Гора из черного стекла

Даже Жонглер смотрел на него с интересом. Сначала Хепер с головой скарабея просто сидел, поглядывая по сторонам, потом его сим стал твердеть – реально тело умирало. Мягкие усики превратились в прутики, потом Клемент сполз с огромного каменного трона на золотой пол.

Все замерли в ожидании. Глаза устремились от распростертого на светящемся полу сима, похожего на дохлого таракана, лежащего посреди базилики святого Петра, к саркофагу у опустевшего трона. Отполированная алая крышка начала подниматься, сначала были видны только тени. Но вот тот, кто там находился, сел, его осветил отраженный золотыми стенами свет солнца. Это был человек, улучшенная копия молодого Риккардо Клемента, обнаженная и прекрасная, но глаза его блуждали. Эннеада стала перешептываться, все громче по мере того, как проходили секунды.

– Кто ты? – спросил Жонглер. Для большего эффекта он встал и протянул вперед руки. – Как тебя зовут, о воскресшая душа, о новорожденный бог?

– Я… Я Клемент, – сообщил обнаженный юноша. Он принялся разглядывать остальных с любопытством. – Я Риккардо Клемент.

Все облегченно вздохнули. Кое-кто вскрикнул от радости и облегчения.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Жонглер, даже его собственное больное сердце, находящееся далеко, билось от волнения. Они сумели! Им удалось отринуть Неизбежный конец, скоро и он сам станет бессмертным. Братство победило смерть – ужасный бесстрастный мистер Джинго повержен.

– Я… хорошо себя чувствую. – Прекрасное лицо было неподвижно, зато глаза моргали, словно от удивления. – Хорошо… иметь тело.

Его засыпали вопросами. Новый Клемент отвечал медленно, но все ответы были правильными. Тогда многие стали поднимать бокалы и с криком «к Вечности!» жадно пили, смеялись и переговаривались, убивая свои смертные физические тела. Один за другим некоторые сразу, другие медленнее – все зависело от способа самоубийства, который они выбрали, – симы Эннеады с головами зверей затвердевали на тронах. Некоторые тряслись и падали на пол, некоторые замирали там, где сидели.

Жонглер, Уэллс, Якубиан и Жиан Бао выпили свои кубки в отличие от остальных без колебаний, потому что они лишь делали вид, что совершают самоубийство.

Тут же открылись четыре саркофага, по одному для каждого – Жонглера, Уэллса, Жиан Бао и Якубиана, – ложные реинкарнации, которые Жонглер приготовил для них, дабы убедить остальных членов Братства, что они тоже перешли в Сеть. Пустые симы сели, моргая глазами как бы от удивления, – запрограммированный спектакль, который проходил без зрителей.

Ни один саркофаг больше не открылся.

Удивление быстро перешло в панику. Жонглер быстро отключил четыре ложных возрождения и перенес свое тело к ближайшему из Братства. Это был португальский фабрикант по имени Фигейра. Его сим бога Хнума с головой барана наполовину сполз на пол и был твердым, как мрамор.

– Какие-то неполадки? – спросил Жиан Бао с притворной мягкостью.

– Если ты задумал шутки шутить… – прорычал Якубиан.

– Они мертвы. – Жонглер слушал, свой голос как чужой, он ничего не понимал – неужели Иной сломался окончательно? Но ведь все выглядело нормально. – Они все умерли, они убили свои настоящие тела. Это не шутка, они должны были возродиться здесь… – Он повернулся к Риккардо Клементу. Прекрасный юноша по-прежнему сидел в саркофаге, безусловно живой, довольный просто тем, что живет в своем теле, он не обращал никакого внимания на то, что происходило. – Но ведь с Клементом получилось, почему же с другими?..

Уэллс разглядывал скрюченный застывший сим Имонны Дедобланко.

– Похоже, ты был прав, откладывая наше собственное перерождение. – Он встал. Он снова улыбался, хотя несколько натянуто. – Полагаю, что, когда мы решим небольшую проблему, нам достанется больший кусок пирога.

– Ничего не понимаю, – воскликнула Рени. – Что происходит? Что, все члены Грааля умерли?

Орландо ничего не слышал. Голоса в голове вернулись, заполняя ее шепотом, – тысячи птиц с мягкими крыльями, запертые в соборе, шелестят, машут крыльями, бормочут. Из последних сил он уцепился за одну мысль.

– Все верно, – сказал он. Ему было трудно говорить, каждое слово отнимало дыхание. Где-то далеко из его тела уходила жизнь, на этот раз ему не выкарабкаться, – Вот зачем я здесь.

Фредерикс дернула его за руку в знак вопроса, но Орландо вырвал руку. Он готовился броситься своим еле живым телом на огромную фигуру, по не сделал этого. Еще спускаясь в долину, он понял, что чудовище даже не заметит его нападения, но его удержало не сознание безнадежности предприятия, а нечто совсем другое. Подходя ближе, он увидел, что необъятная фигура, несмотря на огромные размеры и ужасный вид, начинает казаться жалкой – обманутой, испуганной и беспомощной. Это открытие изумило Орландо – герой, выходящий из игры. Но теперь Гардинер, кажется, понял, зачем он здесь, все еще живой и дышащий, но из последних сил.

Он протянул руку к мерцающему изображению комнаты Грааля. Остальные в это время были заняты спором и ничего, не видели, но Фредерикс видела.

– Орландо? Что ты делаешь?

Он чувствовал какое-то нефизическое сопротивление, но поверхность изображения была не тверже ртути. Когда его рука проникла внутрь, поверхность окошка, расположенного на руке великана, задрожала, а комната в свою очередь исказила и без того гротескные фигуры братьев Грааля. Орландо еще раз с трудом вдохнул воздух и шагнул вперед.

Теперь он был в золотой комнате. У него за спиной не было и намека на ворота, только блестящие стены, покрытые гравировкой. Орландо поднял меч и сделал несколько шагов к тронам и четырем хозяевам Грааля, которые были еще живы и двигались. Бог с желтым лицом первым увидел чужака, его глаза расширились от удивления, и остальные повернулись посмотреть, что он увидел. В этот момент из ниоткуда свалилась Фредерикс и упала рядом с Орландо.

– Не делай этого, – сказала она, .поднимаясь на ноги. – Не делай этого, Гардинер.

Орландо ее не слушал, а направил кончик меча на одного из них, которого звали Осирисом, чье мумифицированное тело выражало изумление, сквозь совершенно неподвижное лицо-маску.

– Ты, – крикнул ему Орландо. – Да, ты, запеленатый, я убью тебя.

Бог с головой сокола повернулся к Осирису, потом к желтолицему богу.

– Дьявол, Боб, что за чертовщина здесь происходит? – спросил он.

– Ты, дурной старый ублюдок, ты убил много людей. – Орландо изо всех сил старался говорить уверенно. – Хочу с тобой поквитаться.

Бог Осирис смотрел на него.

– Кто ты? – отрывисто спросил он. – Один из плачущих простаков из Круга? Я не хочу тратить свое время на тебе подобных.

Он поднял забинтованную руку, вытянутый палец начал дымиться. Орландо прикрыл собой Фредерикс.

– Прекрати!

Осирис замер, его ошеломило появление еще одного персонажа прямо из воздуха.

У Рени в руке было что-то блестящее, она качнулась вперед и швырнула это в людей Грааля, словно террорист-самоубийца с ручной гранатой. Даже слишком занятый своим дыханием Орландо увидел, что она страшно напугана.

– У меня есть один из твоих приборов доступа, и я умею им пользоваться, – крикнула она. – Если попытаешься что-то сделать, я позабочусь, чтобы с тобой произошло то же, что и с твоими дружками. А если ты считаешь, что быстрее меня, давай попробуй, мы уйдем все вместе.

«Она же не знает, как им пользоваться, – подумал Орландо как во сне, – и мы не имеем никакого отношения к смерти тех людей. Идея хорошая, но она ас сработает».

– Ладно, Рени, – сказал он вслух. – Я знаю, что делаю. Она не успела ответить, бог с головой сокола протиснулся между остальными.

– Это моя зажигалка! – зарычат он. – Значит, это ты, мерзавка, стащила ее у меня.

– Не делай глупостей, – вмешался Осирис, но бог-сокол не слушал его. С каждым шагом Хорус становился больше, он увеличивался, пока не стал в три раза больше Орландо, его глаза сверкали, как два синих уголька. Орландо снова поднял меч и заслонил собой Рени.

– Дэниел! – крикнул ему желтолицый бог. – Нам не нужно…

Орландо почувствовал, как сильная волна сотрясла не только комнату, но и прошла сквозь него, сквозь воздух. Голоса у него в голове превратились в громкий рев, в них был ужас, а сам Орландо начал терять сознание. Перед глазами замелькали точки. Все замерло, золото, темнота и эхо, а потом реальность начала сворачиваться.

На миг свет и звук вернулись, словно тучи перед грозой, а за ними раздался страшный стон, раскатистый как гром, от которого все тело Орландо как бы превратилось в воду.

Мир рассыпался на кусочки. Золотая комната вдруг превратилась в тысячи таких комнат, в одинаковые кубики, слов-. но Орландо и Фредерикс находились в гигантском калейдоскопе. Бесчисленные копии комнаты шли во все стороны как сливающиеся изображения множества зеркал, обращенных друг к другу, но в то же время, будто границы между мирами рухнули, прямо над ними возвышаюсь вершина горы и скорчившийся узник-гигант.

Не только комната, но и все присутствующие бесконечно размножились.

– Орландо! – завизжала Фредерикс, вернее, миллион Фредерикс – Берегись!

Среди этого безумного хаоса Орландо поворачивался страшно медленно, словно в кошмарном сне. Бог с головой сокола нависал над ним, отбрасывая вокруг призрачные копии себя. Тяжелая многократно раздвоенная лапа схватила его, отшвырнула в сторону, Орландо почувствовал, как сильная когтистая конечность царапнула его, по спине будто прошелся ковш экскаватора, острые лезвия раздирали ткань и кожу.

Храм и гора не только размножались, но и сливались: черные пики просвечивали через все изображения храма, а дно долины через золотой полированный пол. Фредерикс скорчилась на полу комнаты, который одновременно был и черной землей под открытым небом, Рени, боги Братства Грааля, товарищи Рени, которых она оставила снаружи, все теперь собрались вместе, но в то же время бесконечно отражались в водовороте бесконечных рефракций. И только гигантская фигура, растянувшаяся на вершине горы, оставалась в одном экземпляре, – Иной – сейчас он казался страдающим сердцем вселенной, одновременно умирающим и расширяющимся. Похоже, даже звезды размножались, каждое солнце оказалось как бы в облаке своих собственных уменьшенных изображений.

Не обращая внимания на хаос, упрямый бог-сокол развернулся и снова устремился на Орландо, рыча от безумной ярости. Измученный мозг Орландо пытался сообразить, какое из бесконечно повторяющихся изображений настоящее, неясная огромная фигура Иного начата сгибаться пополам, словно собираясь разорвать путы и сесть.

Великан закричал. Этот душераздирающий вопль наводил на мысль о начале или конце вселенной, возникло ощущение, что сейчас реальность полностью исчезнет.

Высоко над ними огромное расплывчатое лицо вдруг начало принимать форму, словно что-то внутри достаточно бесформенной фигуры пыталось прорваться наружу. Все изумленно замерли, наблюдая, как он растягивается, темнеет, что-то злое и дикое возвышается над долиной. Помехи уменьшились.

– Привет, Старик, – Желтый звериный глаз был размером с луну, а голос грохотал с такой силой, что звезды могли сорваться с неба. – Какая неожиданная встреча. Посмотрите только, кто еще пришел на вечеринку!

Бог Осирис смотрел вверх, застывший от ужаса в центре своей вселенной из зеркальных осколков.

– Дред? – прохрипел Осирис.

При звуке этого имени товарищи Орландо вскрикнули. Шакал расхохотался;

– Я раскрыл твой секрет, Старик. Скоро твоя система будет подчиняться моим приказам. Думаю, мне понравится быть повелителем целой вселенной.

Тело гиганта сотряслось еще раз, на мгновение звериные черты уступили место смутному лицу, который был у Иного раньше.

– Он еще сопротивляется, – сообщил голос, уже менее громоподобный, но все равно от него закладывало уши и эхо неслось по горам. – Но я теперь знаю, как причинить ему боль. – Огромное существо взвыло и задрожало, снова вершина горы затряслась, будто хотела рассыпаться. – Подожди пару минут, и он снова будет хорошо себя вести…

Помехи пульсировали. Великан продолжал биться с чем-то невидимым, но битва затихала. Среди этого безумия Орландо услышал далекий крик и повернулся посмотреть, что же происходит. Бог-сокол схватил Фредерикс и поднял ее к своему уродливому клюву.

– Что вы, ублюдки, делаете с нашей системой? – взревел он. – Что за чертовщину вы творите?

Орландо шагнул вперед, не обращая больше внимания на испуганные голоса в голове и разбегающихся от него в разные стороны других Орландо. Побуждаемый рефлексами, выработанными в течение половины его молодой жизни, он схватился за меч: лишь только Орландо добрался до чудовища Грааля, он рубанул его под колени со всех своих уходящих сил. Монстр бросил Фредерикс и повернулся к нему.

– Уходи! – завопила Рени где-то позади, но Орландо не обращал на нес внимания. Огромный сокол склонился над ним, занеся скрюченные когти, от ярости он не мог думать о стратегии, а мечтал лишь о том, чтобы схватить и раздавить. Орландо увернулся от рук чудовища и попытался всадить меч в незащищенный бок, но другая рука вмешалась и схватила клинок, разломив меч пополам. Орландо хотел увернуться, но сил уже не хватало. Чудище лягнуло его с силой, равной удару о бампер грузовика, Орландо только успел сообразить, что летит по воздуху, как шлепнулся на землю.

Темнота снова окружила его, на этот раз он не сумел найти дорогу назад. Он почти ослеп. Дышать было не просто тяжело, а почти невозможно. Замолкли даже голоса, звучавшие внутри него.

Но самое плохое – Орландо потерял свой меч. Он видел рукоять в нескольких метрах. Но, учитывая искажения, расстояние могло быть много больше – мало того, это мог быть не меч, а лишь одно из его многочисленных отражений. Орландо все-таки пополз к мечу, он преодолевал боль, помня, что его дело не закончено. Все его внутренности сдвинулись – он чувствовал, как они трутся друг о друга, – какая-то частичка сознания обратила внимание, что он слишком подробно чувствует свое ненастоящее тело. По его сознанию волнами пробегала темнота, красная по краям. Он все полз, стараясь избавиться от точек перед глазами, очень надеялся, что ползет в нужном направлении.

Как только его рука сомкнулась на рукояти, что-то схватило его за ногу и подняло в воздух, он болтался вверх ногами на уровне чьих-то больших ног. Кровь прилила к голове, он набросился на ту ногу, что была ближе, надеясь хоть поцарапать шкуру бога сломанным мечом, но расстояние было слишком большим. Окружающие выкрикивали его имя-, но и имя Фредерикс тоже, даже имя Т-четыре-Б. Какая разница. Существо держало его за пятку, раскачивая как маятник.

– Должен признать, что вы, вредители, имеете смелость, – прорычал бог-сокол. – Но я все равно убью тебя, маленькая дрянь.

Фредерикс отчаянно молотила кулаками по ноге великана, на руках выступила кровь, а тот даже не заметил ее. Орландо беспомощно висел в руке повелителя Грааля и ожидал смерти.

Пол закричал от страха, когда вселенная начала разваливаться на куски, но из-за жуткого шума никто его не услышал. Все рушилось, все теряло смысл.

События развивались страшно быстро – Орландо зашел внутрь изображения, в котором они видели Братство Грааля, Фредерикс бросилась за ним. Рени потребовала от Мартины зажигалку, а получив ее, тоже кинулась внутрь. Как только она туда попала, изображение золотой комнаты начало тускнеть, а гигантская фигура, растянувшаяся в долине, принялась метаться и стонать, будто от кошмара, отчего закачались скалы и дрогнула сама гора. А потом все перевернулось с мог на голову, и Рени, и остальные снова появились, а с ними и люди Грааля, в то время как вселенная вокруг начала разваливаться.

На какой-то миг нечто завладело телом великана – что-то похожее на волка; члены Братства, видимо, узнали его, от голоса нового монстра Мартина вскрикнула и заткнула уши. Потом видение стало размываться, заставляя великана снова извиваться. Теперь вся вершина горы распалась на тысячи зеркальных кусочков.

В голове мелькнула мысль:

«Разбилось вдребезги… зеркало упало… разбилось…»

…А Орландо сражался за свою жизнь против одного из хозяев Грааля, который увеличился до невероятных размеров, хотя и выглядел муравьем рядом с огромным Иным, раскинувшимся на вершине горы и содрогающимся от помех. Все вокруг кричали, Рени и !Ксаббу бежали за Т-четыре-Б, который несся к Орландо и огру с головой сокола и… и…

Пол шагнул за ними, но тысячи Полов тоже сделали шаг в разных направлениях, он остановился – у него закружилась голова, Джонас растерялся.

– Пол, помоги! – Женщина по имени Флоримель тянула к нему тысячи призрачных рук, ее страх множился на тысячах таких же одноглазых лиц. – Мартина – кажется, она умирает! – Слепая лежала у ее ног, глаза закатились.

Пол попытался подойти, но это было так же трудно, как найти кого-то в комнате, полной зеркал, Флоримель снова закричала, тогда Пол закрыл глаза и пошел на звук ее голоса, он шел, пока не врезался в нее.

– Помоги ей дышать, – приказала Флоримель, потом опустилась на колени и начала давить на грудь женщины. Пол понятия не имел, чего она хочет от него, и просто стоял и смотрел. Флоримель подняла голову.

– Воздух, идиот! – закричала она. – Рот в рот!

Пол снова закрыл глаза, чтобы прекратить головокружение от этого калейдоскопа. Он на ощупь нашел лицо Мартины, потом прижался губами к ее губам и дунул. Он не очень понимал, какая польза в том, чтобы пытаться оживить нереальное тело, но им обоим некогда было думать. Подобные приемы, естественные в реальном мире, в этом хаосе были не эффективней швабры против песчаной бури.

Флоримель вскрикнула. Пол открыл глаза и увидел, что она смотрит не на свою пациентку, а на что-то вверху. Громадная фигура Иного воздела одну руку к небу, невероятно большая, она тянулась высоко вверх и перекрывала почти всю долину, словно целая планета. Великан снова застонал, мучимый кошмаром, вновь пошли помехи, словно пляшущие языки пламени.

Пол ошарашенно смотрел на чудовищную фигуру и не обратил внимания на вскрик Мартины. Ее рука, будто повторяя движения великана, поднялась и схватила Пола.

– Мартина, не двигайся! – Флоримель стала проверять ее пульс – У тебя только что был…

Слепая пыталась сесть, несмотря на сопротивление подруги.

– Нет! – задыхаясь, говорила Мартина. – Дети… они в ужасе! Они совсем одни! Мы должны идти к ним!

– О чем ты говоришь? – перебила ее Флоримель. – Ты никуда не пойдешь. Весь мир сошел с ума, а ты чуть не умерла.

Мартина заплакала.

– Ты не понимаешь – я их слышу! Я их чувствую! Птички страшно напуганы. Что-то ими овладело, что-то очень голодное, а они не могут убежать! – Она схватила себя за волосы. – Сделайте что-нибудь! Я не могу больше слышать их крики!

Пол беспомощно наклонился к ним, Флоримель обняла Мартину за плечи.

– Мы здесь с тобой, – заверила она слепую. – Мы здесь с тобой. – Ее глаза наполнялись слезами.

– Но они так боятся… – Мартина зарыдала.

Прошла еще одна волна помех, теперь Пол видел женщин как бы в конце длинного коридора. Он поднялся на ноги, с трудом удерживая равновесие. Рука гиганта по-прежнему простиралась над их головами, но никто уже не обращал на нее внимания. Монстр с головой сокола поднял Орландо над землей, тот висел без признаков жизни, то ли умер, то ли почти умер. Полу показалось, что у ног чудища стоит Фредерикс, а к ней бежит еще кто-то, но он не мог долго смотреть в одну точку, начинала кружиться голова. Еще двое, видимо Рени и !Ксаббу, бежали по направлению к чудовищу и его пленнику. Они были еще очень далеко, спотыкались и падали, потому что земля под их ногами постоянно двигалась. Вся система выходила из строя.

– Ава! – закричал Пол в пустоту. – Зачем ты привела нас сюда? Что ты с нами делаешь?

Словно он вызвал ее своим отчаянным криком, ангел возник из ниоткуда, мерцающий, нечеткий образ многократно повторялся во всех зеркальных осколках, все ее отчаявшиеся голоса звучали в унисон.

– Прекратите! Вы убьете его!

Пол не мог понять, за кого она так боится, то ли за Орландо, то ли за великана, лежащего в долине, то ли за самого Пола.

Многочисленные изображения ангела снова закричали, но крик потонул в громоподобном, зычном голосе Иного. Нависшая над ними рука задрожала и рухнула вниз, словно луна, сошедшая с орбиты. Она свалилась прямо на Рени, !Ксаббу, Орландо и остальных. Земля дрогнула как от взрыва бомбы, Пола сбило с ног. Потом наступила тишина. Ангел и все прочие призраки висели в воздухе с широко раскрытыми ртами и глазами. Из-под гигантской руки поднималась пыль.

«Орландо, Рени – их больше нет», – только и успел подумать Пол. Окружающее начало рассыпаться, тысяча ангелов разлеталась, витраж рассыпался в прах, кусочки его парили в воздухе, поблескивая, а он…

«Разбилось вдребезги… зеркало упало… разбилось».

Он снова был в башне, все начиналось сначала, поздно что-то изменить…

…Осколки зеркала разлетаются, тысячи изображений Авы заливаются слезами, а птицы кружат, как клубы цветного дыма, все смешалось: птицы, осколки и голоса плачущих детей…

Зеркало разбилось, а вместе с ним и сам Пол, он продолжал рассыпаться на кусочки, пока кусочки не стали совсем мелкими, а мысли разбежались.

Еще мгновение назад Рени и !Ксаббу находились в золотой комнате Братства Грааля, а в следующее – мир свалился на них.

!Ксаббу ухватился за нес, а бесчисленные их копии разлетались во все стороны. Гробница и вершина горы сложились вместе, каким-то образом выжившие члены Братства Грааля, Орландо, Пол, даже загадочный великан Иной оказались в одном свернувшемся пульсирующем пространстве.

– Все разваливается! – завопила Рени.

Огромное существо с головой сокола и голубыми сумасшедшими глазами атаковало Орландо. Где-то рядом кричала Мартина. Куда бы Рени ни посмотрела, друзья и враги повторялись в многочисленных копиях, они образовывали бесконечные цепочки бумажных кукол.

Невозможно было даже понять, что происходит на самом деле, а тем более остановить, но Орландо был в большой опасности – это Рени еще могла понять. Она потащила !Ксаббу на помощь их общему другу, но огромная, как целая гряда холмов, фигура Иного начала судорожно дергаться. Он завопил от боли, и дрогнула земля, Рени и !Ксаббу упали на колени.

В районе лица существа что-то появлялось – звериная морда, темная, искаженная и злобная. Открылся огромный желтый глаз.

– Привет, Старик, – прогрохотало существо. Рени узнала голос и закричала в ужасе:

– Это он! Убийца!

От каждого слова существа дрожала земля. Рени протянула руку к !Ксаббу, но тот растянулся на земле лицом в черной пыли, которая в то же время была полом золотой комнаты.

– Вставай, – закричала она, Рени сама была в полном отчаянии и с трудом держалась на ногах. – Вставай! Нужно помочь Орландо.

– Это Всепоглощающий, – простонал ' !Ксаббу. Он вжимался в землю, словно это была палуба попавшего в шторм корабля. – Он явился за нами. Это конец всего сущего!

Рени чуть не заплакала.

– Поднимайся! Это вовсе не Всепоглощающий, это тот, что забрался в Кван Ли, он хочет захватить систему! – Она наклонилась, схватила !Ксаббу за руку, и стала тянуть вверх, при этом пытаясь вспомнить историю, которую он ей рассказывал. – Ты рассказывал, что Дикобраз победила Всепоглощающего, помнишь? Да, так ты говорил. Но ты также говорил, что я – Дикобраз, разве нет? Тогда поднимайся, черт тебя возьми! Ты мне нужен! – Она наклонилась к самому его уху, продолжая тянуть за руку. – !Ксаббу! Даже Дикобраз не сможет победить в одиночку!

Что бы там ни сделал фальшивый Кван Ли с Иным, ему не удалось полностью сломить сопротивление бога. Невероятное существо боролось с Кван Ли, и звериная голова начала расплываться, а потом исчезла, но фрагментарность окружающего мира никуда не делась.

!Ксаббу позволил усадить себя. Он избегал смотреть Рени в глаза, но поднялся на ноги. Его сим побледнел, но когда он наконец повернулся к Ирен лицом, на том отразилась тень возвращающейся решимости.

– Мне стыдно, Рени, – сказал он.

– Извини, но нам необходимо…

– Не извиняйся. – Он замахал руками. – Ты все правильно сделала. Давай поспешим к Орландо.

Расплывающаяся искаженная фигура пронеслась мимо них по направлению к тому месту, где сцепились Орландо и бог-сокол.

– Хавьер! – крикнула Рени вслед удаляющейся тени. – Т-четыре-Б! Что ты делаешь?

Он несся вперед, не обращая на них внимания, Хавьер спешил вмешаться в неравный бой между Орландо и огромным монстром из Грааля.

– Господи, боже мой! – завопила Рени, кидаясь за ним вдогонку. – Никогда, никогда, никогда не возьму с собой подростка!

Они с !Ксаббу бежали по изуродованной искажениями местности, у них кружилась голова, они плохо ориентировались в разрушающемся мире. Где-то впереди, то ли в десяти, то ли в тысяче метров от них удар невероятно огромной руки отбросил Орландо в сторону. Рени закричала, уверенная, что тот мертв. Неожиданно Орландо вместе со своими многочисленными отражениями поднялся на четвереньки и пополз; чудище Грааля, тоже отраженное множество раз, тут же схватило его. Окровавленное, изломанное тело Орландо повисло вниз головой, как освежеванная туша животного. Теперь Рени неслась со всех ног, но даже сквозь помехи она чувствовала, что они все еще слишком далеко. Они опоздают.