Супруга господина мага. Ветер, раздувающий пламя

– А! Понимаю! – кивнул герцог, не замечая, что внимание мага всецело приковано к Луизе, разговаривающей с кем-то, кто оставался в доме. – Охотничий инстинкт. Это совсем другое дело. Если хочешь, можем даже пари заключить. Скажем, на тысячу золотом.

Что-то тихо сказав на прощание, Луиза, грустно улыбаясь, пошла прочь. Она оказалась настолько чем-то расстроена, что даже не заметила ни пристального наблюдения, ни двух высокородных всадников, хоть и двигалась им наперерез. Однако Луиза не успела пройти и десятка шагов, как ее окликнул появившийся на пороге рослый широкоплечий крестьянин, немногим старше нее самой.

– Эй! Луи! Лови! – закричал хозяин дома и, прицелившись, кинул ей то, что до этого сжимал в руке.

Луиза повернулась как раз во время и, подавшись вперед, каким-то чудом сумела поймать зеленое яблоко. Откуда оно взялось в конце весны не ясно, но ей было дико приятно – Луиза, как и все женщины, любила сюрпризы. Она поднесла фрукт к носу, вдыхая сладковатый аромат, от которого успела отвыкнуть.

– Джо! Яблоко?! – искреннее удивилась Луиза. Счастливая улыбка расцвела на лице, делая ее еще красивее. – Я всегда говорила, что ты самый настоящий волшебник! Но груши я все равно больше люблю. Ты забыл? – она лукаво подмигнула и махнула на прощанье рукой. – Спасибо!

– Треванс, ты меня вообще слышишь? – недовольно спросил герцог, так и не дождавшись хоть какого-нибудь ответа. Он проследил за взглядом мага и понимающе усмехнулся, заметив Луизу на равных общающуюся с крестьянином.

Решение пришло мгновенно. И раз уж Треванс так желал заполучить себе эту взбалмошную девицу, то можно было бы ему и помочь в меру своих скромных возможностей, а заодно развлечься.

– Доброго дня, леди Луиза! – натянув поводья, герцог бодро окликнул старшую дочь графа Сенферна.

Вздрогнув от неожиданности, Луиза резко обернулась, чувствуя себя застигнутой на месте преступления. Улыбка, озаряющая не только лицо, но и зеленые глаза мгновенно исчезла. Даже следа не осталось. Она надела маску холодной учтивости, словно опасаясь, что два высокородных мужчины могут увидеть ее искреннюю радость.

– Здравствуйте, милорды, – Луиза сдержано кивнула. То и дело поглядывая на дверь недавно покинутого дома, она торопливо подошла к всадникам. – Неожиданно вас здесь встретить. Вы, как понимаю, к отцу?

Слегка склонив голову в знак приветствия, Рэй внимательно вглядывался в лицо Луизы, силясь отыскать в зеленых глазах отблески влюбленности, как у других женщин и девушек. Но напрасно. Все эти глупости были не про нее. Луиза смотрела насторожено, даже с некой опаской, словно на возможного противника.

– Верно. Граф уже давно не бывал в замке, вот мы и решили навестить его. Это на него совсем не похоже. Ваш батюшка обычно не часто пропускает наши развлекательные вечера, да и леди Габриэлла тоже. Надеюсь, ничего не стряслось? – поинтересовался герцог Натель, изображая живое участие.

– Нет. Думаю, нет, – несколько рассеяно ответила Луиза. Ей было неуютно под пристальным взглядом угрюмого мага. Страшно хотелось закрыться чем-то, а еще лучше сбежать, однако ее гордость бы такого не пережила, поэтому Луиза, прилагая немыслимые усилия, оставалась на месте и продолжала беседу. – Полагаю, вам стоит спросить об этом у самого графа, милорд. Мне о его делах ничего неизвестно.

– Как ваше магическое имя? – нахмурившись, неожиданно спросил Рэй, привлекая к себе ее внимание. – Тот мужчина назвал вас Луи. Это оно, верно?

– А как ваше? – чуть запрокинув голову, вопросом на вопрос ответила Луиза, с вызовом взглянув в холодные голубые глаза.

– Блэкфэр, – криво усмехаясь, представился Рэй. Странно, но прославленное среди магов имя не произвело на зеленоглазую бестию ровно никакого эффекта. Казалось, она вообще впервые слышит его. – Но вы мне так и не ответили.

– Луи – не слишком удачное сокращение от Луизы, а не магическое имя, – нехотя призналась она, и тут же холодно добавила: – Так меня называет только один человек. От других я подобного обращения не потерплю. Надеюсь, вы уясните это, сэр!

– Вы снова ушли от ответа, миледи,– настаивал на своем Рэй, забавляясь игрой с дерзкой девчонкой. Он и сам не мог точно сказать, но ему почему-то стало принципиально важно узнать имя, данное ей наставником, и как к ней обращаются другие маги. – Вы знаете мое имя, могу я узнать ваше?

– Конечно, можете, сэр! – Луиза неожиданно улыбнулась, но вовсе не так, как улыбалась тому крестьянину. В зеленых глазах зажглись лукавые огоньки. – Вот только не от меня. Я вам его ни за что не скажу!

Рэй мог поклясться чем угодно, но, кажется, в этот момент она едва удержалась, чтоб не показать ему язык. От столь неожиданного ответа лицо у него вытянулось, и Луиза могла в полной мере насладиться своей маленькой победой.

Герцог довольно ухмыльнулся, наблюдая за происходящим – хотел Треванс пряного вина – получил, теперь вот пусть расхлебывает. Надо было ему соглашаться на сладенький ликерчик – от него-то голова может кружиться ничуть не хуже.

Неизвестно сколько бы еще продолжался этот не совсем учтивый разговор, однако вмешался случай в лице маленькой светловолосой девчушки лет пяти отроду. Она, выглянув из дома недавно покинутого Луизой, хитро улыбнулась и опрометью бросилась к группе разговаривающих господ.

– Луиза! – подбегая, окликнула малышка, сжимавшая в ладошке небольшой полотняный мешочек. Одета она была хоть и довольно просто, но чисто и аккуратно – сразу чувствовалась рука заботливой матери. – Держи! – кроха протянула опешившей Луизе свой мешочек и, кажется, вовсе не обратила внимания на высокородных всадников.

Рэю, внимательно наблюдавшему за происходящим, стало абсолютно ясно – Луиза среди крестьян чувствовала себя не просто свободной, она была для них своей, несмотря на высокое происхождение. И, вполне возможно, именно поэтому она так враждебно относилась как к герцогу, так и к нему самому.

– Что это? – искренне удивилась Луиза, заглянув в мешочек. В нем лежали какие-то желтые и сладковатые на вид ломтики.

– Груша! – с детской непосредственностью гордо объявила малышка, озорно улыбаясь. – Папа велел передать. Говорит, ты груши любишь. Мамка по осени их вялит, и мы с чаем едим. Вкуснятина!

– О, Мэг! – только и смогла сказать Луиза. Хохотнув, она потрепала малышку по светлым вихрям волос. – Спасибо, солнце.

– Приходи завтра. Ладно? – получив от Луизы обещание, девчушка снова захихикала и вприпрыжку побежала домой, чрезвычайно довольная, что выполнила свою небольшую миссию.

– Вас совершенно не уважают крестьяне вашего отца, – не одобрил Рэй, нарушив идеалистическую картину.

– А мне и не нужно их уважение, господин маг! – выпрямившись и стерев с лица даже тень улыбки, высокомерно ответила Луиза. – Мне вполне достаточно их дружбы, а леди и госпожой пусть меня называют другие. Вы, например.

Все окончательно вышло из-под контроля. Атмосфера с каждым мгновением наколялась се сильнее, хотя от мага и чародейки так и веяло стужей. Герцог знал, ему нужно немедленно вмешаться, пока все не стало еще хуже. Треванс и так уже упустил свой шанс, а теперь всерьез мог поругаться с вздорной девчонкой. Ох, и не хватает же ей воспитания и хороших манер, в отличие от той же Габриэллы!

– У вас весьма интересное мнение на этот счет, леди Луиза, – герцог примирительно улыбнулся. – Я бы сказал, необычное, – он чуть склонил голову в поклоне, – но, думаю, сейчас не самое подходящее время и место для обсуждения подобных занимательных вопросов.

– Вы правы, милорд, – согласилась Луиза, хотя от всей души желала продолжить спор с Рэем. Он просто выводил ее из себя своим спокойствием, холодностью и почти равнодушием, а еще ей до безумия хотелось стереть эту кривую усмешку с его тонких губ. – Время и в самом деле неподходящее. У меня еще сегодня полно дел, да и одно лекарственное зелье нужно приготовить. Я обещала.

– Очень надеюсь, вы все же выкроете время, и мы с вами сегодня еще увидимся, – учтиво сказал герцог Натель и слегка пришпорил коня.

– Я не прощаюсь, леди Луиза, и можете даже не надеяться, мы с вами обязательно продолжим этот разговор в другой раз, – неприятно усмехнувшись, сообщил Рэй и последовал за герцогом.

– Не сомневайтесь, я буду ждать этого, господин маг, – тихо прошептала Луиза вслед удаляющимся всадникам. И, кажется, она, и вправду не врала. Словесные дуэли с Рэем Тревансом на редкость увлекли ее. Соперничество будоражило разум и заставляло кровь быстрее течь по венам.

***

Луиза обустроила свою лабораторию в старом заброшенном флигеле и проводила там большую часть времени с самого возвращения, наслаждаясь своеобразным уютом и чувствуя себя полностью свободной. С потолка свисали пучки трав, привязанные к широким почерневшим от времени деревянным балкам. У стены под окном стоял потертый диван, на котором небрежно валялся клетчатый плед. А рядом располагался стеллаж с ингредиентами – не только травами, но и различными камнями и минералами, порошок которых мог пригодиться, а также корзинки, банки и коробки с различными частями некогда живых существ – были там и очень дорогостоящие когти дракона – подарок наставницы к выпуску из Академии. В противоположной от входа стене зияла пасть не разожженного камина, в котором стоял черный пузатый котел. Почетное же место в центре небольшой комнаты занимал прямоугольный стол, вокруг которого располагалось несколько табуретов – на парочке из них лежали книги, свитки и тетрадки, исписанные убористым почерком. На дубовом столе, где уже успело появиться несколько пятен от зелий, вразнобой стояли различные колбы, флаконы и пузырьки, высились медные весы, рядом с которыми лежало несколько ножей, в том числе и тонкий серебряный стилет, а также целая куча ингредиентов, так и не убранных Луизой на стеллаж.

Как возможно ориентироваться во всем этом хаосе было загадкой и для самой Луизы, но каждый раз она безошибочно находила все необходимое, наслаждаясь видимой неорганизованностью, а любые попытки Габриэллы привести место в порядок строжайшим образом пресекались на корню. Чарида не раз говорила своей ученице: настоящая магия рождается лишь из упорядоченного хаоса. И потому Луиза искренне верила, что залог успеха не идеальный порядок, а знание, где и что лежит.

Луиза ревностно оберегала свои небольшие владения, строго-настрого запретив посторонним входить в лабораторию, однако у нее ежедневно бывали гости: то Габриэлла забегала поучиться; то заглядывал отец – ругая дочь за затворничество и переживая, что она так и останется в девицах; то с опаской заходили слуги и крестьяне, прося о каком-нибудь простецком зелье от кашля или головной боли. В общем и целом жизнь в лаборатории кипела и бурлила, словно зелье в котле. Но всегда после завершения работы Луиза запирала флигель. Не то чтобы она опасалась воровства, ведь кое-какие ингредиенты стоили очень дорого, просто так было спокойней и надежнее – мало ли кто сунет любопытный нос в одно из зелий – так и до беды недалеко.

Затушив огонь в очаге, Луиза окинула хозяйским взглядом лабораторию, убедилась, что ничего не забыла и, заперев дверь, отправилась переодеваться к ужину. Несколькими часами ранее заглянувшая на мгновение Габриэлла с восторгом передала сестре слова отца, велевшего не опаздывать и хорошо одеться – высокородные гости обещали отужинать с семьей графа.

Итак, герцог Натель и сэр Рэй соблаговолили остаться в гостях до позднего вечера. Луиза, ни капли не разделявшая ни энтузиазма, ни восторга Габриэллы, сморщилась, словно от зубной боли. Впрочем, несколько часов к ряду терпеть общество надменного голубоглазого мага, да еще и в присутствие родителя было только полбеды.

Бедой, если не катастрофой, являлось то, что Луизе было совершенно нечего надеть. Вся ее одежда выбиралась и шилась лишь по одному единственному принципу— в этом должно быть удобно. Конечно, она старалась не забывать о качестве и красоте вещей, но это для нее было не так уж и важно. Вещи без тонкого замысловатого шитья или богатой отделки, стоили в несколько раз дешевле, а сэкономленные деньги можно было отложить на будущие странствия или потратить на редкие ингредиенты для зелий.

Копаясь в шкафу, Луиза с каждой минутой становилась все мрачнее и мрачнее. Ну, ведь, правда, совершенно нечего надеть! Среди простых темных платьев, никак не подходящих для сегодняшнего ужина, затесалось даже два мужских костюма, нежно любимых Луизой, ведь в них было не только удобно путешествовать, но и просто ходить. Вот прям сказочно! И ничто не мешает не то, что в дамских нарядах. И почему мир так не справедлив?

Замысловато ругаясь, Луиза, подумывавшая уже спуститься вниз в мужском наряде, ведь все равно мнение о ней вряд ли может стать хуже, чем сейчас, извлекла наконец-таки из недр шкафа давно позабытое красное платье с замысловатыми черными узорами. Кажется, его ей на двадцатилетие подарила Чарида, вот только оно так и пролежало ни разу не надетым. Все повода не было.

Поспешно переодевшись, Луиза покрутилась перед большим мутным зеркалом и почти была готова спуститься вниз, как вспомнила об еще одной чудесной вещи – мамином наследстве. К счастью, небольшая пузатая шкатулка отыскалась сразу и Луиза, поковырявшись с вечно заедающим замком, достала длинную серебряную цепь-ремень с увесистым шариком на конце. Вот теперь отлично!

Опять быстро взглянув в зеркало, Луиза поморщилась. И что, спрашивается, на нее нашло? Подумаешь, герцог со своим подручным маг остаются на ужин! Нет, не ради них, и в особенности не ради Рэя Треванса, она прихорашивалась. Вот еще! Не заслуживает он такого, индюк надменный! И что девицы всей округи в нем нашли? Глупые! Повелись на внешность и высокое положение! Нет, ей определенно их не понять! Ее-то господин маг способен лишь раздражать! И оделась она лучше не ради него, а ради отца. Да, точно, ради отца, чтобы ему не было стыдно за старшую дочь.

Луиза с самым решительным видом вышла из комнаты, мысленно готовясь к новому словесному поединку и от всей души надеясь, что при отце он не состоится. Графу уж точно не придется по душе, как дочь разговаривает со знатным гостем и после они в очередной раз поссорятся.

Тяжело опираясь на перила, Луиза чуть подпрыгивала при каждом шаге, спускаясь по длинной широкой лестнице, устланной темно-синем ковром. Несмотря на то, что с момента травмы прошло больше десяти лет, каждая лестница по-прежнему становилась для нее небольшим испытанием.

И только оказавшись в холле, Луиза сделала неприятное открытие – она знать не знала, где искать отца и остальных. Попавшийся на глаза слуга, удивленный вопросом, тут же сообщил: гости в обществе графа и его младшей дочери, по обыкновению, ожидают ужина в небольшой гостиной, примыкающей к трапезной.

Сдержанно поблагодарив за помощь, Луиза пошла в указанном направлении. И все-таки она чудовищно долго не была дома, раз забыла вот такие, казавшиеся всем само собой разумеющимися вещи. Впрочем, если говорить откровенно, она их никогда и не знала – в первые годы после смерти графини Сенферн гости в поместье появлялись редко, да и ни о каких ужинах речь не шла, а потом появилась Чарида и в жизни Луизы все раз и навсегда изменилось.

Взявшись за холодную медную ручку, она распахнула двустворчатые двери. Оживленный разговор в гостиной тут же смолк и все присутствующие, будто по команде, повернулись к ней. Мужчины поднялись со своих мест, приветствуя, и Луизе ничего не оставалось, как быстро присесть в ненавидимом всей душой реверансе. Чувствуя неловкость, она замешкалась на пороге и этим тут же воспользовалась притаившаяся в коридоре в меру упитанная серая кошка, проскользнув внутрь.

– Герцог Натель, сэр Рэй, полагаю, вы еще не знакомы с моей старшей дочерью – Луизой? – любезно поинтересовался граф Сенферн, подойдя к дочери. Несмотря на то, что ему уже несколько лет назад исполнилось пятьдесят, выглядел он довольно хорошо – о возрасте, помимо двух взрослых дочерей, свидетельствовала обильная залысина и несколько глубоких морщин, поселившихся в уголках карих глаз и на широком лбу.

– Безусловно, мы знаем леди Луизу, граф, – доброжелательно улыбаясь, закивал герцог. – Мы с Тревансом уже дважды имели удовольствие беседовать с ней.

Кровь предательски прилила к щекам, и Луиза поспешно отошла к окну. Герцог явно над ней издевался, говоря об удовольствии от беседы. Вот только при отце она не могла достойно парировать, зная, что родитель будет злиться. Нет, несмотря ни на что Луиза не собиралась сегодня расстраивать графа – с него и так хватило того, что она пару дней назад честно ему призналась, что даже под страхом смерти не собирается выходить замуж и не интересуют ее никакие выгодные или достойные партии.

– Ой, Дина! – громче, чем требовалось, выкрикнула заметившая кошку Габриэлла, привлекая к серой красавице всеобщее внимание.

Дина с грацией и самоуверенной наглостью присущей всем представителям семейства кошачьих пересекла комнату, недовольно поводя кончиком хвоста, и, ненадолго задержавшись перед не разожженным камином, запрыгнула на подлокотник кресла, в которое опять уселся Рэй.

– Возмутительно! Луиза, почему ты позволяешь своей кошке бродить по всему дому? Мы разговаривали уже об этом, – проворчал граф, с неодобрением посмотрев на дочь.

– А я всегда говорил, и буду говорить, что у каждой порядочной ведьмы и колдуна обязательно должна быть кошка, – как обычно доброжелательно улыбаясь, заметил герцог Натель, который никогда ничего не имел против элегантных четвероногих. Он опять уселся на диван, и несколько ехидно добавил:

– Я все думаю подарить тебе черного кота, Треванс, а то не порядок.

– Ой! Я и не подумала, а ведь правда! – покраснела Габриэлла. – Нужно было подарить вам котенка, сэр Рэй. Дина ведь месяц назад принесла четырех черных малышей, но мы уже всех раздали.

– Я сомневаюсь, что господин маг стал бы надлежащим образом заботиться о котенке, – насмешливо глянула на Рэя Луиза.

Отвечать на очередной выпад Рэй не стал, но, словно желая разубедить, он протянул руку к кошке и погладил. Длинные тонкие пальцы пробежали по кошачьей спине один, второй раз.

Дина с недоумением в желто-зеленых глазах взглянула на возмутителя спокойствия, осмелившегося без ее царского согласия, прикоснуться к роскошной шубе. Непостижимо! Теперь вот из-за этого нахала придется потратить уйму времени, чтоб привести мех в порядок! Кончик хвоста недовольно дернулся.

– Осторожно! – вскрикнула Габриэлла, прекрасно знавшая по своему горькому опыту, что за этим последует, но было уже слишком поздно.

Рэй едва успел в третий раз коснуться кошки, когда чуть не взвыл от боли. Загнутые когти вонзились в длинные пальцы, а в следующее мгновение Дина с шипением вонзилась зубами ему в руку.

Луиза захохотала, но, поймав просто убийственный взгляд отца, постаралась скрыть смех за кашлем. Рэй все пытался освободиться от цепкой хватки, но безуспешно. Пришлось выручать. Разумеется, не его – кошку – мало ли что взбредет в голову этому магу. Может ведь и огнем воспользоваться.

– Дина, пусти!– оказавшись возле кресла, строго велела Луиза и не слишком—то аккуратно попыталась отцепить лапы от руки мага. Кошка не слушала, сверкая зелеными глазищами и шипя, будто порождение Бездны. Одного взгляда в голубые глаза было достаточно, чтобы понять терпение и время заканчиваются. Еще немного и Треванс будет действовать по своему усмотрению. Нет, она никак не могла допустить, чтоб Дина пострадала. – Ну! Живо прекращай! – рявкнула Луиза и отвесила кошке сильный шлепок. – Кому сказано!

Дина рывком обернулась к новой противнице, однако нападать не стала, а лишь выпустила руку жертвы, да с недовольным ворчанием спрыгнула с кресла. С этой зеленоглазой ведьмой она уже давно предпочитала не связываться, воспринимая ее как равную.

Рэй, морщась, невольно потер пострадавшую руку, с красными отметинами от когтей и зубов серой строптивицы. На некоторых поблескивали алые бисеринки крови.

– Сами виноваты! – фыркнула Луиза и, догнав кошку, подхватила ее на руки, после чего вернулась к окну.

Дина оказалась настроена на удивление миролюбиво, видимо, выплеснула уже все недовольство на чужака. А когда Луиза погладила кошке уши, то и вовсе замурчала от удовольствия.

– Простите, – Габриэлла потупила взгляд и покраснела, словно сама была виновата в произошедшем. – Она всегда такая. Только Луизе и позволяет гладить. Дина даже первое время своего жениха гоняла, хотя он был самый грозный кот в округе – его собаки и то побаивались. Мне Луиза буквально вчера об этом рассказывала.

– Это вовсе неудивительно. Некоторые считают, что животные похожи на своих хозяев, – усмехнулся Рэй, глядя на Луизу. Сейчас определенно можно было проследить сходство между ней и серой кошкой, которую девушка не спеша пересадила на узкий подоконник.

– Видимо, мало она вас укусила! – с вызовом сказала Луиза, мгновенно позабыв и о присутствии отца, и своем намерение держать язык за зубами. – У кошек и быть не может хозяев! Они слишком свободолюбивые. Есть только те, кто о них заботится и те, кого они уважают, почти любят. Мне пришлось потратить много времени, чтобы добиться этого! – Луиза невольно взглянула на свои руки, покрытые шрамами от кошачьих когтей – одни были почти не видны, другие же и спустя время оставались хорошо заметными при должном освещении. Но результат того стоил.

В жизни Луизы Дина появилась совершенно внезапно, незадолго до поступления в Академию. Просто проснувшись однажды утром в доме наставницы, она обнаружила на своей кровати старательно умывающуюся серую кошку. Выгнать неизвестно откуда появившееся наглое создание оказалось невозможно – кошка просто отказалась уходить. Она раз за разом неизвестно как проникала в спальню, щурила желто-зеленые глазища и презрительно подергивала самым кончиком длинного хвоста. Пришлось оставить, несмотря на целый ряд трудностей.

Дина появилась в доме Чариды уже будучи взрослой кошкой с очень непростым характером. Она была практически нелюдима, шипела и кусалась, когда ее пытались взять на руки или просто погладить. Теперь же серая красавица отчаянно нуждалась во внимание Луизы, уважала ее и даже немного побаивалась, ведь не зря же старшая дочь графа, несмотря на все кошачьи угрозы нападения, упрямо лезла к ней, гладя и крепко прижимая к груди, а после очередной царапины гонялась с туфлей.

– Я это обязательно запомню, – совершенно серьезно пообещал Рэй и взгляд его будто бы потеплел. – У вас очень необычные суждения, что о кошках, что о людях, леди Луи… за.

Луиза открыла и закрыла рот, чуть ли не впервые в жизни не в силах найти достойный ответ. Она никак не рассчитывала, что он с ней согласится. Ну, почти согласится. А еще это обращение!.. Этот маг, будь он не ладен, почти назвал ее «Луи» и этим окончательно выбил почву у нее из-под ног. Раздери тебя дракон, Рэй Треванс!

В комнате воцарилось неловкое молчание, но граф Сенферн, к всеобщему облегчению, быстро нашел выход из сложившейся ситуации. Подойдя к старшей дочери, и предложив ей руку, он, как и подобает радушному хозяину, громко объявил:

– Идемте к столу. Ужин уже подан.