- -
- 100%
- +
После короткого перекуса пришло время заняться навесом.
Что под ним прятали аборигены? Почему от Солнца укрыли?..
Откинув полог, я вошёл внутрь. Вошёл и опешил.
Под навесом лежали люди.
Точнее, они были сложены в ряд, словно шпалы, от края до края.
Кто их сюда положил? Зачем? Почему они не выглядят мёртвыми?..
Я медленно шёл вдоль навеса и всматривался в лежащих.
Мужчины, женщины, пара подростков…
Ровненько так лежат, одинаково. Ноги вытянуты, руки по швам, головы запрокинуты…
Осторожно дотронулся до ближайшего.
Окоченения нет.
Дыхание? Вроде имеется. Пульс тоже, но редкий – по три удара в минуту. Как будто бы летаргия какая-то.
Но самое главное – лица. Хотя глаза и закрыты, во всём остальном – точь-в-точь как у тех, которых я встретил в Париже. Черты такие, что совершенно не за что зацепиться. Эдакие «безликие близнецы», вне зависимости от возраста, пола и телосложения. Даже в барьерном зрении они выглядели одинаково – тусклые зелёные сгустки без какого-либо отличия друг от друга.
«Зачем они здесь?»
Мысленно прозвучавший вопрос вызвал неожиданный отклик.
«Склад. Или, если хочешь, резерв», – буркнула Мела.
«Резерв? Для чего?»
«Скорей, для кого, – продолжила подселенка. – Большего, извини, сказать не могу».
Я досадливо крякнул. Видимо, надо спрашивать по-другому. С другими формулировками, более, так сказать, приземлёнными.
«Ладно. Спрошу по-другому. Ты говорила, что переходы между мирами тяготеют к источникам жизни. Здесь такой переход имеется?»
«Нет».
«Совсем нет?»
«Пока нет», – уточнила после короткой паузы Мела.
Ага. Пока – это уже кое-что. Поехали дальше.
«Этих безликих можно использовать, чтобы вернуться?»
На этот раз пауза длилась дольше.
«Думаю… можно».
«Подскажешь?»
Подселенка молчала почти полминуты. Но затем всё-таки выдала:
«Я знаю, что в твоём мире есть поговорка клин клином. Её и используй».
«И это всё?»
«Всё».
Я почесал в затылке. Подсказка получена, осталось понять, что за ней кроется.
Снова пройдясь вдоль лежащих, я внимательно осмотрел всех через барьер. Удача улыбнулась мне на самом последнем, дальнем, до которого в прошлый раз попросту не дошёл. В отличие от других, аура этого горела оранжевым, а не зелёным. В то же мгновение в голове у меня словно бы что-то щёлкнуло.
Из Парижа меня сюда отправил точно такой же «оранжевый». Если принять сказанное Мелой буквально, то, чтобы вернуться на свою Землю, надо, чтобы здешний «оранжевый» сделал бы со мной то же самое, что и его парижский собрат. И для начала, этого чувака требуется разбудить.
Будил я его минут, наверное, десять. Что только не перепробовал. И тряс, и пинал, и ставил на голову, и поливал водой, и орал ему на ухо матерные частушки… Всё тщетно. Клиент приходить в себя не хотел. Так и оставался безмозглым, несмотря ни на какие потуги…
Ситуацию спасла очередная подсказка от Мелы:
«Физическое воздействие не поможет».
В ответ я уже собирался сказать ей что-нибудь саркастическое навроде «Спасибо, кэп», но замер от внезапно пронзившей меня догадки.
Местная саранча ведь не просто так пробовала влиять на моё сознание. Наверняка ведь, она уже проделывала это с другими. Такими, как например, эти безликие. Может быть даже, они и стали такими благодаря саранче. И управлять ими можно, наверное, точно так же – ментальным воздействием. А «ментальное» здесь – это тот же барьер или энергия времени, которой во мне сейчас хоть отбавляй.
Несколько раз вдохнув-выдохнув, я молча встряхнул руками, сосредоточился, а затем резко «пальнул» в безликого энергетической нитью. Трёхцветной – алой, белой и золотистой. Сто против одного, эти три цвета должны были означать для него врага. Недаром ведь под эстакадой в Париже его «дружки» со мной даже не разговаривали, а сразу же начали убивать.
Эффект от использования барьера превзошёл все мыслимые и немыслимые ожидания.
«Оранжевого» буквально подбросило. В воздух взметнулись тучи песка. Всё ограниченное навесом пространство заволокло серой пылью, и сквозь неё в мою сторону блеснули заполненные белёсой мутью глаза. В то же мгновение оживший безликий выбросил вперёд руки, словно бы от чего-то отталкиваясь…
Сверкнула яркая вспышка…
По локтям и коленям ударил грязный асфальт…
По нависающему над головой метромосту прогрохотал поезд…
Глава 6
Подсказка сработала. Я вновь находился в Париже. Правда, уже не в том месте, где на меня напали безликие, а чуть подальше, метрах примерно в трёхстах, но не суть. Главное, моё возвращение состоялось и теперь мне, кровь из носу, требовалось понять, что это вообще было и почему?
Лежавший в кармане смартфон пискнул, сообщая, что сеть обнаружена. Судя по высветившемуся на экране времени, с момента моего исчезновения здесь прошло всего полтора часа.
Странно, конечно, но не настолько, чтобы уже бросаться паниковать.
«Тебе повезло, – сказала внезапно Мела. – Тебя перекинули через барьер наобум, неизбирательно, просто как возможную угрозу».
«Хм… Ты хочешь сказать, что есть некто, кто следит за нашей Землёй, и если на ней происходит что-нибудь для него угрожающее, он отправляет сюда безликих, и они эту угрозу уничтожают? Так?»
«Ну… не совсем, но похоже».
«Понятно. А если бы этот некто действовал не наобум?»
«Если бы на тебя охотились избирательно, то перекинули бы прямиком в Цита…»
Договорить она не успела, а если бы и успела, то я не сумел бы дослушать. Потому что в это мгновение меня вдруг скрутило приступом жесточайшей боли. Голова буквально раскалывалась, внутренности выворачивало наизнанку, кости крошились в невидимой мясорубке, судороги сотрясали всё тело, перед глазами висело кровавое марево, стянутая спазмом глотка беззвучно вопила, не в силах исторгнуть из себя хоть каплю зажатого в лёгких воздуха…
Когда же я наконец выдохнул и вновь получил возможность соображать, то обнаружил себя лежащим на боку в позе свернувшегося эмбриона, с подтянутыми к брюху коленями, разодранными в кровь кулаками, мокрым, как мышь, и трясущимся, словно в падучей.
Кое-как оклематься получилось не раньше, чем через минуту. Боль отпустила, лихорадка ушла, в глазах более-менее прояснилось.
Рядом никого не было.
Снаружи меня не били.
Судя по взбесившейся ауре, меня ударили изнутри.
Но этот удар нанесли отнюдь не по мне. Его нанесли по Меле. Точнее, это она сама его себе нанесла, решив сказать то, что нельзя. Может быть, даже случайно, не разобравшись, забыв о последствиях.
«Мела, ты как?» – спросил я её, судорожно сглотнув.
Ответа на мой вопрос не последовало.
Барьерный рисунок живущей во мне виртуальной личности был еле заметен. Тусклый бело-ало-золотой огонёк пульсировал на грани исчезновения. Слабая вспышка, тьма, вспышка, тьма, вспышка, тьма… Они чередовались неровно, то замедляясь, то ускоряясь, грозя пропасть навсегда…
Даже не представляю, что испытала Мела, если по мне этот удар пришёлся лишь опосредованно, но я от него чуть не сдох.
Единственное, чем я сейчас мог помочь ей – это хоть как-то стабилизировать её ауру, чтобы она горела, а не мерцала. Технически это было несложно. Почти как замазать раствором трещины на стене или залепить пластырем раны. Вот только вместо раствора и пластыря приходилось использовать часть себя. Часть моего рисунка, энергии, личности…
Я вырывал-вытягивал разноцветные нити из своей ауры и наносил их на ауру Мелы, стягивая прорехи, штопая дыры, разглаживая неровности… На стабилизацию ушло около двух минут, но результат того стоил. Рисунок соседки горел теперь ровно, но, чтобы окончательно восстановиться, ей требовалось время. Сколько конкретно, не знаю, но то, что не менее суток – железно…
В списке не отвеченных вызовов значились только два имени: Пао и Ан. Пока я отсутствовал, они звонили мне раз, наверное, сорок. Оно и понятно. Пропал неизвестно куда и даже сообщения не оставил. А дамы, ясное дело, волнуются. Нехорошо…
Ткнув в последнюю запись, поднял телефон к уху.
– Дир! Ты?! – закричала «труба» голосом Пао.
– Я, а кто же ещё?
– Куда ты пропал? Мы тут чуть с ума не со…
– Вы сейчас где? – перебил я её.
– Ан пошла информацию собирать, в полицейский участок. А я сейчас рядом с тем местом, где ты должен был ждать её.
– Отлично! Никуда оттуда не уходи. Я сейчас буду…
До нужного закутка под мостом я добежал за пару минут.
Закуток был огорожен сигнальной лентой. Внутри суетились местные полицейские.
Останавливаться и проявлять интерес я не стал. Сделал вид, что просто прохожу мимо, и направился к следующему пролёту под эстакадой, откуда мне уже подавала знаки прячущаяся возле опоры миледи.
– Давно здесь? – как ни в чём не бывало спросил я её, когда подошёл.
– Сорок минут, – посмотрела она на часы, затем перевела взгляд на меня и всплеснула руками. – Боже! Ты где так изгваздался?
– Потом расскажу. А ты пока объясни, зачем тут полиция и что Ан в участке забыла?
Паорэ принялась объяснять.
Судя по её сбивчивому рассказу, дело обстояло так.
Анцилла явилась на место моей драки с безликими, когда там уже вовсю работали полицейские. Два трупа, ещё двое раненых и двое каких-то арабов, совершенно невменяемых с виду, вероятно, под дозой. Именно это ей удалось увидеть, пока её не прогнали «ажаны». Меня она в закутке не нашла, на звонки я не отзывался, и тогда герцогиня позвонила Паорэ.
Та прибежала из библиотеки минут через двадцать. Посовещавшись, подруги решили разделиться. Пао осталась ждать меня здесь, экселенса отправилась за уехавшими полицейскими и задержанными. Ей удалось прицепить на одежду некоторым из них устройства слежения – камеры, маяки, микрофоны. Бывшей служащей Имперского Управления безопасности это большого труда не составило. Теперь, по словам Паорэ, Ан находилась где-то возле участка, слушала там все разговоры-допросы и пыталась понять, что случилось.
– Смещаться по времени вы не пробовали? – спросил я, когда рассказ завершился. – Ну, в смысле, назад откатить, чтобы узнать, что было.
– Пробовали, не получилось, – вздохнула миледи.
– Как так не получилось? – не смог я скрыть изумления.
– А вот так и не получилось. Пытались, но не смогли. Тут на промежутке между одиннадцать десять и двадцать словно какая-то блокировка стоит. Ни после, ни до тебя не было. А почему, непонятно.
– Ладно, – махнул я рукой. – Звони экселенсе. Пусть возвращается. Будем решать, что дальше…
Экселенса вернулась минут через десять и так же, как и миледи, удивилась моему затрапезному виду:
– Святые небеса! Где тебя так обтрепали?
– В гостинице расскажу…
По дороге Ан сообщила нам всё, что сумела узнать из прослушки.
Никого из задержанных и убитых в полиции опознать не смогли. Мало того, первых даже допросить не сумели. «Арабы» молчали, как рыбы, и просто пялились на полицейских абсолютно пустыми взглядами. Про меня в участке не знали. Сам инцидент местные следователи склонялись считать обычной разборкой между обкурившимися наркоманами из среды так называемых «беженцев». Меня это, в общем и целом, устраивало. Светиться в криминальных сводках желания не возникало.
К рассказу о собственных приключениях я приступил, когда мы пришли в отель и заперлись в номере. От своих женщин я ничего не утаивал… Ну, почти ничего. О чём не упомянул, так это о Меле. Раз с самого начала о ней не признался, делать это теперь уже не было смысла.
К тому, что я рассказал, дамы отнеслись более чем серьёзно. Шутка ли? Какой-то левый чувак отправляет их единственного мужчину неизвестно куда, а обратно он, несмотря на все свои суперумения, выбраться не в состоянии. Да ещё эта чёртова саранча… О её межзвёздном аналоге Анцилла, конечно, знала, но чтобы такие твари обладали возможностями псиоников, слышала в первый раз.
Разными каверзными вопросами они мучили меня часа полтора. А потом Ан объявила:
– Нет, так мы с этой фигнёй никогда не управимся. Сканер для гипносна у нас есть? Есть. Так что давай-ка лучше ложись, подключайся к прибору, а мы все твои приключения на камеру перекинем…
Вообще говоря, технология гипновидео, насколько мне было известно, частенько давала сбои и иногда записывала вовсе не то, что хотелось клиенту, но тут я возражать не решился. Даже во сне я никогда не изменял своим женщинам, так что если они и увидят что-то пикантное, это будет касаться лишь их двоих и никого больше. Да и потом навряд ли Анцилла будет пытаться вытащить из моего гипносна что-нибудь не относящееся к провалу во времени и пространстве…
Гипносеанс продлился до самого вечера. Именно столько, сколько у меня реально ушло на путешествие по пустыне.
Очнулся я с больной головой. Не такое это простое дело проходить посекундно всё, что успел пережить, и вспоминать то, что уже частично забылось.
Герцогиня и баронесса сосредоточенно смотрели в экран прибора и о чём-то тихонько шептались.
– Ну что, получилось?
Дама подняли головы, быстро переглянулись и прыснули в кулачок.
– Добрались до моих тайн? – изобразил я кривую усмешку.
– Они у тебя все какие-то… однообразные, – пояснила Паорэ. – Но интересные, не отнять.
– Но это не главное, – продолжила экселенса. – Главное, что мы получили всё, что хотели, и теперь пробуем совместить твой сон со здешней реальностью.
– Не понял, – нахмурился я. – Что значит, пробуем совместить?
– Мы полагаем, что та пустыня, куда ты попал, имеется также и здесь, на вашей планете.
Я почесал в затылке. Предположение годное. Странно, что сам до этого не додумался…
– И как успехи?
– Вот, смотри…
Пао оторвалась от экрана и уступила мне своё место.
Пар похожих картинок набралось около трёх десятков. Сомнений не оставалось. На нашей Земле и вправду имелась точно такая же местность, как та, где я побывал.
– Впадина Каттара, – прочёл я легенду под картой. – Ливийская пустыня, Египет, южнее Мерса-Матрух.
– Предлагаю слетать туда прямо сейчас, – заявила Анцилла.
Я покачал головой:
– Нет.
– Нет? Почему нет? – удивились подруги.
– Потому что нам неизвестно, что послужило причиной появления здесь этих непонятных безликих. Может быть, именно наши прыжки по планете туда-сюда спровоцировали наших врагов на действие.
– Что за враги? Почему не знаю? – мгновенно отреагировала экселенса.
– Думаю, что те самые, про которых нам говорила Мельна, – пожал я плечами.
– Да, но она говорила про одного врага, а не про многих.
– А разве это что-то меняет? – взглянул я на Ан.
– Ты прав. Разница только в количестве, – кивнула она после секундной паузы.
– Так что будем делать-то? – спросила Паорэ. – Неужели оставим как есть?
– Естественно, нет, – улыбнулся я. – Просто в эту пустыню мы полетим легально, на самолёте…
Удивительно, но за четыре недели нашего пребывания на Земли мы как-то ни разу не пользовались авиатранспортом. На дальние расстояния прыгали через шестимерную свёртку, для ближних брали машину.
Перелёт из Парижа в Каир моим дамам понравился. Ещё бы! Путешествовать на бизнес-джете – совсем не то, что эконом-классом на лоукостере. Удовольствие дорогое, но оно того стоило. Впечатлений хватило с избытком. Флаер или космический корабль ничего похожего не передаст. Даже на Анциллу подействовало, хотя уж кому-кому, а представительнице имперской аристократии к подобному не привыкать. Впрочем, причина простая. В Империи Бохав чрезмерная роскошь считалась в высших кругах моветоном, поэтому даже будущие герцоги и герцогини воспитывались в относительном аскетизме.
В Каире мы надолго не задержались. Арендовали небольшой частный самолётик и отправились в Александрию, а уже там наняли геликоптер с приличным запасом дальности и полетели на нём осматривать красоты Каттарской впадины.
Озера с белым дном, саранчи и безликих мы естественно не нашли, но всё остальное оказалось на месте. Ландшафты, по крайней мере, совпали процентов на девяносто. Глинистые распадки, скальные выступы, известняковый обрыв… оазис, где я обнаружил безликих… В последнем, правда, полотняный навес отсутствовал, и пальмы располагались чуть по-другому, но и водоём, и колодец, и окружающие холмы – всё это имелось в наличии… Плюс бедуины, которых в моём путешествии не было…
Пилот опустил машину рядом с оазисом, мы двинулись общаться с аборигенами.
Простая бумажка в сто евро сделала их удивительно разговорчивыми. Толку от этого, впрочем, не вышло. Действительно полезной информации мы от них не получили. Большую часть разговора замотанные в грязные шмотки кочевники масляно пялились на моих женщин и тихо шушукались между собой, вероятно, прикидывая, как бы заполучить их в свой бедуинский гарем. Пришлось от греха свернуть нашу «дружескую» беседу. Гарем бы они, ясен пень, не пополнили, но убивать дураков из-за такой ерунды мне не хотелось.
Удивительно, но более-менее интересные сведения нам предоставил пилот. Сказал, что может показать одно любопытное место, которое с земли не увидишь, но с высоты оно смотрится великолепно.
Сказано-сделано.
Полёт куда нужно занял меньше четверти часа.
– Смотрите, – указал вертолётчик, зависнув над словно бы выдолбленной среди скал котловиной. – Старые люди называют это место озером иблисов.
– Тут же воды нет. Почему озером? – удивилась Паорэ.
– Не знаю, – пожал плечами араб. – Возможно, что раньше вода тут была, но я про это не слышал…
* * *
Из Египта в Россию мы выбирались тоже на самолёте. Точнее, на самолётах. Кружным путём, через Турцию, Азербайджан, Казахстан. А дальше, на внедорожнике через неохраняемую степную границу около Орска. На этом маршруте, памятуя о въедливости отечественных погранцов, настоял лично я. Российские паспорта у нас были девственно чистыми (ни разрешений, ни отметок о въезде-выезде), а к иностранным требовались официальные визы.
В итоге, в моём родном городе мы оказались лишь на вторые сутки.
Паранойя, конечно, но лучше, как водится, перебдеть.
Дома ничего за время нашего отсутствия не изменилось. Обчистить квартиру никто не пытался, электричество не выключалось, оставленный Ан звёздный сканер работал в прежнем режиме.
– Надо ловить на живца, – с ходу выдала Пао, когда мы принялись обсуждать, что делать дальше.
– Кого предлагаешь? – деловито поинтересовалась Анцилла.
– Да кого угодно. Меня, тебя, Дира… – посмотрела на меня баронесса. – В любом случае, ловить будем вместе, так что никакой разницы.
– Ты ошибаешься, – не согласилась Ан. – Что-нибудь может пойти не так, а по закону подлости так и будет, поэтому живцом должен стать человек подготовленный. Больше всех опыта спецопераций, наверное, у меня, и значит…
– Как это у тебя?! – не дала ей договорить Паорэ. – Да я, если хочешь знать…
– Постойте, постойте! – остановил я едва начавшуюся перепалку. – Вы бы сперва объяснили мне, что значит «на живца», а потом уже спорили.
Дамы переглянулись.
– Ну, это довольно просто, – принялась объяснять экселенса. – Найдём в городе какое-нибудь малолюдное место. Возьмём астросканер, барьерную камеру, чтобы фиксировать ауры, и кто-то из нас начнёт по-быстрому прыгать. В пустыню, обратно, в пустыню, обратно, в пустыню, обратно… Если проблема в этом, к нам обязательно отправят безликих. Ну, а мы будем ждать их. Вычислим, который из них оранжевый, захватим, допросим, проверим, откуда идёт управление…
– А что с остальными делать?
Герцогиня презрительно хмыкнула.
– Можем прикончить, а можем лишь руки-ноги переломать, чтоб неповадно было гоняться за нами.
– Добрая ты, – посетовал я без какой-либо задней мысли.
– Да уж какая есть, – ответно усмехнулась Анцилла…
Детали предстоящей операции обговорили за час. На дело, чтобы не терять время, пошли в тот же день, вечером. «Малолюдное место» я выбрал недалеко от продуктового рынка, за гаражами. Днём там народу полно, но, когда начинает темнеть, простых обывателей там не встретишь. Зато «непростых» в достатке. В смысле, у подрабатывающих на базаре приезжих, в большинстве своём, гастарбайтеров из ближнего зарубежья, «постоянным» жильём являлись те самые гаражи, которые местные сдавали южанам в аренду. Полиция, к слову сказать, появлялась там регулярно, но дальше обычных миграционных проверок дело, как правило, не доходило.
Зачем я решил охотиться именно здесь?
Причина простая. Потому что подозревал, что безликие не чужаки, они не приходят в наш мир откуда-то из-за «барьера». Скорее всего, наш неведомый и невидимый враг умеет каким-то образом использовать уже имеющийся на Земле «человеческий материал». В смысле, делает безликими кого-то из местных «отверженных» и даёт им приказ сделать то-то и то-то.
Недаром ведь во французской столице на меня напали «арабские беженцы».
В России, как думалось, на эту роль лучше всего подходили гости из Средней Азии. Нетолерантно, конечно, но «такова се ля ви». Поскольку, даже если таких покалечат или убьют, в девяноста процентах случаев всё спишут на так называемые разборки «этнических мафий».
Иначе говоря, чтобы наша ловушка сработала лучше, задачу противнику стоило облегчить. А свою следовало облегчить вдвойне: вооружиться, изучить заранее местность, установить приборы слежения, наметить пути отхода, выбрать позицию наблюдателя…
После недолгого спора, наблюдать и записывать видео я поручил Паорэ. Всё-таки из троих, в плане бойцовской подготовки, она была наименее опытной. Баронесса, конечно, надула губы, но, в конце концов, согласилась. С Анциллой, увы, этот номер не прокатил. Она твёрдо заявила, что будет участвовать в заварушке вместе со мной. Отговорить её, к несчастью, не получилось, поэтому хочешь не хочешь, пришлось прорабатывать операцию с учётом того, что драться с безликими мы будем парой. На мои доводы, что противников из-за этого может прийти вдвое больше, герцогиня лишь фыркнула и сказала, что так даже лучше, будет из кого выбирать. Женщина, что поделаешь…
На место мы прибыли в районе двадцати одного ноль-ноль. Засаду устроили по всем правилам: чтобы ни у кого из «праздношатающихся» и мысли не возникало, что здесь кто-то есть.
Проход за гаражами к реке между двумя полуразвалившимися каменными «сараями» мало того, что изобиловал разбросанным тут и там мусором, в нём ещё и освещения никогда не было, а солнце сюда даже днём не заглядывало. Благодаря прошаренному ночному зрению, это давало нам неоспоримое преимущество над противником. Плюс со стороны реки они к нам зайти не смогли бы, только со стороны гаражей, и, значит, Паорэ в будущей схватке имела не только идеальную позицию для наблюдения, но и в случае опасности могла легко отступить. Сама она, правда, об отступлении и слышать не желала, но это уже вопрос тактики. Как будет на самом деле, могло показать только реальное столкновение…
Когда мы разошлись по проходу в разные стороны, я глубоко выдохнул и скомандовал: «Начали!»
Наш с Ан прыжок через шестимерность вышел на загляденье синхронным и точным. В обычную 3d-метрику мы вывалились всего в двух шагах друг от друга с интервалом в доли секунды. В знакомом оазисе за трое прошедших суток ничего практически не изменилось. Из-за уже накрывшей окружающие холмы темноты нас никто не заметил. Выждав для верности секунд двадцать, мы так же синхронно вернулись обратно.
«Никого», – показала знаком Паорэ.
За следующие пятнадцать минут никто по наши души за гаражи не явился.
Ну что же, первая провокация не удалась, попробуем слегка изменить условия.
Второй прыжок я совершил в одиночестве и пробыл в пустыне больше минуты.
Противник не среагировал.
Спустя четверть часа то же самое сделала Ан. Увы, с тем же итогом. Безликие не пришли.
То ли мы радикально ошиблись в оценке причин, то ли избрали неверную тактику.
– А знаешь что? – взглянул я на Ан.
– Что?
– Давай-ка мы не в пространстве переместимся, а во времени. Хотя б на минутку. А?
– Давай. Но только я первая…
Анцила исчезла и через минуту снова возникла на том же месте.
Результатов мы честно ждали около получаса. Перемещением экселенсы во времени безликие не заинтересовались.
– Ладно, – махнул я рукой, поняв, что ждать дальше бессмысленно. – Давай я тогда тоже попробую, и если ничего не получится, сделаем перерыв на подумать. О’кей?
– О’кей…
Я вошёл в свёртку и переместился на минуту вперёд. В Париже, как помнится, было практически то же самое, только тогда дистанция перемещения составила полчаса…
«Внимание!» – поднятая рука баронессы мгновенно заставила насторожиться.
Неужели сработало?!
Я не ошибся. В поле зрения камер незваные гости появились всего через двадцать секунд, а ещё через столько же они появились и перед нами. Шесть тёмных фигур выскочили из-за угла и молча бросились в драку.