Миланский квест для русской невесты: Милан, мортаделла и муж на десерт

Лена пробиралась к дому синьоры Адрианы, стараясь слиться с тенями и не цокать каблуками по спящей мостовой. В голове крутился микс из кадров фильма «Код да Винчи» и осознания того, что её виза заканчивается через три месяца, а она уже втянута в заговор национального масштаба.

Марко высадил её за два квартала, на прощание коснувшись её руки так, что у Лены искры из глаз посыпались. — Завтра в полдень у фонтана в парке. И спрячь ключ. В Милане у стен есть уши, а у горгулий на Дуомо — скрытые камеры, — прошептал он и растворился в ночи на своей «Альфа Ромео».

Допрос с пристрастием

В прихожей Лену ждал «сюрприз». Тетя Роза сидела на пуфике в махровом халате, скрестив руки на груди. Рядом на столике дымилась чашка крепкого чая — верный признак того, что спать сегодня никто не будет.

— Ну и где мы были? — вкрадчиво спросила Роза. — Собаку сдала консьержу час назад, мне позвонили. А ты явилась в чужом пальто, с горящими глазами и запахом мужского парфюма за пятьсот евро флакон. Лена, мы в Италию за мужем приехали или в сериал «Следствие ведут знатоки»?

— Тетя Роза, — Лена стянула тренч, под которым предательски блеснуло маленькое черное платье, — если я тебе всё расскажу, нам обеим придется просить политического убежища в Ватикане.

— Садись, — Роза пододвинула вторую чашку. — Выкладывай. Я пять лет ухаживаю за итальянскими старушками, я такие тайны знаю, что масоны на моем фоне — кружок по макраме.

Тень «Черной Гадюки»

Когда Лена достала ключ и пересказала события ночи, тетя Роза внезапно побледнела. Она встала, плотно закрыла дверь в комнату синьоры Адрианы и заговорила шепотом:

— Ты хоть понимаешь, во что вляпалась? Этот ключ — символ L’Ordine della Vipera(Ордена Гадюки). Это не просто масоны. Это закрытый клуб миланской элиты, который существует еще со времен средневековья. В восьмидесятых они были замешаны в жутком деле — исчезновении «Кровавого изумруда» и нескольких высокопоставленных чиновников.

— Тетя, ты откуда это знаешь?! — Лена едва не поперхнулась чаем.

— Синьора Адриана в бреду иногда такое несет... — Роза замялась. — Она была замужем за одним из магистров этого ордена. Говорят, он не просто умер от сердечного приступа, а его «ушли», потому что он хотел выйти из игры. А теперь слушай самое страшное: Марко — не просто красавчик. Он внук того самого человека, который, по слухам, и спрятал сокровища ордена перед тем, как исчезнуть.

Список «Мертвых душ»

Лена чувствовала, как её план «Выйти замуж за миллионера» обрастает деталями, от которых веет кладбищенским холодом.

Что стало известно из «показаний» тети Розы:

Ключ открывает ячейку в старом банке, который работает только для «своих». Там не только золото. Там список всех членов Ордена, включая нынешних министров и судей. Тридцать лет назад в этом самом здании, где они сейчас сидят, произошло «идеальное преступление» — кража, которую так и не раскрыли, потому что воры... просто испарились вместе с полом в гостиной.

— Лена, — Роза схватила её за руку, — Марко ищет этот список, чтобы очистить имя деда. Но «они» — те, кто в списке — сделают всё, чтобы ключ не дошел до банка. Если тебя увидят с ним еще раз, никакое розовое платье тебя не спасет.

Ночь без сна

Лена лежала в своей кровати, сжимая в руке холодный металл ключа. За окном выл миланский ветер, и ей казалось, что в коридоре слышны шаркающие шаги синьоры Адрианы.

«Значит так, — думала она. — У меня есть: один таинственный итальянец с подозрительно идеальной челюстью, одна депрессивная собака-ищейка, ключ от сейфа с компроматом и ноль шансов на спокойную жизнь».

Внезапно её телефон пискнул. Сообщение с неизвестного номера: «Я видел тебя у ворот. Зря ты взяла то, что тебе не принадлежит. Верни ключ до рассвета, или Пиппо станет сиротой».

Лена подскочила на кровати. — Ну уж нет, — прошипела она, надевая тапочки. — Вы еще не знаете, на что способна женщина, которой сорвали свидание с мечтой и испортили любимый костюм!

Лена не была из тех женщин, которые при первой угрозе бегут паковать чемоданы. В Самаре она однажды отстояла очередь в налоговую в последний день отчетности — после такого какой-то миланский шантажист казался ей просто назойливым спамером.

— Значит, Пиппо станет сиротой? — Лена хищно прищурилась, глядя в экран телефона. — Ну уж нет. В этом городе только я имею право доводить эту собаку до нервного тика.

Тетя Роза, оценив масштаб угрозы, не стала звать полицию. Она знала: в Милане полиция приедет как раз к моменту, когда преступник уже успеет жениться, завести детей и выйти на пенсию. Она сделала кое-что получше. Она открыла холодильник.

— Забудь про гречку и старые припасы, — торжественно произнесла Роза, извлекая на свет божий огромный, лоснящийся сверток. — У нас есть секретное оружие. Мортаделла. Свежайшая, с фисташками, ароматная настолько, что за ней пойдет не только собака, но и половина мужского населения Ломбардии.

План «Розовая ловушка»

План был прост, как спагетти болоньезе. Поскольку шантажист явно следил за домом, нужно было выманить его в закрытый внутренний дворик палаццо — место, где чужак чувствует себя неуютно, а тетя Роза знает каждый мусорный бак.

Приманкой был конечноПиппо, которого Лена должна была «выкрасть» из дома графини, используя свои новые навыки «взломщика лифтов».

Нарезанная кубиками мортаделла, распиханная по карманам Лены должна послужить стимулятором для Пиппо: он учует зов мортаделлы и выйдет к Лене сам

Тетя Роза будет сидеть в засаде, вооруженная тяжелой чугунной сковородкой (семейная реликвия, привезенная из России для идеальных блинов, но в Италии ставшая орудием возмездия).

Ночная вылазка №2

Лена снова прокралась во дворец графини Спинола. Благодаря Марко она уже знала код от задней двери. Пиппо, обнаружив Лену в два часа ночи в своей комнате, сначала хотел завыть «Травиату», но, почувствовав запах фисташковой мортаделлы, мгновенно передумал.

— Тише, мой мохнатый агент, — шептала Лена, скармливая ему первый кусок. — Сегодня ты работаешь за еду. Иди за мной.

Они вышли во внутренний дворик. Темнота была густой, как ризотто с чернилами каракатицы. Лена встала в центре двора, прямо под единственным тусклым фонарем.

— Я здесь! — крикнула она в пустоту, стараясь, чтобы голос не дрожал. — У меня ключ! Если хочешь его получить — выходи и поговорим как цивилизованные люди! Ну, или как масоны!

Незваный гость

В тени колоннады послышалось движение. Шаги были легкими, почти бесшумными. Из темноты вышел человек в мотоциклетном шлеме с темным визором.

— Ты смелая, Элена, — раздался искаженный шлемом голос. Тот самый, из СМС. — Но глупая. Отдай ключ-змею. Животные не должны страдать из-за амбиций иностранок.

— Сначала покажи лицо! — потребовала Лена, незаметно сжимая в руке... нет, не ключ, а увесистую корку от мортаделлы.

Человек сделал шаг вперед, и в этот момент Пиппо, который до этого мирно жевал фисташку, внезапно учуял нечто более интересное, чем колбаса. Он учуял страх. А еще — запах кошачьего корма, который явно исходил от гостя.

— Пиппо, фас! То есть... Assalta!— закричала Лена, хотя такой команды они не учили.

Но Пиппо не нужно было дважды повторять. Он рванул вперед, но не кусаться — а прыгать. Афганская борзая — это тридцать килограммов шелковистой шерсти и неудержимой радости. Он врезался в шантажиста, повалил его на каменные плиты и начал яростно вылизывать забрало шлема, пытаясь добраться до лица, которое, по его мнению, пахло тунцом.

— Мадонна! Уберите эту швабру! — завопил «грозный масон», пытаясь отбиться от любвеобильной собаки.

В этот момент из-за мусорных баков, как богиня возмездия, выскочила тетя Роза. — А ну, иди сюда, голубчик! — рявкнула она, замахиваясь сковородкой. — Я тебе покажу, как наших девочек пугать!

Момент истины

Шлем слетел. Под ним оказалось вовсе не лицо коварного убийцы. На плитах, прижатый лапами Пиппо и напуганный сковородкой Розы, лежал... молодой парень с испуганными глазами, в куртке курьера службы доставки пиццы.

— Не бейте! — запричитал он. — Мне просто заплатили! Сказали написать СМС и забрать ключ у девушки в розовом!

Лена подошла ближе, поправляя растрепавшиеся волосы. — Кто заплатил, пицца-бой? Имей в виду, у моей тети рука тяжелая.

— Я не знаю имени! — всхлипнул парень. — Женщина! Высокая, в черном, пахнет очень дорогими духами и... лилиями. Как на похоронах!

Лена и Роза переглянулись. — Графиня Спинола? — синхронно выдохнули они.

В этот момент у Лены в кармане снова завибрировал телефон. Но это был не шантажист. Это был Марко. «Элена, немедленно уходи из дома Адрианы. Я узнал, чьи это лилии. Это не Орден. Это кое-кто похуже. Жду тебя на углу у "Ла Скала". Бери собаку и беги».

— Так, — Лена решительно оттащила Пиппо за ошейник. — Курьер, ползи отсюда, пока моя тетя не решила проверить на тебе прочность своей кухонной утвари!

Парень, не дожидаясь повторения, испарился в темноте так быстро, что его мотоцикл взревел где-то на соседней улице уже через три секунды.

В этот момент телефон Лены, который уже до красна раскалился от уведомлений, зазвонил. На экране высветилось: «Графиня Спинола (Монстр)».

— Синьорина Элена! — голос графини звучал не просто расстроенно, он звучал так, будто у нее только что отобрали последний шанс на бессмертие. — Это конец! Мои нервы... они не выдержали этой ночной эскапады с похищением! Мой личный кардиолог настоял на немедленной госпитализации в клинику в Лугано. Прямо сейчас за мной приехал медицинский борт!

— Графиня, я... — начала была Лена.

— Молчите! — перебила та. — Слушайте внимательно. Я уезжаю минимум на полгода. Пиппо... этот предатель, кажется, привязался к вам больше, чем к моему наследству. Я оставила на ваше имя доверенность у консьержа и распоряжение о перечислении средств на его содержание. Вы — его официальный опекун. Если с его шерсти упадет хоть один волосок — я из под земли вас достану !

Щелчок. Короткие гудки.

Лена медленно опустила телефон и посмотрела на Пиппо. Пес, почувствовав торжественность момента, сел и с достоинством положил свою лапу на её кроссовок.

— Пиппо! — Лена схватила его за ошейник. — Уходим, быстро!

Но радоваться новому статусу «матери борзой» было некогда. Из окна второго этажа, где располагалась квартира синьоры Адрианы, вдруг вылетела... лилия. Настоящий цветок, который медленно опустился прямо к ногам Лены.

— Бежим! — тетя Роза схватила Лены за руку. — Адриана не просто «добрая старушка», она — «Черная вдова» миланского подполья. Если она пометила нас цветами, значит, следующая остановка — морг!

Они выскочили из дворика как раз в тот момент, когда к тротуару с визгом подкатила серебристая машина Марко.

— Прыгайте! — закричал он, распахивая двери. — Адриана вызвала «чистильщиков». Она знает, что ключ у вас, и что Пиппо теперь — единственный свидетель, который может привести к тайнику!

Поворот на север

Машина неслась по ночному Милану. Пиппо, который теперь чувствовал себя полноправным членом команды, развалился на заднем сиденье между Леной и тетей Розой.

— Куда мы едем? — спросила Лена, пытаясь пригладить растрепанные волосы. — И почему ты сказал, что Пиппо — свидетель? Он же собака! Он только лает и ест!

Марко мельком взглянул на нее в зеркало. Его лицо в свете неоновых вывесок казалось высеченным из камня. — В этом и секрет, Элена. Дед научил Пиппо реагировать на определенный звук. Там, в подземельях под старой Ареной, спрятан не просто сейф, а целая лаборатория масонов. И открыть её может только... ультразвуковой свисток, частоту которого Пиппо узнает из тысячи.

— Так он — живой биометрический ключ?! — ахнула Лена.

— Именно. И сейчас мы едем в горы, к озеру Комо. Там у моей семьи есть старая вилла, укрепленная лучше, чем банк Ватикана. Там мы подготовим Пиппо к «финальному аккорду».

Лена посмотрела на Пиппо. Тот в ответ сладко зевнул. — Ну вот — сказала она. — Я ехала в Италию за богатым мужем, а получила Орден масонов на хвосте, Сумасшедшую старушку-киллера и огромную собаку с депрессией.

— Ты забыла самое главное, — Марко на секунду отпустил руль и накрыл её руку своей. — Ты получила меня. А я, как известно, самый завидный холостяк Ломбардии с очень темным прошлым и очень сомнительным будущим. Разве не об этом ты мечтала?

Лена посмотрела на его профиль, на спящего Пиппо, на тетю Розу, которая начала потихоньку напевать «Очи черные», и поняла: кажется, её итальянские каникулы только что официально превратились в самый безумный роман в её жизни.

Озеро Комо: Тень за бархатными шторами

«Альфа Ромео» взвизгнула шинами на последнем крутом повороте серпантина, и перед глазами Лены открылся вид, который заставил её на мгновение забыть о масонах, киллерах и даже о мокром носе Пиппо у себя на плече.

Внизу, в чаше из темных скал, лежало озеро Комо. В предрассветных сумерках его вода казалась не жидкой, а застывшей, как черный мрамор.

— Добро пожаловать на Виллу «Морте ди Серпенте» — Вилла Смерти Змея, — негромко произнес Марко. — Какое... оптимистичное название, — пробормотала Лена. — А «Виллы Счастья и Котиков» в твоем семейном реестре не нашлось?

Снаружи: Крепость в кружевах

Вилла возникла из тумана, как призрак старой аристократии. Это было огромное четырехэтажное здание цвета выцветшей терракоты, утопающее в садах, которые даже в феврале выглядели величественно и пугающе.

Высокие окна с коваными решетками, напоминали сплетения змей. По стенам полз мертвый зимний плющ, похожий на сеть, наброшенную на дом великаном. Широкие каменные балконы нависали прямо над обрывом. Внизу, в сотне метров, о камни билась тяжелая озерная вода. По всему периметру сада стояли мраморные фигуры. Но вместо привычных пухлых амуров здесь были застывшие в камне воины и женщины с закрытыми глазами, прижимающие пальцы к губам.

— Тут явно не любят шумных вечеринок, — заметила тетя Роза, выходя из машины и на всякий случай прижимая к себе сумку со сковородкой.

Изнутри: Музей запретных истин

Марко приложил палец к незаметной панели у тяжелой дубовой двери. Раздался тихий щелчок сервоприводов — контраст между древним деревом и высокими технологиями был пугающим.

Когда они вошли внутрь, Лена непроизвольно задержала дыхание.

Сразу от двери открывалось огромное пространство с потолками такой высоты, что там могли бы летать небольшие самолеты. Пол был выложен черно-белой плиткой в шахматном порядке, но если присмотреться, узоры складывались в огромный глаз, смотрящий прямо на входящего. Справа наверх поднималась широкая лестница из темно-красного мрамора, она уходила вверх, изгибаясь, как позвоночник гигантского ящера.

Но самым неприятным был запах. Пахло старой бумагой, дорогим табаком и чем-то металлическим — так пахнет оружейная смазка или очень старые деньги.

— Идите за мной в библиотеку, — распорядился Марко. — Это самое защищенное место в доме. Стены здесь обшиты свинцовыми пластинами под деревянными панелями. Ни один сигнал, ни один прослушивающий жучок не пробьется.

Библиотека напоминала храм знаний и паранойи. Стеллажи из мореного дуба уходили под самый потолок, заполненные книгами в кожаных переплетах. В центре комнаты стоял массивный стол, а над камином висел огромный портрет деда Марко. Тот смотрел на Лену с холста точно таким же взглядом, как и его внук — смесью нежности и готовности нажать на курок.

Пиппо, который теперь официально считал себя хозяином ситуации (и Лены), первым делом направился к камину. Он обнюхал антикварную кочергу, чихнул и с царственным видом развалился на персидском ковре семнадцатого века.

— Смотри-ка, — хмыкнул Марко. — Кажется, он вспомнил дом. Дед всегда разрешал ему спать именно здесь.

Лена подошла к окну и отодвинула тяжелую бархатную штору. На улице начал заниматься серый, промозглый рассвет. Озеро внизу казалось бездонным.

— Марко, — тихо спросила она, не оборачиваясь. — Зачем мы здесь на самом деле? Пиппо — это ключ, ты — наследник, я — случайная попутчица с доверенностью на собаку. Но что скрыто в этой вилле?

Марко подошел сзади, и Лена почувствовала его тепло. — В этой библиотеке, Элена, есть потайной ход, который ведет в архивы Ордена. Мы здесь, чтобы найти вторую половину карты. Ключ-змея, который у тебя — это только половина ключа. Вторая половина... — он замолчал.

— Вторая половина — это я? — Лена обернулась, глядя ему в глаза.

— Нет, — Марко грустно улыбнулся. — Вторая половина — это голос. Частота, которую может издать только Пиппо, когда слышит определенную мелодию. И эта мелодия зашифрована в колыбельной, которую мне пела синьора Адриана, когда я был ребенком.

В этот момент где-то в недрах дома раздался приглушенный звон колокольчика. Тетя Роза, которая уже успела найти кухню, вбежала в библиотеку с лицом белее мела.

— Марко! Там, у ворот... Я видела в окно. Там стоят люди в длинных черных плащах. И у каждого в руках — по белой лилии.

Лена замерла, чтобы унять дрожь в коленях. Её мозг, закаленный годами высчитывания возраста бывших одноклассниц по фотографиям в соцсетях, внезапно выдал критическую ошибку.

— Так, стоп! — Лена выставила ладонь, едва не ткнув ей в нос Марко. — Калькулятор в моей голове только что взорвался. Если твой дед исчез тридцать лет назад, то этому псу должно быть минимум тридцать пять! Афганские борзые, конечно, аристократы, но они не Дункан Маклауд! Пиппо выглядит максимум на пять лет, если не считать его вечной депрессии. Как он мог знать твоего деда?

Марко остановился и посмотрел на Пиппо, который в этот момент увлеченно пытался поймать воображаемую муху на персидском ковре.

— Ты права, Элена. Твой русский прагматизм — это то, чего мне не хватало, — Марко подошел к книжному стеллажу и нажал на корешок тома Данте. Стеллаж бесшумно отъехал, открывая сейф. — Пиппо, которого ты видишь перед собой, — это Пиппо Четвертый.

— Что?! — Лена чуть не подавилась. — То есть это... династия? Как Людовики во Франции?

— Именно. Это секрет, который графиня Спинола и мой дед хранили десятилетиями. Графиня была не просто подругой семьи, она была «Хранителем Крови». С тридцатых годов прошлого века в её питомнике разводили одну-единственную линию борзых. Каждого щенка с рождения обучали по одной и той же методике. Это не просто дрессировка, это павловский рефлекс, вшитый в ДНК этой линии на протяжении поколений.

— Биологическое кодирование? — Лена округлила глаза. — Вы что, масоны-мичуринцы?

— Почти. Дед разработал систему звуковых сигналов, на которые реагирует только эта конкретная ветвь борзых. Секретная частота передается от матери к щенку через определенный ритм вылизывания и игры — мы называем это «памятью стаи». Каждый новый Пиппо — это копия предыдущего в плане реакций на код. Графиня Спинола меняла собак каждые двенадцать лет, и никто, кроме членов Ордена, не замечал подвоха. Для всего Милана это был «тот самый вечный пес графини».

Лена посмотрела на Пиппо с новым ужасом. — То есть я сейчас гуляю не просто с собакой, а с живым жестким диском, на котором записан пароль от мирового господства?

— В каком-то смысле, да, — Марко стал серьезным. — И именно поэтому графиня так внезапно «заболела» и уехала в Лугано. Она поняла, что Адриана узнала правду. Тот факт, что Пиппо выбрал тебя и позволил тебе командовать собой, означает, что в твоем голосе или поведении есть что-то, что он принял за «сигнал Альфы». Возможно, твоя манера кричать «Куда-а-а!» совпала с какой-то древней частотой Ордена.

— Потрясающе, — Лена достала из пакетик кусочек колбасы, приготовленной для собаки и положила его в рот. — Я — избранная, потому что умею громко орать на нарушителей спокойствия.

В этот момент Пиппо внезапно замер. Его уши, похожие на шелковые шторы, чуть приподнялись. Он повернул голову к окну, за которым в тумане стояли люди в плащах.

— Они начали, — прошептал Марко. — Слышишь?

Лена прислушалась. Из сада доносился тонкий, почти неразличимый звук. Это не было пение или музыка. Это был низкий гул, от которого вибрировали зубы.

— Это не ультразвук, — Марко схватил Лену за руку. — Это зов. Они пытаются перехватить управление Пиппо. Если он сейчас выйдет к ним — мы потеряем доступ к архивам навсегда.

Пиппо медленно поднялся. Его глаза, обычно полные тоски, теперь светились странным, холодным умом. Он направился к двери, ведущей на террасу.

— Тетя Роза! — закричала Лена. — Бросай чай! Тащи всю мортаделлу, что осталась! Нам нужно перебить масонский зов запахом колбасы и фисташек, иначе наш «биометрический ключ» сейчас вильнет хвостом и уйдет в закат с врагами!

Лена замерла, прижимая к груди сверток с мортаделлой. Логика, отточенная годами планирования бюджета «от зарплаты до мечты», сработала мгновенно. Она посмотрела на Марко, который всё ещё сжимал её руку.

— Погоди-ка, — прервала она его торжественный тон. — Если у них есть свисток или они знают частоту, то я им на кой черт сдалась? Они бы просто выкрали Пиппо и дело с концом. Но тот адвокат, Алессандро... зачем он подсунул ключ именно мне? Не Марко, не графине, а русской девчонке в розовом костюме, которая только-только приехала?

Марко помрачнел. Гул за окном стал настойчивее, а Пиппо уже стоял у самой двери, его хвост нервно подергивался.

— Потому что Алессандро — самый хитрый лис в этой части Европы, — сквозь зубы процедил Марко. — Он знал, что Адриана следит за каждым моим шагом и за каждым вздохом графини. Если бы ключ был у меня, меня бы зарезали в первый же вечер. А ты... ты была «невидимкой». Случайная девчонка, иностранка, которую никто не воспринимал всерьез. Он сделал тебя «живым сейфом». Он рассчитывал, что Адриана сосредоточится на Пиппо, пока ключ будет спокойно лежать в твоем кармане среди чеков из супермаркета и помады.

Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок. — То есть я была не просто прикрытием, а наживкой, на которую никто не должен был клюнуть? Гениально. Итальянское гостеприимство во всей красе!

Битва за «Биометрический ключ»

Гул снаружи сменился ритмичным постукиванием. Люди в плащах начали бить в маленькие серебряные бубны, создавая резонанс. Пиппо завыл — тихо, на самой грани слышимости. Его глаза подернулись пеленой, он больше не узнавал Лену.

— Им нужен полный комплект, Элена! — Марко перекрывал голосом нарастающий шум. — Сейф в подземелье открывается по принципу «двойной аутентификации». Сначала ты вставляешь ключ-змею, а затем — и это самое важное — замок должен услышать ответный вой Пиппо на нужной частоте. Без собаки ключ — это просто кусок металла. Без ключа собака — просто дорогая шкура. Адриана хотела использовать тебя, чтобы ты «случайно» привела Пиппо в парк, где его было бы удобно украсть. Но Алессандро сломал ей игру, отдав ключ тебе. Теперь они в бешенстве.