- -
- 100%
- +
Маркус покачал головой:
— Очень просто, моя дорогая. Та нимфа сидела на цепи, и этот ублюдок избивал ее и мучил. А сейчас она спит в чистой постели, под нашей защитой. И больше ничто не угрожает ее здоровью и жизни. Вот в чем дело.
Некоторое время Аврора молчала, обдумывая все произошедшие с ней события. Вдруг выражение ее лица изменилось. Милая улыбка исчезла, а взгляд заблестел сталью. Она чуть наклонилась к спящей горничной, провела тыльной стороной ладони по теплой и нежной щеке. Наконец, повернулась к доктору и четко произнесла:
— Я помогу… Я помогу им всем. Я стану таким лидером, как вы рассказывали! Тем, кто освободит их от рабства. И я убью всех злых хозяев. Всех, кто причиняет боль моим сестрам — нимфам.
Она была полна решимости, и Маркус, удивленный такой внезапной переменой своей подопечной, в этот момент уговаривал себя не струсить. Не испугаться момента, которого он так долго ждал. Настоящее восстание нимф! Ради этой цели он сражался, бастовал, подвергался пыткам и избиениям. Ради свободы всех живых существ он пожертвовал самым дорогим, что у него было, — своей любимой женой. Ее случайно убили ворвавшиеся к ним после очередного митинга наемники «Квадры». Доктор шмыгнул носом, отгоняя трагические воспоминания. Едва переставляя ноги, он подошел к нимфе, взял ее за руку и взволнованно проговорил:
— Послушай, ты должна понять — это будет сложный путь. Полный разочарований и лишений. Но, если верить… верить и трудиться — то все обязательно получится!
Он сглотнул застрявший в горле ком, справился с эмоциями и продолжил:
— Если бы ты только знала, сколько хороших людей погибло за эту мечту, за вашу свободу. Но, похоже, остался единственный шанс — восстать вам самим.
Девушка внимательно смотрела на него. Казалось, она меняется каждую минуту, и от той растерянной Принцессы, что появилась на пороге этого дома неделю назад, уже не осталось и следа. Все, что говорил Маркус, все, что показывал и рассказывал, — изменило ее навсегда. Аврора выпрямилась, сверкнула холодными и решительными глазами.
— Вы правы, доктор. Все нимфы будут свободны!
* * *На следующий день они стояли посреди темного ангара в заброшенном западном районе Санбей-сити. Кутаясь в черное затасканное худи с капюшоном, нимфа взволнованно спросила:
— Доктор, а если они не станут нам помогать? Что тогда?
Маркус поправил шапочку, покашлял в кулак и многозначительно посмотрел на свою прекрасную соратницу:
— Вопрос не в том, помогут они нам или нет. А в том, что если кто-то вообще может нам помочь, то это только они. Будем верить в лучшее. Не переживай и предоставь это мне.
Первым появился боевик Жан — высокий темнокожий француз в кожаном пальто и докерской шапочке. Настороженно озираясь, он приблизился и, встав напротив, глухо спросил:
— Маркус? Какого черта! Я думал, ты спился и давно умер.
Доктор развел руками:
— Как видишь, нет. Нужно было обдумать кое-что, но теперь я в порядке.
Он посмотрел через плечо великана.
— А вот и остальные.
С бокового входа вошли приземистая женщина с красными волосами и кудрявый итальянец в оливковой куртке ветерана.
— Моника, Федерико, как жизнь? — улыбнулся Маркус.
Все трое кивнули друг другу и напряженно застыли перед старым знакомым. Для человека в его положении доктор держался слишком уверенно.
Маркус смущенно развел руками. Все еще волнуясь, слегка дрожащим голосом он начал:
— Друзья… Во-первых, позвольте принести мне свои извинения. Я знаю, я оставил вас в трудную минуту. Но, как вам известно, смерть моей дорогой Дороти ввергла меня в пучину отчаяния…
Он справился с собой и продолжил увереннее:
— Однако это в прошлом… В общем, я собрал вас здесь, чтобы кое с кем познакомить.
Он обернулся к своей спутнице, кивнул и продолжил:
— Позвольте представить, моя новая соратница, нимфа класса «А», Аврора.
Девушка сняла капюшон, тревожно вглядываясь в лица пришедших. Стараясь звучать уверенно, она проговорила:
— Здравствуйте. Мы с доктором Даном решили освобождать нимф, чтобы устроить восстание, на которое вы когда-то надеялись. Мы будем рады, если вы рассмотрите возможность поддержать нас.
Все трое удивленно переглянулись. Наконец, Федерико не то спросил, не то ответил:
— Маркус, ты что, украл ее? Совсем спятил? Какое восстание? Нимфы провалили все тесты много лет назад!
Доктор удовлетворенно ухмыльнулся:
— Да-да, так и было. Все верно. До тех пор, пока на моем пороге не появилась она — нимфа, которая убила своего подонка-хозяина и освободила себя сама.
Последние слова он торжественно прокричал, указывая на девушку пальцем. Бывшие соратники остолбенели, недоверчиво разглядывая нимфу. Первым пришел в себя Жан, который серьезно произнес:
— Это сильное заявление, Маркус. Нимфа, которая сама обошла программные установки? Что-то сомнительно.
Мужчина усмехнулся:
— Думаешь? Ну так ударь ее. Давай, попробуй. Ударь ее и сам все увидишь.
Жан с сомнением посмотрел на хрупкую красавицу. Бить женщин, пусть и нимф, было против его правил.
— Я не стану, — отрезал великан.
Маркус спрятал руки в карманы.
— Ну что ж. Я не великий боец, но все же показал ей парочку приемов.
Все так же ухмыляясь, он обратился к Авроре:
— Дорогая, врежь ему. Только не в полную силу, этот тупица нам еще пригодится.
Нимфа неуверенно кивнула, подошла к мужчине и посмотрела в его черные глаза снизу вверх. А затем сжала руку в кулак и резко выпрямила, целясь в широкую грудь.
Все произошло так быстро, что Жан не успел осознать ее движение. Однако тренированное тело двинулось само — он ушел чуть вправо и рефлекторно поставил блок. Маленький кулачок нимфы без труда пробил защиту и попал прямо в предплечье. Жан отскочил, схватившись за травмированную руку, и, громко сопя, выругался:
— Твою мать!
Остальные изумленно уставились на девушку. Моника торопливо выпалила:
— Какого черта? Как такое возможно?
Нервно хихикая, доктор развел руками:
— Я не знаю! Клянусь! Сбой в программе или брак, но эта малышка обнулила все блокирующие установки «Квадры»! Сейчас Аврора, — он повернулся к девушке, — несколько наивна. Развитие лет на семнадцать. Но это не важно, у нее такой потенциал, уму непостижимо! Понимаете? Она именно та, кого мы так отчаянно искали два года назад!
Федерико снял темные очки, подошел к нимфе и, коснувшись мягких волос, восхищенно прошептал:
— Вот оно… Пламя восстания…
* * *Все последующие дни прошли в непрерывных тренировках. Аврора работала, не щадя себя, чтобы стать как можно быстрее; настолько сильной, насколько ей позволяла механика тела. С утра до ночи она в окружении новых соратников постигала азы самообороны и владения оружием.
— Сильнее! — крикнул Жан, расхаживая по заброшенному боксерскому залу в западном квартале, пока нимфа, одетая в шорты и майку, отчаянно лупила тяжеленную грушу.
— Быстрее! Еще быстрее! На тебя натравят лучших агентов «Квадры» и Верховного Совета! И ты должна суметь дать им отпор!
Аврора, стиснув идеальные белые зубы, молотила кулаками по старой коричневой коже, представляя на ее месте всех злых хозяев нимф, которых ей предстоит устранить. Боковым зрением она увидела, как в зал зашел Федерико с тяжелой сумкой. Он принялся раскладывать огнестрельное оружие на пыльном столе: пистолет, дробовик, штурмовую винтовку. Значит, следующим будет урок по стрельбе.
Моника сидела в углу зала с ноутбуком. Она была профессиональным хакером и обучала нимфу тому, как работают городские коммуникации, системы видеонаблюдения, полицейский канал и все в таком духе. А по вечерам Маркус зачитывал ей вслух труды великих мыслителей, философов и социологов. Он разъяснял нимфе сложные концепции: свободы, мести, равенства и всего того, что могло пригодиться будущему лидеру восстания.
Аврора жадно поглощала новую информацию. Как будто она и не жила до встречи с доктором. Все ее мысли занимали нимфы, которые все еще томились в плену, и она с нетерпением ждала очередного рейда, в перерывах между занятиями донимая соратников расспросами. Но заговорщики не спешили. Они тщательно выискивали нимф, принадлежащих маргиналам-затворникам, чтобы вся деятельность отряда как можно дольше оставалась незаметной для правительства.
Наконец, Жан скомандовал отбой и Аврора, тяжело дыша, устало опустила руки. В этот момент в зал зашел Маркус. Кивнув, он сказал:
— Она проснулась.
* * *— Сегодня господин Шмидт привезет новую нимфу, — сказала Пегги, потрясая половником у кастрюли с супом.
Протирая стол, Саю удивленно спросила:
— А зачем? Я и так хорошо справляюсь!
Пегги засмеялась:
— Ну конечно, Солнышко! Но, насколько я поняла, он покупает себе хозяйку в дом, а не прислугу. Видать, скучно стало на старости лет.
— А какая она, вы знаете, Пегги?
Женщина покачала головой:
— Нет, не знаю. Но мистер Шмидт намекнул, что это особая модель!
— Интересно, — пробормотала Саю, которая никогда не видела других нимф, кроме тех, что были в ее салоне продаж. Но все они были нимфами класса «D», как и она сама.
Вдруг Саю услышала, как к дому подъехала машина. Хлопнули двери, а затем зазвенели ключи, и хозяин, чертыхаясь, показался на пороге, проклиная неисправный замок.
Он зашел в дом, швырнул ключи на стол и торжественно проговорил:
— Поглядите! Вот — ваша новая хозяйка! Я назвал ее Принцессой.
Женщина и служанка уставились на открытую дверь. Плавно ступая, в комнату зашла высокая девушка такой красоты, что Пегги невольно охнула. Нимфа была одета в белое короткое платье с логотипом «Изидолс» на груди и удобные, простые туфли. Она замерла на пороге и, учтиво поклонившись, произнесла:
— Доброе утро, меня зовут Принцесса! Очень рада с вами познакомиться.
Пегги покачала головой:
— Какая красотка, ты посмотри…
Уолтер налил себе виски, отхлебнул и горделиво улыбнулся:
— Ну так, класс «А». Еще и ограничения серия! Мне ее по акции продали, за деньги такое не купишь.
Пегги смотрела на хозяина:
— Мистер Шмидт, да вы прям настоящий аристократ теперь! Все, как положено!
— Точно, точно! — закивал старик. Он снова взял ключи со стола и кивнул. — Так, я в клуб. Буду вечером, не убирайте суп в холодильник, Пегги. И покажите Принцессе тут все.
— Конечно, мистер Шмидт, не волнуйтесь, все сделаем.
Уолтер кивнул и вышел, закрыв дверь. А кухарка, указав на диван, торопливо произнесла:
— Принцесса, дорогая, присядь, пожалуйста! Чего-нибудь хочешь? Может быть, лимонаду?
Девушка учтиво улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами, затем поправила густую челку и кивнула:
— Если вас не затруднит.
Пегги деловито пошла на кухню. Саю, смущенная тем, что в доме появилось новое существо, не находила себе места. Она сделала вид, что и у нее дела, и, словно ребенок, поспешила за кухаркой. Пегги налила в стакан лимонаду и, заметив Саю рядом с собой, воскликнула:
— Вот я дуреха, совсем забыла! Я же подарок купила нашей новой хозяйке. Ну, как будто от тебя, а то невежливо как-то.
Саю растерянно замерла:
— От меня?
Пегги порылась в ящике комода и достала заколку в виде банта из черной шелковой ленты. Она сняла упаковку, оторвала бирки и протянула горничной.
— Вот, иди и подари. Я думаю, она обрадуется. Вспомни себя, как тебе тут было одиноко поначалу. К счастью, у нашей гостьи уже есть ты, да, Саю? Мы не позволим такой милой девочке грустить в одиночестве.
Нервничая, нимфа взяла заколку, совершенно не представляя, как следовало себя вести. Но Саю поняла, что кухарка не отступит, тяжело вздохнула и пошла в гостиную.
Новая нимфа изящно сидела на диване, держа идеальную осанку и аккуратно сложив руки на коленях. Она смотрела в окно, вероятно, размышляя о чем-то.
На негнущихся ногах, тяжело дыша от волнения, Саю вошла в комнату с подарком за спиной. Она никогда ничего никому не дарила и тем более не общалась с другими нимфами. Все, что она знала, — это домашняя работа. Кое-как справившись с собой, горничная подошла и поклонилась, прошептав:
— Госпожа… Добро пожаловать в наш дом, — и, густо покраснев, протянула заколку.
Принцесса широко улыбнулась в ответ, быстро встала и коснулась банта:
— Ну что вы, не стоило… — Она повернулась к служанке, собрав рукой густые золотисто-розовые волосы. — Помогите, пожалуйста, застегнуть ее.
Взволнованная Саю, покорно кивнув, заплела волосы и закрепила черный бант так, как видела только что на упаковке. Принцесса подошла к большому зеркалу и, покрутившись перед ним, произнесла:
— Как красиво! — Потом перевела взгляд на свою новую подругу, смущенно застывшую на месте, и ласково добавила: — Теперь я всегда буду ее носить. Большое спасибо!
* * *Саю мучительно просыпалась, будто пробираясь сквозь липкий сон, который не хотел ее отпускать. Наконец, нимфе удалось открыть глаза. Одним рывком она села и удивленно уставилась на стеллажи с книгами. Она не дома… Уже через минуту к ней подошла какая-то чужая нимфа, вся в шрамах и порезах. Незнакомка торопливо взяла старенький смартфон, набрала номер и сбивчиво произнесла в трубку:
— Доктор, она проснулась, — и, помолчав, добавила: — Хорошо, хорошо, я скажу.
После чего положила телефон и обернулась к Саю: — Доктор сейчас придет. А меня зовут Хлоя, хочешь, я принесу тебе воды?
Совершенно сбитая с толку, Саю машинально кивнула, и нимфа ушла. Саю разглядывала комнату и волновалась все сильнее. Где она? Кто такой «доктор»? Что за нимфы тут с ней и почему она не помнит, как тут оказалась? Паникуя, она свесила ноги со стола, на котором все это время лежала, как вдруг послышался шум, топот, и вдруг старая входная дверь распахнулась.
На пороге появилась запыхавшаяся нимфа в черной мужской куртке, старых джинсах и заношенных кроссовках. Это была Принцесса! Саю ахнула, увидев, как изменилась всегда милая и ухоженная госпожа. Она была похожа на бродягу или нищего. Прикрыв рот маленькой ладошкой, девушка прошептала:
— Госпожа…
Принцесса широко улыбнулась и подбежала к ней, чтобы крепко обнять.
— Саю! Я так рада, что ты наконец очнулась!
Горничная замерла, словно испуганный олененок. Это была не Принцесса… Это был кто-то другой, лишь внешне очень похожий на госпожу. Эта нимфа выглядела как настоящая, живая девушка из неблагополучных кварталов. Как юная гангстерша — бесцеремонная, грубоватая, резкая. От нее пахло старой кожей и порохом. Саю немного отстранилась, заглядывая в такие знакомые сизые глаза, и неуверенно прошептала:
— Простите, я совсем вас не узнаю.
Нимфа пожала плечами:
— Я понимаю. Многое произошло за те три недели, что ты выздоравливала. Хозяин напал на тебя, ты помнишь? В тот вечер, когда мы вернулись с прогулки. Так вот, — она помедлила, — в общем, чтобы защитить тебя, мне пришлось убить его. Да, я убила Уолтера и увезла тебя в Санбей-сити.
Горничная отрицательно покачала головой, не веря ее словам. Растерянно озираясь, она снова осмотрела старую комнату и покосилась на боксерские бинты, которыми были обмотаны костяшки некогда нежной, словно утренняя звезда, госпожи.
— Что теперь со мной будет? — в страхе пробормотала Саю.
— С тобой? А что ты сама хочешь? Ты теперь свободна, тебе самой нужно решить.
Саю испуганно уставилась на госпожу:
— А я могу, — она взволнованно сглотнула, — я могу остаться с вами?
Принцесса широко улыбнулась, так светло, как будто солнце взошло над туманными холмами. Ее глаза слегка заблестели, она крепко сжала белую ладонь горничной и торопливо ответила:
— Я была бы счастлива разделить эту новую жизнь с тобой!
Саю, для которой златовласая красавица была единственным близким существом на всем белом свете, робко улыбнулась:
— Спасибо за эти слова, Госпожа.
Принцесса встала и официально протянула ей руку.
— Теперь меня зовут Аврора. Я сама выбрала это имя!
Саю пожала ее ставшую по-мужски сильную ладонь и, поднявшись на ноги, восхищенно осмотрела подругу.
— Аврора?
— Ага! Ну что, пойдем, покажу тебе тут все. Ты просто обалдеешь, когда узнаешь, что мы делаем. Наш друг, доктор Маркус…
Саю как в полусне шла вслед за госпожой, державшей ее за руку, и не могла оторвать взгляда от собранных в хвост золотисто-розоватых волос, заколотых черным бантом, который она, Саю, когда-то давно подарила ей. Неужели эта уверенная, решительная и такая жизнерадостная девушка по имени Аврора, это — забитая и всегда печальная нимфа-пленница Принцесса? Неужели это возможно, чтобы нимфа стала такой? Такой…
Саю сделалось жарко, она покраснела, и ее сердце быстро застучало. Слушая звонкий голос госпожи, горничная ощутила, что какие-то новые чувства поднимаются из глубины ее души.
Она была так взволнована, что не слушала Аврору, которая, сверкая белоснежной улыбкой, все продолжала говорить, иногда поворачиваясь через плечо. Покоренная этой новой энергией, уверенностью и силой, Саю, не отрывая глаз, прошептала:
— Аврора — какое красивое имя…
* * *Вечером все собрались за большим старым столом в гостиной доктора. Хлоя и Мишель — новые освобожденные нимфы — устроились на диване, поджав ноги в теплых носках. А Саю, разобравшись в ситуации, быстро взяла на себя уход за домом и теперь по-хозяйски разливала всем чай.
Маркус поправил очки и робко заметил:
— Саю, дорогая, ты не обязана это делать, забыла? Ты больше не служанка!
Ничуть не смутившись, нимфа мягко улыбнулась и с достоинством ответила:
— Доктор, вы все делаете важную работу. Позвольте и мне что-то сделать. То, что я умею.
Аврора одобрительно подмигнула подруге и уже серьезно спросила:
— Моника, удалось что-то узнать? Ну, про брюнетку класса «С» с пятой?
Женщина глянула на экран смартфона и кивнула:
— Да, все реально. Владелец, одинокий мудила, — бывший айтишник. Мы его как клопа прихлопнем. Но есть и тревожные новости. Мой источник сообщил, что один из экипажей Пограничного патруля сегодня утром не вышел на службу.
Аврора переспросила:
— Пограничного патруля?
— Да, это государственные нимфы, что охраняют Солончак. Вооруженные до зубов силовики, верные правительству. Есть мнение, что их могут отправить по нашу душу. Но это так, больше гипотеза.
Жан, отпив кофе, хрипло просил:
— А если так, что будем делать? Они тоже нимфы, но как их освобождать?
Все замолчали, простого ответа не было. Тяжело вздохнув, Маркус проговорил:
— Не будем раньше времени панику наводить. Попробуем их убедить, должно сработать. А что, кстати, с записью?
Моника подняла глаза:
— Как раз хотела поговорить об этом. Мы сделали пробник и… — Она помолчала, подбирая слова. — Короче, мне кажется, нужно немного поработать над имиджем Авроры.
Нимфа удивленно переспросила:
— А что не так?
Моника подняла руку:
— Все так. Но, понимаешь, мы должны произвести впечатление. У нас будет только один шанс, и все должно быть на высшем уровне. Представь, ты появишься на всех экранах города. Твое послание должно пробудить всех нимф и впечатлить их хозяев. Я считаю, что если ты будешь выступать в этом… — Она указала на одежду Авроры. — Или, не знаю, в военной одежде, это оттолкнет людей. Так выглядят все террористы, анархисты, боевики. Нам нужно что-то, что будет ассоциироваться именно с нимфами, не с людьми. Новый, оригинальный образ. Нужно одеть тебя по-особенному, понимаешь?
Аврора нерешительно кивнула, а Федерико, цокнув языком, продолжил:
— Я согласен с Моникой. Все женщины-полицейские и военные одеты как мужчины. Одежда не выделяет их самоидентичность. Если мы поступим так же… — он сделал паузу, — никто не поверит, что восстание нимф — реально. Нужно что-то… — Он снова задумался, глядя в потолок. — Что-то такое, немного неуместное. Что настоящая женщина никогда бы не надела в опасной ситуации…
Моника посмотрела на соратника исподлобья и буркнула:
— Типа юбки, платья?
Федерико быстро закивал:
— Да, да! Я хочу сказать, что в основном хозяева одевают нимф как кукол. Мы можем воспользоваться этим клише.
Маркус задумчиво слушал:
— Мда, мысль верная. Но нужно что-то еще. Что выдаст в ней лидера… Типа военного мундира, ну что-то такое, я не знаю, — перебил он сам себя, махнув рукой.
Моника кивнула.
— Кстати, у меня брат служил стюардом на круизнике, у него остался белый китель. Ну, такой, воротник стойкой. Подойдет?
Почесав подбородок. Федерико резюмировал:
— А что, может сработать! Просто, ярко, необычно! Плюс наше алое знамя. Белый, черный, красный — идеальное сочетание.
Собравшиеся одобрительно закивали, и Моника, сделав пометки в блокноте, посмотрела на нимфу.
— Федерико, займись этим. А мы с Авророй пока отрепетируем речь. — Она довольно потерла руки. — Вот бы увидеть рожи сволочей из «Квадры», когда тебя покажут на каждом экране префектуры!
Все собравшиеся засмеялись, одобрительно хлопая друг друга по плечам. То, что когда-то казалось несбыточной мечтой, обретало форму и воплощалось на глазах. Аврора же, окруженная матерыми революционерами, искренне верила в свою миссию и ни капли не сомневалась в выбранном пути. Глядя на веселящихся соратников, она едва слышно прошептала сама себе:
— Все нимфы будут свободны.
Глава вторая. «113»
— Сто тринадцать, прием! Как слышите?
Офицер Б22 сняла старую рацию с потолка патрульной машины.
— Экипаж сто тринадцать на связи, слышу хорошо. Прием.
— Доложите обстановку.
Нимфа окинула взглядом бескрайний белый горизонт солончака, дрожащий от невыносимой жары, и четко проговорила:
— Двигаемся по маршруту. На данный момент активность нулевая, контактов нет.
— Принято. Продолжайте патрулирование. Конец связи.
Девушка подвесила рацию на место и повернулась к напарнице:
— Остановись, нужно осмотреться.
Механик-водитель экипажа, офицер Б21, кивнула, сняла машину с передачи и, дернув ручной тормоз, плавно остановилась.
Откинув угловой люк, захватывающий верхнюю и боковую часть кузова, Б22 встала в полный рост. Она подняла бинокль к глазам, осматривая белую пустыню до горизонта на триста шестьдесят градусов. В нескольких километрах, впереди и слева, виднелись соляные образования — что-то вроде нагромождения булыжников и невысоких столбов. Одичавшие мобы часто использовали такие места как укрытия. Вернувшись в салон, девушка захлопнула люк и скомандовала:
— На десять часов — скопление соляных столбов. Возможно, укрытие.
Нимфа дернула рычаг, отодвинув сиденье далеко назад, и поставила подошвы сапог на диск «стремян», привычным движением защелкнув «шпоры». Она опустила стекло до конца и, высунувшись в оконный проем, уселась на дверь сверху, вполоборота.
— Я готова. Вперед.
— Принято. — Водитель проверила карабин страховочного троса возле рычага коробки передач, включила первую и повела машину к цели.
Во всей префектуре только у Пограничного патруля были двухдверные машины в кузове «купе». Потому что они не участвовали в охране правопорядка и задержаниях. С утра до ночи нимфы в форме песочного цвета следили за границей солончака и уничтожали одичавших мобов, пытавшихся ее пересечь. По сути, их экипаж представлял собой высокоскоростную боевую единицу, специально созданную и подготовленную для одной задачи — истребления обитателей катакомб заброшенного после аварии химического завода.
Скользя шинами по сухому покрытию, броневик медленно приближался к соляным столбам, закладывая дугу, чтобы осмотреть их со всех сторон. Стрелок Б22 держала на прицеле затененные участки между столбами и сосредоточенно всматривалась в кромешную тьму, щурясь от сверкающей на солнце соли. Они объехали территорию дважды, но так и не заметили следов мобов. Б22 уже подняла винтовку и собралась возвращаться в салон, как вдруг сзади в нее прилетела соляная глыба, засыпав осколками панель приборов. От неожиданного удара девушка чуть не выронила винтовку, но водитель успела втащить ее внутрь за страховочный трос. Как только напарница оказалась в безопасности, нимфа вдавила педаль акселератора. Тяжелая машина засвистела компрессором и, разбрасывая всполохи огня из боковых выхлопных труб, рванула от соляных столбов. В зеркало заднего вида Б22 заметила двух мобов, которые бросились в погоню, по-обезьяньи встав на четвереньки.