Проснуться однажды, или Всё началось с измены

Глава 14

Гранд проводил меня до той же комнаты, сказал, что придет служанка, принесёт поесть, поможет приготовиться ко сну и, попрощавшись до следующего раза, не уточнив, когда ушёл.

Я вошла в тёмную комнату, подошла к кровати, благо запомнила, где она находилась и села на неё.

И это всё? Вот такая свадьба? И ни колец, ни праздничного застолья – ничего, что должно присутствовать в моём понимании. Вот именно – в моём! А здесь, наверно, всё по-другому. Да и новый муженёк хорош! Довёл до комнаты, бросил -«увидимся завтра» и исчез в темноте коридора. Он даже не зашёл в комнату, чтобы проверить что тут и как. А может меня тут опять решили «окурить» по-тихому? Хотя, вряд ли. Я тут могу просто замерзнуть или умереть от страха в темноте. Хорошо, что хоть в теплом плаще, а так бы и околела, ожидая появления служанки.

Не знаю сколько я так просидела, когда наконец-то появилась Нисса.

– Ой, гранда, вы уже здесь? А почему свечу не зажгли? – спросила она, появившись со свечкой и еще чем-то в руках.

Она поставила у кровати какую-то емкость из которой исходило тепло, а затем с помощью своей свечи зажгла свечу в подсвечнике, стоявшем на столе.

– А как я, по-твоему, могу зажечь свечу, если темно и ничего не видно?

– Простите меня, гранда, я думала, что вы придете позже и ничего не приготовила. Ну, ничего, сейчас станет тепло.

– Хорошо, тогда помоги мне раздеться и принеси что-нибудь поесть. И… я бы хотела, если уж не помыться, то хотя бы обтереться влажной тканью, а еще бы переодеться.

– Да, конечно, сейчас всё будет, только вот из одежды у вас больше ничего нет.

– Как нет? Я что сюда приехала без вещей?

– Я не знаю. Всё, что было у вас в комнате, я принесла, а есть ли еще что и где – не знаю, простите.

– А ты не могла бы позвать ко мне брата или отца?

– Да, если найду, то скажу, что вы хотели бы их видеть.

Она помогла мне снять плащ. Накидку я решила не снимать, все-таки тут еще холодно. Затем, подхватив свечу, с которой пришла, она вышла из комнаты. Я села на кровать рядом с чем-то напоминающем неглубокий таз с ручками, в котором лежали нагретые, почти раскаленные камни. Вот от них-то и исходило тепло.

Да уж, такое отопление я еще не видела. У них здесь что, ни печей, ни каминов в комнатах нет? Интересно, а там, куда меня отвезет гранд тоже такая древность? Это же север и тут должны знать, как обогревать жилища, тем более, если они каменные. Не горячими же камнями они отапливаются?

– Бель, как ты? А почему здесь не прогрели? – зашел в комнату брат, даже не постучав.

Нет, я, конечно, понимаю, что это его комната – была вначале, но раз уж тут теперь я, то …. А вдруг я не одета? Хотя, в такой холодине… да и видел он меня уже неодетой и не он один, что уж теперь играть в непорочную невинность.

– Нисса только что принесла, скоро станет теплее. Истиан, а у меня есть хоть какая-то одежда. Я бы хотела переодеться и вообще…

– Мы, забрав тебя из куэна, взяли с собой только дорожную и для заключения союза. Бранн Ветрийский должен был обо всём позаботиться. Поэтому и донн такой большой. А он тебе ничего не давал?

Я отрицательно покачала головой.

– Я схожу узнаю, где твоя одежда и всё принесу.

Он ушел, а я опять осталась одна, раздумывая над своей странной судьбой и еще более странными событиями, и обо всём, что со мной произошло за последнее время. И зачем я только поехала на дачу? Была бы сейчас у себя в тёпленькой квартирке, а не мерзла в каменном мешке. И как там мои родители …

Вскоре пришла Нисса и принесла на подносе горячей еды.

А на ужин у меня было примерно тоже, что и на завтрак и обед – никакого разнообразия. А может кухарка готовит одноразово большое количество еды, которую и съедают в течение всего дня? Уточнять я не стала, может у них тут так принято. Съела, что дали и поблагодарила.

Нисса собрала посуду на поднос и унесла ее, сказав, что вернется с теплой водой для обмывания.

Почти сразу после её ухода вернулся Истиан и сообщил мне не очень радостную новость – другой одежды у меня не было. Меня это даже не удивило, всё и так было понятно. Первый муженёк решил не делать лишних трат на одежду, решив от меня избавиться сразу же в первую ночь. И тратиться не надо, раз уж женушка того… Интересно, как бы он потом объяснял мою скоропостижную кончину? Хотя, теперь это уже и не важно, но зато понятно присутствие охранника у двери. Истиан, кстати, подтвердил мои мысли по поводу «избавиться», правда, объяснил отсутствие одежды тем, что ко мне должны были прийти мастера для пошива одежды и обуви сразу же на следующий день после заключения союза – это со слов бранна Ветрийкого, естественно. Ну, да – конечно, вы типа сказали правду, а мы типа в это поверили.

– И что же мне теперь делать? Гранд сказал, что мы завтра отбывает в его замок. А я даже не знаю сколько займет дорога, холодно там или нет, да и вообще…

– Гранд передал тебе двадцать рюмей – десять золотых и десять серебряных, чтобы ты завтра сходила на торг и купила себе всё, что понадобится в дорогу и на первое время.

Он положил на стол небольшой кожаный мешочек.

– До его замка ехать почти два дня. Он севернее, ближе к морю и думаю, там холоднее, – обрадовал меня брат.

– Истиан, а двадцать рюмей это сколько?

Он взял мешочек и вытащил из него небольшую желтую монетку.

– Вот, смотри. Это один золотой рюмей. Один золотой рюмей – это или десять серебряных рюмей, или сто бронзовых рюмей. Один серебряный рюмей – это десять бронзовых рюмей или сто рюм, а один бронзовый рюмей – это десять рюм, – закончил свой ликбез по местной денежной системе брат.

Затем он положил золотой рюмей в мешочек на столе и снял с пояса свой мешочек, из которого достал одну серебряную монетку, размером и толщиной меньше, чем золотая, затем бронзовую, меньше, чем серебряная и наконец самую маленькую и тоненькую, отлитую не понятно из какого метала по цвету похоже на олово, а может и нет.

На золотых, серебряных и бронзовых монетах был отчеканен профиль, видимо тсаара с одной стороны и звезда с другой. А вот на самых маленьких монетках только звезды по обе стороны, а в центре небольшая дырочка.

Как пояснил Истиан, самыми ходовыми были монеты с дырочкой, их обычно надевали на специальную верёвочку, которую привязывали к поясу. Вторыми по популярности были бронзовые монеты, реже расплачивались серебром, и еще реже золотом.

Это ж какую тяжесть нужно носить в мешочке, если нужно много чего купить на рынке или …. Где тут у них что покупают, интересно? Ну, надеюсь Нисса мне поможет и сориентирует в ценах и местах.

– А может мне прямо в свой удел поехать, чтобы уже сразу устроиться и жить там, пока гранд будет на службе?

– Я не знаю. Вам бы с ним всё обсудить, но сначала всё равно придется ехать в вече грандства, чтобы одеть спарры.

– Я бы не против обсудить, только вот он меня сюда привел и ушел. Где мне его искать, если я тут ничего не знаю? … Спарры? А что это такое?

– Прости, я и забыл, что ты не помнишь, что это такое, – улыбнулся он, извиняясь.

– Это знак союзности. У меня нет, не могу показать, но, когда вы приедете в грандство, пойдёте в вече и вам их наденут, там и увидишь. А с грандом я поговорю и завтра утром или он придет к тебе, или я отведу к нему, – закончил он своё краткое объяснение, из которого мне стало понятно не больше того, что я знала до этого. Почти ничего.

Я смотрела на Истиана и … Понятно, что ничего не понятно. Спарры какие-то ещё будут надевать. Звучит так как «кандалы» или «наручники». А что, если и правда, что-то подобное? Как бы узнать? К свинке, что ли сходить? Она же тоже свежеиспечённая жена, значит на неё уже надели … Пояс верности на неё надо надеть!

Может он и хотел мне ещё что-то сказать, но вернулась Нисса с какой-то лоханью, из которой исходил пар, и двумя холстами. Он понимающе посмотрел на это и ушёл.

Помыться сегодня, видимо, не судьба. Ну, хотя бы обтереться теплой водой. Как говорится: «за неимением бани, сойдет и вода в лохани».

Закончив со всеми помывочными процедурами, я улеглась в постель, попросив Ниссу разбудить меня пораньше и съездить со мной в город, чтобы купить всё необходимое на первое время и в дорогу. Она согласилась и ушла, оставив меня одну в пока еще прогретой комнате.

Вот балда, забыла у неё спросить про спарры. Может она уже замужем и просто показала бы мне. А то понятия не имею что это.

Обычно, когда со мной разговаривают, я понимаю почти все слова и адаптирую их на русский, если есть эквиваленты, а вот спарры … Нет у нас такого слова. Даже не представляю, что это и как это надевают. Скорее всего или кольцо, или браслет, а не те страшилки, о которых я подумала. Во всяком случае я очень на это надеюсь. А теперь, что уж, ладно, увижу, когда придём в вече.

Глава 15

Утро следующего дня началось рано и закрутило меня в суете обычных дел. Самым же важным перед поездкой в город для приобретения необходимого, нужного и «на всякий случай» было общение с отцом и мужем. Послевкусие от этого общения осталось неоднозначным.

Гранд, хоть и не прятал свою ненависть и раздражение из-за меня в качестве жены, да и от союза в целом, оказался очень обязательным человеком. А самое главное не жлобом и не жадобой.

Уже утром, при встрече в небольшой комнатке, где меня ждали отец и Истиан, ну и муженёк, куда же без него, мне поведали о том, что меня ожидает в ближайший месяц.

И вот сейчас, находясь в карете, если так можно назвать коробку с небольшой дверью и маленькими окошечками почти под крышей, которые плохо пропускали свет, я раскладывала по полочка полученную информацию. Кстати, почему тут, на севере, такие кареты, я поняла только потом. Всё из-за климата или из-за ветров, которые были очень холодными.

Завтра утром мы с графом отправляемся в его замок, куда он меня привезет и представит как свою жену, то бишь союзницу. Поездку, как оказалось пришлось отложить на день, потому что у меня вообще ничего не было. Вот просто во что одели в куэне – то и есть. Поэтому у меня день на закупки всего необходимого в дорогу и минимума вещей на первое время в замке, а там можно докупить или сделать на заказ уже в грандстве.

В замке гранд останется на несколько дней и потом уедет в Демию – столицу страны, чтобы подготовиться к своему отъезду в Рьяман – столицу соседнего Маньяра, где и пробудет примерно год, работая в посольстве на благо государства и обучаясь управлению. Затем он вернется в своё грандство, где мы с ним и будем жить поживать, да добра наживать.

За время отсутствия муженька мне нужно спокойно жить в замке, ожидая его возвращения, и не позорить своим поведением уважаемые семьи. Я могу принимать гостей в замке, а вот самой шляться по гостям нельзя, ну ни прямо так нельзя, а лучше пока избегать визитов. Так-то понятно, что чем меньше я вне замка, тем больше я под присмотром. Исключения составляют кратковременные поездки в главный город грандства – столицу Карминь и в мой удел в Уречье. Лучше, конечно, без ночёвки, но уж если такое случится, то не более двух ночей.

Съездить в город, как и в свой удел, чтобы посмотреть, что и как, я могла лишь с охраной и компаньонкой, скорее грандской соглядательницей, на тёпленькое место которой он и пригласил своих дальних родственниц. Выбор надсмотрщицы доверили мне, дабы дать мне право выбора – это же моя компаньонка. Муженек уже разослал предложения, то бишь приглашения к сотрудничеству, и согласившиеся «наблюдательницы» приедут в замок на следующей неделе.

Кстати, неделя тут длится десять дней, да и вообще принято считать десятками, но компаньонки приедут дней через пять. Я должна буду выбрать одну или двух – как пожелаю, вот она-то и будет за мной «присматривать», то есть сопровождать.

Как, однако, всё тонко устроено. Сама же выбирать буду. Ну, да ладно, дал хоть какую-то видимость выбора, а не приказал. Оплачивать их работу, как и уже нанятых мне отцом учителей, будет муженёк. Правда, учителя приедут с юга. Не знаю, как уж он мог их нанять, находясь здесь на севере, но сказал, что приедут две молодые семейные пары. Видимо всё это планировалось заранее и им просто изменили место прибытия – в Карминь. Если всё так как говорят, то я этому только рада, значит отец думал обо мне.

Каждый месяц, а это, как оказалось, всегда тридцать дней, я буду получать содержание в 5 золотых рюмей на булавки и прочие дамские штучки и тратить их по своему усмотрению. Кормежка и проживание, естественно, за счет замковых расходов. Управлением ни замка, ни грандства мне заниматься не нужно, потому что там уже есть и хороший управляющий, и замкоправительница – «хранительница ключей», как я её назвала, и весь необходимый штат прислуги и работников. Конечно, как жена гранда, я тоже хозяйка и могу «присматривать», вносить незначительные изменения в распорядок или работу в замке или грандстве, но так, чтобы замок так и остался на своем месте, грандство не разорилось, а заведённые правила и устои были не нарушены.

Ну, понятно. Мне можно всё в пределах моих дозволенностей. А если будут спорные вопросы, то нужно отписать гранду или его папеньке – гранду «на пенсии».

Да-да, это примерно так и звучит. Граф-отец Валерьян Карминьяр сложил с себя полномочия и ушел на заслуженный отдых, передав «бразды правления» грандством старшему сыну по достижении оного тридцатилетнего возраста и отбыл на проживание в столицу поближе ко двору и прочим благам цивилизации.

Оказывается, тут так принято, что титулы были не наследными, после смерти, а полученными при рождении, ну или при замужестве, причем женщины после замужества всегда принимали титул мужа, а мужчины нет, так и оставаясь при своём, полученным по рождению. Они всегда сохраняли свой титул, исключая нарушение законов и другие государственные прегрешения, при которых теряли всё – и титул, и земли, и деньги. «Раскулаченные» нарушители ссылались на север ближе к Белому морю, где занимались освоением дальних земель.

Титул, земельные владения грандства или браннства и его управление передавались от отца к старшему сыну только по достижении оного тридцати лет. Если старший сын был мал, когда гранд или бранн не доживал до положенного возраста сына, или были только дочери, то управление грандством передавалось ближайшему родственнику по мужской линии, ну, на крайний случай опекуну. Сложивший с себя полномочия гранд или бранн мог переехать жить с семьей куда захочет или куда сможет – средства позволят. На проживание «на пенсии», как правило, жили за счет приемника, или на имеющиеся накопления, которые могли быть только в том случае, если грандство оставалось как минимум в таком же состоянии, как и было при прежнем гранде. В общем, хочешь жить хорошо на пенсии – веди дела так, чтобы на неё накопить или чтобы тебя сын хорошо содержал.

Не знаю, как уж договаривались мой муж и его родители и какую сумму выделял молодой гранд на их содержание, но, судя по проживанию его «родителей пенсионеров» в столице – грандство явно не бедствовало.

После того, как мне кратенько это объяснили брат и отец, до разговора с мужем, мне стало понятно почему муженёк особо не спорил и женился на порченой бранне. Тут и ежу понятно, что между «быть женатым и жить в своём грандстве» и «быть не женатым и валить лес у Белого моря» гранд выбрал первое. Только вот, с чего он взял, что она, а теперь уже я, порченная? Я вот, например, точно не знаю.

Это мне было без разницы, потому что меняла «шило на мыло» – ни бранна, ни гранда я не знала и видела их в первый раз, а вот гранду было из чего выбирать – или сам в крестах – в союзе со мной, или голова в кустах – на лесоповале на крайнем севере. И «ничего личного – только бизнес», ну и благодарность родственничкам.

Мой теперешний муж был старшим сыном и вступил в управление грандством месяца два тому назад. Вот так я и узнала сколько моему второму муженьку лет. Приличная у него разница с Лизабель, но для Изольды Романовны он совсем ещё мальчишка!

Так вот, чтобы набраться опыта и посмотреть, как в другой стране управляют, он и собирался поехать в Маньяр, а по возвращении жениться. Может у него уже и невеста была «припасена», а тут я или, скорее, дядька со своим законом. В общем-то понятно почему он ко мне испытывает ничего кроме…. Да и какая разница, что он там сейчас испытывает! Я-то тут причём! Пусть все претензии отправляет колобку! Жизнь, ведь, она такая, сегодня одна, а завтра – другая и никогда не знаешь какой колобок по ней прокатится.

Глава 16

Пока я раскладывала по полочкам полученные знания, сидя с закрытыми глазами в карете на не очень удобной лавке, потому что так было проще трястись в коробке почти без света, мы приехали в Ветрий – главный город браннства первого мужа, который находился примерно в часе езды от замка.

Наша карета остановилась, открылась дверь и охранник, а их с нами было два, да еще и кучер, помог вылезти из неё, подав руку. Я выбралась из кареты, дала глазам привыкнуть к свету и немного прошлась рядом с ней, чтобы осмотреться и размять ноги.

Наша карета стояла недалеко от двухэтажного здания из светлого камня, рядом с мощенной дорожкой, проходящей между домами и ведущей на центральную площадь. Другие здания тоже были не выше двух этажей, только серые и между ними были такие же не очень широкие дорожки, по которым могли пройти либо люди, либо небольшие ручные тележки, но не кареты. Все кареты и телеги подъезжали с задней, тыльной стороны домов и останавливались в отведенных местах. На торговую площадь ни кареты, ни телеги не могли проехать, все товары подносились или подвозились на ручных тележках.

– Гранда Карминьяр, а вы что собираетесь покупать? – спросила меня Нисса.

– Да, я даже и не знаю точно. Что-нибудь из одежды в дорогу и кое-какие личные вещи. Пройдемся посмотрим, а там решу.

– А вы сколько и каких денег взяли? – продолжала спрашивать Нисса.

Я посмотрела на неё, слегка приподняв одну бровь, как бы спрашивая: «А тебе-то что?»

– Вы извините меня, гранда, за такой вопрос, – немного стушевалась девушка, но если у вас серебряные рюмей, то нужно часть поменять на бронзовые рюмей, а другую на рюмы.

А я про это даже не подумала. Да и откуда мне, привыкшей к электронным картам или к оплате по телефону, знать все тонкости нового мира. Молодец Нисса, хотя, она-то как раз отсюда, поэтому и знает с какими монетами лучше ходить на торг. И еще раз молодец, что напомнила о необходимости размена денег.

– И где я могу поменять монеты?

– Так вот же, мы как раз за мытней и остановились, тут и разменяем.

Мы гуськом поднялись на второй этаж по внешней узенькой лесенке, по которой мог подниматься только один человек. Сначала шёл один охранник, потом я, за мной Нисса, а за ней уже второй охранник.

Интересно, это чтобы не было толпы или в целях безопасности?

Поднимаясь, я огляделась и не заметила толпу, на лестнице были только мы, а остальные шли по дорожке прямо на торг.

– Сегодня не праздный день и не торговый, народу не много – хорошо, – произнесла Нисса, замечая мои оглядывания и, как бы, отвечая на незаданный мною вопрос: «Где все?»

В маленькую комнатку с небольшим окошком смогли втиснуться только мы с Ниссой и один охранник, а второй остался ожидать на небольшой площадке перед входом.

Я решила не трогать золотые монеты (а вдруг это все мои деньги на этот месяц, а может и на год?) и разменяла 2 серебряных на 17 бронзовых и 30 рюм. Сначала хотела разменять больше на мелкие монеты, но после того, как мне показали несколько связок, на которые были нанизаны рюмы, решила не брать лишний вес. В любом случае, если не хватит, то всегда можно вернуться.

После размена денег мы спустились и пошли по дорожке на торг. Я хотела сначала пройтись, посмотреть и поспрашивать цену, а потом уже купить все, что надо.

Когда мы вышли на торговую площадь – торг, первое, что я увидела– это не очень высокую башню в центре, чем-то похожую на сторожевую, в которой находилось два человека, одетых в одинаковую черную тёплую одежду и светлые шапки. Они наблюдали за тем, как идет торг, меняясь местами время от времени.

Так как сегодня был обычный день, а не торговый, то народа было не много, впрочем, как и торговцев. Мы прошлись по рядам, расходившимся в разные стороны из центра – башни и до мощеной дорожки около домов. Мы прошлись по рядам с одеждой, которая тут, на мой, взгляд была недорогой. На бронзовые рюмы можно было купить очень хорошие вещи из натуральных льняных или шерстяных тканей или светлых, или тёмных тонов. Большую часть занимали изделия из меха, кожи и шерсти, реже встречались вещи из грубого и отбеленного льна. Ни шёлка, ни хлопка я не заметила. Это потому, что не торговый день, маленький город или такого тут просто нет? Почти вся рассматриваемая мной одежда была или из меха, или из шерсти. Ну это и понятно – север. А вот из льна были или нижние рубахи, или мужские зауженные штаны, рушники и полотна разной длины и ширины.

А вот женского нижнего белья я так и не встретила, кроме разной длины сорочек и широких рубашек.

Хотя мы ходили не очень долго, да и на площади было не ветрено, потому что дома стояли кругом и были разделены дорожками, ведущими к площади, я почувствовала, что начинаю замерзать в одном важном месте. Как вообще на севере, да еще и зимой, женщины не носили ни нижнее бельё, ни колготки, ни штаны? Это мне одной холодно или они уже привыкли?

Глава 17

Пока мы ходили между рядами, я разговаривала с Ниссой о ценах, жизни в браннском замке, в браннстве и о разных незначительных хозяйственных вещах.

Так я и узнала, что Ниссе было 15 лет и её наняли мне в служанки. Она недавно приехала из дальней деревни, где у нее осталась семья: отец, мать, два младших брата и сестра.

– А ты со мной поедешь в грандский замок или тут останешься? – спросила я, потому что нужно было знать заранее, чтобы если что, то и ей может что нужно будет прикупить.

– Так ежли ж возьмете с собой, от чего ж не поехать. Мне все одно надо на донн самой зарабатывать. А то еще год другой, и никто на союз не возьмет. А так-то я может и на донн заработаю. А с донном-то и перестарку возьмут.

Это что же получается? Я уже перестарок, раз мне уже семнадцатый год идет?

– А сколько тебе бранн платит? – решила я сменить тему возраста.