Я люблю только тебя

Слова застряли в горле.

— Боюсь, я не смогу рассказать тебе правду.

Я ненадолго закрыла глаза.

— Это не моя тайна. Я не имею права ее раскрывать. Всё, что могу сказать… Мы оказались слишком разными. Наши ценности не совпали. Иногда любовь оказывается недостаточно. Иногда… Она вообще ничего не может изменить. Прости...

В трубке снова наступила тишина. Я слышала только ее ровное дыхание. И свое собственное. Я не знала, что она скажет дальше. Но почему-то именно сейчас боялась этого сильнее всего.

— Алиса… У меня столько вопросов, — тихо произнесла Ника. — Но ты не даешь мне ни одного нормального ответа. Я переживаю за тебя. И от этого становится только страшнее.

Я закрыла глаза.

— Ника, — мягко перебила я, — обещаю, что однажды расскажу тебе всё.

На мгновение мой голос дрогнул.

— Но не сейчас. Я... пока не умею об этом говорить.

Я сделала глубокий вдох.

— Прошу тебя, поверь мне. Сейчас это всё, чем я могу поделиться.

На другом конце послышался тяжелый выдох. Кажется, Ника собиралась спорить. Даже начала что-то возмущенно говорить. Но спустя несколько секунд сдалась.

— Ладно... — недовольно протянула она. — Тогда ответь хотя бы на один вопрос.

Я улыбнулась уголками губ.

— Попробую.

— Почему именно Нью-Йорк? Или это тоже государственная тайна?

Я тихо рассмеялась.

— Нет. Тут всё гораздо проще. Мне предложили работу в издательстве.

На несколько секунд воцарилась тишина.

А затем...

— Чёрт возьми!

Я невольно отодвинула телефон от уха.

— Тебе предложили работу в Нью-Йорке?!

Теперь уже улыбка появилась по-настоящему.

— Да...

— Вот теперь всё становится понятно. Ради такой возможности я бы тоже сорвалась хоть на край света.

— Но я пока только стажёр.

— И что?

В голосе Ники прозвучало столько уверенности, что я невольно поверила ей.

— Это только начало. Ты будешь заниматься тем, о чём мечтала столько лет.

Я тепло улыбнулась.

— Спасибо...

На этот раз молчание между нами было совсем другим. Тихим. Грустным.

— Мы ведь даже не попрощались... — почти шепотом произнесла Ника.

У меня болезненно сжалось сердце.

— Я думала, ты вернёшься в сентябре...

Ее голос становился всё тише.

— Мы бы вместе отметили наш день рождения...Я уже придумала, куда мы пойдем.

Она тихо усмехнулась сквозь грусть.

— Я так ждала, что мы снова будем учиться рядом. Что всё станет… Как раньше.

Я опустила взгляд. Горло снова сдавило.

— Как раньше...

Мой голос едва звучал.

— Уже никогда не будет.

Повисла тишина. Долгая. Тягучая. Я слышала только дыхание Ники. Казалось, она изо всех сил пытается сдержать слезы. Или слова… Которые давно хотела мне сказать..

— Я понимаю, что ты хочешь начать всё заново, — наконец тихо сказала Ника. — Но почему именно так?

Я медленно выдохнула.

Казалось, с каждым ответом внутри становилось только больнее.

— Потому что я больше не могу оставаться здесь.

Я оглядела свою комнату. Стены. Окно. Каждая вещь напоминала о том, какой я была еще совсем недавно.

— Здесь всё напоминает мне о том, что произошло.

Я опустила взгляд.

— Об Оливере... Об Адаме... Обо мне самой.

Голос дрогнул.

— Если останусь здесь, я никогда не перестану оглядываться назад. Мне нужно уехать. Не потому, что я перестала любить… А потому что больше не знаю, как с этим жить.

На другом конце повисло молчание.

— А ты уверена? — наконец спросила Ника. — Не страшно вот так... сжечь все мосты?

Я горько усмехнулась.

— Очень страшно.

Я впервые призналась в этом вслух.

— Но еще страшнее остаться. Если я останусь… Я так и буду жить одним и тем же днем. А я больше не хочу выживать. Я хочу снова начать жить.

Ника тяжело вздохнула.

— Тогда пообещай мне кое-что.

— Что?

— Больше не исчезай. Не прячься. Не пытайся справиться со всем одна. Пиши мне. Звони. Рассказывай, как у тебя дела. И…

Подруга ненадолго затихла.

— Обязательно приезжай на Новый год. Даже если всего на пару дней.

Я улыбнулась сквозь слезы.

— Обещаю.

И впервые за долгое время поняла, что могу дать это обещание искренне.

— Спасибо тебе… За всё. За то, что не отвернулась. За то, что продолжаешь ждать меня.

— Глупенькая, — тихо рассмеялась Ника. — Ты моя семья. Куда бы ты ни уехала, это никогда не изменится.

У меня снова защипало глаза.

— Рассказывай мне обо всём, — продолжила она. — О Нью-Йорке. О работе. О людях, которых встретишь. И помни...

Она ненадолго замолчала.

— Ты никогда не была одна.

После звонка я еще долго сидела с телефоном в руках. Внутри по-прежнему было страшно. Но где-то глубоко, среди боли и сомнений, впервые за долгое время появилась крошечная надежда. Возможно… Новая жизнь действительно существовала.

Комната казалась пустой и тихой, только за окном шумел город — звуки машин, редкие голоса прохожих, далёкий звон колоколов церкви. Всё это напоминало мне о том, что я делаю важный шаг — шаг в неизвестность.

Я поднялась с кровати и подошла к окну. За стеклом медленно покачивались деревья, ветер играл их кронами, а солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в теплые оттенки.

Я задержала взгляд на горизонте, где небо сливалось с землёй. Совсем скоро этот пейзаж останется лишь воспоминанием. Через несколько дней меня будет ждать другой город. Другая жизнь. Другой мир.

Я тихо выдохнула. В дверь осторожно постучали.

— Алиса? — раздался мамин голос. — Спустись, пожалуйста. К тебе пришли поздравить.

Я улыбнулась.

Наверное, Хью и Мия всё-таки решили заехать. Быстро вытерев глаза, я открыла дверь и спустилась вниз.

Но в коридор стоял Адам.

Сердце упало в пятки. Я не могла сдвинуться с места. Кровь застыла в жилах.

Адам стоял у двери, его глаза смотрели прямо на меня — спокойные, но полные какой-то скрытой боли и тревоги. Под глазами залегли темные тени, щетина стала заметнее, а волосы были непривычно растрепаны. Он выглядел человеком, который давно перестал спать.

Вся моя уверенность, что я могла уйти и начать новую жизнь, вдруг рассеялась в мгновение ока.

— С днём рождения, Алиса, — спокойно произнёс он.

Всего четыре слова. Но они ударили сильнее, чем я ожидала.

Сердце болезненно сжалось, пальцы задрожали, а внутри словно поднялась волна, сметая всё.

Злость. Боль. Страх. Любовь, которую я отчаянно пыталась в себе задушить. Всё смешалось в один хаос.

Я не могла поверить, что он действительно здесь. Я заблокировала его везде. Я ясно дала понять, что не хочу его видеть. Что мне нужно расстояние. Что между нами всё закончилось. Но он всё равно пришёл.

Адам сделал небольшой шаг вперед, но остановился, заметив, как я напряглась.

— Дай мне всего пять минут.

Его голос был тихим. Неуверенный. И это было непривычно. Я привыкла видеть Адама сильным. Человеком, который всегда знает, что делать. Но сейчас передо мной стоял просто мужчина, который боялся потерять меня.

Я смотрела на него и не могла произнести ни слова.

Одна часть меня хотела развернуться и уйти. Закрыть дверь. Сделать вид, что этого разговора никогда не будет.

Но другая...

Другая всё еще хотела услышать его. Хотела понять. Хотела знать правду. Потому что сколько бы я ни убегала, прошлое всё равно шло за мной следом.

Я медленно кивнула, но совершенно не была готова к этому разговору. Но я понимала — если я хочу начать новую жизнь, мне придется сначала закончить старую.

Мы вышли на улицу. Каждый шаг давался мне тяжело. Я чувствовала его рядом, но между нами словно стояла невидимая стена. Мы отошли достаточно далеко от дома, чтобы родители не смогли услышать наш разговор. Я остановилась первой.

— Теперь говори.

Адам посмотрел на меня.

— Всего пять минут, — напомнил он.

Я скрестила руки на груди, пытаясь защититься хотя бы так. Его карие глаза внимательно изучали мое лицо. Будто он пытался запомнить меня. Или боялся больше никогда меня не увидеть. И именно это пугало меня больше всего. Я боялась услышать правду. Боялась его оправданий. Боялась, что он скажет что-то, что снова разрушит мой мир.

Но еще больше я боялась другого… Что он скажет правду. И я больше не смогу его ненавидеть.

— Адам, ты убил человека… — Эти слова вырвались из меня раньше, чем я успела подумать. — Я совершенно тебя не знаю.

Голос дрогнул.

— Я смотрю на тебя и понимаю, что рядом со мной был совершенно чужой мне человек. Откуда мне знать, на что ты способен?

Он молчал. И это молчание пугало меня еще больше. Я пыталась найти в его лице хоть какое-то оправдание. Злость. Возмущение. Попытку доказать, что я ошибаюсь. Но ничего не было. Только боль. Я не знала, что чувствовала к нему в этот момент. Ненависть? Нет. Было что-то гораздо хуже. Разочарование. Предательство. Ощущение, что весь мой мир снова оказался ложью.

Я вспомнила Оливера. Его слова. Его зловещую улыбку. Его обвинения.

«Вы все ему не нужны, но он вас никому не отдаст».

Чем Адам был лучше?

Один разрушал людей из-за своей жестокости. Другой… Убил.

Адам тяжело выдохнул. На мгновение мне показалось, что он потерял уверенность. Но он быстро взял себя в руки.

— Я понимаю, что это сложно принять.

Его голос был тихим.

— И я не прошу тебя понять меня.

Он сделал шаг вперед. Я тут же отступила. Это движение причинило ему больше боли, чем любые слова.

— Я не хочу, чтобы ты считала меня монстром...

— Хватит.

Я перебила его, потому что боялась. Боялась не его слов, а того, что произойдет со мной, если я позволю ему продолжить.

Потому что даже сейчас, даже после всего его голос всё еще заставлял мое сердце биться быстрее. Его взгляд всё еще заставлял меня сомневаться. А я больше не хотела сомневаться.

— Я уезжаю. — Мой голос стал холоднее, чем я ожидала. — Очень далеко. Я больше не хочу тебя слышать. Не хочу тебя видеть. Пожалуйста…

Я чувствовала, как мой голос срывает на шепот, а слезы вот-вот предательски заблестят на глазах.

— Больше не приближайся ко мне. Между нами всё закончено.

Слова причиняли боль даже мне самой, но я должна была их сказать.

Адам долго смотрел на меня. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах я увидела то, чего совсем не ожидала.

Боль.

Настоящую.

— Я понимаю.

Его ответ прозвучал тихо.

— Я знаю, что между нами всё закончилось.

Он опустил взгляд всего на секунду, а затем снова посмотрел на меня.

— И я не собираюсь мешать тебе начать новую жизнь.

Я замерла. Почему-то именно эти слова ранили сильнее всего.

— Но я хочу, чтобы ты услышала правду от меня. Не от Оливера. Не через чужие слова. От меня.

Он сделал паузу.

— А дальше...

Его голос стал тише.

— Дальше ты сама решишь, что с этим делать. Простить меня. Ненавидеть меня. Или забыть. — Он горько усмехнулся. — Я приму любой твой выбор.

Внутри меня бушевала буря: гнев, боль, обман и любовь, которую я ненавидела за то, что она всё еще была во мне.

Я смотрела на него и не понимала, как один человек может вызывать столько противоположных чувств одновременно.

Я хотела ударить его. Хотела обнять. Хотела исчезнуть. Но сильнее всего я хотела вернуть ту Алису, которая еще несколькомесяц назад верила ему без сомнений.

Но ее больше не было.

— Когда это произошло? — спросила я наконец.

Мой голос прозвучал холоднее, чем я чувствовала себя внутри.

— Два года назад?

Я внимательно смотрела на него.

— В тот день, когда мы отмечали день рождения Ники?

Он молчал.

— Поэтому ты тогда исчез?

На несколько секунд между нами повисла тишина. Адам отвёл взгляд. Казалось, он снова оказался там. В том прошлом, о котором я ничего не знала.

— Да.

Всего одно слово. Но оно разрушило во мне что-то еще.

— Всё произошло в тот вечер.

Я сжала пальцы, пытаясь не показать, насколько сильно меня это задело.

— Тогда объясни мне.

Я сделала шаг ближе.

— Зачем ты привёл меня к Эмили?

Он нахмурился.

— Что?

— Зачем ты хотел, чтобы я работала с ней?

Мой голос дрожал.

— Чтобы мы обе были рядом с тобой? Чтобы ты мог контролировать нас?

Адам словно не сразу понял, что я сказала. Он несколько секунд просто смотрел на меня. А потом устало провёл рукой по лицу.

— Нет… — Он покачал головой. — Нет, Алиса.

В его голосе впервые появилась растерянность.

— Всё не так.

Он провёл рукой по вискам, будто пытался собрать мысли.

— Всё намного сложнее.

— Сложнее?

Я горько усмехнулась.

— Как можно не подумать об этом? Как можно убить человека и потом просто жить дальше?

Его лицо изменилось. Не от злости. От боли.

— Как Эмили вообще может продолжать с тобой общаться после этого?

Я повысила голос.

— Как она может смотреть тебе в глаза? Как?!

Я смотрела на него и впервые видела не сильного Адама. Не человека, который всегда знает ответ. А человека, который словно оказался загнанным в угол.

Он сделал шаг ко мне. Но остановился. И я заметила это. Он больше не пытался приблизиться. Не пытался заставить меня слушать.

— Поэтому я и хочу тебе всё рассказать. — Его голос был тихим. — Чтобы ты услышала это от меня.

— Нет. — Я перебила его.

Слишком быстро. Слишком резко. Потому что если он продолжит… Я боялась, что снова начну ему верить.

— Нет, Адам. — Я покачала головой. — Мне больше ничего не нужно.

В горле появился ком.

— Я не хочу знать подробности. Я хочу просто забыть. Забыть тебя. Забыть всё это. — Голос предательски дрогнул. — Мне больше ничего от тебя не нужно.

И впервые за всё время я увидела, как эти слова действительно ранили его. Он молчал некоторое время. В его глазах мелькнула боль. Просто боль человека, который понял, что больше не может ничего исправить прямо сейчас.

Но он лишь тихо кивнул.

— Я знал, что ты упрямая. На его губах появилась едва заметная, грустная улыбка. — И знал, что ты не захочешь меня слушать.

Я отвернулась.

— Поэтому я написал тебе всё. — Он достал конверт и посмотрел на него, словно там были не просто слова, а часть его самого. — Всё, что произошло. Все ответы на твои вопросы. Я оставлю его тебе. А дальше...

Он сделал паузу.

— Дальше решать будешь только ты. А я буду ждать.

Я была готова развернуться и уйти. Потому что внутри всё кричало: «Беги. Беги, пока снова не поверила ему. Пока снова не позволила ему разрушить твои стены. »

— Не надо меня ждать. Я никогда не передумаю. — Я сказала это уверенно. Или пыталась убедить в этом себя.

Адам посмотрел на меня несколько секунд. Затем тихо произнёс:

— Алиса.

Я замерла.

— Мои последние слова.

Внутри всё сжалось. Я не хотела слушать. Но почему-то осталась.

— Хорошо, — прошептала я.

Он глубоко вдохнул.

— Я не хотел, чтобы всё так получилось.

Его голос был спокойным, но я слышала, как ему тяжело говорить.

— Когда я познакомил тебя с Эмили, я не думал о последствиях. Я видел только одно: ты мечтала стать иллюстратором, а у меня была возможность помочь тебе. Я хотел дать тебе шанс. Не контролировать. Не удержать рядом. Просто помочь.

Я закрыла глаза. Мне хотелось поверить. Но я больше не могла.

— Всё было не так, как ты думаешь. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Но я понимаю, что сейчас ты не готова это услышать. И я не буду заставлять тебя. Тебе нужно время. Может быть, когда-нибудь ты прочитаешь моё Письмо. А может, нет. Я приму любой твой выбор.

Его следующие слова заставили меня перестать дышать.

— Я любил тебя.

Он сделал паузу.

— Люблю. И буду любить.

У меня задрожали руки. Я хотела сказать так много. Хотела спросить. Хотела закричать. Хотела ударить его за то, что он разрушил мой мир. Но вместо этого просто молчала. Потому что самая ужасная правда была в другом.

Я всё еще любила его. Даже сейчас. Даже после всего.

Адам протянул мне конверт. Его пальцы едва коснулись моих. Всего одно мгновение. Но этого хватило, чтобы сердце снова заболело.

— А теперь...

Он сделал шаг назад.

— Прощай, Алиса.

И он ушёл. Просто ушёл. Без попытки остановить меня. Без последнего поцелуя. Без объятий. Без обещаний, что он вернется.

Только тихий уход человека, который впервые позволил мне выбрать самой.

Я стояла посреди улицы, сжимая конверт в руках. И впервые за всё время мне стало страшно не от того, что он может причинить мне боль. А от того, что я могу потерять его навсегда.

Я чувствовала тяжесть внутри и одновременно странное спокойствие. Это было прощание без слов любви или сожалений — чистое, простое и очень сильное. Ветер трепал мои волосы, а сердце сжималось от боли, словно разрывалось на части.

Вернувшись домой, я поднялась к себе и закрыла дверь за собой. Внутри всё горело — смесь боли, пустоты и неотвратимой утраты. Сердце разрывалось на куски, а слёзы не переставали течь. Я проплакала всю ночь напролёт, не давая себе передышки. Волна воспоминаний накатила на меня с такой силой, что казалось — она сметает всё на своем пути: наши моменты счастья, его слова, его взгляд. Всё было как в тумане — неотступно и навязчиво.

Я чувствовала себя потерянной в этом море чувств, без сил бороться или найти выход. Только слёзы и тишина окружали меня в темноте.

Но я должна была с ним попрощаться. С его ложью и тайнами. Я должна выбрать себя.

На следующее утро я собрала последние вещи. Мой взгляд зацепился за конверт. Сначала я хотела все выбросить, но потом достала письмо. Толстый конверт, в котором хранились все ответы Адама. Надо выбросить, но я не могла. Тело не слушалось меня. Я быстро затолкала конверт в чемодан, а затем закрыла его.

Не понимаю себя. Зачем я сохранила его. Зачем взяла с собой.

Я не хотела знать его историю и причину его поступка. Но мне не хватило смелости выбросить то, что еще объединяет нас.

Мои руки дрожали, в голове крутились мысли о предстоящем переезде — о новом городе, новых людях, новых возможностях. Но вместе с тем я ощущала страх перед неизвестностью и грусть по поводу того, что оставляю позади.

— Я так долго боялась этого момента… — прошептала я вслух. — Но больше не могу оставаться здесь. Мне нужно начать всё заново.