Ветра Кайи

Рога и Хвосты

Жизнь в монастыре оказалась куда насыщеннее и интереснее, чем в трактире. Несмотря на строгие правила, за монастырскими стенами кипела жизнь. Здесь нашлось место и развлечениям, и учебе, и даже кое-каким шалостям.

Первый месяц Тео практически всё время слонялся без дела, в надежде убраться отсюда с караваном, только изредка, от скуки, посещая общие занятия, на которых он кое-как научился читать.

Всё изменилось, когда за обедом он разговорился с рогатой девочкой. С тех пор как он застрял в монастыре, они общались всего пару раз. Он знал, что её зовут Айра и что она здесь практически с рождения.

— Ну и что ты опять сидишь с такой кислой рожей?

Тео поднял голову от своей тарелки, содержимое которой напоминало смесь болотной воды и песка.

— Рожа у тебя в зеркале, а у меня лицо. Скучно у вас здесь. И еда дрянь.

— Скучно, потому что у тебя мозгов не хватает. — Айра ела напротив Тео и посмотрела на содержимое его тарелки. — А вот насчёт еды не поспоришь.

Тео театрально скривил лицо в отвращении и отодвинул от себя тарелку. Местная кормёжка не шла ни в какое сравнение с похлёбкой, которую он ел каждый день в трактире. Да и, если честно, даже рыба без специй, которая составляла девяносто процентов его рациона в деревне, была где-то на одном уровне с блюдами королевского стола.

Девочка, прикрыв глаза, покачала головой.

— Ты бы хоть попробовал книги почитать. В нашей библиотеке есть детские сказки. Тебе в самый раз.

Лис пробурчал в ответ что-то невнятное и уложил голову на руки.

— Ты мне лучше скажи, как ты тут вообще развлекаешься? Не верю, что ты всё своё время уделяешь учёбе.

Айра состроила гримасу глубоких раздумий и наигранно приложила палец к подбородку.

— Не знаю даже, о чём можно было бы тебе рассказать. Я люблю ухаживать за цветочками и кидаться камнями во всяких хвостатых негодяев.

Хвосты лисёнка нервно дёрнулись, когда он вспомнил, насколько больно быть «хвостатым негодяем».

— Несмотря на все твои недостатки, меткость у тебя что надо.

— А у тебя очень крепкая черепушка. — Она негромко хихикнула и на несколько секунд действительно задумалась.

— Ладно, вставай, страдалец. Покажу тебе кое-что.

Тео не стал спорить. Сейчас любое занятие выглядело лучше, чем попытки засунуть в себя мерзкую жижу, которую здесь называли кашей.

Айра махнула рукой, зовя мальчика за собой, и повела по коридорам вглубь монастыря.

Изнутри монастырь представлял собой переплетение пустых, однообразных и, казалось, бесконечных коридоров, наполненных такими же бесконечными дверями. Пахло в нём смесью каких-то трав и пыли, а из источников света встречались только редкие окна да полусгоревшие свечи.

Лисёнок шёл за Айрой, поглядывая то на стены, то на неё. Ориентироваться здесь, как ему казалось, просто невозможно. Один коридор был похож на предыдущий, а следующий за ним – на коридор до этого. На секунду ему стало интересно, сможет ли он где-нибудь раздобыть карту этого места?

— Слушай, а ты знаешь все местные переходы?

— Ну да, а что тебя удивляет?

Тео задумчиво почесал затылок.

— А как давно ты здесь?

— Сколько себя помню. — Айра остановилась, обернулась на Тео. — Я здесь выросла.

Лисёнок ненадолго растерялся. Он не знал, жалеть ему девочку или завидовать ей. С одной стороны, она никогда не видела бесконечных полей, лесов и нормальной еды, а с другой, она росла в безопасности, спокойствии и без нужды.

— Ну... — Начал было он, но Айра прервала только что сформировавшуюся мысль щелчком по носу.

— Потом скажешь. Мы пришли.

Тео не видел перед собой ничего интересного. Такой же коридор, такие же двери, такие же стены. Он недоумённо посмотрел на Айру. На её лице красовалась самодовольная ухмылка. Она пнула кирпич в нижней части стены и... Ничего не произошло.

— Ты привела меня сюда, чтобы пнуть стену?

Улыбка исчезла с лица рогатой так же незаметно, как и появилась. Она растерянно похлопала глазами и пнула ещё несколько кирпичей. На пятой попытке за стеной что-то щёлкнуло, и стена со скрежетом утонула в полу.

Тео смотрел на это затаив дыхание. Вот чего чего, а тайных проходов в трактире не было. За стеной скрывалась каменная винтовая лестница, уходившая наверх. Она была в таком же состоянии, как и весь остальной монастырь, но явно была способна выдержать двух подростков.

Айра схватила лиса за рукав и, не говоря ни слова, потащила за собой. Подъём оказался неожиданно долгим. В какой-то момент Тео подумал, что лестница никогда не закончится, и как раз в этот момент перед ними показалась дверь. Девочка, на манер лакеев, поклонилась, слегка зацепив рогами лисью рубашку, и указала на дверь.

Тео открыл дверь, и в этот же момент под его рукой проскользнула рогатая голова. За дверью оказалось просторное круглое помещение. Окон и стен здесь не было, и всё, что укрывало их от взглядов снизу – это невысокие перегородки. Как оказалось, лестница вела на старую башню, которой, как лис вспомнил позже, снаружи не было видно.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель. — Она раскинула руками, охватывая окружающее пространство.

Тео медленно прошёл в дверь, осматриваясь по сторонам. Секретные ходы, башни, древность. Тайны, одним словом. Именно в этот момент он почувствовал, что больше путешествий он любит тайны.

— Вот такого я от тебя, конечно, не ожидал...

Айра негромко хихикнула и снова поклонилась, но в этот раз, скорее, как актёр на сцене.

— Дураков приходит мало, свободного времени много... — Она сделала многозначительную паузу. — Вот, между бросками камней и набрела на это местечко.

Тео негромко фыркнул и подошёл к перегородке, выходящей на внутренний двор. Внизу настоятель о чём-то оживлённо спорил с одним из послушников. Это не было похоже на ссору, скорее, на оживлённую дискуссию. У ворот несколько ребят постарше перекидывались друг в друга чем-то напоминавшим жёлудь, но побольше. А за воротами были бескрайние поля. Это было настоящее серое море, уходившее до самого горизонта.

Рядом с ним на перегородку облокотилась Айра и тоже устремила взгляд вперёд. Туда, где нет ни одной стены и ни одного старого коридора.

— А что там?

Лис ненадолго задумался. Он сам видел не так много, чтобы сказать наверняка, поэтому тщательно выбирал слова.

— А там... Бесконечность.

Между ними повисла тишина. Они оба смотрели на горизонт, но каждый видел в нём что-то своё. Солнце по-тихоньку собиралось покинуть свой пост, когда рогатая вдруг спросила:

— Хочешь вернуться?

— Куда?

— Ну... В... Туда.

Лис задумчиво прижал уши к голове. В большом мире его ничего не держало, ровно как и здесь. Он мог уйти в любой момент, и его никто не стал бы останавливать.

Он перевёл взгляд на девочку, на её рога и, ехидно фыркнув, ответил:

— Хочу, но, пожалуй, задержусь здесь. Кто-то же должен научить тебя нормально развлекаться.

Ведьма и болван

Так началась полноценная жизнь Тео в монастыре. За несколько лет, что он там провёл, он вполне прилично освоил письмо и чтение и успел перечитать больше половины местной библиотеки. Нетронутыми остались только старые богословские тома, смысла в которых он не видел.

Первый год дался ему с большим трудом. Было тяжело приучить себя к ранним подъёмам, регулярным занятиям и, долгих лет жизни повару, местной еде. После разговора на башне их с Айрой отношения переросли в крепкую дружбу, что, в целом, не мешало им регулярно обмениваться колкостями и сохранять здоровое соперничество.

Так, одним утром он был грубо вырван из объятий сна. Айра за ногу вытащила его из постели так, что пришёл в себя он уже мордой на полу.

— Хвостатый, просыпайся! Ты должен это видеть!

С трудом поднявшись с пола и не до конца проснувшись, Тео пробурчал что-то про «великую рыбу» и тут же получил в лицо полный стакан воды.

— Потом порыбачишь. Пошли!

Не давая ему ни секунды на то, чтобы одеться или хотя бы натянуть сапоги, она схватила его за рукав и потащила за собой. Холодный каменный пол коридоров вообще не располагал к тому, чтобы нестись куда-то ни свет ни заря, но выбора ему не оставили, поэтому Тео, даже не возмущаясь (ведь для того, чтобы возмущаться, необходимо проснуться), шлёпал босиком за рогатой.

Оказалось, что тащила она его на башню. Посреди помещения стояла склянка, наполненная жидкостью, по цвету напоминавшей несвежее молоко. Айра оставила его прямо в проходе, а сама, встав над склянкой, сделала несколько странных движений руками. В это же мгновение сосуд лопнул, жидкость испарилась, и всё вокруг затянуло мерзким вонючим дымом.

В нос Тео мгновенно ударил такой смрад, что рыбный рынок жарким летом, по сравнению с этим, показался бы цветочной поляной. На глазах выступили слёзы, он закашлялся и, с трудом сдержав рвотные позывы, смачно выругался.

Где-то в дыму послышался такой же кашель рогатой. Нюх у неё был не настолько хороший, но воняло и без этого ужасно. Через несколько секунд дым унесло порывом ветра, открыв виновницу «торжества». Она несколько раз махнула руками, выпуская потоки ветра, чтобы разогнать остатки вонищи, после чего слегка виновато посмотрела на Лиса.

— Слишком много серого корня...

Через несколько месяцев после этого знаменательного события, которое они между собой прозвали «днём корня», Тео подпустили к трактатам по магии. Он с нетерпением ждал этого дня и уже грезил о том, что станет великим магом. В конце концов, магическое происхождение даёт свои преимущества в колдовских науках, но, как оказалось, изучение магии – это самое скучное занятие, которое можно только придумать. Практически всё время уделялось штудированию книг по истории использования магии, зубрёжке глифов и попыткам запомнить имя колдуна, который в таком-то году таким-то заклинанием вырастил такое-то растение.

В один из дней, когда он усердно пытался запомнить, что делает глиф «керо» и как он взаимодействует с глифом «даль», Айра сжалилась над ним и решила немного помочь с практикой. Уже на башне она провела краткий экскурс и попыталась показать, как можно направлять ветер.

Это было простейшее заклинание, которому в магических школах учили самых маленьких. Правая рука согнута в локте и указывает вверх, левая рука прямая, указывает влево. Глиф «ансэ». Правая рука разгибается и указывает вперёд, левая рука сгибается и пересекает правую. Глиф «керо».

У неё это вышло настолько просто, что Лис даже воодушевился. Он уверенно повторил за ней это движение, но ничего не произошло. Он попробовал ещё раз, а затем ещё раз и ещё... Айра только прикрыла глаза и покачала головой. Она видела, что в его движениях, кроме спокойствия, присутствует раздражение. Она подошла к нему, взяла его руки и сложила их в нужной последовательности.

После этого на башне продул штормовой ветер. Он был диким, сильным и чуть не сорвал их обоих вниз. В последний момент Тео успел упереться ногами в перегородку и ухватить уже наполовину выпавшую девушку.

— Ну, — сказал Тео, переводя дыхание. — Теперь я знаю, что силёнок у меня побольше...

— Ага... — ответила ему Айра. Она была бледной как мел. — Зато мозгов как у кирпича.

За все годы, проведённые в монастыре, Тео так и не освоил глифы. Когда он пытался и у него ничего не получалось, он слышал от Айры что-то в духе:

— Отлично. Значит, мир в безопасности.

Рутина из ранних подъёмов и зубрёжки разбавлялась шалостями. Сколько часов он был вынужден провести за копированием учебников в качестве наказания, не сосчитать. Ему удалось вытянуть у Айры рецепт вонючего зелья, поэтому время от времени в разных частях монастыря происходили вонючие хлопки. Тео частенько наблюдал с башни за тем, как послушники, кашляя и ругаясь, выбегали во двор.

Несмотря на трудности в освоении глифов, «простейшую магию», как её называли в монастыре, Тео мог использовать, как никто другой. Она получалась у него так же естественно, как дыхание. Там, где послушникам нужна была концентрация, лис создавал небольшие огненные шарики лёгким движением руки. Со временем к этому действию он начал добавлять щелчок пальцами, просто потому что так смотрелось эффектнее.

Также он в совершенстве освоил шумовые иллюзии. С одного конца двора он мог крикнуть кому-то в ухо или создать ощущение, что его позвали, и часто этим пользовался.

Как-то раз, пользуясь невидимостью башни, он добрые полчаса гонял Айру по двору, заставляя искать его по углам. В конце концов до неё, конечно, дошло, где он сидит, но полученная оплеуха абсолютно стоила того.

Ближе к своему совершеннолетию он всё чаще стал слышать от наставников, что как только он отметит свою семнадцатую весну, его выставят отсюда. Не то чтобы он переживал об этом. В конце концов свою цель он уже выполнил, и Айра даже начала сама предлагать идеи для розыгрышей, но одновременно с этим где-то внутри начинал копошиться крохотный червячок страха. Не перед тем, что его выгонят, но перед тем, что он не знает, куда идти.

Очередной день не обещал ничего нового, но между занятиями, посреди коридора его поймал за локоть настоятель храма. За эти годы он сильно постарел. Он и раньше был седой, но за ним чувствовалась сила и мудрость. Сейчас же на Тео смотрел сморщенный старик. Спина его согнулась, и было видно, что в следующий раз он выпрямится только в могиле.

— Тео. Пройдём. Нужно поговорить.

Тео уже готовился увильнуть от разговора и собирался придумать себе какое-нибудь неотложное дело, но по глазам старика понял, что это не тот случай.

Он коротко кивнул и зашёл за настоятелем в его кабинет. Старик сел за свой стол и махнул рукой на высокую башню, сложенную из листов бумаги.

— Знаешь, что это?

— Не имею понятия.

В глазах настоятеля промелькнула то ли усмешка, то ли лёгкое раздражение.

— Это, дорогой мой, полный список того, что ты здесь натворил. Каждый случай бомбы-вонючки, поджога, воровства и проникновения в запретные разделы архивов.

Обычно Тео не чувствовал себя виноватым, когда его отчитывали, но под взглядом настоятеля вся его уверенность куда-то улетучилась. Раньше он никогда его не отчитывал, оставляя это занятие наставникам, и это был первый раз, когда лису стало понятно, почему разговор с настоятелем – это крайняя мера.

Уловив, что нужный эффект для разговора достигнут, настоятель продолжил:

— Не переживай. Мы здесь не для того, чтобы перечислять все твои грехи. Нам нужно кое-что обсудить.

Тео оторвал взгляд от пола и посмотрел в глаза старика. В них не было гнева или раздражения. Только спокойствие.

— Что именно вы хотите обсудить?

— Скоро наступит твоё совершеннолетие. Ты уже думал о том, что будешь делать дальше?

Тео на секунду замялся. Он думал об этом, но так и не пришёл к окончательному решению. С одной стороны, здесь ещё остались неразгаданные тайны, необхоженные коридоры и Айра, а с другой стороны, за стенами целый мир, полный таких же тайн и коридоров.

— Я пока не решил. Возможно, задержусь ещё ненадолго...

— Нет. — Голос настоятеля в мгновение стал твёрдым как камень, придавившим Тео к стулу. — Ты не можешь здесь остаться.

Хвосты лиса нервно заходили из стороны в сторону. Его выгонят, и он ничего не сможет с этим поделать.

— Успокойся. Ты не сможешь здесь остаться не потому что я тебя выгоняю.

Настоятель посмотрел на стопку бумаги, и та мгновенно вспыхнула.

— Твои проступки не пугают меня. Если бы решение было только за мной, я бы вообще тебя не выпускал, пока ты полностью не осознаешь свои возможности. — Старик почесал подбородок и посмотрел Тео прямо в глаза.

— Ты не сможешь здесь остаться, потому что эта жизнь не для тебя.