Разорванный круг, или Ступени возмездия

www.soyuz.ru

© Ю. Аверина

© О. Аверина

© ИП Воробьёв В.А.

© ООО ИД «СОЮЗ»

Пролог

Резкий визг тормозов, удар… и кромешная темнота, словно лечу в черную бездонную пропасть. Когда сознание вернулось, пришла тупая мучительная боль, но болело не тело, оно, на удивление врачей, практически не пострадало, ныла и саднила душа. Жить заново пришлось учиться очень долго…

Глава 1

Неожиданное приглашение

Каждый год в начале лета мой муж забирает детей и отправляется с ними в поход. Традиция эта зародилось давным-давно, когда Нике и Егору было лет десять. А произошло это совершенно случайно, дети заканчивали третий класс и переходили из младшей школы в среднюю с весьма неплохими результатами. Максим задался идеей как-то отметить это важное событие. Покупка новой игрушки или обед в «Макдоналдсе» не рассматривались: во-первых, мой муж не искал легких путей, а во-вторых, решил на этот раз придумать что-нибудь особенное. Промучившись пару дней и перебрав в голове множество вариантов, он вспомнил свою студенческую молодость и принял неожиданное решение – пойти в поход с ночевкой. Дети восприняли эту идею с восторгом, я – с ужасом. По первоначальному плану мужа, идти мы должны были вчетвером, но я быстро спустила его с небес на землю. Стойкую нелюбовь к походам я приобрела еще в школьные годы, когда наша классная руководительница пару раз вывела деток на природу с целью сплотить и без того дружный коллектив. С тех пор у меня ни разу не возникло желания отправиться в неизвестную даль с неподъемным рюкзаком за плечами, умываться в ручье и кормить оголтелых комаров. Однако мой муж всего этого не знал и поэтому целый вечер потратил на то, чтобы описать мне все прелести походной жизни.

– Леля, милая, – с горящими глазами муж бегал по кухне и для пущей убедительности размахивал руками, – ты даже не подозреваешь, от чего ты отказываешься! В лесу тишина, покой, только мы с тобой и дети! А воздух! Ты даже не представляешь, какой там чистый и прозрачный воздух! Утром мы проснемся пораньше, пока солнце еще не встало, и пойдем встречать рассвет. Леля, ты дожила до таких лет и ни разу не встречала рассвет!

– С чего это ты взял? – Мне даже стало обидно за себя от таких слов мужа. – Встречала я рассвет, и не раз. Макс, поверь мне на слово, для того чтобы полюбоваться восходящим солнцем, совершенно не обязательно тащиться в подмосковную глушь с тяжелым рюкзаком за плечами. Вот если бы ты позвал меня встречать рассвет на Мальдивы или, на худой конец, в Турцию, я бы непременно согласилась.

– Ну ты, Лелечка, и сравнила, – рассмеялся Макс. Ну хорошо, а кашу, кашу, сваренную на костре в походном котелке, ты когда-нибудь ела? Да на свете нет ничего вкуснее этой каши, а в твоей Турции о ней, небось, и не слыхали.

– Может, и не слыхали, только ничуть от этого не страдают, – возразила я. – А между прочим, в моей Турции очень даже вкусно кормят. Представь себе, сидим мы в ресторане, вокруг суетятся официанты, играет музыка, и не надо думать о том, что после ужина придется мыть посуду в холодном ручье! Брр, – я живо представила себе, как погружаю пальцы в ледяную воду, – нет, милый, уволь меня от такой романтики.

– Ну хорошо, – не сдавался муж, а песни, песни под гитару? Представляешь, ночь, темно, вокруг глухой лес, тишина, а мы сидим все вместе вокруг костра и поем песни.

– Макс, а ты тоже петь собираешься? – я не удержалась, чтобы не поддеть мужа, – тогда я точно дома останусь.

– Смейся, смейся! А вот некоторым, между прочим, нравится, как я пою. – Макс наконец-то прекратил бегать по кухне и сел за стол напротив меня. – Лель, может, все-таки передумаешь и пойдешь с нами? Хоть свежим воздухом подышишь!

– Нет, милый, не обижайся, но не пойду. Конечно, после твоего пения к нам близко ни один комар не подлетит, но я все-таки предпочту комфорт и цивилизацию романтике и свежему воздуху. Мне, кстати сказать, твоего свежего воздуха и дома хватает, ты меня даже тут замучил постоянными проветриваниями. Так что проси все что хочешь, но в поход не пойду.

На следующий день муж купил три рюкзака, три спальника и три набора специальной посуды и больше ни разу не приставал ко мне с разговорами о походе.

С тех пор, как только наступало лето, дети сами, без каких-либо напоминаний со стороны мужа, начинали собираться в дорогу. Они долго и тщательно изучали карты, заранее покупали провизию и проверяли свой нехитрый инвентарь. Выбор маршрута Максим брал на себя. Каждый раз он придумывал что-нибудь новенькое, и из года в год их путешествия становились все более длительными и сложными. Я эти походы не поощряла, но и не препятствовала им, в душе надеясь, что с поступлением в институт ребята сами откажутся от ежегодных вылазок на природу. Но не тут-то было. Сдав сессию, Егор и Вероника сразу полезли в кладовку за рюкзаками. Я часто задавала себе вопрос, что заставляет их, по сути взрослых уже людей, на не делю, а то и на две отказываться от цивилизации, оставлять друзей, подруг и менять обычный уклад жизни на суровый походный быт. Но, как ни старалась, я так и не смогла найти точного ответа. Вероятно, походы с отцом ассоциировались у них со счастливым беззаботным детством, а может, ребятам просто не хотелось обижать Максима, видя, какое удовольствие доставляют ему их совместные путешествия. В этом году мой неугомонный муж решил отправиться на байдарках по Западной Двине. С Рижского вокзала отходил поезд Москва-Великие Луки. Дальше шесть часов электричкой до деревни Охват, а уже оттуда на байдарках по Западной Двине. Отсутствовать они планировали дней десять-пятнадцать. Я же в итоге получала две недели полного отдыха, две недели без магазинов, стирок, глажек и постоянного стояния у плиты.

Проводив своих туристов в дорогу, первые пару дней я просто валялась перед телевизором с книжкой в руках, наслаждаясь одиночеством, тишиной и покоем. Однако такой пассивный отдых очень быстро наскучил, и к вечеру второго дня я решила позвонить Варваре, своей старой школьной подруге. С Варькой мы были неразлучны с пятого класса. Совершенно непохожие внешне (одна блондинка, другая брюнетка), мы и по характеру сильно отличались друга от друга. Мне, спокойной, уравновешенной, любящей порядок во всем часто приходилось сдерживать поток эмоций, которые так и бурлили в шумной и не в меру энергичной Варваре. Однако это совершенно не мешало нашей многолетней дружбе, а, возможно, наоборот, делало ее только крепче, ведь, как гласит народная мудрость, противоположности притягиваются. Поэтому Варька была первым человеком, кому мне захотелось позвонить после двух дней полной изоляции. Но стоило только взять в руки мобильный, как он неожиданно ожил. «Видимо, телепатия все-таки существует», – улыбнулась я. Но на этот раз предчувствия меня обманули, это была совсем не Варвара.

– Привет, Лель, эта Катя Соловьёва, ты меня еще помнишь?

– Катюша! Пропащая душа, привет! Очень рада тебя слышать! Мы с Варькой буквально на днях о тебе вспоминали! Ты где пропадала-то?

– И не спрашивай! Совсем закрутилась, все дела, дела, ни минутки свободной. Я ведь, Лель, – только ты не смейся, на старости лет опять учиться пошла, на этот раз в школу дизайна. Так что-то лекции, то семинары, вздохнуть некогда. А у тебя как дела? Как Макс, как ребята?

– У меня все по-старому. Макс работает с утра до ночи, Ника с Егором учатся, а я превратилась в настоящую домохозяйку: стираю, готовлю, убираю. Того гляди, сериалы смотреть начну. Фирма-то наша год назад развалилась, и я засела дома.

– Плохо, Лель, такой деятельной натуре, как ты, нельзя дома сидеть. Хочешь, я с Толей поговорю, он тебе точно что-нибудь подыщет.

– Очень хочу, – оживилась я, – если не трудно, поговори. Я ведь и сама не раз задумывалась о поиске работы, но как вспомню всю эту бодягу с резюме и собеседованиями, руки сразу опускаются.

– Не вопрос, прямо сегодня и поговорю. – Катерина неожиданно замолчала. – Нет, мы сделаем лучше, ты сама с ним поговоришь. У Толика в субботу день рождения, дата круглая, сорок пять лет. Мой муженек решил устроить по этому поводу грандиозный праздник. Так что ждем вас в полном составе, приезжайте к двум часам и ребят своих обязательно привозите. Ради такого случая наш Илюшка из Англии прилетел, будет ему с кем поболтать.

– В полном составе никак не получится, – с искренним сожалением проговорила я, – мои в поход ушли, на байдарках по Западной Двине. Вернутся дней через десять-пятнадцать, не раньше…

– Ничего себе! По голосу подруги я поняла, что она сильно удивлена. – Я думала, твои детки давно выросли из походного возраста и у них теперь другие развлечения на уме. Ну да ладно, ушли так ушли. Это никак не помешает нам встретиться. Значит, мы ждем тебя в субботу одну.

– Спасибо, Катюш, за приглашение, я подумаю.

– Никаких «подумаю», возражения не принимаются! Если хочешь, я пришлю за тобой машину, а можешь приехать вместе с Варварой. И даже не пытайся увильнуть. Ты же знаешь моего Мальцева: не приедешь, будет обида на всю жизнь. А зачем обижать человека, тем более когда он еще может тебе пригодиться?

– Ну хорошо, – под мощным натиском подруги мне пришлось сдаться, – я с Варькой приеду.

– Вот и отлично, завтра с утра жди водителя с приглашением. Значит, до субботы, пока!

В трубке послышались короткие гудки. «Все-таки Катька совсем не изменилась, – подумала я. – Все тот же напор и натиск, как в школьные годы». Бросив телефон на журнальный столик, я вскочила с дивана и направилась в спальню одеваться. До субботы оставалось всего два дня, надо было подумать о подарке.

Глава 2

День рождения

Погода в этот день выдалась отличная, как раз то что надо для поездки за город. На небе ни облачка, легкий ветерок шелестел еще молодой листвой, солнце, несмотря на двенадцать часов дня, не пекло, как в июле, а ласково грело, и не было той изнуряющей жары, от которой хочется поскорее укрыться в прохладном помещении. Варька открыла в машине окна, и со скоростью 60 км в час мы понеслись в сторону Рублево-Успенского шоссе. Дороги были почти свободны, москвичи в основной своей массе разъехались по дачам, предпочитая проводить летние выходные за городом. Мы болтали о всякой ерунде и совершенно не заметили, как разговор сам собой сошел на воспоминания о школе и о нашей однокласснице Кате Соловьёвой.

– Лель, как же давно все это было – билеты, экзамены, выпускной бал, будто в другой жизни…

– Не знаю, а мне кажется – только вчера. – Только вчера мы ездили с мамой на примерку платья и придумывали прическу. Только вчера мы обсуждали, кто с кем танцевал медленный танец, а потом целовался в темном школьном коридоре. Варь, а ты помнишь Катьку на выпускном? Как она на лестнице споткнулась, когда на сцену за аттестатом шла?

– Конечно, помню, все мальчишки тогда захохотали, и торжественный момент был испорчен. А Катюхе все нипочем, встала, юбочку отряхнула и даже бровью не повела.

– Да, выдержки у нее еще тогда было хоть отбавляй. Жаль, что после школы мы стали реже общаться. Редкие звонки по поводу да встречи раз в год. А помнишь Катькину свадьбу и наше твердое решение не расставаться никогда?

– Помню, только получилось все как раз наоборот. После свадьбы подруги ей стали совсем не нужны, – с легким сарказмом заметила Варвара. – Хотя, Лель, согласись, мы же никогда не бы ли с Катериной близкими подругами, так, хорошие приятельницы, не более. И кто знает, возможно, никогда больше не вспомнили бы друг о друге, если бы не тот случай…

Судьба распорядилась по-своему. После рождения дочери Елизаветы Варвара долго сидела дома, даже не помышляя о трудовых подвигах. И только когда девочке исполнилось семь, моя подруга серьезно задумалась о поиске работы. Эта идея родилась у нее вовсе не из-за необходимости думать о хлебе насущном, к тому времени Олег уже очень хорошо зарабатывал и жену свою в средствах не ограничивал. Просто Варьке стало катастрофически не хватать общения. Муж пропадал в офисе с раннего утра до позднего вечера, я тоже в то время дома не сидела, Елизавета приходила из школы не раньше пяти. Случалось, что Варваре за целый день не с кем было даже словечком перемолвиться. Именно в один из таких неудачных дней изнывающая от скуки Варвара решила разобрать скопившуюся на журнальном столике корреспонденцию. И там, среди рекламных проспектов и старых журналов, совершенно случайно натолкнулась на газету со статьей о Катином муже. В ней подробно рассказывалось о перспективной и быстро растущей компании Анатолия Мальцева, которой постоянно требовались молодые кадры. Даже не дочитав статью до конца, Варька поняла, что сама жизнь подсовывает ей готовое решение проблемы. Не откладывая дела в долгий ящик, она отыскала старую записную книжку, позвонила Катиной маме и уже через пять минут мило болтала с бывшей одноклассницей. Катя, которая к тому времени так и не обзавелась близкими подругами, Варькиному звонку искренне обрадовалась и с удовольствием вызвалась помочь засидевшейся дома приятельнице. Не прошло и двух недель, как Варвара уже работала личным референтом президента АО «Стройдоринвест» Анатолия Мальцева. Так в нашей жизни после долгого перерыва опять появилась Катерина Соловьёва. Мы снова стали встречаться, устраивать совместные вылазки по магазинам и ходить друг к другу в гости. Надо отдать должное Катерине, внешне она мало изменилась за те тринадцать лет, которые выпали из нашего общения. Невысокого роста, мальчишеского телосложения, с маленьким курносым носом и большими карими глазами на веснушчатом лице, Катю трудно было назвать красавицей. Однако была в ней какая-то изюминка, необъяснимый женский шарм, который заставлял многих мужчин оборачиваться ей вслед.

Еще в десятом классе Катя постриглась коротко, практически под мальчишку, и с тех пор, лишь слегка подправив форму, оставалась верна этой прическе. Пышная шапочка коротких каштановых волос придавала ей вид подростка и позволяла выглядеть гораздо моложе большинства своих сверстниц. Ее фигура тоже мало изменилась со школьных времен, но в этом не было Катиной заслуги, тут за нее постаралась мать-природа. Пока мы с Варварой опробовали всевозможные диеты и изнуряли себя многочасовыми занятиями в тренажерных залах, Катя могла сидеть в кафе и без зазрения совести уплетать второе пирожное тирамису. Единственное, что немного пострадало от времени, ее лицо. С годами юношеская прелесть исчезла, сеточкой морщин покрылись уголки глаз, а носогубные складки стали отчетливо видны. Но Катерину это особо не расстраивало. Имея практически неограниченные финансовые возможности, она даже не помышляла о походе к пластическому хирургу. «Каждый возраст хорош по-своему, в сорок лет невозможно выглядеть на восемнадцать», – здраво рассудила Катя и решила не устраивать трагедии из-за каждой новой морщинки. Декоративной косметикой Катерина почти не пользовалась, разве что тушью и неяркой губной помадой, и то только по большим праздникам. Ей всегда казалось, что в полной боевой раскраске она больше похожа на «доярку Дуню из сельского клуба», чем на респектабельную жену влиятельного бизнесмена. Характер Соловьёвой был вполне под стать ее прическе, то есть совершенно не девичий. Резковатая, упорная, а порой даже упрямая, она всегда и во всем отстаивала свое мнение.

Сразу после школы Катя поступила в Московский медицинский стоматологический институт им. Семашко. И уже на первом курсе познакомилась со своим будущим мужем Анатолием Мальцевым. Толик стал первым молодым человеком, который смог укротить строптивый Катин характер, с ним она становилась мягкой, ласковой и покладистой. Союз их был на удивление крепким и удачным. В то время как большинство наших общих знакомых шумно разводились и женились заново, Мальцевы жили тихой семейной жизнью без публичных ссор и скандалов. Толик оказался человеком дальновидным и предприимчивым, его бизнес стремительно рос и развивался. Катя бросила работу, родила сына Илюшу и засела дома. Вскоре они смогли позволить себе переехать из стандартной трешки на Юго-Западе в шикарную четырехкомнатную квартиру на Кутузовском проспекте, а совсем недавно закончили строительство коттеджа в поселке Сареево на 14-м километре Рублево-Успенского шоссе. Обладая от природы хорошим вкусом, Катя с энтузиазмом взялась за благоустройство собственного дома. Это занятие захватило ее целиком и полностью. Недолго думая Катя решила к практике добавить немного теории и осенью поступила на первый курс Британской школы дизайна. Анатолия увлечение жены искренне обрадовало, он был доволен, что его супруга наконец-то нашла дело по душе, и не задумываясь оплатил ей учебу и месячную стажировку в Лондоне. К слову сказать, Мальцев был очень хорошим мужем и отцом. За ним Катерина жила как за каменной стеной, совершенно не зная ни материальных, ни бытовых проблем.

Сын Илюша, несмотря на окружающую с детства роскошь и богатство, вырос на удивление добрым и неизбалованным мальчиком. Два года назад родители отправили его в Лондонскую школу экономики, откуда первое время он регулярно слал им слезные электронные письма с просьбами забрать его обратно в Москву. Привыкший к дому и родительской заботе, мальчик тяжело переживал разлуку с семьей. Но отец был непреклонен, единственный наследник, который в будущем встанет во главе крупной, быстро развивающейся компании, должен получить лучшее образование, а что может быть лучше старых английских традиций? Целый год понадобился Мальцеву-младшему, чтобы освоиться в новой непривычной для него обстановке. Но со временем он подружился с одноклассниками, втянулся в учебу и перестал проситься домой. Катя по сыну скучала, часто ездила к нему в Лондон, но против воли мужа пойти не решалась.

Как бы подводя итог нашим воспоминаниям о бывшей однокласснице, я заметила:

– Все-таки повезло Катерине! Успешный любящий муж, сын в Англии учится, дом полная чаша. Редко у кого все так гладко складывается.

– Не то слово повезло. Особенно с мужем, – с готовностью поддакнула Варвара, – хотя, положа руку на сердце, мне такой тип женщин совсем не нравится. И что в ней Мальцев нашел? Фигура как у мальчишки, ни груди, ни попы. Да и характер не подарок.

– Варвара! – Я с трудом подавила невольную улыбку. – Не завидуй, она же наша подруга. Тем более тебе грех жаловаться, ты вроде тоже не бедствуешь, да и попа у тебя что надо.

– Да, но чего мне это стоит! – Варька с вызовом вскинула голову. Конечно, некоторым хорошо говорить, у некоторых все куда надо идет, а у меня каждое лишнее пирожное на попе откладывается. Вот и приходится три раза в неделю в спортклубе надрываться, пока всякие тощие селедки таких мужиков разбирают.

Я не стала напоминать разбушевавшейся не на шутку подруге, что у меня тоже далеко не все идет куда надо и что в спортклубе мы «надрываемся» на пару. Варьке этого слышать сейчас совершенно не хотелось, ей хотелось высказаться:

– Эх. Леля, Леля, ничего-то ты не понимаешь! Дело не в материальных блага, не в доме на Рублевке, в BMW X6 и даже не в ее природной худобе. Мне обидно, что именно Катьке такой муж достался. Я ведь с Мальцевым шесть лет бок о бок проработала. Отличный, я тебе скажу, мужик. Честный, порядочный, щедрый. Таких в наше время днем с огнем не сыщешь. Так что вытащила наша одноклассница счастливый билетик.

– Может, и так. Только ты не забывай, что двадцать лет назад она не за олигарха замуж выходила и не за сына миллионера, а за выпускника не слишком престижного автодорожного института. В то время ее Толик мог похвастаться только грандиозными планами и большими амбициями. Никто не мог знать наверняка, что из него получится, ведь он начинал с нуля. А ты понимаешь, что это значит?

– Ну и что? – Варька явно была настроена скептически.

– А это значит, что во всем, чего добился Мальцев, есть и Катина заслуга.

– Да с какой это стати! Соловьёва палец о палец не ударила, чтобы мужу помочь. Анатолий всего добился сам, своим умом и своими руками.

Варька упорно стояла на своем, явно симпатизируя Мальцеву больше, чем бывшей однокласснице.

– Он ведь дневал и ночевал на работе. А ты знаешь, какой коллектив он собрал вокруг себя! Все молодые, целеустремленные, все объединены одной целью. Я почти уверена, что сегодня встречу много знакомых лиц. Из таких компаний, как «Стройдоринвест», увольняются редко. А ты говоришь, ее заслуга, – подруга махнула на меня рукой, – да ты просто ничего не знаешь.

Варвара была известной спорщицей, поэтому я решила не тратить время зря и не продолжать бесполезный разговор, тем более что вдали уже показался дом Мальцевых. Как только мы подъехали к высокому железному забору, ворота тут же бесшумно раздвинулись, пропуская нас внутрь, и так же тихо сомкнулись за нашей спиной. Мы вышли из машины, отдали ключи от «гелендвагена» подбежавшему охраннику и направились в сторону дома. На широкой белой лестнице, ведущей на открытую веранду, стояла чета Мальцевых. Высокий, не меньше ста восьмидесяти пяти сантиметров, с хорошей спортивной фигурой, с правильными чертами лица и белозубой улыбкой, Анатолий напоминал героя американского кино. Раннее облысение вынудило Мальцева начать бриться наголо, но, как ни странно, эта прическа ничуть не портила его, а, напротив, придавала мужественность и молодила. На загорелом, гладко выбритом лице выделялись умные, с хитрым прищуром зеленые глаза. Анатолий был одет в легкий льняной костюм и светлую сорочку в тонкую голубую полоску. На мизинце поблескивал крупный бриллиант. Он словно олицетворял собой богатство и достаток. Катерина, надо отдать ей должное, смотрелась ничуть не хуже мужа. Невысокого роста, хрупкая, с копной коротких каштановых волос, она совсем не выглядела на свои сорок. Элегантное коктейльное платье нежно-бирюзового цвета с открытой спиной и смелым разрезом сбоку удачно подчеркивало ее стройную фигуру. Увидев нас, Катерина с радостью бросилась навстречу.

– Ну наконец-то родные лица! А то, куда ни глянь, сплошные коллеги и партнеры мужа по бизнесу. Многих я вижу первый раз в жизни.

Мы расцеловались, и, пока я восхищалась Катерининым нарядом, Варвара первая подошла к Мальцеву с поздравлениями.

– Привет акулам бизнеса, – Варька чмокнула Анатолия в щеку. – А ты, гляжу, все процветаешь! С днем рождения тебя! Сорок пять лет для мужчины не возраст, считай, вся жизнь впереди. Так что здоровья побольше, а все остальное у тебя и так уже есть!

– Спасибо, Варюх, здоровье мне точно не помешает. Тут на последнем турнире в Лужниках после первого сета так спину прихватило, думал, не доиграю.

– Ты давай, береги себя! – Варька шутливо погрозила имениннику пальцем. – А в бизнесе как дела идут, еще не все дороги построил?

– Не волнуйся, на мой век дорог хватит. Ведь, как известно, в России две беды, дураки да дороги, так что, пока не перевелись первые, работой я обеспечен. Не строить, так ремонтировать, не ремонтировать, так перестраивать. А ты почему интересуешься, может, вернуться хочешь? Если надумаешь, милости просим, – Анатолий хитро улыбался, и было совершенно не понятно, шутит он или говорит серьезно.

– Ну уж нет, я свое отработала. А ты, если хочешь помочь, лучше жениха мне найди посолиднее да побогаче, – Варька поддержала шутливый тон Мальцева, – а то мне что-то в последнее время с женихами совсем не везет.

– С женихами, Варь, сейчас напряженка, всех хороших, вроде меня, давно разобрали, а абы кто тебе не нужен. И вообще, между нами говоря, – Анатолий наклонился прямо к Варькиному уху, – заканчивали бы вы дурить да сходились с Олегом. Вы же отличная пара!

– Мальцев, ты опять за старое! Знаю я твою тайную любовь к Воронцову. Только все эти разговоры бессмысленны. У Олега теперь своя жизнь, у меня своя, и единственное, что нас объединяет, это Лизавета, – в голосе подруги промелькнула неподдельная грусть. Но Варька быстро взяла себя в руки и совершенно другим, бодрым тоном заявила: – Все, Толь, хватит о грустном, сегодня же твой день рождения, вон Лельке не терпится тебя поздравить.

– Действительно, дайте и мне прорваться к имениннику, а то за мной скоро очередь из гостей выстроится. Еще успеете наговориться.

Я оттеснила Варвару в сторону и подошла к улыбающемуся Мальцеву.

– Толечка, дорогой! С днем рождения тебя! Желаю прожить следующие сорок пять лет в любви и гармонии. Оставайся таким же молодым и привлекательным мужчиной! – Мы обнялись и расцеловались, как старые приятели, которые не виделись много лет.

– Спасибо, Лель! Но это ты что-то хватанула. Столько я точно не проживу.

– Не прибедняйся, Толь, при хорошем-то уходе да с такой женой и больше проживешь.

Мальцев расплылся в довольной улыбке: