Поцелуй темного фэйри

Глава 1

Промозглый мартовский день клонился к вечеру.

Я закинула в корзинку очередного краба и пересчитала нехитрый улов. Что ж, много денег за это не выручишь, а на ужин для двоих как раз хватит. Да, теперь уже для двоих.

Глаза наполнились непрошеной влагой. Я заморгала быстро-быстро, пытаясь справиться с накатившей тоской, но одна предательская капля все-таки сорвалась с ресниц. Прошел целый месяц со дня маминых похорон, а я грущу, как в первый день, и все никак не могу привыкнуть, что ее больше нет.

Из-за скалы, заливаясь радостным лаем, выскочил рыжий корги Атой. Подбежал ко мне, закрутился возле ног, поскуливая и заглядывая в глаза. Я улыбнулась своему любимцу и вытерла слезы. Потом сняла передник и повязала его поверх корзинки. Пусть мартовские крабы ленивы и двигаются медленно, не хочу оставлять им ни малейшего шанса. Слишком поздно уже, да и холодно ловить их потом по покрытому галькой берегу.

Быстро темнеющий горизонт подсказал, что надвигается шторм. Я подхватила корзинку и поспешила в сторону деревушки. За мной по пятам неспешно трусил Атой, то и дело останавливаясь и сосредоточенно обнюхивая разбросанные по берегу пустые ракушки.

Мы были уже приличном расстоянии от берега, когда в небе полыхнула молния, и прямо над моей головой прозвучал раскат грома. Крупные капли застучали по земле, очень быстро превращая ее в топкую грязь.

В одно мгновение я промокла до нитки и замерзла. Дождь хлестал как из ведра, вода холодным потоком лилась за воротник и стекала по спине, я мелко дрожала, сжимая в окоченевших руках треклятую корзинку, в которой вяло шевелились полусонные крабы. Не помогало согреться даже то, что бежала я со всех ног, спеша поскорее достигнуть перелеска, отделявшего берег от рыбацкой деревушки, и укрыться под его кронами.

Вот еще одна молния и еще. Они вспыхивали одна за другой, прочерчивая над головой сверкающие линии, оглушающие раскаты грома походили на залпы крепостных пушек. Бедный Атой заскулил, испуганно прижимаясь к моим ногам. Я уже думала взять песика на руки, когда он вдруг разразился заливистым лаем и бросился в сторону скал.

– Атой! Атой! Ко мне, мальчик! – закричала я, призывая собаку, но глупое животное даже не думало выполнять приказ. Рыжая спинка мелькнула между огромных камней, сваленных в кучу у подножия скал, и пропала. – Ну все, сейчас ты точно получишь! Дай только доберусь до тебя!

Оставив корзинку мокнуть под дождем, я поспешила туда, откуда доносился визгливый лай моего питомца. Его острая мордочка показалась из расщелины в скале на высоте примерно десяти футов.

– Ну, и как ты туда залез? – задала я риторический вопрос. – И главное, зачем?

Корги тявкнул что-то невнятное и исчез из виду. Как я его ни подзывала, стуча зубами под проливным дождем, противная собаченция не желала спускаться.

Я беспомощно огляделась. И что теперь? Бросить его здесь? Или лезть вслед за ним и попытаться поймать? Наверное, он что-то учуял, ведь никогда прежде я не замечала за ним такого открытого непослушания.

Делать нечего. Подоткнув мокрый подол и поплевав на ладони, я начала взбираться по скользким глыбам. Холодный дождь лупил по плечам и спине, заливал глаза, порывистый ветер трепал тяжелую косу, заставляя всем телом прижиматься к скале.

Наконец ценой неимоверных усилий я достигла того места, где в последний раз видела своего глупого пса, подтянулась на руках, закинула ногу на выступ и перевалилась через край. Пару минут полежала, восстанавливая сбившееся дыхание и давая отдых натруженным мышцам, а потом поднялась на ноги и огляделась.

Я стояла на узком базальтовом карнизе, довольно высоко над землей, и только сейчас в мою голову пришла умная мысль: а как же я буду спускаться отсюда?! Посмотрела вниз, туда, откуда я взобралась, и невольно поежилась. Обратный путь показался еще страшнее: как я буду спускаться по почти отвесной скале, не видя, куда ставлю ноги?!

Где-то рядом захлебывался лаем мой пес. Я двинулась вперед, осторожно переступая осколки камней, в изобилии рассыпанные под ногами, и вскоре наткнулась на глубокую щель в базальтовом склоне. Она была достаточно вместительна, чтобы в нее пролезла такая худышка, как я.

– Атой! – позвала я, заглядывая в темный зев. До меня в ответ донесся истерический лай вперемешку с визгом. – Да что там происходит?!

Лезть в эту дырку совершенно не хотелось, но и бросать песика на произвол судьбы – тоже. Выбора не оставалось, в конце концов, я уже была здесь. Поэтому я решительно ступила в призывно распахнутую щель. Несколько шагов мне пришлось протискиваться с трудом, повернувшись боком, и я уже думала бросить эту затею, но за очередным выступом стены резко раздвинулись, а нависший свод ушел высоко вверх. Теперь я стояла посреди широкого коридора, пробитого в недрах скалы, и, что удивительно, здесь было светло!

В двадцати шагах от меня коридор уходил влево, и оттуда вновь послышался лай Атоя.

Обхватив себя руками за плечи и стуча зубами от холода, я пошла на звук. У самого поворота мне под ноги выскочил рыжий клубок, истерично облаял и опять нырнул в темноту. Я прибавила шаг и почти сразу оказалась у выхода на поверхность. Выглянула наружу, удивляясь, что дождь уже прошел, и остолбенела.

Впереди, насколько хватало глаз, простиралась необъятная долина в окружении базальтовых скал, испещренных ветрами. В самом центре ее, будто драгоценный алмаз, сверкало и переливалось озеро, в котором, как в зеркале, отражалось солнце, ясное небо и легкие белоснежные облака. Из озера вытекала небольшая речушка. Она голубой лентой петляла между холмами, поросшими изумрудной травой, и исчезала из виду, скрывшись у подножия скал. Никогда в жизни я не слышала об этой долине, расположенной рядом с побережьем, и даже не представляла, что в нашем суровом краю может быть такая красота.

Но самым странным оказалось вовсе не это. Здесь было тепло, точнее, жарко. Яркое солнце стояло в зените, а прозрачный воздух пах луговыми цветами. Я почувствовала, как понемногу согреваюсь, несмотря на мокрую одежду. Появилась мысль, что надо бы раздеться и выкрутить платье, а потом расстелить на нагретых солнцем камнях – так оно высохнет намного быстрее, чем на мне. Но тут мой взгляд скользнул вниз, уловив чье-то движение, и я остолбенела в очередной раз.

Мой корги бежал вниз по пологому склону, шустро перебирая короткими лапками, причем он молчал, видно, берег дыхание, стараясь быстрее достичь своей цели. И куда понесло этого несносного пса?!

– Атой! – закричала я, теряя терпение. Что за муха укусила это животное?!

В ответ мне раздалось довольное тявканье. Кажется, моя собачка что-то нашла. Приложив ладонь козырьком ко лбу, я присмотрелась. Корги крутился на одном месте, что-то вынюхивая в траве, и заливался звонким лаем. Мне показалось, что там лежит человек!

Охнув, я начала быстро спускаться вслед за собакой. Солнце слепило глаза, но уже через несколько шагов я поняла, что в траве действительно лежит человек, точнее, мужчина. Молодой, в дорогой одежде, очень бледный и с плотно сомкнутыми веками. Я подбежала к нему и присела на корточки, во все глаза разглядывая незнакомца.

У него оказались удивительно правильные черты, притягивающие взгляд нечеловеческой красотой. Длинные черные волосы, рассыпанные по плечам, белая, как алебастр, кожа и загадочные синие руны, начертанные на высоких скулах.

Странное чувство охватило меня, когда я разглядывала его лицо. Смутное узнавание, тревога, словно где-то, когда-то я уже видела кого-то похожего на него, но где и когда – не могла вспомнить.

А еще он был связан. Его лодыжки и запястья стягивали кожаные ремни, впившиеся до крови.

Затаив дыхание, я протянула руку и коснулась щеки незнакомца. Она оказалась теплой, даже горячей. Кто он – невинная жертва или преступник, – меня не волновало. Достаточно, что он почти не дышит. Это было единственным, что заботило меня в тот момент.

Привычным движением я приложила два пальца к его шее, безошибочно находя еле бьющуюся жилку. Жизнь еще теплилась в этом теле, вот только уже на грани.

– Что делать? – я с сомнением глянула на Атоя, который, высунув язык, сидел рядом с головой незнакомца и часто дышал. – Попытаться его спасти?

Как-никак, а слабенький целительский дар у меня все-таки был, вот только боялась я, что его не хватит. Ну что ж, попытка не пытка. Корги заскулил и лизнул мужчину в лицо. Мне показалось, что веки незнакомца еле заметно дрогнули.

Я достала нож, который всегда носила на поясе, и первым делом освободила незнакомца от пут, мысленно ужаснувшись открывшимся ранам. Похоже, ремни были сделаны из сырой кожи, на солнце она начала дубеть и уменьшаться в размерах, впиваясь в плоть несчастного, рассекая его кожу до крови. Еще чуть-чуть – и вены на запястьях оказались бы передавлены. Кто способен на такую жестокость?

Бегло осмотрев раны и удостоверившись, что они неопасны для жизни, я разрезала его рубашку от горла до самого низа. Меня поразила не только ткань, легкая и блестящая, но и открывшаяся безволосая грудь. Я недоуменно уставилась на нее. Похлопала ресницами, протерла глаза. Нет, зрение меня не обманывало. У него отсутствовали соски! Полностью! Никаких намеков, только белая кожа, гладкая, как стекло.

С открытым ртом я упала на пятую точку.

– Кто же ты? – прошептала чуть слышно. – Не человек, это точно…

Корги тявкнул и опять лизнул мужчину. Похоже, песик был настроен вполне миролюбиво и не ощущал никакой опасности.

Доверившись инстинктам своего пса, я потерла ладони друг о друга, пробуждая спящую во мне магию, и положила руки на грудь незнакомца, туда, где у обычных людей билось сердце.

Билось оно и у него, правда, очень слабо. Ну что ж, попробуем, все равно в его положении хуже уже не будет. Я зажмурилась, отыскивая в себе крошечные искорки целительской магии, собрала их в плотный пучок и направила прямо в сердце незнакомца.

Это было так, словно я с разбега наткнулась на гранитную стену, причем стена оказалась такой твердой, что меня откинуло назад. Сработала отдача. Я упала навзничь, нелепо взмахнув руками, и застонала от досады и боли. Села на корточки, потирая ушибленный затылок, и нагнулась над раненым, ища признаки исцеления.

Я слышала, что такое может случиться, если энергии целителя и больного абсолютно идентичны, но это большая редкость, или если больной является сильным магом и поставил себе защиту от вмешательства в свою ауру. Правда, мне еще никогда не приходилось ощущать что-то подобное на себе.

Между тем, мужчина содрогнулся всем телом, судорожно вздохнул и резко сел, едва не столкнувшись со мной лбом. Я еле успела отпрянуть. А потом он распахнул ресницы и уставился на меня в упор черными, пронзительными глазами без белков!

– Фейри! – пискнула я, в священном ужасе отползая от него на четвереньках. В голове мгновенно промелькнули все мифы и легенды о жителях дивного края. Сто лет назад их изгнали из человеческих земель, а в самом Гленниморе они вообще под запретом! Все знают – фейри очень хитры и коварны, и нет для них лучшего развлечения, чем заманить человека в свои сети.

– Солнце! – выдохнул незнакомец и скривился, будто от сильной боли. Затем мучительно застонал и рухнул навзничь.

Я ахнула, когда его голова с глухим стуком ударилась о землю. Мужчина больше не двигался, но теперь его грудь вздымалась в нужном ритме, а сердце билось с завидным упрямством. Вот только на белой коже проступили безобразные красные пятна. Кажется, мой случайный пациент не любит солнце?

Я встала и осмотрелась. Нигде нет ни единого укрытия, разве что та пещера, из которой мы с корги вышли. Но сама я раненого не дотащу, сил не хватит, и бросить здесь не смогу, совесть не позволит. Пусть даже это самый коварный фейри дивного края, но целитель во мне не даст ему умереть. Надо приводить моего нового приятеля в чувство и заставлять топать самого.

Глава 2

Вся проблема была в том, что сил у меня почти не осталось. Я была не слишком успешной магиней, вернее, совсем никакой. Меня даже в Королевскую Академию не взяли ввиду отсутствия способностей. Все, что я могла, это заживить небольшие раны или влить в еще бьющееся сердце немного жизненных сил. Может быть, в другой ситуации я бы придумала что-то более уместное, но сейчас мне хотелось только одного: добраться до дома и скинуть тяжелое платье, от которого уже поднимался пар. Поэтому я не слишком учтиво потрясла незнакомца за плечи. Его голова пару раз мотнулась, черная прядь волос скользнула вниз, открывая вытянутое ухо, и я зачарованно уставилась на него.

Бледная кожа, отсутствие сосков, странные глаза, вытянутые уши и боязнь солнца. Кто же ты такой, милый друг? И откуда здесь взялся?

Не удержавшись, я наклонилась ближе и осторожно провела кончиками пальцев по краю его уха. В одно мгновение мое запястье с силой сжали мужские пальцы. Я вскрикнула и столкнулась взглядом с черными, как оникс, глазами незнакомца.

– Ты кто? – словно выплюнул мужчина, буравя меня пронзительным взглядом.

– Линн Иммерли, – сорвалось с языка прежде, чем я успела что-то соврать. Я мысленно застонала: если этот тип действительно фейри, а я в этом почти не сомневалась, ни в коем случае нельзя называть ему свое имя! Иначе он завладеет твоей душой, и ты навеки останешься его рабом…

– Ли-ин-н, – повторил он, растягивая звуки, и его губы приоткрылись, обнажая небольшие, но острые клыки.

Он смотрел мне прямо в глаза, а я не могла отвести взгляд, не могла отвернуться, хотя мне страшно хотелось вскочить и убежать. Странное оцепенение охватило меня. По спине пополз табун мурашек, в пальцах появилась мелкая дрожь.

Рядом тявкнул Атой, приводя меня в чувство. Я сморгнула, поспешно поднялась на ноги и уже приготовилась бежать без оглядки, когда незнакомец заговорил.

– Куда ты? – услышала требовательный вопрос.

– Домой, – буркнула я, пятясь задом. Мужчина с интересом наблюдал за моими маневрами.

– Ты спасла меня, Ли-ин-н Иммерли, назвала свое имя, а теперь хочешь бросить на произвол судьбы?

– Ничего подобного. Вы вполне можете позаботиться о себе сами.

Он с видимым усилием поднялся с земли и запахнул рубашку. Затем заправил ее в штаны, подтянул кушак и отряхнул кружева на обшлагах. И только после этого огляделся. Увидел моего песика, присвистнул, и глупая собаченция радостно заплясала у его ног.

– Атой! – от возмущения я даже забыла, что должна сейчас трястись от страха. – Вот предатель!

Мужчина обернулся ко мне, и я испуганно ахнула: кожа на его бледных щеках очень быстро краснела и прямо у меня на глазах покрывалась волдырями.

– Солнце, – усмехнулся он, – мне нужно укрытие.

– Вон там есть пещера, – я махнула рукой в ту сторону, откуда пришла.

Он поднял голову и внимательно осмотрел каменистый склон.

– Ты же мне поможешь, Ли-ин-н Иммерли?

– Можете называть меня просто Линн, – пробурчала я, – и не надо так растягивать мое имя.

– Ты уверена, что оно твое?

В одно мгновение этот тип преодолел расстояние в десять шагов, на которое я успела отойти, и оказался вплотную ко мне. Его рука стальным кольцом обвила мою талию, вторая приподняла подбородок, и я застыла, почувствовав, как его пальцы скользнули вниз по моей шее.

– Какое чудное украшение, – пробормотал он, подцепляя кончиком пальца мои коралловые бусы. – Откуда оно у тебя?

– Какое это имеет значение? – я уперлась руками ему в грудь. В моем голосе прорезались истеричные нотки: – Отпустите меня! И не смейте ко мне прикасаться!

Удивительно, но он тут же убрал руки и отступил на пару шагов. Я даже пошатнулась от неожиданности. Мужчина окинул меня странным непроницаемым взглядом и произнес:

– Больше не прикоснусь. Пока ты сама не захочешь.

– Не переживайте, не захочу.

Я поспешно отвернулась и зашагала вверх по склону. "Как же, держи карман шире, – думала я, спеша убраться, – чтобы я любезничала с разными фейри! Ну уж нет, я девушка простая, даже с местными этирнами дружбу не вожу, а уж с таким существом и подавно. Тем более, друг сердечный у меня есть: хороший парень, из нашей деревни, владелец небольшой шаланды – отличная партия для дочери рыбака". Почему-то именно в тот момент я вспомнила Ларса, и мне остро захотелось, чтобы он был рядом.

Позади плелся спасенный, с трудом переставляя ноги. Я слышала за спиной его шаркающие шаги. Было похоже, что до пещеры он сам не дойдет.

Рядом носился Атой, то подбегая к незнакомцу, то возвращаясь ко мне, заливался довольным лаем и махал хвостом. Но мне было не до веселья. Я резко остановилась и повернулась к мужчине. Он тоже замер в трех шагах от меня, бледный, с испещренными пятнами щеками, закрыв глаза и слегка покачиваясь. Его губы были сжаты в узкую полоску, а красивое лицо исказилось от боли. Казалось, он вот-вот упадет.

Я не знала, с кем я столкнулась. Зато быстро поняла, что ничего хорошего ждать не стоит. Да, я слышала много историй о фейри, но ни одна из них не заканчивалась счастливым финалом. Еще сто лет назад они населяли Гленнимор, пока люди не оттеснили их к побережью и не скинули в море. Это были жестокие и злобные существа, многие из них воровали детей, подкладывая вместо них либо полено, либо своих болезненных уродцев, а были и такие, что не брезговали человечинкой. Они зачаровывали мужчин и женщин, делая их своими рабами, и целыми деревнями уводили в тайные подземелья или зачарованные леса.

За сто лет сменилось несколько поколений людей, истории о фейри превратились в сказки, обросли мифами и легендами. Но ведь недаром в закрытом корпусе Королевской Академии до сих пор изучают Расологию, недаром обо всех нелюдях в приказном порядке положено сообщать в префектуру, недаром за укрывательство фейри грозит огромный штраф и несколько лет исправительных работ! Значит, они не миф, они действительно существуют. И именно меня угораздило столкнуться с одним из них!

Я пару секунд смотрела на представителя другой расы, а потом не выдержала. Подошла и подставила плечо. Мужчина ответил мне судорожным вдохом, со свистом втянул в себя воздух, закинул руку мне на шею и навалился всем телом. Последние футы до пещеры я практически тащила его на себе. Затянув под каменные своды, помогла ему сесть и сама в изнеможении опустилась рядом. Незнакомец откинулся на стену, опустил веки и едва слышно произнес:

– Спасибо. Ты спасла меня во второй раз за один день. Проси чего хочешь.

– Мне ничего не надо, – торопливо заверила я.

– Даже мое имя? – он недоверчиво усмехнулся, так и не открывая глаз.

– А имя-то мне ваше зачем? – я уставилась на него в полном недоумении.

Здесь, в полумраке пещеры, куда не проникали прямые солнечные лучи, красные пятна на его щеках медленно бледнели. Я невольно перевела взгляд на изящные запястья незнакомца. Следы от ремней отпечатались на них вздувшимися багровыми рубцами, сочившимися кровью.

– Ты же назвала мне свое… Или то, которое считаешь своим. Разве не хочешь ответной любезности?

– Не понимаю, о чем вы.

– Вижу, что не понимаешь. Но я хочу отблагодарить тебя за твои труды.

– Еще рано говорить о награде, – пробурчала я и отвела взгляд. Деньги нам с отцом точно не помешают. – Те, кто сделали это с вами… они не вернутся?

– Вернутся, – он меланхолично кивнул, – и доведут дело до конца. В долине от них не спрятаться, а на портал не хватит сил. Я слишком долго пробыл на солнце.

– Вы боитесь солнца, – констатировала я очевидный факт.

– Только прямых лучей.

– Вы сильно пострадали? – я встала перед ним на колени, внимательно разглядывая нечеловечески прекрасное лицо, и забывшись, положила руки ему на плечи.

Он тут же сомкнул пальцы на моих запястьях. Я вздрогнула и попыталась отстраниться, но он меня удержал.

– Подожди, – пробормотал он, гипнотизируя меня невероятными глазами, похожими на две бездны, в глубине которых таились бесчисленные мириады звезд. – Не бойся. Я не причиню тебе зла.

Его завораживающий взгляд, его тихий, ласкающий голос пробудили во мне неведомые до этой минуты ощущения. Я почувствовала, как в глубине моего тела зарождается теплая волна, как подрагивают кончики пальцев, как быстро-быстро начинает биться сердце – и облизнула пересохшие губы.

– Клянусь бездной! – почти прошептал фейри, не отрывая от меня взгляда, и мягко потянул за собой.

Я почти упала ему на грудь. Сильные руки подхватили меня, удержали, лишая воли. Бледные губы оказались в опасной близости от моих. Очарованная его магнетизмом, я застыла, позорно зажмурив глаза, и несколько долгих секунд ощущала его прерывистое дыхание на своем лице.

Наконец он хрипло выдохнул и легонько меня оттолкнул.

– Мое имя Райн Райзен, – произнес ровным голосом, наблюдая, как я торопливо поднимаюсь с колен.

Руки дрожали, ноги отказывались держать. Я нагнулась, делая вид, что отряхиваю юбку, но на самом деле мне хотелось спрятать пылающее лицо. Фейри назвал мне свое имя!

– Зачем вы это сделали? – глухо спросила я. – Мне не нужна ваша благодарность.

– Зато мне нужна твоя помощь. Ты же с той стороны? Из человеческих земель? Ты вообще знаешь, где оказалась?

– Нет, – я покачала головой, настороженно поглядывая в его сторону.

– Это Гвирд-долл – долина смерти. Дуэргары приходят туда, чтобы умереть.

– Кто? – не поняла я.

– Дуэргары. Такие, как я.

Я испуганно сжалась. Дуэргары! Самые злобные, самые кровожадные существа из всего дивного народа! Легенды о них были наполнены жестокостью и кошмарными подробностями. О Садб Ясноокая! Куда меня занесло!

Губы Райзена приоткрылись в саркастичной ухмылке, и в зеленоватом свете, испускаемом стенами пещеры, мелькнули клыки.

– Вижу, ты кое-что знаешь о нас, – сказал он таким тоном, что меня передернуло. Появилось непреодолимое желание заорать во все горло и дать деру, но, странное дело, Атой вел себя совершенно спокойно! Корги уселся у ног дуэргара и тихонько поскуливал, но не от страха, а, скорее, желая привлечь его внимание. – Люди очень трусливые и недалекие существа. Боятся всего, что им непонятно. И ненавидят все, что вызывает у них страх. На самом деле мой народ ненамного отличается от тех же сидов, которым люди приписывают чуть ли не божественное происхождение.

Я недоверчиво покосилась на его рот. Ага, как же, а клыки мне приснились? Или он ими яблоки грызет?

Я только открыла рот, собираясь что-то сказать, как Райзен в одно мгновение вскочил на ноги, схватил меня за плечи и зажал ладонью мой рот. Я ударила его в грудь, но он резко прижал меня к себе, даже не заметив сопротивления, и едва слышно зашипел, показывая глазами в сторону выхода. Я замерла, напрягая слух. Снаружи доносились чьи-то голоса, бряцанье оружия и конской сбруи, но так далеко, что слов было не разобрать. Судя по всему, вверх по склону поднимался отряд.

Я перевела вопросительный взгляд на застывшее лицо дуэргара. Тот медленно закрыл и открыл глаза, подтверждая мою догадку: это были они, те, кто пришел забрать его труп либо добить, если он еще жив.

Райзен что-то прошипел сквозь зубы, и мой корги словно ошалел: вскочил на лапы, зарычал и бросился к выходу, заливаясь истерическим лаем. Я дернулась за ним, собираясь остановить, но дуэргар не позволил сделать и шага. Схватив меня за руку, он развернулся вглубь подземного коридора и рванул в ту сторону, откуда я пришла, волоча меня за собой.

– Моя собака! – закричала я, отчаянно вырываясь. – Атой! Атой!

– Дура! – прошипел мужчина, толкая меня вперед. – Хочешь попасть к ним в руки? Тогда все твои страшные сказки станут реальностью!

От его толчка я чуть не упала, запутавшись в складках платья, но он удержал и прибавил ход, заставляя бежать за ним со всех ног. Позади раздавался захлебывающийся лай корги и низкие голоса преследователей, что-то кричавших на странном языке.

Маленький песик был несерьезным соперником против вооруженной толпы магических существ, но он дал нам пару минут форы, пока дуэргары пытались его отогнать. Я слышала грубые голоса, отрывистые фразы, похожие на ругань, звук удара и яростный лай, перешедший в жалобный вой. Я вздрогнула от жалости – мой корги скулил от боли, и эти звуки ранили меня в самое сердце, но неумолимый Райзен продолжал тащить меня за собой.

Мы неслись во весь дух по широкому коридору, сворачивая на авось, ныряя в темные повороты. Я уже ни о чем не думала. Мое сердце колотилось от бега, грудь разрывалась от недостатка воздуха, ноги немели, отказываясь держать. Но дуэргар крепко, до боли сжимал мою руку, и мне не оставалось ничего другого, как только бежать вслед за ним. Ведь встретиться лицом к лицу с теми, кто шел за нами по пятам, мне вовсе не хотелось!

Наконец мы увидели тусклый вечерний свет, пробивавшийся сквозь щель в скале, ту самую, с которой началось это опасное приключение. Райзен подлетел к ней, схватил меня на руки и выскочил на узкий карниз. Не успела я ахнуть, как он вместе со мной молча прыгнул вниз с высоты в десять футов!