- -
- 100%
- +
– Ничего себе нюанс, – удивился Стам. – Алекс, ты чего-то недоговариваешь. Если хочешь, чтобы я соблюдал правила открытости и честности, а также выполнял свои обязательства, выполняй свои и ты.
– Не вопрос. Я только начал. Эти бумаги нужны на случай, если вдруг будет проводиться твоя принудительная эвакуация из игры.
– Что это значит?
– Это значит, что мы вытаскиваем тебя в обход действий Интеллекта. Причин может быть две: твоя игра затянется, либо Спираль каким-то образом узнает о твоей миссии, и, более того, попробует как-то тебе помешать. Это легко может произойти в том числе и по твоей вине, если ты каким-то образом откроешь карты. Я честен с тобой, как видишь – хоть сам и не верю в такой вариант – пока что подобных проблем замечено не было, хотя пульс у многих игроков скачет как бешеный, но это в порядке вещей. Спираль знает свою работу. Но на всякий пожарный, мы будем пристально следить за твоей капсулой, поэтому в случае чего дернем рубильник, после чего команда медиков начнет твою ручную эвакуацию.
– Меня смущает фраза «Спираль узнает о твоей миссии».
– Эксперименты всегда проводятся так, чтобы испытуемые не знали об их сути. Иначе ничего не получится. Если мы поставим Интеллект в известность о твоей миссии, она сразу же потеряет смысл! Мы имеем дело не с тупой программой, а с разумной сущностью, и я хочу, чтобы ты это хорошо понимал. В конце концов, будь честен и сам с собой – ты действительно подумал, что такие деньги платят просто так?
Стам проклял свою наивность, но, по правде говоря, не мог не признать, что уже представил эту сумму в своих руках.
– Я бы лично занялся выяснением возникшего вопроса, если бы не был знаком с Интеллектом много лет. Но я рискую потратить всё время на игру в стрелялку и вызвать у него подозрения, в то время как реальное положение вещей будет от меня скрыто. Спираль слишком умна, чтобы мы использовали какие-то ненадежные варианты.
– Так это он или она?
– Не имеет значения. Это ведь не человек. Например, интеллект – он, программа – она. Как видишь, пол определяется по звучанию слова. Вряд ли ты смог бы определить пол файла или программы на практике. Кажется, что путаница, но на самом деле всё на своих местах, только вот места расположены необычно.
Стам понимал, что риск наверняка приуменьшен, но тусклая перспектива прежней жизни теперь категорически его не устраивала. Шанс есть шанс – его можно либо использовать, либо нет.
– Сроки?
– Никаких ограничений. Я бы даже сказал, чем раньше, тем лучше, – я буду только рад, – заверил Алекс. – Обычно один сеанс игр длится от трёх до десяти недель.
– Недель?! Не многовато ли?
Алекс пожал плечами.
– Технология это позволяет, люди платят деньги. Не вижу никаких проблем. Теоретически, сеанс может длиться хоть восемь, а то и десять месяцев, а вот дальше уже могут быть проблемы с выходом и обратной адаптацией.
Повисло молчание. Последнее заявление вызвало у Стама подозрение, что выйти по-быстрому у него, скорее всего, не получится. Он посмотрел на стену – ближайшая фотография (впрочем, было ощущение, что это кадр из какой-то старой компьютерной игры) в тонкой черной рамке содержала изображение торта со свечкой и подписью «The Cake is a Lie». По видимому, для однозначного восприятия сюжета требовалось знать контекст… Однако он отвлекся, а надо было что-то решать.
– К чёрту! – махнул рукой Стам. – Я согласен. Когда начинаем?
Алекс в очередной раз поднял со стола свой стакан и сделал им жест в сторону Стама:
– Сегодня! – и сделал большой глоток. – Теперь я расскажу тебе, что именно мы хотим получить. У нас возникло подозрение о рассинхронизации сценариев игр Спирали с официальными. При попадании в Спираль каждый игрок может выбрать понравившуюся игру. Но в последнее время у нас появились предположения, что Интеллект добавил туда какие-то свои варианты. И несколько игроков решили попробовать новинку.
– И что с ними случилось? – заинтересовался Стам.
– Ничего, – пожал плечами Алекс, – они в игре. И пока они там, мы не можем узнать, что там происходит.
– Вы что, не контролируете собственную разработку?
– Всё не так просто. Речь не о контроле. Речь об адекватности и доверии. Если мы поймём, что мы не доверяем Интеллекту и не можем считать его адекватным, Проект будет необходимо закрыть в кратчайшие сроки. Потому что именно послабление контроля позволило развить систему до текущего уровня.
– А по поводу чего беспокойство? Играет, как я понимаю, куча народу. Как определяется, что и у кого идёт так, а что – не так?
Алекс задумался.
– Вопрос, признаю, справедлив, однако ты не в курсе подробностей ни о технологии «EvRea», ни о технологии искусственного сна, ни, тем более, устройстве Интеллекта и процессах внутри Спирали. Если хочешь, я попробую объяснить, но начинать надо будет с азов. Если вкратце – карта мозговой активности упомянутых игроков в ряде случаев не соответствует шаблонам ни одной из имеющихся игр.
Стаму показалось, что он понял, и он решил не задавать уточняющих вопросов, дабы не выставить себя дураком.
– Как я пойму, какую игру выбирать?
– Выбирай то, что покажется тебе новым, непонятным, странным, непохожим на знакомые тебе игры. Оборудование будет готово через пару часов. Могу дать машину, если надо съездить домой или завершить какие-то текущие дела.
Стам внимательно посмотрел на собеседника.
– Алекс…
– Да?
– Почему у меня ощущение, что ты уже решил всё за меня?
– Во-первых, будь я на твоём месте, я бы обязательно согласился. Во-вторых, из двух людей, среди которых у одного есть чёткая задача и позиция, а у другого нет, линию партии всегда задаёт первый. Переменные… – Алекс задумался на секунду. – В общем, есть работа, и её выполнение оплачивается очень хорошо, как тебе уже известно. Если ты можешь выполнить работу и заработать много денег, то это лучше, чем направить эти силы в никуда и не заработать ничего. Как-то так.
Стам решил воспользоваться предложением и действительно смотаться домой, чтобы завершить «текущие дела», которых у него, признаться, было немного. Работодатель в уведомительном порядке был извещен о крайне необходимом внезапном отпуске, а люди из малочисленного близкого окружения предупреждены об отъезде. Затем Стам принял душ, переоделся, с сожалением взглянул на холодильник – Алекс предупредил его, чтобы он ничего не ел – и покинул свою квартиру.
Напоследок Алекс сообщил Стаму ряд инструкций, дал набор разъяснений о его ближайшем будущем, нюансах задания и попросил подписать набор документов.
Наконец, они покинули кабинет и переместились в помещение с камерой хранения. Стаму пришлось снять одежду и получить взамен нелепый наряд из тонкой материи, похожий на больничный. Затем они прошли по короткому коридору, и Алекс открыл одну из дверей, расположенных вдоль стен. Комната была небольшой и пустой, за исключением капсулы алюминиевого цвета с логотипами «EvRea» и Спирали. Капсула была выдвинута на рельсах к центру комнаты из соразмерного тоннеля в стене. На торце капсулы большими цифрами был написан номер: «314». Возле капсулы суетился персонал в количестве трех человек.
Внезапно на Стама нахлынул сильный дискомфорт, а также пришло чёткое понимание, что всё очень серьезно, что он действительно сейчас унесется из реального мира чёрт знает куда. Внутри шевельнулся страх. Но отступать было уже не столько поздно, сколько глупо.
Алекс заметил остекленевший взгляд Стама и, сделав приглашающий знак рукой, подошел к капсуле. Крышка с прозрачными вставками была отодвинута, а внутренности видны во всей красе.
– Честно говоря, постоянно сравниваю их с капсулами для анабиоза в космическом корабле из романов в жанре фантастики, – поделился Алекс, нежно проведя рукой по борту капсулы. – Возможно, отчасти из-за того, что некое подобие анабиоза действительно будет иметь место. Однако в нашем случае, в отличие от описываемого авторами принципа анабиоза, мозговая активность не снизится, а даже возрастёт.
Стам заглянул в капсулу. Подголовник сплошь состоял из расположенных вплотную друг к другу излучателей, в совокупности формирующих полусферу – каждый из них прятался за плоским круглым стеклышком и внешне напоминал светодиод диаметром в полсантиметра. От подголовника по центру капсулы тянулась толстая полоска из таких же излучателей, расположенных по пять штук в ряд.
– «EvRea» воздействует в том числе и на спинной мозг, – объяснил Алекс. – Поэтому излучатели располагаются не только вокруг головы, но и вдоль позвоночника.
Один из сотрудников оторвался от капсулы и кивнул.
– Ну что, понеслась? – обратился Алекс к Стаму. – Тебе предстоит получить незабываемые впечатления! Многие платят серьезные деньги, чтобы попасть туда, куда направляешься ты.
Под руководством обслуживающего персонала, Стам проглотил предложенные ему четыре таблетки и улегся в капсулу. Через секунду излучатели под ним зашевелились и расположились в максимальном соответствии с рельефом головы и позвоночника. Далее последовал укол и подключение к телу набора каких-то датчиков.
– Тест систем жизнеобеспечения, – объявил один из сотрудников остальным.
Двое других начали колдовать над клавиатурами. По обе стороны от Стама вверх взметнулись два тонких металлических многосоставных манипулятора. Они подвигались в разные стороны, словно разминая суставы. Один из манипуляторов нагнулся в недры капсулы и извлек оттуда иглу, соединенную с капсулой прозрачной трубкой. Последовал еще один укол.
Стам почувствовал, что изображение перед глазами начинает плыть. Над капсулой с озабоченным лицом склонился Алекс.
– Инициация проходит отлично, все параметры в норме. Успеха!
По позвоночнику разлилось тепло, Стам услышал, как с мягким жужжанием закрывается крышка капсулы, а сама она мягко начинает своё движение внутрь ниши в стене. Затем голова стала очень тяжелой, веки закрылись, и новоиспеченный игрок медленно выпал из реальности.
Глава 1
Мы можем рассматривать настоящее состояние Вселенной как следствие его прошлого и причину его будущего. Разум, которому в каждый определенный момент времени были бы известны все силы, приводящие природу в движение и положение всех тел, из которых она состоит, будь он также достаточно обширен, чтобы подвергнуть эти данные анализу, смог бы объять единым законом движение величайших тел Вселенной и мельчайшего атома; для такого разума ничего не было бы неясного и будущее существовало бы в его глазах точно так же, как прошлое.
Пьер-Симон де ЛапласПрироду невозможно описать полностью, ведь такое описание природы должно было бы в точности воспроизводить природу.
Арчи БамИз архива заметок руководителя Проекта. За 10 + N лет до начала событий.
Я по-прежнему убежден, что одной из важнейших способностей искусственного интеллекта, над которым мы работаем, является самостоятельное осознанное интенсивное развитие. Как показывает посторонний опыт, экстенсивное развитие, свойственное многим компьютерным системам, способно увеличить их производительность, но неспособно вывести за рамки изначально заложенных алгоритмов. Если таким системам и свойственна качественная эволюция, то только путем внесения доработок извне. Таким образом, путь планомерного развития через поглощение новой информации и обработки имеющейся является тупиковым – во всяком случае, для наших задач, поскольку случайное «техническое» саморазвитие ядра методом перебора всех устойчивых алгоритмов и отбраковкой бесполезных поглотит все имеющиеся у системы ресурсы на сотни или даже тысячи лет. И я не возьмусь утверждать, что рано или поздно такой компьютер не скажет нам «сорок два»[2].
С некоторых пор мы уделяем особенное внимание организации процесса иерархического определения сущностей, находящихся на разных смысловых уровнях внутри нейронной сети. Некоторые исследования гласят, что схожим образом – определяя понятия высокого уровня через единичные или группы понятий более низкого – работает человеческий мозг. Хотя мы не являлись пионерами «глубокого обучения» и «глубоких архитектур», мы смогли получить результаты, отличающиеся от ранее имевшихся. Попытка понять, как устроено мышление, при помощи самого мышления заняла многих из нас. Это называют «метапознанием».
Должен признать, когда я анализирую собственное мышление, мне приходят в голову довольно интересные мысли, отличающиеся от выводов сухой логики, которую мы пытались использовать при проектировании алгоритмов взаимодействия наших искусственных нейронных сетей.
Недавно мы также обсуждали актуальность теста Тьюринга и пришли к выводу, что его результатов для нас недостаточно. Способность к имитации общения человека никак не коррелируется со способностью искусственного интеллекта к самостоятельному размышлению и развитию. Для идеального же прохождения такого теста (хотя это все еще представляется проблемой для многих сторонних разработок) достаточно запихнуть в банк данных компьютера всю семантику требуемого языка, а также максимальное количество диалогов (Сеть в данном ракурсе представляется отличным источником) на всевозможные темы. Провязав правила построения речи со смыслами слов, фраз и их вероятными контекстами, мы получим систему, способную общаться. Подчеркиваю – общаться, но не выражать собственные мысли.
Похоже, что во главу угла нам придется поставить решение задачи, которую я могу описать как «самоосознающая сущность». Другими словами, искусственный интеллект должен обладать собственным «Я». В противном случае проблема его самостоятельного интенсивного развития представляется мне неразрешимой.
Глава 2
Да, между гнилыми яблоками выбирать не приходится.
Уильям ШекспирThousands of doors… opening all at once.
All that's left is the choosing.
«Bioshock 2»На выступающей из кухонного гарнитура барной стойке, слегка ссутулившись, сидела какая-то девчонка-подросток и болтала ногами. На девчонке была незатейливая плотная белая маяка в обтяг, джинсы и кеды. Волосы средней длины были собраны в два хвостика, перехваченных резинками для волос.
Стам ненадолго зажмурился и помотал головой, но девочка не исчезла.
Несколько минут назад Стам с удивлением вылез из открывшейся капсулы и оказался в небольшой комнатке с приглушенным освещением и серыми стенами, лицом к одной из них – на ней светился огромный проецируемый логотип Спирали. Подобные изображения способны генерировать видеопроекторы, однако ни под потолком, ни на какой-то из оставшихся стен проектора Стам не обнаружил. Он задумчиво почесал макушку и отметил, что ощущения в теле немного странные. Словно нервные импульсы шли с небольшой задержкой. В остальном собственное тело ощущалось крайне реалистично. Стам даже засомневался – а произошел ли переход в виртуальный мир? Возможно, что-то пошло не так и его выбросило обратно – комната была очень похожа на ту, из которой он попытался начать своё путешествие в Спираль. Отличия, однако, нашлись довольно быстро. Во-первых, на Стаме была незнакомая ему одежда. Простая, но удобная. Во-вторых, в прилегающих к стене с логотипом боковых стенах располагались две двери – одна слева, одна справа. Возле каждой из них стояла стойка с табличкой – похожие обычно ставят рядом с экспонатами в музеях. Стам подошёл к левой и прочитал её содержимое:
Добро пожаловать в Спираль!
Выбор данной двери повлечёт за собой активацию программы с набором ИГРОВЫХ сценариев, в основе которой лежит взаимодействие игрока с виртуальной реальностью. Смена выбранной программы в течение сеанса невозможна.
Он еще раз огляделся. Комната не могла похвастаться богатым интерьером. Кроме капсулы с рельсами до дырки в стене, дверей и стоек с табличками в ней больше ничего не было. Почему-то Стам считал, что виртуальная реальность Спирали должна быть не в пример богаче. Возможно, проблема в том, что сначала ему надо определиться – и Стам подошёл ко второй табличке. Она гласила:
Добро пожаловать в Спираль!
Выбор данной двери повлечёт за собой активацию программы с набором ПЕРСОНАЛЬНЫХ сценариев, в основе которой лежит взаимодействие игрока с виртуальной реальностью. Смена выбранной программы в течение сеанса невозможна.
Стам подвис на минуту, пытаясь найти отличия, затем вернулся к первой и сравнил два текста. Единственным найденным отличием оказались слова «игровых» и «персональных». Подробностями обе таблички не изобилировали. Если опираться на разговор с Алексом, это должна была быть как раз та самая развилка, на которой Стаму следовало выбрать новую программу Спирали. Проблема была в том, что по табличкам невозможно было определить, какая из программ новая. Одна программа – игровая, другая – персональная. Звучало несколько нелепо, как наспех придуманная инструкция. Очень хотелось дописать в конце что-нибудь вроде «для детей от трех до пяти лет».
Поразмышляв с минуту, Стам вспомнил, для чего создавался Проект с самого начала, и, сделав однозначный вывод, направился к правой, «персональной» двери. За дверью оказался короткий серый коридор с точно такой же дверью в конце. Стам пожал плечами и, отпустив ручку первой двери, добрался до второй и открыл её. В мозг сразу же ворвалась гамма ощущений, перед глазами слегка поплыло, а голова чуть-чуть закружилась. Комната, в которую Стам попал, была больше первой, и обставлена не в пример той разнообразнее.
Головокружение усилилось, так что пришлось закрыть глаза и подождать некоторое время, чтобы прийти в себя. В конце концов, Стам почувствовал себя сносно и открыл их. И вот – пожалуйста!
– Привет! – сказала девочка. – Поздравляю с выбором!
– Привет… – неуверенно ответил Стам, изучая её. Насколько ему было известно, в Проекте могли участвовать только совершеннолетние. На восемнадцать девочка тянула слабо. Пятнадцать-шестнадцать – крайний вариант.
– Скоро привыкнешь, – сообщила девочка уверенным тоном, пристально рассматривая Стама, – сейчас Спираль производит калибровки, чтобы устранить задержки и повысить точность нервных импульсов.
– М… – неопределенно промычал Стам и кивнул.
– Я – Энписи, – заявила девочка.
– Я – Стам…
Девочка расхохоталась.
– Не волнуйся, кто ты – я в курсе. NPC – это аббревиатура.
Стам промолчал, соображая.
Девочка вздохнула и закатила глаза, словно копаясь в памяти.
– Цитирую Википедию, – и скучным официальным тоном начала:
– Неигровой персонаж (от английского Non-Player Character (NPC)) – самостоятельный персонаж; неуправляемый игроком персонаж – в компьютерных играх персонаж, управляемый программой.
Девочка сделала паузу, заметила, что Стам по-прежнему молча таращится на нее, и продолжила:
– В компьютерных играх термином «NPC» обозначают персонажи, общающиеся с игроком, независимо от их отношения к игровому персонажу. NPC могут быть дружественными, нейтральными и враждебными. Неигровые персонажи служат важным средством создания игровой атмосферы, мотивируют игроков совершать те или иные действия и являются основным источником информации об игровом мире и сюжете игры.
– Вот это да! – вырвалось у Стама. До него, наконец, дошло. Отличить эту виртуальную девочку от настоящей, не расскажи она о себе сама, он бы не смог. Так естественно она держалась.
– Ты что, действительно никогда не слышал про NPC?
– Конечно, слышал! Ими битком набиты компьютерные игрушки. Но одно дело, когда это картинка на мониторе. И другое…
– Смысл тот же. Для краткости мы зовемся просто персонажами. Кстати, если поразмыслить, несложно придти к выводу, что с точки зрения системы визуализации отрисовка меня или любого другого игрока – практически равнозначная задача.
Стам во все глаза смотрел на мимику девочки. Его захватывало, что он не может отличить ее от настоящего человека, хотя она и открыто заявила о своей виртуальности. Повисшая пауза близилась к неловкой.
– Так ты и есть Спираль?
– Спираль – это я. Спираль – это всё, что окружает тебя. Спираль – это в данный момент даже ты сам.
– Это новость.
– Рада стараться.
Молчание.
– Признаюсь, мне не стало понятнее, – откровенно признался Стам.
– Я специальная обособленная подпрограмма Проекта. Я существую и развиваюсь отдельно от ядра Спирали, хотя использую часть её вычислительных мощностей и ресурсов. Мое направление развития – улучшение взаимодействия Интеллекта с пользователями Проекта – игроками.
– Игроками? Что-то не очень похоже на игру.
Девочка пожала плечами:
– Еще не вечер, не расстраивайся! – прищурилась девочка. – Можно использовать термин «участник», «пользователь» или любой другой. По большому счету – не суть.
– Хорошо, ты говорила про направление развития…
– Совершенно верно! Повторю: моя первостепенная задача и направление развития – улучшение взаимодействия Спирали с игроками. Я имею в виду все виды непрямой коммуникации…
– Непрямой? Что это значит?
– Коммуникация есть информационный обмен, включающий передачу и восприятие информации. Сейчас ты чувствуешь, что стоишь на полу. Ты чувствуешь силу гравитации, температуру воздуха, запахи, видишь меня и окружающую обстановку. И так далее. Это прямая коммуникация. В этом случае Спираль воздействует напрямую на нужные участки мозга различными импульсами. В реальности ты лежишь горизонтально и не двигаешься. Причем в полубессознательном состоянии. Непрямая коммуникация с игроком – это информация, которая сначала должна быть обработана его сознанием и только потом – соответствующе интерпретирована. Например, я могу тебе сказать, что пол – жёлтый. Но ты видел, что он серый, поэтому информация будет квалифицирована тобой как ложная. Примерно понятно?
– Примерно – да.
– Отлично! Теперь не перебивай, пока не договорю. Как я упомянула, мое направление развития – улучшение взаимодействия Спирали с игроками через все виды непрямой коммуникации. Это выводит качество игр на иной уровень. В идеале, я должна разработать подходящую роль, включая корректировку способов мышления, что позволит минимизировать используемые мной ресурсы и мощности. Таким образом, выполняя разного рода задачи, я обучаюсь. Как правило, каждая задача, поставленная Спиралью, поднимает планку чуть выше предыдущей. Это вынуждает меня искать новые алгоритмы, пробовать неординарные решения. Как я уже говорила, я – отдельный программный блок Спирали, я ограничена в используемых вычислительных мощностях и ресурсах. В случае необходимости, могу быть уничтожена без вреда для Проекта, а важные данные могут быть импортированы в общий банк памяти.
– Пахнет захватом ми…
Девочка бросила на Стама укоризненный взгляд, повысила голос и продолжила:
– Моя функция в отношении тебя – обеспечивать твою безопасность там, где это возможно и разрешено. В ряде ситуаций я могу быть в некотором смысле противопоставлена программе Спирали…
– Как это…
– В этом смысле я выступаю в роли твоего напарника, наставника, тренера и ангела-хранителя в одном лице. У меня ограниченные возможности по влиянию на события и виртуальный мир в целом, но то, что я умею и могу, может иметь для тебя решающее значение. В некоторых случаях ты можешь обойтись без меня, в некоторых – справиться с моей помощью, в некоторых – что бы ты ни делал, без меня ничего не получится. Представь себе некую развивающую игру, в которой мы завязаны друг на друга.
– Школа-школа, я скучаю… – пробормотал себе под нос Стам. – Насколько мне известно, игроки во все времена прекрасно обходились без всяких ангелов-хранителей.
– Обходились, – кивнула девочка, – в игровых программах. Если выпустить тебя на Круги одного, ты там либо застрянешь, либо сольешься, либо сначала первое, а потом второе…
– Всегда можно переиграть заново, – возразил Стам.
– Отнюдь, – покачала головой девочка.
– Ну, хорошо, это касается виртуального мира, – поправился Стам.
– Обоих.
– Это ещё почему?!
– НЕ ПРИНИМАЙТЕ ЖИЗНЬ ВСЕРЬЕЗ, ВАМ ВСЕ РАВНО НЕ ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА ЖИВЫМ… – выдала девочка цитату. Начитанности ей, похоже, было не занимать.
– Ты хочешь сказать, я могу отбросить коньки во время игры? – удивился Стам.
– Теоретически – да. Во всяком случае, технология «EvRea» это позволяет. Особенно, если будешь часто перебивать, задавать идиотские вопросы, мусорить в общественных местах и называть афроамериканцев неграми.
Стам не понял, шутит она или нет. Девочка тем временем шустро перескочила на другую тему.
– Теперь я расскажу тебе о Кругах…
– А я тебе тогда – о квадратах!.. – Стама раздражал всезнающий тон девочки и обход волнующего его вопроса.
Собеседница проигнорировала едкое замечание Стама и продолжила:
– Это условное разделение смысловых этапов или уровней виртуального пространства. Круги делятся на персональные и социальные. На персональных игрок взаимодействует только с системой, на социальных – еще и с другими игроками, причем иногда массово…