Любовь не по правилам

Предисловие.

Новые герои. Новая история.

Но тот же мир, где любовь и ненависть ходят рука об руку.

Если ты уже читал «Вспомнить всё» – ты узнаешь, кто здесь прячется между строк.

Если нет – начни оттуда. И тогда всё это обретёт смысл.

Да, здесь всё будет по полной программе: смех, сарказм, ревность, недопонимания и те самые моменты «о боже, опять они?!».

В этой книге вы встретите всё, что делает жизнь непредсказуемой: горячие взгляды, случайные (или не очень) ссоры, маленькие победы и громадные фиаско, неожиданные повороты и разговоры, где каждый второй комментарий – скрытая угроза или тонкий флирт. А ещё здесь есть ревность, такая насыщенная, что её почти можно наливать в чашку и пить с кофе по утрам.

И да, если вы вдруг поймаете себя на мысли, что уже устали от всего этого хаоса – не переживайте. Это нормально. Сюжет будет продолжать вас удивлять, а герои – выводить вас из себя снова и снова.

Так что садитесь поудобнее, приготовьте кофе и погрузитесь в этот мир острых реплик, тайных взглядов и эмоций, которые ни на секунду не оставят вас равнодушными.

Добро пожаловать туда, где любовь и ненависть ходят по дому рука об руку – и где каждый новый день приносит маленький праздник… или маленький скандал.

ПРОЛОГ.

Она стояла около барной стойки и сканировала меня взглядом. Я приподнял одну бровь и медленно стал приближаться к ней. Она даже не успела ничего понять, чтобы сбежать – я подхватил ее за талию и усадил на стол, устроившись между ее ног.

– Громов, ты что творишь? – начала она повышать голос.

– А тебе разве не нужно помочь расстегнуть платье? – я ухмыльнулся.

Ее глаза стали бегать, а руки дрожать, но я не предал этому особого значения.

– Да… но…

Я притянул ее ближе, чувствуя, как она напрягается, и медленно повел бегунок молнии вниз. В моей голове это платье уже давно валялось на полу.

– Громов, это можно было сделать иначе!

– Я сделал это так, как посчитал нужным.

Как только бегунок доехал до своей точки, я повернулся ее уху и прошептал, чуть задевая ее мочку.

– Громова, главное не влюбись в меня…

Она дернулась, попыталась вырваться, но после пары неудачных попыток, успокоилась. Ее щеки покрылись румянцем, то ли от злости, то ли от смущения, я так и не смог понять.

– Я же не настолько глупа, чтобы влюбляться в такого кретина как ты! – прошипела она мне в губы. – Даже если бы ты остался последний парнем во всем мире, поверь, я бы ни за что не влюбилась в тебя.

– Уверена? – я сжал ее талию крепче.

Наши носы соприкоснулись, а глаза словно налились кровью. Мы что-то пытались доказать друг другу, в принципе, как и всегда.

– Это ты не влюбись в меня, идиот!

– А если я уже это сделал?..

Глава 1. Одиночество.

Открываю глаза и перевожу взгляд на часы. Час дня. Прекрасно! А я все еще валяюсь в постели, как будто бы у меня нет повода вставать.

– Елисеева, ну ты прямо Мисс Сюрприз!.. – говорю своему отражению, быстро чищу зубы и иду обратно в комнату, – проспать до обеда! Да что сегодня со мной? – Продолжала я ворчать, пока вводила пароль на ноутбуке.

В комнату заглянули мама с папой, я подозвала их к себе. Три пары глаз устремляются к экрану ноутбука. Мама сжала кулачки, хотя я не разделяла ее волнения. Я была уверена в том, что поступила, но это же мама, а она всегда переживала за меня. А папа бубнил о том, что вполне мог оплатить мне учебу и нам троим не пришлось бы переживать из-за таких пустяков.

Я зашла на сайт университета и щелкнула на файл документа с именами поступивших. Мама прикрыла глаза и сделала вдох, папа повторил ее действие, все-таки переживает…

Смотрю на большую таблицу и ищу свой факультет. Мое имя – пятое в списке. Победно выдыхаю.

– Умничка наша! – мама бросается ко мне с объятиями.

– Молодец, дочь, – добавляет папа, целуя меня в щеку.

– А Денис с Никой тоже поступили? – интересуется мама.

Снова перевожу взгляд на экран и понимаю, что одного имени здесь нет. Вероники Матвеевой нет в списках. Такого не может быть. Подруга всегда мечтала стать учителем. Она великолепно сдала все экзамены. Наверное, это какая-то ошибка…

Набираю ее номер, но в ответ лишь слышу гудки, а после холодное: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети». Что происходит?

– Ну что? – обеспокоенно спрашивает мама.

– Не отвечает, – говорю, и в груди начинает колоть от тревоги.

– Пойду позвоню Ниночке, – говорит мама, и они с отцом выходят из комнаты.

Поняв, что сидеть без дела не могу, набирала номер Дениса. Но он тоже не берет телефон. Сердце уже начинает подозревать, что произошло что-то страшное. В голову лезут самые страшные мысли, но я отгоняю их подальше. «Нет, все хорошо», – стараюсь убедить себя. Они сейчас точно вместе, у них просто как обычно выключен звук на телефонах.

Открываю социальную сеть и смотрю, когда эти двое последний раз были в сети. Ника – заходила вчера, а Денис – час назад. Так, это очень странно. Матвеева же раньше никогда не пропадала из соцсетей.

Спустившись вниз по лестнице, замечаю родителей, которые стояли неподвижно, все то время, пока я смотрела на них. Телефон в руках у мамы, но она не говорит по нему. Только смотрит на меня так, будто боится чего-то.

– Что случилось? – голос дрожит.

– Милая, она улетела, – тихо говорит мама и мой телефон падает на пол.

Мир замирает, и я вместе с ним…

– Как улетела? – непонимающе, спрашиваю я.

– Собрала вещи и улетела, – мягко отвечает мама.

– Куда? – спрашиваю, чувствую, как земля уходит из-под ног.

– Не знаю.

Я мотнула головой. Нет. Это ошибка. Она не могла бросить все, не попрощавшись. Она не могла бросить меня… Не могла же?..

В душе затаилась тихая обида на подругу. Но для начала нужно узнать, что случилось. А уже потом думать, что делать дальше.

– Дочь, ты куда? – кричит отец вслед, но у меня нет времени отвечать.

Выбегаю на улицу и мчусь домой к Громовым. Жара будто давит сверху, а я ее едва переношу. В такие дни мы обычно сидели дома и спасались мороженым.

Бегу без остановки, дыхание сбивается, во рту пересыхает, но я не останавливаюсь. Первой мыслью было побежать домой к Нике, но я вовремя поняла, что ее родители ничего не знали. Последней надеждой было то, что Денис сможет мне все объяснить.

Где-то глубоко в душе я догадывалась о том, что причиной всему – братья Громовы. Или один из них. Но кто именно, я пока не понимала…

Вероника с детства влюблена в двух братьев – Дениса и Ефима. Эта ее странная влюбленность началась, кажется, классе в восьмом. Как можно любить сразу двух парней? Тем более, один из них был старше нас на четыре года…

Хотя я всегда думала, что ее сердце принадлежит Денису. Но она отчаянно верила в другое. И, я понимаю ее, ведь сама влюбилась в одного из них…

Ника и Денис были неразлучны. Да, они часто ругались, но всегда стояли друг за друга горой. Помню, как Ника подралась из-за него. Она вообще никогда не давала в обиду своих. Особенно меня…

Денис постоянно решал ее проблемы. Возможно, он и не был самым добрым и идеальным, но для нас, а особенно для Ники, он был лучшим. Громов младший по уши влюблен в нее, об этом знали все. Но он никогда не признавался ей в этом. Может быть, будь он чуть смелее в этом плане, они уже бы встречались.

И почему я влюбилась в его старшего брата? Этот вопрос мучал меня всю жизнь.

Ефим Громов – мальчик-паинька, тот самый сын маминой подруги. Но на самом деле это всего лишь маска, которой он прикрывался. Я просто ненавидела этого парня, но, странным образом, еще и любила. Он мог вывести меня из себя всего за пару минут, проведенных в его компании. И все это началось в детстве… До восемнадцати лет все мы дети, да и ко всему прочему у меня был переходный возраст…

4 года назад…

Я как обычно пришла с Денисом и Никой к нему домой после школы. Эти двое ринулись к холодильнику, будто голодали весь день, а я направилась к комнате Дениса.

По дороге я наткнулась на Ефима.

– Почему одна? –облокотившись на дверной проем, спросил он.

– Потому что! – я не хотела с ним разговаривать и попыталась отодвинуть его, но у меня ничего не получилось.

– А волшебное слово? – ухмыльнулся он.

Самец хренов. Этому придурку на днях должно было исполниться восемнадцать, а вел себя, как и в свои четырнадцать… И чего прикопался к маленькой девочке? Хотя, о чем это я, маленькой я точно не была. Люди, которые не знали меня, думали, что мне уже шестнадцать. Я всегда выглядела старше своих лет.

– Придурок, свали, – прошипела я и наступила ему на ногу.

– Елисеева! – он разозлился, но уже через пару секунд натянул улыбку, заметив Нику.

Он всегда был в ее глазах хорошим, я бы даже сказала, ангелом, именно так она его и называла. Но это не потому, что она наивная, перед Никой он вел себя и правда как ангел. Но в действительности был настоящим демоном!

***

В предновогоднюю ночь, когда мы сидели у Громовых и разбирали конфеты из подарков, я впервые поняла: он совсем не ангел.

Ника и Денис помчались к родителям, чтобы похвастаться подарками, которые они же им и подарили… Глупые. А мы с Ефимом остались в комнате Дениса. Я заметила, что в его подарке лежало много моих любимых конфет и попросила поделиться со мной.

– Ефим, а можно мне эту конфету? – опустив глаза, спросила я.

– Нет, это мои конфеты, – резко ответил он и тут же закинул одну себе в рот.

Я надула губы и отвернулась.

В комнату забежали друзья и уселись рядом.

– Ефим, а можно мне эту конфету? – она посмотрела на ту самую конфету, которую просила я.

– Конечно, – он улыбнулся и протянул ей конфету, ту самую, о которой только что просила я.

«Дурак безмозглый», – подумала я.

С того дня моя обида переросла в настоящую ненависть. Из-за какой-то конфеты! Но мне и правда было настолько обидно из-за того, что он отдал ее Нике, а не мне…

С возрастом он стал просто невыносим, постоянно доводил меня, обвинял во всех НАШИХ мелких шалостях. Один раз мы разбили дорогую вазу его матери. Случайно, когда я отобрала у него пульт от телевизора. Ника и Денис пошли в школу, а мы с Ефимом заболели ветрянкой. Моей маме срочно нужно было решить один вопрос на работе, поэтому она отвезла меня к Громовым.

Ефим не разговаривал со мной, не играл и вообще никак не реагировал. Мне было до ужаса скучно. Я хотела посмотреть мультики, но он не давал мне это сделать. Пришлось применить всю свою хитрость и ловкость.

Когда он побежал за мной, случайно задел дорогую вазу. На шум прибежала его мама.

– Кто это сделал? – спокойно спросила она.

– Мам, Вика случайно, не ругай ее, – ангельским голоском произнес Ефим.

А я ужаснулась. Я? Это я ее случайно задела?

– Это не я, тетя Маша, – попыталась я возразить.

– Ничего страшного, Викуля, только не надо врать, – с нежностью сказала она.

Я еще больше разозлилась. Конечно, для нее Ефим – лучший сынок на свете, а мы втроем вечно попадали в неприятности. Кому она поверит? Конечно, не мне.

Я обиделась и поднялась на второй этаж. Проревела там целый час и дождалась маму. Перед отъездом я спрятала его любимые кроссовки.

– Громов, я подготовила для тебя квест. Удачи, – сказала я перед уходом и победно улыбнулась.

***

И так было всегда. Он всегда хорошо относился к моей подруге, а надо мной просто издевался. Ему нравилось выводить меня на эмоции. Но я все равно влюбилась в него. Я даже не могу объяснить, почему это чувство возникло. Просто он… он стал настоящим красавцем. В меру накаченное тело, идеальные скулы, ровный нос и пухлые губы –идеальный типаж для любой девушки. Я просто влюбилась в его внешнюю оболочку, но знала, что скрывалось за ней, поэтому о своих чувствах решила молчать. Надеялась, что пройдет…

Я действительно влюбилась в другого парня, но потом узнала, что он изменял мне. Моя лучшая подруга узнала об этом первой и устроила настоящее шоу. Когда одноклассники показывали мне видео, я смеялась до слез. Должна была плакать, но после увиденного не смогла. Через какое-то время, конечно, разрыдась. Школьная любовь самая больная и безумная из всех. Слава богу Ромка не был моей первой любовью – это место почетно досталось Ефиму Громову.

Я все еще не понимала, как можно любить человека, которого ненавидишь до глубины души. Наверное, никогда бы не поняла, но однажды он сделал что-то, что заставило мое сердце биться быстрее… Но об этом позже. Еще не время.

Добежав до дома Громовых, я вернулась в реальность. Отогнав все воспоминания, я бросилась к дому. На пороге застыла: сейчас я переступлю порог, и жизнь уже не будет прежней. Мне придется принять тот факт, что она действительно улетела. Оставила нас одних.

Я делаю шаг и открываю дверь.

– Вика? – удивленно произносит дядя Саша.

– Где он?

– У себя, – кратко отвечает его отец. Я бегу к лестнице, ведущей на второй этаж.

И конечно же, я встречаю Ефима. Разве могло быть иначе?

Ловлю флешбэк из далёкого прошлого: он также стоит у двери, пронзая меня взглядом.

– Что случилось? – будто замечает мое состояние.

– Тебе то какое дело? – резко ответила я.

Делаю шаг к двери Дениса, но он хватает мою руку.

– Пусти, – шиплю я, но он не отпускает.

– Что случилось? Почему он заперся?

– Спроси у родителей, – фыркаю.

– Не хочу, – мотает головой.

– Тогда ты и не узнаешь, придурок! – Вырываю руку и снова стучусь к Денису.

Он не открывает, а Ефим продолжает стоять рядом и душить меня своим присутствием. Я обессилено сползаю вниз по стене, поджимаю ноги и прячу лицо в колени. Слезы катятся по моим щекам, оставляя после себя соленые дорожки. Она правда улетела… она бросила нас всех!

– Денис, открой, пожалуйста, – прошу я.

– Что, черт возьми, случилось? – снова говорит Ефим, но я не обращаю на него внимания.

– Денис, давай поговорим, – снова стучусь.

– Встань с пола! – цокает Ефим, но я вновь не реагирую.

Он садится на корточки и протягивает руку. Я поднимаю голову и смотрю на него через пелену слез.

– Это все из-за тебя, – спокойно говорю я. – Ты что-то сделал…

– Да что случилось? Я только вернулся домой, – сердито отвечает он и садится рядом.

– Ефим, она улетела, – наблюдаю за его реакцией и понимаю, что он ничего не знает.

– Куда? Почему? – озвучивает он мои вопросы.

– Я не знаю, – шепчу я, хотя в душе понимаю: все это произошло из них.

Он делает глубокий вдох и опускает голову, словно сожалеет о чем-то. И чем больше я наблюдаю за его реакцией, тем сильнее убеждаюсь в том, что права.

Мне нужно узнать, что случилось и как можно скорее. Но сейчас нужно успокоиться. Мне нужна поддержка. Его поддержка…

Обессилено опускаю голову на его плечо, он дергается, но не отстраняется. Слезы все еще стекают по щекам, но вместе с ними по телу разливается странное тепло. Мне становится намного легче дышать. Чувствую легкость. Словно так и должно быть. Словно он – тот, на кого я могу положиться.

Но на смену легкости, приходит другое чувство, острое и холодное, оно подбирается ко мне, словно зверь к своей добыче. Одиночество. Теперь оно будет моим верным спутником…

Что такое одиночество? Вы когда-нибудь задумывались? Я– нет, но ровно до того момента, пока моя подруга не решила сбежать в другую страну.

Быть одному – это проводить вечера без разговоров о пустяках, без смеха и привычной болтовни. Это выходить на улицу и знать, что сегодня не увидишь кого-то важного. У каждого свое представление об одиночестве, но для меня оно – не видеть человека долгое время, не слышать его голос, не наблюдать счастливую улыбку. Одиночество окутывает тебя черной нитью: не режет остро, но оставляет шрамы. Медленно и болезненно напоминает о себе. И с каждым днем все больше и больше угнетает тебя…

У меня было много друзей, но настоящими оставались лишь Денис и Ника. А теперь… она оставила мне после себя одиночество, с которым я никогда не планировала встречаться…

Ефим поднимается с пола и снова протягивает руку. На этот раз я принимаю его помощь, потому что сейчас нет места ненависти. Зато полно места для одиночества.

– Спасибо, – выдавливаю из себя и вновь стучу в дверь Дениса.

Он наконец открывает дверь и пропускает меня внутрь. Ефим уходит в свою комнату, громко хлопнув дверью. Я осматриваюсь и прихожу в настоящий ужас: все вещи перевернуты, а у Дениса разбиты костяшки.

Достаю из сумки антибактериальные салфетки и бережно беру его руку в свою. Протираю рану, потому что идти сейчас за аптечкой не лучшее решение. Не хочу пугать его маму, она женщина весьма чувствительная.

– Ну зачем ты так?.. – спрашиваю тихо.

– Как она могла?..

– Что вообще случилось? – обеспокоенно спрашиваю я, вед его к кровати.

– Если бы я только знал…

Укладываю Дениса спать и накрываю одеялом, сажусь рядом. Он отворачивается к стене и засыпает. Я остаюсь рядом с ним до вечера, приношу воду, когда просыпается, глажу по спине и шепчу, что он справится. «И я тоже справлюсь», – мысленно говорю себе.

Ближе к полуночи в комнату тихо заходит Ефим.

– Тебе чего? – сонно спрашиваю я.

– Пошли, отвезу тебя домой, уже поздно, – спокойно говорит он, словно делает это каждый день.

Наш коттеджный посёлок огромен, идти домой одной я и так не планировала, так что соглашаюсь. Он открывает для меня дверь и садится в машину. Хренов джентльмен. Что с ним сегодня? Неужели я выгляжу настолько жалко, что он даже проявляет ко мне заботу?

– Садись уже, – поторапливает меня Ефим, и я слушаюсь.

В салоне автомобиля пахнет его духами. Сначала это душит, но потом ощущается странная близость – я впервые так близко к нему. Ефим всегда был равнодушен ко мне, а сегодня… сегодня он проявляет внимание.

Через пару минут уже подъезжаем к моему дому. Он зачем-то глушит машину и разворачивается ко мне.

– С тобой все нормально?

– Нет, я же ненормальная! – почему-то раздраженно отвечаю я и выхожу из машины.

Меня бесит, что он заботится обо мне. Он всегда заботился только о ней, так почему теперь ко мне такое внимание? Чертов Громов, почему ты все усложняешь?..

Я падаю на кровать и моментально вырубаюсь. Сегодня был слишком тяжелый день…

Через неделю мне позвонила Матвеева и все рассказала.

Я никогда не думала, что Ефим может быть влюблен в Нику. Я всегда считала, что он видит в ней лишь младшую сестренку…

И тут я подумала, а что, если ее отъезд – это мой шанс? Что если я смогу завоевать его?..

Глава 2. Яд.

Прошло уже две недели с того момента, как подруга сбежала от меня. Каждый день я вспоминаю ее – звонкий голос, выразительную мимику, даже привычные движения. Без нее все кажется неправильным. Будто она забрала с собой часть моей души.

Но не только мне тяжело. Денис… он совсем потерял над собой контроль, а я не могла помочь, как бы сильно ни старалась. Сколько бы раз я ни пыталась вытащить его со дна, он снова нырял обратно. Сам привязал к себе якорь, который тянул его вниз.

Семь дней назад…

Я возвращалась домой после тренировки по настольному теннису, когда увидела его – Денис сидел на лестнице у моего дома, сжимая в руке бутылку водки.

– Денис, ты почему в таком состоянии? – я присела на корточки и осторожно вытащила бутылку из его пальцев.

– Вик… я не могу жить без нее, – прошептал он, – неужели так будет всегда?

– Можешь! – резко ответила я, – ты можешь жить без нее, не говори глупостей!

Я злилась, хотя и прекрасно понимала его боль. Алкоголь – не спасение. Он только заглушает чувства, а потом делает еще больнее. Губит изнутри – и душу, и тело. Это яд. А с ядом в организме человек умирает. Но может для него яд – не алкоголь, а она? Она – яд и противоядие одновременно…

– Неужели ты не чувствуешь то же самое, что и я? – он поднял голову и посмотрел в мои глаза.

– Мне тоже тяжело, – тихо ответила я, – но я же не бегу за бутылкой при первой же возможности!

– Ты сильная. А я – слабак.

– Ты тоже сильный и ты сможешь справиться с этим, – уверенно сказала я и помогла ему подняться.

– Ты не понимаешь! – сорвался он и выдернул руку.

– Денис, прекрати, – устало попросила я и присела на ступеньку.

– Прекратить? Ты серьезно? Я должен просто забыть ее? Стереть из памяти? Найти другую? Или может я должен простить?

– Сделай хоть что-то из этого, – покачала я головой, – не ради нее. Ради себя.

Он сжал бутылку, будто хотел разбить ее, потом опустил руки.

– Мне пора. И зачем я только пришел? – пробормотал он и ушел.

Я осталась сидеть на лестнице. Подняла голову и стала свидетельницей прекрасного малинового заката.

– Как думаешь, мне стоит пойти за ним? – спросила я у неба, будто оно могло мне ответить, – пожалуй, стоит, – ответила себе я и поднялась.

На дороге впереди – шатающаяся фигура друга. Я ускорила шаг, потом побежала. Он заметил меня, бросил злой взгляд и снова отвернулся. Будто это я во все виновата!

Был бы ты чуть смелее, а твой брат – чуть меньше придурком, все было бы иначе. Но нет же! Вам двоим обязательно нужно было влюбиться в одну девушку. Идиоты…

– Если хочешь сделать из меня козла отпущения, хотя скорее козу – пожалуйста. Делай, что хочешь, мне все равно, – строго сказала я. – Но это не значит, что я оставлю тебя одного, – схватив его под руку, тащу домой.

Ответа не следует, оно и понятно – он еле держится на ногах.

Когда мы подошли к дому Громовых, Денис вдруг остановился.

– Ты чего? – обеспокоенно спросила я.

– Не хочу домой, – глухо говорит он. – Не хочу выглядеть в их глазах жалко.

– Ты не выглядишь жалко, – вру, не моргнув. – Просто… немного не в ресурсе.

Он тяжело вздохнул и снова начал двигаться.

Я открыла дверь – тихо, чтобы не разбудить его родителей. Еще на улице я заметила, что машины Ефима нет. Отлично. Значит, все пройдет без свидетелей.

Денис плюхается на стул, и я помогаю ему снять кроссовки. Потом – по лестнице, шаг за шагом, пока не оказываемся в его комнате.

– Боже, – я схватилась за голову, чуть не уронив Дениса.

– Не уходи, ладно? – промямлил он и упал на кровать.

Делаю глубокий вдох. Успокаиваюсь. Накрываю это тело одеялом и оглядываюсь вокруг. Повсюду бардак: одежда, бумаги, пустые кружки. Начинаю на автомате все собирать.

В куче исписанных листов одно бросается в глаза. Письмо. Для нее…

«Матвеева, я думал, ты всегда будешь рядом со мной, поэтому не спешил признаваться тебе в любви. Я боялся, что это признание разрушит нашу дружбу. Я просто боялся потерять тебя… А ты не побоялась разрушить все… Ты оставила меня, перевернула словно страницу из главы своей жизни. А я не могу так. Не могу забыть твой приятный голос, твой взгляд и эти чертовы губы, которые я столько раз хотел поцеловать.

Я хотел бы сейчас вдохнуть аромат твоих волос, от них всегда пахло ягодами. Может ты и не замечала, но я всегда смотрел только на тебя. Каждое твое прикосновение было для меня подарком, искушением и болью.

Я просто любил тебя издалека. Я просто любил…»

Аккуратно сворачиваю лист и кладу обратно. Наверное, не стоило читать… но поздно, что сделано, то сделано. Нахожу еще десяток таких писем, но не трогаю. Все – для нее. Жаль, что она никогда об этом не узнает…

После незапланированной уборки тихо выскальзываю из комнаты. Его родителей по пути не встречаю – и слава богу. Хотя, даже если бы и встретила – соврала, и глазом бы не моргнула.

Но стоило мне выйти за калитку – и вот оно, великое совпадение.

Передо мной стоит Ефим, он только что припарковал машину.

– Елисеева? – удивленно произнес он.

– Громов? – передразнила я его.

– Ты что делаешь здесь в такое время?

– Скучала по неприятностям. Решила прогуляться и вот на тебя наткнулась, совпадение? – ухмыльнулась я.

– Рад, что скрасил твой скучный день, – съязвил он и обошел меня.

Но за калитку он так и не зашел.

– Тебя подвезти? А то вдруг найдешь еще неприятности.

– Поверь, хуже тебя ничего не случится, – твердо сказала я и зашагала прочь.

Как я вообще собираюсь его добиваться, если при каждой нашей встрече теряю самообладание? И не могу держать язык за зубами…