значит. Мы, конечно, высшая раса, но в Совет как будто нарочно подбирали наиглупейших ее представителей.

Слышать такие выражения из уст квантовита было странно. Агнета еще могла бы понять, если бы он так обращался к людям, но речь шла о его сородичах…

– Если они тебя в чем-то не поддерживают…

– В чем-то? Да они убеждены, что я ошибка природы. Особенно этот, как его, Торнмунд. Он только и ждал повода, чтобы снять меня с должности, – Андмор неожиданно посмотрел на дерево. – А она что, считает себя обезьяной?

– Не смей даже смотреть на нее! – вспылила Агнета. – Ты на ее глазах убил около десятка ни в чем не повинных квантовитов, а теперь еще смеешь заходить сюда, как будто…

– Я убил кого-то на ее глазах? – изумился Андмор.

Агнета даже опешила от неожиданности, настолько искренним показалось его недоумение.

– Ты не помнишь? – растерянно спросила она.

Андмор как-то обреченно покачал головой.

– В том-то и проблема, Агнета. Я помню только то, что в состоянии вместить в себя этот мозг. Когда-то у меня были миллиарды таких мозгов. Но теперь большая часть знаний утеряна… И как я должен спасти мир, если ничего не помню?

Квантовит так сокрушался, что Агнета рассмеялась.

– Ой, не могу, – схватилась она за живот. – Ты хочешь спасти мир? Серьезно?

– Ты зря смеешься, – мрачно заметил Андмор. – Вселенной приходит конец, и если это не остановить, то не выживет никто.

Агнета перестала улыбаться. Подул прохладный ветерок, и температура как будто понизилась на пару градусов. Регулятор не врал. Даже в его обычно таких равнодушных глазах поселился страх.

– Конец? – переспросила Агнета. – Но отчего?

И в этот момент квантовит резко встал и заорал так громко, что Элин дернулась и чуть не свалилась со своей ветви.

– Я же сказал – не помню! Помню только то, что я знал, что такое может произойти, и пошел на этот риск, потому что другого выхода не было. В этой примитивной оболочке я бессилен! И одному мне не справиться.

– Я тебе помогать не буду, – отрезала Агнета.

– Да что ты можешь? – усмехнулся Андмор, а потом вздохнул. – Я мало что помню, но у меня такое чувство, что пора уходить.

– Ветер в спину.

– Вот только куда? – квантовит сильно нахмурил лоб. – А, кажется, вспомнил. Дом с оранжевыми стенами. Я должен появиться там, когда стемнеет.

– В доме Вебера и Кроссмана? – переспросила Агнета. – Но зачем тебе туда?

В этот момент лицо квантовита прояснилось и разгладилось. Он довольно кивнул:

– Так там живет собачка Рябининой? Ну, тогда мне все ясно. До вечера еще долго, но, по-моему, мне лучше уйти. Мне кажется, что здесь оставаться опасно.

– Только тебе? – встревожилась Агнета. – Или нам с Элин тоже?

– Понятия не имею, – равнодушно протянул Андмор и направился прочь от ее дома.

Какое-то время Агнета смотрела вслед удаляющейся высокой фигуре. Со своей бледной кожей и непропорционально длинными конечностями квантовит сильно выделялся на этой планете. Как это его до сих пор никто не заметил? Наконец, он исчез за поворотом, и Агнета облегченно выдохнула.

– Элин, можешь спускаться, он ушел! – крикнула она дочери.

Та довольно проворно доползла до основного ствола и ловко соскользнула вниз. Светлые волосы взлохматились, одежда порвалась, но в целом девушка была цела. Едва ее ноги коснулись земли, как она бросилась к матери и крепко ее обняла.

– Что ему было нужно? – спросила Элин.

Агнета не знала, что ей ответить. Зачем Андмор приходил сюда? А самое главное, почему так странно себя вел? Агнета мало что помнила о своей жизни в квантовой реальности, но одно в ее памяти сохранилось. Квантовиты не просто так большую часть времени сохраняют спокойствие и равнодушие. Они это делают, чтобы не показать другим, в чем их слабое место. Потому что в их обществе отсутствуют эмоциональные привязанности, и практически никто никому не мог доверять. А значит, нельзя, чтобы кто-то узнал о твоих чувствах. И никто никогда не должен узнать, что ты чего-то не знаешь. Так почему же Андмор орал в ее присутствии, да еще и рассказал о том, что ничего не помнит?

А потом она поняла. Это ужасно горько, но это правда. Дело не в том, что регулятор считает ее заслуживающей доверия. Просто, по его мнению, она настолько незначительный персонаж, что ее знание или незнание его слабостей ничего бы не дало и не изменило. Осознав это, Агнета, поняла, что злится. И как он только смеет ни во что ее не ставить? Он разрушил ей жизнь, убил ту, кем она была когда-то, использовал в качестве инструмента, а потом выбросил на помойку за ненадобностью. Но он ошибся. Она по-прежнему квантовит, хоть и многого не помнит. И она ему отомстит за все, что он ей сделал.

И в этот момент раздались шаги. На горизонте появилась целая компания квантовитов во главе с женщиной. Уж не Ааджу ли это?

– Элин, иди в дом, – тихо попросила Агнета.

– Но мам…

– Иди в дом, я сказала!

Элин обиженно надула губы, но послушалась. Убедившись, что дочь скрылась из виду, Агнета пошла навстречу квантовитам.

– Уж не Андмора ли вы ищите? – спросила она, довольно улыбаясь, как будто встречала давно ожидаемых гостей.

– Ты знаешь, где он? – спросила женщина во главе отряда.

– Где он сейчас – нет, – покачала головой Агнета. – Но я знаю, где он будет, когда стемнеет.

Что-то внутри нее заворочалось, напоминая о грядущем конце света и о том, что Андмор собирался как-то его предотвратить. Но Агнета лишь отмахнулась от внутреннего голоса. На Земле хватает народа, способного справиться с этим. Рябинина, Кроссман, Вебер, Одзава, президент на худой конец. А вот Андмора давно пора наказать.

Мизуки смотрела на небольшой монитор, отражающий происходящее внутри гостиной Ромины. Рави и в самом деле был там. Парень спокойно сидел на диванчике, прихлебывая что-то из термоса, и, казалось, его совершенно не беспокоило то, что он оказался в плену. Создавалось впечатление, что он там по собственной воле, и просто чего-то ждет.

– Наверное, я забыла ему сказать, что в мое отсутствие лучше по дому не расхаживать,– спокойно сказала Ромина. – Я сняла блокировку со спальни и ближайшей уборной, но стоит только кому-то войти в какое-нибудь другое помещение, как система безопасности тут же воспринимает это, как вторжение, и блокирует все входы и выходы до тех пор, пока я не приду. Уверена, что он не хотел ничего плохого, но вот так получилось…

Президент обернулась, и стальные глаза чуть ли не просверлили Мизуки взглядом:

– Я бы отпустила его со временем, но теперь, когда ты знаешь, что я сделала… Поверь: я не самый добропорядочный человек в этом мире. А значит, я пойду на все, чтобы сохранить свою тайну. В общем, у тебя есть выбор: или ты молчишь и помогаешь мне… или же твой парень умрет. Поверь, у меня есть способы убить его, даже не входя в ту комнату.

Мизуки прикусила губу и с трудом сдержалась, чтобы не завопить от ярости и отчаяния. Люди должны были знать правду – но и рисковать жизнью своего парня она не могла! После того, что она видела, девушка не сомневалась в способности Ромины убить кого-то. Рави сидел там, такой беззащитный, и даже не подозревал о том, что он находится в страшной опасности. Что же теперь делать?

Мизуки обернулась к президенту и хмуро спросила:

– Вы просите помогать – в чем конкретно?

– Я отдала часть своего народа квантовитам, чтобы они оставили нас в покое, но верю ли я в то, что они это сделают? Нет, – серьезно произнесла Ромина. – Я не сомневаюсь в том, что они нанесут новый удар. Конечно, если они решат скинуть на нас всех огромную бомбу, мы уже ничего не сможем сделать. Но этого пока не произошло, а значит, им еще что-то от нас нужно. Ты имела дело с квантовитами, ты поможешь дать им отпор.

Мизуки покачала головой:

– Но что я могу? У меня нет никаких полезных знаний и навыков, я только бегаю разве что быстро. Я никак не смогу противостоять квантовитам. Тут нужна армия из ученых и военных, а не простая девушка с Фориса.

– Ты недооцениваешь себя. О твоей непредсказуемости ходят легенды. Кто еще сможет застать квантовита врасплох, как не ты?

Мизуки промолчала. На самом деле она не так уж и сильно верила в свою непредсказуемость. Квантовиты – умелые манипуляторы, поэтому они способны вести их всех по какому-то невидимому для них маршруту, и никто этого даже не осознает, пока не станет слишком поздно. Она могла бы согласиться работать на Ромину – но что, если она не сможет выполнить свою работу? Что тогда будет с Рави?

– Я хочу с ним увидеться, – твердо произнесла Мизуки, тыча пальцем в экран.

– Ты согласна мне помогать?

– Да. Согласна. А теперь позвольте мне с ним поговорить!

– Нет, – отрезала Ромина. – Если ты согласна, то у меня для тебя есть первое задание. Как только его выполнишь, не сказав никому ни слова о том, что видела – тогда сможешь увидеться со своим парнем.

– А с чего мне вообще Вам верить? – вспылила Мизуки. – Откуда я знаю, что это не монтаж – то, что Вы мне показываете? Может, его и нет у Вас, а Вы мне голову морочите!

Ромина задумчиво посмотрела на нее, а потом медленно подошла к экрану на стене. Потом осторожно провела по нему пальцами и произнесла:

– Рави, ты меня слышишь?

Парень в мониторе тут же вскинул голову и отложил термос на небольшой столик.

– Мисс Мюллер? – спросил он. – Где Вы?

– Я в коридоре, Рави, – ответила президент. – Прости, забыла тебя предупредить о том, что у меня в доме установлена охранная система. Ты зашел в комнату, в которой тебе не полагалось быть, и она активировалась. К сожалению, на разблокировку уйдет много времени, поэтому пока тебе придется там посидеть.

– Ничего страшного, – с готовностью закивал Рави.

Ромина повернулась к Мизуки и одними губами произнесла: «Какой наивный!». Девушка недовольно нахмурилась и тоже подала голос:

– Как ты там, Рави?

Парень тут же встрепенулся и даже встал, взволнованно стреляя взглядом из стороны в сторону, как будто рассчитывал увидеть свою девушку. С разочарованием осознав, что ее нет в гостиной, он заговорил:

– С Вами Мизуки?

Девушка уловила в его голосе подозрение. Да, Рави тоже знал о странном поведении ависонов, и вчера еще они не были уверены в том, что Ромина не на одной с ними стороне. Впрочем, президент, похоже, на своей собственной стороне – но она ничем не лучше стороны квантовитов или ависонов.

– Да, Рави, – вновь заговорила Мизуки. – У нас с мисс Мюллер есть общие… дела. Я просто хочу сказать, чтобы ты не переживал. Мы сделаем все возможное, чтобы ты вышел оттуда как можно скорее.

На секунду во взгляде Ромины мелькнуло нечто, похожее на усмешку, а потом она вновь коснулась экрана. Мизуки помрачнела: похоже, ее парень и в самом деле был пленником, а значит, она должна либо помогать этому тирану – либо рискнуть жизнью Рави.

– Ну так что? – с невинным видом поинтересовалась Ромина. – Ты убедилась? Готова теперь мне помогать?

Мизуки ощутила горечь при мысли о бедных людях, попавших в лапы квантовитов. Это ужасно, что их жизни должны были окончиться именно так. Но еще более ужасно то, что это никого не освободило – просто дало немного времени, и не факт еще, что они смогут распорядиться им с умом. Мизуки вновь посмотрела на Рави – он так доверчиво сидел в гостиной. Нет, как бы ни было важно людям знать правду о Ромине, она не может предать его.

– Да, – вынужденно кивнула Мизуки. – Что конкретно Вы от меня хотите?

Ромина не улыбнулась, но девушка была готова поклясться, что ее глаза чуток засветились.

– Сейчас ты покинешь мой дом, – говорила президент. – Постарайся выйти так, чтобы тебя не заметили. Затем встретишься со своей подругой. Я не знаю, где она, найдешь сама. Скорее всего, рядом с ней будет мой брат. Усыпи бдительность Рябининой, не рассказывай о том, где ты была и что видела. Когда встретишь Рене, скажи ему, что я знаю о его союзе со Светланой, и, что, если он хочет ее спасти, они оба должны встретиться со мной.

Мизуки вытаращила глаза. У Рене союз со Светланой?

– И обязательно ему скажи, чтобы он захватил ту вещь из ЕКЦ, – завершила Ромина и со вздохом посмотрела в окно. Садящееся солнце бросало яркие лучи на идеально гладкие поверхности.

– Какую вещь? – уточнила Мизуки.

– Он поймет, – уклончиво заявила Ромина. – А теперь вперед. Не сомневаюсь, что квантовиты уже пренебрегли своими обещаниями и высадились в город. Будь осторожна и не попадайся им на глаза.

Мизуки кивнула и направилась к выходу. Предать свою лучшую подругу или предать своего парня… интересно, что хуже?