Замуж за мерзавца. Любовь (не) предлагать!

Глава 5

Лиза

После истерики со швеей, Маркус оставил меня в покое на какое-то время.

Видимо, я действительно разозлила его не на шутку, и теперь он всеми силами старался удержать себя от глупостей, а потому держался подальше.

Впрочем, даже в его отсутствие, свободного времени у меня все равно не осталось, потому что швея, госпожа Найтмун, весьма конкретно взяла меня в оборот.

– Господин Драгос сказал, что нам нужно закончить как можно скорее, – проговорила она сразу после того, как Маркус в очередной раз стер мне память и ушел.

Сейчас лицо этой женщины выглядело не добрым, а скорее немного печальным, но полным решительности. Кажется, из коридора она слышала мои не самые приятные слова о ее профессиональных навыках, и теперь хотела опровергнуть их любой ценой.

Сразу стало жаль ни в чем неповинную швею, пострадавшую морально от наших разборок.

– Отлично, тогда давайте займемся делом, – улыбнулась я как можно более доброжелательно. – Я набросала эскиз того, что мне хотелось бы видеть.

– Вы чудесно рисуете, леди Эльза, – улыбнулась госпожа Найтмун, разглядывая мой простой набросок тушью. – Это складки?

Она указала на лиф платья.

– Да, здесь бы мне хотелось драпировку из чего-то тонкого, здесь ажурные рукава, – я принялась описывать свою идею.

– Должно выйти просто замечательно, – покивала головой Найтмун. – Вот здесь можно использовать вуаль с вышивкой драгоценными камнями, фату сделать тоже из вуали, а тут добавить шифона… хотя сперва давайте снимем мерки.

– Хорошо. Давайте, – согласилась я, не слишком поняв все ее предыдущие предложения, потому что в названиях тканей была не сильна.

Не меньше двух часов швея тщательно меня измеряла, записывала результат в тетрадку, затем снова измеряла, снова делала пометки. Талия, грудь, бедра, длина руки, обхват руки, расстояние от пояса до пола…

Устала я почти сразу, но терпела, послушно поворачиваясь так и эдак, потому что больше обижать эту милую женщину не хотела.

– Готово, леди Эльза, мерки сняты, – наконец сказала она, захлопнув свои заметки. – Лорд Драгос вызвал меня очень срочно, так что я успела прихватить с собой лишь один чемоданчик. Но сейчас я съежу в торговые ряды за подходящими тканями и вернусь с образцами и помощницами, чтобы вы могли выбрать.

– Хорошо, спасибо, – кивнула я, и взяв ее за руки добавила: – Простите, если вы услышали мои слова, и они вас расстроили. Я говорила их не из-за вас и на самом деле так не считаю.

– Вы не обязаны извиняться, леди Эльза, – кивнула швея, но взгляд ее явно потеплел.

Когда она ушла, я хотела было отправиться в библиотеку, но желудок жалобно заурчал, да и следом за госпожой Найтмун явились служанки, чтобы помочь мне переодеться и отвести в столовую.

Ела я в гордом одиночестве – те же самые служанки сообщили мне, что Маркус отбыл по делам и вернется только поздно вечером.

Таким новостям я обрадовалась и обедала с удвоенным удовольствием, мысленно уже представляя, как проведу свободное время.

Оказалось, что радоваться было рано, потому что свободного времени у меня не осталось – госпожа Найтмун вернулась слишком быстро, да не одна, а с пятью девушками-помощницами, манекеном и отрезами ткани.

В итоге, пока она лично кроила основу, я выбирала с одной из ее помощниц материал для драпировки, зачем узоры для вышивки. Когда с выбором было закончено, Найтмун успела наметать подобие платья и состоялась первая примерка, снова продлившаяся безумно долго, потому что швея старательно делала только ей одной понятные пометки, прищипывала ткань булавками и всякое такое.

Когда швея отпустила меня, сообщив, что к завтрашнему утру снова придет, я была слишком вымотана и сил моих хватило только на то, чтобы поужинать, принять ванну и лечь спать.

Следующие пару дней прошли примерно так же – в бесконечных примерках, выборе тканей и прочем подобном.

И снова у меня не нашлось свободного времени, чтобы выбраться в библиотеку, ведь я и поесть-то едва успевала. Госпожа Найтмун подошла к своей работе слишком ответственно, видимо оскорбленная моим замечанием. Поэтому, прежде чем приступить к каждому следующему шагу, она неизменно уточняла у меня, нравится ли мне то, это, или вон то.

Что ж, сама виновата – надо было скандалить с Маркусом потише.

Зато ее труд приносил свои плоды и платье выходило на удивление красивым, даже лучше, чем я представляла.

Видимо, Маркус и впрямь не поскупился, опасаясь, что я снова встану в позу и начну капризничать, поэтому для наряда закупили только лучшие ткани и драгоценные камни.

Спустя три дня платье было готово, хотя я и надеялась, что это займет куда больше времени.

Но когда настал момент финальной примерки, то я сразу позабыла обо всем – и о том, что свадьба ненастоящая, и о том, что Маркус тот еще засранец, с которым нужно быть настороже.

Из зеркала на меня смотрела настоящая снежная королева. Тонкие руки Эльзы обтягивала прозрачная мерцающая ткань, похожая на ледяные узоры. Корсет, также задрапированный тканью и украшенный мелкими блестящими камнями, подчеркивал талию, а еще создавал иллюзию наличия груди. Длинный подол тоже вышили камешками, и теперь он струился до самого пола, плавно расширяясь книзу, и сверкал искрами, стоило мне немного пошевелиться.

Для полноты образа не хватало только диадемы и колье. Ну а еще я до сих пор придерживалась мнения, что Эльзе пойдет каре… хм, может сделать? Вряд ли это понравится Маркусу – судя по всему, женщины тут носили исключительно длинные волосы. Но с другой стороны, моя цель как раз его отвадить.

– Вы выглядите просто чудесно, леди Эльза, – заметила госпожа Найтмун, пока я вертелась перед зеркалом.

– Все благодаря вам, – улыбнулась я. – Вы мастерица своего дела.

Швея покраснела от удовольствия, впрочем, комплимент был вполне заслуженным. Признаться, мне даже снимать платье не хотелось, потому что в нем я выглядела действительно красиво. В отличие от прочей одежды Эльзы, которую словно нарочно сшили, чтобы превратить ее в мышку.

Хотя, это ведь можно было исправить, верно?

– Послушайте, у вас же теперь есть мои мерки. Я хочу еще несколько платьев, только уже на каждый день, – проговорила, не в силах перестать разглядывать себя.

– Конечно, леди Эльза, – чуть поклонилась швея. – У вас есть какие-то пожелания?

– По тканям что-нибудь такое же нежное и воздушное. По цветам – все оттенки голубого и серебристый, – тут же выдала я, подумав, что образ холодной царевны подходит Эльзе больше всего.

– Фасон?

– Вроде этого, – кивнула.

– Тогда через два дня я принесу вам новые платья для примерки. Я могу идти? – госпожа Найтмун снова поклонилась.

Определенно, эта скромная и трудолюбивая женщина понравилась мне куда больше, чем госпожа Танита.

– Да, и еще раз спасибо вам за чудесную работу.

Когда швея с помощницами ушли, я все еще продолжала разглядывать свое отражение, размышляя, есть ли у Эльзы подходящие для него украшения. Колье точно нужно, только тонкое, чтоб не перегрузить образ. И диадему, да. Желательно с такими же камешками, как на подоле…

– Выглядишь просто чудесно, – раздался от дверей голос Маркуса, прервав мои чисто девичьи фантазии.

Он что, специально караулил, пока мы закончим?

Я обернулась, заметив, что наверно впервые мужчина взглянул на меня с долей искреннего, а не фальшивого интереса. Ну да, красивое платье может преобразить женщину. Впрочем, зря он сюда зашел, ой зря…

– Ты что? – расстроенно протянула я, поджав губу и обвинительно глянув на Маркуса. – Зачем?

Еще и носом захлюпала для полноты картины, словно собиралась вот-вот заплакать.

– Что зачем? – не понял Маркус.

– Зачем ты пришел? Жениху нельзя видеть невесту в платье до свадьбы. Это плохая примета, счастья в семье не будет! – выпалила я, и с каждым новым словом мой голос звучал все более громко.

– Чего? – совсем растерялся мужчина.

– Того! Ты все испортил! Теперь мне придется шить новое платье! – воскликнула расстроено и даже слезу пустила.

Настоящую, между прочим, потому что нового мне совсем не хотелось, очень уж это понравилось. Но если для дела понадобится, то придется.

– Эльза, что ты несешь? – Маркус недовольно дернул плечом, отбросив привычную показушную любезность. – Нет такой приметы!

– Видишь, я уже «Эльза», а не «любимая», или, на крайний случай, «дорогая»! – взвизгнула я, изображая начальную стадию истерики

– Любимая, успокойся, – сквозь стиснутые зубы процедил Маркус. – И поясни нормально, что у тебя опять случилось?

– Примета случилась. Нельзя жениху видеть невесту в свадебном платье до церемонии. Так что теперь мне придется либо искать нового жениха, либо шить себе новое платье, – ответила почти спокойно, потому что у Маркуса уже глаз дергаться начал и кулаки сами собой сжимались.

А я все-таки хотела довести его до расставания, а не до убийства себя-любимой.

– Милая, ты наверно что-то перепутала, – Маркус тоже взял себя в руки и теперь говорил тем тоном, каким обычно говорят с детьми, или круглыми идиотами. – Нет такой приметы. Единственное, как не должен видеть невесту жених, да и остальные, так это обнаженной. Все остальное вполне допустимо.

Соскочить решил? Нет уж, не получится.

– Ну, может ты не в курсе, но у нас в семье эта примета точно работала, – важно сообщила я. – Вот так троюродная тетя моего двоюродного дяди по материнской линии со стороны отца показалась в платье и все потом, жила без счастья и без детей. Или ты не хочешь детей?

Вообще, я ничего не знала о родных Эльзы, но понадеялась, что Маркус запутается в родственных связях и не станет уточнять.

Так и вышло – на секунду мужчина завис, словно пытаясь припомнить ту самую троюродную тетю двоюродного дяди, но потом махнул рукой:

– Милая, не выдумывай. Все эти приметы чушь.

– Вот, теперь ты уже пренебрегаешь моими верованиями, – вскинула палец я, словно только что доказала теорему. – А дальше что? Будешь разбрасывать носки по замку, или найдешь себе любовницу? Нет уж, теперь мне точно нужно новое платье!

– Какие носки? – округлил глаза Маркус.

– Ага, то есть любовница тебя не смутила? Значит, ты ее себе уже нашел? И все из-за проклятого платья, – я всхлипнула. – Точнее, нет, все из-за тебя, потому что ты зашел не вовремя! А платье красивое, но теперь мне придется шить новое! Надеюсь, твоя любовница будет довольна…

Все. В этот момент Маркус, совсем потерял суть моих рассуждений и вскипел окончательно. Его алые глаза полыхнули, круглый зрачок стал вертикальным, и даже жилка на шее задергалась, точно хотела вылезти из-под кожи и придушить меня.

– Эльза, хватит! – рявкнул он, схватив меня за плечи и встряхнув. – Понятия не имею, как ты связала платье и любовницу, но…

– Но любовница тут не причем, потому что она меня в платье не видела, – пискнула я, пытаясь отвести взгляд, но глаза Маркуса не давали этого сделать, словно гипнотизируя.

– Да, – кивнул мужчина. – То есть нет. Нет у меня любовницы. Ах, в общем забудь то, что я приходил к тебе и видел в этом платье!

И отшвырнув меня от себя с такой силой, что я едва не упала, Маркус развернулся и поспешил прочь.

Кажется, я порядком его взбесила. Возможно даже слишком, но оно того стоило.

Когда дверь открылась в следующий раз, то это были уже служанки, а не Маркус.

Они помогли мне переодеться, сообщили, что раз платье наконец готово, то церемония бракосочетания состоится уже завтра, а заодно добавили, что господин Драгос пока занят и навестит меня только вечером.

Чем таким занят Маркус я догадывалась – наверняка он все еще злился из-за моего концерта и сейчас пытался успокоиться.

А вот то, что свадьба уже завтра, это плохо. Видеть не могу его противную рожу, а не то, чтоб замуж за него выходить. Значит, надо придумать что-нибудь еще… может, сказать, что для свадьбы нужен торт и нормальное меню? А еще более интересная концертная программа. Ну, на крайний случай, я всегда могу остричь себе волосы.

Так, размышляя о том, как еще можно отсрочить ненавистный день, я сменила платье, затем в одиночестве поужинала и подумала, что сейчас самое время пойти в библиотеку. А позже, когда Маркус придет ко мне, можно будет закатить новый скандал. Главное не перестараться, чтоб он снова не стер мне память.

В этот раз библиотеку нашла быстро, уже помня к ней дорогу. Прошлась между стеллажей, раздумывая, что бы такого почитать сегодня, и в итоге взяла ту книгу про кровных врагов драконов, так называемых, холодных.

Возможно, это был не самый лучший выбор, ведь сейчас мне следовало изучать порядки нового мира, а не каких-то там тварей из-за Туманных скал. Но поразмыслив, я пришла к выводу, что такими урывками толком изучить что-то полезное все равно не выйдет, а так хоть для души почитаю.

Поэтому, прихватив нужный томик, я спряталась в укромном уголке и принялась за чтение.

Видимо, холодные были и впрямь жуткими монстрами, а может автор фолианта испытывал к ним личную неприязнь, потому что начиналась книга не слишком оптимистично:

«Холодные твари – вечные враги драконов, потому что сама их суть противна по своей природе.

Если драконы – это тепло жизни, то холодные – это смрад смерти. Если драконы – это огонь, то холодные – это камень…».

Следующие несколько страниц шло восхваление драконов и всяческое поругание холодных. Они назывались и безжалостными, и склизкими, и мерзавцами… да и вообще, как только не назывались.

Если верить тексту, то драконы были буквально святыми, а холодные – чем-то вроде демонов, неспособных ни на любовь, ни на сочувствие, ни на какие-то другие положительные эмоции.

Какая-то конкретика началась только на десятой странице:

«Не стоит обольщаться тем, что холодные, как и драконы, похожи на людей. Это лишь оболочка, и не более того, ведь истинный облик холодных соответствует их нутру. И если драконы — это потомки Великих Древних драконов, то холодные – не более, чем змеи. Гигантские, осклизлые, смертоносные и бездушные».

Ага, чудище обло, озорно, огромно и как-то там еще. Впрочем, из этих строчек стало хотя бы ясно, что холодные – это типа оборотней, которые превращаются в змей. Правда непонятно, чем они хуже драконов. Как по мне – и те, и другие просто рептилии. Только одни с крыльями, а другие без.

Хотя, пока что я здесь настоящих драконов не видела. Вообще ничего не видела, кроме Маркуса с его алыми глазами, служанок, да госпожи Найтмун. Наверно, все-таки лучше было почитать про историю Арденхейда, но несмотря на негативный стиль изложения, я все равно увлеклась. И потому продолжила перелистывать страницы, цепляя взглядом отдельные строчки.

«Раньше холодные жили по всему Арденхейду, но после войны драконы вытеснили их за Туманные скалы…».

Ага, а подробнее об этом можно прочитать в истории Арденхейда. Надо было все-таки с нее начинать.

«Яд холодных смертелен для любого, но отданный добровольно может стать мощным противоядием…».

«Взгляд холодного способен выдержать только дракон…».

Что-то мне это напоминало, но что именно вспомнить я так и не смогла. Тем более, что в этот момент мне послышался какой-то шорох, и пришлось закрыть книгу, спрятав ее под стеллаж, к остальным. А едва я это сделала, как в проходе появился Маркус собственной персоной. И у меня как раз созрел план, как можно опять потрепать ему нервы.

Маркус застыл, подозрительно прищурился и уже открыл было рот, чтобы спросить, что я тут забыла, но не успел.

Потому что лучшая защита – это нападение!

– Так и знала! – ахнула я, обвинительно ткнув в него пальцем.

– Э… Эльза? – нахмурился Маркус и даже отступил на шаг, явно заподозрив неладное.

Правильно, «любимый», правильно. Можешь уже начинать дергать левым глазом. Или правым, или даже обоими сразу.

– Я-то, понятно, Эльза. Рада, что ты не забыл мое имя. А как зовут ее? – процедила холодно, уперев руку в бок.

– Кого ее? – вскинул брови Маркус.

Собравшись с мыслями, он натянул на лицо улыбку, но я лишь сильнее нахмурилась, дрогнув нижней губой. А когда заговорила, то улыбка и вовсе сползла с его лица.

– Как кого? Твою любовницу, разумеется…

– Любовницу? – глупо выпучил глаза мужчина.

– Ага, любовницу!

– Какую любовницу?

– Очевидно, красивую! Которую ты… – я ткнула в него пальцем. – Завел себе.

– Но я никого не заводил, – Маркус явно не понимал, с чего я вдруг решила его раздраконить.

– Хочешь сказать, она сама завелась? Любовницы не блохи, они сами не заводятся…

– Да нет у меня никакой любовницы! – теперь мужчина начал злиться.

И вот здесь мне было главное вовремя остановиться.

– Никакой нет, – согласилась почти спокойно, и Маркус собирался уже было обрадоваться, но я продолжила: – А красивая есть. Красивая, большеротая, пышногрудая…

– Эльза! – рявкнул Маркус, окончательно выйдя из себя. Схватив меня за плечи, он произнес четко и раздельно: – Нет. У меня. Никакой. Любовницы. С чего ты вообще это взяла?

Алые глаза мужчины сверкнули, зрачок на секунду вытянулся, и я едва не ляпнула, что придумала все, желая его позлить. К счастью, вовремя взяла себя в руки и выдала в итоге совсем другое:

– Как с чего? Я узнала, что ты встречаешься со своей любовницей в библиотеке! И пришла поймать тебя с поличным. Как видишь, поймала, потому что ты тоже пришел сюда! И это все доказывает! Ты меня разлюбил! У тебя есть другая! Свадьбы не будет!

С каждым моим словом лицо Маркуса вытягивалось все больше. Ну да, милый, пути Лизкиной логики неисповедимы. Привыкай, или отпусти уже и расторгни помолвку.

Под конец этой тирады я начала выразительно хлюпать носом и утирать глаза. А потом, пока Маркус не опомнился, развернулась и побежала прочь. Чтоб он снова не стер мне память. Нет, у него все равно не выходило это сделать, но так я могла еще и пообижаться на него какое-то время из-за воображаемой любовницы.

Маркус пытался что-то кричать мне вслед, но я бежала быстро, а догонять он к счастью не стал.

Ну вот, миссия выполнена успешно.

Жаль только, что книги остались в библиотеке – я бы с удовольствием еще почитала.

Оказавшись в спальне, я отослала прибежавших на шум служанок. Пожалела, что на двери не было замка, чтоб обезопасить себя от незваных гостей.

К счастью, Маркус не спешил появляться и устраивать разборки, видимо решив отложить их до нового дня, так что какое-то время я бродила по комнате, прокручивая в голове разные варианты диалога. Потом устала, прилегла ненадолго, да так и уснула.

Проснулась от сладкого густого запаха, щекотавшего ноздри. Чихнула, сонно моргая, а когда распахнула глаза, то сперва даже подумала, будто ночью меня перетащили в другое место.

Потому что вместо уже ставших знакомыми ковра и стен обнаружила целое море цветов. Они стояли в вазах, висели гирляндами, или просто лежали букетами и покрывали все горизонтальные поверхности комнаты. А возле кровати обнаружилась записка: