В нашем бестиарии - 2. Похищение младенца

— Прочитала, — я отхлебнула несколько остывший кофе.

— И вас это не возмущает?! Да на них надо в суд подать! За клевету! — кипятился маг.

И чего так завелся? Я думала, что он осуждать меня станет за то, что обнималась за улице с чужим мужчиной. Мне было, конечно, обидно, неприятно, но я подозревала, что это просто очередная попытка дискредитировать руководство бестиария. По сравнению с наркотиками и ядами — так, мелочь.

— Не переживайте, Мирт Данович. Сейчас девочки придут, у Рины хорошие отношения с главным редактором «Аритского Вестника». Она выяснит, кто, почему, как посмел. Успокойтесь. Давайте я вам кофе заварю.

— У вас растворимый. Я не понимаю, как вы пьете эту гадость.

— Понятно. Что же, заваривайте сами, что хотите, а я пойду работать.

Я, конечно, не полицейский эксперт, но перед тем, как отпирать дверь, поводила перед ней руками, пытаясь почувствовать, вскрывали ли новый замок или нет. Ничего враждебного не почувствовала.

Приготовила зелья и необходимые ингредиенты для бестий. Надо где-то доставать сок молодильных яблок. Прошлый я привезла от бабушки из деревни. Так-то он не редкость, многие заготавливают в Вековом лесу молодильные яблоки и сок из них. Но редко кто это делает правильно, так чтобы насыщенные магической энергией фрукты не теряли своих свойств.

Прямо хоть собирайся и к бабушке езжай. Жар-птицы без молодильных яблок месяц-другой протянут, а потом могут начать болеть, а то и похуже что. Нестись по весне точно не будут. Вот еще забота.

Отнеся приготовленное на кухню, я отправилась возобновлять магический фон. И вновь кто-то уже потрудился. Это меня начало раздражать.

— Мирт Данович!

Не ожидавший, что к нему кто-то подкрадется со спины, маг вздрогнул.

— Роза Линовна! — он утер пот со лба беленьким платочком.

Сложненько?! Это тебе не бумажки писать!

— Все-таки хотите вы меня подсидеть.

— Ах, прекратите. Это просто дружеский жест. Вам сейчас не просто.

— Это моя работа! И я должна ее делать!

— О чем спорите? — к нам под ручку подошли директор с супругой. Эмуарль Армурович улыбался, явно утреннюю прессу еще не читал. А Лота Иввовна, как всегда, напоминала ледяную королеву.

— Да вот, я немного помог госпоже Розе с работой, а она недовольна.

Он еще и ябеда!

— Эх, молодежь, — хмыкнул директор. — Роза Линовна у нас трепетно к работе относится. Вы бы ей лучше цветочки подарили, если понравиться хотите.

— Что?! — воскликнули мы с магом одновременно.

Захохотав, Эмуарль Армурович повлек супругу к администрации.

Я ничего не сказала вражескому агенту, хочет — пусть вкалывает, и побежала вслед за начальственной парой. Нужно было позвонить Кейру и рассказать о странном сне. Заодно узнать, не готова ли экспертиза вещества в бутылке от сока.

Ведьмак на листочке написал не только домашний, но и рабочий телефон. Я перенесла телефонный аппарат на свой стол, и, аккуратно расправив провод в проходе, чтобы никто не споткнулся, набрала записанные цифры.

В трубке раздался приятный мужской голос, но не тот, что мне был нужен:

— Полицейское управление.

— Здравствуйте. Будьте добры Кейра Армановича Ариххта.

— Как вас представить?

— Фиррт. Роза Линовна.

— Минутку.

— Алло, — а вот это Кейр.

— Привет.

— Роза! Доброго утра тебе! Рад слышать! Сразу настроение поднялось.

Лицо опалило жаром, я даже ладошкой на себя помахала.

— Спасибо. Мне тоже очень приятно тебя услышать.

— Ты звонишь просто поговорить или что-то случилось?

— Кое-что случилось. Ты мне сегодня приснился.

— Ооо, — воркующим голосом потянул ведьмак. — Это приятно. И что же я делал в твоем сне?

— Но сон не совсем обычный, — я не ворковала, а говорила серьезно. Кейр это почувствовал и сменил тон.

— Пророческий?

— Не знаю. Хотела посоветоваться.

— Рассказывай.

И я рассказала, стараясь передать все в подробностях.

— Да. В гробу я девушкам еще не снился.

— Я думаю, может, это место, где держат Янтарика. Только что это может быть?

— Похоронное бюро какое-то. Или мастерская. В Аррите их полно.

— А удалось узнать имя того господина?

— Нет. Очень неприятно, но в бумагах о нарушении тишины нет сведений о понятых. Пропали.

— Значит точно он! На какого-нибудь владельца похоронного агентства он очень похож! А экспертиза вещества из бутылки?

— Готова. Пришлось подмазать процедуру шоколадом.

Я хихикнула, нафантазировав процесс.

— Не томи! Что там?

— Яд василиска. Одной капли птичкам за глаза бы хватило.

Я закрыла глаза и потерла их пальцами. Ситуация не нравилась мне все больше и больше.

— Ясно.

— А ты не хотела бы сама поискать птенца? Можешь такое делать? Я в поиске, увы, не силен.

— Думаю над этим вопросом.

— Хорошо. Обдумай все. Ладно. Мне бежать пора. Если станет что-то известно, я позвоню. На работу тебе звонить можно? Там нет строгой мамы?

— Буду рада тебя услышать. Звони.

Я положила трубку и поняла, что пока я разговаривала по телефону, все уже пришли на работу, и оживление царило какое-то нехорошее. Оглядевшись, я попыталась понять, в чем дело.

Эмуарль Армурович сидел за своим столом какой-то обалдевший и прижимал к левому глазу сверток. Лоты Иввовны нигде не было видно, а менеджеры и секретарь носились, как наскипидаренные.

— А что случилось? — поинтересовалась я.

— Супруге моей сегодняшняя пресса не понравилась, — директор, поморщившись, убрал сверток от глаза.

Там расцветал огромный синяк.

— Лота Иввовна что, вас стукнула?! Из-за этой дурацкой газеты? — не поверила я.

Бухгалтер всегда казалась столпом спокойствия и невозмутимости.

— Пообещала к маме уехать. Пока ты там с кавалерами беседовала, я тут на себя весь удар принял.

— Давайте подлечу немного. У вас что в свертке? Лед?

— Да.

— Лола, сбегай, пожалуйста, к Афрону Картовичу, попроси мазь от ушибов.

Секретарь кивнула, только длинная, как у пони, блондинистая челка мотнулась, и помчалась к ветеринару, даже верхнюю одежду не накинула.

Я, придерживая лицо директора рукой, осторожно ощупала синяк и влила каплю магической энергии. Отек на глазах стал спадать.

— А что, Эмуарль Армурович. Вы человек уже почти разведенный. Не воплотить ли нам фантазию журналистов?

У Рины из рук телефонная трубка выпала.

Директора отбросило от меня вместе со стулом. Он посмотрел испуганными глазами.

— Роза!!! Прекрати!

— Это все моя ведьмовская натура. Ничего не могу с собой поделать. Нравитесь вы мне, — я округлила, а потом хищно сузила глаза.

Лола притащила большую стеклянную банку с мазью от ушибов. Вручила мне.

— Дадите синяк намазать? Или Афрона Картовича позвать? — сменила тон с шутливого на серьезный.

Эмуарль Армурович смотрел недоверчиво, но все же сумел взять себя в руки.

— Ладно. Мажь.

Синяк выглядел гораздо лучше, а с мазью до завтра вообще рассосется.

— Готово. Вы поаккуратнее. Глаз не трите, чтобы мазь на слизистую не попала.

Эмуарль Армурович хотел потрогать щеку, потом передумал. Я отдала мазь Лоле и пошла мыть руки.

— Красавчику полицейскому звонила? — поинтересовался директор. — Что сказал?

— Да, звонила. Сказал, что сведения о понятых пропали из дела.

Директор цыкнул и сложил руки на груди.

— Не нравится мне это все больше и больше.

— А в бутылочке оказался яд василиска.

— Василисков у нас нет, — задумчиво проговорил Армурович, потом оживился. — А поеду-ка я сейчас к мэру в гости.

Я указала ему на глаз.

— Хотите дать еще повод журналистам?

— Рина! — обернулся директор к менеджеру. — Что там с «Аритским Вестником»?

— Никак не удается дозвониться до главного редактора. То у него совещание было. А сейчас сказали, что в типографию уехал.

— Прячется! Вот жук! Может, съездишь, да попробуешь на месте его поймать?

Рина кивнула с коварной усмешкой. Выглядела наш менеджер миленькой девочкой, маленькой и трогательной, как фарфоровая статуэтка, а на самом деле была настоящей акулой в своем деле. Если не знала бы точно, то подумала бы, что у нее есть ведьмовская сила.

Рина собралась и ушла ловить главного редактора. Армурович стал пытаться дозвониться жене, впрочем, не слишком успешно. Я же решила отправиться поработать. Сначала разбиралась с заканчивающимися зельями, потом обзванивала все места, где можно приобрести сок молодильных яблок. И нигде мне не везло. Будет выходной, к бабушке поеду.

Вечером все прошло как обычно, маг больше помогать мне не рвался. Днем он чем-то занимался с драконом в клетке, привлекая внимание посетителей, а потом ушел еще до закрытия бестиария.

У меня же не выходила из головы мысль о поиске птенца. До окончания рабочего дня, проводя несложные, привычные манипуляции, я раздумывала, как все лучше провернуть. Можно попробовать поискать Янтарика на карте города. А можно, так сказать, физически. Попытаться нащупать магический след птенца и отправиться по нему. Только как-то страшно соваться одной в логово бандитов. Кейра разве что попросить сопровождать. Хотя что я о нем знаю, кроме того, что он ведьмак, работает в полиции и красавчик. Так тот дознаватель, хотевший повесить похищение птенца на меня, тоже в полиции работает. Нет, чужим доверять нельзя. Из своих... Смотрители сразу отпадают, никто из них не согласится на сомнительную авантюру с участием ведьмы. Если только директор или Афрон Картович. Я представила, как мы с упитанным директором бегаем по городу. Еще и синяком его подсвечиваем. И как весело его потом жена выгоняет из дома. Ветеринар уже успел улизнуть. Супруга его по телефону недовольно ответила, что он еще не явился. Ладно, попозже позвоню. И я пошла собираться домой.

Пирожные, про которые я благополучно забыла, кто-то за день растащил, и в холодильнике стояла пустая коробка. Не буду выкидывать, а то опять обвинят, что я что-то утащила из бестиария. Завтра смотрителям отдам, пусть с общим мусором вывезут.

Сотрудники все успели разойтись, я заперла здание администрации и пошла домой. Все было тихо. Днем выпал небольшой снежок и подморозило, так что все обитатели бестиария попрятались. Попрощалась с Лароном Палиевичем и отправилась в магазин Норы, в надежде, что хозяйка на месте. Мне повезло.

— Привет.

Нора моему визиту не обрадовалась.

— Привет, — улыбка одноклассницы была широкой и насквозь фальшивой. Она попятилась, но сегодня не стала крушить витрины. Руки держала в карманах, явно опять фиги крутила.

— Норочка. Я у тебя вчера пирожные покупала?

— Д-да.

— И представь себе, прихожу я домой, а в коробке не мои любимые корзиночки, а какая-то пропитанная алкоголем шоколадная дребедень!

— Что?! Да не может быть! Так ты бы назад принесла. Я бы обменяла!

— Когда? Вечером ты уже ушла, утром еще не пришла. Не к твоему же помощнику я должна была подходить.

— И что ты сейчас хочешь?!

— Купить корзиночки.

— А нету! — глазах Норы явно горел мстительный огонек.

Пришлось идти домой не солоно нахлебавшись. По дороге знакомые еще шарахались, но не сильно.

И улыбались мне, улыбались. Здоровались вежливо. Кто-то даже кланялся. Чувствую, мамина работа. Интересно, что она сделала и как.

Мама уже приготовила ужин: в доме изумительно пахло какими-то запеченными овощами. И теперь сидела в гостиной, смотрела телевизор.

— Роза, это ты?

— Я. Добрый вечер, мам.

— Раздевайся. Иди сюда. Тут тебя в новостях показывают.

— Про похищение Янтарика говорят? — я споро сняла верхнюю одежду, разулась и поспешила к телевизору.

— Нет, о том, что вы с директором развратом занимаетесь.

Диктор, миловидная дама среднего возраста, вещала о падении нравов. На заднем плане виднелась наша с Армуровичем фотография, где мы прямо слились друг с другом в страстных объятьях на фоне полицейского участка.

Дальше пошли репортажи с улиц, где журналист спрашивает у прохожих их мнение. Происходило все это возле бестиария. Первым подошли к какому-то импозантному господину, ведущему за руку девочку лет пяти. Он явно направлялся в бестиарий.

— Что вы думаете о связи директора бестиария с сотрудницами?

— Это их личное дело, — надменно ответил господин, поскорее уводя ребенка.

Второй была знакомая мне активистка. Та, что больше всех возмущалась при ночном шуме. Эта минуты три бодро вещала о том, какое это отвратительное место — бестиарий. Шум, вонь, опасность, теперь еще и аморальное поведение.

Две пожилые женщины тоже искренне возмущались, как такого мерзкого типа можно поставить директором. На десерт показали Руру Норовну. На лице маминой подруги застыла радостная улыбка.

— Розонька — хорошая девочка! Никогда ни в чем плохом не замечена!

На этом журналисты свернули сбор общественного мнения. Сюжет сменился. Теперь показывали репортаж о ремонте железнодорожных путей.

— Что это с ней? С чего такая лояльность? Ты не знаешь?

Мама довольно улыбалась, скромно опустив глазки.

— Да и все остальные были на редкость приветливы. Что ты сделала?

— Ну... Я сказала, что про проклятие — это правда. Но тебя оправдали, потому что твой собеседник был невежлив и груб, и сам тебя спровоцировал. Вот с Рурочкой поговорила, когда с работы возвращалась. Пойдем ужинать?

Я только головой покачала.

После ужина я прорыла все книжные полки, но нашла подарочное издание об истории возникновения нашего города. В него была вклеена большая раскладывающаяся карта. Кое-что уже поменялось, но для поискового заклинания сойдет. Вот, кстати, почему освещают только наши с директором объятья, а про похищение птенца нигде и никто не сообщает? Это же отлично дискредитировало бы бестиарий.

Позвонила еще раз Афрону Картовичу, но там уже откровенно разъяренная жена послала меня искать его к шлюхам. Значит, пока домой не вернулся. Тогда обойдусь пока поиском по карте. Разложила ее в своей комнате на полу. Заперла дверь, чтобы Пуша внезапно не решил поучаствовать, расставила по углам карты толстые свечи для создания нужного настроения, зажгла их и погасила свет. Уселась возле карты, прикрыла глаза, сосредотачиваясь на образе птенца. Милый, ласковый, ручной. Гораздо разумнее своих бестолковых мамаш. Пух и пробивающиеся перья ярко-оранжевого цвета, светящиеся в темноте.

Думая о Янтарике, я медленно водила раскрытой ладонью над картой, представляя, что это вовсе не карта, а настоящий город, что я парю над ним. Изредка мысли сбивались, все-таки я не часто занимаюсь подобным. Но вот в одном месте я почувствовала тепло. Будто под ладонью крохотный теплый шарик. Ткнула пальцем в нужное место, так кожу чуть не обожгло. Открыла глаза и посмотрела, куда же я попала. Место находилось не очень далеко от бестиария. Палец прикрывал примерно три дома. Я записала название улицы и номера домов. Это почти в противоположном направлении от моего дома. Пожалуй, я там и не была ни разу. Даже не знаю, что там находится. Судя по карте, не жилые дома, а какие-то матерские или что-то подобное. Может ли там находиться похоронное бюро? Вполне. Днем надо сходить на разведку, а ночью завтра поискать поплотнее, вживую. Были у меня интересные мысли на этот счет.