Курс великой страны – обзор и перспективы новой демографической политики Китая

В-третьих, контроль рождаемости. Экономисты в области народонаселения считают, что контроль рождаемости является лучшим и наиболее фундаментальным решением проблемы народонаселения. Сюй Шилянь отмечает, что существует два способа решения демографической проблемы: «лечение симптомов» и «лечение первопричин». Развитие сельского хозяйства и промышленности, повышение занятости, миграция, евгеника и здравоохранение – все это «временные» решения. Коренное решение заключается в поощрении поздних браков, отказе от старой традиции многодетности и проведении всемирной кампании по контролю рождаемости. Чэнь Да также считал, что иммиграция и индустриализация неэффективны, а контроль рождаемости – лучшее и наиболее эффективное решение демографической проблемы Китая.

Выше перечислены основные теории и идеи социологической школы, что были популярны в 1920-х и 1930-х годах. Легко заметить, что эти теории и идеи находились под глубоким влиянием мальтузианской теории народонаселения, а некоторые из постулатов пользовались большим уважением самого Мальтуса, и их основные концепции можно отнести к мальтузианской теории народонаселения. Некоторые из этих взглядов отличаются от взглядов Мальтуса, например, постановка вопроса о «двух классах» и предложение об «умеренной плотности» населения, которое, хотя и не отличается глубиной аргументации, является оригинальным. Оно имеет определенную академическую ценность, поскольку выдвигает его на передний план исследования в области народонаселения, связывая изменение и развитие населения с природными ресурсами, пахотными землями, развитием сельского хозяйства и урбанизацией. Предложение «ограничить количество людей и улучшить качество населения» является ключом к решению проблемы народонаселения. За последние сто лет ограничение численности населения и улучшение его качества получили широкое признание в промышленности и обществе и стали основными темами для обсуждения проблем народонаселения.

Раздел II. Различные формы вмешательства в демографическую политику

Причина, по которой я уделил внимание обсуждению развития демографических подходов в контексте истории, заключается в том, что любая социальная политика на протяжении всей истории была отражением доминирующего мышления данного общества. Только понимая историю демографической идеологии «больше детей – больше счастья» в феодальном Китае, что существовала на протяжении последних двух тысячелетий, возможно проникнуть в самое сердце народа и почувствовать пульс демографической политики феодальной империи. Несмотря на существование таких оппонентов, как Хань Фэй и другие, начиная с эпохи Чжаньго и развитие противоположных идей до мыслителей Хун Лянцзи и Ван Шидо в эпоху Цин, а также до социологической школы сдерживания роста населения в начале XX века, демографическая политика Китая никогда не входила в общее русло по сравнению с политикой двухтысячелетней давности. Современные реформистские и революционные школы демографической мысли были результатом открывания закрытых дверей Китая перед Западом. В процессе обучения на Западе, чтобы найти пути спасения страны и народа, были внесены некоторые изменения в традиционную концепцию народонаселения. Отрыв от традиционной демографической идеологии изобилия детей дался с трудом. Это нашло отражение в преобладании прямых и косвенных вмешательств в демографическую политику. Приведенные примеры можно рассмотреть в хронологическом порядке.

I. Прямое вмешательство в демографическую политику

В период Чуньцю и в период Чжаньго Гоуцзянь, ван царства Юэ, был побежден Фучаем, последним ваном царства У, и вернулся на родину, чтобы попытаться выжить. Политика «рождения и сбора» включала в себя «рождение», то есть поощрение естественного прироста населения, и «сбор», то есть привлечение процессов миграции. В рамках «рождения» были установлены три правила: во-первых, молодым мужчинам не разрешалось жениться на старых женщинах, а старым мужчинам не разрешалось жениться на молодых женщинах. Брачный возраст был равным, чтобы способствовать рождаемости. Во-вторых, если муж не женился на двадцатом году жизни, его родители были виновны; если женщина не вышла замуж на семнадцатом году жизни, ее родители были виновны. В-третьих, за рождение ребенка мужского пола давали два кувшина вина и собаку; за рождение ребенка женского пола – два кувшина вина и свинью; за рождение двух детей давали пособие, а за рождение трех детей – заботу со стороны государства. Политика поощрения рождения детей и ограничения поздних браков была настолько эффективной, что в итоге привела к тому, что в период процветания и могущества государства ван царства У был разбит армией, что послужило образцом для политики последующих династий по стимулированию роста населения.

Во времена династии Хань при императоре Гао-цзу люди, родившие сына, освобождались от работ на два года26. В 85 году н.э. император Чжан из династии Восточная Хань издал указ об освобождении родивших ребенка от налога на три года, забеременевших – от налога на три ху зерна, а их мужей – от налога на один год27. Что касается наказаний, то в 189 году до н.э. император Хуэй издал указ о том, что женщины в возрасте от пятнадцати до тридцати лет, не вышедшие замуж, будут облагаться «пятью сборами», то есть подушным налогом, что превышает обычный в пять раз. Это была достаточно сильная демографическая политика, позволяющая стимулировать женщин выходить замуж, дабы избежать уплаты повышенных налогов. От налога сроком до года можно было освободиться также в случае родов или беременности.

В начале правления династии Цин была проведена реформа системы налогообложения земли в связи с серьезными последствиями аннексии земель в конце правления династии Мин, которая оказала серьезное негативное влияние на построение режима и национальное развитие. В период правления под девизом Канси была введена политика «никогда не увеличивать налогообложение нового поколения людей», фиксирующая общую сумму налогообложения для снижения бремени для народа. Но так как местные бюрократы и знатные люди часто пользовались движением потоков населения и перекладывали налог на простых людей, политика налогообложения нуждалась в реформировании. После многолетних экспериментов в 1723 г. император Айсиньгьоро Иньчжэнь приказал ввести единый подушно-поземельный налог, подразумевающий внесение единого фиксированного подушевого налога со взрослого мужского населения в систему поземельного налога с единицы площади му. Иными словами, система налогообложения по головам была отменена, а общая сумма денег за службу уезда была распределена по му и собиралась под названием подушно-поземельного налога. Это была крупная реформа феодальной системы налогообложения, которая отменила систему налогообложения по головам, что использовалась более 1500 лет, и освободила большое количество людей от оков повышения налогов. Это сыграло важную роль в четырехкратном увеличении населения династии Цин в периоды правления под девизами Канси, Юнчжэн и Цяньлун, что обусловило последующий рост населения.

II. Патриархальная политика

Идея о том, что мужчины важнее женщин, восходит к периоду Чунь-цю и периоду Чжаньго. Конфуций говорил, что «трудно иметь дело только с женщинами и низкими людьми. Если с ними сближаешься, то они перестают слушаться. Если же от них удаляешься, то неизбежно испытываешь с их стороны ненависть». Мэн-цзы говорил, что среди трех видов сыновнего непочтения к родителям самый тяжкий грех – отсутствие потомства. Во времена Северных и Южных династий император Мин из Ци издал указ: «Те, у кого родятся сыновья, будут освобождены от натуральных обложений и трудовых повинностей на один год»28. Политика династии Хань по вознаграждению за рождение детей, приведенная выше, заключалась не в вознаграждении за рождение ребенка, а в вознаграждении за рождение мальчика. Когда император Тай-цзун из династии Тан взошел на престол, он издал указ: «Женщина, родившая сына с первого месяца года, получит один ху зерна»29. При династии Юань действовало трехлетнее освобождение от налогов для семей, родивших трех сыновей. При династии Мин продовольствие выдавалось в обычном порядке до достижения ребенком восьмилетнего возраста. При династии Цин было установлено, что «тем семьям, что родили трех сыновей, давали десять кусков ткани и десять ши риса»; «если же родились три дочери, подобное запрещено30.

Отправной точкой политики поощрения деторождения было рождение большего количества мальчиков, а женщины, как правило, в это число не входили. Очевидно, что дискриминация по половому признаку существовала в течение длительного времени и возникла не за один день.

III. Политика, поощряющая ранние браки и раннее деторождение.

Самым ранним письменным свидетельством об этом является трактат «Чжоу Ли», в котором говорится, что мужчина должен жениться в тридцать лет, а женщина – в двадцать, что устанавливает возраст для вступления в брак. В трактате «Мо-цзы» говорится, что, «когда мужу исполняется двадцать лет, он не должен отлучаться от семьи; когда женщине исполняется пятнадцать лет, она не должна отлучаться от служения другим». Гоуцзянь, ван царства Юэ, утверждал, что «если женщина не выйдет замуж в семнадцать лет, ее родители будут виновны; если муж не женится в двадцать лет, его родители будут виновны» – это был указ, устанавливающий брачный возраст на уровне семнадцати лет для женщин и двадцати лет для мужчин. В начале правления династии Тан это правило использовалось по большей части; на 22-м году правления династии Тан брачный возраст был снижен до пятнадцати лет для мужчин и тринадцати лет для женщин31. В период правления династии Мин брачный возраст был изменен до шестнадцати лет для мужчин и четырнадцати лет для женщин, что соответствовало народной поговорке о том, что «мужчины становятся опытными в шестнадцать лет, а женщины – в четырнадцать». В дальнейшем возраст вступления в брак был установлен на уровне семнадцати лет для мужчин и пятнадцати лет для женщин32. В частности, брак мужчин и женщин заключался по указанию родителей и сватов, а детские браки, кукольные браки и браки по договоренности ещё до рождения детей существовали в большом количестве как дополнительные формы, способствуя формированию социального обычая раннего брака и деторождения.

IV. Демографическая политика по защите интересов многодетной семьи.

Под знаменем сыновней почтительности конфуцианская доктрина уничтожает существование «я» в этике и морали, превращая личность в простого сына или дочь родителей. В семье сохранялось центральное положение родителей, а дети и внуки приобщались к сыновней почтительности под коленом своих родителей, бабушек и дедушек, создавая многочисленную семью, в которой родители были абсолютным авторитетом. Конфуций учил, что «пока родители живы, не уезжай далеко, а если уехал, обязательно живи в определенном месте», и что единственный способ выразить сыновнюю почтительность – это оставаться со своими родителями. В 742 году император Сюань-цзун из династии Тан издал указ: «Если в семье десять или более дочерей, две должны быть отпущены для уплаты налогов; если пять или более дочерей, одна должна быть отпущена. Семье должно быть позволено жить вместе в одном доме, чтобы способствовать развитию культуры и религии»33. Здесь количество дочерей было пропорционально размеру семьи, и, говоря современным статистическим языком, вознаграждение было взвешенным и прогрессивным. Содержание больших семей не только вознаграждалось, но и наказывалось: «в отношении тех семей, где есть дедушки и бабушки, с которыми проживают родители, но дети и внуки проживают отдельно, необходимо применять наказание, заключающееся в тюремном сроке длиной в три года; тех, кто усыновлял детей, и тех, кто содержит родителей, но отказался от воспитания, необходимо подвергнуть тюремному сроку длиной в два года»34. Со временем повсеместно сформировалась ситуация, при которой несколько поколений одной семьи живут под одной крышей. Могущество родов процветало.

V. Политика вмешательства в механизмы популяционной динамики.

Демографическая политика, непосредственно механизмы популяционной динамики, в основном посредством миграции и мобильности, составляла неотъемлемую часть демографической политики феодальных династий. Например, в упомянутой выше политике Гоу-цзяня, вана царства Юэ, «сбор» подразумевал собой начало привлечения иммигрантов для увеличения населения страны и укрепления основной национальной и военной мощи. В этом отношении политическая реформа Шан Яна была успешным примером. Когда Шан Ян увидел, что окружающие страны, такие как Хань, Чжао и Вэй, были «маленькими по территории и густо населены людьми», в то время как Цинь «не называлась землей людей», он хотел привлечь население соседних стран, особенно Хань, Чжао и Вэй, чтобы мигранты прибыли и занялись земледелием, развивали сельскохозяйственное производство, укрепляли тыл, поставляли военные припасы и поддерживали военные действия. В то же время, когда население трех царств, а именно Хань, Чжао и Вэй, прибудет для поселения в Цинь, население и армия вражеского государства будут сокращены, что уменьшит силу вражеского государства и его военную мощь и увеличит силу и военную мощь государства Цинь. Как привлечь население Хань, Чжао и Вэй в Цинь для участия в сельскохозяйственном производстве? Главным способом было упразднение системы колодезных полей и открытие дорог. Отмена старой колодезной системы землепользования, привлечение иммигрантов для обработки пустошей и предоставление им различных удобств, а также свободная продажа земли создали важнейшие условия для привлечения иммигрантов, которые к тому же были более благоприятными в то время. В то же время реформа Шан Яна предусматривала, что любой крестьянин, производящий больше обычного количества зерна, ткани и шелка, освобождался от налогов, а те, кто бросал земледелие ради занятий торговлей и промышленностью или обеднел из-за отсутствия работы, наказывались тем, что вся их семья становилась рабами.

Такая политика поощрений и наказаний мотивировала переселенцев и их семьи заниматься сельскохозяйственным производством и заложила экономическую основу для объединения остальных шести государств. После династии Цинь, за исключением феодального периода небольших государств, династии Хань, Тан, Сун, Мин и Цин создали централизованные установки для привлечения иммигрантов, в основном в форме региональной демографической политики. Например, после династии Восточная Хань северные регионы пережили длительные периоды военных действий во времена династий Вэй и Цзинь, восстания Ань Лушаня и эпоху пяти династий и десяти царств, что привело к перемещению людей на юг и оставило бассейн Желтой реки безлюдным. После установления династии Мин Чжу Юаньчжан проводил политику «призыва людей к пахоте», предоставляя пятнадцать му земли для пахоты и два му земли для посадки овощных культур, освобождал от налога на три года, а те, кто получал урожай сверх нормы, освобождались от налогов пожизненно36. Это побудило население провинций Цзянсу, Чжэцзян, Аньхой и Цзянси переселиться обратно, что привело к рациональному распределению населения. Более ярким примером миграционной политики феодальной империи была система военно-пограничных поселений.

Подобно сегодняшним производственным и строительным корпусам в Синьцзяне, Внутренней Монголии и Хэйлунцзяне, военно-пограничные поселения существовали на протяжении веков, и в них, несомненно, доминировали военные. Они также привлекали иммигрантов с материка, которым предоставлялись различные льготы и которые играли определенную роль в стимулировании роста населения и укреплении границы.

VI. Политика по улучшению качества населения.

Как упоминалось выше, семь или восемь тысяч лет назад клан Фу Си использовал оленью шкуру в качестве вещественного доказательства, постановив, что тому, кто предъявит оленью шкуру в доказательство того, что он или она является братом или сестрой клана на момент заключения брака, не будет разрешено жениться, что стало первыми ростками ранней евгеники в Китае и способствовало возвышению клана. Конфуций говорил: «Одна и та же фамилия – это признак рода, формирующий чувство единства»37. Согласно Правилам, записанным в «Чжоу ли», брак между однофамильцами считался аморальным и подлежал запрету. По тем же правилам, знатная особа, выходившая замуж, сохраняла свою девичью фамилию, которой должен предшествовать иероглиф, означавший ее происхождение. Здесь Конфуций в основном говорит о невозможности людей с одинаковой фамилией вступить в брак с точки зрения «соблюдения человеческой морали», но это в точности соответствует биологическому принципу, согласно которому потомство не будет процветать, если женятся люди с одинаковой фамилией. В 483 г. император Сяо Вэнь-ди государства Северная Вэй издал указ: «В династиях Ся и Инь браки в пределах одного клана не возбранялись. При династии Чжоу браки людей с одинаковыми фамилиями были запрещены. Все это существовало в любое время, и правление менялось в зависимости от событий. В самом начале всегда особое значение имеет статус правителя, и времени рассматривать законы относительно брака никогда не было, поэтому древние обычаи не менялись. Отныне все они запрещены, а те, кто их нарушает, считаются нарушителями морали»35. С тех пор в последующих династиях наказание за брак людей с одной и той же фамилией стало более строгим. При династии Тан было установлено, что «все, кто вступает в брак с одной и той же фамилией, должны быть заключены в тюрьму на два года каждый, а те, кто вступает в брак, будучи облаченными в одежду для соблюдения трехмесячного траура, считаются прелюбодеями»36. При династии Мин было установлено, что люди, вступающие в брак с одной и той же фамилией, должны быть приговорены к 60 годам тюремного заключения и принудительно разведены37. С запретом на браки между однофамильцами был связан запрет на браки между близкими родственниками. Династия Тан предписывала: «Тот, кто женится на сестре той же матери или отца, или на дочери бывшего мужа матери, должен быть наказан за прелюбодеяние»38. Наказание было суровым: тот, кто женится на дочери бывшего мужа матери или сводной сестре, должен быть заключен в тюрьму на три года; в случае повторения ситуации, он должен быть изгнан за две тысячи миль. Подобные положения использовались для ограничения браков и рождения детей среди близких родственников почти во всех династиях после династии Тан. Это показывает, что феодальный правящий класс имел четкое отношение к запрету браков между однофамильцами и близкими родственниками, что стало важным фактором в обеспечении здорового воспроизводства будущих поколений китайского народа.

В плане повышения качества образования населения до сих пор отмечается изречение Мо-цзы периода Чжаньго: «План на год – подобен высадке семян; план на десятилетие – подобен высадке древа; план на всю жизнь – подобен воспитанию человека. Один урожай – это зерно; десять урожаев – это дерево; сто урожаев – это человек».

Конфуций придавал особое значение образованию и был великим учителем – у него было 3 000 учеников и 72 мудреца. После «искоренения ста школ и исключительного почитания конфуцианства» и введения норм школы Чэн-Чжу, доктрины Конфуция и Мо-цзы, включая разработанные позднее «три устоя и пять постоянств» и «три вида покорности и четыре добродетели», стали преобладающей идеологией в народе. Конфуция почитали как «небожителя», а сыновняя почтительность, братство, преданность, вера, ритуал, праведность, честность и стыд стали духовными оковами, сковывающими массы, и содержащаяся в них идеология населения имела глубокое и далеко идущее влияние. После введения системы императорских экзаменов в династиях Суй и Тан, конфуцианская классика использовалась на экзаменах, а постулаты Конфуция и Мо-цзы применялись при исполнении служебных обязанностей.

VII. Демографическая политика с непрямым вмешательством

Демографическая политика с непрямым вмешательством оказывает регулирующее воздействие на население и включена в социально-экономическую политику. Этот вид демографической политики нельзя недооценивать, так как демографическая политика с непрямым вмешательством включает изменение и развитие населения в социально-экономическое развитие, имеет долгосрочный, стабильный и непрерывный характер и эффект. В основном, это политика воспроизводства населения, заключающаяся в политике восстановления, земельной и налоговой политике. Восстановление – это политика уступок, принятая династией после войны и социальных потрясений с целью восстановления, развития сельскохозяйственного производства, уменьшения бремени народа, поддержания стабильной жизни и стабилизации общественного строя. История смены династий в феодальном обществе Китая за последние два-три тысячелетия в основном представляет собой следующую хронологию событий: начальный период хаоса и правления – новые феодальные династии, возникшие после войны и потрясений, которые осуществляли определенную степень уступок, облегчали бремя крестьянства, восстанавливали и развивали производство. В середине своего существования феодальная династия от процветания переходит к упадку – аннексия земель становится более серьезной, бремя крестьянства становится тяжелее, социальный порядок постепенно нарушается, внутренние конфликты феодального правящего класса обостряются; в позднем периоде феодальная династия от упадка переходит к гибели – все больше крестьян теряют свои земли, налоги становятся все тяжелее и тяжелее, финансы государства становятся все более недостаточными, а войны и крестьянские восстания становятся все более частыми. Всё это приводит к свержению феодальной династии. В процессе смены поколений население двигалось по закономерности: от уменьшения к увеличению на ранних стадиях, от увеличения к стагнации на средних стадиях, от стагнации к уменьшению на поздних стадиях и от увеличения к уменьшению по мере того, как династии теряли свои силы и слабели. Общая картина такова: рост населения, тесно связанный с политикой восстановления, происходил в основном в средний и ранний периоды династий,; спад происходил в период от упадка к упадку, в результате роста коррупции и войн среди феодальных землевладельцев. Если посмотреть на феодальных императоров основных династий после Цинь, таких как ханьский император Гао-цзу, он же Лю Бан, сунский император Тай-цзу, он же Чжао Куанъинь, минский император Тай-цзу, он же Чжу Юаньчжан, то возможно увидеть, что они происходили из низших слоев общества и понимали, почему крестьяне поднялись на свержение феодального двора, поэтому после захвата трона обычно в разной степени проводили политику восстановления. Например, после прихода к власти ханьский император Гао-цзу ввел ряд политических установок, направленных на восстановление: он издал новый указ, основанный на законах империи Цинь, чтобы обеспечить народу спокойную обстановку после войны; он нанял широкий круг чиновников и набрал таланты, чтобы полностью использовать человеческие ресурсы; он ввел легкий налог в размере пятнадцати к одному на производство продовольствия и открыл землю для первых нескольких лет обработки. Армия была демобилизована и наделена землей и домами в соответствии с их заслугами. Политика восстановления развязала руки крестьянам, побудила их к труду, смягчила конфликты между крестьянами и землевладельцами и создала необходимые условия для роста населения.

Земля была основой сельскохозяйственного производства и источником средств к существованию крестьян. Земельная политика влияла на все, включая изменение численности населения. Согласно предыдущей хронологии жизни феодальных династий, наиболее важной политикой в начале династии было решение проблемы присоединения земель, оставшейся после упадка предыдущей династии. Основной реакцией феодального правящего класса, начиная с династии Северная Вэй и заканчивая династией Сун, было уравнивание земель, а после династии Сун была введена система продажи земли. В 485 году нашей эры император Сяо Вэнь-ди государства Северная Вэй издал указ о том, что поля должны быть разделены на два типа: тутовые поля и чистые поля. Тутовое поле было «наследственной собственностью» и не могло быть куплено или продано; чистое поле предоставлялось в раннем возрасте, но освобождалось в старости крестьянина и возвращалось после его смерти. Излишки земли можно было продать, а недостаток – восполнить через покупку. Мужчинам старше пятнадцати лет давали сорок му чистого поля, женщинам – двадцать му; рабам разрешалось использовать поля и скот в соответствии с их статусом. Династия Тан последовала вэйскому методу уравнивания полей и ввела систему аренды и передачи. В 624 году н.э. танский император Гао-цзу издал указ о том, что мужчинам старше восемнадцати лет должны быть выделены сто му земли, из которых двадцать му должны использоваться для «передачи в наследственное пользование», а остальные – для того, чтобы делить землю поровну по числу работающих. Малые деревни с небольшим количеством полей и недостаточным количеством людей получили в два раза меньше земли, чем просторные деревни с большим количеством полей и достаточным количеством людей; просторные деревни, ориентированные на торговлю, также получили в два раза больше земли, по сравнению с малыми деревнями; наряду с этим были разработаны специальные положения о земле для мигрирующего населения. Получатель поля должен был платить два ши зерна в год, что называлось «земельным налогом». В зависимости от местного производства, они должны были платить либо два чжана шелковых тканей и два ляна шелковой ваты; либо два чжана и четыре чи сукна и три цзиня пеньки. Служба составляла 20 дней в году, плюс два дня в високосные годы. За каждый день без работы нужно было дополнительно передать три чи шелка – налог, известный как «юн».