Помилуй и казни. Том третий. Судьи и палачи

— Растерялись? — услышала она голос за спиной и обернулась.

На нее смотрел и улыбался высокий светловолосый мужчина в бежевом пальто, надетом поверх темной рубашки с расстегнутым воротом. Его левую бровь пересекал короткий шрам. Выглядел он на тридцать и показался Ксении очень привлекательным. Не модельно красивым, а именно по-мужски привлекательным. Наверное, это из-за его холодных глаз хищника.

«Так. Всё. Я испанка», — быстро решила она для себя.

— Lo siento, no te entiendo (Простите, я вас не понимаю), — сказала она, лицом выразив недоумение.

— Disculpe. Puedo ayudarle? No soy malo con el vino (Извините меня. Могу я вам помочь? Я неплохо разбираюсь в винах), — неожиданно ответил незнакомец на чистом испанском.

Девушка растерялась на мгновение, но тут же собралась.

— Sería muy amable de su parte. Me voy de Rusia y quiero llevarme algo como recuerdo de este país (Это было бы очень любезно с вашей стороны. Я покидаю Россию и хочу взять что-нибудь на память об этой стране), — она быстро нашлась, что ответить.

— En este caso, estás buscando en el lugar equivocado. En memoria de Rusia, gente de todo el mundo bebe vodka (В таком случае вы не там ищете. В память о России люди во всем мире пьют водку), — ответил мужчина, улыбнувшись только кончиками губ.

Девушка рассмеялась. Он нравился ей всё больше.

— No. Gracias. No bebo alcohol fuerte (Нет. Спасибо. Я не пью крепкий алкоголь), — отсмеявшись, ответила она, прижав руку к груди.

— Entonces esto es todo (Тогда вот это), — он взял с полки и повертел перед ней бутылку красного вина.

«Хванчкара» — прочла Ксения название на этикетке.

— Excelente vino. Tómalo, no te arrepentirás. Además, tiene historia. El propio Stalin lo adoraba. Sabes quién es? (Прекрасное вино. Берите, не пожалеете. К тому же оно с историей — его обожал сам Сталин. Вы знаете, кто это?)

— En España todo el mundo conoce a Stalin (В Испании все знают Сталина), — ответила девушка, изобразив возмущение, но у нее это плохо получилось.

— Bueno, por supuesto! Soy un idiota! También te ayudó a luchar contra Franco. Entonces más necesitas tomar este vino (Ну конечно! Вот я остолоп! Он же помогал вам бороться с Франко. Тогда тем более вам нужно взять это вино), — с испанским темпераментом выпалил мужчина.

— Estoy de acuerdo y gracias por el consejo. Me lo llevo (Согласна и благодарю за совет. Беру), — девушка подхватила с полки бутылку, точно такую же, что держал в руках незнакомец, и решительным шагом направилась к кассе.

Он последовал за ней. Она слышала его шаги за спиной. Сердце забилось чаще. Подойдя к кассе, она поставила бутылку на стойку, открыла сумочку, что висела у нее на плече, и принялась искать в ее недрах банковскую карту.

— Я заплачу за обе, — вдруг услышала она, а когда подняла глаза, то увидела стоящего рядом незнакомца. Он протянул наличные кассирше. На стойке стояли уже две бутылки любимого вина Сталина.

— Qué estás haciendo? (Что вы делаете?) — с недоумением и возмущением почти выкрикнула она.

— Me comporté sin tacto y de manera irrespetuosa contigo. Déjame intentar hacer las paces (Я повел себя бестактно и непочтительно по отношению к вам. Позвольте мне попытаться искупить вину), — с покорностью приговоренного сказал незнакомец.

— No entiendo por qué eres culpable de mí (Я не понимаю, в чем вы виноваты передо мной), — удивилась девушка такому повороту. — No fuiste grosero ni falto de tacto (Вы не были грубым или бестактным).

— Claro que yo estaba (Конечно, был), — с досадой в голосе ответил мужчина. — Hablé contigo sin presentarme. Por favor, perdóname generosamente y acepta el vino como señal de expiación por mi culpa (Я же заговорил с вами, не представившись. Прошу, простите меня великодушно и примите вино как знак искупления моей вины), — он протянул ей одну из двух бутылок.

— Bien. Acepto (Хорошо. Принимаю), — ответила Ксения, хитро улыбнувшись. — Y nuevamente no te presentaste (И вы опять не представились).

Незнакомец смешно хлопнул себя ладонью по лбу, улыбнулся и галантно поклонился:

— Антон, — сказал он на чистом русском и продолжил на испанском: — Bebamos una copa de este vino para celebrar nuestro conocimiento. Además, quiero que estés convencido de que no te engañé y que el vino es realmente maravilloso (А давайте выпьем за наше знакомство по бокалу этого вина. К тому же я хочу, чтобы вы убедились, что я не обманул вас и вино действительно прекрасное).

Ксения в душе ликовала. Этот кабальеро нравился ей всё больше и больше.

— Carmen (Кармен), — представилась она и протянула ему руку. Он не пожал ее, а поцеловал, слегка наклонившись. — Sería genial, pero ahora voy al área VIP. Tengo un avión a Madrid pronto (Это было бы прекрасно, но я сейчас иду в зону VIP. У меня скоро самолет в Мадрид), — с неподдельной грустью сказала она.

— Increíblemente, yo también voy allí! (Невероятно, но я направляюсь туда же!) — сказал Антон и радостно хлопнул в ладоши. — Ahí comprobaremos si el camarada Stalin entendía el vino (Вот там мы и проверим, разбирался ли товарищ Сталин в вине).

Ксения весело рассмеялась, а потом просто по-девчоночьи кивнула и подала ему свой кейс. Он подхватил его, в другую руку взял пакет с жалобно звякнувшими бутылками и подставил ей локоть. Она взяла его под руку, и они пошли ко входу в зал для пассажиров первого класса, весело болтая о пустяках.

В зале они устроились за столиком пустующего кафе. Антон подозвал официанта и на русском попросил его открыть бутылку, а также принести пару бокалов и что-нибудь к вину, лучше сыр. Официант поклонился и ушел. Антон продолжил свой рассказ, а Ксения его внимательно слушала. Он, кажется, что-то рассказывал об истории вина, но она не была уверена. Она сидела и любовалась им, не вникая в суть слов.

Вернулся официант, поставил на стол кубиками нарезанные сыры на деревянной доске, два бокала, ловко вкрутил штопор в пробку, потянул на себя. Пробка, прощаясь с бутылкой, выкрикнула глухое «чпок». Вино раскатилось по дну бокалов, заполнив их наполовину. Ксения подняла бокал, поднесла к лицу и потянула носом его аромат. Прикрыла глаза от удовольствия. Пригубила вино. Двузубой вилочкой она поймала кубик сыра, положила его на язык, медленно прожевала.

— Quiero asegurarles que el camarada Stalin sabía mucho sobre vino (Хочу вас уверить, что товарищ Сталин знал толк в вине), — томно проворковала она.

— Así que démosle las gracias por esto (Так возблагодарим его за это), — с пафосом произнес Антон и поднял свой бокал. Она подняла свой. Выпили не чокаясь. Закусили сыром.

Ксения задумалась, откинувшись на спинку стула. Ей стало вдруг тревожно, она почувствовала на себе чужой взгляд, осмотрелась и тут же увидела за спиной у Антона высокого спортивного мужчину. Он шел к их столику, не отрывая от Ксении своих злых зеленых глаз. Был он того же возраста и роста, что и ее спутник, темные волосы зачесаны назад. Одет в джинсы и пиджак матовой кожи. Улыбался, а глаза оставались холодными и колючими. Ксении стало страшно. Он подошел к ним, встал справа от Антона, оперся рукой на спинку его стула, продолжая всё так же в упор расстреливать девушку своими страшными глазами.

— Na, was hast du hier? (Ну что тут у вас?) — спросил он на немецком. Ксения не знала этого языка, поэтому не поняла ни слова. Антон наколол на вилку сырный кубик и положил его в рот. Он был совершенно спокоен. Сейчас он встанет и прогонит этого страшного человека, уверила себя девушка.

— Sie werden es nicht glauben, aber sie ist bereits Spanierin (Ты не поверишь, но она уже испанка), — вдруг сказал Антон совершенно спокойным голосом, даже не повернув головы к незваному гостю.

— Was? (Что?) — спросил незнакомец и усмехнулся. — Es ist wie? (Это как?)

— Ja das ist es. Ihr Name ist jetzt Carmen (Да вот так. Ее теперь Кармен зовут), — ответил Антон и ласково посмотрел на девушку.

Незнакомец удивленно поднял брови и наконец-то отошел от их стола. Ксения облегченно выдохнула. Но от тут же вернулся. Со стулом.

— Давайте знакомиться, — сказал он, присев за их столик. — Меня зовут Никита.

Он поднял руку подзывая официанта.

— Еще один бокал, пожалуйста.

Дождавшись, когда ему принесут бокал, он продолжил:

— Нам нужно поговорить, — и налил себе вина.

— No entiendo lo que está pasando (Я не понимаю, что происходит), — испуганно обратилась она к Антону. — Lo que dice? Qué necesita? Ayúdame. (Что он говорит? Что ему надо? Помогите мне.)

— Ксения, это мой брат Никита, — вдруг по-русски обратился к ней Антон. — Нам действительно нужно поговорить.

И тут ей стало страшно. По-настоящему страшно. Получалось, что они знают, кто она, они ее искали и нашли. От этих людей веяло нехорошим. Нужно что-то делать. Нужно бежать! Запаниковала она и тут же одернула себя. Куда бежать? Зачем бежать? Она в самом безопасном месте этой страны. Тут кругом охрана и камеры, а через час она сядет в самолет и Adiós. Они останутся здесь, а она улетит, и им будет ее не достать.

— Я не хочу и не буду с вами ни о чем говорить, — решительно заявила она, — а если вы сейчас же не встанете и не уйдете, то я позову милицию. Понятно?

Мужчины переглянулись. По их глазам Ксения поняла, что испугать их у нее не получилось.

Антон встал со стула, окинул взглядом почти пустой зал.

— Валера! — позвал он, помахал рукой и остался стоять.

— Да, Антон Георгич, — услышала она у себя за спиной и оглянулась. К ней подходили двое милиционеров.

— Валера, — обратился к ним Антон, — если ты проверишь сумочку этой барышни, то найдешь там пластиковый пакетик с белым порошком, который может оказаться наркотиком.

Кожа девушки покрылась холодным потом. Они ее обыграли. Они не дадут ей сбежать.

— Позвольте вашу сумочку, — обратился к ней высокий, худой сержант, которого и звали Валера. Ответить она не успела. Второй охранник просто сдернул сумочку с ее плеча. Она попыталась выхватить сумочку из его рук, но Валера взял ее за локоть и потянул к себе.

— Стоим спокойно, гражданочка, — зашипел он ей в ухо, — порядок не нарушаем.

Второй охранник распахнул сумочку, порылся там недолго и радостно извлек маленький пакетик с чем-то белым внутри. Ксения явственно увидела, как на глазах рушится весь ее с таким трудом построенный счастливый будущий мир.

— Это не мое, — тихо заплакала она, — это не мое, — закрыла лицо руками.

— Разберемся, — сказал радостный Валера, доставая из кармашка на ремне наручники.

— Si aceptas hablar, se irán (Если вы согласитесь поговорить — они уйдут), — сказал всё еще сидящий на стуле Никита.

— Я согласна! — тут же выкрикнула Ксения. — Я согласна, — повторила она.

Братья снова переглянулись.

— Валера, это розыгрыш, — Антон извинительно развел руками. — Это, — он поднял со стола пакетик с белым порошком, открыл его и высыпал содержимое себе на ладонью, — сахарная пудра, — лизнул белую горку на ладони, — попробуй.

Валера растерялся, вернул наручники на прежнее место, ткнул пальцем в ту же горку, облизал палец, переглянулся с напарником.

— Антон Георгич, — обиженно пробубнил охранник, — ну это ни в какие рамки.

— Прости, Валера, — Антон подошел к охраннику, — веселые мы, — он положил в ладонь ему свернутые трубочкой купюры. — И ты тоже повеселись с другом.

— А, — Валера радостно заулыбался, — понял, — засунул кулак с зажатыми в нем купюрами в карман. — Тогда ладно. Если еще захо́чите повеселиться — зовите. Поучаствуем с удовольствием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.