Отбор у императора, или как украсть дракона

Возле дверей гостиницы нас уже ждала новая карета. В этот раз я успела заранее зажмуриться, а после медленно открыть глаза, поэтому разглядела пышную отделку экипажа, запряженного двумя белыми лошадьми, а также длинную улицу, богато одетых местных, и вереницу точно таких же роскошных повозок, стремящихся в одну сторону.

Вскоре мы влились в этот общий поток и неспешно двинулись к центру столицы, где находился дворец императора.

– Я провожу тебя до ворот, а дальше нам придется расстаться, – проговорил Феликс, сидящий напротив меня. – Когда все будет готово, покинь город через восточные ворота. Затем двигайся по главному тракту до ближайшей деревушки. Я буду ждать тебя там, в таверне под названием «Вепрь».

– А что по времени? – уточнила, разглядывая сквозь окна столицу империи драконов.

Дома здесь были похожи на те, что видела у эльфов, только если ушастые предпочитали белый камень и завитушки, то драконы больше любили желтый цвет и золото.

– Я пробуду там столько, сколько потребуется, – качнул головой Феликс и замолчал, давая понять, что разговор окончен.

Спустя полчаса неспешной езды движение прекратилось – мы подъехали слишком близко к дворцу, попав в небольшой затор, образованный экипажами других желающих попасть в гарем императора. Наконец, и это препятствие осталось позади, а мы оказались возле огромных ворот, открытых нараспашку.

Пустая карета тут же тронулась, освобождая место следующей, а к нам подошел стражник.

– Претендентка на роль наложницы Его Величества, – отрапортовал Феликс, кивнув в мою сторону.

Я же улыбнулась и протянула руку с кристаллом, надеясь, что ушастый не ошибся, и нас сейчас не схватят.

К счастью, все прошло гладко – стражник кивнул, а Феликс попрощался со мной, и я осталась в одиночестве. Впрочем, ненадолго – подскочивший слуга повел меня за ворота по длинной дорожке, уходившей в глубину пышного цветущего сада, в конце которого возвышался огромный дворец с острыми шпилями.

Впереди мелькали спины других девушек, желающих поучаствовать в отборе, а я смотрела по сторонам, запоминая саму дорогу и окрестности.

Дворцовую территорию окружал золоченный забор, состоявший из тонких штырей, увенчанных острыми пиками, на который были наложены охранные заклятия, способные обратить в пепел любого, посмевшего войти без разрешения. По периметру его, с внутренней и внешней стороны, вышагивала стража. Та же стража патрулировала и сам сад, но ненавязчиво, чтобы не потревожить обитателей и гостей дворца.

Проезд экипажей (кроме королевских) на территории комплекса был запрещен, а от основной дороги в сторону уходили узкие тропки. Сквозь зелень тут и там мелькали ажурные беседки, а до ушей доносилось журчание фонтанов и плеск рыбы в небольших декоративных прудиках.

В общем, сад соответствовал званию императорского – как и по красоте, так и по уровню охраны.

Наконец, дорога закончилась у мраморных ступеней, восходящих к массивным дверям, за которыми обнаружился просторный внутренний двор.

Еще полчаса прогулки неспешным шагом, сквозь череду лестниц, мансард и коридоров (которые я тщательно запоминала), и мы оказались в просторной зале. По стенам ее стояли мягкие диванчики, уже занятые огромным количеством девушек, разнаряженных до неприличия. Места хватило не всем, и те, кому не хватило, стояли с видом, будто им и не хотелось.

– Желаю удачи, госпожа, – раскланялся провожатый, замерев у дверей.

А дождавшись моего ответного кивка, развернулся и ушел, уступая дорогу новым барышням.

Что ж, Милана, начали.

Сперва я переместилась в угол и оценила конкуренток – большинство из них оказались юными до безобразия. Красивые платья облегали ладные фигурки, волосы были забраны в замысловатые прически. Некоторые робко смотрели по сторонам, явно обескураженные количеством народа. Другие хищным взглядом следили за наиболее яркими девушками. Меня они тоже оглядели, но тут же отвернулись, посчитав неинтересной, а некоторые даже позволили себя презрительные, едва заметные улыбки.

Ну да, я хоть и считала себя сногсшибательно красивой, но была старше их. Впрочем, они еще не понимали, что возраст всегда уступает опыту.

Заметив то, что искала, я направилась к одному из диванчиков. Там сидела девушка, очень привлекательная, с милой улыбкой и добрым выражением лица, которое все равно не могло перебить хищный блеск в глазах.

Акула акулу видит издалека, а мне бы не помешала временная союзница.

– Добрый день, – вежливо поздоровавшись, я встала неподалеку, и произнесла, будто бы в никуда. – Эх, жаль, что мест так мало… наверняка это неспроста.

– В каком смысле? – заинтересовалась одна из сидящих девушек.

– Это ведь отбор в гарем Его Величества, – пожала плечами я. – Здесь не может быть столь досадных промахов…

– И что это значит?

– Ну, не думаю, что Его Величеству нужны склоки среди наложниц, а значит, в первую очередь он обратит внимание на спокойных и покорных. Тех, кто остался стоять, – снова пожала плечами я.

С ближайших диванчиков всех как ветром сдуло, и только примеченная мной девушка осталась сидеть.

– Что, не впечатлило? – спросила, устраиваясь рядом.

– Это было сложно, но я уточняла. Его Величество предпочитает тех, кто сидит, – спокойно ответила та, не изменив выражения лица.

Ну точно, акула. Впрочем, информация про диванчики входила и в мою базу знаний, чем я собственно и воспользовалась.

– Милана, – я кивнула.

– Лейла, – кивнули мне в ответ.

– Что ж, приятно познакомиться.

Слух о том, что Его Величество предпочитает скромных и покорных, тихим шепотом разнесся по залу за десять минут, и в итоге, сидеть осталось от силы барышень двадцать. Надо бы к ним присмотреться.

– Вон та, в розовом – старшая дочь одного родовитого, но бедного клана, – тихо проговорила Лейла, заметив мой взгляд и кивнув в сторону красивой статной девицы с гордой выпрямленной спиной. – Они тоже готовились, ведь это их последний шанс хоть как-то разделаться с долгами. За возможность попасть в гарем готова идти по головам.

– Думаю, тут многие на это готовы, – заметила я, кивнув в сторону еще двух барышень, которые до этого едва не передрались за место на диванчике, а теперь стояли, усиленно уговаривая друг друга присесть.

– Кроме некоторых дурочек, которые надеются на любовь, – ехидно улыбнулась Лейла. – Но они не конкурентки.

– Я тоже, раз ты мне это рассказываешь? – уточнила, склонив голову набок.

– Услуга за услугу. С диванчиками ты ловко придумала, но дальше тебе не пройти. Возраст не тот, – пожала плечами Лейла без всякого сожаления.

Ну-ну… она просто не знает, на что я способна, когда на кону возвращение домой и двадцать килограмм золота.

– А вон та? – я указала на русоволосую девушку, тоже оставшуюся сидеть.

– Младшая дочь семьи Инейро. Она здесь не за деньгами, а за властью, – все с тем же выражением лица ответила Лейла.

Тоже логично. История знавала многих правителей, решения которых обуславливались шепотом на ушко в ночной тишине супружеской спальни.

За следующие пять минут Лейла представила мне всех, кто остался сидеть, кроме себя самой. Список вышел разнообразным. В основном здесь находились аристократки, младшие дочери, или юные вдовы. Парочка была из простых, но богатых – попасть на отбор в гарем могла любая, если у нее было достаточно денег и красоты. Возраст, в теории, правилами не ограничивался, однако дамы постарше в гарем не стремились, ведь в основном, уже имели мужей.

Вообще, план ушастого с самого начала поражал меня своей ненадежностью – было достаточно шансов того, что Его Величество прямо сейчас выберет других, оставив меня за бортом, и тогда я застряну в чужом мире без награды, а эльф – без короны. Однако других вариантов попасть в тщательно охраняемый заклятиями и стражами дворец у ушастых все равно не имелось – за послами следили, посторонних сюда не пускали, а все слуги приносили присягу своему господину, нарушение которой каралось смертью мгновенно. Наложницы, по идее, тоже давали эту клятву, однако пока шел отбор еще оставался какой-то шанс.

И именно поэтому эльфам пришлось прибегнуть к моей помощи.

Пока я размышляла, дверь с дальней стороны зала открылась, и оттуда выскочил богато одетый пожилой мужчина. Удивительно зычным, хорошо поставленным голосом, он объявил:

– Его Величество, Ролан Восьмой, император Роттендайра.

И тут же отскочил на шаг, давая дорогу второму мужчине.

Все барышни, что прежде вели неспешные разговоры, теперь замолчали, склонившись в почтительном поклоне.

Я тоже, вслед за остальными, встала с насиженного места, из-под опущенных ресниц разглядывая того, кого мне предстояло облапошить.

Красивый – черные волосы, длиной чуть ниже подбородка, обрамляли благородное лицо с широкими скулами, прямым носом и немного пухловатыми губами. Рост император имел внушительный, как и разворот плеч, которые украшал длинный меховой плащ, подбитый алым бархатом. Под плащом у Его Величества был черный камзол, а голову венчала корона. Та самая.

Царственно опустившись на массивный трон, император легонько кивнул, и распорядитель тут же встал рядом, принявшись зачитывать имена тех девушек империи, которым посчастливилось попасть во дворец, и которым оставалась пара шагов до почетного звания наложницы самого Его Величества.

Девушки подходили, кланяясь. Ролан окидывал их маслянистым взглядом, слушая шепот советника, стоявшего у другого плеча, а затем либо едва заметно кивал, либо так же мотал головой.

Я наблюдала, пристально разглядывая лица девушек, их поведение и реакцию Его Величества – мое имя должно было оказаться ближе к середине списка, чтобы я успела подготовиться, но не была последней, когда Ролан уже устанет созерцать красавиц.

И, исходя из этих наблюдений, а так же личного опыта, я пришла к выводу, что Лейла частично ошиблась. Потому что, судя по всему, выбирал Его Величество не тех, кто сидел, а тех, у кого сис… объемы были больше. Ну и тех, кто приседал в поклоне достаточно глубоко, чтобы император имел возможность оценить все перспективы, а так же смотрел и улыбался достаточно дерзко, чтобы показаться ему горячими в постели.

Понятно, обычный бабник.

Впрочем, те, кто остались сидеть, тоже прошли, так что в чем-то Лейла была права.

Когда подошла моя очередь, я тоже поклонилась – к счастью, формами меня природа не обделила – а затем облизнула губки, прикусила их, и едва заметно подмигнула императору. Тот ответил заинтересованным взглядом, кивнув, и я с удовольствием отправилась в толпу избранных.

Что ж, первая, самая легкая часть, выполнена. Осталось только запудрить ему мозги и стащить корону.

Лейла, кстати, тоже прошла. Она умудрилась состроить такое одновременно искушающее и невинное личико, что император даже не заметил внушительного пуш-апа под платьем.

Спустя полчаса очередь окончательно рассосалась.

Всем непрошедшим слуги вручили памятные сувениры, а поскольку были они золотыми, это немного сгладило горечь поражения.

Когда лишних проводили из зала, к нам обратился распорядитель.

– Дамы, прошу за мной, – зычно проговорил он. – Сейчас слуги покажут вам ваши комнаты на женской половине дворца, а вечером состоится торжественный бал, посвященный открытию отбора в гарем Его Величества.

К этому времени сам Ролан Восьмой уже покинул зал, оставив всю суету своим слугам.

Нас же вывели через другую дверь, и неспешно повели по дворцовым коридорам, поражавшим своей роскошью. Пол сиял мрамором, стены украшали зеркала и золоченная лепнина, а также гобелены, портьеры и прочие изыски. С потолков свисали массивные люстры, дававшие яркий свет. В целом, все вокруг кричало о достатке императора, как будто (хотя, почему как?) призывая восхищаться им.

Комната тоже оказалась под стать остальному великолепию, хотя больше здесь подходило слово покои.

За дверью, к которой меня подвел один из слуг, оказалась уютная гостиная. Мягкий ковер с длинным ворсом покрывал пол, в центре стоял небольшой стол, несколько массивных кресел и диван – все светлое, украшенное золоченной резьбой. Одну стену целиком занимало окно, а на другой обнаружилась дверь, ведущая в спальню настоящей куклы барби – огромная, едва ли не трехместная кровать под розовым балдахином, белый комод с розовыми ручками, розовый шкаф с зеркалом во весь рост и трюмо. Короче, фу – никогда особо не любила ни розовый, ни кукол барби.

Не снимая обувь, я легла на мягкую перину и принялась продумывать свои дальнейшие действия, анализируя сведения, полученные от Феликса.

После первого этапа и торжественного вечера наступал второй тур, в этот раз негласный. Потому что ночью Его Величество принимался проверять всех претенденток на практике. Не за один раз, конечно – на тридцать барышень даже у дракона бы сил не хватило, не говоря о времени.

Нет, всю следующую неделю, или больше, будущие наложницы проживали во дворце, и никто не знал, в какую спальню сегодня постучит Ролан Восьмой, движимый скукой и жаждой развлечений, и вот здесь был истинный отбор. Днем же устраивались какие-то глупые конкурсы, вроде танцев, где отсеивались те, кто не сумел пройти ночные испытания. Разумеется, проигравшим дамам дарилось золото, а после их со всеми почестями выпроваживали из дворца, чтобы ночью все повторилось снова.

И именно в этот момент главным было не облажаться и чем-то завлечь Его Величество, чтобы суметь остаться. Потому что, по итогу, в гарем взяли бы троих, показавших наибольшее мастерство в искусстве любви.

Теперь же мне следовало подготовиться к тому, что возможно, сегодня ночью Ролан заглянет именно в мою спальню, и нужно будет его удивить.

Впрочем, я уже знала, чем.

Мои размышления прервал негромкий стук в дверь, так что пришлось подняться и пойти открывать. Интересно, кто это? Для императора явно рановато – еще день на дворе. А вот от завтрака я бы не отказалась… точнее, уже от обеда. Надеюсь, будущих наложниц Его Величества принято кормить?

Надежды оправдались – на пороге обнаружилась служанка, прикатившая небольшой столик с тарелками, накрытыми золотыми колпаками. Кивнув в знак благодарности, я поскорее утащила добычу в гостиную и закрыла дверь.

Ну-ка, что тут у нас?

Под первой крышкой оказалась короткая записка – «Жди меня в гости, прелестница». Выходит, сегодня император собирался навестить меня, если только это не разослали всем претенденткам, чтоб не расслаблялись.

А вот под остальными колпаками находилось куда более нужное мне – еда, за которую я тут же и принялась.

Кормили во дворце вкусно, но мало: несмотря на целых пять тарелок, угощений оказалось с гулькин нос – какой-то изысканный паштет, размазанный тонким слоем, один бутерброд с рыбой, кусочек мяса, размером с ладошку ребенка и всякое такое.

Я смела все одним махом, а после с грустью уставилась на то блюдо, где красовалось письмо. Лучше бы вместо него тоже чего съедобного положили.

Оставив столик возле двери, вернулась в кровать, снова принявшись размышлять.

Значит, мне достался бабник-дракон.

Знания о крылатых ящерах, загруженный Феликсом прямо в голову, говорили, что драконы вспыльчивы, скоры на эмоции и любят золото. Впрочем, последнее заметил бы любой, окажись он во дворце. А еще, они большие собственники и коллекционеры, причем император, судя по всему, коллекционировал женщин.

Инструкций по общению с бабниками мне Феликс не выдал, но я это и без того знала, по собственному опыту.

Во-первых, такие мужчины обычно по сути своей охотники. Им не интересна женщина, им интересен сам факт победы. У императора с этим наверняка есть трудности – вон сколько желающих готово прыгнуть в его постель – но это мы исправим. Потому что если сегодня он придет ко мне в спальню, то его будет ждать большая интрига и столь же большой облом. Как говорится, наш девиз непобедим…

Во-вторых, чтобы подогреть интерес Его Величества, мне нужен соперник. А значит, на балу, я буду танцевать с кем угодно, только не с императором. Главное не переборщить и не разозлить дракона, чтобы он не выставил меня прочь.

Перевернувшись на бок, удовлетворенно покивала своим мыслям. Если все пойдет по плану, то уже через несколько ночей император потеряет голову от желания и перестанет думать о сохранности своей короны. Главное, чтобы не возникло никаких досадных недоразумений, ну а пока стоит подготовиться.

Я поднялась, еще раз оглядела интерьер комнаты. Затем распахнула шкаф, ожидаемо пустой и принялась шерудить в комоде.

В целях безопасности, будущим наложницам запрещалось брать с собой вещи, а всем необходимым их должен был обеспечить император. Поэтому в верхнем ящике обнаружилась расческа и предметы гигиены, в среднем – белье, среди которого спрятала договор с ушастым. В нижнем же лежали чулки. Это мне вполне подходило, поэтому я достала пару, потянула, проверяя на прочность и пошла привязывать их к кровати.

А едва закончила – в дверь снова постучали. В этот раз в гости наведалась модистка. Оглядев меня с ног до головы, она кивнула своим помощницам, и спустя десять минут те принесли на выбор несколько платьев для вечернего бала. Что неудивительно – каждое из них имело огромное декольте, так что я невольно задалась вопросом, а будут ли они держаться?

– Какое выберете? – спросила модистка, после того, как я померила принесенное. – Его еще надо успеть подшить по фигуре и подобрать украшения.

– Вот это, – ткнула пальцем в зеленое платье, сделанное из блестящей ткани.

Оно красиво подчеркивало мою фигуру, а лямки оставляли надежду, что наряд продержится до конца вечера, не оголив меня перед гостями.

– Прекрасный вкус, – кивнула женщина, а ее помощницы принялись подкалывать булавки там, где ткань немного топорщилась.

Закончив с работой, они ушли, зато пришел слуга с украшениями, разложенными на трех больших подушках. Да уж, точно драконы – цепочки здесь были такой толщины, что больше подходили для любителей малиновых пиджаков, чем для торжественного бала.

Впрочем, мне все-таки удалось отыскать комплект, состоявший из тонкого колечка, сережек-гвоздиков с изумрудами и такого же кулона.

– Уверены? – вскинул брови слуга, добавив шепотом: – Все подаренное можно будет забрать с собой, если вы не пройдете отбор.

Хм, заманчиво, даже очень. Но, во-первых, вкус не продается. А во-вторых, мне уже обещали двадцать килограмм золота, так что сейчас мелочиться не с руки – вдруг это очередная проверка?

Слуга недоверчиво покачал головой на мой кивок, а после тоже ушел, оставив в одиночестве.