Робот не робот

Знакомство

Тем временем после встречи Бориса с другом прошло два дня.

За это время он успел сделать удивительно много для человека, который ещё недавно не понимал, впадать ему в депрессию или в запой. Он прибрался в квартире так, как захотелось именно ему, а не так, как когда-то считала правильным бывшая жена. Переставил кое-какие мелочи, вытер пыль на полках, выбросил несколько давно ненужных вещей и собрал всё, что супруга оставила после себя, в две огромные джутовые сумки.

Когда Борис поставил эти сумки в коридоре у выхода, и на несколько секунд почувствовал себя челночником из девяностых. Таких он в документальном кино видел: люди с огромными клетчатыми баулами, уставшие, но решительные, будто перевозили не вещи, а целую эпоху.

Потом он съездил на работу — в офис, где уже восемь лет трудился BIM-специалистом.

Рабочее место встретило его привычным гулом компьютеров, запахом кофе из автомата и видом коллег, которые всегда выглядят занятыми ровно до того момента, пока не открываешь у них на мониторе вкладку с новостями, маркетплейсом или подборкой смешных роликов.

Борис прошёл по коридору и заглянул в кабинет руководителя отдела.

— Олег Михайлович, привет.

Олег Михайлович, мужчина лет сорока, поднял голову от монитора и улыбнулся.

— Борис, заходи. Какими судьбами? У тебя же ещё несколько дней отдыха.

— Не знаю, — Борис пожал плечами. — Может, завтра выйду.

Олег внимательно посмотрел на него, потом жестом пригласил садиться.

— Подожди. Догуливай. Тем более скажу тебе по секрету…

Он понизил голос и указал пальцем вверх.

— Меня переводят.

— Растёшь, — Борис искренне улыбнулся. — Поздравляю.

— Спасибо. В общем, на своё место рекомендовал тебя.

Борис замер.

На пару секунд в голове стало пусто. Даже привычный внутренний голос, который обычно комментировал происходящее с разной степенью сарказма, куда-то исчез. Осталось только удивление.

Олег заметил его реакцию и довольно кивнул.

— Понимаю. В зобу дыханье спёрло, как говорил классик.

— Неожиданно, честно говоря, — наконец произнёс Борис. — За что мне так свезло?

— Заслужил. Во-первых, у тебя подходящий стаж. Во-вторых, про свой перевод узнал ещё год назад и всё это время присматривался. Ты как-то выделялся. Спокойный, системный, без лишней суеты. Поэтому думаю, отдел не жалко передать в надёжные руки.

Борис чуть смущённо кивнул.

— Спасибо за доверие.

— Так что догуливай. Когда выйдешь, думаю, через пару дней уже будет приказ о назначении.

— Получается, с места в карьер.

— Получается. Да, ещё… бывшая всё? Или передумала, вернулась?

— Нет. Оставшиеся шмотки собрал. Завтра отвезу на дачу, соседке отдам. Она просила для племянниц. Вымел из квартиры вместе с пылью.

— Ну и отлично, — Олег откинулся на спинку кресла. — На новом месте один не задержишься. Зарплата будет хорошая, в организации много холостых дам. Станешь завидным женихом.

— Прямо карьерный рост с брачным потенциалом.

— А как ты хотел? Управленческая должность — это не только ответственность, но и внезапное улучшение статуса в глазах окружающих.

На этом они распрощались.

После работы Борис не сразу поехал домой. Его почему-то потянуло побродить по городу. Он прошёл по улицам, где когда-то совсем юным встречался с друзьями, заглянул в парк, где скамейки стали новее, а воспоминания — старее. Ближе к вечеру сходил в кино, потом зашёл в ночной бар.

Там с ним попытались познакомиться две местные обитательницы, явно настроенные на вечер с продолжением. Борис, однако, пребывал в философском настроении. Сначала он рассказывал им о поездке в Китай, потом плавно перешёл к восточной философии, которую наслушался от гидов. Минут через двадцать девушки поняли, что мужчина сегодня больше расположен к рассуждениям о внутренней гармонии, чем к активным приключениям, и тихо отстали.

Домой он вернулся ближе к полуночи и почти сразу уснул.

На следующий день, хорошо отоспавшись, Борис около одиннадцати часов приехал на дачу.

Он занёс за калитку две тяжёлые сумки с вещами бывшей жены, но в дом вносить не стал. Всё равно собирался отдать их тёте Зое. Пусть сама уносит свой гуманитарный груз для племянниц.

Сначала Борис пошёл в гараж.

Старая машина стояла внутри с видом заслуженной пенсионерки, которой каждый запуск двигателя казался личным одолжением хозяину. Борис остановился перед ней и похлопал по капоту.

— Что, старушка, ещё немного поездим, а потом заменю тебя на новую.

Новая должность обещала хорошую прибавку к зарплате. Да и сейчас Борис зарабатывал выше среднего и давно подумывал о новой машине — пусть не самой престижной, но свежей, без вечных сюрпризов, внезапных иллюминаций, течей и загадочных звуков в подвеске.

Правда, неожиданная поездка в Китай и импульсивная покупка там же изрядно проредила отложенные средства.

— Но сначала тебя всё-таки в сервис, — добавил он.

Борис сел за руль и повернул ключ.

Стартер натужно провернул коленчатый вал. Машина дёрнулась, подумала, будто решала, стоит ли возвращаться к жизни, и вдруг из выхлопной трубы раздался громкий хлопок.

Борис замер.

— Понятно. Эвакуатор придётся вызывать.

Он вышел из гаража и направился к дому.

Едва он открыл входную дверь, как за спиной раздался знакомый голос:

— Ой, Боря, это вы?

Борис медленно закрыл глаза.

За забором уже маячила фигура тёти Зои — дотошной, вездесущей и, по всей видимости, оснащённой внутренним радаром на чужие хлопоты.

— На ловца и зверь бежит, — пробормотал Борис. — Сейчас отдам сумки, пусть сама к себе тащит.

Он развернулся, подошёл к калитке и улыбнулся с тем выражением лица, с каким люди обычно встречают налогового инспектора на семейном празднике.

— Здравствуйте, тёть Зой.

— Услышала хлопок на вашей территории, — сообщила она. — Подумала, пойду посмотрю, что происходит.

— Машину пытался завести.

— Ну и слава богу. Всё обошлось.

Борис уже хотел потянуться за сумками, стоявшими сбоку, но взгляд соседки остановил его. Взгляд был хитрый, внимательный и явно подготовленный к наступлению.

— Ну вы, сосед, смотрю, тоже времени зря не теряли.

— Это вы к чему?

Глаза тёти Зои сузились, словно она пыталась разглядеть внутри Бориса не только совесть, но и недавние события личной жизни в хорошем разрешении.

— Я вас не осуждаю. Бывшая супруга поступила нехорошо. Но, как говорится, след ещё не остыл, а вы уже в полной боевой стойке.

У Бориса возникло острое желание ничего ей не отдавать.

«Лучше отнесу на помойку. Бомжи счастливы будут».

— Какая стойка? Какие следы? — осторожно спросил он. — Совершенно вас не понимаю.

Тётя Зоя покачала головой с видом человека, который всё понял, но готов благородно не раскрывать подробности сразу.

— Конечно, фигурка у неё не просто хорошая, а очень хорошая. Но в таком виде ходить… Понимаю, ночная рубашка дорогая, но она же просвечивается. Благо хоть в трусиках была.

Борис почувствовал, как у него внутри что-то неприятно провалилось.

— Кто?

— Ну кто-кто… будто сам не знаешь. Ко мне Василий Иванович зашёл, чайку попить. А из беседки ваш двор видно. Так он, когда всё это увидел, вставную челюсть в чашку уронил. Я ему ещё валокордин накапала, думала, неотложку вызывать. Так она его взволновала.

Борис несколько секунд смотрел на соседку.

Потом медленно кивнул.

— Тётя Зоя, тоже рад вас видеть, но пойду. Хочу в доме прибраться. Пыли скопилось.

— Тогда, если что из вещей вашей бывшей не подойдёт или там по какой еще причине…, приносите.

— Обязательно. Ещё увидимся. Я пару дней здесь побуду.

Он закрыл калитку и быстрым шагом направился к дому.

«Не дай бог самому таким через тридцать лет стать, — подумал Борис. — Беда с головой у соседки. И у Василия Ивановича, похоже, давление на фоне галлюцинаций».

Он вошёл внутрь, начал разуваться — и вдруг замер.

В доме было убрано.

Не просто чисто, как он оставил. Нет. Здесь был порядок другого уровня. Там, где обычно на глаза попадалась пыль, теперь её не было. Мебель стояла ровно, словно кто-то выставлял её по уровню. Подушки на диванчике в прихожей лежали симметрично. Поверхности блестели. Даже старый выключатель на стене, который давно болтался и раздражал всех своим обречённым видом, теперь был исправен.

Борис медленно выпрямился.

Если это были грабители, то очень странные. Видимо, не найдя ничего ценного, они решили компенсировать разочарование уборкой и мелким ремонтом.

Он осторожно прошёл вглубь дома, почти на цыпочках. Потом свернул в гостиную, увидел контейнер у стены и шумно выдохнул.

— Ё-моё… Как же я про тебя забыл.

У стены стояла та самая коробка. Внутри, на транспортной платформе, находилась девушка.

Теперь все индикаторы у основания горели ровным зелёным светом.

Борис сделал несколько шагов ближе.

В этот момент девушка открыла глаза.

Он машинально отступил назад.

— Здравствуйте, Борис.

Голос у неё был спокойный, мягкий и удивительно естественный. Не металлический, не синтетический, не похожий на автоответчик, который сообщает, что ваш звонок очень важен. Скорее голос живого человека, который просто давно ждал, когда на него наконец обратят внимание.

— Здравствуй, — немного запнувшись, ответил Борис. — Кто бы ты ни была. Откуда тебе известно моё имя?

Девушка шагнула с постамента.

— Стой, где стоишь, — Борис поднял руку.

Андроид улыбнулась и послушно остановилась.

— По вашей реакции понятно, что вы не читали инструкцию.

— Как же не читал? Читал. Я ведь как-то включил тебя на подзарядку.

— Конечно. Для того чтобы вставить вилку в розетку, инструкция необходима.

Борис прищурился.

— С чувством юмора, смотрю…

Андроид улыбнулась ещё раз.

— Базовая настройка. Однако после приветствия и раздела «Питание» начинается самое главное.

— Дела отвлекли. До главного не дошёл.

— Борис, вы можете присесть за стол. Так наше общение будет более стандартизированным.

— Неудобно сидеть в присутствии дамы.

— Тогда я тоже присяду, с вашего позволения.

— Хорошо. Только вон на тот стул.

Он указал на стул, стоявший в углу. Максимально дальний от него, максимально безопасный и, как ему казалось, стратегически правильный.

Девушка повернулась и пошла к нему. Движения у неё были настолько естественными, что Борису стало не по себе. Ни механической угловатости, ни резких рывков, ни той странной пластиковой плавности, которую он ожидал увидеть. Она двигалась как человек — спокойно, уверенно, почти грациозно.

Лёгкая прозрачная ткань заводской рубашки едва заметно колыхалась при каждом шаге, подчёркивая безупречные линии её тела. Волосы мягко обрамляли тонкое лицо, а светло-серые глаза смотрели на Бориса спокойно и внимательно. Если не знать, что перед ним андроид, её легко можно было принять за обычную девушку — необыкновенно красивую, но всё же живую.

Борис невольно вспомнил тётю Зою и Василия Ивановича с его вставной челюстью.

«Да, Василий Иванович, — подумал он, усмехнувшись, — зрелище для неподготовленного организма было слишком серьёзное».

Андроид плавно опустилась на стул.

Борис сел напротив, хотя слово «напротив» в данном случае означало «по диагонали через максимально возможное расстояние».

— Продолжим о том, что я не успел прочитать, — сказал он.

— Конечно. Модели моей серии настраиваются на конкретного покупателя. Поэтому мне изначально известно ваше имя и то, как вы выглядите.

— Что ещё тебе известно?

— Ровно то, что вы указали в анкете перед оформлением покупки.

Борис нахмурился.

— Припоминаю. Анкета была немаленькая.

— Двадцать семь разделов, сто восемьдесят четыре вопроса и четыре дополнительных поля для свободного описания предпочтений.

— Ничего себе. Я думал, это маркетологи балуются.

— Маркетологи тоже участвовали.

— Вот даже не сомневаюсь.

Он помолчал, изучая её лицо. Андроид сидела спокойно, не отводила взгляда, но и не смотрела слишком настойчиво. Будто алгоритм уже знал, какая степень внимания считается комфортной для растерянного покупателя, который забыл, что купил почти живую девушку и оставил её заряжаться у стены.

— Хорошо, — сказал Борис. — Наверное, в инструкции есть твоё имя?

— Нет.

— Нет?

— При покупке вы, Борис, не определились с моим именем. Иначе оно было бы мне известно.

— То есть имя должен дать я?

— Да.

Борис откинулся на спинку стула и посмотрел в окно.

За стеклом солнечные пятна дрожали на траве. Где-то за забором, как ему показалось, мелькнула тень соседки. Вероятно, тётя Зоя, профессиональный сыщик дачного значения, всё ещё не могла угомониться. Приключений ей в жизни явно не хватало, поэтому чужой участок временно исполнял роль сериала с ежедневным продолжением.

Борис усмехнулся сам себе и вдруг вспомнил недавний визит к Лёше.

«Если бы я согласился и забрал у него куклу, — подумал он, — сейчас у меня был бы силиконовый гарем. Одна немая и неподвижная, другая наоборот — ходит, разговаривает».

Почему-то вспомнился старый фильм и имена жён Абдуллы, которые Сухов перечислял во время переклички: Зарина, Джамиля, Гюзель, Саида, Зухра, Зульфия, Лейла, Хафиза, Гюльчатай… Гюльчатай.

— Хотя, кажется, Гюльчатай было пятнадцать лет, — пробормотал Борис. — Это не нормально. Тогда Лейла.

— Это допустимо, — спокойно ответила андроид.

— Зульфия?

— Также допустимо. Но есть «но».

— Какое?

— Моей внешности больше подойдёт европейское имя.

Борис сморщил нос.

— А если «Изделие номер семь»?

Андроид сделала короткую паузу.

— Формально возможно. Но при длительном использовании может снижать эмоциональную вовлечённость владельца. Кроме того, это может вызвать социальный диссонанс, если вы планируете выходить со мной в общественное пространство.

Борис усмехнулся.

— Верно. Тут я как-то не подумал.

Он чуть подался вперёд.

— Ответь мне на вопрос: как ты будешь обращаться ко мне? Владелец?

— Так указано в юридическом разделе инструкции. При желании могу использовать более нейтральное обращение.

— Например?

— Пользователь. Покупатель. Партнёр по взаимодействию. Основной субъект настройки.

— Стоп, стоп, — Борис поднял ладонь. — Последнее звучит так, будто меня сейчас будут чинить. Всё же нужно очеловечиться. А что там ещё указал в анкете?

— В разделе «Желаемый стиль общения» вы выбрали пункты: «с чувством юмора», «интеллектуальная поддержка», «не банальная», «без чрезмерной покорности».

Борис медленно потёр лицо ладонями.

— Понятно. Китайский тур явно был насыщенным.

— Также вы указали: «чтобы могла поддержать разговор и не смотрела на меня как на мебель».

— Это я точно мог написать.

— И ещё: «желательно без истерик».

— А вот это, видимо, уже был крик души.