Сирена

Восемь лет назад

Сергей

Я подождал, когда останется последний желающий залезть это чудо истории, сохранившееся со времён войны, и стал забираться в трамвай. Погода была паршивой, но что поделать, в июне часто идут дожди. Я уже почти поднялся, но тут со спины ко мне подлетела девочка. Ну как девочка, девушка, но явно не больше двадцати лет. Волосы промокли от дождя, она не видела моего лица из-за прилипших прядей. Извинилась, глядя в пол и спокойно пошла в салон трамвая. А я глаз оторвать не мог, пока уже не прикрикнула кондуктор, ведь я стоял в дверях и мешал их закрыть. Я сосредоточился на оплате проезда, но глаза так и тянулись к этой торопыжке. Она уже встала в конце вагона, убрала с лица мокрые пряди рыжеватых волос, надела наушники. И я как заколдованный пошел к ней, как будто она была моей сиреной, и я шел на ее чудесную песню. Я приблизился к ней, но не знал, как подойти и заговорить. Я уже давно так не знакомился с девушками, а тем более в трамваях. Обычно спутниц на вечер или на ночь я находил в клубах или на вечеринках друзей.

А тут увидел её и дар речи потерял: такая красивая, нежная, но грустная. В волосах заплетены смешные мелкие разноцветные косички. Она должна была быть жизнерадостной и открытой с такой смешной прической, но она стояла в наушниках и не слышала ничего, а безрадостные глаза грустно следили за проплывающими улицами за окном. Захотелось утешить ее, погладить руку, хотел хоть как-то привлечь внимание и обрадовать. Может экзамен какой-то не сдала, вот и грустит. Какие проблемы могут быть в таком возрасте?

Я и сам, доучиваясь на последнем курсе ненавистного юрфака, не имел особого желания хоть раз ещё появляться там, не то, что учиться. Но отец умел поставить вопрос ребром, поэтому не получить диплом у меня варианта вообще не было. Отец, как только я взбунтовался, прекратил всё финансирование на меня, лишил всех благ жизни, кроме что крыши над головой. Поэтому сейчас здесь и оказался, будучи ограниченным в средствах, приходилось использовать общественный транспорт, а не моей тачкой.

А тут это красавица, грустная такая и манящая, слов нет. А запах от нее: смесь сливы, ванили и чего-то цитрусового. Всё в ней манило меня.

Я встал к самой задней стенке трамвая и оказался с ее левого бока. Она не смотрела на меня. Из ее наушников лилась жёсткая музыка, но не рэп, который сейчас слушали всё без разбора. Было, что-то похожее на забой SOAD. Совершенно не соответствовало ее милому внешнему виду.

Я взялся за тот же поручень, что и она. Приблизил свою руку к ее. Трамвай чуть качнуло и я положил пару пальцев на тонкие пальчики белой ручки. Она не подняла взгляд, только глаза расширились, и руку она убрала на самый край поручня. Тогда я уже настойчивей положил руку на ее, стал поглаживать, а у самого чуть ли не слюни потекли. Вел себя как какой-то маньяк, но ничего поделать с собой не мог. Всё так и привлекало внимание: пухлые губы алые, чуть потрескавшиеся, как будто она волновалась и часто их кусала, шейка тонкая, черты лица правильные, просто красавица.

Когда понял, что руку не вырывает, стал гладить запястье, подумал, уже сейчас сдастся и обратит на меня внимание, а она вдруг от очередного прикосновения словно встрепенулась, руку отдернула, взгляд подняла. Я губы в улыбке растянул, признавая, что это я, и как искра между нами проскочила. В ее зеленых глазах я видел такое же волнение, какое испытывал сам. На миг, даже уголок ее губ дрогнул в попытке улыбнуться мне в ответ, а потом всё прошло. Она как сквозь меня смотрела и свысока как будто, надменно. Отвернула и отошла. И на следующей остановке я уже провожал ее взглядом с другой стороны стекла трамвая.

Разозлился! Что я урод, что ли, чтобы она так шарахалась? Да еще посмотрела так, что недостойный как будто. Ну да, студент, но не в деньгах счастья. А может она охотница за толстосумами? Сейчас многие так делали: половина девок нашей группы имели папиков и не стесняли этого. Вот и эта такая же. Конечно, пацан из трамвая не был ее пределом мечтаний. У меня же на лбу не было написано, что в гараже стоит дорогой спорт-кар и вклад на несколько миллионов. Это отец вовремя подсуетился и меня вокруг пальца обвел, когда собирался шантажировать по учебе. Не подкопаешься, даже мне как почти юристу. Подсунул тогда бумажку, а я и подписал не глядя, а по этому соглашению всё мое имущество и средства до окончания учебы, а именно получения диплома, отходили отцу. И если я не закончу учебу, то плакали все мои сбережения и авто.

А вот я здесь: стою в забитом трамвае и успокоиться не могу.

Как из виду ее потерял, гипноз как будто прошел. Ну и ладно, плюнул. Тоже мне фифа, сколько таких – сами липнут. Да только запомнил, втерлась в память, может отказом этим негласным, может взглядом этим глубоким, гипнотическим. Не знаю. Но порой даже ночами мне снилась, а просыпался я после таких снов с болезненным стояком, потому что во снах прикосновениями рук всё не заканчивалось.

Когда учеба уже закончилась, вечером, проезжая неспешно по улицам с Кириллом, заметил ЕЕ, чуть в столб не въехал. И вот она здесь. Опять. К ней как магнитом меня тянуло, замедлил ход, а потом и вовсе решил припарковаться и так сказать устроить проверку на вшивость, пусть это и не красиво. Кирюхе небрежно кинул:

– Сейчас вернусь.

Машину бросил и пошел следом за ней. Одет я был неброско: футболка, джинсы. Обычный пацан. Брелок от машины предусмотрительно спрятал в задний карман. Сейчас и проверим мою догадку про «охотницу».

На самом деле, в глубине души я надеялся, что она не такая, что мне тогда показалось. Хотел ее и поделать ничего не мог. А уже если не выдержит эту проверку, то надеялся, как интоксикация произойдет, и больше не будет хотеться.

Было уже темно. Я пристроился рядом, шагая в ногу и начал:

– Девушка, с вами можно познакомиться? – в ответ тишина. Вроде наушников как в прошлый раз нет. – Девушка! Ау!

Она чуть голову в сторону повернула, но взгляд не подняла:

– Нет, – чуть слышно сказала и дальше пошла.

А я за ней, план-то нужно завершить, отступать уже поздно:

– А что не так? Может вас проводить? Темно уже. Да и всякие по улицам бродят.

– Отвали… – грубо прорычала она, что я даже шаг замедлив, не ожидая, такого явной агрессии.

– А чем же не угодил? Что так рычишь? Или что тебе наверно мужика на дорогой тачке и с тугим кошельком подавай? – я уже начал выходить из себя. Что я ей сделал?

– Да, мне нужен богатый мужик на машине! – отчеканила и дальше зашагала.

А я остался стоять, смотря ей в след, и своим ушам не верил. Надеялся, очень надеялся, но четно. И буря эмоций поднялась, и что-то на грани ненависти возникло во мне: за то, что отвергла, даже внимания не удостоила. Второй раз уже! Она меня просто бесила. Пнул ни в чем не повинный камушек на дороге и твердыми шагами направился обратно к машине. И надеялся, что больше никогда эту стерву не встречу.

Наши дни

Лена

Имея диплом по связям с общественностью, я устроилась на работу к Игорю Семёновичу Афанасьеву, возглавляющему крупный спортивный комплект в нашем городе. Я пришла работать секретарем, но учитывая мои знания и умения, Семеныч сделал меня своим ассистентом и говорил, что чуть позже сделает своим замом, когда закончу заочку по юриспруденции. И это было лестно, что я не со связями отца сделала карьеру, а сама, своей работой. И другие работники, тренеры, спортсмены не считали меня дурой или подстилкой шефа, все видели меня в деле и не сомневались в моей компетенции. Хотя поначалу все думали, что я сплю с шефом, так как мы часто ели вместе, посещали значимые мероприятия, как пара, но Игорь Семенович был много лет счастлив в браке и никогда ни жестом, ни словом не нарушил верность своей супруге. А сплетни, со временем я перестала их замечать.

Если честно, после Свиридова меня хватало только на одну совместную ночь. Всегда, даже когда доходило до свиданий и постели, сохраняла хладнокровие после. А уж о том, чтобы завести роман на работе и речи быть не могло. Хотя много кто из тренерского состава, да и просто частных посетителей пытались завести со мной отношения, но всегда получали четий отказ, никому ложной надежды не давала. Чем наверно привлекала еще больше. Даже как-то раз была невольным свидетелем обсуждения моей персоны в комнате отдыха для персонала, где один из моих предполагаемых ухажеров называл меня «снежной королевой» и хвастался тем, что даже к таким ледышкам можно найти подход, и он уж точно растопит мои льды. Невольно усмехнувшись, я только лишь сделала себе пометку больше стараться не общаться с этим самодовольным индюком.

Сейчас, так как родители переехали постоянно жить в загородный дом в области, я пообещала жить в их квартире, чтоб меньше времени мотаться до работы, да и за мамиными цветами нужен был уход. И Ксюша, моя дочка, на лето уехала вместе с родителями. Ей там очень нравилось, особенно после того как дедушка, мой отец, специально для нее купил бассейн и целый детский спортивный комплекс с разными кольцами, перекладинами и веревками. Теперь никакой садик или городские развлечения не могли выманить мою девочку из этого детского рая. Тем более что с бабушкой они насажали каких-то салатиков, зелени, морковки и еще много чего, о чем Оксана подробно мне рассказывала на созвонах по видеосвязи. А я, видя озорной блеск в этим любимых глазках, не могла забрать ее оттуда. Теперь, когда мама наконец-то ушла с пенсию, мои родители смогли круглогодично проживать в доме и ни на что не отвлекаться. Поэтому я жила в их большой трехкомнатной квартире в жилом комплексе на Жукова, а нашу с Ксюшей квартиру мы решили сдавать в аренду.

Сергей

Эта работа и так не должна была приносить мне должного удовольствия, но отец сказал, что это хороший старт и возможность для продвижения. Сейчас, когда я готовился к выходу из бизнеса отца и самостоятельному плаванию, опыт единоличного сопровождения проекта был как нельзя кстати. Да и хотелось погрузиться с головой в работу, чтобы выбить из башки ту картинку, которая, думал, не появится перед моим взором больше никогда. Та самая девчонка, которая продинамила меня по молодости появилась во дворе моего жилого комплекса. Но сейчас она, конечно же, была не девочкой, а очень даже привлекательной молодой женщиной, которая по сравнению с той, прошлой, была намного женственней, грациозней и аппетитней. Те смешные косички сменились элегантной прической. И та забытая, казалось, прошлая обида снова подняла свою голову и это жутко раздражало. Раздражало, что, несмотря на время, я так не остыл и этого сильно бесило. Она бесила! Да, теперь я не бедный студентишка из трамвая, а вполне респектабельный бизнесмен. Я видел, как у многих женщин высвечивались значки долларов, как в мультиках, когда они оказывались в моем обществе и пытались привлечь внимание. А учитывая последнюю нашу встречу с этой девицей, то стоит ей оценить мой внешний вид и только стоимость сшитого на заказ костюма, она будет подо мной и молить, чтоб я взял ее. Но мне такого дерьма на хер не надо! Поэтому я всеми силами старался не замечать ее, когда видел в своем дворе. Тем более, я знал, во сколько миллионов обходится жилье в нашем комплексе и, зная ее «предпочтения», не сложно догадаться каким способом она «заработала» или «отработала» эту квартиру. Сука, как я ее ненавидел!

Поэтому я здесь, стою у дверей офиса Афанасьева, пытаясь все мысли заполнить работой. Его секретарь быстро засуетилась, завидев меня. Пока она распевала про чай и кофе, мой взгляд уцепился за что-то знакомое, манящее. ОНА! И меня как током прошибло. Господи, что она тут делает?! Работает видимо, олух. Вот её деловой костюм, сводящий с ума, высокий хвост, который я хотел намотать на кулак и впиться в ее тонкую шейку. И глаз отвести не мог, когда она плавно передвигалась. Смог вернуть свое внимание секретарше, продолжавшей мне что-то говорить, только когда моя прекрасная незнакомка скрылась за дверью какого-то кабинета.

– …Можете заходить, – вот что я услышал от этой женщины, развернулся и вошел в кабинет директора. Отвлекся, называется!

Лена

Конечно, тот день начинался как обычно. Сверка расписания с боссом, кофе со Светой из бухгалтерии. И работа, работа и ещё раз работа. Когда шеф вызвал меня в свой кабинет, ничто не предвещало беды, всё было как обычно. В кабинете перед столом босса сидел мужчина со светлыми волосами и в темно-синем костюме. Со спины он даже ничего, но отставим любование, мы на работе.

– Рад Вам представить нашего юного, но не менее опытного специалиста – Елену Петровну – моего ассистента и просто палочку-выручалочку офиса, – сказал Афанасьев, когда я зашла в кабинет.

Я расплылась в широкой и благодарной к шефу улыбке, но при виде острого взгляда другого мужчины, улыбка сползла с лица. Взгляд меня не на шутку напугал. Глаза как сталь. И это не только цвет, к сожалению, а та жесткость, даже ненависть, с которой он смотрел на всё. А может только на меня? Но ведь не мог он конкретно меня ненавидеть, мы с ним даже не знакомы. Хотя что-то отдаленно знакомое было в его чертах, но я никак не могла вспомнить, где я могла его видела раньше.

Я смогла выдавить скупое "Здрасьте" и уставилась в пол. Семеныч тут же подскочил, стал петь мне дифирамбы, а я не знала, куда глаза деть. На самом деле, хоть его глаза меня пугали, он был видный мужчина с широкими плечами, ухоженными волосами, в дорогом отглаженном костюме. Черты лица чуть заостренные: выделяющиеся скулы, острый нос. От него веяло надёжностью и шикарным парфюмом. Вены, выступающие на руках. Я тут же отвела взгляд и от этих манящих рук. Господи, что это со мной?

Но его взгляд все эти достоинства перекрывал. Когда я вслушалась в слова босса, то поняла, что он рассказывает про своего собеседника. Оказалось, что его зовут Сергей Анатольевич, сын Борецкого, большой шишки нашего города. И что этот Сергей будет выступать спонсором на этот сезон нашего комплекса, а именно определенных мероприятий и чемпионов, проводимых у нас. А так как я было как раз по работе PR и рекламе, это был фронт моей работы – потенциальные инвесторы. И тут я поняла, чем это грозит: любые деловые переговоры проходили в моем присутствии за редкими исключениями, порой босс брал меня как пару на светские мероприятия, что также предполагало встречи с нашими меценатами. И перспектива находиться под таким колким и цепким взглядом меня не радовала.

Начальник всё что-то говорил и говорил. И последняя фраза прозвучала как гроз:

– А сейчас Елена Петровна Вам всё тут покажет, а то у меня через полчаса встреча с поставщиками в центре. Извините меня.

И любезно заулыбался, а я была готова сквозь землю провалиться, лишь бы не находится в одной комнате с этим Сергеем Анатольевичем. Он меня пугал и напрягал, причем не в самом хорошем смысле. Но работа есть работа.

Мы начали обзор с бассейнов, посмотрели детский, взрослый. Теннисный корт, тренажерный зал, пункт общественного питания и отдельный магазин со спортпитом, поля для баскетбола и футбола. И, наконец, закончили раздевалками, которые использовались при проведении соревнований и для обычных посетителей. Я уже хотела объявить, что на этом экскурсия закончена. Но… в этот момент как-то неудачно подвернув ногу, зацепившись шпилькой об резиновые коврики в раздевалке, я чуть не полетела лицом вниз. Но вовремя была спасительно поймана надёжными мужскими руками. Выдох – облегчения, что не упала, вдох – манящего мужского парфюма, который мгновенно окружил меня. И тут же, непонятно как, я оказываюсь прижатой к шкафчикам раздевалки, а его руки продолжали надежно держать мои плечи. Взгляд пронизывал насквозь и это был уже не тот, что в кабинете шефа, а взгляд полный желания. Его грудь вздымалась от глубокого дыхания, зрачки расширены. Своим торсом он прижимался ко мне, и явный признак его желания упирался мне в живот. Подобный напор от незнакомого мужчины должен был напугать меня, но что-то отдаленно знакомое было в нем, как будто в прошлой жизни я его уже знала. Мое дыхание сбылось, а соски предательски упёрлись в кружево бюстгальтера. Его губы находились буквально в сантиметрах от моих, и я ощущала его прерывистое дыхание. В этой и так небольшом помещении стало совсем не хватать воздуха. Боже, на меня давно так не смотрели, как будто хотели съесть целиком. Одна его рука поползла вверх и стала массировать мой затылок, от чего мне захотелось простонать в голос – как было приятно.

И тут раздался неизвестный мне звонок телефона. Сергей, чертыхнувшись, отстранился от меня, взъерошив волосы, отошел в сторону и ответил на звонок.

Забвение прошло, я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью и здраво оценить ситуацию. Я только что чуть не поцеловалась с потенциальным спонсором нашего комплекса. Боже, как непрофессионально. Да он и сам хорош! Что он себе позволяет? Пока он был ко мне спиной, я незаметно выскользнула из помещения и поспешила подальше отсюда. Сам дорогу обратно найдет.

Сергей

Сказать что я охренел, ничего не сказать. Шок был и из-за моего поведения, и из-за ее реакции, и из-за всей этой ситуации в целом. Но здесь, когда она оказалась так близко и чуть не упала, я сработал инстинктивно: поймал, притянул к себе, а потом ее запах ударил в ноздри, и всё разом нахлынуло. Хотел ее, всё равно хотел, как бы не отрицал. Быстрым движением развернул к себе лицом, прижал к шкафчикам этой чертовой раздевалки, как с ума сошел. Руками пути отступления преградил, чтоб уж теперь не убежала, не мог уже сдерживаться, крышу снесло. А она и не сопротивлялась, тоже хотела.

Боже, этот запах всё ещё был на моих руках, когда я запустил руку в ее волосы. Вот же чертовка, ещё и сбежала, оставив меня с таким стояком. Она чувствовала его, я это точно знаю. И как мне прикажете быть? Я поднял глаза к небу и провел по лицу ладонями.

На следующее утро я первым делом отправился не к себе в офис, а в «Олимп». Но не застал Елену на месте, хотя все вроде начинали работать с восьми. Ближе к половине девятого я услышал быстрый стук каблучков, и в скором времени появилась она. Но такой растерянной и, в общем-то, растрепанной я ее ещё не видел. Она подняла свои глаза на меня снизу вверх. Зелёные, с желтыми крапинками – колдовские. И я слова вымолвить не мог под этим взглядом, только стал медленно наклоняться для поцелуя. Она отлетела как ошпаренная, глаза расширились, дыхание участилось.

– Доброе утро, Сергей Анатольевич! – ах, вот как мы заговорили. Вчера была не прочь позажиматься в раздевалке, а теперь "Сергей Анатольевич". Ладно, куколка, я тебя уже раскусил, задолго до того, как узнал имя. И явно у тебя утро было недобрым, вон какая пришла. Скорее всего, со своим мужиком до утра зажимала. Я сжал зубы, а желваки заходили на лице. Черт, она опять меня бесит. Поднял на нее взгляд и опешил: на месте ранее находившихся в ее глазах удивления и призрения, появилось что-то другое. Страх? Она что боится меня? Я попытался проверить свою теория подойду на шаг, ее пробрала дрожь. Точно, боится. Неожиданно. Но вчера-то она так не шарахалась. Ладно, пусть бежит пташка.

– Доброе, Елена Петровна! – я сделал акцент на ее отчестве. Двое могут играть в эти игры. – Вижу я пришел раньше начала Вашего рабочего дня. Мне хотелось ознакомиться с инвестиционным проектом, а также другой документацией по нашему общему проекту. Как будете готовы, наберите мне, мы согласуем встречу. А то Вы вчера так быстро убежали… – щеки Лены моментально покраснели. Удержавшись от более откровенных комментариев, я протянул визитку с личным мобильным номером, что делал редко и очень важным партнёрам. Но что-то мне подсказало, что нужно дать именно эту.

Она кивнула. Прошептала "Спасибо" и скрылась за дверью своего кабинета, не поднимая на меня глаз.

На таблице двери было написано: "Немцова Елена Петровна. Ассистент директора". Немцова… знакомая фамилия. Надо о ней пробить что-нибудь.

Лена

Всю следующую ночь после нашего знакомства с Борецким я плохо спала, ворочалась, просыпалась. И снилась ерунда: я куда-то бежала. Потом вдруг появились его глаза, прямо передо мной – злые, стальные. И я проснулась в холодном поту. Что за ужас? Я бросила взгляд на будильник и чуть не упала с кровати, было без пятнадцати восемь, а я работаю с восьми. Блин, блин, блин! Мельком взглянула в зеркало и не обрадовалась. Вместо волос было гнездо из-за беспокойной ночи, под глаза мешки. Даааа, прекрасное утро. Как могла, я попыталась сотворить из этого стихийного бедствия подобие прически и макияжа. Выбрала первые попавшиеся вещи из шкафа, бросила в сумку чулки, чтобы одеть на работе и вылетела из дома. Выглядела я плохо, я это знала, и когда я думала, спрятаться в тихой гавани своего кабинета, дорогу преградит Борецкий. Этого мне только не хватало!

Как он может на меня так действовать? Когда он наклонился, я чуть сознание не потеряла, как хотела этого поцелуя. А потом он чуть подумал и разозлился на пустом месте и глаза стали стальными. И это было жутко, его глаза стали жесткими. Он видимо заметил мою реакцию, расправил нахмуренные брови, дал визитку и, в общем-то, перешёл на деловой лад, как и следует деловым партнёрам. А я пальцы разжать на сумке не могла. Как только появилась минутка молчания, быстро ретировалась в кабинет. Прислонилась спиной к двери и чуть не разревелась. В груди сдавило. Дай мне сил, Господи!

Трясущимися руками открыла сумку, достала косметичку, стала приводить себя в порядок и прокручивать в голове это утро, эту встречу. И пришла к неутешительному выводу, что меня к нему тянуло до безумия, но я с там жестоким человеком быть не смогу. Теперь нужно было как можно больше дистанцироваться от этого проекта. Постараюсь переложить все встречи на шефа, пусть он отдувается. Я не смогу продуктивно работать в таких условиях и под таким давлением. Макияж поправила, прическу тоже, наряд.... Дааа… Понятно, почему Сергей за поцелуями полез: блузка была не застегнута на одну пуговицу и открывала вид на мое декольте, на бедрах выше колена юбка-карандаш. Ещё бы очки в черной оправе и в фильм для взрослых про учительницу. Молодец, Лена, только так мужиков от себя и отваживать. Когда мой внешний вид меня устроил, вышла и направилась к боссу. Афанасьев уже был весь в работе, что-то обсуждал по телефону. Увидев меня, кивнул на стул напротив стола. Я села и ждала окончания его разговора. Когда Игорь Семенович договорил, перевел взгляд на меня:

– Здравствуй, Лена!

– Доброе утро.

– Доброе ли? Слышал, как ты бежала к кабинету полдевятого. Что-то случилось?

– Нет, ничего. Просто проспала будильник, впопыхах собиралась.

Семеныч не поверил, он был проницательный человек, но расспрашивать не стал. За это он мне нравился.

– Ты с Борецким младшим связывалась?

– Встретила его утром у нас в офисе. Он дал мне свои контакты для ознакомления с документами.

– Надо же? – удивился мой шеф. – Сам приехал?

– Ну да.

– Ладно. А у нас всё готово?

– Почти. Я в час заберу последние расчеты из бухгалтерии и отправлю пакет Борецкому.

– Нет, Леночка. Давай ты сама отвезешь этот пакет и при необходимости ответите на интересующие его вопросы. Так будет лучше.

Я знала, что спонсорам всегда приятнее, когда сразу можно было всё по ходу изучения обсудить. Но тут другое и личность этого «спонсора» меня, ой, как смущала.

У меня аж рот открылся. Я? Опять к нему? Но профессионализм был выше. И я смиренно кивнула. И стала, как сумасшедшая, заклинать часы, чтобы как можно дольше не наступал час дня. Но время пролетело быстро за каждодневными отчётами и разговорами. И уже в полпервого отчёт принесла Светка:

– Что такая хмурая, Лен?

– Да. Так… – ответила, выпустив тяжелый вздох.

– Какой такой так? Рассказывай.

– Да, нечего рассказывать.

– А глазки забегали! Ленка, знай, ты не умеешь врать. Если сейчас не хочешь, можем вечером во «Флоренцию» сходим? – но я не хотела.

– Я сейчас не знаю пока. Куча работы, – подняла я вымученный взгляд на Свету.

– Как скажешь. Ты знаешь, где меня найти, – подарив мне улыбку, Света оставила меня одну.

Я хотела домой или на дачу к Ксюшке с родителями, а не мучиться от присутствия в моей работе такого раздражающего фактора, как Борецкий младший.

Но делать нечего. Поэтому, так как всё документы были готовы, я собралась с духом и позвонила по номеру, который оставил Сергей. Трубку долго не брали, а потом я услышала его низкий голос:

– Борецкий. … Алло?

– Да … Сергей Анатольевич, это Лена Немцова из Спорткомплекса «Олимп».

– Да, Елена. Я Вас узнал. Что хотели?

– В какое время Вам будет удобно, чтобы я подъехала для передачи документации?