Супруга господина мага. Ветер, раздувающий пламя

Глава 3. Взгляд в прошлое. Черный всадник

Несколькими месяцами ранее

Солнце еще не достигло зенита, а дел было сделано очень много и Луиза, показывая всем своим видом, несказанно гордилась этим. Весеннее утро выдалось просто потрясающим – теплым и очень ясным, хотя обычно в это время года редкие дни обходились без дождя. Климат в графстве Мёрт был странный – с дождливой весной и сухой осенью, с мягкой зимой, когда снег выпадает всего несколько раз в год и тут же тает, и прохладным летом, когда даже в самые жаркие дни приходилось брать с собой плащ, ведь к вечеру обязательно сильно холодает. Но несмотря на все каверзы погоды, Луиза нежно любила родные края и скучала по ним, находясь в долгих отлучках в местах с более подходящим климатом.

Встав еще до восхода солнца, Луиза решила в полной мере воспользоваться редким подарком судьбы и провести день с пользой, ведь, судя по всем приметам, погода обещала быть очень хорошей. И в первую очередь она собиралась пополнить запасы трав для зелий, которых, как выяснилось несколькими днями ранее, в кладовых родного поместья было катастрофически мало. Да и откуда им в принципе взяться? Луиза же лишь недавно вернулась, обжиться толком не успела. Так чего удивляться, что дома были лишь травки, необходимые для простейших целебных зелий, которые в состояние сварить и самая обыкновенная кухарка?

Одевшись, Луиза разбудила младшую сестру, накануне говорившую, что хотела бы научиться разбираться в травах. Нет, сама Луиза не горела особым желанием кого—то обучать, да и компания ей для сбора особо была не нужна, но это был отличный способ вновь сблизиться с Габриэллой, да и, говоря откровенно, попросту узнать ее, ведь они не виделись практически полжизни.

Спешно позавтракав, сестры, прихватили корзинки со всем необходимым и отправились на ближайшие луга, где росло многое из того, что могло пригодиться. По крайней мере, на первое время. Настоящий сбор ценных трав Луиза собиралась провести одна, да и не сейчас, а через месяцок – в последнее весеннее полнолуние, когда, согласно легендам, Темные Силы поднимаются из Великой Бездны на землю, а травы наполняются особой мощью – зелья из них получались воистину чудодейственными.

Утро того, как показало время, рокового дня прошло незаметно – в разговорах, учебе и сборах трав. До этого момента Луиза и представить не могла, насколько сильно скучала по сестре. Габриэлла была младше на пять лет и в свои восемнадцать являлась, пожалуй, одной из самых завидных невест во всем графстве, чему Луиза не уставала радоваться. И это несмотря на то, что отец и не давал за нее особо щедрого приданного.

Да, природа наделила младшую дочь графа Сенферна и добрым, покладистым нравом, и золотыми кудрями, и красотой, а самое главное, маленьким ростом. Последнему Луиза от всей души завидовала, ибо самой ей не повезло. И, увы, ростом она сама была выше среднего, так что порой могла смотреть на мужчин свысока в прямом смысле этого слова. Наверное, именно поэтому Луиза и избрала путь магии, имея к ней некоторые врожденные способности, а еще совершенно неподходящий для семейной жизни характер. Да-да, характер у нее был дрянной, но вместо того, чтоб стараться хоть как-то сгладить углы, она наоборот холила и лелеяла его, стараясь стать еще и острой на язык – добрым милашкам ни за что не выжить в жестоком мире мужчин. Луиза же хотела не просто выжить, а жить с гордо поднятой головой, пользоваться уважением и властью всем тем, что и так было бы ее, если бы Создатель оказался хоть капельку справедлив, но он ведь тоже мужчина.

– А я всегда думала, что они ядовитые! – крутя в пальцах истекающую оранжевым соком хрупкую веточку с мелкими глянцевым желтыми цветками, призналась Габриэлла, вырвав старшую сестру из невеселой задумчивости.

– Верно, ядовитые, – пожала плечами Луиза, полной грудью вдыхая ароматы весенних лугов. – Однако в небольших количествах и при правильном употреблении прекрасное средство. Соком прижигают бородавки, а отваром можно полоскать горло или промывать раны, даже гноящиеся. Да и вообще, Гэби, запомни раз и навсегда: почти все в нашем мире может оказаться ядовито или смертельно, если неправильно использовать.

Сестры, закончив работу, возвращались домой, неся полные корзины свежесрезанных трав и корений. Они не торопясь, шли по проселочной дороге, вьющейся подобно змее среди полей и лугов до леса к самому восточному тракту. При желании можно было бы передвигаться и быстрее, но Габриэлла притворялась усталой, заметив, что на обратном пути Луиза стала прихрамывать гораздо сильнее, чем обычно, но из-заупрямства просто отказывалась поберечь больную ногу.

– О, Луиза, я так хочу хорошо разбираться во всех этих травах и научиться магичить! – восторженно воскликнула Габриэлла, подпрыгнув, повернулась и немного прошла спиной вперед. – Ты ведь меня научишь? Да?

– Магичить? О, Древние Духи, где ты берешь такие слова, Гэби? – с деланным недовольством спросила Луиза, покосившись на восторженную сестру. – Нет же такого слова! Нужно говорить: «заниматься волшебством» или «колдовать», но никак не «магичить»! Магия не потерпит такого неуважения и накажет тебя.

– А сэру Рэю понравилось, – мечтательно прикрыв глаза, возразила Габриэлла. И воображение тут же нарисовало ей образ черноволосого красавца-мага с пронзительными голубыми глазами. Не мужчина – мечта. О, как бы она была счастлива, обрати он на нее свое особое внимание!

– Сэру Рэю? – недовольно фыркнула Луиза. Кажется, это имя совсем скоро набьет ей оскомину.

С момента возвращения в отчий дом Луиза только и делала, что слышала о Рэе Тревансе – правой руке недавно прибывшего в Мёрт брата короля. Он, если верить слухам, являлся могущественным магом, повелевающим огнем. Однако Луиза предпочла бы лично убедиться в его способностях, а не слушать восторженные рассказы влюбленных дурочек, к которым, увы, присоединилась и ее сестра.

– Да, сэру Рэю, – радостно кивая, подтвердила Габриэлла. – Кажется, это показалось ему забавным. Он улыбнулся!

– Пф! Ну, если это одобрил этот твой сэр Рэй, то, что могу знать я – простая смертная? – на этот раз раздражение в голосе Луизы было настоящим. И с каждым упоминанием о Рэе и его чуть ли не обожествлением, он нравился ей все меньше и меньше. Нет, не так! Она ненавидела его. С самого первого упоминания. Возненавидела так сильно, как это вообще возможно, ведь этот самый Треванс – маг-стихийник и получил все то, что могла получить сама Луиза, будь мир хоть капельку справедливее или родись она мужчиной! – Я только и слышу о нем. Сэр Рэй то, сэр Рэй се. Я скоро уже чесаться буду от упоминания одного его имени. У меня аллергия! Так и знай!

– Не говори так! – сдавленно хихикнула Габриэлла. – Ты его просто не знаешь. Он самый настоящий рыцарь. Вот познакомишься с ним и сама все поймешь!

– Пойму, конечно, – кивнула Луиза. – Но если этот твой сэр скажет: «магичить», я точно буду знать, что, во-первых, он шарлатан, а, во-вторых, дурак набитый.

– Не говори так! – запальчиво воскликнула Габриэлла и от возмущения топнула ножкой. – Сэр Рэй вовсе не такой!

– Гэб, я же просила! – при имени мага Луиза болезненно застонала и притворилась, будто у нее чешется рука. – Вот видишь! Аллергия!

– Прекрати, Луиза! – рассмеявшись, возмутилась Габриэлла, легко стукнув старшую сестру по руке, которую та почесывала. – Ну, нельзя же так!

– Можно!

Шутливо препираясь и весело хохоча, девушки продолжали свой размеренный путь и не услышали приближающийся топот коней. Оказавшись совсем уж близко, кони, придерживаемые всадниками, перешли с бега на шаг.

– Доброго дня, леди Габриэлла! – окликнул младшую из сестер один из всадников, ехавший на породистом рыжем жеребце. Сам же он, несмотря на знатность и высокородное происхождение, а может, именно благодаря этому, не представлял из себя ничего особенного, хоть и был личностью весьма и весьма запоминающейся. Младший брат ныне здравствующего короля – герцог Натель, а это был именно он, являлся человеком среднего роста, весьма упитанным, круглолицым с не слишком густой светлой шевелюрой. Он благодушно улыбался и разговаривая с верноподданными, и подписывая смертные приговоры.

Заслышав обращение, Габриэлла и Луиза вмиг замолчали и одновременно обернулись, смотря на всадников с неподдельным удивлением. Луиза, хмуро глянув на мужчин, сдержано кивнула, а вот Габриэлла прямо расцвела, увидев спутника герцога.

– Доброе утро, ваша светлость! Доброе утро, сэр Рэй! – Габриэлла присела в реверансе, не сводя полного восхищения взгляда с мага, который, скупо улыбнувшись, лениво кивнул в знак приветствия.

Луиза удивленно приподняла брови, а затем, так и вперилась взглядом в черного всадника на вороном коне – лишь белая отметина в виде молнии на морде нарушала окрас красавца-скакуна. Впрочем, и всадник с черными слегка вьющимися волосами до плеч был тоже хорош собой – высок, подтянут, статен. А скулы какие – порезаться можно! Весьма хорош, ничего не скажешь. И при всей своей изначальной антипатии и предубежденности Луиза не смела это отрицать, по крайней мере, перед собой. Единственное, что по ее личному мнению, несколько портило его внешность – хищный нос.

Есть люди, в которых знатное происхождение проявляется не только в горделивой осанке, манерах, умение держаться или стиле одежды, а в каждой черточке лица, движение тела. Сэр Рэй Треванс принадлежал именно к таковым, и Луизе, пожалуй, хватило лишь одного взгляда, чтобы понять это. Господин маг, несомненно, был человеком знатным и влиятельным, и причиной тому было далеко не только происхождение, но и личные качества, подкрепленные магическим талантом.

Недовольно поджав губы, Луиза отвела взгляд от мага в черных одеждах, осознав, что уж больно пристально его разглядывает, и он может вообразить невесть что. Станется с него! От одной мысли об этом Луиза вновь рассердилась на Рэя. Нет, он ей решительно не нравился, даже несмотря на то, что не сказал еще ни единого слова.

– Леди Сенферн, а вы нам представите свою спутницу? – когда молчание несколько затянулось, герцог обратился к Габриэлле, быстро взглянув на Луизу. Она, несомненно, была хороша собой, но вовсе не так красива, как младшая Сенферн и еще она совершенно точно была чужачка, однако в чертах лицах проскальзывало нечто знакомое. – Кажется, ваша подруга не из здешних мест.

– Вы ошибаетесь, милорд! – зло блеснув зелеными глазами и гордо вскинув подборок, с напускной учтивостью ответила Луиза, прежде чем сестра успела раскрыть рот. Да, дракон раздери, она нарушала в этот момент все известные правила поведения в обществе, но промолчать не могла, задетая случайной ошибкой герцога. – Леди Сенферн – я, а не Габриэлла. Мое имя Луиза. Я старшая дочь графа, – она постаралась доброжелательно улыбнуться, но улыбка вышла довольно кислой. – С кем имею честь разговаривать?

– О, простите, – пробормотала покрасневшая Габриэлла, смущенная поведением сестры. Сколько она ее помнила, Луиза никогда не лезла за словом в карман. Но разве нельзя было быть чуть сдержаннее перед сэром Рэем? Он ведь подумает неизвестно что!

– Прошу прощения, миледи. Я не хотел вас обидеть, – герцог добродушно улыбался, однако в серых глазах промелькнула досада. Он не привык, чтобы с ним так разговаривали. Подобное поведение он мог простить разве что Тревансу да собственному августейшему брату. Да и как вообще эта девица осмелилась так разговаривать? Эх, не правильно нынче девиц воспитывают! Неправильно! – Я нынешний владелец замка Мёрт – герцог Август Натель. А это, – он небрежным взмахом руки указал на Рэя, – наш прославленный маг – сэр Рэй Треванс.

Коротко кивнув, Луиза теперь могла с полным на то основанием взглянуть на знаменитого господина мага, который напустив весьма надменный вид, в свою очередь, разглядывал ее. И впервые встретившись взглядом с холодными голубыми глазами, Луиза едва удержалась от того, чтобы поежиться. Неприятно. Весьма неприятно.

– Простите, милорды, но реверанс делать не буду, – улыбаясь, сказала Луиза. Она решила затеять новую игру, чтоб хоть как-то восстановить душевные силы, но невольно оскорбила сестру. – Со стороны это будет смотреться крайне глупо, словно я приветствую вовсе не вас, а ваших лошадей. Они, конечно, прекрасные создания, но не настолько, чтоб им кланяться!

– Луиза! – сдавленно охнула Габриэлла, краснея пуще прежнего, хотя казалось, что это уже и невозможно.

– С таким характером вам будет крайне сложно выйти замуж, моя милая леди, – отеческим тоном заметил герцог Натель. Впрочем, должного эффекта его тон не произвел, ибо самому герцогу было едва ли больше тридцати пяти.

– Да я и не собираюсь выходить замуж! – при последнем слове скривившись, словно от зубной боли, возмутилась Луиза. – Я слишком ценю свою свободу и люблю профессию, чтобы обрекать себя на брак!

– Весьма странные суждения для молодой девушки, – растерялся герцог. – А что у вас за профессия такая?

– Граф Сенферн как-то упоминал, что его старшая дочь учится в магической Академии и, кажется, собирается стать зельеваром, милорд, – впервые с начала разговора Рэй посчитал нужным вмешаться. У него оказался на удивление приятный баритон, и Луизу это отчего-то разозлило. Ну вот спрашивается, почему одним достается все и сразу? Где справедливость? Почему у него не мог быть писклявый голос или лишний вес?

– Академию я уже окончила! – гордо ответила Луиза. – Теперь живу в поместье отца.

– В самом деле? И хороший из вас зельевар? – глядя уже с неподдельным интересом на старшую из сестер, поинтересовался герцог.  Магов он особо ценил, ведь они были чрезвычайно полезны для решения государственных и личных вопросов. В современном мире вообще большая часть дел свершалась благодаря чародеям.

– Не мне судить об этом, – пожала плечами Луиза и вновь взглянула на Рэя. Он одним своим присутствием умудрялся действовать ей на нервы. – У меня были прекрасные наставники, однако, скажу честно, звезд с неба я никогда не хватала, а достигала целей благодаря упрямству и труду.

– Моя сестра прекрасный зельевар! – вмешалась Габриэлла, обращаясь главным образом к Рэю. – А еще я попросила ее научить меня. Сегодня мы с самого восхода травы собирали. Вот! – и она, протянув вперед руки, показала всадникам свою полную корзину. Ей просто до смерти хотелось, чтоб Рэй узнал, что она теперь тоже причастна к магии!

– Вы хорошо потрудились, леди Габриэлла, – снисходительно заметил Рэй и даже едва заметно улыбнулся. – И ваше стремление к обучению весьма похвально.

– Простите, господа, но нам с сестрой пора идти, – вмешалась Луиза, которой порядком надоели и бестолковый разговор, и именитые собеседники. Особенно один – черноволосый и голубоглазый. Глаза бы его вовсе не видели! – Боюсь, отец нас уже давно потерял. Доброго вам дня! – она поспешно кивнула на прощанье и, развернувшись, успела сделать всего несколько шагов, когда раздался властный окрик.

– Стойте! – велел герцог Натель, сделавший для себя удивительное открытие. – Леди Луиза, вы же хромаете! Мы просто не можем позволить вам пешком добираться до дома. С больной ногой даже небольшие расстояния проблематично преодолеть. Мы подвезем вас с сестрой. Правда же, Треванс?

– В этом нет необходимости! – отрезала Луиза, резко обернувшись. Она чувствовала, как горят щеки, но ничего поделать не могла. – Я всегда хромаю. Так что не стоит обращать внимания.

– Луиза, в самом деле, нам лучше воспользоваться предложением герцога. Ты и так перетрудила ногу, – вмешалась Габриэлла, уже представив себя на одном коне с сэром Рэем. Ах, это было не совсем правильно, но так волнующе! После такой поездки воспоминаний хватит на год вперед, да и соседские барышни обзавидуются, когда узнают!

– Я же сказала: все в порядке! – раздражение взяло верх. Луиза упрямо вздернула подбородок и зашагала прочь.

Ее всегда задевало, когда люди жалели ее из-за хромоты. В их лицемерной жалости никогда не было ничего, кроме лжи и скрытого злорадства. Все это Луиза, уяснив, возненавидела еще в детстве, когда случайно подслушала болтовню маминой тетушки с подругой – такой же старой сплетницей. Их приглушенные голоса до сих пор временами звучали у нее в голове.

«– Бедная, бедная девочка! Кто же теперь возьмет замуж хромоножку? – сетовала тетушка, которая так до скончания дней и осталась старой девой, находящейся на попечение у родни.

– Да, не повезло графу, – ехидно соглашалась с ней старая грымза, которую Луиза и до того момента не жаловала, а уж после и говорить нечего. – Придется большое приданное давать, чтобы такой изъян не заметили!»

Луиза сжала кулаки так сильно, что даже ногти впились в ладони. Да, кажется, впервые отвращение к браку появилось именно тогда, ведь хромоножку возьмут лишь с большой доплатой, а о любви и речи быть не может!

В Бездну! В Бездну и старых сплетниц, и герцога с его жалостью, и Треванса! В Бездну!

Гордо выпрямив спину – хотя куда уж сильнее, Луиза быстро зашагала прочь, но от этого хромота стала лишь заметнее. Она сознавала, что ведет себя крайне глупо и теперь точно навсегда оставит о себе «хорошее» впечатление, но остановиться уже не могла. Гордость не позволяла.

О чем-то размышляя, Рэй несколько мгновений смотрел вслед девушке, упрямо идущей вперед, а потом стегнул коня. Поравнявшись с Луизой, он, остановился и протянул ей руку, затянутую в черную кожаную перчатку.

– Забирайтесь! – коротко велел Рэй, пронзив сумасбродку острым, будто кинжал, взглядом.

– Нет! – Луиза вздернула подбородок и, столкнувшись с холодными, словно два кристаллика льда, голубыми глазами, взора не отвела, хотя до ужаса хотелось. – Неужели вам неизвестно слово «нет», господин маг? Если это так, то я с радостью вас просвещу.

Ах, если бы Луиза в тот роковой день знала, какая судьба ее ждет и какой змей сидит на вороном жеребце, она была бы самой милой, доброй, воспитанной! Даже влюбленную дурочку бы изобразила. Но она ничего этого не знала, а потому позволила себе не просто быть собой, но еще и нарочно хорохорилась.

Не дожидаясь ответа, Луиза сошла с дороги и направилась домой прямиком через поле. Так было даже короче, но не очень удобно – нога могла запросто угодить в норку мышки или еще какого-то мелкого зверья, зато это избавляло ее от общества Рэя Треванса и герцога Нателя, которые решили проявить никому не нужную заботу. Выискались вот рыцари на ее голову!

– Простите, пожалуйста, милорд! – сильно расстроенная из-за произошедшего Габриэлла, быстро присев в реверансе, поспешила за сестрой. Теперь герцог, а главное, сэр Рэй могли дурно о них подумать, а это было огромным несчастьем. Нет, это была самая настоящая катастрофа!

Глядя вслед таким непохожим, словно день и ночь, сестрам, Рэй, криво ухмыльнувшись, покачал головой. Неужели вот эта вздорная девица – дочь графа? Он прекрасно знал, какое впечатление производил на барышень и действительно не привык к отказам. Особенно подобным. Но это было даже интересно, ведь любая другая тут же бы воспользовалась представившейся ей возможностью. Необычно. Весьма необычно.

Глава 4. Взгляд в прошлое. О кошке и ее хозяйке

Месяц пролетел даже уж слишком быстро, словно мгновение. Но стоило Луизе оглянуться назад и вспомнить недружелюбное знакомство на дороге, то тут же начинало казаться, что прошел вовсе не месяц – год, а то и два. Даже образ мага в черных кожаных доспехах успел почти полностью стереться из памяти, Луизе вспоминался разве что его хищный нос и пронзительные светло-голубые глаза, напоминающие то ли топазы, то ли осколки льда. Эти самые глаза она неприлично часто видела в полукошмарных-полузапретных для приличных девиц снах.

За столь малый и в то же время значительный срок произошла масса событий, а дел было переделано и того больше. Луиза и занималась обустройством своей собственной магической лаборатории, и заготавливала травы и ингредиенты для зелий – что-то резала, что-то сушила, что-то варила, делая настои. Но самое главное, все это время вернувшаяся в родные края Луиза всеми силами старалась восстановить связи, утраченные за долгое отсутствие – она со странным трепетом посещала жителей окрестностей, вспоминала былое и заново узнавала старых друзей.

Прошел месяц и путям двух магов, отмеченных стихиями, вновь оказалось суждено пересечься.

Окончательно заскучавший в стенах своего не так давно приобретенного замка, герцог Натель отменил все важные и не очень важные дела, послал явившихся к нему на поклон просителей и изъявил желание лично навестить графа Сенферна и его дочерей, ну, а Рэй, по обыкновению, составил ему компанию, заменяя собой всю охрану. В конце концов, и сам Треванс, привыкший не говорить, а действовать, давным-давно устал от сиденья в четырех стенах.

Говоря откровенно, Рэй к переезду герцога в графство, находящееся за тридевять земель от Нолдоа – столицы Гилан, относился крайне подозрительно. Особенно если учесть, что Натель получив замок в Мёрте в подарок от старшего брата, немедленно собрал вещи и, прихватив с собой два небольших отряда личной охраны, отбыл в провинцию без обычной пышной и шумной свиты, лишь в сопровождение самого Треванса, только вернувшегося из длительной поездки и ничего не успевшего разузнать о последних событиях в столице. Все это походило то ли на ссылку, то ли на побег. Впрочем, сам герцог утверждал, что в Мёрт он отправился для наведение порядка в графстве, которое давно уже нуждалось в руке твердого мудрого правителя – наместника короля.

– Тебе уже давно пора жениться, Треванс! – после затяжного молчания неожиданно объявил Натель, прервав ход невеселых размышлений прославленного мага. Они уже почти достигли цели и въехали в небольшую, ухоженную деревеньку – собственность Сенферна. Оставалось лишь преодолеть небольшую рощицу, примыкающую к парку поместья, и все, но герцог, вздумавший расшевелить немногословного спутника, завел свою любимую тему. – Я не впервые говорю тебе об этом, между прочим. Пора бы и о наследнике подумать – не бастардам же все оставлять!

– Вам тоже, милорд, – ухмыльнувшись, заметил Рэй. Он, чувствуя себя на редкость расслабленным и почти благодушным, скользил ленивым взглядом по жителям деревни, занимающихся повседневными делами. Лишь немногие из крестьян ненадолго отвлекались от работы, чтобы проводить взглядом двух господ, пожаловавших к их хозяину.

– Речь не обо мне. Не уходи от темы, – велел герцог, для убедительности погрозив магу мясистым пальцем. – Обрати внимание на младшую Сенферн. Можешь считать, что это приказ.

–Леди Габриэлла действительно хороша, однако я предпочитаю вино ликерам, – криво усмехнулся Рэй. Он не собирался развивать эту скользкую тему или откровенничать с герцогом, но слова вырвались сами собой. Видно, сегодня было Что-то такое в воздухе разлито.

– Вино? Это старшая что ли вино? – искренне удивился герцог, покосившись на спутника. Нет, Треванс совершенно точно не шутил. Ему, кажется, и вправду понравилась та невоспитанная, взбалмошная девица, с нравом как у дракона. По всему видно, такая если и будет очаг беречь, так только, чтоб мужа на нем живьем изжарить. Нет бы обратить внимание на младшенькую – не просто редкую красавицу, но еще и кроткую как овечку! Странный он все-таки человек! – Ну, Треванс, только ты и мог сравнить женщин с напитками. И какое же вино эта девица?

– Красное, – ответил Рэй и тут же добавил:

– С пряностями. И, вероятно, острым перцем.

Натель ответил ему громким хохотом, невольно привлекая к себе внимание крестьян. Рэй поморщился. Не стоило ему так откровенничать. Надо было держать язык за зубами. Теперь вот придется неделю, а то и больше сносить шутки герцога про вино. Этот уж точно не упустит шанса развлечься, то и дело подкалывая верного мага.

– Значит, ты решил покорить нашу неприступную Луизу? – посмеявшись, поинтересовался герцог. – Один раз она уже отказала тебе. Не забывай, Треванс.

– Не забываю. Мне она именно этим и интересна.

Скорее интуитивно, чем сознательно, Рэй, привыкший обращать внимание даже на малейшее движение, что не раз спасало ему жизнь в бою, краем глаза заметил, как дверь одного из крестьянских домишек открылась и на пороге появилась она. Но, говоря откровенно и без никому не нужной романтизации, он вовсе не сразу узнал ее, одетую в простое без всякого затейливого шитья зеленое платье, сродни тем, что носят служанки или барышни из не обеспеченных или не родовитых семей. Поверх скромного платья был повязан сероватый фартук с большим карманом, из которого торчали черные перчатки, наверняка, из драконьей кожи – вещь дорогая, но незаменимая при изготовлении некоторых зелий, если, конечно, нет желания обзавестись парочкой ожогов. Темные волосы начинающей чародейки были заплетены в длинную толстую косу, перекинутую через плечо, а голову ей прикрывала белая косынка. Сейчас старшая дочь графа больше всего напоминала супругу какого-то зажиточного крестьянина, а вовсе не знатную леди. Тем не менее, это действительно была Луиза Сенферн.