«Создать невыносимые условия для оккупантов»: движение сопротивления в Крыму в годы Великой Отечественной войны

В Белоруссии (совместно с московскими издательствами) вышла серия книг под обобщающим наименованием серии «Коммандос», в которой представлены достаточно интересные публикации военно-прикладного характера, переиздания специальной литературы по тематике партизанского движения и антипартизанской войны, разведке и контрразведке. Среди книг важно отметить публикации исследований как советских, так и современных авторов, в том числе и по отдельным вопросам партизанской войны[39]. Крымского материала в белорусской историографии немного.

В Украине в последнее время вышло множество обобщающих работ по опыту и истории партизанского движения[40]. Но только киевский историк А.С. Чайковский затронул тему действий партизан Крыма, не подчинявшихся Украинскому ШПД[41]. Изучению партизанского движения в Крыму и на юге Украины посвящено несколько диссертационных исследований украинских историков[42], однако в них не рассмотрены многие вопросы деятельности партизан полуострова, территория которого относилась к Крымской АССР в составе РСФСР.

В российской исторической науке не ослабевает внимание к партизанскому движению в годы Великой Отечественной войны – опыт изучается и обобщается[43]. Но и в этих работах партизанская война в Крыму рассматривается фрагментарно. Событием в современной российской историографии стал выход в свет двенадцати томов фундаментального труда «Великая Отечественная война 1941–1945 годов», издаваемого в соответствии с распоряжением Президента России от 5 мая 2008 года. Но крымские партизаны упоминаются только в трех томах эпизодически[44]. Вместе с тем, сделано довольно много.

Только за последние годы – уже после возвращения Крыма и Севастополя в состав Российской Федерации в центральных издательствах вышли несколько коллективных монографий по истории Крыма[45]. Однако в некоторых изданиях, очень важных и передовых по методологии научного исследования, тема партизанской войны на полуострове даже не обозначена и не раскрыта[46]. Это относится и к опубликованным сборникам документов[47] – важному событию в историографии, хотя отдельные документы есть в обобщенных сборниках центральных издательств[48] и написанных на архивных материалах работах (с обширным цитированием документов)[49]. В классических обобщающих работах проблемы движения сопротивления крымчан раскрыты более полно, однако некоторые вопросы только обозначены[50]. Например, относительно роли органов государственной безопасности; для преодоления этого противоречия вышли монографии в центральных российских издательствах[51] и в Крыму[52]. В целом идет процесс более точного и адекватного понимания истории партизанского и подпольного движения, деятельности войсковой разведки и советских спецслужб.

На общероссийском уровне прошли конференции, посвященные обсуждению вопросов истории Крыма в годы войны и на них затронуты проблемы партизанского движения, деятельности спецслужб и разведорганов[53]. Начали изучаться отдельные темы антипартизанской войны, в частности участие румынской армии против крымских партизан – причем историками – не крымчанами, с привлечением широкого спектра зарубежных источников[54]. Также исследователями из регионов России предприняты попытки осветить партизанское движение в контексте общей борьбы за полуостров, которые нельзя признать явно удачными из-за неясности методологических принципов исследований и явного их компилятивного характера[55].

В региональной крымской историографии также расширяется источниковая база, в дискуссиях отмечается необходимость очищения от мифологизации и приукрашивания партизанского движения. Этот процесс идет с первой половины 1990-х годов, когда появились работы И.П. Кондранова, директора государственного архива Крыма и его коллег[56]. В основных работах ведущего историка периода оккупации Крымской АССР О.В. Романько раскрыты отдельные вопросы партизанской войны и взаимоотношений партизан с местным населением, коллаборационистские факторы в оккупированном Крыму [57]. Расширение доступа исследователей к архивам способствовало появлению новых работ, среди которых выделяются исследования и монографии А.В. Мальгина[58], Е.Б. Мельничука[59], В.М. Брошевана[60], В.Н. и Е.В. Пащеня[61], Г.В. Коротковой[62]. Настоящим открытием стала публикация партизанских документов – в частности, через 33 года со дня выхода советского сборника увидел свет второй тематический сборник[63], а в 2017 г. – вышел еще один с большим количеством материалов по истории партизанской войны в период освобождения полуострова[64].

Вопросы разведывательного обеспечения и деятельности спецслужб во взаимодействии с партизанами активно изучал Л.А. Венедиктов[65]. Имеются обособленные публикации историков и исследователей различных отдельных проблем или региональной составляющей партизанского и подпольного движения Крыма[66]. Опираясь на глубокое изучение документов, эти авторы переосмысливают степень эффективности действий партизан, их непростые взаимоотношения с населением Крыма, раскрывают трагическую судьбу ряда партизанских отрядов. В то же время данные исследователи подчеркивают, что партизаны внесли свой вклад в дело победы, сделав все, что от них зависело, в тех нелегких условиях.

Наряду с ними, ряд авторов придерживаются традиционных подходов к изучению проблемы, сводя ее характеристику в основном к описанию героических подвигов партизан[67]. В условиях развития современного общества, требующего нравственных ориентиров и действий патриотического значения, это, без сомнения, нужно и важно, однако нельзя оставлять без внимания и прикладной характер военно-исторического опыта.

Различные вопросы проблематики партизанской войны и особенно разностороннего снабжения авиацией партизанских формирований на оккупированной территории Крымского полуострова – поставлены и решены в более ранних научных монографиях [68] и других работах автора, а в данной монографии нашли свое развитие. Однако автор не останавливается на достигнутом и активно исследует проблематику движения Сопротивления в Крыму в годы войны и его различных взаимосвязей внутреннего и внешнего характера в исторической ретроспективе.

Как в каждом сложном феномене, так и в проблематике партизанского движения в Крыму 1941–1944 гг. разобраться без учета множества факторов непросто, многие проблемы – особенно коллаборационизма – остаются весьма болезненными даже сейчас. Как болезненны, впрочем, и мифологизация истории, ангажированность некоторых авторов, стремление к переписыванию истории в угоду заинтересованных сил, обеление случаев предательства и откровенная подтасовка фактов. Появилось ряд публикаций – не адекватно, с позиций квази-историзма, – представляющие события тех лет. Это относится к творчеству В.Е. Полякова[69]. Его публикации весьма активно критикуются многими крымскими историками[70]. В целом указанный исследователь много работал в архивах, обладает багажом знаний по проблеме, однако весьма вольно трактует факты, слабой можно признать и его методологическую концепцию, представленную в основной монографии по проблеме (сложный синтез разных направлений методологии, социальных и гуманистических методик). Увы, работы историка грешат неточностями и ошибками, прямыми аллюзиями и заимствованиями без соответствующих ссылок. Например, в книгах В.Е. Полякова есть глава о взаимодействии авиации с партизанами Крыма, но она является конспектом основных положений работ В.Б. Емельяненко, и, увы, часто без ссылок на источники. Но если ранние книги В. Полякова – это прежде всего публицистические издания с претензией на научность, то его обобщающая работа, представленная как монография на соискание докторской ученой степени, страдает теми же недостатками – заимствованием из раннее изданных книг, слабым научным аппаратом и своеобразной умозрительной методикой[71]. Причем автор явно не делает выводов ни из критики, ни вычитывает даже своих старых текстов – множа ошибки в новых публикациях. Например, даже в самой последней публикации в солидном научном журнале Поляков упорно упоминает некие «Кораловские каменоломни»[72], и не представляет правильное наименование Караларских каменоломен на Керченском полуострове, хотя литературы с точным написанием и определением этого топонима более чем достаточно[73], не говоря уже о картографическом материале разных лет. И так во многом, на что справедливо указывают критики таких «исследований».

В такой же плоскости лежат работы А.В. Неменко, который не будучи историком по образованию, но весьма плодовитым компилятором, коснулся проблем партизанской войны[74]. Рассматривая ее ход через документы противника, он не подвергает их критическому анализу и вываливает на читателя множество не верифицированной фактуры, круто разбавленной своими измышлениями. Методологии исторического исследования «известный исследователь и поисковик» не знает, в архивах не работал, часть документов и список литературы и источников попросту скопировал у других историков. При этом автор находит поддержку у некоторых исследователей, хотя и они указывают на множество огрехов и отсутствие рецензий[75].

Не всегда адекватно оценивается партизанское движение в Крыму в литературе и прессе национальных меньшинств; даже при всей обширной фактологической базе в обобщающем издании энциклопедического характера[76]. Обобщающих научных работ по истории партизан Крыма среди крымско-татарских авторов не зафиксировано, материалы по проблематике находятся в плоскости публицистики[77]. Только несколько лет назад вышла монография Р. Музафарова, в которой автор попытался с явно устаревших позиций посмотреть на войну в оккупированном Крыму[78]. Дело в том, что эта книга известного крымско-татарского ученого, доктора филологических наук, была написана автором еще в конце 1980-х, но так и не была издана. Греческой, армянской или болгарской составляющей в историографии вопроса не зафиксировано (кроме одиночных публикаций[79]), хотя ряд крупных партизанских командиров были представителями этих народов – М.А. Македонский, И.Г. Генов и другие, все же осмысления их деятельности и партизанского творчества, в научной сфере пока не произошло. Кстати, в работах из других национальных образований можно выделить современных калмыцких исследователей, раскрывших боевой путь известного военачальника Б.Б. Городовикова, который в 1941–1942 гг. командовал отрядом и партизанским районом в Крыму[80]. Есть несколько публикаций по участию евреев в движении Сопротивления в Крыму[81].

В целом, исследователи получили больше возможностей для дальнейшей разработки истории партизанского движения в Крыму во время Великой Отечественной войны. В результате в настоящее время происходит пересмотр ряда прежних положений советской историографии, раскрываются малоизученные аспекты проблемы, постепенно формируется новая система представлений о действиях партизан на территории Крымской АССР. В то же время современный этап отличает исследовательский плюрализм и многообразие в подходах к проблеме, а отказ от устаревших положений является достаточно болезненным процессом.

Несомненно, сложность и многоплановость самого движения, обилие объектов историографии проблемы, порождает и отдельные неточности в некоторых исследованиях. В современных публикациях это не столь явно (кроме названных выше заблуждений и попыток фальсификации, сознательной или не осознанной). А в публикациях советского периода имелись также некоторые передергивания, возможно связанные со стремлением показать роль коммунистической партии и всенародный характер борьбы с оккупантами. Это вполне объяснимо с точки зрения методологии того времени. Но есть и моменты, которые непродуманно переносятся в современные монографии. Например, упоминается о партизанском крае в горнолесной части Крыма, а его очертания даже нанесены на карты официальных советских изданий[82]. Однако сейчас уже достоверно известно, что никаких «партизанских краев» (в их общепринятом понимании[83]) в Крыму никогда не создавалось, все партизанские формирования были вынуждены вести маневренную войну из-за природных и социальных факторов; следует говорить о партизанской зоне или более точно, о районах базирования и боевого предназначения конкретных формирований крымских партизан. Или утверждение (без достаточных на то оснований) в некоторых публикациях украинских историков о подчинении крымских партизан Украинскому штабу партизанского движения, что явно противоречит самой истории УШПД (создан в июне 1942 г., расформирован в январе 1945 г.)[84]. Единственным «крымским» моментом в деятельности этого штаба можно считать упоминания Крыма в границах оперативной деятельности при стадии организации единого органа руководства партизанами Украины – но еще в советской историографии прекрасно понимали место Крымской АССР в составе РСФСР, в документах штаба также отражена реальная сфера подчиненности[85].

Действиям советских партизан было посвящено немало и зарубежных исследований, написанных с позиций, во многом противоположных тому, что утверждали советские историки. В начале 1950-х гг. руководство ВВС США организовало специальную программу исследований партизанского движения в СССР в годы войны, основанную на трофейных документах. Одним из ее результатов стало появление фундаментального труда созданного под руководством профессора Висконсинского университета Джона А. Армстронга, недавно переведенного и изданного в России[86]. Как отмечает Армстронг, о характере и военной значимости партизанского движения в период Второй мировой войны делались прямо противоположные заявления, а официальные советские оценки часто расходятся в толковании важности «спонтанной» патриотической реакции населения, мужества и организаторских способностей местных партийных руководителей, направляющей роли центральных партийных и военных органов. Данные книги представляет собой первую попытку внести ясность в эти вопросы путем системного исследования огромного количества подлинных документов – по большей части немецких, но также и советских, мемуарного творчества бывших партизанских командиров.

Достаточно большое внимание изучению партизанского движения вообще, в том числе и в Крыму, уделяют и другие иностранные авторы. Работы некоторых из них были переведены ещё в первый период историографии [87], но большинство остаются малоизвестными отечественным историкам, хотя ведется переводная работа[88]. Но, например, классические исследования Э. Хессе – переведены только частично и избирательно (в т. ч. с материалом по Крыму)[89]. Однако иностранная литература еще остается малоисследованной в рамках историографических обзоров. Изучением доступных публикации зарубежных историков не выявлено отдельных работ по истории партизанского движения в Крыму, но во многих исследованиях есть только упоминания о партизанах Крыма без конкретики[90]. Периодизация иностранной историографии движения сопротивления в Крыму также пока не отработана.

Таким образом, в отечественной и зарубежной историографии разных периодов – первого послевоенного пятнадцатилетия, последующих годов и современного, накоплен немалый опыт изучения партизанского движения в Крыму в период Великой Отечественной войны. В работах обобщающего характера данная проблема рассматривается в контексте истории войны, развития советского общества и региона. В специальных исследованиях раскрываются различные аспекты истории партизанского и подпольного движения в республике. В некоторых из них упомянуты действия авиации в интересах партизанских формирований Крыма, роль и место разведки и органов государственной безопасности. Состояние научной разработанности проблемы позволяет выделить круг основных вопросов, определяющих ее изучение, использовать проблемный принцип в характеристике сложившейся историографии.

Сегодняшний уровень достижения историографии партизанского движения позволяет с большой определенностью сказать, что она характеризуется: расширением масштабов, актуализацией научных идей и изучаемых тем; повышением уровня исследований, вовлечением в научный оборот новых источников; более широким освоением методологии и методики исследования, теоретических положений; сочетанием обобщающих собственно историографических трудов по проблемам партизанского движения с монографическими, мемуарными, публицистическими и другими видами научных работ; значительным усилением противоречий среди разных авторов, школ и разнообразием их мнений; более четкой координацией комплексных исследований, объединением специалистов, изучающих проблемы борьбы в тылу врага. Эта проблематика непосредственно относится также к историографии движения сопротивления крымчан в годы Великой Отечественной войны.