Милашка из пятиэтажки

Меня прижали к себе, будто и в самом деле боялись, что упаду. А я в свою очередь не могла и слова сказать. Замерла, не веря до конца во все происходящее. Это словно дурной сон. Хотя в нем были и приятные моменты. Например, когда еще Леха будет вот так вот прижимать меня к себе. Крепко и в то же время осторожно, боясь напугать или сделать больно.

– И куда ты лезешь? – с укором спросил он, спустя, казалось бы, вечность. – Не видишь, что ли, что он не в себе. Такой и ударить может.

Все я видела. Но пройтись по лицу этого самоуверенного придурка очень хотелось. Настолько сильно, что кулаки чесались.

– Фунчоза, уводи ее, – сказал Серый, посматривая по сторонам. – Сегодня вы стали звездами вечерней программы. На вас пялятся все, кому не лень.

– И тем, кому откровенно лень, тоже посматривают, – хмыкнул другой парень.

– Серый, – Леха через плечо посмотрел на друга, – докинешь?

– А куда деваться, – хмыкнул молодой человек. – Я, в отличие от некоторых, еще трезвый.

А вот этого мне было не нужно. Точнее, не хотелось, чтобы Фунчоза так рано понял, что я живу в соседнем доме. Судя по всему, пока он еще не понял, кто рядом с ним. Не узнал во мне ту девчонку, которая любит балахоны и просторные джинсы. И я не хотела, чтобы он узнал об этом в ближайшее время. Потому как боялась его реакции.

– Не надо, – покачала головой, с неохотой отстраняясь от парня. – Я в состоянии добраться самостоятельно. Отдыхайте дальше.

Сказав это, попыталась высвободить свою руку, которую Фунчоза так и продолжал удерживать, но ничего не вышло.

– Тебе проблем за сегодня было мало? – с раздражением поинтересовался у меня друг. – Нам не сложно…

– Нет, я сама, – снова покачала головой. – И отпусти меня уже.

Как бы ни хотелось мне остаться рядом с Лехой, я продолжала сопротивляться. Потому что… я не знала, как поступить в случае, если он на самом деле захочет меня проводить. Придется называть не верный адрес, заходить в чужой дом, если повезет пройти в подъезд. А ведь еще нужно было переодеться. Чтобы прийти домой в том, в чем ушла и не вызвать у родителей подозрений.

– Ты… – начал было Фунчоза, но я его перебила:

– Я благодарна тебе за то, что ты помог мне. Но опека не нужна. Это лишнее. Я в состоянии самостоятельно добраться до дома.

– А девочка-то у тебя с характером, – хохотнул Серый и ударил Леху рукой по спине. – Смотри, сейчас еще какой-нибудь смелый подойдет. И что тогда? И ему вмажешь?

– И тебе, если не заткнешься, – пригрозил Фунчоза. – Давай хотя бы до метро провожу. Заодно проконтролирую, чтобы никто из клуба не увязался. Или тебя должны забрать?

Покачала головой, не торопясь прямо отвечать на вопрос. Ладно, поход до метро был не критичен. В случае чего, переоденусь в подъезде. В это время народ в основном сидит по домам. Попивает чай и смотрит всякую ерунду по телевизору. Погода сегодня не очень и просто так на улицу лишний раз тоже не выйдешь. Это я из-за Фунчозы снова решила выбраться. Да и, чего скрывать, хотелось скрыться от родителей, которые не давали покоя.

– Хорошо, – вздохнув, согласилась.

Старалась всячески показать, что не в восторге от предложения парня. Зато внутри меня все словно пылало от нетерпения. Мы, конечно же, бывало, шли по улице вдвоем, разговаривали о всякой ерунде. Только вот Леша видел во мне лишь своего в доску парня. А вот как с девушкой, он со мной еще ни разу не разговаривал. Чего уж говорить о поздних прогулках.

В гардероб очереди не было. Мы быстро забрали свои вещи и пошли на выход. На улице в это время было уже довольно прохладно. Учитывая, что успел пройти дождь – еще и сыро. Ботинки у меня пусть были и по погоде, но промокли быстро. Не хватало еще простуду подхватить.

– Как тебя зовут? – этот вопрос застал меня врасплох. Как-то я не задумывалась о том, что Фунчоза может этим поинтересоваться. Я в наше «знакомство» не особо верила, чего уж там.

– Меня… – Черт, и какое имя назвать? Назвать и потом про него не забыть. – Лена.

Ну а какое еще я могла вспомнить первым? У меня так бабушку по папиной линии звали. Единственная родственница, с которой у меня были теплые отношения. Что странно, учитывая, что отец ко мне особой любви никогда не питал. А вот его мать, моя бабушка, никогда меня не отталкивала. Только с ней я чувствовала себя хорошо и спокойно.

– Елена… – задумчиво проговорил Леша, – красивое имя. Но мне почему-то кажется, что тебе оно не очень идет.

– Да? – удивилась. Никогда не задумывалась об этом. – А какое, по твоему мнению, мне бы подошло?

– Ну… – кажется, парень стал еще более задумчивым. Посмотрел на меня пристально. – Евгения бы подошло больше.

У меня от его слов мороз по коже побежал. Неужели узнал? Да быть того не может!

– Не думаю… – осмелилась проговорить.

В открытую он о своих догадках не говорил. И у меня оставалась призрачная надежда избежать столь скорого узнавания. Может он это просто так сказал, а у меня уже сердце в пятки ушло и там замерло.

– Почему? – хмыкнул Фунчоза. – Милое имя. Да и ты похожа на одну мою хорошую знакомую, которую зовут именно так. Поэтому и сказал.

Ну вот, все-таки похожа. Нужно было больше косметики на себя сегодня расходовать. Тогда, глядишь, избежала бы неловкого разговора.

– И давно вы знакомы? – начала издалека. Спрашивать о себе же в открытую поостереглась.

Мы шли неторопливо. То ли я специально не ускоряла шаг, то ли Фунчоза не желал поскорее от меня отделаться. Но никогда еще путь от клуба до метро не был таким длинным. Хотя, можно было остановиться у автобусной остановки, но в такую погоду этого делать не хотелось.

– С детства, – тепло улыбнувшись, проговорил Леха.

– И… вы всегда были только друзьями? – еще немного осмелев, спросила.

Посматривала на друга тайком, всеми силами стараясь сдержать в себе эмоции. Как я нервничала! Чтобы не выдать своего напряжения, сунула слегка подрагивающие руки в карманы куртки. Надеюсь, Фунчоза не заметил, что я, мягко говоря, на взводе. А если и обратил внимание, то если что скажу, что это все из-за случившегося. А не из-за того, что он может меня в любую секунду разоблачить. Или уже разоблачил?

– Конечно, – немного удивленно ответил друг. Словно я спросила какую-то глупость. – Это же… – тут он задумался на какое-то время, видимо осознавая, что вообще-то я всегда была девушкой. Просто со спины похожей на парня. – Это же друг, – передернув плечами, закончил.

– И что с того? – сделала вид, что вообще не понимаю, с чего он так удивляется.

– Просто она… – тут кое-кто, кажется, не мог подобрать подходящих слов, чтобы не обидно охарактеризовать меня настоящую. Не знает, что обидеть меня может только его полное игнорирование. Если он вдруг скажет, что с такими, как я, просто невозможно встречаться, расстраиваться не стану. Потому что сама об этом всегда знала. – Я не могу воспринимать ее, как девушку. Она больше похожа на парня. И всегда такой была.

– Но от этого она не стала быть в меньшей степени девушкой, – тут мне захотелось немного себя защитить. Лишь бы не перегнуть палку. Иначе точно вызову лишние подозрения.

– Ты просто ее не видела, – отмахнулся от моих слов Фунчоза.

Дальше разговор у нас не клеился. Да и не торопились мы его продолжать. Просто шли в сторону метро, думая каждый о своем. Я ломала голову над тем, как быть дальше. Стоит ли говорить, что придуманная мной Елена и Женька Серова – одно лицо или нет. Если же да, то когда об этом сказать? Как отреагирует на правду Фунчоза?

Мы подошли к метро. Народу в это время здесь было немного. Так, всего несколько человек зашли перед нами и один, усталый и измученный работой – вышел.

– Спасибо, что проводил, – пробормотала, опуская взгляд и смотря на свои промокшие ботинки, а не на Лешку. Пусть думает, что я смущена. Хотя на самом деле я просто не хотела, чтобы он меня узнал. Не совсем же он дурак. Рано или поздно поймет. Наверное…

– Не за что, – отмахнулся от моих слов парень. – Я по-прежнему могу проводить тебя до дома.

– Нет, не стоит, – сразу встрепенулась.

Посмотрела украдкой на Фунчозу, отмечая про себя, что он тоже выглядит усталым и изможденным. Ему бы поспать. Как, собственно, и мне. Но нет, почему-то парень решил, что заливать свои сердечные переживания алкоголем гораздо проще, чем просто махнуть на все рукой и жить дальше. С другой стороны, не мне его осуждать. Сама страдаю из-за неразделенной любви.

– Дело твое, – не стал настаивать Леша. – Ну тогда… – он посмотрел куда-то поверх моей головы. – Тогда до встречи. Судя по всему, ты тоже частая гостья в этом клубе. Я уже несколько раз тебя видел.

– Да… – пробормотала, – Я бываю в нем. Иногда.

– Как сказать, – на губах друга появилась улыбка. – Почему-то мне кажется, что ты проводишь в клубах все ночи. А спишь когда?

«А ты?» – хотелось спросить в ответ. Однако, я не могла этого сделать. За одним неудобным вопросом последует второй, потом третий… И раскусить меня будет гораздо проще.

– Я привыкла спать мало, – тут почти не соврала.

– Я тоже, – эхом откликнулся Фунчоза.

Я настоящая знала причину, по которой он не спит нормально. Еще до походов в клуб, он проводил ночи на дороге. Соревновался в скорости и ловкости. И каждый раз жутко меня этим нервировал и заставлял беспокоиться. Потому что с ним могло случиться что угодно. Пусть он чаще всего не приходил первым. Это было связано не с чувством самосохранения, которое тормозило его в самый неподходящий для парня момент. Просто на гонках были те, кому и жизнь была особо не нужна. Они выкладывались на полную, выжимали из своих машин максимум, рисковали. И выигрывали.

Разумеется, ничего из этого сказать Фунчозе я не могла. Поэтому просто сделала вид, что пропустила последние слова друга мимо ушей. Или подумала, что он имеет в виду только клубы. Какая, по сути, разница? По факту я вообще не должна ничего знать про его страсть к скорости и ночным гонкам. Которые, кстати, не совсем законны.

– Пока, – тихо попрощалась.

Не то чтобы я была всегда робкой. Не в моем это характере. Но придуманный мной образ разительно отличался от меня настоящей. Я хотела понять Фунчозу. Как к нему подступиться? Стоит ли вообще пытаться или это все бесполезное занятие? Я, признаться, уже сама была не очень рада тому, что придумала всю эту авантюру. Хуже того – стала ее реализовывать. Если у Леши и появился ко мне сейчас интерес, то это не касалось Женьки Серовой. Не могу же я постоянно ломать себя.

– Пока, – проговорил Леша.

Двигаться с места не спешил. Ждал, пока я сама скроюсь из виду. Пришлось уходить первой. Что было очень сложно, так как я чувствовала на своей спине его задумчивый взгляд. И, кажется, взгляд этот изучением спины не ограничился.

Если до этого походка у меня была вполне уверенная, то находясь под пристальным вниманием небезразличного мне молодого человека, я стала жутко неуклюжей. Чего уж там, казалось, что ноги у меня стали ватными и плохо слушались. Как итог, чуть было не навернулась на лестнице. На той небольшой, что вела к стеклянным дверям, на которых было написано «Вход в метро» и «Нет входа». То есть, сделала я всего несколько шагов.

Меня перехватили за талию и притянули к себе. Точно так же, как еще недавно в клубе. Кто вновь пришел мне на выручку, я поняла сразу. Как только руки Фунчозы коснулись талии. Я всегда странно реагировала на его близость. Чего уж говорить о случайных прикосновениях. Вот и сейчас ощутила внутри себя какую-то глупую радость. Словно школьница, что оказалась стоящей рядом с парнем, в которого влюблена. Я когда-нибудь смогу взять себя в руки и выбросить его из головы и из своего сердца? Теперь уже навряд ли.

– Осторожнее, – обеспокоенно сказал друг, отпуская меня.

Отпустил он, к слову сказать, только когда убедился, что я твердо стою на ногах и больше не собираюсь никуда заваливаться. За очередную неловкую ситуацию хотелось стукнуть себя чем-нибудь тяжелым по голове. Может, тогда мысли встанут на место, и я перестану вести себя столь неуклюже и робко. Я. Робко. Уму непостижимо.

– Просто устала, – сказала, почему-то желая оправдаться перед Лехой. – Вот и споткнулась.

Наглая ложь. Ни обо что я не спотыкалась. Просто подвернула ногу на ровном месте. Но, видимо, Фунчоза в момент моего не состоявшегося падения, смотрел на какую-то другую часть тела. Потому как возражать не стал. А ведь он, если бы заподозрил меня пусть и в такой мелкой лжи, точно бы указал на это. Подобное он не терпел даже в таких мелочах. Поэтому я и переживала за то, как он отреагирует, если узнает, что Лена из клуба – это его старая подруга, свой в доску «парень» и жилетка. Не для Фунчозы, конечно, но некоторые из наших общих друзей уже успели излить мне душу. И не по одному разу.

– Спасибо, – выдавила из себя усталую улыбку. На самом же деле умаялась за последние пару недель. И виной тому был не только Лешка, но и родители, которым я все покоя не давала. Как и они мне.

– Было бы за что, – друг тоже улыбался, но как-то нервно. – Ты точно доберешься до дома без приключений? В последний раз спрашиваю.

– Точно, – кивнула.

Если бы я еще сама не сомневалась в произнесенных словах. Кто знает, что ждет меня буквально через пару минут? Никто не может предугадать, что уготовила для него судьба. Вот и я не знала. Хотелось верить в безоблачное будущее. На деле же все пока было серым и безрадостным.

– Тогда советую поторопиться, – Фунчоза отступил назад. – Только не сильно. Иначе ты точно где-нибудь завалишься.

Он иногда такой милый, что хочется съязвить. Но ведь Лена не такая, как я. Она будет глупо улыбаться, строить глазки и пропускать колкости мимо ушей. Потому что стоящий неподалеку парень вызывает в ней симпатию.

– Пока, – пробормотала, отворачиваясь от друга.

В самом деле пора было поторапливаться. Если на меня обычную вообще мало кто смотрел, то на любительницу клубов поглядывали с интересом. Это нервировало. Словно товар какой в магазине рассматривают и думают, стоит ли тратить на него свои кровные.

Переодевалась, как и планировала, в подъезде. Все казалось, что кто-то следит за мной. Впервые я оказалась в столь неловкой ситуации, несмотря на то, что по факту была одна. Да и кто в столь позднее время будет разгуливать по подъезду? Впрочем, у нас – кто угодно. Пять этажей, лифта, само собой, нет. И если кому-то вдруг приспичит покурить или сбегать погулять с собакой, то… Для того, чтобы увеличить свои шансы остаться незамеченной, я поднялась на пятый этаж. Встала в пролете и стала шустро стаскивать с себя вещи. Точнее, кофту и ботинки. Джинсы решила оставить. Под моим просторным балахоном, если что, навряд ли кто заметит обновку. С макияжем все было сложнее. Поэтому пришлось натянуть на голову кепку, а поверх еще и капюшоном прикрыться.

Я чувствовала себя каким-то шпионом. Будто, если родители заметят во мне хоть малейшее изменение, поднимут такой шум, что все соседи проснуться. На самом же деле я просто не хотела, чтобы они обращали на меня слишком много внимания. Обычно оно чревато проблемами. И разрушенными нервными клетками.

Уже не раз ломала голову над тем, почему самые близкие для меня люди относятся ко мне, мягко говоря, с пренебрежением. Как-то даже осмелела и спросила у родителей напрямую. На что ответа не получила. А вот порцию упреков выслушать пришлось. С тех пор снова затрагивать эту тему я не планировала. Зато про себя могла прокручивать это все сколько угодно.

Родители еще не спали. Но мне удалось проскочить к себе до того, как они спохватятся, вспомнив, что вообще-то меня можно прополоскать. Оправдываться или пытаться защититься было бесполезно. Проще просто молчать и выжидать момент, когда лучше всего ретироваться. Но это в обычной для нашей семьи ситуации. Сегодня мне все-таки несказанно везло. Трогать меня никто не стал. Даже потом не вышли, чтобы отругать за поздние прогулки.

Спать легла поздно. Помимо того, что нужно было хотя бы частично подготовиться к занятиям в универе, еще было бы неплохо что-нибудь в себя закинуть. Есть хотелось ужасно. За весь день я почти ничего не ела. И сейчас голова начинала немного кружиться, а к горлу подкатывала тошнота. Придется снова грабить холодильник.

Переодевшись и спрятав вещи в шкаф, пошла в ванную комнату, а после – уже на кухню. И только я открыла холодильник, чтобы посмотреть, чем бы перекусить, как на пороге возник хмурый, как всегда, отец. Он явно был недоволен тем, что я вообще высунула свой нос из комнаты.

– Ты где была? – холодно спросил он.

Упершись рукой о дверной косяк, отец тяжело смотрел на меня и следил за каждым моим движением. Словно пытался найти то, к чему можно было бы придраться. А потом с удовольствием перетирать это все с матерью.

– Где надо, – огрызнулась, сразу обрастая иголками. Пусть только попробует снова начать меня оскорблять.

Я была готова к нападению и собиралась обороняться до последнего.

Неужели в каждой семье такие проблемы? Такое отношение друг к другу? Или я просто не знаю о другом сосуществовании с близкими людьми. Хотя, если так подумать, какие они мне близкие?

– Я жду четкого ответа на свой вопрос, – стал настаивать родитель.

Такое его упрямство было ожидаемо. Отец не терпел, когда его слова игнорировали. Однако, я не собиралась оправдываться. Я просто хотела, чтобы меня оставили в покое. Чего, скорее всего, так никогда и не случится.

– А я не собираюсь отвечать.

К невидимым иголкам, покрывшим мое тело, прибавилась злость. На себя, на Фунчозу, который продолжал тревожить и волновать, на родителей, которые не могли оставить меня и не трогать… Перечислять можно было еще долго.

– Женя… – начал было мой персональный мучительно, но я, захлопнув холодильник, не обращая внимания на недовольство отца, пошла на выход с кухни. Мимо отца пролетела, словно пуля. Хорошо, что сегодня он пытался задеть меня только словесно. И трогать или останавливать не стал.